Текст книги "Тот самый парень (ЛП)"
Автор книги: Ким Джонс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)
– Ты мне не нужна. Я всегда могу пойти один.
– Нет, не можешь.
– Кажется, ты довольно уверена в этом.
– Конечно. Кэм сказал мне.
– У Кэма длинный язык, – бормочет он, наклоняясь вперед, чтобы налить себе выпить. Мне даже ничего не предлагает.
Грубиян.
Я прижимаюсь к нему, обхватываю одной рукой его бицепс, а другой сжимаю бедро. Его руки замирают. Как и стакан в нескольких дюймах от его рта. Он не двигается, только косится на меня.
– Если забуду сказать тебе позже, я действительно отлично провела время сегодня вечером.
Его губы изгибаются, будто он хочет улыбнуться. Но не поддается этому.
– Вечер только начинается, Пенелопа. На твоем месте, я бы пока не стал благодарить меня. Эти люди – акулы. Такую девушку, как ты, они разжуют и выплюнут. – Черты его лица темнеют, тон становится серьезным. – Если кто-то заставит тебя чувствовать себя некомфортно, просто уйди и найди меня. Поняла?
Я отстраняюсь от него.
– Я могу постоять за себя. Но, обещаю, если увижу возможность ситуации «девица в беде», можешь поспорить на собственную задницу, я воспользуюсь ей.
Я подмигиваю ему. Но правда в том, что я понимаю, что влипла по уши.
Эти люди не такие, как я. Надо мной, скорее всего, будут смеяться. Дразнить за моей спиной. Даже глядя мне в лицо. Но смеяться последней буду я. Это одно из преимуществ писательской профессии. Ты можешь поместить злых людей в книгу.
А потом убить их.
Глава 10
Не уверена, чего я ожидала.
Красную ковровую дорожку?
Вспышки фотокамер?
Толпу, скандирующую мое имя?
Крауд-сёрфинг с целью заполучить прядь моих волос… (прим.: крауд-сёрфинг – когда зрители на музыкальных концертах передают на руках человека над головами друг друга, тем самым, он «плывёт» из одной части зала в другую)
Да, все это.
Но точно не скучное до тошнотиков появление, когда мы входим через черный вход и должны пройти через кухню, чтобы попасть на настоящую вечеринку.
– Вот тебе и грандиозное появление, – бормочу я, передавая шубу мужчине, который слишком много кивает.
У чувака тик или что-то в этом роде?
Иначе, почему он продолжает так делать?
Потом я замечаю, как он смотрит на Джейка. Глаза широко распахнуты. Движения неловкие. Речь превратилась в бессвязный лепет.
О.
Он поражен звездой.
Вероятно, мне следовало его погуглить…
– Почему мы вошли через черный ход?
– Потому что это шоу Джесси Суэггера, а не Джейка Суэггера. – Он впервые кажется по-настоящему скромным. И, как я полагаю, смущенным своей славой.
– Это станет шоу Пенелопы, когда я выйду на танцпол. – Прежде чем успеваю сделать свое коронное движение, Джейк хватает меня за локоть и прижимает к своему мускулистому телу.
– Еще раз повторишь этот дерьмовый риверданс, и я запру тебя в холодильнике. – Его угроза нисколько не мешает моему хорошему настроению.
Глядя на него, шевелю бровями.
– Чтобы ты мог раздеться и согреть меня теплом своего тела? – Он равнодушно смотрит на меня сверху вниз. – Что, если у меня температура? Ты измеришь мне температуру? Своим большим… градусником?
Эта улыбка снова растягивает его губы. И вновь он не сдается. Он отстраняется и выпрямляется, протягивает мне руку и благодарит парня с верхней одеждой на единственном языке, который он знает, – кивком.
Я делаю глубокий вдох, когда Джейк ведет нас из кухни по широкому коридору. Слышу музыку. Болтовню. Смех. Звон бокалов. Сердце колотится сильнее.
Я одновременно в предвкушении и нервничаю.
Больше нервничаю, чем в предвкушении.
Наверное.
Не знаю.
Дерьмо.
Безумие какое-то.
Я здесь. На супербогатой вечеринке со всеми этими супербогачами, а у меня нет ни единой вещи с этикеткой Prada.
Я поднимаю взгляд на Джейка.
Величественный ублюдок….
Он в режиме Того Самого Парня. Излучает уверенность. Излучает силу. Излучает власть. Каждый его шаг точен. Каждый вдох контролируем. Жаль, что у него не очень развита интуиция, иначе он бы понял, что я вот-вот слечу с катушек.
Это та часть, где все героини романтических книг «черпают храбрость из мужской силы». Но там не объясняется, как это делать. Так что я понятия не имею. Просто перебираю все подряд, – прищурившись, смотрю на него. Прижимаю палец к виску. Поражаю его мозг воображаемыми лазерными лучами.
– Какого хрена ты делаешь? – Он останавливается и смотрит на меня сверху вниз, как на идиотку. Именно так я себя и чувствую, когда расслабляю мышцы лица и глаз и отнимаю палец от виска.
– На случай, если ты не заметил, я чертовски нервничаю… и прочее дерьмо, – добавляю я, просто чтобы досадить ему. – Мы собираемся войти в логово волка, а ты не сказал ни единого слова, чтобы повысить мою уверенность.
– Ты мычала что-то, будто при заклинании вызова духов. Хотел бы сказать, что это для тебя норма, но, увы. Так что ты не можешь злиться на меня за то, что я не дал тебе напутствия.
– Я мычала заклинание?
– Да. Перестань смотреть «Колдовство».
Я прокручиваю это в голове и киваю. Может, в конце концов, я кое-что и знаю о передаче силы от героев…
– Почему у меня такое чувство, что ты переживаешь некое прозрение? – растерянное выражение лица Джейка придает ему совсем мальчишеский вид.
– Потому что это сработало.
– Что сработало?
Я изучаю его и задумчиво киваю.
– Да. Это определенно сработало. Я научилась направлять твою энергию. Ты теряешь контроль. Я добилась своего.
Джейк оглядывается, чтобы убедиться, что мы одни, затем поворачивается ко мне. Он выглядит немного сердитым. Что я понимаю. Но ему не обязательно тыкать в меня пальцем.
– Возьми себя в руки, Пенелопа. Я серьезно.
Я шлепаю его по руке и смотрю на него.
– Тебя убьет, если ты скажешь мне что-нибудь приятное? Как, черт возьми, я должна смотреть в лицо людям в этой комнате, если все, что ты делаешь, это заставляешь меня чувствовать себя деревенской дурочкой?
– Ну, когда ты идешь по коридору, бормоча: «легкая, как перышко, жесткая, как доска», как еще я должен относиться к тебе?
Да. Я его понимаю.
Но скорее умру, чем признаю это.
Я стою на своем и встречаю его пристальный взгляд лицом к лицу. Чертовски горжусь собой за то, что выдержала его взгляд, не дрогнув.
– Ради всего святого… – он проводит рукой по волосам. Опускает их на бедра. Смотрит на меня. Облизывает нижнюю губу.
Он собирается сказать мне что-то приятное.
Наверное, что я – само воплощение красоты.
Что он влюблен.
Что, если бы это было шоу Джейка Суэггера, он бы сделал предложение сегодня вечером. Но он не может, потому что уважает своего дедушку и прочая чушь в таком духе.
– Самое время вам появиться.
Гребаный Кэм.
– Черт возьми, Пенелопа.
Его глаза очень-очень оценивающе скользят по моему телу. Он впервые видит меня в этом платье. И то, как он смотрит на меня, почти смущает. А я, в принципе, не испытываю смущения. Никогда.
Он прощен.
И слишком хорош в черном смокинге. Несмотря на то, что я видела его в костюме, при полном параде он выглядит по-другому, как и Джейк. Горячее. Сексуальнее. Может, потому, что лишен ауры генерального директора.
– Если ты закончил трахать глазами мою спутницу… – смятение Джейка очевидно. Он хочет, чтобы я принадлежала только ему. Я знала это.
Он прощен.
Кэм ухмыляется.
– На данный момент. Оставишь для меня танец?
Я подарю тебе свою девственность…
Если бы она у меня оставалась.
Но ее нет.
Я улыбаюсь.
– Конечно.
На этот раз Джейк не утруждает себя предложением мне своей руки, просто хватает меня за руку и тянет за собой. Я оглядываюсь через плечо и вижу, как Кэм пялится на мою задницу. Я чуть покачиваю бедрами для него.
– Помни о моих словах, Пенелопа.
Я вздыхаю и поворачиваюсь обратно к Джейку.
– Да, да, да. Взять себя в руки.
– Нет. – Он задумчиво смотрит на меня. Его рука застыла на ручке двери, которая впустит нас на вечеринку. – Ты найдешь меня, если я тебе понадоблюсь.
– Боже, Джейк. Эти люди, что, злодеи из комиксов? В смысле, неужели по ту сторону двери чертов Лекс Лютор? Джокер? Шредер? Локи? И если Локи здесь, то Тор тоже здесь? Не Тор из комиксов, а настоящий Тор? Типа, Крис Хемсворт?
Его губы сжаты в тонкую линию.
– Ты смотришь слишком много гребаного телевидения, ты это знаешь?
– А ты – слишком параноидален. Я из маленького южного городка. У нас водятся змеи, медведи и снежный человек. Я могу справиться с кучкой нахальных богатеев. Доверься мне.
– Раз ты так говоришь. А теперь улыбнись.
Я улыбаюсь.
Он улыбается.
Я таю.
Он открывает дверь.
Мы входим, и все взгляды в комнате обращаются на нас. Нам действительно следовало просто войти через главный вход. Не представляю, что мы привлекли бы к себе больше внимания, будь все по-другому. Разговоры прекращаются, и все поворачиваются к нам. Мужчины распрямляют плечи. У женщин чуть ли пена изо рта не идет. Кажется, все ждут прекрасной возможности подойти и поздороваться.
Чертовски странно.
А комната немного… уф. В ней нет ничего необычного, кроме массивных люстр. Обычный бальный зал отеля. Здесь даже нет растяжки с поздравлением Дедуле.
Бедный ненавидимый всеми сукин сын.
Мой взгляд падает на вспышку чего-то огненно-рыжего, и я слегка спотыкаюсь. Хочу остановиться и присмотреться, но Джейк уверенно идет вперед, заставляя меня семенить рядом с ним.
– Джейк. – Я сжимаю его руку. – Джейк. Джейк. Дже…
– Милая, ты теряешь самообладание, – бормочет он, пряча слова за улыбкой.
– Да. Знаю. Потому что здесь Эд Ширан. Прямо вон там.
– Ради всего святого, Пенелопа. Не показывай пальцем.
– Как думаешь, он позволит мне сделать селфи?
– Возьми себя в руки.
– Не думаю, что смогу.
Чертов Эд Ширан.
Прямо. Здесь.
Джейк притягивает меня ближе и склоняет голову к моему уху.
– Держи себя в руках, и, клянусь, я позабочусь о том, чтобы ты встретилась с ним, поставила его автограф себе на сиськи, сделала селфи…
– Хочу, чтобы он мне спел.
– Все, что захочешь. Просто… успокойся, нахрен.
Я киваю. Делаю глубокий вдох. Заставляю себя отвести взгляд от Эда, хотя уверена, что он только что помахал мне рукой.
– Джейк! Как дела?
– Марвин, рад тебя видеть. Спасибо, что пришел. Это Пенелопа.
Я улыбаюсь и киваю старому пердуну с залысинами, который загораживает мне обзор на сцену. Джейк продолжает говорить с ним в течение нескольких минут. Задает скучные вопросы о семье. Смеется над глупыми шутками. Я благодарна ему, когда мы идем дальше, но через три шага нас снова останавливают.
– Добрый вечер, мистер Суэггер.
– Сегодня просто Джейк, Чарльз. – Он представляет меня, затем кивает женщине рядом с Чарльзом. – Стефани. Как вам Город Ветров?
Взволнованная Стефани с минуту болтает без умолку, прежде чем прийти к выводу, что город ей нравится. Меня представляют, и я не упускаю из виду обжигающий взгляд Чарльза. Или ненавистный взгляд Стефани. Если Джейк и замечает, это его не трогает.
Дружелюбный принц.
Очаровательный инвестор.
Главный засранец-притворщик на этом мероприятии.
В течение следующего получаса происходит то же самое.
Три шага вперед.
Остановка.
Знакомство.
Любопытные взгляды.
Светский разговор.
Повторение.
Мне скучно. И я проголодалась. Похоже, если я хочу повеселиться на этой вечеринке, мне придется улизнуть и сделать это самостоятельно.
Разрываю хватку Джейка, и он замолкает на полуслове. Поворачивается ко мне. Я улыбаюсь ему, а затем паре, с которой он разговаривает.
– Я собираюсь посетить дамскую комнату.
Джейк не выглядит довольным, но кивает.
– Конечно.
В момент, когда я поворачиваюсь спиной, закатываю глаза. Когда они встают на место, вижу знакомый синий взгляд, наблюдающий за мной с другого конца комнаты.
Дедуля.
Отвожу взгляд и быстро направляюсь в туалетную комнату, к счастью, она пуста. Подумываю о том, чтобы спрятаться здесь, но где-то там Эд Ширан. И у меня припасено несколько потрясающих танцевальных движений, которыми я готова похвастаться. По пути сюда я также заметила буфет. Я никогда не отказывалась от бесплатной еды и убила бы за куриное крылышко.
Держу пари, куриные крылышки у них хороши.
Громкая болтовня наполняет туалетную комнату, и я немного съеживаюсь от появления толпы красивых женщин. Они все такие… высокие. Рост, как у супермоделей.
Интересно, удлиняли ли им ноги…
– Пенелопа! – Блондинка в центре группы лучезарно улыбается мне. Видимо, она – лидер. Я вдруг чувствую себя так, словно нахожусь в серии «Наша секретная жизнь».
– Привет. – Слегка машу рукой женщине, которую никогда раньше в жизни не видела. Предполагаю, она знает меня только потому, что имя таинственной спутницы Джейка Суэггера уже облетело зал.
– Мне нравится твое платье. Valentino?
Чего? Это обязательно произносить по-испански? Она действительно сказала это с акцентом…
Она несколько раз моргает, когда я не отвечаю.
– Дизайнер, милая. Это Valentino?
– О! – я издаю смешок… очень-очень фыркающий смешок. – Валентино. Ага. Да я без понятия. Может и Халапеньо.
Их синхронное движение головами, когда они изучают меня, будто инопланетное существо, немного странное. Они репетировали это дерьмо перед тем, как прийти сюда? Или они роботы? Одна из них бормочет что-то, чего я не слышу, и все кивают – снова синхронно.
– Вы что, хотите превратиться в «Камаро» или типа того?
– Прошу прощения? – спрашивает Блондинка-Барби.
– Ничего. Приятного вечера. – Я натянуто улыбаюсь им и собираюсь уходить. Они, кажется, впадают в панику, понимая, что упустили свою возможность проучить меня.
Когда я прохожу мимо, одна из них спрашивает:
– Так вы с Джейком давние друзья?
– Ага, – бросаю я через плечо, не потрудившись обернуться, и толкаю дверь.
В холле меня встречают еще три женщины. Все высокие. Все красивые. Все почти идентичны друг другу.
Здесь творится какое-то странное дерьмо…
– Ну, привет, таинственная девушка. – Эта Кукла звучит так, будто она могла бы быть хорошим человеком. – Ты – тема всех разговоров здесь.
– Гонишь? – мое удивление неподдельно. Здесь гребаный Эд Ширан. Я чувствую, что мне нужно сказать им это. Так я и делаю. – А вы знали, что здесь Эд Ширан?
Раздаются звонкие смешки.
– Да, Пенелопа. Эд – хороший друг моего мужа.
– Ты жена Тейлор Свифт или кого-то в этом роде? – Я указываю на то место, где видела его в последний раз. – Потому что это не какой-то конченый певец из девяностых. Это Эд Ширан.
В ее глазах веселье и теплота.
– Я Кэролайн. Мой муж, Карвер, финансовый директор мистера Суэггера.
– Какого именно Суэггера?
– Злого.
– Какого из них?
Она усмехается.
– Джесси. Но из того, что я слышала, Джейк тоже может быть занозой в заднице.
Я все еще не уверена насчет этой Кэролайн. Она кажется милой, но слишком похожа на всех остальных, чтобы я могла ей полностью доверять. Поэтому, как бы сильно мне ни хотелось подтвердить, что то, что она слышала, – правда, я воздерживаюсь. Джейк, может, и мудак, но я не собираюсь признаваться ей в этом.
– Было приятно поболтать, Кэролайн. Ненавижу убегать, но…
– Эд Ширан. – Она кивает. – Понимаю. Но ты же осознаешь, что он здесь не для выступления. Он здесь в качестве гостя.
– Что?
Она поднимает изящный пальчик в воздух.
– Ты ведь не слышишь его голос, не так ли?
Я прислушиваюсь тщательнее.
Она права.
Это не голос Эда.
Черт возьми, это вообще не голос. А какое-то классическое дерьмо.
– Так ты и Джейк? Как это произошло?
– Ты не поверишь, если я расскажу.
Она подмигивает, будто знает какой-то большой секрет.
– Испытай меня.
– Как-нибудь в другой раз. Увидимся?
Я ухожу прежде, чем она успевает ответить, и исчезаю в переполненном зале. Мимо меня проходит официант с подносом, уставленным пустыми бокалами из-под шампанского. Я киваю, чтобы привлечь его внимание.
– Да, мисс?
– Это может показаться странным, но у вас есть пиво?
Он борется с улыбкой.
– Уверен, я смогу что-нибудь найти. Какие-то особые предпочтения?
– Что-нибудь местное. «Bud». «Coors». «Miller». Я не привередлива.
– Две минуты?
– Черт, да хоть десять, сделайте перерыв на перекур. Я никуда не спешу.
Он посмеивается.
– Скоро вернусь.
С того места, где я стою в дальнем углу комнаты, у меня хороший обзор. По всему периметру разбросаны небольшие группы людей. Кто-то сидит. Кто-то стоит. Кто-то даже танцует под музыку, которую часто можно услышать в лифте.
Могли бы, по крайней мере, нанять группу.
Украсить все тут цветами.
Арендовать дым машину.
Официант возвращается раньше, чем ожидалось, и протягивает мне «Budweiser».
– Держите, мисс. – Он предлагает мне бокал для вина, но я уже откупорила бутылку. Пиво очень вкусное. Такое холодное, что пробирает до дрожи. Именно так, как мне нравится.
– Хорошо?
– Идеально. Можете продолжить приносить?
– Безусловно.
– Спасибо, и я лучше возьму бокал, – говорю я, зная, что Джейку будет что сказать мне, если он увидит, как я посасываю пиво из бутылки в уголке комнаты.
– Позвольте мне. – Официант выливает пиво, не пролив ни капли, и протягивает мне бокал. Издалека мой «Bud» может сойти за «Moscato».
Хочу спросить, есть ли у них куриные крылышки, но в клатче, зажатом под мышкой, вибрирует телефон. Сообщение от Эмили.
«Как вечеринка?»
«Полный отстой»
Я нажимаю «отправить», еще раз благодарю официанта и начинаю пробираться сквозь толпу в поисках Эда. Но первым обнаруживаю Джейка. И не могу сказать, что разочарована. Он такой расслабленный. Беззаботный. Счастливый. Смеется так, как я никогда раньше не видела.
Он стоит с четырьмя мужчинами. Они напоминают мне актеров из «Супер Майка». За исключением того, что они в костюмах. И ухмыляются. И с прическами как у Джастина Бибера из 2011 года. Но даже такие горячие, они не идут ни в какое сравнение с моим Тем Самым Парнем.
Джейк замечает меня, и его улыбка гаснет. Он выглядит… жаждущим.
Его взгляд скользит по моему пиву, моей груди, затем по моему лицу. Он манит меня пальцем – уголки его губ изгибаются, обнажая сексуальную полуулыбку. Я даже не поняла, что остановилась. Неуверенным шагом подхожу к нему.
– Пенелопа, – говорит он глубоким протяжным голосом, от которого у меня дрожат колени. Его пальцы касаются моего локтя, и он наклоняется, будто хочет поцеловать мои волосы.
Только он этого не делает.
– Где, мать твою, ты была? – вместо поцелуя рычит он и отстраняется – его улыбка возвращается на место. Если бы от прикосновения его пальцев к моему локтю не было бы так приятно, я бы вырвалась и ударила его. – Джентльмены, хочу познакомить вас с моей девушкой, Пенелопой.
От Джейка у меня может перехватить дыхание, но я из тех девушек, кто может оценить красивого мужчину, когда я его вижу. В данном случае четырех мужчин. Хлопаю ресницами и одариваю их мегаваттной улыбкой в полную мощь.
– Привет.
Пожимаю руки троим. Джейк называет мне их имена, но они забываются в тот же момент, когда он их произносит. Запомнилось только одно имя. Бриггс. Имя мужчины, который берет мою руку, подносит ее к губам, целует, а затем говорит с самым горячим английским акцентом:
– Приятно познакомиться, Пенелопа. Вы чертовски сногсшибательны.
Кто-то в компании усмехается. Джейк, кажется, вздыхает. Но все, на чем я могу сосредоточиться, – это его слова. И то, что с этим парнем… что-то… не так.
– Джейк, – говорит он, его красивые карие глаза не отрываются от моих. – Могу я украсть твою прекрасную спутницу? На танец?
– Осторожнее, Бриггс, – голос Джейка напряженный. Немного раздраженный.
Не могу найти в себе сил волноваться об этом. По крайней мере, этот парень проявляет ко мне некоторое внимание. Джейк же почти не разговаривал со мной с тех пор, как мы здесь, не говоря уже о том, чтобы пригласить на танец.
Я сую ему в руку бокал и позволяю Бриггсу увести меня на танцпол. По-видимому, группа все же есть. Она еще не играет, но уже настраивается. Не важно. С Бриггсом я бы танцевала хоть под песню из рекламы колбасы «Oscar Mayer». Так что, классическая музыка из лифта подойдет просто идеально.
Все еще сжимая одну мою руку, Бриггс притягивает меня ближе, а другой обнимает за талию. Его объятия – это объятия любовника, пока мы медленно кружимся по кругу. Несколько чересчур крепкие. Несколько неуютные. Я чувствую каждую твердую выпуклость под его костюмом. Чувствую жар его тела. Просто мы не очень… подходим друг другу.
– Ты – само воплощение красоты, Пенелопа.
Я улыбаюсь. Но очень хочу нахмуриться. Предполагалось, что это будет фразой Джейка…
– Ты и сам не так уж плох, красавчик. – Через его плечо вижу Джейка, разговаривающего с женщиной. Он смеется. Его голова наклонена, чтобы лучше ее слышать.
Бриггс следит за моим взглядом и улыбается.
– Ревнуешь?
– Нет. – Лгунья.
Он ничего не говорит. Просто… смотрит на меня своими сверкающими глазами. Его губы изогнулись в неизменной веселой ухмылке.
– Итак, откуда ты знаешь Джейка? – спрашиваю я, желая, чтобы он скорее развернул меня обратно, чтобы я тоже могла увидеть, что там делает Джейк. И, возможно, получше разглядеть женщину, с которой он разговаривает.
Может, она старая.
Беременная.
Его сестра…
– Мы вместе учились в колледже. Я только приехал в штаты. Джейк взял меня под свое крыло. После выпуска убедил меня остаться. Остальное уже история.
– Оу. Что же, это мило.
– Ммм…
Я отвлеклась. Джейк уходит с этой женщиной. Которая красивее меня. Я ревную? Если, да, то почему? Джейк не мой. Я не его. Я ничья. Если захочу, могу перепихнуться с Бриггсом в туалете. Вот так запросто. Называйте меня шлюхой. Мне плевать.
Мы кружимся еще два раза. Джейка по-прежнему нет. Мое настроение испорчено. Этот танец по кругу уже надоедает. Бриггс слишком тихий. Я скучаю по своему пиву. И все еще хочу куриные крылышки.
– Ты предоставляешь внештатные услуги? – вопрос Бриггса возвращает меня назад. Но я не уверена, что правильно его расслышала.
– Прошу прощения?
– Пара часов – это все, что мне нужно. Не вижу смысла связываться с агентством и составлять контракт на такое короткое время.
Сбитая с толку, смотрю на него. Во-первых, потому что его акцент пропал. Что объясняет, почему я с самого начала чувствовала, что с ним что-то не так. Во-вторых, потому что понятия не имею, о чем он говорит. Потом вспоминаю, что я должна быть мисс Симс. Которая – шлюха. И хотя я должна бы обидеться, мне просто любопытно.
– Сколько ты готов заплатить?
– Назови свою цену.
Ну, говорить такое с его стороны было глупо…
– Сто тысяч долларов.
Он смеется.
– Ни один кусок задницы не стоит ста тысяч.
– По-моему мнению, стоит.
– Забавно. Не думал, что шлюхам позволено иметь свое мнение.
Самоуверенный мешок дерьма….
– И все же оно у нас есть. Мы также при необходимости даем советы. И я дам тебе один бесплатно. – Перестаю кружиться и опускаю руки. Он все еще держит меня за талию. – Придерживайся акцента. Это единственный шанс, при котором тебе может что-то перепасть.
Его уязвленная гордость выставляет высокомерие на первый план.
– Сомневаюсь в этом, учитывая, что я мог бы поиметь здесь любую женщину.
– А я сомневаюсь в этом, учитывая, что ты только что предложил мне заплатить за секс с тобой. Спасибо за танец.
Когда я делаю шаг назад, его рука, которая всего несколько мгновений назад была теплой и мягкой в моей ладони, обхватывает мое предплечье. Крепко сжимает, и я чувствую, как кончики его пальцев оставляют синяки на чувствительной коже тыльной стороны руки.
Я призываю своего внутреннего Дензела Вашингтона. Мой взгляд фокусируется на его хватке, и все остальное становится размытым пятном. Я собираюсь воспроизвести сцену из «Великого уравнителя», но тут кто-то произносит его имя.
– Бриггс!
Его хватка на моей руке сразу ослабевает. И тут я замечаю, что нас обступили трое мужчин, с которыми я познакомилась раньше. Но Джейка среди них нет. И по какой-то причине это причиняет боль.
Я вырываюсь из его рук, и на этот раз Бриггс отпускает меня. Мужчины беседуют с ним вполголоса. Говорят ему, что пора уходить. Я все еще в режиме Дензела, поэтому вся такая хладнокровная, спокойная и собранная, поворачиваюсь, чтобы уйти.
Делаю два шага, когда слышу, как Бриггс окликает меня. Поскольку я отказываюсь пасовать перед этим мудаком, разворачиваюсь, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. С его потемневшими глазами. Сердитым взглядом. Он указывает на меня пальцем. Когда он говорит, его голос похож на низкое рычание, но достаточно отчетлив, чтобы разнестись по шумной комнате.
– Если бы не такие люди, как я, таким оборванцам, как ты, даже не нашлось бы места в этой жизни.
– Да? А, знаешь что? – Я делаю паузу для пущего драматического эффекта, а затем мило улыбаюсь. – Если бы кролик не остановился посрать, собака бы его не поймала.
Глава 11
У них нет куриных крылышек.
И нет копченых колбасок.
Никаких сырных шариков.
Никаких чипсов и соусов.
Ни единой гребаной фигнюшки, завернутой в бекон.
Что это за вечеринка такая?
Официант ставит на стол поднос с какими-то необычными закусками. Схватив его, я бегаю прямиком на кухню, через которую мы с Джейком вошли. Кивающего парня здесь нет. Но я помню дверь, через которую он появился, и прохожу через нее, попадая в небольшую комнату отдыха для сотрудников.
Сажусь на скамейку и ставлю поднос с закусками себе на колени. Морщусь при виде ломтиков огурца, намазанных каким-то белым дерьмом, посыпанных стружкой из сырого мяса и украшенных маленькой веточкой зелени.
Мерзость.
– Добрый вечер, мисс Харт.
Резко вскидываю голову и встречаюсь глазами с Дедулей. Здорово. Еще один человек, которого я не хотела бы видеть. Что же, его дерьмо я тоже не в настроении выслушивать.
– Дедуля Суэггер. Что привело вас сюда?
– Это моя вечеринка, Пенелопа. Почему бы мне не быть здесь?
– Ладно… позвольте перефразировать. Почему вы забрели в комнату прислуги?
– Думал, Джейк вам не платит.
– Все верно. Я имела в виду наемную прислугу, вроде, кухонного персонала. Не то чтобы это имело значение. Вы все равно мне не верите.
Он изучает меня с минуту. Я не отвожу взгляда. Хотя очень хочу, потому что его взгляд чересчур пугающий.
– Вы совсем не похожи на присутствующих здесь женщин.
Я одариваю его широкой, кокетливой, наигранной улыбкой.
– Ох, и слава Богу.
– Вы их не одобряете?
– Вы с ними встречались? Кроме того, я думала, вы ожидали увидеть кого-то другого. Вот почему так убеждены, что Джейк, заплатил за меня кругленькую сумму.
Его глаза слегка прищуриваются, будто он хочет улыбнуться, но не может. Он смотрит на нетронутое блюдо в моих руках.
– Вам не нравится еда?
На этот раз я изучаю его.
– Не уверена, что вы захотите услышать мое мнение, или вы задаете все эти вопросы, потому что действительно не знаете ответа.
– Мне интересно узнать ваше мнение.
– Точно? Потому что оно вам может не понравиться.
– Да, точно. Пожалуйста. Не сдерживайтесь.
Без проблем, старина.
Делаю вдох и прислоняюсь спиной к стене.
– Прошлую ночь я провела в тюрьме. Совсем не спала. То, что должно было стать расслабляющим днем в спа-салоне, превратилось в день в аду. Меня протыкали, прихорашивали, щипали и натирали воском в тех местах, где я и не подозревала, что у меня есть волосы. У меня болят ноги. Это платье неудобное. Все здесь смотрят на меня, как на шлюху. Джейк – засранец. Как и его друзья. Я голодная, как собака. А это дерьмо выглядит так, будто его выблевал веган.
– Интересно. Но я спрашивал только о еде.
– А я хотела только чертово куриное крылышко. Вместо этого получила это дерьмо и разговор с вами. Так что, видимо, мы оба получили больше, чем рассчитывали.
Он дарит мне здоровую дозу молчания Суэггера, затем говорит:
– Пойдемте со мной, – после чего поворачивается и уходит.
Такого я не ожидала…
Не знаю, что делать.
Последовать за ним?
Сбежать?
Заорать?
Я встаю и высовываю голову за дверь. Он идет в сторону кухни. По крайней мере, там есть свидетели. А еще ножи.
Ты не хулиганка, Пенелопа Харт!
Я смотрю на поднос, не уверенная, стоит ли мне брать его с собой на собственную погибель.
– Оставь поднос, Пенелопа.
Дедуля Суэггер – колдун!
Ставлю поднос на стол. Разглаживаю руками платье. Делаю глубокий вдох. Вздергиваю подбородок. Ставить одну ногу впереди другой… это все, что мне нужно делать. К тому времени, как я присоединяюсь к нему на кухне, чувство тошноты становится невыносимым.
– Конечно, мистер Суэггер, – говорит шеф-повар с поклоном. Затем выкрикивает команду на языке, которого я не понимаю, и весь кухонный персонал исчезает.
Дедуля стоит спиной к массивной плите промышленных размеров. Не отводя от меня взгляда, снимает пиджак, вешает его на стул и начинает расстегивать запонки. Кивает головой в сторону табурета рядом со стойкой для приготовления пищи.
– Садитесь.
Я сажусь, потому что напугана до смерти.
Он закатывает рукава рубашки и снимает с крючка на стене фартук.
Какого хрена?
– Не хотите ли чего-нибудь выпить? Может, пива?
Конечно, он знал, что я пила пиво.
Он открывает холодильник и достает две бутылки «Budweiser» из упаковки, стоящей на верхней полке.
– Филипп, официант, которого вы попросили принести пива, держал его в багажнике своей машины. – Он откручивает крышечки и вручает одну бутылку мне, а другую оставляет себе. – Ему было сказано лично убедиться, что вам предоставили все, что вы пожелаете. К счастью для вас, ваши вкусы к пиву совпадали.
– Серьезно? Кто сказал ему это сделать?
– Мой внук.
Мое сердце млеет. И мне хочется пнуть себя, потому что я все же могла съесть куриные крылышки.
– Джейк всегда делает все возможное, чтобы о его… гостях… заботились. И могу сказать, что он относился к вам так же, как и к остальным. Так что представьте мое замешательство, когда вы называете его засранцем.
Кровь приливает к лицу. Услышав это, я чувствую себя настоящей засранкой. Но упрямая гордость заставляет хвататься за что угодно, лишь бы защитить себя.
– Он еще ни разу не сказал мне доброго слова. Даже, что я хорошенькая. Просто: «Сойдет».
– Вам действительно нужно говорить, что вы красивая?
– Да, – отвечаю невозмутимо.
– Понимаю.
– А еще он обещал познакомить меня с Эдом. Даже заставить его спеть мне песню. Он и этого не сделал.
– Каким Эдом?
– Эдом Шираном. Певцом. Он здесь. На вашей вечеринке. Вы где были?
Он игнорирует меня, растапливая на сковороде масло.
– Слышал, у вас возникли проблемы с Бриггсом.
Я съеживаюсь от напоминания.
– Типа того.
– Не хотите поговорить об этом?
– Конечно, нет.
– Вы в порядке?
– Безусловно.
Он бросает на меня осуждающий взгляд, затем берет нож, чтобы нарезать буханку свежего хлеба.
– У меня такое чувство, что если я попрошу назвать правдивую причину вашего присутствия здесь, вы это сделаете.
– Все, что вам нужно сделать, это спросить.
Он бросает хлеб на сковороду. Добавляет сыр, немного специй. Все это время я наблюдаю за его работой. Потягивая пиво. Наслаждаясь уютной тишиной с мужчиной, с которым никогда не думала, что буду наслаждаться уютной тишиной.
– Сначала поешьте. Потом поговорим. – Он ставит передо мной тарелку.
Он приготовил мне сэндвич с сыром на гриле.
