Текст книги "Коварная одержимость (ЛП)"
Автор книги: Киа Кэррингтон-Рассел
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)
11
– Это должно быть что-то стоящее, – предупреждаю я Лоренцо. Потому что, как ни странно, меня весьма позабавил язык одной маленькой гадюки. Я прервал вечер, как только Лоренцо прислал сообщение, и отправил одного из своих водителей отвезти Ару домой. Протягиваю свой черный пиджак одному из охранников у входа. В клубе «Balmere» полная посадка, как и ожидалось. Ставки высоки, и все танцовщицы, кроме одной, сейчас зарабатывают деньги на довольных клиентах.
– Уверяю, что так и есть, – спокойно отвечает Лоренцо.
– Они клюнули? – Спрашиваю я, когда мы проходим мимо моего офиса и спускаемся по лестнице, туда, где и делаются настоящие деньги этого клуба.
– Да, сэр, клюнули.
Отлично.
Грохот музыки с верхнего этажа заглушает звуки большого зала для ставок внизу. Толпа, в основном мужчины, подбадривают и кричат двум бойцам на ринге. Трибуны забиты, а те, кто заплатил больше, стоят так близко, что могут ощутить на себе кровь, пот и слезы. Кровь брызжет на пол, когда мой чемпион уничтожает мечты новичка. Один удар – и тот оказывается на полу, без сил подняться.
– Победитель – Гончий! – Объявляет ведущий.
Крики победителей оглушают зал. Один из проигравших бросает шляпу на пол, проклиная свою неудачу. Я бросаю взгляд на одного из охранников, молча давая указание следить за этим человеком, чтобы убедиться, что он сможет оплатить свою ставку без проблем.
Бойца уводят с ринга, пока дается время на подготовку следующего поединка. У меня два ринга – один здесь, другой в Италии. И правда в том, что насилие приносит мне деньги везде, куда бы я ни поехал.
Я продолжаю идти через узкий коридор к двери, которая всегда под охраной. Я владею различными клубами, отелями и ресторанами, которые помогают перевозить наркотики. Но когда дело касается доставки, я храню их только в избранных местах. Вот одно из них.
За нами следуют еще два человека. Очень немногие осмеливаются даже посмотреть в мою сторону, когда я веду дела. Потому что, если кто-то рискнет нарушить правила или устроить несанкционированную встречу, это будет для них большой ошибкой. И для их семей.
Здесь действует негласное правило. Правило, которое уважают все. Когда ты Бог, владеющий половиной их секретов, частью города и влияния, а также достаточным количеством оружия, чтобы противостоять целой армии, никто не выходит за рамки дозволенного.
Кроме, конечно, этого идиота.
Лоренцо открывает передо мной дверь. В пустой комнате сидят двое мужчин, привязанных к стульям. Один уже отключился – кровь капает с его лица и груди. Я вздыхаю. Похоже, кто-то из моих людей увлекся. Впрочем, мне все равно, лишь бы хотя бы один из них оставался в сознании.
Еще четверо стоят по углам комнаты. На них белые маски – стандартная форма моих людей, которые ничем не уступают Гончим. Тот, кто сражается на ринге – показывает свое лицо. Какой бы чемпион ни представлял меня, его всегда называют Гончим, представителем этой группы. Моих палачей, если я решаю не заниматься делом лично. Остальные обычно остаются в тени. Как и сейчас.
На каждой щеке маски – цветной кристалл, чтобы было легко их различить. У того, что в красном, маска испачкана кровью. Не удивительно, учитывая его страсть к кровопролитию.
Вдоль стены висят различные инструменты пыток. Я небрежно подхожу к скамье, выбирая любимое оружие. Два клинка.
– Можете представить мое удивление, когда на одном очень престижном мероприятии сегодня кто-то решил украсть мои наркотики. Снова, – произношу я с каменным лицом, угрозу сложно не уловить.
– Да пошел ты, дьявол! – Выплевывает мужчина в сознании, разбрызгивая кровь.
Я ухмыляюсь, наслаждаясь прозвищем, которое так часто звучит на этих улицах. Дьявол. Как же я рад оправдывать это имя в каждом из их кошмаров – особенно когда в каждом из них есть четкое предупреждение. Не связывайтесь с моей империей.
– Я сделаю это быстро, – говорю я идиоту, Джеффри О'Нилу. Может, с таким именем я просто избавлю его от гребаных страданий. – Ты скажешь мне то, что я хочу знать, и твоя смерть будет быстрой. – Я встаю перед ним и буквально чувствую запах его страха. Наслаждаюсь им. – Если нет…
Моя Гончий с красным кристаллом обвивает тонкий металлический трос вокруг его шеи и резко подтягивает вверх. Мужчина хрипит, задыхаясь, его ноги поднимаются над землей, лицо начинает багроветь. Я спокойно разглядываю свое отражение в отполированных лезвиях. Когда он уже почти теряет сознание, я махаю своему псу, чтобы тот ослабил хватку.
Гончий колеблется, но выполняет приказ.
– Теперь, когда я привлек твое внимание, – вежливо говорю я, пока мужчина пытается отдышаться, брызгая слюной. Я вонзаю лезвие ему в бедро. От его душераздирающего крика раздается эхо по комнате, а я, улыбаясь, проворачиваю нож.
Сердце начинает биться быстрее, когда я почувствовал запах и вкус его страха. Это то, что я никогда не мог утолить полностью, сколько бы крови ни пролилось. Но каждая капля служит своей цели.
Вместо того, чтобы вытащить нож, я просто отпускаю рукоять, позволяя ему кричать и смотреть на застрявшее в теле лезвие. Не торопясь, небрежно подбрасываю другой клинок в руке.
– Сегодня ночью ты попытался украсть у меня. Спустя неделю после того, как кто-то уже успешно провернул подобное. В месте, о котором знали только избранные. Так что я задаюсь вопросом… ты идиот? – Это слишком очевидно. Мы ищем того, кто стоит за первой кражей товара. Они не ушли далеко, и мои Гончие с ними разобрались. Бизнес продолжился, пусть и с небольшой задержкой на несколько дней. Но это удар по моей репутации, а я не позволю никому думать, что со мной можно играть.
Сопли пузырятся у него из носа, пока он пытается справиться с болью и яростью. Я смеюсь, хотя в этом смехе нет ничего веселого.
– Тебе не показалось странным, что никто не охранял груз? Тебе ведь сказали, что он будет без присмотра, да?
Он шипит, выплевывая слюну. Может, он и идиот, но в нем хотя бы есть что-то похожее на преданность. Или же, что более вероятно, он боится того, кто его подставил, больше, чем меня.
Я доверяю немногим, когда дело касается перевозки товара. Это сужает круг подозреваемых, но недостаточно, чтобы развязать войну. По крайней мере, пока.
– Интересно, каково тебе будет, когда я воткну второй нож в твой оставшийся… – Я усмехаюсь, – Скажем так, жизненно важный орган.
Глаза мужчины широко раскрываются от ужаса.
– Ты ведь потерял другой, когда тебе было десять, в автокатастрофе, верно? Интересно, знает ли твоя милая жена об этом маленьком инциденте, в который ты впутался? Может, нам стоит наведаться к ней сегодня вечером?
– Подожди! – Он вопит. – Она не имеет к этому никакого отношения!
Я в этом не сомневаюсь. Но самый простой путь к большинству мужчин – через то, что им дорого. Ослепляющая идея любви. Даже перед лицом смерти они будут умолять о защите своих близких. И я получу ответы – прямо перед тем, как перережу ему горло.
– Он был в белой маске! – Выплевывает он. – Как и они! – Он пытается посмотреть через плечо. Моя Гончая с красным кристаллом спокойно смотрит в мою сторону. Любопытно. Только пятеро моих людей носят белые маски. Они – мои посланники в самом жестоком смысле. Но кто-то мог осмелиться имитировать их.
Значит, у меня есть предатель, который притворяется одним из самых доверенных людей. И это злит меня до беспредела.
Маска не позволяет выделить какие-либо черты лица. Второй мужчина, который был в отключке, начинает приходить в себя, и это слегка поднимает мне настроение.
Время вышло. Если от первого я не получу точного ответа, займусь вторым. Я метаю второй нож через комнату, попадая точно в грудь первого.
– Подо… – только и успевает прохрипеть он, прежде чем его голова бессильно падает. Я смотрю, как жизнь уходит из его глаз. В этот момент его друг приходит в сознание и начинает истошно вопить.
Лоренцо наклоняется ко мне:
– Ты правда думаешь, что эта девчонка, мисс Бароне, как-то связана с этим?
Я чувствую, как сжимается челюсть. Ара – вне подозрений. Хотя я и не думаю, что она сознательно замешана в этом, не могу полностью исключить эту возможность. Поэтому и держу ее под присмотром. И мне не нравится, когда Лоренцо сует нос в мои дела.
– Я сам с ней разберусь, – холодно отвечаю я.
12
– Не верю, что ты думала, что мы не узнаем, – с явным раздражением говорит Лили. Я только что села, стряхивая воду с пальто. Погода с прошлой ночи не изменилась, но отменить завтрак второй раз подряд я уже не могу.
– О чем ты? – Спрашиваю я, листая меню.
Каждый раз смотрю на него, хотя прекрасно знаю, что закажу как обычно. Мы здесь одни из немногих утренних клиентов, но это единственное время, когда все могут встретиться перед началом дня. Машу баристе, и она тут же кивает, зная мой заказ. Я не завтракаю, мне нужно только одно – кофеин.
– Не о чем, а о ком! – Восклицает Роми.
Она успела подстричь свои темно-рыжие волосы с последней нашей встречи, а ее свободная футболка гордо заявляет: «Медитирую». Кажется, она только что пришла с занятий йогой и все еще слегка взволнована.
– Черт, простите за опоздание! – Кричит Сиенна с порога, привлекая к себе несколько неодобрительных взглядов. Несмотря на дождь, ее светлые кудри не растрепались совсем. С ее ростом в шесть футов6 неудивительно, что она украшает обложки модных журналов. – Что за чушь я слышу о том, что ты встречаешься с Лукой Армани?
Девчонки смотрят на меня с ожиданием, и тут я вдруг понимаю…
– Да! – Лили подхватывает слишком радостно. Она достает телефон, и после нескольких касаний показывает мне экран. На фото Лука держит меня за спину, чуть ниже талии.
Черт.
– Я думала, что только твой отец ходит на такие мероприятия, – замечает Лили. Как и я, она обычно держится подальше от светских тусовок – и это одна из причин, по которой мы с ней подружились.
– Поверь, все не так интересно, как кажется, – отмахиваюсь я.
– Да дело вообще не в том! Когда вы с Лукой стали дышать одним воздухом? Не говоря уж о других… жидкостях? – Усмехается Роми.
– Фу! – Весело хихикает Лили.
Бариста прерывает разговор, и на мгновение за столом воцаряется тишина. Щеки Лили слегка розовеют.
– Один карамельно-ванильный латте с тремя ложками сахара? – Уточняет бариста.
– Черт, девочка, не представляю, как ты умудряешься быть такой стройной с таким количеством сахара, – с восхищением говорит Сиенна.
– Ну, теперь, когда она сжигает калории с Лукой Армани, ей не о чем беспокоиться, – замечает Роми с ухмылкой.
Я бросаю на нее взгляд. Я ожидала, что фото с прошлого вечера может породить слухи, но не думала, что так скоро.
В Бостоне у меня не было близких подруг. Я быстро поняла, что те, кто пытался ко мне приблизиться, делали это только ради моего отца. В итоге проще было уйти в себя и сосредоточиться на учебе, прежде чем влиться в семейный бизнес.
Когда я переехала в Нью-Йорк, все стало по-другому. Я ощутила некую нормальность, несмотря на контроль со стороны отца. Эти девушки понимают, каково – быть в тени родительской империи. Хотя, конечно, они не знают всей правды. Ну, по крайней мере, не обо мне. Не о моем… специализированном хобби.
Я делаю глоток кофе, чувствуя, как сахар ласкает мои вкусовые рецепторы. Именно то, что мне было нужно с утра.
– Мы с Лукой не пара, – говорю я. И ведь я не могу рассказать им, что он угрожал мне, заставил ему отсосать и чуть не задушил меня. Под какой ярлык отношений можно классифицировать все перечисленное? – Мы просто знакомы, и он пригласил меня на мероприятие вчера. И все.
– Чушь собачья, – заявляет Сиенна. Я давлюсь своим напитком. На удивление, несмотря на ее гламурный вид, фильтром в нашей компании она не пользуется. – Лука Армани никого просто так не приглашает.
– Ну, только если не шестифутового охранника, – тихо пробормотала Роми.
Мы все посмотрели на нее с подозрением. Наверное, она имела в виду Ивана, его заместителя, или Лоренцо, начальника службы безопасности.
– Что? Он горячий. Такой плохиш, – добавила она с усмешкой.
– Ладно, к этому мы еще вернемся, но сначала пусть Ара даст внятный ответ, – любопытно заявила Лили. – Так, вы уже… спали вместе?
– Что? Нет! – Резко отвечаю я. Меня от него мутит. Я ненавижу каждую чертову часть его нахальной, высокомерной задницы. Он думает, что владеет мной и что я буду делать все, что ему взбредет в голову. Пока я не найду способ его обыграть, у меня нет выбора, кроме как терпеть его дурацкие требования.
– Ну, а как насчет второго свидания? – Лили явно развеселилась.
– Это не было свиданием!
Девчонки начинают смеяться.
– Ты явно давно не была на свиданиях, если считаешь поход на одно из самых престижных мероприятий города свиданием. Это точно была какая-то декларация, – смеется Сиенна и благодарно принимает чайник с черным чаем от баристы.
– Ладно. Если не свидание, тогда айда тусить, сучки! Когда мы в последний раз расслаблялись по-настоящему? Погнали в клуб в пятницу! – Охотно предлагает Роми.
Сиенна закатывает глаза.
– Я не ходила по клубам целую вечность и уже слишком стара для этого.
– Тебе еще тридцати нет, подруга! – Парирует Роми. – А ты, маленькая мисс «папина пай-девочка», тоже должна расслабиться, – она указывает на Лили.
– Эй! – Возмущенно вскрикивает Лили. Они с Роми дружат с начальной школы.
– И ты! – Роми поворачивается ко мне. – Если у нас у всех сейчас засуха, и ты честно говоришь, что не кувыркаешься с этим красавчиком Армани, то нам срочно нужно найти свеженьких парней. Мне скучно. С меня хватит жить только через ваши приключения или оставаться без мужчины. – Сиенна смеется от комментариев Роми. – Если ты не встречаешься с мистером крутым Армани, значит, у тебя тоже есть потребности, Ара. Я не приму отказа ни от кого из вас.
– У меня уже есть Майкл, и все идет очень хорошо, – говорит Сиенна о своем парне, с которым встречается несколько месяцев. Никто из нас с ним еще не знаком.
– Тогда бери его с собой! Может, он сможет провести нас в крутые клубы, – подбадривает Роми.
Сиенна прикусывает губу, и, хотя я знаю ее всего полгода, уже понимаю, что она не сможет отказаться от вечеринки. Да и Роми фактически уже назначила ее ответственной за это мероприятие.
Мы все переглядываемся. Я никогда не ходила в клуб ради удовольствия. Обычно это было связано с работой, или мне было нужно за кем-то проследить. Но думаю, разок можно попробовать просто так. А заодно это будет несомненным подтверждением того, что я никому не принадлежу. Особенно дьяволу Нью-Йорка.
13
Я сижу в своем офисе после многочасовых совещаний и обсуждений по разработке нового приложения. Передо мной стопки бумаг, которые нужно подписать, но мысли постоянно возвращаются к одному человеку. Мои подруги считают его отличной партией. Уже наверняка по социальным кругам пошли шепотки и обвинения. Все это – лишь политика и сплетни, в которых я не хочу участвовать.
Легкий стук в дверь вырывает меня из раздумий. У меня по-прежнему документ в руках. Сколько времени я его так держу?
– Войдите.
Лиам приоткрывает дверь.
– У вас незапланированный гость, который очень настойчиво хочет вас видеть.
Кровь отливает от моего лица. Клянусь богом, если это Лука, клянусь, я швырну в него стул. Я не вынесу, если он будет лезть во все, что я делаю. Работа – мое личное пространство.
Дмитрий проносится мимо Лиама с очаровательной улыбкой. Я чувствую облегчение, что это он, а не Лука. Хотя и с ним наш контакт должен быть минимальным. Он первый раз в моем офисе, но встреча довольно рискованная.
– Спасибо, Лиам. Можешь идти.
Мой взгляд останавливается на одинокой красной розе в руках Дмитрия. Я ее игнорирую, снова сосредотачиваясь на бумагах. Встаю и бросаю тот лист, который держала, поверх остальных.
– Мы ведь договорились, что сведем наше общение к минимуму, – говорю я сухо, указывая на кресло напротив.
– Что, даже руку не пожмешь? Или кофе не предложишь? – С улыбкой спрашивает Дмитрий.
– Ты не задержишься так долго.
Он смеется и кладет розу на край мраморного стола, прежде чем сесть. Дмитрий так же привлекателен, как и говорят таблоиды. Его обаяние вживую полностью оправдывает образ плейбоя, с которым его связывают. Но на меня такие штуки не действуют. Я скрещиваю руки на груди. Сидеть не могу, чувствую беспокойство, которое мне не свойственно.
– Роза для тебя, если что, – добавляет он, поправляя пиджак.
– Она мне не нужна.
Он только смеется в ответ.
– Зачем ты пришел, Дмитрий?
– Я мог бы спросить то же самое у тебя. Когда я предложил тебе информацию полгода назад, не думал, что ты погрузишься так глубоко и приблизишься настолько к своей цели. Лука – проблема в уравнении.
– Думаешь, я этого не знаю? – Шиплю я, прикусывая кончик ногтя. Обычно я – воплощение спокойствия и расчетливости. Но не сейчас. Хотя я не могу полностью доверять Дмитрию, резкая перемена планов выводит из себя. – После того, как Лука поймал меня в особняке, он вломился ко мне в квартиру и нашел все. Ну, почти все.
Дмитрий приподнимает бровь, но удивления на его лице нет.
– Я предупреждал тебя, будь осторожна с семьей Армани. Особенно с Лукой. У него чутье, как у гончей, и кровавая репутация для тех, кто не замечает блеска и шика его легального бизнеса. И что, зная, что у тебя столько на него компромата, он просто позволил тебе жить?
Я пожимаю плечами:
– Похоже на то. – Сажусь в кресло. – Но не знаю, почему.
– Ты не собираешься отступить?
Я сверлю его ледяным взглядом. Отступить не вариант. Либо я доведу дело конца, либо встречусь со своим создателем.
Из уст Дмитрия вырывается мрачная усмешка.
– Для такой красивой девушки, Ара, в твоих глазах полыхает месть. Ты умная, красивая, образованная. Могла бы иметь все, что угодно. Ты когда-нибудь думала, что, возможно, возмездие того не стоит?
– Могу сказать тебе то же самое. Мы, может, и стремимся к разным вещам, но ничем не отличаемся, – огрызаюсь я.
Он играет с розой, выдергивая лепесток.
– Видимо, сделаны из одного теста.
– А твои амбиции уничтожить отца действительно стоят возможного провала? – Я нарочно поддеваю его, задевая ту сторону Дмитрия, которую мало кто видел. Уродливая улыбка озаряет его лицо. Дмитрий никогда прямо не говорил о своих мотивах, но я подозреваю, что его отец сыграл в этом свою роль.
– Я хочу уничтожить не только своего отца. У меня есть и своя выгода, – он вертит розу, любуясь ей. – Я сделаю все, чтобы этого добиться. Это зависит от нашего соглашения и того, сможешь ли ты выполнить свою часть. Тебе нужна помощь с Армани?
– Нет, – резко отвечаю я. Сама удивляюсь своему упрямству. Даже с пистолетом у виска, Лука Армани, который играет со мной, как с игрушкой, я не отступлю от задуманного. – Он умрет только от моих рук.
Дмитрий выщипывает второй лепесток и кладет розу на стол.
– Как хочешь. Но если понадобится помощь, ты знаешь, где меня найти. – Он делает паузу, затем добавляет: – Если доживешь.
Он встает, поправляя пиджак.
– Я не знаю, почему Лука до сих пор тебя не убил, узнав о твоем грязном маленьком секрете. Но вот тебе один совет: тебе нужно сменить тактику. Быстро. Лука быстро устает от игрушек. Он убийца, и ты не будешь исключением. Заверши дело.
14
Я пролистываю коллекцию старых пластинок Ары в ее гостиной. Интересное собрание. Беру верхнюю и ставлю на старый проигрыватель. Начинает играть Фрэнк Синатра. Неожиданный выбор.
Обычно ворчливый кот, Тунец, лениво проходит мимо, небрежно потираясь о мои ноги. Никогда особо не любил животных, но, пожалуй, сделаю исключение, учитывая, как радушно он ведет себя в моем присутствии. Ара редко возвращается домой раньше восьми, так что у меня полно времени, чтобы прошерстить ее вещи.
Я мог бы поручить это своим людям, но предпочитаю делать такие вещи сам. Перебираю ее шкафы, отмечаю, какие продукты она любит. Достаю упаковку «Твинки» и хмурюсь. Неужели она ест эту гадость? Судя по многочисленным коробкам за той, что я достал, да, ест. Эта женщина – сладкоежка.
Одну за другой я выбрасываю коробки с «Твинки». Она поблагодарит меня за это позже.
Кофе. Мои губы непроизвольно кривятся при виде американского растворимого дерьма, множества сиропов и ароматизаторов, которые она хранит в холодильнике. Несмотря на то, что ее мать итальянка, она почему-то пьет этот безвкусный кофе. Закрываю шкаф. За это ее стоит пристыдить.
Ищу подходящие места для установки жучков. Хочу, чтобы камеры следили за Арой Бароне постоянно. Хочу знать, что она делает, с кем встречается и о чем думает. И если она посмеет привезти кого-то к себе… ну, скажем так, этот кто-то больше не увидит рассвета. Ара – моя игрушка, пока я не выжму из нее все ответы, не позволю никому встать у меня на пути.
Мой телефон начинает звонить, и я достаю его из кармана, направляясь в ее спальню. На экране высвечивается имя Ивана.
– Надеюсь, ты с хорошими новостями, – говорю я, открывая прикроватную тумбочку и обнаруживая пистолет. Тот же, что и на кухне. Как мило. Надеюсь, я – причина, по которой она хранит его здесь.
– Босс, отличные новости. Они подписали контракт.
– Как и ожидалось, – отвечаю я. Вариантов у них было немного: либо подписывают, либо развлекают меня танцами с петлей на шее.
Направляюсь к ее гардеробной. Некоторые из нарядов впечатляют. Открываю верхний ящик и не могу удержаться от улыбки. Несколько комплектов кружевного белья. Но тут меня накрывает волна ярости. Для кого она носила это белье? Насколько мне известно, она ни с кем не встречается. А даже если бы и встречалась, я бы уже избавился от них лично, потому что не привык делиться.
– Хочешь, чтобы я вернулся в Нью-Йорк? – С надеждой спрашивает он.
Под всеми этими дьявольскими трусиками и несколькими игрушками моя рука останавливается на гладкой поверхности. Я достаю фотографию. Ара с матерью. Ей тут лет десять, не больше. За их спинами – озеро, а мать крепко обнимает ее сзади. Обе широко улыбаются. В ее квартире больше нет ни одной фотографии семьи или друзей.
– Нет, Иван, оставайся пока в Италии. Я задержусь здесь надолго, – я отключаюсь. Обычно я разрываюсь между делами в Италии и Нью-Йорке. Когда я уезжаю, Иван присматривает за всем здесь. Но сейчас у меня есть кое-что поважнее. Кто-то, кого я собираюсь терроризировать.
Строить империю и разрушать семьи стало уже рутиной. Почти скучной. А теперь, благодаря маленькой сталкерше, угодившей в мою сеть, я нахожу себя заинтригованным. Я мог бы избавиться от нее в любой момент. Но сначала хочу понять, что ей нужно от меня.
Улыбка мелькает на моем лице, когда я вспоминаю выражение лица Александра Бароне вчера вечером. Пугать его через дочь – приятный бонус.
Мои пальцы скользят по ее украшениям. Я останавливаюсь на элегантной золотой цепочке с крестиком. Иронично, на самом деле. Представляю, как он будет выглядеть на ее смуглой коже. Подвеска покачивается у меня в руке, и я решаю положить ее в карман.
Ара, может, пока не понимает, но она моя собственность. Пока я сам не решу, что с ней делать. Я не отпущу ее, пока не разгадаю каждую ее хитрость и не раскрою все ее тайны до последней.
Телефон снова вибрирует. На этот раз сообщение.
Лоренцо: Дмитрий Волков сегодня наведался в офис Арабеллы Бароне.
Интересно. Значит, они все-таки знакомы.
Я иду по коридору и ввожу код, который один из моих хакеров взломал для ее маленькой потайной комнаты. Когда дверь открывается, а свет заливает комнату, я отмечаю, что она не пыталась спрятать ни одной улики. Все осталось на месте, как и в прошлый раз. Значит, она либо не боится быть пойманной полицией, либо уверена, что я не стану ее сдавать. Хотя, скорее всего, у нее есть копии всего этого в других местах. Она слишком умна, чтобы не понимать, что моя власть выше любых официальных лиц. Она осознает, что играет со своей жизнью.
Беру первую фотографию. На ней Иван держит дверь открытой для меня. Нахожу черный маркер и оглядываю настенные коллажи с булавками и нитями. На стене висит и фото моего брата. Я срываю его со стены, вспоминая ту первую ночь, когда встретил ее. Она пошла с ним в его комнату, чтобы принять участие в одной из его оргий. Мои виски начинают пульсировать. Если бы он дотронулся до нее, я сломал бы ему каждую кость.
А если бы он ее трахнул…
Я сажусь на край стола и начинаю рисовать усы на его лице, добавляю кудрявые волосы, пока не ставлю большой крест на его лице. Окидываю взглядом стену и быстро срываю остальные фотографии с другими мужчинами, перечеркивая и их. Только я имею значение. Только со мной она будет иметь дело.
Эта ее тошнотворно-сладкая одержимость не останется без последствий.
