Текст книги "Нелюбимая (СИ)"
Автор книги: Кира Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
Глава 11. Захар в шоке, Лиза тоже…
Захар нервно постукивал пальцами по бокалу, наблюдая за своей женой, о которой за двенадцать лет выучил буквально всё, а теперь будто видел её впервые. Что с ней случилось?! Как будто его привычную Лизу подменили на какую-то сияющую звезду, которая зажглась вдруг на небосклоне и начала выжигать ему сетчатку. Откуда в ней появилось столько огня?
Сталкиваясь с ней дома, он боялся ненароком обжечься, но она обжигала его только ледяным взглядом своих бесподобных глаз. Как он не замечал, что его жена, оказывается, одна из самых красивых женщин среди их окружения?
Сейчас он не мог отвести от неё взгляд – серебристое струящееся платье ласкало изгибы её прекрасной фигуры, ткань платья изящно перекидывалась через плечо и прикрывало руку в повязке. Вместо шпилек – серебряные балетки. На лице ажурная чёрная маска и улыбка, от которой его сердце замирало каждый раз, когда она дарила её не ему.
Его жена лучиком света перемещалась между гостями на балу и все были рады её видеть, особенно, мужчины. Лиза мило пообщалась с каким-то неизвестным ему блондином, который представил ей свою спутницу, по виду в два раза младше себя. Когда Лиза отошла к другим гостям, блондин чуть не свернул шею, глядя ей вслед. Его девушка ткнула своего кавалера в бок локтем и они оба рассмеялись, а затем она его обняла. По этим объятиям и его поцелую в светлую макушку девушки, Захар понял, что это скорее всего его дочь, а не жена или любовница.
Лиза, тем временем, подошла к мужчине в розовом смокинге – её стилист, Эдик. Он начал неистово аплодировать Елизавете, которая покрутилась перед ним в своём сияющем наряде. Стилист взял её за здоровую руку и несколько раз поцеловал, явно выражая своё восхищение ее красотой, пока Лиза смущённо улыбалась.
Сбоку мужчину в розовом подпёр ещё один фрик, в шёлковой пижаме и тапочках вместо фрака с бабочкой – Андро Кобаладзе, который и вовсе начал обниматься с Лизой, как будто они близкие друзья. Захар заскрипел зубами, как же он терпеть не мог эту выскочку – независимый продюсер, талантливый композитор, битмейкер и аранжировщик. Тот, за чьи треки была настоящая битва на рынке хитов. Он мог сделать из поющей головы звезду без кучи денег, стилистов и пиарщиков. Захар не признавался себе до последнего, что завидует Андро, его таланту и свободному образу жизни бременского музыканта.
Что этот молодой и горячий грузин делает около его жены?
*****
– Встретимся на следующей неделе, обсудим моё будущее – хайпануть хочу, – шепнула своему другу и тайному продюсеру Лиза.
– Наконец-то, Лизок! Буду только за! – ответил Андро, сверкая воодушевлёнными глазами.
Он обнял своего любимого автора текстов, с которым они создавали шедевры буквально на коленке у него в домашней студии. Тайком, в их редкие встречи, когда Лиза приходила и скромно показывала ему свои стихи, а Андро накладывал на них музыку и модные биты.
– Я давно тебе говорил – бросай своего Захара и завоевывай шоубиз сама. Твой талант должен быть признан и услышан!
Лизавета робко улыбнулась ему, её и так слышали, пусть под другим именем. Раньше ей было этого достаточно, теперь как будто бы нет.
Она переместилась к другим гостям, ей срочно нужно было поймать за хвосты супругов Морозовых, которые были слишком редкой птицей, чтобы их упускать. Среди гостей её вместо этого поймал за талию муж.
– Потанцуем, Лиза?
– Опять цветами меня закидывать будешь? – усмехнулась она. – Второй такой пафосной блевотины я не выдержу – испорчу тебе костюм! Отпусти, мне надо идти!
Захар её будто не слышал, повёл её на танцпол и закружил в танце. У Лизы и так кружилась голова от всех мыслей, что в ней витали последнюю неделю – странный брачный контракт, в котором была её подпись, но сноски насчёт наследования всего состояния Тумановых она убей не помнила.
Лиза зажмурилась, мотая головой – у неё не было никакого желания в этом разбираться. Своя жизнь только начинается, о кончине Захара и прибыли после неё, она и думать не хотела.
– Лиза, ты сегодня великолепна и ослепительна, – сказал ей муж, нежно касаясь губами мочки уха.
– Я всегда была такой, Захар, ты просто не давал мне это осознать и показать.
Она твёрдым взглядом посмотрела мужу в глаза, прикрытые маской. Лиза только недавно начала сбрасывать все маски, которые носила годами – хорошая жена, заботливая мачеха, верная спутница по жизни, нелюбимая, скромная женщина.
– Захар, вот скажи мне, почему ты всегда будто подавлял мою сексуальность? – ударила Лиза своим вопросом прямо между ног мужа. – А ведь она у меня есть! Почему стоило мне надеть откровенное бельё, ты говорил, что мне это не идёт? А если я вставала перед тобой на колени, тебе за меня было будто стыдно? Как будто сосать своему мужу это какое-то непотребство!
Захар уже пожалел, что пригласил её на танец. Прошлый закончился её слезами и истерикой, сейчас как будто будет намного хуже – Лиза доведёт до слёз его?
– Лиза, наш брак не был идеальным, в нём было много недостатков, но я готов над ним работать. Над собой, – выдавил из себя Захар. – Я хочу быть только с тобой!
– А я нет! Я тут недавно поняла, что я не просто нелюбимая жена, а годами недотраханная! Наш унылый супружеский секс меня больше не устраивает! – выпалила Лиза ему в лицо. – Официально сообщаю, что я собираюсь завести любовника. У меня трубы горят! Маточные! В отсутствии мужских сперматозоидов! Как честная женщина, говорю об этом прямо и считаю невозможным дальнейшее проживание под одной крышей. Моё здоровье почти в порядке, завтра я съезжаю, жди уведомления о разводе!
*****
Лизу колотила мелкая дрожь, пока она пыталась взять себя в руки, стоя в тени кустов и деревьев около террасы ресторана, где можно было немного побыть одной и перегруппироваться. Основное действие ещё впереди – выступление Миры Вайб, которая даже в страшном сне не могла себе представить, что для неё уготовила Лизавета. Может, она и мачеха, но девочек своих любила материнской любовью, которую и топором из сердца не вырубить.
Мать убьёт за своего ребёнка, а Лиза лишь спустит зарвавшуюся звезду на землю и приколотит её к ней молотком. Ещё полчаса и Мира выйдет на сцену, как и Лиза, выйдет с ней бок о бок, чтобы сделать небольшое объявление, а пока надо немного успокоиться и порепетировать речь.
Лиза вдруг напряглась, услышав на террасе голос Венеры, которая уже приняла на грудь, судя по её заплетающемуся языку и хихиканью. Женский алкоголизм был очень распространённой проблемой в их среде обитания…
– Ты видела рожу Захара? Он в шоке от своей Лизки! – хохотнула Венера. – С него семь потов сошло, когда она с дядей Валерой обнималась. Звездец ему, если она начнёт оспаривать брачный договор! «Уважаемый суд, муж ввел меня в заблуждение! Невиноватая я!» – и слезу пустит. Всё – половина его бабок будет у нашей Лизы-зализы!
– Захар, наверное, жалеет, что вторая жёнушка в аварии с летальным исходом не сдохла, – усмехнулась мать Венеры. – Эх, дурочка Лизка, разводиться надумала, да не знает глупая, что её брак не действителен. Никакая она не Туманова, и никакая она Захару не жена! Да только ему выгодно об этом помалкивать, отдаст ей столько – сколько запросит в обход брачного договора её жадность.
Лиза замерла, осторожно повернув голову в сторону семейки Тумановых. В смысле она Захару не жена? А кто?
Глава 12. Маски, люди, качели…
Елизавета Туманова – главная распорядительница благотворительного вечера, взирала на этот пир во время чумы со второго яруса столиков банкетного зала. Её предшественница – благодетельница Адель, объясняя ей тонкости столичной благотворительности, делала упор на то, что богачи предпочитают жертвовать деньги с помпой и размахом. Лиза следовала её заветам.
Она приложила к своим вискам пальцы, пытаясь унять пульсацию – у неё чуть не взорвался мозг, пока она думала над тем, что сказала мачеха её мужа. Лиза тут же кинулась к дяде Валере, который лихо отплясывал твист со своей дамой на танцполе. Он был не только известным юристом, но и меломаном, который обожал джаз и блюз, а также танцы со своей любимой женщиной в обнимку.
Валерий обещал проверить легитимность её брака как можно скорее, как и подлинность брачного договора, который был явно не в той же редакции, который подписывала Лиза с Захаром, да и Октябрина с его отцом. Иначе после смерти Сергея, его жена бы получила всё состояние Тумановых.
Как же Лиза устала от всего этого и высшего общества в том числе! Свора голодных до денег собак, а не люди!
Рассматривая внизу толпу в масках, Лиза испытывала какое-то чувство мерзости от происходящего. Вроде делают хорошее дело, но как-то неправильно, поклоняясь богу тщеславия и золотому тельцу.
Не одна она была такого мнения:
– Как будто в бордель Волшебника попал – будто везде шлюхи в масках, в том числе и мужчины.
Лиза встрепенулась, рядом с ней как с потолка приземлился Филин, с которым её общение ограничивалось приветствием и прощанием. Она немного его побаивалась, интуитивно понимая, что он представляет угрозу. Особенно, для женщин – стоит ему улыбнуться и подмигнуть им своими хитрыми зелеными глазами.
– Что, простите? – пробормотала Лиза.
– Волшебник страны Мужских грёз, вы его не знаете, он теперь старая легенда среди сутенёров. В его борделях все девочки носили маски, – обольстительно улыбнулся Святослав, пригубив из своего бокала и скользнув языком по своим губам. – Елизавета, давно хотел с вами переговорить наедине.
– Зачем? – испуганно пискнула Лиза.
– Затем, что я несколько недель мурыжил вашего мужа, делая вид, что расследую ваше внезапное исчезновение, – Филин приблизился к её уху и понизил голос. – Лиза, давайте снимем маски и будем честны – вы скажете, где были три дня, которые вы якобы не помните, а я вас прикрою. На неверных жёнах я собаку съел, больше не хочу – нажрался. Я не состою в обществе святых моралистов и не ношу белое пальто. Мне важно, чтобы вы были живы и всё. Скажите, с кем вы провели приятные дни и ночи и как так вышло с рукой? Я придумаю для вас красивую ложь и муж от вас отстанет.
– Вы намекаете на то, что я изменяла мужу с посторонним мужчиной? – холодно спросила Лиза.
– Я не намекаю – я прямым текстом говорю, – усмехнулся Филин. – Я видел синяки на вашем теле, когда вас привезли в клинику, только это были не синяки, а засосы и отпечатки мужских пальцев, которые хватали вас за бёдра слишком сильно.
– Меня изнасиловали? – дрожащим голосом спросили Лиза.
– Нет, следов насилия не было, значит, всё было по обоюдному согласию.
– А это тогда откуда? – приподняла она руку в кистевом ортезе, будто отрицая его слова.
– Ну, мало ли откуда, может, с секс-качелей навернулись? – рассмеялся Филин.
– Секс что? Качели? – нахмурилась Лиза, чувствуя что этот щегол в безупречном костюме просто над ней издевается.
– Что? Никогда на таких не катались? Очень советую, Лизавета, – усмехнулся Филин и протянул ей свою визитку. – Если надумаете покаяться в грехах – звоните, мне платят за то, что я храню чужие секреты, а не только сохраняю жизнь.
– А ничего, что вас нанял Захар, а не я?
– На днях Туманов отказался от моих услуг, нанял другую охрану.
– Как это? А как же Евгения? Девочки к ней очень привязались! Она для них настоящая героиня! – удивлённо воскликнула Лиза.
– Вашему мужу не очень понравилось, что действия моей подчинённой нанесли ущерб его дочери. Наверное, по его тупой логике – Женя должна была передать девочек из рук в руки, чтобы только они не пострадали. Извините, Лиза, но скажу как есть – ваш муж сказочный долбоёб. Я нашел ещё одного отца, у которого похитили дочь семнадцати лет с целью выкупа. Похитителям потом больше понравилась игрушка, а не деньги, которые можно за неё получить. Отец свою дочь больше не увидит. Евгения сделала всё правильно – она спасла вашим детям жизни ценой своего здоровья, ваш муж не оценил.
Лиза приложила ладонь к груди, где бешено стучало сердце, пусть не материнское, но за девочек резко заболело. Если бы с ними что-то случилось, Лиза бы сошла с ума на пару с Захаром.
– Погуглите, что такое секс-качели и покатайтесь с кем-нибудь для разнообразия, раз уж решили разводиться, – усмехнулся Филимонов.
Она уж было подумала, что это он намекает на себя, но Филин смотрел не на неё, а в толпу гостей внизу, будто хищно высматривая сверху свою жертву и, кажется, её нашёл.
– Мне пора, есть тут одна любительница покататься на качельках, пойду её совращать на покатушки вдвоём. Открою для неё мир извращённой эквилибристики под потолком, – подмигнул Филин Лизе и исчез.
Туманова тряхнула головой, отгоняя призрак хищной птицы, которая только что будто поклевала ей мозг. Вечер только начался – ей нужна трезвая голова. Она тихонько заскулила раненой собакой, ей всё больше казалось, что она попала в сумасшедший дом, а это всё её глюки – еще и засосы какие-то нарисовались, как мудрый Филин говорит.
Откуда? Куда? Зачем? Что вообще вокруг происходит?!
Кто-то тронул её за плечо и Лиза вздрогнула, увидев Тамару. В вечернем платье бывшая майор полиции выглядела как очень привлекательная женщина средних лет.
– Елизавета Архиповна, пора!
*****
Туманова вынуждена была признать, что Мира обладала несомненным талантом. Она пела вживую, свою самую известную песню, которая и сделала её популярной – баллада о любви и страданиях. Персонал караоке-баров по всей стране вешался от толп несчастных женщин, которые протяжно завывали песню Миры Вайб на своих девичниках у них в заведениях.
Однако, звездулина пробила себе дорогу на сцену не только голосом, но и слезливой истории девочки-сиротки, которая сначала росла в детском доме, а потом переходила из одной приёмной семьи в другую. Нищета, голод, лишения и домогательства опекунов стали основой её пиар-компании. Миру жалели, ею восхищались, её превозносили среди прочих талантов. Она стала образцом успеха и сильной женщины, которая поёт. Её образ в глазах общественности был Лизе только на руку.
Когда Мира спела свою первую композицию, Туманова взяла в руки микрофон и вышла к ней на сцену, искренне даря ей аплодисменты.
Любовница – в черном, жена – в светлом, но обе выбрали одного и того же мужчину и алую помаду. Лиза взглянула на Захара, который снова не приглашал Миру, а она припёрлась петь. Медиахолдинг был слишком большим, чтобы Захар мог уследить за всеми мелкими делами. Лиза этим воспользовалась. Его выражение лица она запомнит до конца дней своих. На нём отпечатались все эмоции, что он испытывал в этот момент – злость, ярость и гнев, но гнев Лизы был сильнее.
Его она спрятала за обворожительной улыбкой и пафосными речами:
– Дамы и господа, давайте ещё раз поприветствуем прекрасную Миру и воздадим честь её таланту! Мира обладает великолепным голосом широкого диапазона, но шире всего в её теле это, конечно…
Мхатовская пауза заставила дернуться в унисон глаз Захара и Миры, когда толпа замерла, надеясь на пошлое продолжение.
– …душа! Все вы, наверняка, знаете, через что пришлось пройти Мире на её пути к славе и признанию, и на этом пути она не потеряла самого главного – своего доброго сердца.
Лиза протянула руку в сторону блондинки, которая замешкалась, глядя в раскрытую ладонь, но всё же нацепила улыбку на лицо и взялась за руку женщины, которую предал муж на пару вместе с ней.
– У Миры Вайб скоро состоится первый большой концерт в столице. Дорогие гости, поддержим нашу звезду аплодисментами от всей души! Мира, слишком скромная, чтобы сказать это самой, поэтому скажу я – весь свой гонорар от выступления Мира направит в мой благотворительный фонд, на помощь женщинам, пострадавшим от домашнего насилия! Браво, Мира, поклоняюсь вашей доброте и щедрости!
В расширенных зрачках певички отразились все те миллионы, которые она только что потеряла у всех на глазах. Лиза крепко стиснула её руку в своей, скалясь в улыбке – за всё надо платить, за свою подлость цена двойная. Мира была в шоке, её менеджер тоже, и только Захар пребывал в восхищении своей женой. Лиза дала жару – дорого и со вкусом, без применения физического насилия, истинная леди.
Туманова обняла застывшую статую женщины, чтобы сказать ей пару ласковых за кадром вспышек фотокамер.
– Даже не вздумай давать заднюю, Мирочка, общественность порвет тебя на кусочки, как твою коллегу, которая провернула сделку с продажей элитной квартиры мошенникам. Тебя прибьют к кресту и распнут твои вчерашние фанаты, – проговорила Лиза ей в ухо. – Я хочу, чтобы ты знала, за что ты расплачиваешься – не за моего мужа, на которого мне глубоко плевать, а за девочек, которым ты пустила звёздную пыль в глаза и втянула в свои интриги. Даже если ты займешь моё место рядом с Захаром, что маловероятно, стоит тебе обидеть Дашу или Машу, я тебя живьём закопаю! Поняла?!
Мира стояла будто громом пораженная, пока вокруг грохотали аплодисменты. Завтра поступок звезды будет во всех соцсетях, от слов Тумановой ей не отмазаться – придётся платить. Лиза обняла ладонями её за лицо, будто близкую подругу.
– Ты меня поняла, сука?! – процедила сквозь улыбку Лиза.
Певичка кивнула, признавая свое поражение, Лиза похлопала её по лицу ладонью чуть сильнее, чем того позволяли приличия.
– Народ требует хлеба и зрелищ, а теперь пой, Мира! Пой!
Лиза уходила со сцены, едва не сгибаясь под тяжестью своего не самого благовидного поступка, первого, но не последнего в её новой жизни. Она нашла глазами среди гостей красивую девушку в красном платье и направилась прямиком к ней. Ей срочно понадобилась помощь женщины, которую называли Чёрной вдовой…
Глава 13. Вдовы – чёрные и не очень
Лиза писала песни о любви, глубокие и проникновенные, источником её вдохновения была собственная любовь. Пусть невзаимная, даже несчастная, зато её внутренние страдания хорошо ложились на стихи и душещипательные мотивы. Иногда Лиза черпала вдохновение, глядя на другие пары, у которых в отношениях была целая гамма чувств и эмоций. Например, одну из своих песен Лиза написала, увидев супругов Морозовых этой зимой в ресторане.
Лиза заметила Севера Морозова за столиком, вокруг него всегда была будто лютая зима, как и он сам производил впечатление холодного и сдержанного мужчины. Ему было около сорока лет, строил небоскрёбы в Москве и Питере, обладал суровой мужской красотой и ранней сединой, будто его припорошило снегом.
Он пил кофе, что-то печатал в телефоне, иногда отвечал на звонки и не сводил взгляд с входной двери, будто кого-то ждал. Север ждал её – свою Снегурочку, которая вбежала в ресторан в белой шубке, раскрасневшаяся с мороза, с улыбкой до ушей она кинулась к нему. Морозов тут же подскочил, встречая Киру – она повисла на его широких плечах, целуя в губы, долго, неприлично долго и страстно.
Север будто оттаял, когда она села рядом с ним и начала что-то с воодушевлением рассказывать, он улыбался, будто к Морозову пришла долгожданная весна. Пока она обедала, Север смотрел только на неё, не отвлекаясь на телефон, в каждом его взгляде Лиза ловила любовь и нежность.
Собственная жизнь встала комом у неё в горле, как и у некоторых посетителей ресторана, которые видели то же самое, что и она. Папики в дорогих часах на запястьях, как будто вдруг осознали, что есть вещи, которые не купить за деньги. Их, купленные на время спутницы, откровенно завидовали, разглядывая красивую девушку, которая сорвала большой куш в виде обручального кольца, состоятельного и красивого мужчины одновременно.
Лиза же с грустью смотрела на Морозову, которая была примерно того же возраста, в котором она сама выходила замуж. Захар не позволял ни своей будущей невесте, ни потом жене так прилюдно показывать чувства. Единственный поцелуй на публике, который они себе позволили был спустя двенадцать лет брака под дождём из лепестков роз.
Морозова быстро пообедала, расцеловала мужа и поспешно удалилась, Север печально смотрел своей жене вслед и вокруг снова будто наступила зима. Как и у Лизы внутри словно всё заморозилось, она дотронулась до своего живота ладонью – Лиза выходила замуж на третьем месяце беременности. На пятом всё закончилось…
Елизавета тряхнула головой, отгоняя воспоминания, которые не вовремя захлестнули её, и, наконец, добралась до Киры Морозовой, которая с горящими даже через маску глазами выбирала десерт с подноса официанта.
– Малиновая тарталетка самая вкусная, – подсказала ей Лиза. – Добрый вечер, Кира, рада, что вы с мужем приняли приглашение.
– Спасибо, сожру малиновую, – улыбнулась девушка.
– Можно вас на пару слов?
Кира кивнула и они отошли подальше от вездесущих ушей. Морозова хитро улыбнулась и пригнулась поближе к уху Тумановой.
– Круто вы её умыли, Елизавета, тонко очень, я так не могу. Предпочитаю разбираться с любовницами мужа по-старинке – кулаком в рожу, они так тоже хорошо понимают. Извините, Лиза, если я слишком прямо выражаюсь и лезу не в своё дело. Привыкла говорить то, что думаю. Извините, если обидела.
– Ни сколько, – вежливо улыбнулась Лиза. – Адель о вас очень тепло отзывалась, и говорила, что вы прямолинейная, но очень добрая душа.
– Со вторым бы поспорила, а она тем более… – хмыкнула Кира, кивая на блондинку, что стояла невдалеке. – Моя любимая Вероничка-клубничка, как-то я долбанула её рожей об зеркало, когда она переспала с моим мужем. До сих пор меня обходит стороной. Всё рыщет по балам ищет своего принца, а я считаю – надо найти сначала себя, а мужик приличный сам подтянется. Да ведь?
Лиза неуверенно кивнула, бросая неодобрительный взгляд на мужа Киры. Увидев, как Туманова поникла от сообщений об измене в чужой семье, Морозова поспешила обелить своего любимого:
– Это ещё в наш первый брак было, не по-настоящему, – махнула она рукой. – А теперь-то во втором у нас всё хорошо. Но знаете что я теперь думаю? Что долбануть об зеркало надо было его. Так бы дело быстрее у нас пошло. И вообще, когда муж начинает плохо себя вести – от него всегда можно по-тихому избавиться. Я ж Чёрная вдова!
Морозова громко рассмеялась, закидывая в рот тарталетку.
– Мне бы от моего тоже надо было избавиться, лет десять назад, – горько усмехнулась Лиза.
– Ну, я вот своего первого мужа до смерти затрахала. Со вторым хотела повторить успех да он у меня слишком здоровый – пловец, сердце тренирует, – печально вздохнула Кира. – Приходится быть счастливой женой, что ещё поделать?
– Этот вариант мне не подходит, – усмехнулась Лиза. – Только что объявила ему, что любовника собираюсь завести и от него ухожу. Как-то непоследовательно будет.
– Тогда яд – всегда работает безотказно, – улыбнулась Кира. – Елизавета, может, закончим эти светские беседы? Что вам от меня нужно? Не ходите вокруг да около – говорите.
Лиза тут же взялась за переговоры.
– Мне нужно кому-то передать дела фонда, а вы один из самых крупных меценатов – ваша помощь женскому приюту неоценима! Может, вы…
– Нет, извините. Я готова жертвовать деньги, но не своё время, – твёрдо сказала Морозова. – Мой муж очень занятой человек, а всё свободное время мы предпочитаем тратить на семью, а не на подобные мероприятия. Меня от них подташнивает. Вы тоже устали от этого бомонда, понимаю, но я точно вам не помощник. К тому же муж поручил мне проект по сохранению исторических культурных памятников – реставрируем старинные усадьбы, плюс я решила нарожать от Севера кучу детей. О последнем он пока не в курсе, ну да ладно – сюрприз будет! Доведу его до инфаркта тройней!
Морозова расхохоталась, громко и без всякого стеснения, степенные воспитанные дамы рядом посмотрели на неё с лёгким пренебрежением.
– Я поняла, спасибо за честность, буду искать дальше, – вздохнула Лиза, оглядываясь вокруг.
*****
Лиза подошла к известной светской львице Наталье Борисовне, которая не смотря на преклонные года зажигала похлеще молодёжи. Наталья тоже была крупным благотворителем – спускала на ветер миллионы своих состоятельных детей и наследство от трёх мужей. Она знала здесь всех и вся, Лиза понадеялась выспросить у неё, может, кого-то подскажет. Морозова была пятой женщиной, которая ей отказала – никто не хотел брать на себя фонд.
Наталья была похожа на блестящую стрекозу в больших круглых очках, обвешанная бриллиантами тут и там. После теплого приветствия, Наталья поспешила поделиться новым пошлым анекдотом про поручика Ржевского. Она славилась своим чувством юмора и такой же прямотой, какая была присуща Морозовой.
– Лизонька, здравствуй моя дорогая. Наталья, и тебе не хворать, – надменно улыбнулась Октябрина Туманова, вклиниваясь в их беседу посреди пошлого анекдота.
Две светские львицы советской закалки друг друга недолюбливали, Наталья пришествие «подруги-комсомолки» проигнорировала, а Лиза молча ждала жала от «свекрови». Октябрина обладала болезненной худобой при отменном здоровье и выглядела немного пугающе. Всегда в чёрном после смерти своего мужа, будто на самом деле держала траур – вот, кому бы подошло звание Чёрной вдовы. На лице застывшая маска скорбящей жены, которая осуждающе смотрела на Наталью, будто та не имеет права веселиться, похоронив троих мужей. Октябрина вообще всех и всегда осуждала.
Она постоянно жалила Лизу, что она скоро проворонит свои последние яйцеклетки, хотя сама родила свою единственную дочь Венеру в тридцать пять от очень обеспеченного мужчины, который впоследствии скончался, оставив жену и дочь без гроша в кармане.
Как отец Захара позарился на Октябрину – кислый сидр полувековой выдержки, характер которой был откровенным дерьмом, для Лизы так и осталось загадкой. Однако, они прожили вместе около двадцати лет, даже вроде счастливо, как могут быть счастливы два ядовитых скорпиона в одной банке. Отец Захара тоже был непростой человек, может, они с женой нашли друг друга.
– Ну что ж, Лизавета, ты просто поражаешь своим постоянством. Твоя милейшая попытка организовать бал для избранных, как всегда превратилась в очаровательную провинциальную дискотеку. У тебя настоящий талант! Раз за разом падать своим личиком не первой свежести в грязь. Надеюсь, в этот раз ты хотя бы не сбежишь с позором, как со своего дня рождения! Где тебя воспитывали?
– Слава Богу не там, где тебя, – хмыкнула Наталья, сверкая глазами в сторону женщины, на похоронах которой она выпила бы за своё здоровье с большим удовольствием.
Лиза мысленно вспомнила все уколы от мачехи мужа, когда она позволяла себе унижать её в присутствии других людей. Она стиснула зубы, вспоминая, что Октябрина сказала сегодня своей дочери – Лиза Захару не жена. Спрашивать о том, что это означало, было опрометчиво – всё равно не скажет. Зато у Лизы за двенадцать лет яда накопилось, аж из ведра выплескивалось.
– Октябрина Леонидовна, давно хотела вам сказать, – широко улыбнулась Лиза. – Идите на хуй, пока ещё можете, а то придётся ползти!
Секунда тишины, чуть приоткрытый рот Октябрины и громкий хохот Натальи Борисовны, которая клацала вставными челюстями. Наталья прочистила горло и вдруг запела.
– И Ленин такой молодой, и юная Октябрина впереди! Идёт прямиком на ху…
– Заткнись, Наташа! – зашипела Туманова.
*****
Лиза не стала слушать дальше перепалку двух престарелых леди, ей нужно было идти дальше – устраивать свою судьбу. Она легонько дотронулась до плеча мужчины, который со скучающим видом стоял подальше от гостей, пристально глядя как его дочь танцует с молодым человеком под медленную композицию.
– Максим, потанцуете со мной? – улыбнулась ему Лиза. – Подкрадёмся к ним поближе и послушаем, о чём они говорят.
– Отличный план, как я сам не додумался?! – хлопнул себя по лбу Максим и поспешил с Лизой на танцпол.
– Я обниму вас за спину, а то руку не могу высоко поднимать.
Они медленно начали двигаться под музыку, глядя друг другу в глаза. Всё, что Лиза знала об этом мужчине – он специалист по стейковому мясу, у него своя сеть пабов в двух городах, где эти самые стейки подают. Он в разводе уже десять лет, а его восемнадцатилетняя дочка живёт с матерью за границей. Приехала на каникулы к отцу, и он пришёл с ней на бал. Лиза подсказала им, где взять красивое платье принцессы напрокат.
– Вам совсем не весело, Максим?
– Не особо, я предпочитаю ламповые рок-вечеринки в своём пабе, чем такие сборища снобов. Уж извините, Лиза, за прямоту, – усмехнулся он.
– Не извиняю, а поощряю, вы не представляете, какая это здесь редкость. Говорить правду, а не лгать в лицо, – улыбнулась Лиза и решила идти на таран. – Максим, я приглашаю вас на свидание, в ваш паб, на ламповую рок-вечеринку, вот так вот нагло и беспринципно.
Максим на секунду затормозил, удивлённо глядя на улыбающуюся Лизу. У неё внутри всё замерло, в ожидании ответа, даже если он ей откажет, её это не расстроит. Мужчина ей понравился, она сделала шаг к нему, первый раз в своей жизни – это уже успех.
– Лиза, вы замужем, и ваш муж прямо сейчас испепеляет меня и вас своим ревнивым взглядом, – покачал головой Максим.
– Он мне не муж и знает об этом, – усмехнулась Лиза. – Я угнала машину, чтобы от него уехать подальше, но что-то меня притормозило. Так вы пойдёте со мной на свидание или будем ждать официальной бумаги из ЗАГСа?
– Пойду. К чёрту бюрократию! – улыбнулся Максим и сердце Лизы сделало тройное сальто в груди.
*****
Второй раз за последние полтора месяца Лиза собирала сумку с вещами в этом доме. Она твёрдо решила уехать отсюда, завтра утром скажет девочкам, Захар услышал всё сегодня. Он не сказал ей ни слова по дороге домой, когда они ехали в одной машине. Зато он сказал много слов менеджеру своей ненаглядной Миры, с которой лейбл, по слухам, разрывал контракт после её первого большого концерта, чтобы успеть собрать куш. Теперь ждать было больше не надо. Мира пойдёт по миру…
Лиза грустно вздохнула, заканчивая со сборами, потёрла руку, которая немного ныла от боли. Она вытащила таблетку обезболивающего из сумочки и направилась на кухню, чтобы запить её водой. У кабинета мужа Лиза притормозила, дверь была прикрыта, Захар не пошёл спать, а засел в кабинете. Она прошла мимо, лишь когда возвращалась назад, странный звук заставил её заглянуть за дверь.
Первая мысль, которая мелькнула у неё, когда она увидела своего мужа на полу, будет ли Морозова давать против неё показания в суде, если Туманову обвинят в убийстве?
