Текст книги "Открытая книга (СИ)"

Автор книги: Кира Левина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 9

Серый Volvo уже стоял на парковке у аптеки, прячась в полосатой тени от высоких тополей. Направляясь к машине, я снова с иронией вспомнила нашумевшую вампирскую сагу. По правде говоря, на роль застенчивой и неуверенной Беллы куда больше подходила я, нежели ослепительная Маша, вот только жизнь не роман, и в реальности такие парни, как Бен или тот же Эдвард Каллен, редко обращали внимание на обычных девушек, как я.

Я не успела сделать и пары шагов, как увидела, как Бен потянулся через пассажирское сиденье и изнутри приоткрыл мне дверь. Молчаливый, но красноречивый жест, мол, садись спереди.

Сердце ёкнуло.

– Привет, – выдохнула я, забираясь в салон и стараясь не показать своего волнения. К тому же, как бы я не спешила, выйти из аптеки в ранее написанное мной время не удалось. – Прости, что заставила ждать.

– Привет, – последовал короткий ответ.

Он даже не взглянул на меня. Всё его внимание было поглощено сложным манёвром выезда задним ходом с узкой парковки. Я пристегнулась, стараясь, чтобы щелчок замка прозвучал как можно тише.

– Ещё раз спасибо, что предложил подвезти, – попыталась я снова завязать диалог, чувствуя себя нелепо.

Ответом стал лишь скупой кивок.

"Судя по всему, это и будет весь наш разговор", – подумала я с лёгкой горечью.

Я смущённо сжала колени и отвернулась к окну. Затем несколько раз нервно поправила юбку, стараясь не привлекать к себе внимания. Бен, конечно, не стал бы пялиться на мои ноги, но мне бы не хотелось, чтобы у него сложилось впечатление, будто я специально для него нарядилась. Уверена, он видел не одну пару ног, и совершенно точно среди них было много красивых, поэтому мои для него должны выглядеть обычными. Не то, чтобы они были некрасивыми, просто ничего сверхъестественного в них не было.

Внезапно стекло рядом со мной с тихим гулом поехало вниз, остановившись на середине. Я резко обернулась к Бену. Его рука лежала на дверной панели, где находились кнопки управления окнами.

– Можешь открыть ещё. Если хочешь, – тихо и нейтрально прозвучал его голос. Он по-прежнему смотрел вперёд, явно сосредоточившись на дороге.

Я с сомнением отвернулась, но разрешила себе опустить стекло ещё немного, чтобы без помех рассмотреть вечерний город. Тёплый вечерний воздух ворвался в салон, и губы сами собой растянулись в счастливой улыбке.

Движение в центре оказалось ещё более плотным. Мы не застряли в глухой пробке, но довольно медленно ползли с потоком машин. Видимо, не только наша компания решила насладиться первым по-настоящему тёплым вечером.

Телефон мягко завибрировал в ладони.

Это Маша написала в общий чат.

"Ребята, вы где? Не заблудились?"

Было пять минут седьмого. Мы уже опоздали и ещё даже не выехали из города. Я мельком глянула на навигатор.

"Весь проспект горит красным. Пишет, что будем через двадцать три минуты", – быстро отписалась я.

"А чего Бен поехал через центр, а не по объездной?" – тут же удивился Захар.

Я повернулась к Бену. Его телефон лежал в нише для зарядки, поэтому, судя по всему, защищать его маршрутный выбор придётся мне.

"Это интервальная тренировка. Три минуты едем, пять отдыхаем. Всё, как ты любишь, Захар", – напечатала я, намекая на его увлечение спортом.

С лёгкой улыбкой я отложила телефон. Ну поехали и поехали. Может, Бен просто забыл о вечных пробках на этом проспекте.

Парень тихо вздохнул, и я краем глаза увидела, как он выудил из подлокотника провод. Один его конец Бен всунул в разъём на панели, а другой... протянул мне.

– Эм... – глупо промычала я, но взяла кабель.

– Включишь музыку? – неожиданно предложил Бен.

От этого простого вопроса у меня от удивления округлились глаза. Чем его радио его не устраивало?

Всё же я послушно вставила штекер в телефон и судорожно принялась листать свой плейлист, находу вспоминая песни, которые могли бы ему понравиться. Баскетбол! Что играло на школьных турнирах? Travis Scott, Drake, Lil Baby... Да! Что-то похожее у меня точно было. Я быстро ткнула в "Forever", которая играла из каждой колонки во время их баскетбольных игр.

Едва знакомый бит заполнил салон, как Бен протянул руку и убавил громкость почти до минимума.

– Включишь музыку, которая нравится тебе?

Я снова повернулась к нему, уловив в его ровном голосе лёгкую, но отчётливую нотку раздражения. Лицо же осталось бесстрастным.

– Прости? Ты хочешь послушать Beyoncé? – попыталась отшутиться я, мысленно понимая, что его тон меня задел.

– А ты слушаешь Beyoncé? – впервые за всю поездку он повернул ко мне голову, потому что поток машин впереди окончательно встал.

– Нет, но я могла бы, – я пожала плечами.

– Тогда мы бы слушали Beyoncé, – парировал Бен и снова уставился на дорогу.

Выбора не оставалось. Я с вызовом посмотрела на его идеальный профиль, пролистнула свой плейлист до заветного трека и ткнула на "воспроизведение".

Зазвучали первые биты. Бен сначала нахмурился, потом прибавил громкость, и его лицо неожиданно расслабилось. И... он усмехнулся.

Тихий, едва слышный смешок.

– Kendrick Lamar? Серьёзно?

– И SZA. Бывшая девушка Дрейка, если тебе это о чём-то говорит, – хмыкнула я.

– Таких светских сплетен я уже не отслеживаю, – признался он.

– Тогда просто слушай, – рассмеялась я и рискнула сама прибавить громкость.

Наконец, мы выбрались из городской паутины на загородную трассу. Машина плава набирала скорость. Тёплый ветер бил в лицо, забираясь в волосы и заставляя кожу покрываться мурашками. Я не прикрыла окно ни на йоту.

Счастливая, я откинулась на подголовник и, не произнося ни слова вслух, подпевала лишь губами, глядя на убегающую за горизонт дорогу.

"This may be the night that my dreams might let me know,

All the stars are closer,

All the stars are closer,

All the stars are closer..."

Примечание автора:

Почему Бен, собственно, усмехнулся. Существует давшнишний конфликт между исполнителями Drake и Kendrick Lamar. Суть конфликта я описывать не буду, но он есть. Я выбрала сторону, если можно так сказать, но никого склонять на неё не буду. Что слушают герои – их дело. Так вышло, что Соня сначала включила Дрейка, который, скорее всего, как исполнитель, нравится Бену (а, может, и не нравится, кто того Бена разберёт), а потом – Кендрика Ламара. Сделала это Соня, потому что Кендрик ей нравится или потому что не лыком шита, непонятно. А, может, и то, и другое. Оставим это Бену. Пущай сам выясняет. Хе-хе.

Глава 10

Остаток пути мы провели в молчании, но оно было удивительно комфортным. Я расслабилась, отдавшись потоку музыки, мерному гулу мотора и собственным мыслям. В салоне его машины под аккомпанемент любимых треков, было так легко представить, что мы не просто случайные попутчики, а парень и девушка, едущие на свидание.

Мираж был таким сладким и таким хрупким.

Интересно, что бы сказала Маша, если бы у нас с Беном и вправду начались отношения? Она, конечно, никогда бы не встала у меня на пути сознательно, но... но её лучистое присутствие само по себе было живой стеной. Когда Маша чего-то хотела, у других просто не оставалось шансов. Так что не было смысла строить иллюзии. Нужно было просто наслаждаться моментом, пока он длился.

Мы ещё даже не подъехали к посёлку, но уже издалека я увидела, что вся парковка у заведения была забита под завязку. Машины стояли в несколько рядов, и я мысленно поблагодарила Машу, позаботившуюся о том, чтобы забронировать нам столик. Велика была вероятность, что иначе мы бы остались без места. Я, пытаясь помочь, высматривала свободный "карман" между автомобилями, но Бен уверенно вёл машину прямиком ко входу. Я нахмурилась, повернувшись к нему. Даже мне, неопытному водителю, было очевидно, что места у самого ресторана не будет.

Он остановился прямо перед террасой.

Возникла секундная пауза, в которую никто ничего не предпринял. Ни сделал, ни заговорил.

– Иди? – наконец, полувопросительно произнёс Бен, всё же повернувшись ко мне.

– А ты? – удивилась я.

– Поеду парковаться, – ответил он тоном, будто это было самое очевидное решение на свете.

Мы уставились друг на друга в полном недоумении. Он, видимо, не мог взять в толк, почему я не выхожу, а я не понимала, почему он сразу не искал парковочное место.

– Э-эм, ладно. Ждём тебя, – выдохнула я, наконец, выскользнув из салона.

Едва я сделала шаг в сторону заведения, как автомобиль плавно тронулся с места.

Странно.

Всё ещё пребывая в недоумении, я поднялась на просторную террасу, и меня тут же накрыла накрыла волна шума, смеха и музыки.

Маша, первой заметив меня, радостно замахала рукой. Я, подойдя к нашему столику, быстро обменялась общими приветствиями и жестом поблагодарила подругу за занятые места. Когда я собралась присесть на свободный стул рядом с Захаром, Маша вдруг ткнула пальцем в кресло поближе к себе.

– Садись сюда, – зашептала она с заговорщицким видом.

– Я думала, тут будет Бен, – так же тихо возразила я, тоже указывая на стул между нами.

– Просто сядь, – шикнула Маша и тут же вернулась к общему разговору.

Я послушно пересела, убрав свою сумку с того самого "спорного" стула, и уткнулась в меню, стараясь не привлекать внимания. Когда через несколько минут этот стул с противным скрипом отодвинулся, у меня запылали щёки. Бен, наверняка, подумает, что я специально устроилась на этом стуле, чтобы разлучить его с Машей. Боже, за что мне эти муки?

Я не выдержала и украдкой взглянула на него. Злым, напряжённым или раздражённым он не выглядел. Напротив, его выражение лица было спокойным и как всегда немного отстранённым. Возможно, ему было абсолютно всё равно, где сидеть. Что ж, вполне здравомысляще.

Я немного успокоилась и попыталась вникнуть в общую беседу.

– ...когда ночи станут совсем тёплыми, – говорила Маша, активно жестикулируя. – Мы уже пробовали в прошлом году, но место выбрали так себе. Бен, а ты как, поедешь с нами с палатками? Лиана говорила, вы семьёй часто ходили в походы.

Я внутренне вздохнула. У Бена не было шансов. Даже если Лиана и приукрасила, дар убеждения Маши был настолько велик, что в палатках окажутся даже те, кто на дух не переносит кемпинг.

– Ходили, – без эмоций подтвердил Бен.

– Вот и отлично! Значит, с нами пойдёшь? Скажем, в июне? – не отступала Маша.

Бен не успел ответить, как в разговор встряла Агата.

– Мы же в июне с Глебом в Турцию летим. Давайте в другое время, – довольно пропела девушка.

Я поджала губы, пытаясь скрыть улыбку. Конечно, делиться радостью от предстоящего отпуска было вполне себе нормальным, но Агата делала это с завидной регулярностью, что уже начало изрядно действовать на нервы. Тем более, летели ребята на семь дней, а в июне, как известно, их больше. Логично, что при всё желании можно было бы найти пару дней для похода.

– Так вы же не на целый месяц улетаете, – простодушно озвучила Маргарита мою мысль.

– Ну ладно, погнали, – протянула Агата и, хмыкнув, добавила: – Не книжки же летом сидеть по вечерам читать.

Я непроизвольно сжала в руках край своей юбки.

Ну зачем? Зачем она так?

Да, в моём книжном блоге было не так много подписчиков, как на её личном аккаунте, но у меня была очень живая и отзывчивая аудитория. Я никогда не позволяла себе насмешливых или пренебрежительных комментариев в адрес её соцсетей, но Агата постоянно говорила что-то колкое в адрес моего блога.

– Просто нужно заранее дату выбрать, чтобы Соня смогла выходные на работе освободить, – быстро добавила Маша.

Агата лишь поджала губы, а я снова с обречённостью уткнулась в меню. Чёрт, теперь мне точно не отвертеться.

Выбор даты отложился, потому что к нашему столику подошёл официант.

– Добрый вечер, вы уже определились с заказом? – обратился он к нам с Беном, видимо, как к новоприбывшим.

Краем глаза я увидела, как парень почти незаметным движением кивнул в мою сторону, предложив мне заказывать первой.

– Цезарь, пожалуйста, и обычную воду без газа, – тихо сказала я, передавая официанту меню.

– Просто воду, – чуть хрипло произнёс Бен позади меня.

Официант, вежливо улыбнувшись, удалился.

Я медленно выпрямилась и посмотрела на Бена. Он сидел в странно напряжённой позе, а его взгляд был устремлён куда-то словно сквозь меня.

– Ты зря ничего не заказал, – зачем-то нарушила я молчание. – Это место не просто так популярно, тут действительно вкусно.

Бен перевёл тяжёлый взгляд на меня, коротко кивнула, после чего тоже сел прямо и повернул голову в сторону Захара и Дениса, которые что-то активно обсуждали.

Я прикрыла глаза на мгновение, почувствовав, как по щекам разлился жар, и попыталась сосредоточиться на беседе девочек.

Зачем? Вот заачем я полезла к нему со своими советами?

С чего я вдруг решила, что если Бен предложил меня подвести, то я ему интересна?

Дура.

Глава 11

Вечерний воздух на террасе был тёплым и густым, пахнущим грилем, цветущей липой и дорогим парфюмом.

Каким-то чудом всё же удалось немного расслабиться.

Поначалу вся моя правая сторона буквально горела от осознания его близости: от локтя, лежавшего на подлокотнике, до бедра, отделённого от его ноги лишь несколькими сантиметрами вечернего воздуха. Каждое его микродвижение отзывалось во мне током, но постепенно я смогла отвлечься, особенно, когда Маша и Маргарита принялись с горящими глазами обсуждать викторианский роман, который я им недавно посоветовала.

– Я просто не понимаю, почему она его простила! – воскликнула Рита, всплеснув руками так, что зазвенели её браслеты. – Он же её публично унизил!

– А что ей оставалось? – парировала Маша, застучав пальцем по столешнице. – Эпоха такая, у женщины выбора не было. Она действовала в рамках здравого смысла и социального выживания.

– Здравый смысл – это уйти! – не сдавалась Маргарита. – У меня бы ноги сами понесли!

– Я, когда читала, тоже думала, что... – мне, наконец, удалось вставить несколько слов в их эмоциональную перепалку, но закончить мысль я не успела. Меня резко перебила Агата, демонстративно уткнувшаяся в телефон, который не выпускала из рук всё время нашего обсуждения.

– Опять эти бесконечные книжки, – громко, с преувеличенной тоской вздохнула она, не обращаясь ни к кому конкретно. – Мир бы не рухнул, если бы вы когда-нибудь смотрели нормальные и современные блоги. Вот у этой девочки, – Агата повернула экран смартфона к Маргарите, тыча в него длинным ногтем, – просто шикарный контент о новых коллекциях. Одна красота и эстетика. Никаких этих ваших выдуманных драм.

По моей спине пробежали мурашки раздражения. Я сделала глоток воды, пытаясь сохранить спокойствие.

– У каждой коллекции свой покупатель, Агата, а у каждой драмы – свой зритель, – проговорила я тихо, но чётко.

– Ну да, особенно у скучной, – фыркнула она, снова уткнувшись в мерцающий экран, давая понять, что разговор окончен.

Я тяжело вздохнула. И что на такое можно ответить? Спорить было бесполезно.

– Твою мать, – вдруг громко проворчал Денис, с комичным стоном откидываясь на спинку стула. – Опять плюс два килограмма после этого чизкейка. Совесть меня просто заест, – парень обвёл взглядом стол и остановился на Бене. – Пойдём, грехи развеем?

Бен лишь молча кивнул, и оба парня одновременно поднялись со стульев.

– Вы дымить? – отлип от своего телефона Захар. – Я с вами.

– Не-не-не, – Денис, посмеиваясь, похлопал его по макушке. – Ты сиди тут, золотой ребёнок. Я обещал твоему отцу, что сберегу тебя от дурных привычек и сомнительных компаний.

– Да я и не курю! И руку убери, – психанул Захар, смахивая ладонь друга. Он тут же включил фронтальную камеру и с сосредоточенным выражением принялся восстанавливать пострадавшую причёску.

– Красуйся, красуйся, – беззлобно рассмеялся Денис. – Главное, чтобы ветер не сдул.

Почти все за столом если не рассмеялись, то, как минимум, улыбнулись.

– Только тебе, Бен, потом придётся в другом конце зала сидеть, – вдруг хмыкнул Глеб, отхлебнув из своего бокала. Его голос прозвучал громче, чем нужно.

Я мгновенно напряглась, почувствовав знакомый холодок тревоги. Алкоголя за столом было не так много, и пили его далеко не все, но Глеб, судя по всему, каким-то образом умудрился перебрать.

Бен, уже успевший задвинуть за собой стул, застыл на месте и уставился на Глеба тяжёлым и вопрошающим взглядом.

– Почему? – спросил он ледяным тоном.

– Некоторым нашим дамам дымок не по нраву, – усмехнувшись, развязно произнёс Глеб, жестом указав в мою сторону.

– Да брось ты, Глебыч, – махнул Денис рукой, пытаясь сгладить ситуацию. – Соня не любит запах дыма от сигарет, вот и всё. Я поэтому всегда после перекура в другом конце стола сажусь, чтобы не напрягать нашу любимую аптекаршу. Такой ходячий справочник обижать нельзя.

Я смущённо улыбнулась, почувствовав на себе пристальный взгляд Бена.

– Не надо так преувеличить, – пробормотала я, уставившись в салфетку на своей тарелке. – Всё не так драматично. Просто иногда голова от запаха дыма болит. Мелочь.

– Видишь? – улыбнулся Денис. – Беречь надо. Хрупкое создание.

– Да, ещё из-за нашей Сони мы на террасе для курящих ни разу не сидели, – не отрываясь от телефона, неожиданно фыркнула Агата. – Хотя там, между прочим, гораздо уютнее, вид получше и гирлянды эстетичнее.

– Я могу договориться с администратором, – с тёплой, но уже заметно напряжённой улыбкой произнесла Маша, – и в следующий раз они нам эти гирлянды и сюда повесят.

Агата бросила телефон на стол, после чего язвительно хмыкнула:

– Знаем мы, как ты можешь договориться.

От её слов у меня внутри всё похолодело. За столом мгновенно повисла гробовая тишина, что стало слышно, как в далёком главном зале рассмеялась компания.

Я увидела, как с лица Маши разом сбежала кровь, сделав её кожу мертвенно-бледной. В глазах подруги мелькнули шок и неподдельный ужас.

– Агата, твою мать, – прошипел Глеб.

Маргарита опомнилась первой.

– Мы пойдём к воде прогуляемся, – сказала она твёрдо, резко вставая и хватая Агату за руку выше локтя. – Воздухом подышим. Немедленно.

– Не дёргай ты меня так! – попыталась вырваться Агата, но её взгляд стал растерянным. Она и сама, судя по всему, испугалась своей грубости.

– Пойдём, – жёстко сказала Рита, таща подругу за собой.

Глеб, тяжело дыша и покачиваясь, поднялся и, не глядя ни на кого, побрёл следом.

Денис, проводив из взглядом, с грустным вздохом задвинул стул:

– Пойду присмотрю за ними, а то, чего доброго, друг друга к херам утопят в озере в таком настроении.

Я снова повернулась к Маше. Она сидела абсолютно неподвижно, уставившись в какую-то точку на столе, словно пытаясь прожечь в ней дыру. Её пальцы судорожно сжимали край стола.

– Маш, – хрипло позвала я подругу.

Она дёрнулась, будто от удара током, и посмотрела на меня. На её лице растянулась жутковатая и безжизненная улыбка.

– Я... Мне нужно... в туалет. Сейчас приду, – её голос сорвался.

Она подскочила так резко, что её стул с грохотом отъехал назад, и, не глядя ни на кого, почти побежала прочь, растворяясь в полумраке.

Я несколько секунд сидела в ступоре, не в силах пошевелиться.

– Чёрт, – тихо выругалась я сама себе под нос и, отбросив салфетку, тоже поднялась. – Маша, подожди!

Я ринулась за ней, выбежав с освещённой террасы в бархатную темноту майского вечера.

Но её уже и след простыл.

Вокруг меня была только тишина, прерываемая чужим смехом из ресторана, который теперь звучал как насмешка.

Глава 12

– Маша-а, – мой голос, приглушённый сосновой хвоей, терялся в вечерней тишине. Пятый или шестой круг по вокруг ресторана и его территории не дал результатов.

Я тяжело вдохнула и перевела взгляд на заходящее солнце. Огромное и багровое, он уже почти коснулось кромки дальнего леса, заливая мир тёплым, прощальным светом. Народ толпился на новом прогулочном пирсе и наблюдал за закатными видом, но меня тянуло туда, откуда открывался самый лучший вид на это таинство.

Я свернула с парковки на едва заметную тропинку, нырнула в прохладную синеву соснового бора и через пару минут вышла к воде. Здесь, в стороне от основного пирса, притулился старый, давно заброшенный деревянный помост. Доски, потрескавшиеся и посеревшие от времени, густо поросли скользким мхом. К покосившимся сваям были причалены три рыбацкие лодки, лениво постукивая бортами друг о друга в такт лёгкой зыби.

Я обожала это место.

Всё тут было идеально.

Не вылизано.

Шелест хвои, смолистый воздух, запах сырой древесиной и дикой мяты, растущей у кромки берега, плавающие кувшинки, заросли камыша, редкое кваканье и всплески воды.

Полная идиллия.

Я осторожно ступила за деревянный помост, и доски заскрипели под ногами. Внутри что-то ликующе ёкнуло. Всю жизнь я жила по правилам: ни разу не проехала "зайцем", всегда переходила дорогу на зелёный цвет и свято верила, что за каждым проступком последует немедленная кара.

Но здесь, на этом шатком краю земли, правила словно отступали. Здесь разрешалось быть смелой.

Я покрепче ухватилась за верёвочные перила, натянутые больше для видимости, чем для опоры, и замерла, наблюдая, как солнце медленно тонуло в мареве у горизонта, окрашивая воду в цвета расплавленного золота и меди.

Но увиденная красота не принесла покоя. Я вспомнила боль и шок в глазах Маши. Сердце сжалось от тяжёлого предчувствия.

Детство Маши было не просто сложным.

Когда-то я считала свои подростковые проблемы концом света, но сейчас, повзрослев, поняла, что у меня всегда был тыл. Пусть я не до конца понимала маму, пусть у меня не было хороших и близких отношений с моей младшей сестрой Мией, но всё равно мы всегда оставались семьёй. Моя старшая сестра Эля стала мне хорошей подругой, а папе всегда был тем якорем, опорой, каменной стеной, кому я могла рассказать нечто такое, чем даже не могла поделиться с мамой. И, если я лишь страдала по поводу того, что мама больше любила Элю и Мию, то Машу не любил никто.

Машины родители развелись спустя полгода после её рождения, и оба родителя скидывали дочь друг на друга, как обузу. Вышло так, что Машу начала воспитывать бабушка, и она, к слову, откровенно недолюбливала родную внучку.

Но Маша простила всех. Её добрая душа каждому нашла оправдание, но такие шрамы не ушли бесследно. Яркая, умная, невероятно привлекательная Маша словно искала в каждом мимолётном романе ту самую недостающую любовь, подтверждение своей ценности, и я не смела её осуждать. Я лишь отчаянно надеялась, что она однажды найдёт того, кто увидит за блестящей оболочкой хрупкую и израненную душу и полюбит именно её.

Мои размышления прервал неосторожный хруст ветки позади.

С трепещущим сердцем я обернулась.

– Глеб? – расстроенно спросила я, когда увидела знакомую растрёпанную макушку.

– Так и знал, что найду тебя здесь, – неуверенно улыбнулся он.

На секунду я увидела того самого парня, в которого когда-то влюбилась. Открытая, по-мальчишески простая и добрая улыбка. Но иллюзия мгновенно испарилась, едва я наткнулась на мутный взгляд.

– Зачем ты здесь? Где Агата? – строго спросила я, даже не стараясь скрыть в голосе усталость.

Глеб вздохнул и сделал шаг к деревянному помосту, явно намереваясь забраться на него.

– Сонь, помнишь, ты заставила меня прочитать "Властелин Колец"? Говорила, что там природа там, как отдельный персонаж...

– Глеб, мне это уже всё надоело! – не выдержав, вскрикнула я. – Зачем ты пришёл?

– Ты думаешь, что кто-то читает Толкиена из-за описания природы...

– Что ты делаешь? Не иди сюда!

– Меня всегда поражала твоя способность восхищаться.., – Глеб покачнулся и, если бы не ухватился за мою протянутую руку, то совершенно точно было промочил ноги. – Ух.

Парень испуганно огляделся, после чего поднял на меня взгляд, и на его лице снова расплылась та самая виновато-наивная улыбка.

Я сделала вздох и устало посмотрела на него:

– Глеб.

Парень понял, что уже не отвертеться от ответа, и вымученно произнёс:

– Ну что ты хочешь услышать от меня, Соня? Ты же умная. Ты и сама всё понимаешь...

– Глеб, ты в отношениях. Я не хочу это больше слышать, – выдохнула я, чувствуя, как меня переполняет раздражение, смешанное с жалостью.

– Ну хочешь я с ней расстанусь, – Глеб ещё крепче вцепился в мою кисть и сделал крохотный шаг вперёд.

Я высвободила руку.

– Глеб, нет. Всё кончено. Пожалуйста. Больше не подходи ко мне с этим, – почти грубо отрезала я.

– И что мне делать? – вымученно спросил парень.

– Эй, тут кто-то есть? – неожиданно послышался весёлый голос Маши из-за сосен.

Я напряжённо посмотрела на Глеба, давая ему понять, что разговор окончен, и крикнула в ответ:

– Да!

На узкую тропинку вышли Маша и... Бен.

Моё сердце, только-только начавшее успокаиваться, принялось бешено колотиться с новой силой.

– Вот вы куда запропастились, – подруга сощурилась от закатного света, глядя на солнце. – Твоё любимое место, да, Сонь?

– Да, любимое, – пробормотала я, с трудом переводя дух.

Мне вдруг отчаянно захотелось выбраться с этого шаткого помоста.

Я осторожно начала ступать по прогнившим доскам, чтобы добраться до берега. Бен неожиданно оказался рядом и молча протянул мне руку. Я замерла, уставившись на его ладонь. На секунду я задумалась, но затем решительно приняла помощь.

Его ладонь оказалась тёплой и шершавой, и это прикосновение отозвалось не просто покалыванием в кончиках пальцев, но и сокрушительным теплом где-то в самом низу живота. Бен помог мне спуститься на берег с ловкостью и силой, в которых не было ни намёка на суетливость. Я поспешно отпустила его руку, и он тут же разжал пальцы, не задерживая контакта ни на секунду дольше необходимого.

– Может, всё-таки по бокалу игристого? – вдруг предложила Маша, подходя ко мне. – Вечер... оказался интересным.

Я внимательно посмотрела на подругу. В её глазах не было слёз, лишь лёгкая усталость и решимость не показывать вида. Но она нуждалась в поддержке.

– Конечно, только надо...

Мои слова утонули в оглушительном всплеске, треске ломающегося дерева и нелепом вскрике.

Мы с Машей резко обернулись к воде.

Открывшаяся картина одновременно оказалась жалкой и комичной: край старого помоста под ногами Глеба окончательно поддался, и парень, к несчастью, оказался в воде. Он, яростно сражаясь с тиной и водорослями, пытался встать. Воды ему было по колено, но тем смешнее выглядела эта нелепая борьба.

Маша не выдержала и расхохоталась – звонко, заразительно, снимая всё накопившееся напряжение. Я тоже не смогла сдержать улыбку.

Глеб, багровый от злости, наконец, поднялся, вышел из озера и, чавкая мокрыми кроссовками, и быстрыми шагами скрылся в чаще леса.

Я обернулась к Бену и застыла.

Он стоял ко мне спиной, лицом к угасающему закату. Я не видела выражения его лица, но по лёгкому напряжению в его плечах, по тому, как он опустил голову, я была абсолютно уверена в том, что он улыбался.