Текст книги "Кольцо кардинала (СИ)"
Автор книги: Кэтрин Рид
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)
– За эту работу дядя получил хорошие деньги. На них он купил эту землю и построил дом. Эта работа уже оплачена, мне ничего не нужно.
В свои шесть лет Пассанг считал себя достаточно взрослым, чтобы принимать взвешенные решения, и совсем маленьким, прекрасно осознавая, что все дарованное у него отнимут.
Пока они искали на бумажной карте координаты точки, Варя налила Пассангу чашку чая. Она присела около него, осторожно вложив стакан в его маленькие ладони. Мальчик завороженно смотрел в ее большие голубые глаза. Они были добрыми, очень добрыми, словно у ангела, и ее совсем не отталкивало то, что он оборванный и грязный. Пассанг выпил чай, поставил его на коврик, боясь испачкать Варю.
– Спасибо, – сказал мальчик, вытерев рот рукавом. – Я спать пошел.
Пассанг поднялся и побрел к дому. День удался, можно сказать, у него сегодня был праздник. Его вкусно накормили и даже дали немного про запас.
Мальчик зашел в комнату и лег на кучу серых от грязи вещей.
– Ты будешь спать тут? – услышал он низкий голос, исходящий от черной тени в двери.
– Да, это мой дом. Где мне еще спать?
Тут появились остальные. Пассанг сел. Чувствовала его душа, что вечер еще не закончился.
– Павел, вода за тобой, – сказал Лев. – Сходи к его тетке, возьми у нее лампу, раскладушку, одеяло, тазы. Если будет артачится, денег дай. Девочки, доставайте ваши шампуньки. Сегодня будет мокрое дело.
В течение часа в комнате появились ведра с водой, тазы, лампа. Часть воды было нагрето на костре. Откуда-то взялись полотенца. Мальчик поежился, увидев в руке Павла ножницы и расческу. Вскоре из дома раздался дикий крик. Мужчина, зажав мальца между ног, состригал его длинные, скатанные до култыков волосы. При этом Пассанг кричал так, как будто его резали по живому. Потом в ход пошла машинка для стрижки, которую мальчик еще больше испугался. Павел пыхтел, периодически сухо говоря:
– Не ори! Не ори! Сиди смирно, иначе уши отстрегу!
Когда на голове мальчика остался короткий ершик, к процессу присоединился Лев. Засучив рукава, он усердно оттирал Пассанга от грязи в тазу с водой. Все это малышу не нравилось. Ему было попросту щекотно от грубой мочалки. Девушки в это время подогревали новые партии воды на улице. Сопротивление было подавлено на корню, грязь сползала с мальчика чулком. Под конец он расслабился и уже спокойно сам перешел в таз с чистой водой. Вместо грязных личных вещей, его облачили в чистую рубашку и свитер Льва. Когда Варя и Николь зашли в дом, Пассанг лежал на раскладушке, завернутым в спальный мешок, укрытый поверх теплым одеялом.
– Теперь напои его теплым чаем! – сказал Лев Варе, убирая тазы.
Мальчик уже не сопротивлялся, он просто пил чай с ложечки и ел крекер, который давала ему Варя.
– Я, правда, больше не могу, спать хочу, – сказал он, откинув голову на раскладушку.
– Тогда спи! – скомандовал Павел.
Мальчик покосился на кучу серого белья, которая служила ему постелью, и мужчина перехватил его взгляд.
– На раскладушке! – уточнил Павел.
– А вы уйдете?
– Нет.
– А если уйдете.
– Нет.
– А вдруг…
– Боже, Лев, сделай с ним что-нибудь, он меня с ума сведет!
Мальчик выжидающе смотрел на Павла, пока он объяснял ситуацию остальным.
Лев сел на раскладушку, положил руку на плечо мальчика. И только после этого Пассанг стал засыпать. Он видел через ресницы, как взрослые расстилают коврики, спальные мешки. Павел выносит ведра с водой. Люди тихо переговаривались так, как будто старались ему не мешать. Теплая ладонь осторожно гладила его по плечу. Впервые за эти полтора года о нем кто-то заботился. В буддизме нет рая и ада. Но сейчас ему так хотелось вцепиться в футболку Льва, сделать все, чтобы он, да и все они никуда не исчезли. Завтра, завтра он опять спустится на дно.
Утро, оно пришло в этот день неспешно. Пассанг медленно открыл глаза. Рядом, повернувшись к нему спиной, лежала маленькая девушка со смешными ушами и очень добрыми глазами. «Хорошо, что она не живет в нашем поселении. Ее бы точно начали обзывать», – подумал мальчик, считая, что Варя от таких нападок отбиться не способна.
Девушка почувствовала движение позади себя. Она отложила телефон и повернулась к Пассангу.
– Ну, как настроение? – спросила она, не ожидая от мальчугана ответа. Тот посмотрел в ее глаза и сказал лишь одно короткое, непонятное для нее слово.
– Думаю, нам пора вставать. Сегодня у нас много дел, поэтому придется поспешить.
Варя поднялась, она поправила взъерошенные волосы и достала из-под раскладушки черный пакет.
Пассанг наблюдал, как из пакета появляются добротные штаны, трусы, футболка и толстовка на молнии. Все выглядело если не новым, то очень чистым.
– Павел сегодня обходил деревню, ему удалось кое-что купить для тебя взамен старых вещей, – говорила Варя, совершенно не обращая внимания на языковой барьер.
– Давай одеваться!
Она надела на мальчика футболку, потом помогла справиться с молнией на толстовке. С остальным он разделался сам. Еще больший сюрприз его ждал впереди. На полу стояли кроссовки с зелеными полосками по бокам. Он нацепил их за минуту, а потом еще долго разглядывал, крутя по сторонам. Выйдя из дома, Пассанг важно прошел к костру. На жерди в котелке уже кипела вода. Лев улыбнулся, заметив мальчика. Тот подошел к мужчине и осторожно присел рядом, теперь уже на коврике.
– Не переживай, Пассанг. Мы не оставим тебя в беде! – сказал Лев, придержав мальчика за плечи. Он вручил ему чашку с какао и лепешку, поверх которой лежал кусок сыра.
– Спасибо! – сказал Пассанг, уже понимая, что от него большего не ждут.
С бутербродом он справился минуты за две, а вот какао решил растянуть. Этот напиток он пил раньше лишь один раз в жизни, и ему очень запомнился яркий, но при этом мягкий вкус.
– Короче, малец, после завтрака мы отведем тебя к твоей тете. Она обещала присмотреть за тобой до нашего возвращения. Жить будешь в тепле и сытым.
Пока Павел это говорил, глаза Пассанга округлялись. Мальчик вскочил, и бокал с какао опрокинулся на землю.
– Я никуда не пойду! – закричал он. – Я остаюсь тут, в своем доме!
Павел, сидя на корточках возле костра, подкидывал сухие поленца в огонь.
– Это не обсуждается! Поверь, так будет лучше.
– Будь ты проклят. Это все ты, ты! Ненавижу!
Мальчик бросился в дом, он залез на гору своих вещей и уткнулся в колени. Его монотонные раскачивания говорили о том, что он очень сильно нервничает. Варя, собиравшая вещи в доме, тут же кинулась к нему.
– Пассанг, Пас, что случилось?
– Он хочет отвести меня к тете! Они меня там все ненавидят! Я никому не нужен! – вдруг заплакав, сказал ребенок.
Варя обернулась. Она не понимала его речи, однако чувство отчаяния было ей близко.
Лев пожал плечами в ответ на ее молчаливый вопрос. Выбора у них не было, с собой в поход брать такого маленького ребенка они не могли, и через полчаса понурого Пассанга Варя и Лев отвели к тете. Варя хотела сказать мальчику, что они вернуться за ним, однако сухая на эмоции женщина быстро закрыла дверь.
Оставшееся до отъезда время Варя молчала. Она посматривала на дом, где остался Пассанг. «Плохо ему там будет!» – думала девушка, относя вещи в багажник.
Когда все было сложено, Павел собрал их около костра. Он развернул карту, показав точку назначения. Проведя пальцем по черной извилистой линии, он обозначил их путь.
– Будем двигаться на север до тех пор, пока дороги будут пригодны для этого. Потом пойдем пешком. С учетом того, что нам придется пробираться через густые леса, то поднимаясь, то опускаясь, вся дорога займет неделю.
– Может, наймём вертолет? – предложила Николь.
– Нет, ничего не получится. В тех краях находится закрытый монастырь. В нем готовят охрану для королевской четы. Место это особой важности, туда вертолет не полетит.
– Хорошо! – согласился Лев. – Значит, едем!
И опять в дорогу. Варя напоследок проводила взглядом дом. Она надеялась, что Пассанг выйдет для того, чтобы помахать им рукой. Но его не было.
Ехали они несколько часов к ряду. Сначала дорога была приличной, но потом все чаще и чаще им стали попадаться грунтовые участки пути, иногда приходилось пересекать каменистые горные речушки. Они продвигались в леса заповедника. И вот перед ними оказалось первое препятствие – поваленное на дорогу дерево.
– Может, уберем? – предложил Лев.
– Нет смысла, через сто метров ситуация повторится, дальше идем пешком.
Лев вылез из машины, он встал на подножку и начал снимать груз с верхнего багажника. Рюкзаки были перепроверены и дополнены личными вещами еще утром, сейчас дополнительной подготовки не требовалось.
– Не забудь тесаки, – напомнил Лев Павлу, передавая вещи девушкам.
Павел отрыл багажник, вдруг как-то странно повел вбок шею и закашлялся.
– Твою мать, ты-то как тут оказался?
Привлеченные его необычным поведением, все подошли к багажнику. Из-за кучи вещей и двух запасок на них смотрели знакомые черные глаза!
Мальчик, предчувствуя, что его будут ругать, решил опередить события. Он протянул ручонки Льву, и тот сразу подхватил его. Сидя на руке своего защитника, Пассанг спокойно объяснял, что он тут по делу, и без него они заблудятся и совсем пропадут. На предложение Павла вернуться в деревню Пассанг огрызнулся:
– Где хочу там и хожу. Дядя умер, и теперь я сам по себе!
– Ну, так и иди сам по себе! Тебя пристроили! Чем ты не доволен?! И где твоя обувь? – начал возмущаться Павел, указывая на ноги мальчика, где красовались подранные шлепки. Он понимал, что назад они теперь не повернут. Некоторые речушки и болотистые места машина прошла только чудом. Шаг назад и у них есть все шансы завязнуть в какой-нибудь луже.
– Потерял!
Ноздри Пассанга раздулись, щеки раскраснелись, а глаза расширились от злости.
– За полчаса?
– О чем вы говорите? – спросил Лев.
Павел пересказал суть их разговора, не забыв и про кроссовки упомянуть. Ему стоило немалых усилий купить обувь для мальчика. Он нашел подходящую пару чуть ли не в соседнем поселении.
– Он хоть и маленький, но никогда не признает слабость, тем более что обувь у него попросту отняли!
– Кто отнял? – поинтересовалась Варя.
– Так хозяйка и отняла, предварительно отвесив подзатыльник. Это мы ошиблись, его вины тут нет.
Павел перевел взгляд на Пассанга.
– Хорошо. Я знаю такое место, где плохих людей нет. Но нам придется сделать крюк.
Взгромоздив тяжелые рюкзаки на плечи, они пошли дальше. До захода солнца было еще далеко, поэтому сегодня Павел планировал идти до самого заката. Несмотря на тяготы похода Пассанг не жаловался. Он шел рядом со взрослыми молча, смотря под ноги. Обычно дети трещат без умолку, но мальчик молчал. Он не говорил с Павлом, не шумел, как будто стараясь не мешать взрослым.
К вечеру мальчик совсем вымотался и поначалу отказался есть. Тогда Лев вручил ему тарелку и сказал, что если он все съест, то получит кое-что интересное. «Интересным» оказалась шоколадная конфета в яркой обертке. Конфету мальчик съел за секунду, а фантик аккуратно припрятал за пазуху. Это была самая красивая вещь, которую он когда-либо видел.
Перед тем как лечь спать стоило подумать о безопасности. Мужчины решили дежурить по очереди, а ночевать на улице. Девушкам и Пассангу была собрана палатка.
Первым дежурил Лев, он устроился возле костра с книгой и чашкой чая. Павел, разостлав коврик, разместился между костром и палаткой.
Пассанг же все это время сидел у костра, скрестив ноги, и смотрел на оранжевое пламя. Лес был полон звуков. Но он его не пугал, так как именно в нем он все это время находил пропитание. Вот послышался шорох – это кабан рыл землю, а позади на ветках кричала обезьяна. Когда время суток сменится, шорохи затихнут, и в округе проснутся тысячи птиц. Они наполнят влажный утренний лес суетливым гомоном. Нет, Пассанг не боялся леса, он боялся людей. Обведя взглядом собравшихся у костра, он заметил, что Павел и Лев тоже не обращают внимания на звуки ночи. А вот в Николь он чувствовал страх. Она иногда оглядывалась назад, вглядывалась в темноту леса. Мальчик поднялся и, подойдя к ней, сел рядом. Только так он мог помочь ей.
Николь действительно было не по себе. Казалось, что за каждым деревом скрывается хищник. Она устало потерла виски, понимая, что должна расслабиться, отдохнуть. Ее удивляла Варя, та бродила вокруг костра, ковыряясь в листве. Все ей было интересно: то жучка какого-нибудь найдет, то растение. Многие виды она знала по энциклопедии, а вот в живую не видела. Найдя новый интересный предмет изучения, она непременно показывала его Льву. Каждая ее находка сопровождалась фразами, начинающимися со слов: «кажется это…», «похоже, я нашла…», «о, это очень интересное…». Варя озвучивала только самые интересные сведения о своих находках, иногда она просила Павла уточнить у Пассанга ту или иную информацию. Это было сравни небольшого экскурса в мир природы Бутана.
Но, в конце концов, и она устала. Устроившись перед Львом, девушка зевнула и прильнула спиной к его груди. Она устало крутила перед собой широкий листок, в то время как Лев аккуратно поправлял ее волосы, кончикам пальцев отводя их назад.
– Вот, держи, – отвлек Николь Павел, протянув чашку с чаем.
– Спасибо.
Николь взяла чашку, осторожно пригубила горячий напиток. Ей стало намного легче справиться с нервозностью. Павел начал ломать большие ветви, он готовил дрова для ночного дежурства, одновременно подбрасывая мелкие щепы в огонь. От сухой древесины языки пламени вздымались вверх, они плясали бликами по деревьям, палатке и людям. Очертания леса были размыты, его скрыла тьма, а вот все, что было ближе к костру, наоборот приобрело резкость в очертаниях.
Николь засмотрелась на Павла. Сильный человек, бесстрашный! Человек, который противостоит судьбе и всегда смотрит вперед. В отражении чая Николь рассмотрела себя. За ней всегда присматривали, заботились, она встречала на своем пути трудности, но всегда знала, что позади нее есть Лев. Именно поэтому ей всегда хотелось проявить лидерские качества, показать, что она способна справится со всем сама. «Может, я не так уж и хороша для него? Попросту слабовата!» – думала Николь, посматривая на Павла.
Варя зевнула, и это прервало поток негативных мыслей.
– Николь, может на боковую?
Николь почесала веко, поставила чашку.
– Пожалуй.
– Малец, быстро в мешок, – резко скомандовал Павел, кивнув на палатку. Мальчик поднялся с коврика и побрел к палатке, Варя нырнула под полог за ним. Изнутри послышался ее разговор. Она уговаривала Пассанга снять пыльные толстовку и штаны. Мальчик ныл, но подчинялся.
– Все теперь спать! – сказала Варя.
– А ты никуда не уйдешь!
– Я буду рядом, – ответила мягко Варя.
– Всю ночь?
– Пока ты не проснешься!
«Интересно, как они друг друга понимают, разговаривая на разных языках?» – подумал Павел.
Николь хотела переползти в палатку, но ее остановил Павел.
– Николь!
Она посмотрела в его сторону. Мужчина все так же занимался своим делом, его лицо было спокойным, вдумчивым.
– Подойди ко мне!
Девушка аккуратно передвинулась к нему!
– Что?
– Боишься? – тихо спросил он.
Николь пожала плечами, она не любила признавать слабости, однако Павлу не могла солгать.
– Немного. Тут за каждым кустом кто-то рыскает, ползает, фыркает, – тихо поделилась она своими опасениями.
– Можешь спать рядом со мной.
– Нет, не могу! Там Варя и Пас, что будет с ними, если что-то пойдет не так!
– Страх всегда играет на стороне противника. Перенаправь энергию страха, которая выводит тебя из равновесия, в действия!
– Это как?
– Просто. Ты будешь дежурить первой! Это позволит тебе немного привыкнуть к новой необычной ситуации. Ты поймешь, чего стоит бояться, а чего нет.
Николь задумалась.
– Ладно, давай попробуем.
Павел улыбнулся.
– Я буду спать тут, так что ты сможешь меня сразу разбудить, если того потребует ситуация.
Лев был отправлен в палатку, его дежурство переносилось. Павел заснул быстро, и Николь стала прислушиваться к шуму леса. Страшные чудовища опять вылезли из своих подземелий. Девушка нервно посмотрела на наручные часы, до конца ее смены оставалось еще три часа. «Так, у меня есть дело! Я охраняю лагерь!»
– Угу, угу! – согласился кто-то совсем рядом, и Николь резко повернула голову на этот звук.
– Тррррре, тррреееее! – ответил не менее громкий голос с другой стороны.
Так, среди чудовищ прошел первый час. Николь вздрагивала от каждого шороха и резкого звука. Однако оказалось, что это было только начало всех ужасов. Справа вдруг заколыхались кусты. Складывалось впечатление, что к лагерю пробивается большое животное. Николь знала, что в этих краях можно встретить крупных хищников, поэтому все ее тело затряслось от страха. Она побледнела и повернулась к Павлу. Тот спал так крепко, как будто находится у себя дома, а не посреди леса, нашпигованного всякой живностью. «Разбудить? И что тогда? Он будет решать мои проблемы? – задалась она вопросами. – Нет уж, сама как-нибудь справлюсь!»
Девушка схватила палку из костра и подошла ближе к краю освещенной зоны. Вытянув перед собой симпровизированный факел, она осветила лес. Шорохи прекратились, животное затихло, однако Николь знала, что оно все еще там. «Сначала проверю! – решила девушка. – Если это что-то опасное, я разбужу Павла, остальные проснуться сами!». Один шаг, второй, вот под ногой хрустнула ветка, справа громко заквакала лягушка, и Николь вздрогнула, обернувшись на этот звук. Еще несколько шагов, кусты около большого дерева опять зашевелились! Кровь зашумела в ушах девушки, дыхание перехватило. Последние два метра до дерева она преодолела крадучись. Ее фантазия рисовала ей ужасающие картины: она отодвигает листву, и на нее бросается тигр, его пасть открыта, и из нее исходит тихий клокочущий звук. Дальше даже представлять было страшно.
Кусты еще интенсивнее зашевелились. Девушка протянула руку и аккуратно отодвинула две ветки. Раздался визг! Николь отпрыгнула, и чтобы не закричать, закрыла ладонью рот. Из кустов опрометью в лес метнулась мелкая лесная свинья. Она унеслась с таким шумом, как будто по лесу бежала стадо слонов.
– Черт! – прошептала девушка. – Черт! Черт! – расходилась она. Страх преобразился в злость. Николь была раздосадована, ведь она думала, что такие звуки может издавать только крупное и очень опасное животное. Пнув дерево, она больно ударилась носком и, уронив факел на влажную рыхлую землю, начала скакать на одной ноге.
– Пусть! Пусть все приходят! – зло шептала она, жмурясь от боли. – Я устрою им сладкую жизнь!
Выпустив пары, девушка уже спокойно вернулась в лагерь, бросила палку обратно в костер. Страх сам по себе куда-то делся. Она села рядом с Павлом, оперлась на его живот, взяла книгу Льва и свой недопитый чай. Все осталось как прежде: в темноте за ширмой листвы кто-то бегал, кричал, шуршал, но теперь Николь это мало волновало. Она обращала внимание только на те тени, что появлялись в поле ее видимости. За оставшееся время в освещенное поле заползла только одна змея. Николь взяла длинную палку и, подцепив пеструю ленту, откинула ее подальше в лес.
Дежурство прошло спокойно, в час ночи она дернула Льва за ногу.
– Иди, твой черед! – сказала она, заползая в палатку.
– Все в порядке? – спросил Лев, удивленный резкостью сестры.
– Все нормально, я всем нафигачила, теперь к лагерю ни одна свинья не подойдет, – сказала Николь, позаимствовав у Обморока крепкое словцо.
От таких эпитетов глаза Льва сами собой распахнулись. Он удивленно воззрился на свою сестру – обладателя завидной выдержки и любительнице всего изящного и прекрасного. «Нафигачила?»
Выпихнув братца без церемоний наружу, Николь устроилась поверх его спального мешка и сразу отключилась. А Павел лишь улыбнулся, смотря через прищуренные глаза на Льва, который озабоченно чесал макушку.
На следующий день после завтрака они продолжили свой путь, и уже через час их группа вышла на широкую тропу. Судя по следам на земле, по этой дороге часто проходили ослы, груженные баулами. Дорога забирала вверх на холм. И, несмотря на крутизну, сверху верхушка горы была словно срезана. На этом плато, окруженный ступенчатыми белыми стенами, расположился монастырь.
Павел улыбнулся, обводя взглядом знакомые места.
– Я жил здесь около полугода. В этом месте нет суеты, тут люди живут в гармонии с окружающим миром. Монастырь достаточно большой. В нем проживает около шестидесяти учеников, два десятка учителей и настоятель.
Павел похлопал Пассанга по плечу.
– Это место теперь будет твоим домом, малыш.
Их заметил монах в желто-красных одеяниях. Он быстро спускался от ворот по пологому склону. Его лицо было очень доброжелательным. Мужчина слегка поклонился всем и пожал руку Павла.
– Здравствуй, давно ты не был в наших краях.
– Да. Но дорога жизни опять привела меня к вам. На этот раз я не один.
Павел придержал Варю за локоть.
– Это моя сестра Варя. Лев и Николь, наши друзья родом из Италии. А вот этого молодого человека мы нашли здесь, его зовут Пассанг.
Павел и учитель, не спеша пошли к храму. Остальные потянулись за ними.
– Родни у него много, – продолжал Павел разговор о Пассанге, – и, не смотря на это, желающих приютить его людей не нашлось. Мальчик он хороший, сообразительный. К сожалению, мы не можем взять его с собой, наше путешествие имеет определенные риски.
– Ты хочешь поговорить об этом с настоятелем? – поинтересовался монах.
– Да!
Чем ближе к храму они подходили, тем больше людей их окружало. Они были рады гостям. Павел вдруг из ворчливого молчуна превратился в общительного доброжелательного человека. С каждым обитателем монастыря он говорил так, как будто они очень давно знакомы.
– А он популярен! – заметил Лев, скинув свой рюкзак у одного из красных столбов, окружающих молитвенный барабан. Девушки последовали его примеру. Варя потерла уставшие плечи.
– Про это место Павел рассказывал мне лишь один раз. Не знала, что он жил тут так долго.
– Идите сюда! – громко позвал их Павел. – Мы сначала зайдем в храм, а потом пройдем к настоятелю.
Перед входом Павел разулся, и все последовали его примеру. Внутри помещения цветовая гамма сочетала три краски: золотую, красную и белую. Однако к главным цветам добавились еще и пестрые разноцветные флажки, окружающие большую позолоченную статую человека, сидящего в позе лотоса. Николь приподнялась на носочки и, придержавшись за плечо Павла, прошептала ему на ухо.
– Это Будда?
Монах повернулся, неодобрительно посмотрел на нее. Николь поняла, что она делает что-то не так.
– В храме женщины не должны касаться мужчин, а тем более монахов. Это запрещено.
Николь тут же отдернула руку.
– Прости, я не знала! – стушевалась девушка, отведя взгляд.
– Это не Будда, – пояснил Павел. – Буддизм широко распространился в Бутане после прихода в эту страну в восьмом веке Падмасамбхавы или Гуру Ринпоче, как все его тут называют. Гуру Ринпоче можно перевести как Драгоценнейший учитель. Именно его сейчас мы видим перед собой.
– А зачем эти флажки? – поинтересовалась Варя. – Я видела такие же за воротами.
– У каждой религии есть свои символы. Здесь это молитвенные флажки, барабан, Гуру Ринпоче, драконы и национальные цвета. Молитвенные флажки отличаются между собой не только цветом, но и формой, нанесенными на них текстом и рисунками. Считается, что ветер и дождь разносят добрые слова, написанные на них по миру, передавая их содержание и смысл всему.
Поклонившись Гуру Ринпоче, они перешли в другое здание.
– Здесь живут учителя. На трех человек выделяется одна комната. Настоятель живет в самом конце коридора.
Монах постучал и, дождавшись ответа, открыл дверь.
– Павел заходи, остальные пусть подождут.
Павел перевел просьбу и скрылся за дверью. Друзья остались в темном коридоре, а монах пошел к выходу, обозначенному ярким дневным светом. Стены здания были толстыми, но через дверь они слышали разговор. Смысл его понимал только Пассанг. Мальчик прижался боком и головой к стене, весь вид его говорил о том, что суть беседы его не радует.
Павел вышел к ним через четверть часа.
– Ну что? – с беспокойством в голосе спросила Варя.
– Его возьмут в ученики. Днем будет учиться, вечером работать наравне со всеми.
Варя поникла, она взяла Пассанга за руку, и они пошли к выходу. Павел смотрел сестре в спину. Все ему казалось, что она не хотела расставаться с мальчиком. В любом случае безопасность ребенка была важнее их желаний. «Позже мы обязательно вернемся сюда, и тогда спросим его о том, чего он желает сам!» – решил Павел.
Лев отвлек его от тяжелых мыслей:
– Ты прав, им мы рисковать не можем! Тем более, что мальчик должен сам определить свою судьбу!
Николь покачала головой.
– Как? Он еще так мал?
Лев усмехнулся:
– Поверь, каждое его действие имеет смысл, а все решения продуманы.
– Ладно, Пассангу все покажут здесь сегодня же, а мы сможем передохнуть до завтра.
Они вышли во двор и увидели как Варя и Пассанг крутят молитвенный барабан.
– Надо убрать вещи, – заметил Павел. – Нас разместят в левом крыле, поэтому пойдем сразу туда.
Подойдя к двум затейникам, они решили задержаться. Николь села на рюкзак, а Павел и Лев встали по сторонам прохода у столбов навеса.
– Ему тут будет нелегко. Пассанг не привык к дисциплине, – заметил Лев.
Павел усмехнулся.
– Согласен. Но все же здесь он будет среди людей, получит образование, возможно, найдет себя. Мы не имеем права подвергать его опасности!
Лев поморщился, он слышал позади разговор Вари и мальчика. Они говорили каждый на своем языке, однако это их совершенно не заботило. Обоим было весело.
И тут что-то пошло не так. «Цвяньк! Швык!» – послышалось позади. Лев спокойно обернулся, и после этого на его лице сразу отразилась крайняя степень удивления. Он отпрыгнул в сторону, а Павел, заметив реакцию друга, решил тут же последовать его примеру. И он вовремя успел, так как в этот момент между ними, подпрыгивая на лестнице и позвякивая, прокатился барабан с мантрами. Красный цилиндр с позолочеными надписями катился с пригорка, а за ним вдогонку понеслась толпа молодых послушников. Все они кричали и размахивали руками.
Лев повернулся и посмотрел на Варю. Девушка ловила ртом воздух, широко раскрыв глаза. В этот момент из класса выбежал учитель танцев. Его лицо стало красным, оно дрожало от напряжения. Мужчина метнул на Варю раздраженный взгляд и поспешил на помощь своим ученикам.
Варя буквально провыла. Лев поспешил к ней. Она смотрела на барабан, не понимая, как такое вообще могло случиться.
– Я, я не специально, он сам отвалился. Мы лишь решили его, как следует раскрутить! – оправдывалась она.
Лев развернул девушку к себе, сжал в своих объятьях.
– Варя!
Варя не смотрела на него, она все пыталась обернуться, чтобы выяснить, чем же закончится погоня за барабаном. Любознательный человечек находился на грани панической атаки.
– Варя! – мягко позвал ее Лев.
– Что?
– Все хорошо, не бойся! Никто не пострадал, просто барабану суждено было сломаться именно в этот день!
Варя сразу успокоилась, она перестала нервничать, расслабленно прижалась к груди Льва.
– Спасибо.
Пассанг между тем присел около оси, которую буквально вырвало из потолка.
– Тут что-то есть!
Это уже было интересно, Павел присел на корточки, перенес вес на одно колено и, просунув руку внутрь, достал из полости желтый тубус. Он передал свою находку одному из монахов, а тот осторожно открыл тайник. Оттуда он извлек листы крепкой исписанной бумаги. Проведя пальцами по строкам, монах вдруг забеспокоился. Он стал что-то очень эмоционально говорить своим товарищам, его голос буквально дрожал от волнения. Суетливо собрав бумаги, он ринулся вглубь здания, по пути выкрикивая отрывистые фразы. Начался переполох. Кто-то уже бежал к той группе, которая догнала барабан, застрявший в деревьях, другие прощупывали ось.
– Что происходит? – спросила Николь.
– Мы нашли рукописи, оставленные основателем храма. Бумаги очень ценные, они были составлены около пяти веков назад. В них первый учитель оставляет потомкам свои заветы и наставления. Однако этот человек был еще тем затейником. Рукописи он спрятал, а своим ученикам сказал, что только многократное повторение мантры «Ом» у храма и душевный покой позволит им найти их. С тех пор они этот душевный покой и потеряли. Каждый новый настоятель объявляет новый поиск, и каждый раз после безуспешного его окончания, они считают, что среди монахов нет того человека, который достиг просветления, ибо только человеку с чистой душой откроется тайна.
Николь начала посмеиваться в ладоши, смотря на Варю. Ей до этих рукописей вообще дела никакого не было. Она просто хотела ради эксперимента посмотреть, насколько быстро ей удастся раскрутить барабан. Сейчас девушка уткнулась в грудь Льва, а он целовал ее взъерошенную макушку, прибавляя к каждому прикосновению ласковое слово.
Вечером был праздник. На площади среди огней люди в масках животных танцевали традиционный танец Драметце. Этот танец богов и демонов монахи исполняли в масках и пестрых нарядах. Одни персонажи действа были похожи на животных, другие на демонических сущностей. Люди кружили, отбивая в барабаны ритм танца. Воспитанники радовались празднику, а гости восседали рядом с настоятелем. Перед Варей стояло большое блюдо с рисом, мясом и овощами. Учителя уважительно кланялись ей, настоятель интересовался ее жизнью. Девушка была скромна, она отвечала на вопросы просто, без утайки. Уделом ее было навсегда остаться легендой этого монастыря, а возможно и всего Бутана.
Поздно вечером им выделили веранду на четверых. Постелей не было, поэтому они расстелили в ряд коврики и спальные мешки. Раздвижные двери не закрывали, и через них можно было наблюдать, как лес в низине затапливает белый туман. Измученные путешествием, они быстро заснули. Когда луна обогнула дом, около двери мелькнула тень, она осторожно проникла внутрь помещения, скользя по полу. Это был Пассанг. Не мог он спать среди чужих, поэтому бросив одеяло между Львом и Варей, мальчик по привычке расположился между ними.
Солнце едва показало желтый край из-за горизонта, а в монастыре уже кипела жизнь. Учителя открывали классы, ученики заполняли их с гомоном обычных школьников. На площади вовсю шли тренировки. Крики бойцов разбудили путешественников. Пассанг потянулся и только тогда понял, что лежит на коврике в спальном мешке. К его удивлению он спал на самом краю, а вот Лев пристроился ближе к Варе, и та накрыла его плечи своим спальником, прижалась к широкой спине, согревая любимого теплом своего тела.
На веранде появился монах, он слегка поклонился, сложив перед собой ладони. Его речь была сказана взволнованным тоном, при этом он постоянно улыбался. Павел коротко ответил, после чего служитель удалился.
