Текст книги "Соблазни меня (ЛП)"

Автор книги: Кэти Такер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9

– Это гризли.

Характерный горб покачивается в такт шагам, пока зверь неспешно приближается к нам. Я потратила немало времени, читая о них в рамках моего исследования. Генри остается совершенно неподвижным, не сводя с него пристального взгляда.

– Подросток. Они смелее взрослых. Чаще выходят, чтобы разведать обстановку. – Его голос тихий, спокойный. – На прошлой неделе я видел здесь следы.

– Ты знал, что здесь бродит гризли, и всё равно привёз меня? – В моём тоне звучит откровенный упрёк.

– Расслабься. Ему просто любопытно. Я не позволю ему тебя тронуть.

Часть меня тает от этих слов, но куда важнее сейчас другое.

– Я читала, что они могут вломиться в машину.

– Он не Халк, Эбби. Не станет выбивать стекло и хватать тебя лапой. – Генри тихо усмехается. – Как только я заведу двигатель, он бросится наутек, поверь мне. Даже если нет – мы просто уедем. Сядь поудобнее и сохраняй спокойствие. Сегодня ты увидишь природу вблизи. То, что остальной персонал вряд ли сможет.

Я пытаюсь унять беспокойство, откидываюсь на сидении, хотя сердце колотится, дыхание сбивается, а голос дрожит.

– То есть это подросток? Он ещё не вырос? – Уже сейчас его спина одной высоты с капотом, даже на таком расстоянии.

– Он будет крупным. Думаю, около тысячи фунтов.

Я слежу за его движениями, за мощью в каждом шаге.

– Откуда ты знаешь, что это самец?

– Видишь, как он переваливается при ходьбе, широко расставляя задние лапы? Самцы так делают весной, во время брачного сезона.

– Ты много знаешь о медведях.

Гризли уже в двадцати футах. Генри понижает голос до шёпота.

– В детстве я проводил лето на Аляске.

Медведь подходит с моей стороны.

– Боже мой, – с шипением выдыхаю я.

– Подвинься ко мне, если боишься, – шепчет Генри, но меня словно парализовало. Гризли уже в десяти футах от моей двери, его взгляд устремлён на меня. Нельзя смотреть ему в глаза, но я не могу отвести взгляд. Они узкие, оценивающие.

– Зачем он это делает? – спрашиваю я, когда медведь переступает с ноги на ногу, словно не знает, в каком направлении двигаться.

И вдруг он устремляется прямо к моей двери.

Я вскрикиваю и бросаюсь через сиденье к Генри.

Прямо на колени. В его объятия.

Медведь резко сворачивает в сторону, отступая на несколько шагов.

– Он знает, что мы здесь, и насторожен. Не двигайся, – Генри шепчет мне на ухо, и его слова скользят по коже.

– Без проблем.

Тот факт, что я сижу на коленях у своего босса, не ускользает от меня, но сейчас мне не до этого. К счастью, он меня не отталкивает. Пока.

– Видишь? – Его рука лежит на моем дрожащем бедре, успокаивающе поглаживая, но я смотрю только в боковое зеркало, где вижу, как медведь приближается к грузовику, к моей жилетке и толстовке, висящей на кузове. – Ему любопытно.

– О чёрт, – бормочу я, понимая, что ему нужно. – У меня в кармане жилета лежит вяленая индейка.

– Вяленая индейка?

– Да. Я всегда голодна к середине утра, а я не знала, чем буду заниматься сегодня.

– Но, индейка? – Генри что-то бормочет про говядину, но я не слушаю, слишком сосредоточенная на медведе.

И точно – медведь наклоняет голову, принюхиваясь. Потом встаёт на задние лапы, его массивные передние лапы опускаются на борт грузовика, раскачивая нас и вырывая у меня испуганный вскрик. Его когти скребут по металлу – звук, после которого краске явно не поздоровится. Он начинает тереться мордой о мою жилетку, оставляя мокрые пятна на мягкой розовой ткани.

– Думаешь, он её утащит?

Медведь опускается на четвереньки, и моя жилетка исчезает вместе с ним. Через несколько секунд раздаётся звук рвущейся ткани, а затем он важно удаляется, оставляя между нами футов двадцать, с трофеем и клочьями розовой ткани, болтающимися из пасти.

Мой первоначальный ужас немного утихает, пока мы наблюдаем, как он усаживается на зад и начинает разворачивать добычу.

– Должно быть, ему сложно с такими лапами.

– Он справится, – шепчет Генри, тихо посмеиваясь.

Тепло на бедре напоминает мне, что его сильные руки всё ещё там. И ведут себя довольно вызывающе – одна почти на середине, пальцы разведены в стороны. Я опускаю на них взгляд, решая, нормально ли это.

– Нам пора возвращаться, – бормочет он. – Сегодня мы больше не будем колоть дрова.

– Верно.

Я разочарована, и это слышно по моему голосу. Утро с Генри было весёлым и благотворным – именно то, что мне было нужно, чтобы успокоить совесть после моего поведения в ту первую ночь. Может, поэтому он позвал меня с собой. Я должна слезть с его колен, прежде чем сделаю что-то, что добавится к репутации девушки, ведущей себя неподобающе рядом с этим мужчиной.

Я собираюсь пошевелиться, но его руки сжимают меня крепче, слегка притягивая назад, пока я не чувствую что-то твёрдое, упирающееся мне в зад.

Сердце начинает бешено колотиться, заливая вены адреналином.

Я, может, и неопытна, но не глупа. Он что, серьёзно?

У Генри эрекция. Это из-за того, что я на нём сижу? Или из-за меня? Может, его прерывистое дыхание у моего уха тоже не случайно? Меня охватывает желание потереться о него. Он это одобрит? Вряд ли. Он подчеркнул, что доверяет мне, что я не стану ничего предпринимать, когда трезвая. Но сейчас он прижимает меня к своим коленям, его член давит на меня, а его учащённое дыхание наполняет кабину, смешиваясь с моим.

– Ты кому-нибудь рассказала про ту ночь? – Его низкий голос стал мягким, соблазняющим.

Я трясу головой, прежде чем выдавить из себя:

– Нет. То есть, Тилли догадалась, что с кем-то что-то было, но я не сказала, что это был ты.

– Почему?

Мои глаза скользят к зеркалу заднего вида, и я оказываюсь прикованной его взглядом – тёмным, вызывающим.

– Не знаю. Мне было стыдно, наверное.

– А за что именно тебе было стыдно? – Его голос звучит почти соблазняюще, будто подталкивая к ответу.

Из меня вырывается что-то среднее между стоном и смешком.

– Не знаю. Что была пьяной, что несла всякий бред про бывшего жениха и за все остальное.

– Все остальное? Например, когда ты попросила меня трахнуть тебя?

Я с трудом подбираю слова. Он же понимает, что мне неловко, что я в ужасе. Так зачем он меня мучает? Ему нравится смущать меня? Или он так наказывает за моё поведение? Или он привёз меня сюда, потому что я просила его заняться со мной сексом, и теперь собирается выполнить просьбу? Что такой мужчина, как Генри Вульф, может сделать с такой, как я? Он же обещал, что с ним я недолго останусь неопытной. Он также сказал, что мне стоит провести следующие четыре месяца, трахаясь с кем-то во всех возможных позах. Он предлагает себя на эту роль?

Это будут четыре месяца? Или одна ночь? Если правда, что он меняет женщин как перчатки, зачем мне отдавать ему свою девственность? Чтобы быть использованной и выброшенной? Нет. Хотя бы в этом я уверена.

И это владелец отеля, напоминаю я себе. Он может посадить меня на ближайший рейс в Чикаго, если я скажу или сделаю что-то не то. Или, что еще хуже, в Пенсильванию.

Я наконец отрываюсь от его взгляда, уставившись вперёд.

– Ты выглядишь сбитой с толку. Почему?

– Потому что это похоже на проверку.

На его губах мелькает тень улыбки.

– Может, так и есть.

В течение пяти ударов сердца, пока его руки сжимают мои бёдра, а тело наклоняется так близко, что его губы почти касаются моей шеи, я заставляю себя поверить, что это не иллюзия, что его член встал из-за меня, что Генри Вульф привёз меня сюда не только для того, чтобы помочь складывать дрова – и что я действительно могу дать ему то, что он хочет. Дыхание сбивается в ожидании.

– Смотри, – шепчет он, поворачивая ключ зажигания.

Медведь уже расправился с моей закуской и теперь стоит на четырёх лапах, наблюдая за нами. Один поворот запястья – и оглушительный рёв двигателя заставляет его рвануть к деревьям с невообразимой для такого тела скоростью.

– Вот почему не стоит пытаться убежать от медведя.

Он откидывается назад, тяжело вздыхая. Его руки соскальзывают с моих ног, одна тянется к регулятору обогрева, оставляя мои бёдра холодными – и я тут же начинаю скучать по его прикосновениям. Тёплый воздух вырывается из дефлекторов. Я сползаю с него и пересаживаюсь на своё место. В воздухе всё ещё висит напряжение, а я его не выношу, поэтому откашливаюсь и говорю первое, что приходит в голову:

– Я передумала. Не хочу сажать деревья. Пусть земля останется пустой.

Грузовик наполняется его низким смехом, и я мгновенно расслабляюсь. Его смех прекрасен – он напоминает, что, каким бы он ни был, Генри Вульф всё-таки человек.

– Оставить жилет здесь? – Я смотрю на жалкие остатки, валяющиеся в грязи.

Я чувствую его пристальный взгляд на своей груди, ещё не повернувшись. Он задерживается на пять ударов сердца – напряжённый, изучающий, – пока мои соски не начинают твердеть. Уверена, он видит, как они выпирают сквозь тонкий спортивный бюстгальтер.

– Пока да. Я куплю тебе новый, – обещает Генри, и грузовик трогается с места.

Обратная дорога кажется короче, и я ловлю себя на мысли, что хотела бы, чтобы мы всё ещё складывали дрова.

– Как долго ты пробудешь на Аляске? – Это всё? Увижу ли я его еще перед отъездом? Wolf Cove внезапно кажется куда более одиноким без него.

Его пальцы барабанят по рулю.

– Я остаюсь на сезон.

– Серьёзно?

– Да. А что? – Он смотрит на меня с любопытством в глазах.

– Разве у тебя нет других отелей, которые надо открыть, или чего-то такого?

– У меня много проектов, но сейчас я решил сосредоточиться на Wolf Cove и работать удалённо над остальным. Для меня важно, чтобы он преуспел.

Необъяснимое счастье наполняет грудь. Значит ли это, что у меня будет почти четыре месяца с Генри? Будем ли мы ещё устраивать такие приватные вылазки? Или это только мои фантазии?

– Почему ты улыбаешься?

– Просто так. – Я краснею.

Он делает паузу.

– То, что я остаюсь на лето, делает тебя счастливой?

Я прикусываю нижнюю губу, решая, стоит ли быть честной. В конце концов, я отвечаю:

– Может быть.

Он ничего не говорит, сворачивая на подъездную дорожку.

– Ты снова станешь мистером Вульфом, как только мы проедем ворота, да?

– Да. – Без колебаний.

– Что ж, тогда было приятно провести с тобой время. – Я опускаю глаза.

– Надеюсь, ты знаешь, куда тебе нужно сегодня днём.

– Готовить номера на четвёртом этаже, потом забрать униформу. – Инструкции пришли мне на почту вчера за ужином.

На его губах появляется загадочная ухмылка.

– Не волнуйся, думаю, тебе не будет так сложно, как ты ожидаешь.

– Посмотрим, что скажут твои гости. Не думаю, что я вообще когда-либо правильно заправляла кровать.

– Хм. – Он бормочет что-то вроде «Буду иметь в виду» себе под нос.

Колёса скрипят, когда грузовик останавливается там же, где Генри забрал меня утром. В отеле бурлит работа: персонал носит припасы с пристани, разравнивает пляж граблями и делает ещё тысячу дел, о которых я даже не догадываюсь. Даже утро с гризли было куда спокойнее, чем будут следующие несколько дней.

– Тебе помочь разгрузить дрова?

– Нет. Для этого есть команда по озеленению.

Я бросаю на него негодующий взгляд, и он усмехается. Но улыбка быстро сходит с его красивого лица.

– Я рад, что могу доверять тебе секреты. И хотел бы попросить продолжать в том же духе. Если кто-то действительно спросит – скажи, что помогала мне грузить дрова. Если кто-то спросит.

Я хмурюсь.

– Я только это и делала. Ты про медведя? Или... – Мой взгляд невольно скользит к его паху, прежде чем я резко отвожу глаза и сглатываю.

На его губах появляется хищная ухмылка.

– Ты же можешь это уважать, да?

– Да.

– Так я и думал.

– Может, ещё увидимся.

– Может.

Я тянусь к ручке, но останавливаюсь, ведь один вопрос всё ещё вертится в моей голове.

– Ты сказал, что это ты меня нанял. Почему?

Он долго смотрит в лобовое стекло. Когда наконец поворачивается, его взгляд тёмный и горячий.

– Потому что выглядело так, будто тебе это очень нужно.

– Так и было. Так и есть. – Я прочищаю горло, чтобы избавиться от дрожи в голосе. Боже, как быстро он может стать пугающим.

– Ну, я захотел дать тебе это.

Атмосфера в кабине становится тяжёлой, осязаемой, и мне хочется сбежать. Я выскальзываю из грузовика и направляюсь к главному лоджу, повторяя его слова. Так легко поверить, что он имел в виду – «тебе была очень нужна эта работа» или «тебе было очень нужно сбежать в дикую природу Аляски». Но что-то мне подсказывает, что он говорил о другом. Я оглядываюсь и вижу, как он молча наблюдает за мной из грузовика. Этот взгляд... Почти... Волчий.

Глава 10

– Пятому этажу нужно ещё десять штопоров и наборов для чистки обуви! – кричит Шелли, одна из супервайзеров службы по обслуживанию номеров. – Дамы, отнесёте? Последняя просьба, и можете идти за униформой и считать день законченным, даю слово.

– Без проблем, – отвечает за нас Тилли, проходя мимо меня, чтобы взять штопоры из ящика с запасами у стены слева. Там хранится всё необходимое: открывалки, запасные ручки, батарейки, адаптеры для иностранцев, фирменные шоколадки Wolf Hotel. Всё рассортировано для быстрого доступа. – Может, тебе стоит нести их, с твоими-то больными руками. – Она подмигивает и сваливает штопоры мне в ладони, которые я благодарно подставляю.

Видимо, жизнь в Чикаго за год расслабила мои мышцы, потому что уже через несколько часов – долгих, изматывающих часов, за которые я успела разнести по отелю дополнительные подушки, полотенца и фены и, конечно, побороться с постельным бельём, – мои руки болят так, будто их переехал грузовик. Я выжата как лимон. Всё, чего хочется, – свернуться калачиком на своей узкой кровати, и при первой возможности я так и сделаю.

– Сама виновата, что сбежала в лес с мистером Вульфом, – шипит Тилли, когда мы направляемся к служебному лифту.

Я бросаю на нее предупреждающий взгляд. Тилли – единственная, кто знает, с кем я ушла, и то, только потому, что пытала меня, пока я не проговорилась. Стараясь уважать пожелания Генри, я попросила её держать язык за зубами.

– Ой, расслабься. Я ничего не скажу. – Она тыкает в кнопку вызова локтем и отступает. – Не могу поверить, что ты провела всё утро, наблюдая, как этот мужчина колет дрова, и не сделала ни одной фотки. Он вспотел? О, он точно вспотел.

– Я не заметила, – вру я. – Зато я точно потела. Это была тяжёлая работа.

– И зачем он тебя позвал? Ну то есть... – Её взгляд скользит по моей миниатюрной фигуре.

– Думаю, это было погружение в реальность насчёт работы озеленителем на Аляске. Чтобы я заткнулась и радовалась уборке.

– Все утро таскать дрова может быть изнурительным, – соглашается она. По коридору проходит женщина с униформой горничной, перекинутой через плечо. – Неплохо, да? – Тилли кивает в её сторону.

Что касается униформы для персонала, нам повезло. Эти платья в французском стиле элегантные и практичные – чёрные, с короткими рукавами и глубоким вырезом, отделанным белым кружевом. Другие уже примеряли её – сидит отлично. Ничего откровенного, и вроде удобно, правда, мне пока не довелось скрести унитазы.

Двери лифта открываются как раз в тот момент, когда кто-то кричит:

– Эбби, подожди!

Мы оборачиваемся и видим, как к нам бежит Белинда, её каблуки яростно стучат по полу.

– Иди, я тебя догоню, – говорю я Тилли, наблюдая, как она исчезает за дверьми.

– Ты получила моё сообщение? – Белинда дышит так, будто пробежала марафон.

Я хмурюсь.

– Нет. У меня нет с собой телефона. – Мне даже понравилось не носить его, быть отрезанной от мира. В основном – от Гринбэнка.

Она машет рукой.

– Не важно. У нас есть решение насчёт путаницы с должностями.

Осмелюсь надеяться?

– Меня переводят в озеленение?

– Нет. – Её губы сжимаются. – Но, уверена, тебе понравится. – В её голосе звучит лёгкая горечь. – С завтрашнего утра ты будешь обслуживать сьют № 1.

– Сьют № 1. – Я хмурюсь. – Я не понимаю. Что это вообще значит? – И чем это лучше?

– Вот. – Она суёт мне iPad. – Вся необходимая информация здесь: программы для гостей, удобства, процедуры. Понадобится несколько дней, чтобы всё запомнить, но у тебя будет время.

– Но...

– Тебе понадобится униформа координатора. Должны найти что-то твоего размера.

Я смотрю на iPad.

– Ладно... – Я начинаю завтра, а управляющая отелем только что сообщила, что мне понадобятся дни, чтобы разобраться. – Вы уверены, что я подхожу для этой работы?

Снова эта гримаса.

– Неважно, что я думаю. Мистер Вульф настоял на этом.

Мои брови взлетают до линии роста волос.

– Он что? – Очевидно, он не такой уж толковый бизнесмен, каким я его считала, если готов назначить меня работать с самыми важными гостями.

Белинда протягивает мне ключ-карту.

– У каждого сьюта своя уникальная карта для координатора. Ты знаешь, где они находятся?

Я рассеянно киваю.

– Справа от гостевой двери есть ещё одна. Ею и пользуешься. Завтра к семи утра ты должна быть на месте, точно к семи.

В голове мечется столько вопросов, что я не знаю, с чего начать.

Она стучит ногтем по iPad у меня в руках.

– Посмотри видео, прочти обучающие инструкции, и если останутся вопросы, Пейдж тебе поможет.

Я смотрю, как она удаляется, будто куда-то спешит, сверяясь с часами, и сворачивает за угол. В животе вспыхивает тревога. О чём, чёрт возьми, думал Генри, назначая меня на эту должность? Я думала, он заботится о своём отеле? Хотела бы я знать, как его найти, чтобы отговорить. Но у меня нет времени на поиски. Нужно отнести эти наборы, получить новую униформу и вернуться в хижину, чтобы разобраться во всём. Чувствую, сегодня мне не уснуть.

~ ~ ~ ~

– Коттеджи? – Отем выглядит такой же шокированной, как и Тилли, когда я ей рассказала. – Чтобы попасть туда, нужен многолетний опыт целования задниц богатым людям. Только звёздные, опытные сотрудники Wolf получают такие должности.

– Да, я тоже не понимаю. – Я вздыхаю, разглядывая новую униформу – лёгкую белую блузку и сливовую юбку-карандаш с вызывающим разрезом сзади – которая висит в пакете для химчистки на моём крючке.

Я не «опытная» и не «звезда», но владелец Wolf Cove хочет, чтобы я обслуживала самых элитных гостей. Почему?

– И что я там буду делать? – Если кто и знает, так это Отем.

– Ох, боже, – она снимает жемчужную серёжку и бросает её в шкатулку. – По сути, ты будешь удовлетворять любые прихоти гостей. Ты в их полном распоряжении круглосуточно. Во всех отелях Wolf есть служебные комнаты на одном этаже со сьютами. А здесь, говорят, внутри каждого коттеджа сделали крохотные помещения, где ты будешь ждать, пока тебя не вызовут. Захвати книжку, – предупреждает она многозначительно. – И, в зависимости от запросов гостей, тебе, возможно, придётся дежурить всю ночь и мчаться к ним в три утра по первому звонку. Если им нужно обслуживание в номере – ты заказываешь. Захотят ужин в ресторане – бронируешь столик. Организуешь экскурсии, записываешь в спа, предлагаешь развлечения, следишь, чтобы в баре не переводился алкоголь, кофе и чай были свежими, посуда – чистой, а комнаты – безупречными.

– И подтираешь им задницы, если вежливо попросят, – ворчит Тилли.

Я чувствую, как кровь отливает от лица. Надеюсь, она шутит.

– А самое приятное? – продолжает Отем. – Тебе даже не придётся самой ничего убирать. Просто вызываешь горничных, когда гостю удобно, и кто-то другой делает грязную работу. Считай себя дворецким, только в юбке.

Что ж, это хоть какое-то облегчение. Но...

– Я должна бронировать экскурсии? – У меня уже кружится голова от всего, что нужно освоить, причём до завтрашнего утра. И зачем вообще являться туда к семи? В такую рань там никого не будет.

– Ага, – усмехается Отем, забираясь на верхнюю кровать. – Через дружелюбного консьержа. А если повезёт, тебя возьмут с собой. Ну, знаешь, чтобы прислуживала, пока они наблюдают за медведями-кадьяками или любуются ледниками.

Упоминание медведей отвлекает меня от тревожных мыслей, возвращая к сегодняшнему утру и к Генри. Он не выходит у меня из головы весь вечер.

– Гости сьютов получают всё, что пожелают, и когда пожелают. Честно, это как элитный клуб в мире сервиса. По крайней мере, для сотрудника Wolf.

– Он сошел с ума, – стону я, опускаясь на нижнюю кровать. Я уже помылась и готова ко сну.

– Кто?

– Мистер Вульф. Оказывается, это он устроил меня на эту должность. – Последние полчаса я ломаю голову, зачем ему это понадобилось. Ничто из произошедшего сегодня не должно было внушить ему мысль, что я справлюсь. В голову закрадывается мрачная догадка – возможно, он хочет, чтобы я облажалась и дала ему повод меня уволить. Но я тут же отметаю эту идею, она нелепее всего остального.

– Думаю, она стукнула Вульфа по голове поленом, когда они были в лесу, – заявляет Тилли, хватая халат и косметичку.

Лицо Отем внезапно появляется рядом со мной, её влажные после душа волосы свисают прядями.

– Погоди, ты была с мистером Вульфом?

Я вздыхаю. Вот тебе и «держи язык за зубами» Тилли. Хорошо, что я не рассказала ей больше, чем следовало.

– Я помогала ему грузить дрова.

– Зачем? Для этого есть команда озеленения.

– Без понятия, но кто я такая, чтобы отказывать боссу. – Вряд ли я вообще способна ему в чём-то отказать. – А раз отказать не могу, теперь буду сидеть тут и всю ночь изучать, как стать координатором для кучки богатеев.

– Тогда смирись, потому что любая из нас, включая меня, готова на убийство за твоё место. Ты этим летом заработаешь в два раза больше, подруга. Я, например, зеленею от зависти, – бросает Тилли, направляясь к двери.

Отем сочувственно улыбается и дёргает за занавеску, отгораживая наше пространство. Я надеваю наушники и готовлюсь к долгой ночи.