Текст книги "Красивые и проклятые"

Автор книги: Кэти Алендер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Я посмотрела на кучу реквизита.

– Можешь хотя бы попробовать взять скрипку?

Кейси потянулась за ней. В ее глазах все еще виднелась обида.

– Ты правда считаешь, что это странно? – спросила она. – Странно то, что кто-то хочет со мной подружиться?

Боже мой, нет. Это не то, что я имела в виду.

– Нет… Странно, что с тобой хочет подружиться именно Мими Лэрд.

– Все хотят, чтобы я продолжала жить. Хотят, чтобы я была счастлива, – проговорила Кейси задумчиво, аккуратно зажав скрипку под мышкой. – Все, кроме тебя, Алексис. Даже Пеппер обращается со мной лучше, чем ты. А она старшеклассница. К тому же популярная.

Я не была уверена, хотела ли Кейси таким образом намекнуть на мою непопулярность, и решила пропустить это мимо ушей.

Я сделала еще пару снимков, но Кейси сразу же отвернулась.

– Я хочу, чтобы ты была счастлива, – сказала я. – Но только, если только ты не…

Если ты не ввяжешься во что-нибудь плохое. Во что-нибудь неправильное. Во что-нибудь такое, что разрушит нашу жизнь.

Кейси выпрямилась (мы были уже почти одного роста) и посмотрела мне прямо в глаза.

– Если я не буду общаться с теми, кого ты не любишь? – спросила она. – Например, с Лидией?

– В общем-то, да, – согласилась я. – Например, с Лидией. Ты ее совсем не знаешь, Кейс.

– Нет, Лекси, это ты ее не знаешь. У нее был ужасный год. Не суди ее строго.

– Извини, пожалуйста! А какой год был у меня?

Кейси открыла рот от удивления.

Я тоже. В первое мгновение даже не поняла, как я смогла такое сказать. Но потом меня словно прорвало:

– Ты думаешь, мне было легко? Жить дома с мамой и папой? Притворяться, что дела идут нормально? Потерять все? Кейс, ты приехала в этот дом, когда его уже полностью обставили. У нас же не было ничего. Ни одежды, ни посуды. Мой фотоаппарат, все мои фотографии… Ничего не осталось!

Напряжение исчезло с лица Кейси, и она посмотрела на меня… неужели с сочувствием?

Нет. Однозначно не с сочувствием. На смену расслабленности пришла гримаса злости.

– Ты что, издеваешься? – прошипела она. – Извини, пожалуйста, но я лежала в психиатрической клинике. Мне запрещали надевать одежду с пуговицами, Лекси, потому что боялись, что я могу кого-нибудь задушить!

В порыве ярости она взяла старенькую скрипку (купленную за 4 доллара на барахолке) и с размаха ударила ею о дерево. Я успела сделать снимок в то мгновение, как хрупкий инструмент столкнулся со стволом и треснул.

Кейси уставилась на него, видимо, в шоке от того, что сделала. Потом она ударила еще раз, и еще, пока в ее руке не осталось ничего, кроме шейки скрипки. Я щелкала фотоаппаратом столько, что потратила почти всю пленку.

Тяжело дыша, она выронила скрипку и повернулась ко мне.

– Мне жаль, что у тебя был трудный год, – проговорила она. – Но разве я не заслуживаю шанса на счастье? Почему мне нельзя завести друзей?

– Пожалуйста, – ответила я. – Убедись на своем примере, что Лидия – предательница и двуличная сплетница. Но если она когда-нибудь узнает о том, что случилось с тобой на самом деле, тебе придется столкнуться с той Лидией, которую знаю я. Потому что не все будут прощать тебя, как я, и принимать такой, какая ты есть.

Кейси опустилась на землю, закрыла глаза и покачала головой. Тюлевая юбка вокруг ее ног напоминала лужицу.

Я подняла фотоаппарат, но едва ли не в первый раз в жизни не смогла посмотреть в объектив глазами фотографа.

Я видела только четырнадцатилетнюю девочку, которой было очень больно.

Очень больно из-за меня.

Кейси потеряла все, что у нее было. И как только она начала по кусочкам собирать себе новую жизнь, я сразу же принялась ее рушить. Почему я не могла поддержать свою собственную сестру?

Действительно ли я боялась, что Лидия ее обидит? Или была какая-то более сложная причина? Неужели, построив себе новую жизнь, я стала такой самодовольной, что не могла отказаться даже от маленькой ее части, чтобы освободить место для Кейси? Я даже дурацким диваном не хотела с ней делиться.

– Кейси… прости, пожалуйста, –  проговорила я.

Ну да, мы увидели в лесу нечто странное. Ну да, Лидия по-доброму отнеслась к новеньким, с которыми никто не общался. Ну да, Мими оказалась на удивление незлопамятной. Но при чем тут сама Кейси?

– Прости меня. Прости, пожалуйста, – повторила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Просто мне в голову пришла одна глупость. И я стала подозревать… – Я решила сознаться во всем, хоть и понимала, как ужасно звучали мои слова. – Я подумала, что снова происходит что-то странное. Как тогда… с Сарой.

Она подняла на меня потрясенный взгляд и отшатнулась назад.

– Но я была не права, – продолжила я. – Я знаю, ты больше никогда не столкнешься с этим. Ты же у меня умная.

Я надеялась, что она встанет и скажет, что прощает меня. Мы бы обнялись, поплакали, а потом стали бы выбираться из этого чертовою леса. И желательно побыстрее, пока обе не подцепили клещей.

Если бы она не захотела со мной разговаривать и убежала прочь, я бы тоже ее поняла.

Хуже всего было бы, если бы она осталась сидеть на месте и молча плакать.

Но ничего из этого не произошло. Она подняла брови и посмотрела на меня удивленным взглядом, словно маленькая рыбка.

А потом она заговорила, быстро и сбивчиво, как будто признание приносило ей облегчение.

– А что, если нет, Лекси? Что, если я совсем не умная?

8

Я ВЫТЯНУЛА руку в сторону и села на землю. Теперь ее закроют в психушке на много лет. Может, вообще навсегда.

Это разобьет маме сердце. На мелкие осколки.

Кейси потянулась ко мне и вцепилась в мои руки так, будто боялась, что меня сейчас унесет ураган.

– Все не так, как в прошлый раз, – сказала она. – Все не так, честно!

Согнувшись под тяжестью реквизита, мы направились обратно к автостоянке, опираясь друг на друга, как пара пассажиров, выживших после крушения корабля. Платье Кейси постоянно цеплялось за ветки и корни, и к тому времени, как мы вышли на мощеную дорожку, нижняя часть юбки была изорвана в клочья.

Несколько минут мы просто сидели в машине и смотрели в ветровое стекло, изучая разрушающийся фонтан в середине озера. Наконец я пристегнулась и включила зажигание.

– Ты с машиной ничего не делала? С тормозами? С топливопроводом? – спросила я отрешенным голосом.

Она бросила на меня обиженный взгляд.

– Нет.

– Как насчет шин, гидроусилителя, оси?

– Нет, Лекси! – крикнула она, сложив руки на груди и недовольно надув губы.

Как будто у нее было на это право. Как будто это не она всего одиннадцать месяцев назад испортила тормоза в нашей машине. Как будто не из-за нее папа врезался в дерево. Как будто не из-за нее у него теперь металлические пластины в ноге, и он никогда не сможет пройти контроль в аэропорту без дополнительного сканирования.

Перед нами показался поворот, рядом с которым стоял старый указатель с надписью «ЛЕЙКВУД».

Я нажала на тормоза так резко, что завизжали шины, и машину наполнил сильный запах паленой резины.

Кейси дернуло вперед, но ее удержал ремень безопасности. Она вскрикнула от страха.

– Что ты творишь?!?

– То существо в лесу, которое мы видели на прошлой неделе, как-то со всем этим связано?

Она смотрела на меня глазами, круглыми как у котенка.

– Какое существо?

– Да ладно тебе. То существо, которое было в лесу!

– А, это. – Она вздохнула. – Не знаю.

Серьезно, черт возьми? Я откинулась на спинку сиденья.

– Лекси, сзади нас машина.

– Объедет как-нибудь.

– Дорога слишком узкая.

– Ладно! – Я выехала обратно на автомагистраль, даже не взглянув в зеркало заднего вида. Кейси взвизгнула: теперь ее откинуло назад. Водитель, о котором беспокоилась Кейси, как-то проехал мимо нас.

В машине стояла тишина, не считая шума мотора и скрипа покрышек. Когда мы были уже на полпути домой, начал накрапывать дождь. Кейси наклонилась вперед и посмотрела наверх, как будто могла видеть сквозь облака.

Каким-то чудом я доехала до нашего гаража спокойно.

– И что теперь? – спросила Кейси.

Родители были на свадьбе папиного коллеги. Я знала, что они не вернутся еще как минимум пару часов. Я отстегнула ремень безопасности и повернулась к сестре лицом.

– Мы с тобой поговорим.

– Где?

– На кухне.

– Хорошо, – согласилась Кейси, отстегивая ремень безопасности и открывая дверцу. – Только я сначала переоденусь.

– Иди передо мной, – сказала я. – Руки держи так, чтобы я их видела.

– Алексис, если бы я хотела причинить тебе вред, – проговорила Кейси, выходя из машины, – я бы стукнула тебя по голове лопатой. – В подтверждение своих слов она потянулась к стене и ткнула пальцем в одну из лопат, и та закачалась на петлях. Потом она открыла дверь в дом и исчезла в коридоре.

Кейси была права. Если бы она хотела что-то со мной сделать, возможности для этого у нее были. Я пошла в спальню и натянула пижамные штаны.

Кейси ждала меня на кухне. Мы сели за противоположные концы стола. На узкой улице пронзительно задувал ветер, яростно терзая несчастные саженцы на разделительной полосе дороги.

– Давай, – сказала я. – Рассказывай.

– В прошлую пятницу я была у Адриенны, – начала она. – Помнишь?

Как будто такую ночь легко можно забыть. И тут я с ужасом вспомнила, как сильно Кейси не хотела идти и как я заставляла ее.

Сестра об этом либо не подумала, либо решила вежливо промолчать.

– Мы играли в «правду или действие», и я сказала «действие», но все хотели, чтобы я выбрала «правду». А потом спросили меня, почему я оказалась в психиатрической клинике.

– И ты сказала им, – отчеканила я тоном следователя из сериала, – то, что мы всей семьей договорились говорить людям в таких ситуациях. Что у тебя легкая форма шизофрении.

– Именно это я и сказала, Лекси. – Она сверкнула глазами. – Но оказалось, что Лидия в прошлом году писала проект про шизофрению. Она задала мне миллион вопросов, а я не знала, как на них ответить.

– И она обвинила тебя во лжи? Вот она, типичная Лидия.

– Нет, ничего такого она не делала, – сказала Кейси. – Она предположила, что мне неправильно поставили диагноз, и посоветовала обратиться к другому врачу. Она хотела мне помочь. А потом… я все испортила. Она спросила, какие таблетки я пью, а у меня из головы вылетело, как я должна отвечать… и я сказала, что никакие.

Я могла ответить на этот вопрос, ни на секунду не задумываясь. Я бы ответила на него даже во сне. Галоперидол. Если кто-то спросит, Кейси принимает галоперидол.

– Тогда Адриенна сказала, что позвонит старшему брату, который учится на врача, и у меня никак не получалось ее отговорить. – Кейси взмахнула руками перед собой. – Поэтому я была вынуждена сказать ей… сказать им правду.

– Ты не была вынуждена говорить правду! – крикнула я. – Ты могла сказать им, чтобы не лезли не в свое дело, Кейс. Могла сказать, что хочешь домой. Ты могла позвонить мне. Ты могла бы выйти из комнаты.

Ее лицо вытянулось.

– Но, Лекси, – проговорила она. – Они за меня переживали!

Она повесила голову и стала изучать стол.

Я вздохнула.

– Что было потом?

– Сначала Лидия не поверила.

– И у тебя появилась возможность сказать, что ты просто пошутила? – спросила я, но у меня уже не было желания изображать сердитого прокурора.

– Не совсем. Оказалось, что Таши верит в привидения. Они некоторое время обсуждали эту тему, а потом мы заговорили о том, как это печально, когда тебя не принимают ни в одну социальную группу в школе. – Она прерывисто вздохнула. – А потом Адриенна сказала, что нашла какую-то книгу, в которой говорилось, как стать красивее и популярнее…

– Где она ее нашла?

Кейси пожала плечами.

– Я подумала, что это одна из тех игр, в которые играют на вечеринках. Я пыталась их отговорить, но они не слушали меня. Я не собиралась… Но они сказали, что мы все должны…

– Что именно ты не собиралась делать? – спросила я.

По ее лицу потекли слезы.

– Ты знала, что мне в шкафчик подкладывали записки? В них меня называли психопаткой. А один раз, пока я была в туалете, кто-то подложил мне в сумочку… дохлого таракана. А когда мы играли в вышибалы, Мими подговорила всех бросать мячом в меня. Даже тех, кто был со мной в одной команде.

– Закончи свое предложение, – перебила ее я. – Вы все должны…

– Они сказали, что нам нужно открыть клуб, – сказала Кейси. – Такой, как в книге. Это была идея Адриенны, честно.

– О чем эта книга?

На Кейси было жалко смотреть.

– Не знаю, – пробормотала она. – Там не по-английски написано. Адриенна думает, что она на норвежском.

– Да ладно, Кейс? Серьезно?

– Потом привезли пиццу. Мы поели, и тут сбежал Барни. Ну а потом… ты сама все видела. На следующий день мы открыли Солнечный клуб, чтобы попробовать изменить себя к лучшему.

– Постой, – сказала я. – Кроме книги, ничего не было?

Я уже была готова вздохнуть с облегчением. Что плохого могло случиться из-за книги с девчачьими советами? На самом деле, если Кейси так нервничает из-за того, что поиграла со старинной книжкой, возможно, за нее не стоит беспокоиться.

– Да нет, – она провела мизинцем по шву между плитками. То есть эта книга, она не совсем…

– Кейси, говори уже прямо. Не мямли.

Она посмотрела на меня с вызовом.

– В книге обитает сущность.

Моя голова стала тяжелеть. Я откинула ее назад и уставилась на светильники на потолке. Сущность. Значит, в этой книге кто-то – или что-то – живет.

– Так, – проговорила я. Почему с Кейси все никогда не бывает легко? – И кто в ней обитает?

Кейси отвернулась и посмотрела в окно.

– Мне нельзя говорить.

– Кейси, – проговорила я. Но она не смотрела на меня. Я потянулась через стол и потрясла ее за плечо. – Кейси!

Она бросила на меня быстрый взгляд и закусила губу.

– Его зовут Аральт.

Я сложила руки лодочкой и поднесла к лицу. Потом несколько раз вдохнула и выдохнула.

– Его зовут Аральт, – повторила я.

– Да, – пропищала Кейси в ответ.

– Не все призраки плохие, Лекси. Вспомни маму Меган. – Кейси укусила себя за костяшку пальца.

Я даже не стала на это отвечать.

– Значит, книга написана на норвежском, но вы каким-то образом убедили Аральта выйти из нее и навести вам красоту? – И вдруг я поняла, что в последнее время Кейси с каждым днем становилась симпатичнее. Делала прически, красилась, использовала аксессуары.

Она кивнула.

– Но это еще не все. Адриенна теперь может ходить без тросточки!

Ага. Я заметила.

– И в школе люди к нам тянутся. На этой неделе в наш клуб вступили четыре новые девочки.

– Но как, Кейси? Что вы сделали, чтобы Аральт помог вам? Раз вы говорите на разных языках…

– Я уверена, что английский он понимает, – сказала Кейси. – Он очень умный.

Угу, прямо-таки сказочный иностранный студент по обмену.

Ситуация ухудшалась на глазах, и я постепенно теряла самообладание. Я потянулась за телефоном.

– Что ты делаешь?

В голосе Кейси прозвучало что-то такое, что заставило меня остановиться. Нет, не бесстрашие. Она испугана, причем сильно. Но вместе с тем она словно бросала мне вызов.

Я повернулась к ней.

– Хочешь спросить, звоню ли я агенту Хэйзан?

Она моргнула.

– Нет, – продолжила я. – Я звоню Меган.

Через пять минут в дверь постучались, причем так громко, что Кейси подпрыгнула на стуле. Потом дверной звонок прозвенел раз десять подряд.

– Алексис? Ты дома? Открывай!

Я распахнула дверь.

– Привет.

Меган забежала в дом, на ходу подтягивая рукава куртки. Она тяжело дышала.

– Мне пришлось сочинить целую историю для бабушки… Так это правда? Мы должны позвонить агенту Хэйзан. Где твоя сестра?

Тут она заметила Кейси, и ее лицо напряглось.

– Мы разговариваем, – пояснила я.

Меган перевела взгляд с меня на сестру и обратно.

– Я думаю, не нужно никуда звонить. Пока что. – В глазах Меган читался немой вопрос: «Ты, должно быть, шутишь?» – но я указала рукой на кухонный стул.

– Садись.

Меган не сдвинулась с места и жестом подозвала меня к себе.

– Алексис, что ты делаешь?

– Собираю информацию.

– Ты на сто процентов уверена, что собирать информацию – это лучшее, что мы можем сейчас сделать? – спросила она тоном учительницы детского сада.

– Нет. Я уверена на ноль процентов, – ответила я. – Но если мы сдадим Кейси, ее заберут сегодня же. И мы, возможно, больше никогда ее не увидим.

– Не факт, что они действуют именно так. – Она бросила еще один взгляд через плечо.

– Вот именно. Я вообще не знаю, как они действуют, – подтвердила я. – Это меня и пугает.

Меган вздохнула и посмотрела на мою сестру, которая сложила руки на столе и опустила на них голову.

– Пожалуйста, – попросила я. – Дай мне немного времени. Ты же сама говорила, что призраки повсюду.

– Леке, вот этого только не надо. – Меган прищурилась и полезла в карман за телефоном. – Номер у меня записан. Нужно только нажать на кнопку «вызов».

– Мы позвоним, – сказала я. – Если будет необходимо.

Меган прошла мимо меня. Присев напротив Кейси, она положила телефон на стол и накрыла его рукой.

Кейси рассказала всю историю еще раз. Оказалось, что я успела пройтись только по основным пунктам. Меган, в свою очередь, завалила мою сестру вопросами.

– Ты хоть раз видела Аральта?

Кейси покачала головой:

– Нет. Я думаю, его нельзя увидеть.

Меган наклонилась вперед.

– Откуда вы знаете, что это именно он?

Кейси пожала плечами.

– Просто знаем.

– Но кто он такой?

Кейси моргнула.

– Он Аральт.

Меган закатила глаза.

– Но откуда он? Сколько ему лет? Он призрак?

– Он живет в книге, – ответила Кейси. – Это все, что я знаю.

– Он общается с вами? Что он говорит? Откуда вы знаете, что делать, если книга не на английском?

– Вслух он ничего не говорит, – Кейси закусила губу. – Он как бы передает… ощущение.

Меган наклонилась вперед, прижав пальцы к столу.

– И что вы ощущаете?

– Не знаю, – Кейси откинулась на спинку стула. – Я думаю, мы чувствуем то, что чувствует он. Если прикладываем усилия, чтобы красиво выглядеть, или делаем что-нибудь хорошее, ему это нравится.

– А что происходит, если ему что-то не нравится?

Кейси сморщила нос. Видимо, ей не приходило в голову, что если находишь себе парня-привидение, от него стоит ожидать не только всяких-разных солнышек и щенят.

– Ээ… Наверное, он загрустит?

– Или разозлится?

– Как Сара? – встряла я.

– Нет-нет, – сказала Кейси. – Нет. Точно не как Сара.

Меган бросила на нее холодный взгляд.

– Что ему нужно?

– Ничего, – ответила Кейси.

– Аааа, ну да, конечно. Значит, он помогает вам стать красивыми, умными и популярными только потому, что все это делает его счастливым?

– Я думаю, да.

– Ты ошибаешься, – отрезала Меган. – Это так не работает. И когда это все закончится?

– У нас будет выпускной, – отозвалась Кейси.

– И когда он у вас будет? На следующей неделе? В следующем году? Никогда?

Моя сестра моргнула, не отрывая взгляда от своих рук. Она не знала.

– Ты помнишь хоть какие-нибудь слова из этой книги? – спросила я.

Кейси покачала головой.

– А то существо в лесу? – спросила я. – Это был Аральт?

Меган приподняла бровь.

– Что за существо в лесу?

– Нет, – ответила Кейси. – Он состоит из энергии. Он не может выйти из книги. Я не знаю, что это было.

– Я отказываюсь верить, что огромный таинственный зверь случайно оказался в Лэйквуде в тот самый вечер, когда ты ввязалась в историю с новым привидением.

– Подожди, – в карих глазах Меган читался упрек. – Ты мне ничего об этом не рассказывала.

– Потом объясню, – вздохнула я.

Меган откинулась на спинку стула и начала двигать телефон по столу то одной рукой, то другой.

– Если дух обитает в книге, значит, она его силовой центр, – сказала я. – Энергия Аральта привязана к ней. Получается, нам нужно просто-напросто уничтожить книгу.

Моя сестра мгновенно побледнела.

– Адриенна ее где-то прячет. Я не знаю где. Она ни за что не допустит, чтобы с ней что-то случилось.

– Но она же приносит книгу на ваши собрания?

– Да… Но она не дает ее каждому желающему просто так. – Кейси вздохнула. – Девочки, послушайте. Я знаю, все это звучит ужасно, но, пожалуйста… Дайте мне справиться самой.

Она, конечно, заметила скептические выражения на наших лицах, но все-таки продолжила настаивать на своем.

– Если я скажу им, что это не очень хорошая идея, они меня послушают. – Она переводила полный мольбы взгляд с меня на Меган. – Они мои подруги!

– Не такие уж хорошие подруги, – фыркнула Меган. – Раз втянули тебя в эту историю.

Кейси смотрела нас широко открытыми глазами.

– Пожалуйста.

– Знаешь что? сказала я. – Хорошо, Кейси. Хочешь сама все исправить? Исправляй.

Моя сестра застыла в нерешительности. Меган напротив нее внимательно смотрела на меня.

– Она права, – обратилась я к Меган, пожимая плечами. – Это ее подруги. Вперед, Кейси. Вытащи их из этой истории.

Кейси сглотнула комок. Она опиралась на стол, сжав руки в кулаки.

– Вытащу.

– Хорошо, – сказала я. – Значит, решено.

– Как хотите, – пробормотала Меган, бросив на меня недоверчивый взгляд. – Мне пора идти.

– Я тебя провожу, – предложила я.

Когда мы дошли до входной двери, Меган остановилась и посмотрела на меня.

– Ты же все это говорила не всерьез? – спросила она.

– Конечно, нет, – сказала я. – Но нет смысла с ней спорить.

Меган вздохнула.

– Хорошо. Слава богу. А то я на минуту подумала, что ты сошла с ума. А теперь можешь объяснить мне, пожалуйста, о чем это вы все время говорите? Таинственный зверь? Когда вы были в лесу? И почему ты не рассказала мне об этом раньше?

Это неважно, – соврала я. Еще только не хватало, чтобы Меган предложила поехать в Лэйквуд на ночь глядя. – Это был койот или что-то типа того.

Я ее обидела. Глаза Меган блеснули слишком ярко, и мне показалось, что она хочет что-то сказать. Но она промолчала.

– Ладно. Так какой у нас план?

– Мы пойдем на следующее собрание клуба, – сказала я. – Добудем книгу и уничтожим ее. И никто не пострадает.

– Хорошо. – Меган достала телефон и проверила время. – А я вот пострадаю, если не успею домой к половине одиннадцатого.

9

УТРОМ в понедельник я нашла Картера во дворе на низкой кирпичной стене погруженным в чтение «Моби Дика». Когда я подошла, заслонив ему солнце, и моя тень упала на страницы, он заложил книгу краем суперобложки и отложил ее в сторону.

Доброе утро, – он поднял на меня взгляд и прищурился.

– Привет. Извини, что вчера не брала трубку. Мы с Кейси устроили фотосессию, и вечер прошел… бурно.

– Ничего страшного.

– Но я соскучилась по тебе, – проговорила я, присаживаясь рядом с ним. Сказав эти слова, я почувствовала, что так оно и было. Я закрыла глаза и уткнулась лбом в его плечо.

– Ты же придешь сегодня? – спросил он.

– Куда?

– На мою предвыборную вечеринку.

– Напомни мне, что за предвыборная вечеринка?

– Зоуи Пэрри устраивает ее в рамках предвыборной кампании. Это та девочка, с которой мы полчаса проговорили на вечеринке. Младшая сестра Китона Пэрри.

Я попыталась вспомнить ее, но поняла, что понятия не имею, как она выглядит. В моей памяти остались только ее голос и куча политических терминов: сотрудничество, расширение полномочий, проактивность.

– А, эта зануда?

Он рассмеялся.

– Надеюсь, что ты ее с кем-то путаешь. Если она зануда, что это говорит обо мне?

– Что ты хорошо умеешь развлекать зануд?

– В общем, ты мне очень там нужна. Не хочу оставаться один с ней и ее друзьями. Мне кажется, они путают школьную политику с реальной политикой.

Я положила руку ему на плечо.

– Я не смогу прийти.

– Ты серьезно? Почему?

Как там говорят: честность – лучшая политика?

– Сегодня я встречаюсь с сестрой и ее подругами.

Картер озадаченно приподнял уголок рта.

– С Солнечным клубом?

Я пожала плечами.

– Не нужно называть их так.

– А почему нет? Их все так называют. Они как секта. – Картер отвел плечи назад. – А когда ты это решила? Я спрашивал тебя про вечеринку на прошлой неделе, и ты сказала, что пойдешь.

– Прости, пожалуйста, – проговорила я. – Я забыла. В любой другой день пошла бы, но не сегодня. Мне нужно сделать это для Кейси. Ей приходится трудно в новой школе.

– Ты шутишь? – спросил Картер. – Разве так выглядят люди, которым трудно приходится в новой школе?

Я проследила за его взглядом. Девочки из Солнечного клуба расположились за одним из столов для пикника в тени высокого дуба. Прижавшись друг к другу, словно сестры, они болтали и смеялись. Кейси сидела в самом центре.

– Ты не понимаешь, – проговорила я. И он не мог понять. Расскажи я ему правду, он бы сразу запаниковал.

– Может, и так, – сказал он. – Ты одна из тех, кто настаивал, чтобы я стал кандидатом в президенты в этом году. А теперь, когда моей кампании нужна твоя помощь, ты вдруг исчезаешь.

– Я не исчезаю, – ответила я. – Я всего-навсего пропускаю одну маленькую вечеринку по интересам, организованную занудными политиками.

Картер рассмеялся, но как-то невесело.

– Спасибо, Леке. Я люблю, когда меня обзывают.

А я люблю, когда от меня требуют участия в избирательной кампании, как будто я жалкая женушка кандидата в президенты, у которой нет своей жизни.

– Я не это имела в виду!

– Может, тогда хватит уже говорить то, что не имеешь в виду? Например, что я один из миллиона занудных политиков. Или что мы встретимся и побудем вместе.

– Почему ты все это мне говоришь? – спросила я.

– Наверное, просто не люблю, когда мне врут, – ответил он.

– А кто тебе врет?

– Ты обещала, что придешь на вечеринку. А теперь выясняется, что нет. – Он начал загибать пальцы. – Ты говоришь, что у Кейси проблемы. Но это, очевидно, не так. Если ты внезапно поняла, что моя кампания ниже твоего достоинства, пожалуйста, так и скажи.

– Я никогда в жизни не считала, что хоть что-то ниже моего достоинства! – огрызнулась я, начиная злиться, что он обвинил меня во вранье. – Я забыла про дурацкую вечеринку, Картер. Давай, подай теперь на меня в суд.

– Ладно, – сказал он. – Когда найдешь немного времени между заседаниями секты, дай мне знать. – Он посмотрел на часы. – Мне нужно найти Зоуи и сказать ей, что нам понадобится дополнительная помощь.

– Хватит. Пожалуйста. Это ужасно, – проговорила я, подаваясь к нему. – Давай не будем злиться?

– Я не злюсь, Леке… Я расстроен. – И он ушел.

Все утро мы писали друг другу односложные эсэмэски.

Сначала я попросила прощения, и он сказал, что принимает мои извинения.

Нужно было вести себя рационально – по-взрослому – и оставить эту тему. Но я чувствовала в его словах напряженность. Поэтому я ответила, что ему необязательно принимать мои извинения. А он написал, что это я не могу принять тот факт, что он спокойно мог их принять… а потом, на четвертом уроке, учитель забрал у меня телефон.

За обедом мы обменялись где-то двадцатью словами. Никто этого не заметил. Эмили поняла бы, что что-то не так, но она сидела за столом Солнечного клуба. Теперь они располагались в центре столовой. Пока еще не в самом лучшем месте, но уже пугающе близко к нему.

Уж точно не за мусорным столом. И не во дворе, где обедали ссыльные дети тьмы.

В общем, мы вели себя так, будто были едва знакомы. Мы никогда раньше так серьезно не ссорились. Маленькая часть моего сознания пыталась убедить меня, что Картер слишком бурно отреагировал и я ни в чем не виновата. Но ее заглушали все остальные части меня, которые требовали вернуться к нормальному порядку вещей, причем так быстро, как только возможно. Даже если для этого пришлось бы взять на себя всю вину.

Потому что без Картера в моей жизни уже не могло быть нормального порядка вещей.

10

МЫ ПРИЕХАЛИ слишком рано, поэтому Меган припарковалась через несколько домов от огромного ухоженного особняка, принадлежавшего семье Лэрд. Мы опустили стекла и сидели, слушая довольное сопение мотора.

Примерно через пятнадцать минут мы увидели, как со стороны школы за угол завернула компания беззаботных девочек, в числе которых была Кейси. Мы наблюдали за ними из машины с безопасного расстояния, как туристы на сафари.

– Ты посмотри, – проговорила Меган. – Они все в юбках.

– Кейси сказала маме, что юбки сидят по фигуре лучше, чем брюки, – сказала я.

Ну, это смотря какая юбка, – хмыкнула Меган, пристально глядя в окно. – Но у всех юбки подобраны отлично.

У них все получается идеально, ты заметила?

Адриенна, Кейси и Эмили пошли по дорожке к дому, сверкая блестящими волосами и белоснежными зубами. Наконец они исчезли за дверью.

Прямо перед нашей машиной дорогу переходила еще одна девочка. Она казалась знакомой, но я не сразу поняла, кто это.

– Меган! – ахнула я. – Это что, Лидия?

Целых три года Лидия Смол гордилась тем, что она самый готичный гот, который только ступал огромными ботинками с металлическими носками на территорию нашей школы. Но сейчас… это было…

– Невероятно, – прошептала я.

Она была одета, как Жаклин Кеннеди. Ее черные волосы, обычно тонкие и неопрятные, были подстрижены под каре и идеально уложены. Она повернулась к нам, и я заметила, что она сделала полноценный макияж. Ее губы были накрашены бледно-розовой помадой. Из брови исчезла серьга.

– Ее сегодня не было в школе, – сказала Меган. – Теперь понятно, почему.

Лидия подошла к нашей машине и заглянула в окошко.

– Алексис! Меган! Привет! – Она пригнулась, чтобы заглянуть на заднее сиденье. – А где мисс Кейси?

– Привет, – проговорила я. – Ээ… Она уже зашла в дом. Как у тебя дела?

– Прекрасно! – просияла Лидия. Казалось, что она вышла из рекламы газировки годов этак шестидесятых. – А как у вас, девочки?

– Супер-пупер, – отозвалась я.

– Правда? – переспросила Лидия. – Так, а когда вы вступите в Солнечный клуб? Обещаю, вы не пожалеете. – На ее лице появилось одухотворенное выражение, как у участницы конкурса красоты, которая рассказывает, что она за мир во всем мире. – Он изменил всю мою жизнь.

– На самом деле… мы вступаем сегодня, – ответила Меган. Я посмотрела на руку Лидии. С нее исчезли все черепа, пластиковые пауки и другая бижутерия (большую часть которой, как мне ни стыдно в этом признаваться, Лидия когда-то купила, гуляя по магазинам с вашей покорной слугой). Лишь на одном из ее пальцев блестело золотое колечко.

– Как здорово! – воскликнула она.

– Да, – сказала я. – Здорово.

– Можно попросить тебя кое о чем? – обратилась к ней Меган. – Не говори, пожалуйста, Кейси, что мы тут. Мы хотим сделать ей сюрприз.

Лицо Лидии озарила улыбка.

– Конечно! Будет так весело. Без проблем.

И она сделала жест, будто застегивает рот на замок.

Вот бы он был на замке постоянно.

Лидия одарила нас еще одной улыбкой и направилась к дому по тротуару, вдоль которого росли розы.

– Что это такое… сейчас… было? – спросила я.

– Демонстрация того, что такое Солнечный клуб, – отозвалась Меган.

Мы зашли в дом последними. Пеппер сидела на кухне, жевала банан и настороженно поглядывала на дверь. Когда она увидела нас с Меган, у нее отвисла челюсть.

– А вы что тут делаете?

– Пришли на собрание, – пожала плечами я.

Пеппер бросила банановую шкурку в мусорное ведро.

– Меган? Ничего мне не объяснишь?

Меган улыбнулась, как будто мы затеяли все это шутки ради.