Текст книги "Бабник (ЛП)"
Автор книги: Кайли Скотт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
– Точно, – сказала она.
– Что ещё?
– Я слышала о некоторых женщинах, с которыми ты спал в прошлом. О них говорили, как о моделях с подиума, о половине из них, – она покачала головой. – И я очень сильно не подиумная модель. Мой живот стал немного странным и дряблым. Не говоря уже о шраме Франкенштейна внизу.
– Я знаю, что Ада иногда может быть непростой, но говорить, будто из тебя вышел монстр, немного резко, – пошутил я.
– Ха. Я серьёзно.
– Хорошо, да. Извини. Я понимаю, – по правде, разве всё это имело значение? Эта женщина чокнутая.
– Кроме того, у меня, конечно, есть некоторый опыт, но не такой большой, как у тебя. Что, если я буду плоха в постели?
– А, – сказал я, и ко мне пришло осознание.
– Что такое «а»?
– То, что это нормально для большинства людей, – ответил я, скрестив руки на груди. – Переживать о своём теле, о своих умениях и обо всём таком дерьме.
Она на мгновение задумалась.
– Да, пожалуй, именно так. Беспокойство по поводу умений, неуверенность в своих телесных аспектах, страх неадекватности в целом, всё в таком духе. Я имею в виду, что хочется быть достаточным для человека, который тебе нравится. Чёрт возьми, хочется, чтобы они думали, что ты потрясающая во всех отношениях и стоишь затраченных усилий. Хочется угодить. И конечно же, быть довольной в ответ.
– Господи, – сказал я, снова расхаживая по комнате. – Чертовски изнурительно. Как ты с этим справляешься?
– Я не могу говорить за всех, но я просто стараюсь отложить это в сторону и сосредоточиться на моменте, – объяснила она. – То есть, значит, по крайней мере, тебе не всё равно. Это не признак чего-то плохого.
Я не был так уверен в этом. Что, если беспокойство о своих навыках и способностях на самом деле повлияет на них? Возникала серьёзная проблема.
– Я знала парней, которые в основном игнорируют тебя в постели.
– Идиоты.
– Ты просто низведена до состояния влагалища и пары грудей. Части тела для их развлечения, – сказала она. – Обычно они из тех придурков, которые говорят, что им не нравится вкус.
– Ты серьёзно?
– Ага.
– Какие бесполезные мешки с дерьмом.
– Один грустный мешок, которого я встретила, хотел подискутировать, является ли женский оргазм мифом или нет, – пробормотала она. – Пока мы лежали в постели.
Я опустил голову.
– О, милая.
– Честное слово, – её губы сложились в полуулыбку. – Но мы с тобой кое-чем занимались до того, как вся эта дискуссия пустила дело под откос.
– Верно. Да. Ладно, – я хлопнул ладонями, потёр их друг о друга. Мне просто нужно было вернуть мой разум в игру. Вернуть настроение как-нибудь. – Как ты хочешь это сделать?
– А что, если я дам тебе кое-что, на чём можно сосредоточиться?
– Звучит неплохо. Что у тебя есть?
В ответ она сняла топ и отбросила его в сторону. Затем она сразу же прикрыла живот руками, оставив напоказ узкие джинсы и красный, как у настоящих сирен, бюстгальтер.
– Вот, я сделала это, – выпалила она, обращаясь больше к себе, чем ко мне.
– Да уж, ты, несомненно, сделала.
– Твоя очередь.
Я опустился перед ней на колени, мой взгляд был прикован к тому, что обещал этот бюстгальтер. Пальцы мягко заскользили вверх и вниз по её рукам, оставляя за собой гусиную кожу. Я облизнул губы. Так много мягкой, обнажённой кожи зовёт меня. Мне бы очень хотелось устроить праздник этой женщине.
Затем она щёлкнула пальцами перед моим лицом.
– Эрик, сними рубашку, пожалуйста.
Я сорвал её прямо через голову, на секунду зацепившись за хвостик. Чёртовы волосы. Видимо, вид ей понравился, потому что она перестала беспокоиться о том, чтобы спрятать свой живот, и вместо этого начала прикасаться ко мне. Пальцы погладили мои плечи и шею.
– Боже, ты великолепен, – хмыкнула она, подаваясь ближе.
Джейн соскользнула с дивана и прижалась ко мне, двинув меня назад. Это потребовало некоторых спешных усилий, но каким-то образом, отодвинув в сторону спортивный коврик, одеяло Ады и журнальный столик, мы освободили достаточно места, чтобы поцеловаться на ковре. Когда я лежал на спине, а Джейн сидела на моих бёдрах, мир был просто потрясающим. Господи, вид её покрытых красным шёлком сисек и нетерпеливых рук. Не то чтобы я расслаблялся, чувствуя её высокий уровень. Она прижалась своим ртом к моему, своим телом к моему, и мой разум взорвался. Длинная линия спины и тонкий изгиб шеи. Её губы, язык.
Любое прежнее беспокойство, все плохие мысли, они были прогнаны далеко.
– Штаны хуже всего, – пробормотала она, прижимаясь ко мне.
Чёрт возьми, это было потрясающе.
– Абсолютно.
– Но нам, вероятно, следует не торопиться.
– Как хочешь, – задыхаясь, пробормотал я. – А как же бюстгальтер?
Оперевшись руками возле моей головы, она немного откинулась назад.
– Я же сказала, голые до пояса.
– Сказала.
Она тихо выдохнула.
– Дерзай.
– О, да!
Мои опытные пальцы в мгновение ока избавились от этого красного бюстгальтера, и вот она. Идеальные коричневые соски. Все потрясающие изгибы. Точно помещается в мои ладони.
– Мне жаль, что ты чувствуешь, что они подвели тебя, когда дело дошло до грудного вскармливания, – сказал я. – Но они абсолютно прекрасны.
Улыбаясь, она наклонилась, чтобы снова поцеловать меня. Если касание красного шёлка великолепно ощущалось на моей груди, то твёрдые соски и мягкая кожа были ещё лучше. Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз был так взволнован тем, что просто поцеловался и добрался до второй базы. Хотя, я думаю, что на второй базе мы были, пока полуголыми катались по полу. Так что вторая база с намёком на кражу третьей, может быть. Мы поменялись местами, Джейн подо мной, её ноги обхватили мои бёдра. К тому времени, когда мы, наконец, добрались до кровати, мы довели это до некой формы искусства.
– Я чувствую тебя, – прошептала она.
– Меня это не удивляет, – я проложил дорожку поцелуев вдоль её шеи, покусывая Джейн за ухо. – Почти уверен, что вот-вот сломаю молнию на штанах.
Она рассмеялась, проведя руками по моим бокам. Но потом стала серьёзной.
– Ты не возражаешь, если мы пройдём это поэтапно?
– Нет. Я совершенно счастлив там, где я нахожусь.
– Хорошо.
Наши поцелуи становились всё беспорядочнее, длиннее и глубже. Моя щетина слегка царапала её мягкую кожу. Я хотел исследовать каждый её сантиметр. Узнать, что заставляет её вздыхать, а что извиваться и смеяться. Я бы с удовольствием поклонялся её сиськам часами. Поцелуи и облизывание заставляли её бёдра подрагивать, и были все шансы, что я умру от самого твёрдого в мире члена. Потому что, конечно, мой член до боли жаждал оказаться внутри неё. Но это всё было для того, чтобы сделать Джейн счастливой.
Я мог подождать. Я подожду.
Одному богу известно, как долго мы целовались на полу. Времени не существовало. Но не для Ады, безусловно, и в конце концов она проснулась, требуя покормить её поздно вечером.
– В книгах говорится, что ты можешь начать думать о том, чтобы отучить её от кормления посреди ночи в возрасте от четырёх до шести месяцев.
– Ты всё ещё читаешь книги? – спросила Джейн, оглядываясь по сторонам. – Ты где-нибудь видишь мой бюстгальтер?
– За медведем.
– Спасибо.
– Да, я просто... Мне интересно её развитие, понимаешь?
– Я думаю, что это мило. Вы как приятели, – она снова надела бюстгальтер, широко улыбаясь. – Что ж, это была прекрасная, чисто взрослая забава.
– Может быть, в следующий раз мы перейдём к хорошему грязному взрослому веселью, – предложил я, натягивая рубашку. – Если ты готова.
– О, я думаю, мы определённо готовы к третьей базе, – сказала она, когда Ада увеличила громкость воплей. – Иду, детка.
– Штаны хуже всего, – я быстро поцеловал её и направился к двери. – Я лучше вернусь домой, пойду в душ.
Она издала лёгкий горловой звук.
– Я точно знаю, что ты будешь делать в душе. Так отвратительно. Хотела бы я посмотреть.
– В другой раз, – я усмехнулся. – Спокойной ночи, друг мой.
– Спокойной ночи.
Глава 14
На этой неделе мы ещё не добрались до третьей базы. В основном из-за того, что Ада решила быть сверхуспевающей: её зубки начали рано прорезываться. Может быть, она наверстала упущенное время за то, что стала улыбаться позже ожидаемого. Я сказал ей, что в книгах написано, что у неё есть ещё пара месяцев, прежде чем она достигнет стадии зубов, но малышка не слушала науку и разум. Итак, две ночи назад я срочно сбегал в Walgreens за гелем и кольцом для прорезывания. Поскольку срок беременности Нелл рос с каждым днём, мне было легче выполнять поручения Джейн, и я не возражал. Чёрт возьми, мне нравилось быть тем человеком, которого она просила о помощи. Быть тем, на которого она полагалась, кем-то, кому она доверяла, оказалось чертовски хорошо. И мне уж точно было намного проще смотаться за всякими нужными штуками, чем ей погрузить ребёнка и машину в такие сумасшедшие часы.
К вечеру четверга я прошёл весь путь, а третья база всё не показывалась. Честно говоря, я бы с радостью согласился на ещё одну возню на уровне второй базы. Но я даже не видел их со вчерашнего утра. Тем не менее, возможно, новый гель для прорезывания зубов Ады улучшит ситуацию. Это стало бы облегчением для всех нас. Я старался не возлагать на него надежд и просто сосредоточился на предстоящей работе.
– Ну вот, – сказал я, протягивая Таке французский мартини через барную стойку.
– Спасибо, – он кивнул и пошёл подавать его какому-то посетителю.
На данный момент ночь проходила хорошо. Мы с Воном были заняты за барной стойкой из-за приличного количества людей, пришедших поужинать и выпить. Нелл подобрала интересное сочетание музыкальных исполнительниц, что создало отличную атмосферу: Арета Франклин, Бьорк, Сиа и другие.
Насколько мне известно, она ещё не узнала о том, что мы с Джейн сблизились. Не то чтобы это было её делом. Но если бы она знала, женщина вышла бы на тропу войны. Наверное, в мою сторону бросали бы ножи, странную жаровню – кто знает, сколько оружия она могла бы найти на коммерческой кухне. Я очень не хотел это выяснять. Пусть спящие леди-драконы продолжают дремать.
Было около восьми, когда вошла Джейн с ребёнком и пожилой парой. Мужчина и женщина лет пятидесяти. Ада была в одном из тех детских автокресел, которые можно вытащить и носить с собой. Странно, что Джейн ни разу не упомянула о том, что заглянет к нам. Кроме того, у меня было плохое предчувствие по поводу того, кем могут быть люди с ней. Така усадил их за угловой столик подальше от основного света и шумных вечеринок. Хороший выбор. Чрезмерная стимуляция иногда пугала Аду. И, по-видимому, беспокойство об Аде и Джейн иногда пугало меня. Внезапно меня прошиб пот, намочив рубашку.
Дерьмо. Неужели её родители приехали в гости из Флориды?
Когда я поймал взгляд Джейн, она одарила меня натянутой улыбкой и помахала рукой. Её (предположительно) мать заметила это движение, повернула голову, ища меня глазами. Несчастливое лицо, хотя и знакомое. Мать и дочь были очень похожи друг на друга.
Женщина что-то сказала, и Джейн ответила, всё ещё с натянутой улыбкой. Что бы она ни произнесла, отец Джейн тоже нахмурился. Прекрасно. Я попытался вытянуться, расправив плечи и подняв голову. Боже, сегодня я даже надел аккуратную белую рубашку на пуговицах и чёрные подтяжки. Можно было бы подумать, что такой комплект компенсирует рок-стиль, длинные волосы и татуировки. Судя по всему, нет.
– Неприятности грядут? – спросил Вон. Доверьтесь музыканту: он быстрее всех считывает толпу.
– Не знаю. Но это выглядит не очень хорошо.
Рыжий вздохнул.
– Родители супругов сложнее всего. Просто так сложилось. У Лидии они почти бесполезны. Некоторым людям нельзя позволять иметь детей.
– Мы с Джейн просто друзья.
Он пристально посмотрел на меня.
– Чувак, клянусь Богом, тебе скоро надоест крутить это дерьмо, и я, например, не могу дождаться, чтобы увидеть, что произойдёт.
– Отвали, – пробормотал я.
Вместо того чтобы ждать обслуживания столиков, Джейн выскользнула из кабинки. Она вытащила Аду из переноски и принесла её ко мне. Бедная малышка. Два сердитых розовых пятнышка всё ещё горели на её щеках, когда она грызла кольцо для прорезывания зубов.
– Она так и не выглядит счастливой, – сказал я, протягивая руку, чтобы погладить мягкую маленькую головку.
– Нет, – Джейн угрюмо посмотрела на меня. – Я подумала, что ей захочется увидеть своего лучшего друга, Эрика.
– Детка, я хотел быть лучшим другом, – пожаловался Вон. – Бедная милашка. Сегодня нет улыбок, да?
Джейн поцеловала Аду в щёку.
– К сожалению, не сегодня.
– Быть ребёнком иногда непросто.
– Так оно и есть.
Така подошёл к барной стойке, а Вон занялся выполнением своего заказа.
– Может, обнимашки? – спросил я, выскальзывая из-за бара.
– Конечно, – Джейн бережно передала девочку. На секунду Ада вздрогнула, а затем, казалось, узнала меня и успокоилась. Ну, насколько она вообще могла успокоиться.
– Привет, дорогая, – одной рукой я убаюкивал её, а другой помогал ей держать кольцо для прорезывания у рта. – Этот зуб до сих пор причиняет тебе боль?
– Этот уже показался. Я думаю, ещё один на подходе, – Джейн вытерла подбородок Ады салфеткой. С прорезыванием зубов слюнотечение перешло на новый уровень.
– Что за спешка, малышка?
Джейн просто посмотрела на свою дочку и улыбнулась. Она приложила немало усилий для родственников. Волосы, собранные в пучок, макияж, платье-свитер и колготки, которые она надевала на рождественскую вечеринку. Боже, она выглядела достаточно хорошо, чтобы захотеть её съесть. Как всегда, впрочем.
– Ты выглядишь великолепно, – похвалил я. – Я вижу, с тобой друзья сегодня вечером.
– Да. Я...
– Твоя семья?
Она кивнула.
– Честно говоря, я не была уверена, что они приедут. Но они сказали, что хотят встретиться с ней, и вот они здесь.
– Мм.
– Они остановились на курорте на берегу озера.
– Это даёт вам всем немного пространства.
Ада выбрала этот момент, чтобы убрать кольцо для прорезывания зубов на время, достаточное для того, чтобы что-то пролепетать. Я помог ей засунуть его обратно в рот.
– Мудрые слова, девочка, – подтвердил я. – На самом деле, я как раз собирался сказать то же самое.
Из-за кольца появился намёк на ухмылку.
– Для него ты улыбаешься. А у меня в течение нескольких дней не было ничего, кроме слёз и истерик, – Джейн тихо рассмеялась. – Если её первым словом будет «Эрик», я убью тебя. Просто предупреждение.
– Вполне справедливо, – сказал я.
В то время как я старался не замечать этого, у мамы Джейн определённо было такое выражение лица, словно она ожидала, что я уроню ребёнка в любой момент. Тьфу. Язык её тела был жёстким, а глаза расширенными. Как будто я не набрал кучу часов с малышкой на руках. Где, чёрт возьми, она была, когда Джейн нуждалась в помощи?
Ладно, возможно, мне потребуется некоторое время, чтобы отбросить свою обиду на эту женщину и её мужа. Просто держаться подальше от них во время визита звучало мудрым планом.
– Как проходит визит? – спросил я спокойным и приятным тоном. – Когда они приехали?
Джейн пригладила волосы, опустила руку на бедро.
– Вчера. Я думаю, что всё идёт нормально. По-прежнему много напряжения. Но они любят мисс Аду.
– А как же иначе?
– Клянусь, если мама сделает ещё несколько фотографий, память её телефона взорвётся.
– Эй, – сказала Нелл, ворвавшись в комнату. – Итак, твоя семья здесь. Отдай её, Эрик.
Я нахмурился, но сделал так, как сказано. К счастью, Ада тут же расплакалась, расставшись со мной. Если это не заслуживало победного круга в баре, то я не знал, что заслуживает. Нелл прищёлкнула языком и начала ворковать якобы успокаивающую чушь над разъярённым младенцем. Ничего из этого не сработало.
– Да, они действительно приехали, – сказала Джейн, поглаживая спину Ады, лежащей на плече Нелл.
Плач ребёнка стих, и Нелл сказала:
– Ну вот.
Примечание: Ада перестала плакать только потому, что я стоял позади Нелл и корчил смешные рожицы. Мы с малышкой были тесно связаны. То, что я не удосужился указать на это, показало большую сдержанность и зрелость с моей стороны.
– Как вообще дела? – спросила Нелл. – Ты так нервничала из-за их приезда.
Джейн рассказала Нелл о предстоящем визите, но не мне. Странно. Хотя, наверное, в последнее время мы были заняты прикрытием наших баз и борьбой с прорезыванием зубов.
– Они очень горды ею, – на лице Джейн снова появилась напряжённая улыбка, и её красивое лицо сморщилось. – Даже ещё раз извинились за наследство и всё такое.
– Как ты к этому относишься? – спросил я.
Нелл обернулась, бросив на меня странный взгляд.
Я просто проигнорировал это.
– Честно говоря, не знаю, – ответила Джейн. – Столько всего произошло, я думаю, что потребуется некоторое время, чтобы это переварить. Но они её бабушка и дедушка. Кстати говоря, мне лучше вернуться...
Нелл протянула драгоценный груз, коснувшись пальцами пухлой щёчки Ады.
– Пока-пока, Ада.
– Я познакомлю тебя с моими родителями позже, – пообещала Джейн.
– Отлично, – Нелл махнула рукой и побрела обратно на кухню.
– Мы не слишком заняты, ты хочешь, чтобы я присмотрел за ней, пока ты ешь? – спросил я.
– Всё должно быть в порядке, спасибо.
Никаких упоминаний о том, чтобы познакомить меня со своими родственниками, но бог с ними. Будто в последние тридцать лет своей жизни я каждый раз хотел познакомиться с родителями девочки. Боже, что за шутка. По крайней мере, однажды я инсценировал смерть, чтобы избежать знакомства. Длинная история.
– Хочешь, я зайду после работы? – спросил я.
– Мама и папа возвращаются в свой номер после ужина, так что... Я посмотрю, как у нас будут дела? – её улыбка расслабилась, превратившись во что-то гораздо более прекрасное, и всё для меня. – Но это было бы неплохо, Эрик.
Теперь это вошло в нашу привычку. Если все спали спокойно или пытались спать, Джейн оставляла полотенце висеть над дверной ручкой, чтобы я знал, что не стоит стучать. Андре смеялся над нашим о-о-очень сдержанным сигналом. Тот факт, что некоторые непросвещённые люди использовали полотенце на двери, чтобы обозначить, что там происходит секс, не означает, что его нельзя использовать и для спящих младенцев. У этого парня был очень маленький и грязный ум. Хотя, справедливости ради, в сигнале с полотенцем был некий грязный подтекст.
– Увидимся позже, – сказала она.
– Верно.
И мне захотелось поцеловать её в лоб, сжать её плечо. Прикоснуться к ней легонько на публике, чтобы все могли видеть. Чтобы они знали, что мы что-то значим друг для друга. Но я этого не сделал. Джейн вернулась к столу и ожидающим родителям, а я к работе. Что ж, после работы, однако, это может быть совсем другое дело.
* * *
Позже той же ночью она открыла дверь своей квартиры с моим именем на устах. Шёпот, похожий на тайну. Думаю, это и была тайна, по большей части. То, чем мы занимались в нерабочее время. Или, по сути, в любой час, который удалось украсть, когда Ада спала, а я не работал. Я всегда насмехался над идеей о том, что люди с детьми специально назначают встречи, чтобы сделать это. Как будто секс – это работа, которую нужно выполнить, чтоб вычеркнуть её из списка. Секс как что-то, что вписывают в домашнее расписание и тому подобное дерьмо. Но теперь пришло понимание. Глубочайшее.
– Эй, – хрипло прошептал я в ответ, потому что... о боже.
На девушке был какой-то шёлковый серый халат с подходящей ночной рубашкой под ним. Чертовски сексуально. Нижнее бельё, жар в глазах Джейн и общая тишина подсказали мне, что Ада заснула на всю ночь. Или, дай Бог, хотя бы на пару часов. Третья база официально появилась в планах. И, может быть, только возможно, великолепный шанс занять четвёртую базу. Моё сердце билось в груди с удвоенной силой.
Оглядевшись, чтобы убедиться, что коридор пуст, она схватила меня за переднюю часть куртки и потащила в квартиру с тихим: «Иди сюда».
– Да, мэм, – я чуть улыбнулся, покачав головой.
– Что? – спросила она, когда дверь тихо закрылась за нами.
– Ты проверяешь свидетелей.
Она вопросительно сморщила нос.
– Все люди, живущие здесь, по крайней мере, подозревают, что мы замышляем. Если они ещё наверняка не знают, что мы задумали, – сказал я. – Тебе стыдно из-за меня, что ли?
– Что? Нет, конечно, нет, – пробормотала она в мою рубашку.
Я слегка приподнял её подбородок.
– Скажи мне ещё раз, теперь глядя мне в глаза.
– Это ты боишься кастрации, если Нелл узнает, – подначила она. – Я просто слежу за тем, чтобы ничто не мешало моему новому любимому хобби, – она встретилась со мной взглядом. – А теперь, можем ли мы приберечь разговор на время после поцелуя... пожалуйста?
Были все шансы, что я окажусь одним из величайших идиотов нашего времени, когда речь шла об этой женщине. Но я просто не мог устоять перед этими губами. То же самое касалось её нетерпения, её жадности, когда до того доходило дело. Я попытался поцеловать её нежно и легко, непринуждённо. Да поможет мне Бог, план длился целых полсекунды. Её рот прижался к моему, и я пропал. Руки обвились вокруг моей шеи, её тело прижалось к моему. Мои ладони скользнули вниз по её позвоночнику, снова направляясь прямо к её попке. Потому что, по-видимому, я продолжал быть неспособным к плавным движениям, когда дело касалось её. Наши языки переплелись, один или оба застонали, когда она взобралась на меня, как на дерево. Оттуда мы как бы попали в спальню.
– Ты купила ещё свечей, – сказал я, но слова прозвучали искажённо. Судя по всему, умение целоваться и разговаривать одновременно требовало большего мастерства, чем у меня.
– Ты требовал, по крайней мере, три.
– Мм.
Я уложил её на матрас, её руки стянули с плеч мою куртку.
– Всю одежду долой.
– Хорошо.
Мы разъединились на достаточное время, чтобы я успел сбросить всё, кроме трусов-боксёров. Ботинки и носки упали на пол, а куртка, рубашка, майка и штаны были брошены на стул в углу. Ничего рядом с одной из дюжины или около того свечей, потому что нам не нужно, чтобы пожарная служба прерывала наше совместное времяпрепровождение. Тем временем Джейн выскользнула из халата, но не сняла остальное.
– А ты? – спросил я, глядя на облегающую вещицу на ней. – Мне нравится твой вкус в нижнем белье, но мне также нравится, когда мы прижимаемся кожа к коже.
Она не ответила.
Ладно. Пусть будет нижнее бельё. Я забрался обратно на кровать и вытянулся над ней сверху. Моё новое счастливое место. Хотя я почти уверен, что нахождение под ней или рядом с ней привело бы к точно такому же чувству.
Но на этот раз она откинула голову назад, не потянувшись жадно к моим губам.
– Всё в порядке?
Её грудь поднялась, когда она глубоко вздохнула.
– Кажется, есть момент.
– Что такое?
– Я наблюдала за тобой на работе сегодня вечером, – она собрала мои волосы, удерживая их позади лица. Кончики пальцев скользнули по линии моего подбородка, а между её бровями появилась складочка. – Я забыла, какое влияние ты оказываешь на людей.
– Какое влияние я оказываю на людей?
– Ты – полный комплект... Смешной, обаятельный, красивый, – сказала она. – Ты не только можешь говорить связными предложениями, но также хорошо работаешь и не имеешь судимости... Я пользовалась приложениями для знакомств: поверь, такое сочетание встречается реже, чем ты думаешь.
Я настороженно улыбнулся.
– Спасибо. Но какое это имеет отношение к тому, что ты не хочешь раздеваться?
Выгнув шею, она медленно поцеловала меня. Её язык скользнул мне в рот, полностью нарушив этот чёртов разговор. Не раздумывая, я надавил на неё всем своим весом, прижимая её тело к матрасу. Джейн высвободила ноги подо мной, она покачивалась, а я двигался, пока не оказался между её бёдер.
Забудьте о счастливом месте. Эта позиция довела меня до чёртова бреда.
– Сладкая, – пробормотал я, уткнувшись лицом в её шею. Боже, она была такой чувствительной. Одна из моих рук соскользнула с её плеча, действуя совершенно независимо от того немногого, что осталось от моего мозга. Не то чтобы я не одобрял этот шаг. – Джейн. Детка. Мы разговаривали.
– Нет, – простонала она.
Клянусь, звук дошёл прямо до моего члена. Не осталось ни одного дюйма во мне, который не был бы натянут и напряжён от нужды.
– Но...
– У меня просто был момент неуверенности. Ничего особенного.
– Не похоже на ничего.
– Позже, Эрик.
Если бы мой рот не нашёл голый сосок прямо сейчас, я, возможно, смог бы сопротивляться и понять источник беспокойства в её глазах. Или просто попытался разобраться в разговоре. Больше отвлекающим, чем её грудь, было, когда я скользил рукой вверх по её ноге, поднимаясь всё выше и выше... Ничего, кроме голой кожи.
– На тебе нет трусиков, – выдавил я, обхватив пальцами её бедро.
– Разве это плохо?
– Нет, нет, нет. Это так чертовски хорошо, что я даже не могу...
Бл*дь. Ночная рубашка сползла с её плеч и задралась выше бёдер. О чём идёт речь, я разберусь позже. Сейчас имело значение только прикосновение к ней, заставляющее её кончить. Честно говоря, лучше всего я работал только с одним или двумя приоритетами. То, как она извивалась, когда я провёл языком по её соску, было восхитительным. Это чувство превосходило только горячее влажное ощущение её обнажённой киски возле моих боксёрских трусов. Весь низ моего живота напрягся, в то время как мои яйца стали горячими и тяжёлыми.
Если я буду медлить, это может убить меня. Это был бы адский путь.
– Я тоже не хочу медлить, – пробормотала она.
Так что, по-видимому, я произнёс эту последнюю мысль вслух.
– А?
– Давай пропустим третью базу, – сказала она.
Я скользнул костяшками пальцев по центру её киски. Потому что не ощутить её там немедленно было невозможно. Её тело напряглось, рот приоткрылся.
– Да. Ещё.
– Что, здесь? – я скользил пальцами вверх и вниз по горячим влажным губкам, заставляя её извиваться. Она схватила меня за плечи и кивнула. Никогда в жизни я не чувствовал чего-то настолько хорошего. – Но третья база – это возможность попробовать эту сладкую киску.
Звук, который она издала. Чёрт возьми.
Большим пальцем я дразнил тугой маленький бугорок её клитора, моё сердцебиение поселилось в моём члене. Она была такой гладкой и совершенной. Каждая реакция, каждое её движение удовлетворяли мою потребность. Может быть, все эти годы практики были посвящены одному моменту. Сверхчеловеческая способность, необходимая для того, чтобы доставить удовольствие Джейн, не теряя при этом своей воли. В этом был какой-то смысл. Не то, чтобы я желал поделиться с ней этой мыслью прямо сейчас. Или в любое время в будущем.
– Ты уверена, что не хочешь, чтобы мой рот оказался здесь? – спросил я, вдавливая палец в её глубину, заставляя её стонать ещё громче.
Слава Богу, Джо тщательно позаботился о звукоизоляции. Никому из соседей не нужно было слышать Джейн такой. Не говоря уже о том, чтобы разбудить ребёнка. Ада была не единственной, кто кричал. Все эти возбуждённые звуки, вскрики и стоны были только для меня. Как только она научилась хорошо взаимодействовать с одним пальцем, извиваясь на моей руке, я дал ей другой. Сцепив пальцы, я нежно растирал её, работая внутри и снаружи.
– Или ты можешь кончить вот так, на моей руке. Разве это не было бы хорошо?
– Эрик, – снова стоны.
– Знаешь, я мог бы целый день слушать, как ты произносишь моё имя, – я куснул её за грудь. – Это делает меня твёрже, чем грёбаный камень.
Она махнула рукой на одну из прикроватных тумбочек.
– Презервативы в верхнем ящике.
– Но, Джейн, оральный секс важен.
– В следующий раз, – выдохнула она.
– Ты уверена, что не хочешь придерживаться плана?
Пальцы вцепились в мои волосы, высвободили их и потянули меня навстречу её лицу.
– Хватит топтаться вокруг да около. Я серьёзно.
– Ты такая властная в постели, – я ухмыльнулся, оставаясь на месте. Мои пальцы не спешили покидать тёплое, влажное местечко. – Просто удивительно, насколько. Я имею в виду, я знаю, что ты немного помешана на контроле и любишь приводить всё подряд в организованный вид. Но на самом деле этим дело не ограничивается. В ту минуту, когда мы занимаемся баловством, ты превращаешься в маленького сексуального генерала. Прижимаешь меня к стенам, рвёшь на мне одежду, говоришь, что делать. Чертовски горячо, сладкая. Так держать.
Её лицо исказилось, грудь вздымалась и опускалась в бешеном темпе из-за того, как тяжело она дышала.
– Эрик!
– Презерватив. Понял.
Сначала я облизал пальцы, потому что сладкие угощения не должны быть потрачены впустую. Затем я потянулся к ящику. Боже, она действительно подготовила довольно большой выбор профилактических средств. Держу пари, что они даже были в алфавитном порядке. Как бы там ни было, подойдут ближайшие. Снять нижнее бельё и надеть защиту, и мы готовы.
Я провёл широкой головкой своего члена по набухшим губкам её киски. Просто наслаждаясь ощущениями и мучая нас обоих ещё немного. Как бы мне ни хотелось поторопиться и проникнуть в неё. Её зрачки стали огромными, поглощая окружающий цвет. Её губы приоткрылись, и на коже выступили слабые капли пота.
Месяцы блужданий без неё, желания только её, сделали происходящее ещё более значимым. Даже если мы останемся просто друзьями, которые занимались сексом. Даже если это ничего не значило. Могли закрадываться сомнения, опасения потерять контакт, забыть, как это делается. Но я ни за что не позволю чему-либо испортить этот момент, в том числе и моей собственной глупой голове.
Медленно, постепенно я продвигался. Кровь отхлынула от верхних отделов моего тела прямо к члену при ощущении того, как её тело открывается для меня. Горячее сжатие её влагалища вокруг моего члена. Я должен написать женщине плохие стихи. Чёрт возьми, я, наверное, так и сделаю.
– Ты чувствуешься так хорошо, – сказал я тихим голосом.
Её губы задрожали, и я поцеловал её. Мягкие затяжные поцелуи, пока я не спеша наполнял её. Прошло много времени для нас обоих, и последнее, что я хотел сделать, это как-то причинить ей боль. Ни её телу, ни её сердцу, ни её разуму. Возможно, мы поспешили дойти до этой стадии, но сейчас настало время расслабиться. Когда моё тело, наконец, прижалось к ней, она медленно выдохнула.
– Хорошо? – спросил я.
Она кивнула.
– Просто дай мне минутку.
Я прижался губами к её щеке, носу, подбородку. Это было нелегко, сопротивляться желанию пошевелиться. Хотя я справлялся. Ровно до тех пор, пока она не пошевелилась подо мной, её внутренние мышцы сжали мой член.
– Чёрт возьми, – я уткнулся лицом ей в шею, стараясь не врезаться в неё и лишь немного проигрывая битву.
– Двигайся сейчас.
– Спасибо, бл*дь, за это.
Я легко и непринуждённо выскользнул наружу, погружаясь обратно немного сильнее. Затем в следующий раз немного быстрее, наращивая всё постепенно. Она издала прекрасный громкий звук, впиваясь пятками в мой зад и ногтями в мою спину. Твёрдые соски царапали мою грудь, мои яйца шлёпались о её великолепную попку. Её бёдра приподнимались, чтобы встретить каждый толчок, её тело извивалось подо мной. Всё чертовски идеально. Я никогда особо не задумывался о том, что именно включает в себя занятие любовью. Но секс с Джейн казался настолько потрясающим, насколько это вообще возможно.
