Текст книги "Рождественское свидание мистера Ворчуна (ЛП)"

Автор книги: Кэт Джонсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

ГЛАВА 3

Поймав такси – или попытавшись это сделать – левой рукой, засовывая в рукав пальто правую, Ксандер пожалел, что у него нет третьей руки, чтобы одновременно позвонить в магазин смокингов. Сказать, что он придёт и опоздает всего на несколько минут… если, конечно, ему удастся поймать такси.

Он стоял на обочине, вытянув руку, в надежде поймать свободное такси, когда мимо пронеслась машина. Ксандер услышал плеск шин в луже, прежде чем почувствовал, как холодная вода заливает его штанину.

Пробормотав ругательство, он сделал шаг назад и врезался задом в стоявшего на тротуаре Санту.

– Вот чёрт. Извините.

Извинялся ли он за свои нецензурные слова или за то, что чуть не сбил здоровяка в красном, он не знал. Но двинулся дальше по кварталу, надеясь, что там ему повезёт больше.

В праздничные дни Манхэттен всегда был сумасшедшим, но этот день казался ещё более сумасшедшим, чем обычно.

На тротуарах толпились люди, причём не обычные в костюмах – суетливые бизнесмены, которые пытались куда-то быстро добраться.

Эта толпа была другой. Больше всего они похожи на туристов. Они и двигались как туристы, полностью перекрыв тротуар, когда шли парами или большими группами.

Когда они не смотрели в свои телефоны, чтобы сделать снимок, то разглядывали рождественские декорации, которые появились в последние пару недель, когда он не обращал на них внимания.

А пробки… пробки были хуже, чем в любой другой день в году, за исключением Дня благодарения, когда проходил парад, или выходных перед Рождеством, когда толпы людей действительно съезжались в город.

Мимо него проползло ещё одно такси с выключенным светом. Но как раз в тот момент, когда он уже собирался сдаться и пойти пешком, оно остановилось у обочины. Открылась задняя дверь, и из него вывалились мужчина, женщина и ребенок, а на крыше автомобиля зажёгся свет.

Слава Богу.

Увернувшись от семейства, Ксандер бросился к открытой двери, но его подрезал парень в костюме, который был чуть быстрее и которому не помешал неуверенно стоящий на ногах малыш, которому ни в коем случае нельзя было позволять ходить самостоятельно в таких условиях.

– Эй! Это моё такси, – крикнул он парню, скользнувшему на заднее сидение.

– Извини, приятель, – ответил тот и захлопнул дверь.

– Чёрт, – он разочарованно топнул ногой и почувствовал мягкую массу под подошвой своего ботинка.

Он застонал, узнав это ощущение, но надеясь, что ошибся.

– Нет. Не может быть, – подняв ногу, он посмотрел вниз и увидел густую отвратительную коричневую, а теперь ещё и раздавленную массу, покрывавшую подошву его итальянской кожаной обуви. – Вы что, издеваетесь? Неужели никто больше не убирает за своими собаками? – крикнул он, ни к кому не обращаясь.

– Проблема?

Он повернулся на голос. Его встретило круглое красное нечто. Это была женщина из офиса, а с недавних пор и из лифта.

Её одежда соответствовала атмосфере улиц – даже чересчур. Она была одета в красное с ног до головы. Он окинул её взглядом сверху донизу. От украшенной помпонами шерстяной шапки цвета пожарной машины, прикрывавшей и контрастирующей с вьющимися кудрями морковного цвета, которые шапка не могла удержать на месте, до пуховика, оставленного расстегнутым и открывающим свитер, на котором красовался ни кто иной, как Рудольф со своим красным носом-колокольчиком, и далее до неуклюжих, тоже красных, отороченных мехом сапог.

Как её зовут? Что-то на букву «М», подумал он, но вспоминать это сейчас было в самом низу его списка приоритетов.

– Вообще-то, есть несколько проблем, – он указал на свою ногу.

Она посмотрела вниз и вздрогнула, увидев его ботинок.

– А. Вы попали на городское минное поле.

– Да, и мне было бы неловко тащить это безобразие в такси, если бы такси вообще существовали. А их нет. Конечно, ведь зачем они нужны, если у меня назначена встреча? Что, чёрт возьми, происходит? Президент в городе, что ли?

Она окинула взглядом шумную толпу с интересом и без враждебности, которую он испытывал.

– В эти выходные в Рокфеллер-центре устанавливают рождественскую ёлку. Сегодня утром её доставили в город с севера штата. Её зажгут на следующей неделе. Вероятно, это привлекло дополнительных туристов.

Так вот почему в городе царил хаос? Почему он опаздывал на встречу ещё больше? Рождественская ёлка. У кого есть время следить за ходом работ по установке ёлки, чтобы прогнозировать дополнительный трафик?

Видимо, у этой женщины, подумал он, отвечая на свой же вопрос.

– Ёлка, – он выдохнул. – Чепуха.

Её лицо озарилось улыбкой.

– Вы только что сказали «чепуха»?

– Возможно, – неохотно признался он, поскрёб ботинком по тротуару в попытке очистить его.

Её губы всё ещё подёргивались в улыбке, и она спросила.

– Куда Вам нужно попасть?

– «Mohan’s». Это магазин смокингов на Мэдисон.

Она кивнула.

– Я отвезу Вас.

Он покачал головой.

– Нет необходимости. С учётом пробок будет быстрее дойти пешком.

Как только он это сказал, небо разверзлось. Температура, видимо, поднялась настолько, что снег превратился в дождь. Сильный, колючий, пронизывающий и такой холодный дождь. И, конечно, у него не было зонтика.

– Пойдёмте, пока Вы не промокли. У меня машина на стоянке, – она повернулась и уже бежала по боковой улице в сторону парковки в следующем квартале, когда он принял решение.

Даже в хорошую погоду он не мог долго находиться на улице. И уж тем более в такую плохую.

Пора было забраться в машину, пусть даже с этой сумасшедшей любительницей Рождества, имени которой он не помнил.

Он поспешил за ней, используя всю длину своих ног, чтобы не отстать от её более коротких, пока они не добрались до крытой стоянки.

– Вы уверены в этом? – спросил он, опустив взгляд вниз, чтобы проверить, не очистилась ли кожаная подошва от его пробежки. – У меня на ботинке… ну, знаете… дерьмо.

Она бросила на него косой взгляд, когда остановилась перед входом на парковку.

– В моей машине и раньше было дерьмо. Поверьте мне, – она обернулась к служащему в стеклянной будке. – Мэрайя Кларк. Я звонила, чтобы мне пригнали машину.

Мэрайя. По крайней мере, теперь у него было имя, пока он размышлял над её комментарием о предыдущем дерьме в её машине.

Может быть, у неё была собака. Эгоистичный ублюдок, которым он был, вместо того, чтобы поблагодарить за то, что она его подвозит, не мог не содрогнуться при мысли о том, что ему придётся выходить из её машины в шерстяном пальто и черных брюках, покрытых собачьей шерстью.

С ключом в руке она повернулась к нему.

– Всё готово. Это там, – она наклонила голову в сторону ряда машин, среди которых был большой белый Land Rover.

Он сглотнул, посмотрев на машину своей мечты. Не то, чтобы у него сейчас была какая-либо машина, но если бы она у него была, то именно такая.

Держать машину в городе было слишком непрактично. Хотя Мэрайя, похоже, так не считала. Он задумался, какая из небольших машин, припаркованных рядом с Land Rover, принадлежала ей. Наверное, маленький гибрид. Она со своей экологичной бутылкой с водой похожа на гибридную девушку.

Когда она щелкнула ключом дистанционного управления, чтобы отпереть двери, у Land Rover замигали фары.

Его глаза расширились. Новая сотрудница, которая, если он не ошибался, зарабатывала не больше ассистента, управляла машиной его мечты?

Он последовал за ней к машине, забрался внутрь и огляделся.

Пока она вбивала название магазина смокингов во встроенный в приборную панель GPS-навигатор, он оценивал ситуацию.

Кожаный салон верблюжьего цвета. Приборная панель, отделанная деревом. Современная аудиосистема. Никакой собачьей шерсти. А когда его задница начала нагреваться – да! Здесь есть подогрев сидений.

Для человека, привыкшего ездить в такси, это был рай.

Должно быть, она заключила выгодный договор с дилером… и теперь ему было очень стыдно за дерьмо на его обуви, которое благоухало все сильнее по мере того, как обогреватель нагревал его.

Он бросил взгляд в сторону Мэрайи.

Было бы проще притвориться, что она таксист, и не обращать на неё внимания. Ещё проще, если бы он сидел на заднем сиденье. Наверняка в этой машине было потрясающее пространство для ног. Он бросил тоскливый взгляд через плечо.

Но она не была таксистом, а он не сидел на заднем сидении. А учитывая то, из какой дерьмовой ситуации она его вызволила, он должен был сделать над собой усилие.

Он должен был поговорить с ней.

– Надеюсь, я не слишком отвлекаю Вас от Вашего маршрута, – сказал он, пытаясь завязать разговор с женщиной, с которой у него не было абсолютно ничего общего, кроме симпатии к британским автомобилям класса люкс.

– Нет проблем. Я вообще-то думаю, что забегу с Вами в магазин смокингов.

От этого странного замечания он повернул голову и посмотрел на неё.

– Хм. Хорошо.

Чёрт! Неужели она думала, что это свидание? Она что, преследовала его?

– Там должны продаваться галстуки и прочее, верно? – продолжила она, её руки лежали на руле в точном положении «десять и два», пока она не использовала одну для того, чтобы в нужный момент включить поворотник как законопослушный гражданин, а не как безумная преследовательница. Хотя героиня Кэти Бейтс в фильме «Мизери», кажется, тоже была приверженцей правил.

В его мозгу пронеслись образы потенциальных заголовков на первых полосах газет. «Рождественский мучитель искалечил человека. Преследователь в сезонном свитере наносит удар!»

Он бросил на неё ещё один косой взгляд, оценив её потенциал психопатки, и ответил на вопрос.

– Галстуки? Думаю, да.

Она улыбнулась.

– Хорошо. Я смогу купить кое-что, когда подвезу Вас. Все в выигрыше.

Он облегченно выдохнул. Она не серийный убийца. Просто, видимо, серийный покупатель, судя по нескольким завернутым пакетам в сумке на полу заднего сиденья.

– Больше рождественских покупок? – спросил он.

Он и сам должен был этим заняться. В конце концов. Было бы неплохо сделать это до сочельника. Поскольку он теперь знал, что сейчас декабрь, было бы разумно начать это делать в ближайшее время.

Разобравшись с пробками как коренная жительница Нью-Йорка, что не укладывалось в его голове, потому что она, конечно, так не выглядела, девушка покачала головой.

– Нет. Я закончила делать рождественские покупки в октябре. Но у меня есть дедушка, отец и брат, которым, как мне кажется, нужны одинаковые галстуки для рождественской фотографии в этом году. Именно к ним я и направлюсь после того, как высажу Вас. На север штата, чтобы повидаться с семьёй.

– О.

Хорошо. От этого ему стало немного легче.

Она была одета как поклонница Санта-Клауса и таскала с собой рождественские подарки первого декабря, потому что собиралась навестить родственников. И, судя по тому, как она перечисляла подарки, которые ещё планировала купить, это была большая семья.

Сумасшедшие преследователи и маньяки-похитители должны быть одиночками, предположил он.

– Значит, ты действительно любишь Рождество, да? – Он посмотрел на освежитель воздуха «Сосна», висевший на зеркале заднего вида.

Конечно, он и раньше видел освежители воздуха с сосной. Но этот выглядел так, словно она украсила его разноцветными кристаллами, как рождественскую ёлку.

Он представил себе её собаку, если она у неё есть, в таком же рождественском свитере, как и у неё, пока она украшает кристаллами кучу освежителей воздуха для её семьи.

– Я люблю все праздники. Но Рождество – больше всех, – с энтузиазмом ответила она, а затем перевела взгляд на него. – А что? Вы нет?

Он не знал её настолько, чтобы пытаться врать, поэтому ответил.

– Честно? Мне все равно. На самом деле, я даже ненавижу его.

Она и глазом не моргнула, когда он натоптал собачьего дерьма в её Land Rover стоимостью сто тысяч долларов, но сейчас она смотрела на него так, словно он был серийным убийцей.

– Ты ненавидишь Рождество?

Опасаясь, что она могла попасть в аварию от расстройства, вызванного его ненавистью к её любимому празднику, он немного отступил и сказал.

– Да, ненавижу. Мне жаль.

Она фыркнула от смеха и покачала головой.

– Не извиняйся передо мной. Это мне тебя жаль. Ты не знаешь, что теряешь.

Он опроверг её совершенно ложное утверждение правдой.

– Поверь мне. Я знаю. И точно ничего не упускаю.

– Мы не придём к согласию, – сказала она.

– Похоже на то, – он кивнул.

Остаток пути они проехали в комфортном молчании двух людей, которые не знали друг друга настолько, чтобы вести неудобные светские беседы. Это была самая спокойная часть его дня.

ГЛАВА 4

Между магазином смокингов и домом Ксандеру пришлось избегать зрительного контакта с четырьмя Санта-Клаусами, стоящими на тротуаре и звонящими в колокольчики.

В этом городе можно было разориться, если жертвовать каждому из официально разрешенных попрошаек, которые в течение всего декабря стояли в каждом квартале. Но их было достаточно легко игнорировать, несмотря на то, что они яростно кричали «хо-хо-хо» в его сторону, когда Ксандер проходил мимо.

Он просто придерживался той же политики «не смотреть в глаза», что и все прохожие на городских улицах.

В конце концов, сезон праздников закончится и все сезонные работники упакуют свои костюмы Санта-Клаусов до следующего года. Они вернутся в ту щель, из которой выползли, оставив лишь обычных круглогодичных раздражителей на тротуарах – например, собачьи какашки.

Он ещё раз посетовал, когда снимал обувь. Во время примерки портной в смокинг-салоне послал своего подчинённого с туфлями Ксандера найти одного из немногих оставшихся в городе чистильщиков обуви.

Теперь туфли были чистыми, а все участники процесса получили приятное вознаграждение за участие в титанической работе, которая позволила решить эту неприятную проблему. Но раздражение по поводу случившегося осталось, как зуд в мозгу, напоминающий о необходимости почесаться.

По крайней мере, он выполнил то, что должен был сделать для этой свадьбы, в которой согласился участвовать.

Сегодня он пришёл на примерку смокинга, опоздав всего на несколько минут благодаря Мэрайе, чудаковатой женщине в рождественском свитере. И, как ни странно, она действительно зашла с ним внутрь, как и обещала.

Она пронеслась по магазину смокингов, как праздничный ураган. Выбрала три одинаковых красно-зеленых клетчатых галстука, упаковала их в подарочную упаковку, пожелала ему, продавцу и охраннику на входе веселого Рождества – хотя было только первое декабря – и упорхнула, звеня на все лады.

И это задание шафера, и его официальный рабочий день были уже завершены.

Наступили выходные. До утра понедельника он был свободен… Хотя, возможно, завтра он заглянет в офис на несколько часов. И, конечно, ответит на звонок, когда стартап решит нанять Бейли. Но кроме этого и проверки электронной почты у него не было никаких планов.

Чем же заняться сегодня вечером?

Он открыл дверцу холодильника. Его встретил ряд контейнеров с едой навынос, окружённый разнообразными соусами неопределённого возраста.

Что делать? Можно остаться дома. Или выйти на улицу. Ответить на этот вопрос помешал звонок мобильного телефона.

Он улыбнулся. Стартап наконец-то пришёл в себя.

Находясь под адреналиновым кайфом от заключения сделки, он достал из кармана костюма мобильный телефон, а затем увидел по имени на дисплее, что это вовсе не рабочий звонок.

– Рекс, – поприветствовал он своего друга.

Рекс Бьюкенен. Будущий жених. Человек, по чьей вине он сегодня был на примерке смокинга.

– Ксандер, – ответил Рекс своим привычным глубоким, выдержанным голосом, в котором всегда присутствовал оттенок ехидства.

– Прежде чем ты спросишь, да, я не забыл о примерке смокинга. Всё улажено, – сказал Ксандер, прервав ожидаемый вопрос прежде, чем Рекс успел его задать.

– Приятно слышать, но я не волновался. Если тебя что-то и волнует, так это то, как выглядит твоя одежда.

Ксандер нахмурился, раздумывая, был ли это комплимент или оскорбление.

Рекс продолжил.

– Я звоню не по этому поводу. Мне нужно твоё подтверждение, что ты придешь на свадьбу. Ты уже отправил его по почте?

– Э-э… – его взгляд метнулся к хаотичному беспорядку на столе, куда он ежедневно сбрасывал почту, но просматривал её лишь раз или два в месяц, если вспоминал.

Зачем ему столько почты, если все важные дела – банковские, счета, инвестиции, он ведёт через Интернет?

Среди этой беспорядочной кучи, как он предполагал, должна была быть открытка с ответом на приглашение на свадьбу Рекса, которую он точно ещё не отправил.

– Э-э, нет? – он поспешил добавить. – Но ты же знаешь, что я приду. Я участвую в свадебном торжестве.

– Да, но моя мать – свадебный тиран. Всё должно быть сделано по правилам. И я устал от того, что она звонит мне каждый день и спрашивает, что ты ответил. Так что, ради моего спокойствия, отправь эту карточку, а я пока запишу тебя как присутствующего плюс один?

– Да. Конечно. Все в порядке, – он ещё не совсем обеспечил себе «плюс один», но у него было время.

– Отлично. Как зовут твою спутницу?

– Её имя? Зачем тебе это нужно?

Рекс раздражённо хмыкнул.

– Ксандер, рассадочные таблицы создаются прямо сейчас. Команда каллиграфов ждёт окончательного списка гостей, чтобы написать карточки.

Это показалось ему перебором.

– Компьютеры могут делать каллиграфию, знаешь ли. Разве вы не можете просто распечатать…

– Нет, не можем. По словам Мамзиллы, ни одна уважающая себя невеста не может быть поймана с напечатанными на компьютере карточками. Только ручная каллиграфия.

– Ты шутишь, да?

Серьёзно, кого это волновало? Более того, кто вообще смог бы это определить?

– Нет, я не шучу. Мне кажется, ты не понимаешь, с чем я имею дело. Это как если бы генерал Паттон был свадебным координатором. Схема рассадки гостей в столовой, которая выглядит и работает как военный штаб, составлена как карта поля боя. Так что, пожалуйста, Ксан, просто назови мне имя своей спутницы.

В словах Рекса чувствовалось напряжение и отчаяние. Ксандер этого не понимал. Это была всего лишь свадьба, и Рекс даже не занимался её планированием. Судя по всему, этим занималась его мать.

Но, чтобы успокоить друга, он сказал.

– Ладно. Запиши Хилари Массини в качестве моей спутницы.

Он просто позвонит девушке, с которой встречался последние несколько месяцев. Она согласится.

– Модель? – Рекс поперхнулся.

– Ты слышал о ней? – удивлённо спросил Ксандер.

– Ну, да. Она очень популярна в TikTok.

– Правда? Хм, – для него это было новостью.

Он знал, что Хилари была моделью, но не знал большего.

Да и у кого, чёрт возьми, есть время на TikTok? Его помощник присылал ему по электронной почте все важные статистические и аналитические данные по их текущим клиентам, а также по всем новым и перспективным пользователям, с которыми ему нужно было ознакомиться, но он не тратил время на просмотр приложения самостоятельно. Очевидно, Рекс так и делал.

– Должен признаться, я впечатлен, – сказал Рекс.

Была ли в тоне его друга нотка зависти? Соревновательная сторона Ксандера с удовольствием приняла эту мысль.

– Впечатлен настолько, что мне не придется выкапывать карточку с приглашением и отправлять её обратно? – спросил он.

– Ксандер… – слышимый усталый вздох, сопровождавший этот ответ его друга, в сочетании с разговором о свадьбе, который они вели, заставил Ксандера поклясться, что если он когда-нибудь решит жениться, то сбежит. И его невеста будет сиротой.

Его собственную мать не будет волновать, как он поступит со свадьбой, но мать его несуществующей будущей невесты может, а он не желал иметь свекровь.

– Я поищу эту чёртову открытку, – предложил он.

– Спасибо, – сказал Рекс с глубоким вздохом.

– Не за что, – он снова взглянул на беспорядок на своём столе.

Похоже, что выходные у него были расписаны. Он просто считал определённые жертвы частью своих обязанностей жениха. Но об этом позже. Ему нужно было подтвердить свою пару на свадьбе.

Они с Рексом обменялись ещё несколькими словами, затем оба отключились. После чего Ксандер пролистал список последних вызовов.

Не увидев там номера Хилари, он сдался и перешёл к списку контактов.

Он был уверен, что она согласится. Она никогда не упускала возможности нарядиться и выйти в свет. А свадьба стала бы отличным поводом для её постоянных селфи и постов в социальных сетях.

Хотя сейчас ему всё равно было лучше согласовать с ней дату. Свадьба была в рождественские выходные. То, что у него не было планов с семьей на Рождество, не означало, что их не будет у неё.

Он набрал её номер и стал ждать, когда она ответит на звонок.

– Ксандер, – ответила она странно ровным тоном. – Прошло много времени, – продолжила она.

– Неужели? – спросил он удивлённо.

– Да, – ответила она, её тон был по-прежнему непонятен.

Он видел её недавно. Разве нет?

Да. Определенно видел. Он даже помнил тот разговор. Она рассказывала о своих планах на День благодарения.

Признаться, с тех пор он с ней не разговаривал. Он был занят на работе. Но прошло не так уж много времени.

– Тогда давай встретимся и наверстаем упущенное. Как насёт ужина сегодня вечером? – спросил он.

Этот план решал сразу несколько проблем. Он мог бы перекусить чем-нибудь получше того, что осталось холодильнике, и согласовать дату.

И, возможно, Хилари останется у него на ночь, поскольку, как он теперь подумал, прошло уже довольно много времени с тех пор, как он занимался сексом. К тому же, помимо секса, с её приходом у него появится веская причина отложить разбор почты.

– Сегодня вечером? – спросила она. – Уже больше восьми.

– И? Это Манхэттен. Здесь вполне допустимо ужинать в десять вечера. Мы же не в… ну, не знаю… Покипси или что-то в этом роде, – он фыркнул.

– Почему ты это сказал?

– Что сказал? – спросил он, сбитый с толку.

– Покипси, – повторила она.

– Я… я не знаю. Наверное, потому что это самое нелепое место, которое я смог придумать.

– Я из Покипси, – сказала она.

– Правда? Разве я это знал? – он нахмурился, копаясь в памяти.

Должно быть, она упоминала об этом в прошлом. Именно поэтому из всех городов на севере штата именно этот пришёл ему на ум, когда понадобился пример самого далекого от Манхэттена места, о котором он мог подумать, как по культуре, так и по расстоянию. Хотя Холли Крик тоже мог бы подойти.

Тем не менее, она, похоже, была оскорблена невинным сравнением, прозвучавшим в его комментарии.

– Это был просто пример, Хилари. Ты теперь живёшь здесь, так какое это имеет значение?

– Значит, теперь я подхожу, потому что у меня почтовый индекс Нью-Йорка?

Он вздохнул. Глубокий выдох, наполненный покорностью. Ему придётся долго извиняться за ужином, чтобы она успокоилась.

– Мне очень жаль. Серьёзно, Хилари, я прошу прощения. Я ничего не имел в виду. Это была просто шутка. Плохая шутка. Просто день был длинный.

– С тобой всегда длинный день.

Он ждал, что она ещё скажет. Когда ничего не последовало, он повторил.

– Так что, сегодня вечером?

– Конечно. Встретимся вечером, Ксандер. Нет проблем, – сказала она с новой силой, интенсивностью – и громкостью – что, как он надеялся, означало, что между ними всё нормализовалось.

– Отлично. В стейкхаусе, скажем, через двадцать минут? – это дало бы им обоим время поймать такси и добраться туда из своих домов.

– Конечно. Не могу дождаться, – сказала она всё тем же странным вызывающим тоном.

Ксандер понял странное окончание телефонного разговора с Хилари в тот момент, когда она, не снимая пальто, села напротив него и сказала.

– Я думаю, нам пора признать, что у нас ничего не получается.

– Подожди. Что? – его глаза расширились. – Ты бросаешь меня?

Она рассмеялась, и этот звонкий звук привлёк внимание ближайших посетителей ресторана, как и её модельная походка от входной двери до столика.

– А мы вообще встречались? Я не видела и не слышала тебя уже несколько недель. Даже ни одного сообщения.

– Этого не может быть.

Когда она приподняла одну тёмную бровь идеальной формы, он понял, что ему нужны неопровержимые доказательства, чтобы оспорить её утверждение. Он потянулся, чтобы взять свой телефон со столика в ресторане.

– Я тебе покажу.

Он пролистал свои последние сообщения, затем не самые последние, пока не нашёл цепочку сообщений с ней.

– Вот. Видишь. Я написал тебе двадцать четвёртого ноября.

– Да. Ты ответил одним словом «спасибо» на моё поздравление с Днем благодарения. Когда было последнее сообщение до этого?

Он пролистал дальше и увидел, что десятого ноября они переписывались, согласовывая планы на ужин. Это был последний раз, когда он видел её до сегодняшнего вечера.

Ладно, может быть, это было довольно давно. Но всё равно, не из-за чего расставаться.

– Я просто был занят. Я больше ни с кем не встречаюсь, если ты об этом подумала, – сказал он в своё оправдание. – А ты? – спросил он, когда его осенила мысль.

Она была великолепна. Высокая. Она была прекрасна в любой день, но особенно сегодня, её смуглая кожа сияла на фоне белоснежного длинного шерстяного пальто, сшитого на заказ.

Хилари покачала головой.

– Нет, я ни с кем не встречаюсь и не думала, что ты встречаешься. Я знаю, что моим конкурентом в борьбе за твоё время всегда была твоя карьера.

А иметь хорошую работу и много трудиться – это плохо? Он смягчил своё мнение по этому поводу, пытаясь помириться.

– Я постараюсь…

– Не надо, пожалуйста. Не старайся для меня. Все в порядке. Правда, – она встала. – Я знаю, что ты и твоя карьера будут очень счастливы вместе. Приятного ужина, Ксандер.

Оставшись один за столом, он смотрел, как она уходила и как появился официант.

– Могу я предложить Вам что-то выпить?

– Да, пожалуйста, – после этой странной встречи он бы не отказался. – Виски, чистый. И стакан воды.

– Да, сэр. А Ваша спутница вернётся?

– Нет. Нет, она не вернется, – он удивился, почему не расстроился сильнее из-за этого.