Текст книги "Право одной ночи (СИ)"

Автор книги: Кая Вереск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

Глава 66

Следственный изолятор встретил нас казённым светом ламп и запахом хлорки. Орлов вышел к нам в сопровождении конвоира – осунувшийся, поседевший сильнее, чем месяц назад, в мешковатой робе, совсем не похожий на того уверенного, безупречного человека, что когда-то представлялся мне другом отца.

Он сел напротив, за разделительным стеклом, и долго молчал, разглядывая нас обоих с недоверием.

– Зачем вы здесь? – спросил он наконец. – Позлорадствовать?

– Нет, – сказал Игорь. – Рассказать тебе правду. Хотя не уверен, что ты захочешь её слышать.

– Какую ещё правду? – Орлов усмехнулся, но в этой усмешке уже не было прежней уверенности.

– Про Аллу, – тихо сказала я.

– Что с ней? – спросил он резко. – Она в порядке?

– Павел, – Игорь наклонился ближе к стеклу. – Это она организовала убийство отца Таи. Три года назад. И это она годами направляла тебя против меня – не потому что верила в справедливость, а потому что я когда-то её отверг, и она не смогла с этим смириться.

Орлов замер.

– Ты лжёшь, – сказал он, но голос дрогнул, выдавая, что где-то внутри уже начало прорастать сомнение.

– Она сама призналась, – сказала я. – Стояла передо мной с пистолетом и рассказала всё – как убедила тебя, что Игорь сам соблазнил её, что предал вашу дружбу, как подтолкнула обманом использовать меня против него, и как убила моего отца, потому что он узнал слишком много. Она сама это сказала, Павел. Своими словами.

Он молчал, глядя перед собой невидящим взглядом, и я видела, как в его лице что-то рушится – медленно, мучительно, будто десятилетия одной, казавшейся незыблемой картины мира вдруг начали трескаться и осыпаться прямо на глазах.

– Пятнадцать лет, – прошептал он наконец. – Пятнадцать лет я думал, что защищаю её честь. Что мщу за неё.

– Она использовала твою любовь, – сказал Игорь, и в его голосе не было торжества – только тяжёлая, почти сочувственная горечь.

Орлов закрыл лицо руками, и плечи его затряслись – не рыдания, а что-то более глухое, сдавленное, будто он разучился плакать много лет назад и теперь заново вспоминал, как это делается.

– Она использовала вас точно так же, как вы использовали меня, – сказала я. – Мы оба были пешками в её игре.

Он поднял голову. Глаза его были красными, но сухими – видимо, слёзы кончились задолго до сегодняшнего дня.

– Я не знал, что твой отец… – Его голос сорвался. – Я не хотел его смерти.

– Но вы хотели уничтожить человека, который был вашим другом, – ответила я. – И эта ненависть погубила всё, к чему вы прикасались.

Он молчал, кивая каким-то своим мыслям. Потом посмотрел на Игоря – и в этом взгляде впервые за всё время не было ни злобы, ни зависти, ни застарелого гнева. Только бесконечная, бездонная усталость.

– Я верил не тому человеку, – произнёс он тихо. – Пятнадцать лет.

– Да.

Мы поднялись. Охранник открыл дверь, и я уже шагнула к выходу, когда Орлов окликнул меня – впервые назвав настоящим именем.

– Тая.

Я обернулась. Он смотрел на меня, и лицо его было лицом сломленного человека.

– Я не смогу вернуть тебе отца, – сказал он. – Но если это что-то значит… я сожалею.

Я не ответила. Просто кивнула и вышла. На улице снова падал снег – крупный, пушистый, – и мы с Игорем стояли у машины, глядя на серое небо, не торопясь уезжать.

– Ты как? – спросил он наконец.

– Не знаю, – ответила я. – Как будто закончила книгу, которую читала много лет.

– Хорошая была книга?

– Тяжёлая, – я на мгновение задумалась. – Но конец правильный.

Он взял мою руку, переплёл пальцы со своими и поднёс к губам.

– Тогда поехали домой. У нас впереди отпуск.

Эпилог

Санторини встретил нас белыми домиками, разбросанными по склону вулканического острова, и таким ярким солнцем, что первые два дня я проходила в тёмных очках даже за завтраком.

Игорь снял виллу с террасой, выходящей прямо на Эгейское море, – и, к моему удивлению, ни разу за первую неделю даже не заикнулся о делах. Телефон он оставлял в комнате, забывая проверять часами, а однажды я застала его просто сидящим на террасе с чашкой кофе, глядящим на море без единой мысли о работе, судя по тому, насколько расслабленным было его лицо.

– Ты меня пугаешь, – сказала я, садясь рядом. – Где привычный человек, который проверяет почту каждые двадцать минут?

– Остался в Москве, – ответил он, не отрывая взгляда от воды. – Здесь только я и ты. И, кажется, мне это нравится больше, чем я готов был признать.

– Надолго хватит этого спокойствия?

– На две недели точно, – он повернулся ко мне с той редкой, лёгкой улыбкой, что я так любила. – А там посмотрим. Может, привыкну.

Я забралась к нему на колени, и он обнял меня, продолжая смотреть на море через моё плечо.

Дни потекли размеренно: завтраки на террасе с видом на кальдеру, долгие прогулки по узким мощёным улочкам, ужины в маленьких тавернах, где хозяева, не узнавая в этом расслабленном мужчине в льняной рубашке успешного московского бизнесмена, наливали нам вино чуть щедрее обычного просто потому, что мы казались им влюблённой парочкой.

– Знаешь, что странно? – сказала я однажды вечером, когда мы сидели на каменной ограде, глядя на закат, красящий небо в невозможные оттенки розового и оранжевого.

– Что?

– Я не помню, когда в последний раз просто сидела и ничего не делала. Не планировала.

Он взял мою руку, поднёс к губам.

– Привыкай. Собираюсь заставлять тебя делать это регулярно.

Он усмехнулся, коснувшись губами моего виска.

– Ну, если хочешь занятие, могу предложить одно. Нам ведь ещё нужно спланировать свадьбу.

– Прямо сейчас? Мы только приехали.

– У нас есть целых две недели.

Свадьбу назначили на май.

– Только не говори мне, что хочешь скромную церемонию, – заявила Соня, ворвавшись в мою квартиру с папкой каталогов флористов под мышкой. – Я уже присмотрела три варианта арок из роз.

– Соня, мы ещё даже дату толком не обсудили.

– Дата – двадцать пятое мая. Я уже проверила прогноз погоды за последние десять лет для этого дня. Статистически лучший вариант.

– А брат в курсе, что ты уже всё распланировала?

– Брат в курсе, что спорить со мной бесполезно, – Соня плюхнулась на диван, раскрывая каталог. – Так, смотри вот на эту арку…

Мама, когда узнала про свадьбу, сначала расплакалась, потом рассмеялась, а потом уже плакала от смеха.

– Двадцать пятое мая, – повторила мама, и на её губах медленно расцвела улыбка – тёплая, тихая. – Хороший день.

– Ты так спокойно это говоришь.

– О счастье не всегда нужно кричать, – она взяла мою руку, сжала легонько. – Иногда достаточно знать, что оно есть.

– Мам…

– Не порти момент, я почти справилась без слёз, – она усмехнулась, доставая платок на всякий случай. – Дай мне побыть сдержанной хоть немного, потом уже точно сорвусь на самой свадьбе.

День свадьбы выдался именно таким, как предсказывала Соня, – ясным, безветренным, идеальным. Сад особняка преобразился до неузнаваемости: белые розы вились по аркам, гирлянды из живых цветов свисали с деревьев, а длинные столы под открытым небом были накрыты так, что даже Марина Петровна, обычно невозмутимая, всё утро суетилась, проверяя каждую деталь.

– Платье сидит идеально, – Соня придирчиво оглядывала меня в зеркале. – Не смей плакать, тушь потечёт.

– Я не собираюсь плакать.

– Собираешься. Я тебя знаю.

Мама сидела рядом, промакивая глаза платком, хотя церемония ещё даже не началась.

– Мам, ты обещала держаться.

– Я держусь, – всхлипнула она.

Алиса, устроившаяся на подоконнике с бокалом шампанского, покачала головой.

– Все вы драматизируете. Смотрите на меня – идеальное спокойствие.

В этот момент заиграла музыка, и Алиса, вскочив, чуть не разлила шампанское.

– Началось! Началось! Так, все встали, встали!

Игорь ждал у арки из белых роз – без своего обычного делового костюма, в чём-то более лёгком, почти непривычно расслабленном, – и когда я подошла ближе, он посмотрел на меня так, что все заготовленные заранее слова вылетели у меня из головы.

– Ты опоздала на полторы минуты, – прошептал он, когда я остановилась напротив.

– Соня заставила меня попозировать для тридцати лишних фотографий.

– Учту на будущее. В следующий раз украду тебя прямо из-под её носа.

– Опять похищение?

– Традиция обязывает.

Священник кашлянул, намекая, что пора бы приступить к делу, и мы оба, не сдержавшись, рассмеялись – прямо там, перед всеми гостями, перед камерами, перед мамой, уже откровенно рыдающей в третий платок.

Конец.

От автора

Дорогие читатели! ❤️ Одна история подходит к концу, а значит, самое время открыть дверь в новую!

Если не хотите пропустить мои следующие книги, подписывайтесь на автора – так вы первыми узнаете о новинках и новых историях.

А пока приглашаю вас в мою новую книгу «Попаданка особого назначения»!

Здесь вас ждут магическая академия, приключения, тайны, опасные задания, много юмора и, конечно, любовь. А ещё – героиня, которая совершенно не собиралась становиться шпионкой, но судьба решила иначе. 😉

Буду рада видеть вас на страницах новой истории! ❤️

https://litnet.com/shrt/XUfR

"Попаданка особого назначения"

Я умерла максимально глупо – поскользнулась в торговом центре возле отдела с акциями, а очнулась – в имперской академии шпионов «Академия Теней». Причём в теле легендарной шпионки и убийцы, которой все боятся. Проблема в том, что я – обычный бухгалтер, и весь этот страх адресован явно не по адресу. Теперь мне нужно: – не выдать, что я вообще не умею убивать; – сдать экзамен по ядам, ни разу никого не отравив случайно; – не разозлить ректора, который слишком красив, слишком подозрителен и абсолютно уверен, что я вру; – и выяснить, почему кто-то пытался убрать меня ещё до конца семестра. Хуже всего то, что ректор велел держаться от него подальше – а сам каждый раз оказывается рядом. Фишки: ❤️ академка + приключения;