![](/files/books/160/oblozhka-knigi-istoriya-lyubov-i-shokolad-si-355852.jpg)
Текст книги "История, любовь и шоколад (СИ)"
Автор книги: Катя Корж
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 24 страниц)
Глава 15
– Нет, спасибо, мне не нужно лечение, – женщина в который раз повторила одну и ту же фразу своему лечащему врачу. На что тот на том конце провода тяжело вздохнул.
– Элла, возьмись за себя. Прекрати хоронит себя раньше времени, ты же еще можешь пройти курс реабили…
– Алексей Дмитриевич, я всё решила, знаешь же, что меня не переубедить. Хорошего дня.
Сбросив вызов, женщина отложила телефон и подъехала к окну. Погода наладилась – и женщина поспешила собирать вещи, ведь скоро вернётся с занятий Вика, а женщина уже по ней соскучилась.
Открыв входную дверь, она столкнулась с девочкой, что лишь отдалённо напоминала её «цветочек». Только волосы короче, сложена она более тоще и рост поменьше.
– Добрый вечер, Алина.
Карие глаза той пробежались по соседке с неким страхом и неловкостью.
– Здравствуйте.
Руки Лебедевой стали быстрее перебирать ключи, а Элле стало сложнее сдерживать смех.
– Как погода? Не потеплело?
– Спросите об этом у Вики, она как раз скоро вернётся, – нашлась та и быстро закрыла за собой только что открывшуюся дверь.
Элла покачала головой и грустно улыбнулась. Алина из тех людей, которые напоминали, почему она так сильно любит Вику. Сперва в глазах Цветаевой она видела раздражение, нежелание с кем-либо общаться, но никогда за всё время их знакомства в ней не было отвращения к ней. А Вика не была похожа на человека, что была бы не честна с собой и окружающими.
Вскоре женщина увидела ту, о которой думала последние минуты. Девушка зашла быстрым шагом во двор, никого и ничего не замечая. Всё в её осанке, походке и выражении лица говорила о том, что девушка очень сильно недовольна.
Элле не нравилось, что Вика мало рассказывает о своём репетиторе, но тому причину она прекрасно знала. Женщина бы не упустила возможности постоянно спрашивать о том, как продвигаются её «занятия» с молодым и привлекательным парнем.
– Ну и выражение лица, кактус.
– Элла, сегодня был ужасный, самый ужасный день!
– Неужели сегодня в своей сумке ты нашла уже не растопленный шоколад, а дружба между тобой и Графом оказалась вовсе не дружбой?
– Элла! Твои шутки не уместны.
Щёки розовые, руки бледные, а в глазах самый настоящий огонь. Вику действительно было не узнать.
– Расскажешь мне обо всём в парке? Я хочу погулять.
– Я голодная.
– А Виктор тебя не покормил?
Красноречивый взгляд Цветаевой – и вновь смех Эллы.
– Я думала, раз в прошлый раз чай, то в этот…
– Пожалуйста, давай о чём угодно, но только не о Викторе и истории.
Взяв за ручки коляску, девушка направилась в сторону парка. Ничего, если она не поест еще пару часов, зато она побудет либо в тишине, либо с человеком, который очень приятен ей и с которым она чувствует себя в безопасности.
Жёлтые листья стали хрустеть под ногами, солнце всё больше приближалось к горизонту, и когда они обе добрались до набережной, то застали закат. Вика привезла Эллу на мост, откуда открывался вид на некоторую часть города, и главное, на большое оранжевое светило, которое дарило последние лучи для этого дня.
Оперевшись на перила, Вика смотрела на небо или же на воду. Людей было мало, у единиц оставались силы прийти в парк после работы. Вика прекрасно знала, что и сама бы упускала такую красоту, не будь Эллы в её жизни.
Женщина с нежностью смотрела на девушку в пальто, на то, как съехал берет на её голове, как от локонов, что она седлала девочке сегодня утром, уже практически ничего не осталось. Элла не видела жизни без Вики, и, задумавшись над этим, почувствовала, как в уголках глаз появляются слёзы.
– Не молчи Вика. Мне же так мало осталось слышать твой голос.
Девушка повернулась к соседке и теперь смотрела не на небо, а на человека, который был теплее самого солнца, красивее, чем небо и приятнее, чем вода.
– Я буду тебе звонить, и ты можешь приезжать ко мне в гости.
– Это не то, – взгляд Эллы куда-то ушёл, и девушка это заметила.
Вика знала, что на душе Эллы в последнее время что-то не то, но как бы близки они не были, Цветаева знала, что есть вещи, которые ей никогда не понять в силу возраста.
– Я думаю о звёздах.
– Но сейчас не ночь, – удивилась женщина.
– Нет, я думаю не только о тех, что появляются на небе, когда начинает темнеть, но и о людях, которые выступают на сценах, снимаются для фильмов и сериалов. Я вдруг задумалась, что они своим творчеством оставят какой-то след для нас: музыка будет играть в наушниках и из колонок даже когда их исполнители умрут, фильмы мы тоже будем пересматривать, перелистывать обложки журналов, глядя на моделей. Раньше я считала всё это таким несерьёзным, а сейчас поняла, почему таких людей называют «звёздами». И теперь мне кажется, что они светят намного ярче и для нас важнее, чем те космические объекты, которые некоторые пересчитывают ночью.
– Мне приятно слышать такие вещи от девочки, что раньше из-подо лба смотрела на этот мир и ничего не хотела принимать.
Вика почувствовала, как её ладонь обхватили пальцы Эллы.
– Но никогда не умоляй свою профессию, цветочек. Каждый в этом мире оставляет след, все могут стать звёздами, и правда, в отличие от космических тел, наши способны принести большую пользу этой планете точно.
И они обе посмотрели на небо, в котором стали вырисовываться звёзды. Но глядя на них, Вика думала лишь об одной, и не той, что сейчас горит на небе.
Виктор не нарочно влез в её голову и сейчас сидел там и заставлял думать о том, что Вика не такая уж и бессердечная. Её щеки всё еще горели, когда пальцами репетитор слегка коснулся кожи её лица, вставляя ей в ухо наушник.
«– Я подберу песни, которые помогут тебе забыть о грозе, – улыбнувшись, сказал он, когда они во время очередного занятия прервались на чай …»
Действительно, больше никаких неловких ситуаций не происходило, больше не было того, чтобы Вика чувствовала ужасный стыд или неловкость, всё стало еще хуже.
Теперь девушка чувствовала волнение в груди каждый раз, когда репетитор приближался к ней слишком близко, или когда их взгляды пересекались, или когда они просто были в одной комнате. Даже просто думая о нём, сердце начинало биться в совсем другом ритме, словно оно уже забыло, что принадлежит девушке, которая меньше всего хочет отвлекаться на эмоции.
Теперь Вика считала врагом собственное сердце.
Элла и Вика еще немного решили задержаться в парке. Но теперь обе были в своих мыслях, и больше соседка не доставала свою маленькую подругу, которая полностью ушла в воспоминания.
А Вика все еще помнила кухню, где они сидели за столом друг напротив друга, как он вдруг потянулся к ней и, глядя ей в глаза, убрав за ухо волосы, вставил наушник, как тихо заиграла приятная мелодия, сменяющаяся на еще более приятный женский голос.
Весь мир погас, остался лишь один огонь, который разгорелся внутри девушки, которая не могла оторвать взгляд от лица Виктора.
– Теперь ты можешь не бояться грозы, – сказал тогда репетитор.
«Конечно, ведь теперь в жизни появился человек, который приковывает к себе внимание всяко больше любой непогоды…»
За окном блеснула молния, а Цветаева этого даже не увидела. Она закрыла глаза и стала наслаждаться тем, что сейчас происходит в её голове. Решение отвлечься на собственные ощущения в то время, когда нужно было старательно работать, уже не казалось таким неправильным.
И даже прикрыв веки, в глазах всё еще было его лицо.
– Элла, ты обидишься, если я скажу, что нашла еще одного человека, с которым мне почему-то спокойно и комфортно?
– Нет, я буду счастлива это услышать. Ведь если этот человек моложе меня, у тебя с ним будет больше времени насаждаться этим чувством, ты лучше меня знаешь, что люди не вечные.
– Я отлично знаю и то, что несмотря на возраст с нами может случится всё, что угодно, а возможно это «что угодно» отнимет нашу жизнь.
– Тоже верно. Я предлагаю направиться домой, не хочу, чтобы мой цветочек усох раньше времени. И да, не подскажешь, этот человек случайно не твой новый репетитор? – тихий смех Эллы и её вновь вернувшееся хорошее настроение заставило улыбнуться и Вику.
– Случайно не подскажу…
Когда наступила глубокая ночь, девушка всё еще не спала, хоть и лежала давно под одеялом, и нервничать не было повода. Всё равно руки почему-то были холодными, а мысли никак не могли собраться хотя бы в какую-то цельную кучу.
Взяв со стола плеер, который принадлежал вовсе не ей, пальцы сами включили нужную песню.
«Break the cage» группы «No sense».
Виктор перелистывал много песен, практически ни одну Вика не дослушала до конца, но когда до ушей добрался вкрадчивый голос солистки этой поп-рок группы, её рука коснулась плеера и забрала его из рук репетитора. На маленьком экране чёрного айпода высветилось название, которое девушка стала тихо читать на ломанном английском.
Так она раскрыла еще одну вещь репетитору – свою нелюбовь к английскому языку.
– Я плохо понимаю иностранные и мне трудно произносить слова, – сказала она вполне спокойно, несмотря на тихие смешки парня напротив. – Даже в школе это большая проблема для меня.
Выражение лица парня изменилось, даже улыбка с губ пропала, и он тихо извинился.
– Это группа из Австралии, они поют в стиле поп-рок и сформировались совсем недавно. А песня, что тебе понравилась – их первый сингл, который возглавил их альбом с таким же названием, как у песни. И у тебя есть кое-что общее с солисткой этой группы…
Сперва Виктор замялся, словно сказал что-то лишнее, но когда тёмные глаза продолжили на него выпытывающе смотреть, он тихо произнёс:
– Её отец погиб в авиакатастрофе. И первый альбом она посвящает ему, хотя многие журналисты думали, что певец, которого так восхваляет солистка в своих песнях – это её парень. А эта песня… Она о том, как долго девушка строила свою клетку из печали из-за погибшего отца, как считала, что правильно не иметь право наслаждаться жизнью, когда кто-то из твоих близких умер. А после она поняла, что это не так и призывает всех сломать подобные клетки, которые люди выстраивают сами. Тебе еще может понравиться их песни из этого же альбома «Взываю к звёздам» и «Молитва потерянного ангела». Дай мне пару минут, я удалю здесь свои песни и отдам тебе плеер.
– Но мне не нужен он, и это дорога вещь.
– Это всего лишь вещь, Вика, – улыбнулся парень. – Которая помогает тебе забыть об одной фобии и к тому же, приносит удовольствие. И у меня есть такой же.
Парень достал из кармана штанов точно такой же iPod только голубого цвета.
– О, или тебе больше этот нравится? Тут песни одинаковые загружены, так что…Да, этот подойдёт тебе больше.
– Он новый, – упрекнула Виктора девушка.
– Я хотел цвет на белый сменить, но доставщики что-то перепутали – и решил уже не отказываться. Работают они одинаково, только я сейчас подчищу музыку, а то придётся тебе наслаждаться очень гремучей смесью жанров.
Вика выхватила из мужских пальцев плеер и забрала себе.
– Я всё равно в поисках своих вкусов, пусть будут.
Так девушка и обзавелась тем, что сейчас сжимала в своих руках, дела громче то, что заставляло её окунаться в воспоминания. И из-за этой маленькой бессонницы она открыло в музыке много удивительных вещей.
Стоило ей услышать какую-то приятную мелодию, в памяти сразу всплывали воспоминания, про которые, казалось, она уже забыла. Чем тише играет музыка, тем спокойней на душе, а чем громче, тем сильнее ты забываешь про те же воспоминания и, хочешь не хочешь, вникаешь в суть песни. А еще каждая песня может ассоциироваться со своим моментом, и «Сломай клетку» заставляла вспоминать то, как девушка избавилась рядом с Виктором сразу от двух страхов: совершенно забыла про грозу и стерпела его прикосновение.
Только лёгкое касание к щеке мужскими пальцами показалось не только терпимым, но и самым приятным прикосновением, которые вытолкнуло из пьедестала то, как он прикоснулся к её плечам и шее в клубе, накидывая свой пиджак. Избавившись от гаптофобии[1], она приобрела манию. Манию прикосновений собственного репетитора.
[1] Гаптофобия – редкая специфическая фобия, навязчивый страх, боязнь прикосновения окружающих людей.
Глава 16
Заметив где-то в толпе еще с утра свою подругу, Вика стала пробиваться сквозь, казалось, бесконечность учеников.
Светлые волосы Нюши, которые та всегда заплетала в какую-нибудь причёску, были отличным ориентиром.
– Настя, постой минуту! Привет.
– Привет, Вика.
Они обе направились в кабинет биологии, где Вика достанет и будет тайком почитывать учебник по истории новейшего времени, а Нюша заснёт на последней парте.
– У тебя бессонница?
Ответ был очевиден, даже тональный крем перестал справляться с синяками под глазами Нюши. Она слегка качнула головой и улыбнулась.
«Вот, что бывает, когда влюбляешься в людей с такой разницей в возрасте, дура!» – напомнила себе Цветаева и вскоре вновь собралась с мыслями.
– Мне нужна твоя помощь, но если у тебя на работе плотный график…
– Сегодня я свободна, ты хотела куда-то сходить?
В ответ Вика достала ярко жёлтый блокнот и показала его Нюше. Именно в этот блокнот она и записала названия тем, по которым нужно было написать сочинение по Второй мировой войне.
– Понимаешь, мой прадедушка воевал под командованием Жукова на Днепре, и мне есть о чём рассказать, но я не могу так красиво писать, как ты. Я была бы благодарна, если бы ты проверила или подправила текст, который я тебе напишу.
– Конечно, без проблем! Так ты читаешь мои фанфики?
– Скрипач Джо, – раскрыла свой псевдоним на фикбуе девушка.
– Ничего себе!
– Только не говори Яне, она меня же закопает, выпытывая, чем еще таким увлекаюсь, и не нравится ли мне яой?
– А тебе нравится? – глаза Нюши стали очень большими, словно она и правда поверила в услышанное.
– Нет, конечно!
– Ура, планета всё ещё на своём месте. Но у меня другая идея. Я не люблю редактировать, так что ты можешь после школы пойти ко мне домой, рассказать всё о своём прадедушке, я напишу тебе отличное сочинение и тадам! Ты будешь блистать на сцене с призом. Кстати, каков он?
– Я не знаю. Мне вчера репетитор просто предложил, передал от классного руководителя, потому что тот забыл сообщить об этом после уроков.
Нюша как-то заговорщицки улыбнулась и пихнула подругу локтём вбок.
– И как тебе твой молоденький репетитор? Я так мало стала у вас спрашивать обо всём в последнее время, прости.
– Нюша, ты работаешь уже, я отлично знаю, что тебе вообще не до дружбы. И есть же еще кое-что…Правильнее сказать кое-кто… Люк, он не звонил тебе или не писал?
И вновь в ответ самая добрая улыбка на свете, а в глаза тень от огонька, что раньше сиял в глазах Нюши, заставляя Вику раздражаться от настолько счастливого взгляда. Но теперь девушка себя втайне ненавидела за это раздражение, ведь будь её воля, она бы сама достала того парня, из-за которого не спит теперь Нюша, а всё свободное время старается забить хоть чем-то, только бы лишний раз не окунуться в воспоминания.
Вика понимала, что её легко могла ждать та же участь. Решись она поддаться чувствам к Виктору, все будет так же как у Нюши с Люком – никакого будущего, лишь разбитое сердце у одного и скорее всего слегка завышенное самомнение у второго. А дай шанс она Никите, то выльется лишь в нечто похожее – отношения не будут вечными, скоро они разъедутся и это будет любовь на расстоянии, а этот вариант тоже подразумевал страдания.
– Я бы никогда не решилась на такую любовь… – вдруг задумчиво вслух вынесла вердикт Цветаева.
– Если бы это было так просто, то в этом мире бы не существовало разбитых сердец. Но нет, Вика, рано или поздно появляется тот человек, который с твоего же позволения забирает твоё сердце, и ты ничего с этим сделать не можешь. Он его будет бережно хранить – ты будешь счастлива, его будут кромсать, рвать на части, резать – ты будешь смотреть и молчать, потому что всё, понимаешь, оно уже больше не у тебя. Ты не властна над ним. Вот такие аксиомы мы должны учить в школе, а не тригонометрию, потому что математика мало кому после школы пригодится, а вот руководство по сохранению собственного сердца никому бы не помешало.
Вика смотрела на свою подругу и словно чувствовала всю боль, что передавали её слова, всё то, что сейчас внутри семнадцатилетней школьницы. Это был тот редки случай, когда она была полностью согласна со словами своей слишком романтичной и слегка инфантильной подруги. Цветаева обняла её, так крепко, как позволяли того слабые мышцы рук, потому что с физкультурой девушка тоже особо не ладила.
Нюша не сопротивлялась, она никогда не была против объятий, но сейчас они были нужны не только ей. Вика тоже нуждалась в поддержке, потому что понимала, что, скорее всего, скоро и у неё не будет выхода.
– Я искренне надеюсь, что Люк любит тебя, Нюша. Люди не целуют без любви, это было бы кощунством. Что-то точно он испытывает к тебе, и провалиться мне на олимпиаде, если это не так.
– Лучше забери слова обратно, Вика, вселенная тоже имеет уши. И со мной ничего такого страшного не произойдёт, если мне вновь разобьют сердце, а у тебя на кону будущее. Выбирая между чувствами и учёбой, думай о сестре, которая ждёт твоего возвращения.
– Спасибо… – прошептала тихо Вика до того, как прозвенел звонок на урок.
Девушки зашли самые последние в класс, и обе сели за заднюю парту, потому что именно на этот день выпала лабораторная работа.
– Я всё сама сделаю, спи, – сказала Вика, забирая тетрадь своей временной соседки.
– Да ладно, вдвоём быстрее справимся, беру на себя заполнение тетрадей.
Взяв две ручки в руки и открыв тетради, Нюша стала писать одновременно.
– Иногда мне жутко от того, что ты амбидекстр.
– Да ладно, у каждого свои таланты… – привычно пожала плечами та и в который раз за утро зевнула.
– Не вижу в себе ничего особенного кроме памяти. Но и то, из-за неё в моей голове слишком много мусора.
– Ты недооцениваешь себя, в тебе есть отличный талант – убивать одним взглядом. Мне кажется, если бы люди умели стрелять глазами, твои бы были пулемётом или базукой.
– Настя, что за бред ты несёшь…
– Этоооо утрооо, – протянула девушка и упала лицом на парту.
Подсчитывая на черновиках некоторые задачи, Вика на мгновение отвлеклась на другую подругу, более разговорчивую, весёлую и энергичную.
Но, казалось, что Нюша ошиблась, с этой планетой было что-то явно не то, потому что на лабораторных, когда каждый сам выбирал себе соседа по парте, Яна не села со своим парнем. Вот уж кто казался эталоном школьных отношений, так это парочка из рыжеволосой Ниловой и голубоглазого разбойника с банданой Саши.
Но сейчас оба сидели на разных рядах и даже повернулись спинами друг к другу. Вика не показывала, что на самом деле Нилова не так уж сильно её раздражает, а скорее наоборот, девушка испытывает к ней тёплые чувства, чуть меньше, чем к Нюше или Элле, но Яна тоже была дорогим человеком для Вики, именно поэтому внутри Цветаевой наросло любопытство и беспокойство.
Когда настало время самого большого перерыва и все одинадцатиклассники направились в столовую, Вика затерялась среди толпы, отстав от Нюши, к которой сразу же прилипла Яна. Практически ничто в однокласснице не говорило, что между самой милой парой школы что-то произошло, а Нюша была слишком уставшая и морально измотанная, чтобы заметить лишь самые незначительные изменения в поведении: смех чуть чаще и громче чем обычно, шуточки еще глупее, но самое главное было то, что парень Ниловой был в совершенно другой части коридора, что случалось лишь в исключительных случаях.
Саша так и не пошёл в столовую, он, периодически доставая и вновь пряча в карманы брюк телефон, смотрел на то, как передвигается огромный поток школьников к столовой. Вика заметила, как слегка дрогнули мужские брови, стоило ему понять, что Цветаева идёт к нему.
– Привет. Разве ты не голоден?
Вика встала точно так же, как и одноклассник: они оба подпирали стенку спиной, глядя на носки собственных ботинок.
– Привет. Не очень. Тебе что-то нужно от меня? Так просто Вика Цветаева к кому-то не подходит.
– Угадал. Я заметила, что в нашем классе похолодало и стало слишком тихо.
– А я тут при чём?
Вика поймала взгляд одноклассника и улыбнулась настолько дружелюбно, насколько её учила Элла.
– Ты большой пакостник, Саша. Признавайся, что с Ниловой нашей сделал?
– Так ты заметила, – неуверенно произнёс тот, и стал трясти ногой. – Это наше с ней дело.
– Знаю, я и не особо стремлюсь в это влезать. Но Яна мне дорогой человек, и я хочу, чтобы она по-прежнему много болтала и раздражала меня, слишком много смеялась, глупо шутила и поднимала мне этим настроение. А еще я хочу видеть хотя бы одну пару, чтобы верить, что школьная любовь существует. И я прошу тебя лишь позаботиться об этом.
– Слушай, Вика, если так хочешь посмотреть на школьные пары, прекрати динамить Никиту.
Вика видела, что задела одноклассника, и ей стало тяжелее. Она совершенно не знала, что говорить, а интуиции она не доверяла, да и та молчала.
– Речь о тебе и Яне, Саша. И кстати о Никите, он слишком много болтает и всегда не по делу, в отличие от Яны, которая хотя бы самочувствием твоим беспокоится. Меньше бы ты слушал не тех людей.
– И кого же мне слушать? Тебя?
– По крайней мере, я знаю, что обычное «прости» решает очень много разногласий.
Почувствовав лёгкое раздражение и придя к мысли, что зря всё это она затеяла, Вика поняла, что пора уходить. Она успела сделать ровно три шага, до того, как Саша вновь заговорил:
– Я извинялся, но она не хочет меня слушать. Вас, девчонки трудно понять, а у меня нет даже сестры, чтобы спросить совета.
– В чём проблема спросить у другой девчонки?
Саша неуверенно пожал плечами.
– Из моих знакомых я близко более-менее общаюсь с Нюшей, но она сама не своя, а с остальными из-за Яны не хотелось. Может она не скажет, но я знаю, какая она ревнивая и собственница по натуре. А еще, если она и в правду обижается, то нужно сделать что-то из разряда невозможного, чтобы она простила.
Почувствовав, что всё-таки можно в этом мире спасти хотя бы одну пару, Вика решила остаться и поговорить с одноклассником.
– Так что же случилось? Я иногда плохо её понимаю, а по сравнению с тобой, и вовсе не знаю, но, возможно, совместными усилиями что-то получится.
– Я забыл про наше свидание в прошлую пятницу. Сам позвал пройтись по городу в дождь под дождевиками, обещал их принести, а вместо этого поехал на выходные с родителями и их знакомыми на дачу в бане париться и отдыхать с некоторыми своими ровесниками.
– И я бы обиделась, – честно ответила Вика.
– Дело еще в том, что она после этого заболела, и все выходные провалялась с температурой, а я даже не знал об этом. Ни позвонил, ни спросил, я так давно не виделся с друзьями теми…
– Это тебя не оправдывает.
– Знаю, но и ты лучше не делаешь.
– Сперва я должна понять ситуацию. Есть еще что-то?
Судя, по виноватому взгляду, это «что-то» однозначно было.
– Только не говори, что вы там решили сыграть в бутылочку – и ты поцеловал другую девушку.
Чёрные брови парня нахмурились.
– Фу, зачем мне целовать кого-то, если у меня Яна есть… – парень грустно вздохнул и добавил: – была.
– Не ставь крест на всём из-за этого, рассказывай мне всё, но честно.
– Хорошо, так вот. После моего возвращения, я, конечно же, приехал сразу к ней домой, но меня не впустила её мама, тогда я по дереву взобрался в её комнату на второй этаж, но на меня налетели с кулаками и с хриплыми криками. Тогда она мне и рассказала, как ждала меня несколько часов, звонила, а мне связь отключили из-за неуплаты, а потом и её телефон сел. А она, оказывается, даже зонтик не взяла и попала под дождь, пока возвращалась домой. И я солгал ей, что меня напрягли родители, но я забыл, что вы, девчонки, за нами в социальных вечно следите, а там кто-то фото выставил с нашей домашней вечеринки. Тогда она и сказала, что она разочаровалась во мне, впрочем, как и я в себе.
Вика еще несколько минут молчала. Она многое хотела прокомментировать, начиная с того, что ложь никогда не доводит до добра, заканчивая криками о том, какой же он всё-таки безмозглый.
– Она нам даже ничего об этом не сказала, – Вика почувствовала себя виноватой, что не смогла поддержать подругу в такие трудные выходные. – Даже не намекнула, что болеет. И я как-то не сразу поняла, почему в нашей беседе не было на выходных её глупых шуточек или постов про аниме.
– И как, есть идеи? – с искренней надеждой спросил парень.
– Есть лишь мысль, что ты идиот, Саша. Но ты это и без меня прекрасно знаешь. А идея с кигуруми покемона, букетом и похищением с урока больше не пойдёт?
– И ты знаешь эту историю?! – казалось, что парень покраснел.
– Проще спросить, кто её не знает. И что же тогда, ты её день рождения забыл?
– Хуже… С нашей датой не поздравил. Тогда ели спасся, и, кажется, всё это время ходил по лезвию ножа и вот сорвался.
– Да, очевидно одно – обычным «извини» тут ты не отделаешься. Но я подумаю над этим и возможно, что-нибудь придумаю. Но я не обещааааа… – девушку крепко обняли – и она ничего не успела договорить.
– Спасибо, спасибо, я, правда, буду благодарен. Я себе всю голову сломал.
– Подумать только, вы даже оба меня обнимаете без предупреждения. Вы точно созданы друг для друга…
Сашу насторожил тон, с которым это сказала Цветаева, а та, поправив блузку, направилась в столовую с мыслью, что понятия не имеет, как помочь этим двоим, но сделать это очень хотелось. И именно сейчас она была благодарна тому, что её окружают подруги, которые точно в этом отлично разбираются.