![](/files/books/160/oblozhka-knigi-istoriya-lyubov-i-shokolad-si-355852.jpg)
Текст книги "История, любовь и шоколад (СИ)"
Автор книги: Катя Корж
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 24 страниц)
– И то, что в нём твоя сестра двоюродная начинающая звезда, да, знаю.
– Она недавно провалила конкурс, потому что у неё не было поддержки.
– Как жаль, в скобочках, нет. Ты должна радоваться, она же…
– Недавно мы нашли с ней общий язык, и оказалось, что она такой же обиженный ребёнок со своими травмами, как и я, но причиной её стала не автокатастрофа, а Вика Цветаева.
Виктор заинтересованно и вновь удивлённо посмотрел девушке в глаза. Но из его головы не выходило сказанное девушкой слово – ребёнок.
«Вот кем она себя считает?..»
– Есть какая-то возможность помочь ей продвинуться? Может, кто-то из твоих знакомых звезда тик-тока?
– Это подростковая платформа, там больше решают зрители.
– Я тоже так думала, но в тик-ток хаусе, который проводил отбор, оказалась знакомая победительницы. Это совпадение мне не нравится.
– Ты просишь у меня помощи, как у звезды?
– Если это возможно.
Виктор усмехнулся и подсел еще ближе к девушке, положив ладонь ей на щёку. Его лицо стало медленно приближаться к Вике, не разрывая зрительного контакта. Он видел, как пересохшие от лёгкого волнения губы приоткрылись, как стали медленно расширятся зрачки, как венка на шее стала чаще пульсировать, а щёки покрывать лёгкий румянец.
– За такую услугу и оплата соответствующая, Виктория, вы в курсе?
Остановившись всего в паре сантиметров от девушки, парень показал язык и слегка отстранился. Но в последний момент ему не дали сделать это руки девушки, которые обхватили его за шею и приблизили лицо еще ближе, чтобы их губы слились в поцелуе. Виктор моментально ответил, сперва машинально, а после дал волю рукам, которые оказались у девушки на затылке и спине.
Вика слегка приподнялась и села на ноги Виктора, чувствуя, как её волосы рассыпались сбоку, скрывая их лица от окна. Словно они их скрыли от всего мира, что затеяла маленькая девчонка.
– Вика… – прошептал парень в губы девушки, которая продолжала целовать парня, удерживая его за шею.
Её пальцы чувствовали, как двигался кадык на шее, чувствовала, как внизу живота и в груди что-то начинает теплеть, а сердце то замедляется, то начинает биться с такой силой, что вытесняет своими ударами все мысли, оставляя только одно желание.
Виктор переместил руки ниже, губами стал целовать женский подбородок, нежную кожу на шее, которая пахла шоколадными конфетами с алкоголем.
Девушка от этих поцелуев стала сжимать между пальцев густые волосы, чувствуя, как что-то вот-вот вырвется из груди.
И собственный стон, который она так и не сдержала, и странное ощущение чего-то твёрдого под собой, чего явно раньше не было, заставило прийти в чувства.
Она мгновенно встала с колен и посмотрела на приходящего в себя Виктора.
– Не дразни меня больше, – теперь она показала язык, уходя на кухню…
Глава 36
Выключенный телефон Вики так и лежал на столе, пока она с репетитором что-то тихо обсуждала, держась за руки. Теперь она видела во взгляде Виктора огонёк, которого однозначно не было при их встрече днём.
Стоило ей сесть на диван, как парень сплёл их пальцы и больше не отпускал. Он что-то рассказывал про своего друга из Австралии, новые треки, которые так и не выпустил, гневные отзывы про свой последний трек.
Когда речь зашла про последнее, Вика словила на себе взгляд репетитора.
– Ты мне снилась перед тем, как я его написал.
– Правда? – Вика была удивлена.
Парень в ответ кивнул.
– Ты была уже взрослой и отдала мне виниловый диск с собой на обложке.
– Вот почему фото со мной стало обложкой для трека… – догадалась девушка.
– Нет, Вика. Не по этому, ты отлично знаешь причину.
Цветаева легко дернулась и зависла от удивления на месте, а после горько улыбнулась.
– Значит, всё-таки признание на весь мир? Лучше бы это сказал мне лично.
– Пусть весь мир знает, что ты у меня есть.
– Но что, если меня вычислят, найдут. Фанаты есть больные на голову.
– Я обо всём позабочусь, не переживай, – Виктор стал играться с тонкими женскими пальчиками.
За окном постепенно начало темнеть. Вика взяла в руки телефон, чтобы проверить время, но поняла, что выключила его. Ей не хотелось, чтобы её отвлекали от проведенных с Виктором часов… Одних из лучших в её жизни.
Но спустя пару минут девушка поймёт, что в этом мире всё равновесно. Жизнь не может приносить одни сюрпризы, постоянно дарить моменты счастья. За белой полосой обязательно следует чёрная, и выдержит ей Вика или нет, покажет только время…
Вика сильно ударила рукой по входной двери районной больницы, но боль в ладони её совсем не беспокоила. В голове всё еще кружились слова Алины, которая дозвонилась девушке только с десятого раза.
«Почему твой телефон был отключён?! Твоя подруга, чокну… соседка наша…Её увезли на скорой, что-то с сердцем…»
Вика чувствовала, что не стоило оставлять соседку одну, особенно после звонка её дочери. Но уже было поздно Цветаевой о чём-то сожалеть, предчувствия никогда не были веской причиной для неё.
Открыв еще одну дверь, девушка оказалась в приёмном покое, где на неё уставилось множество пар глаз. Все видели запыхавшуюся, с растрёпанными морозом и ледяным ветром волосами, красными щеками и тяжёлым дыханием девушку, что лихорадочно кого-то искала.
Элла оказалась в операционной в качестве экстренного пациента, которому нужно было срочно восстановить кровоток к сердцу. Врач, который согласился помочь маленькой девочке найтись в больнице, стал простым языком рассказывать, что ожидало Эллу. Но Вика ничего не понимала всё равно. Она снова и снова просила всё повторить, потому что информация пролетала мимо неё. Руки тряслись, глаза были на мокром месте, а сердце так сильно стучало, что отдавало свой ритм в голову, заглушая голос врача.
Вскоре в её руках оказался холодный стакан с водой. Но и он не помог. Вика продолжала умолять врачей помочь её подруге, сделать всё, чтобы Элла осталась жива.
Больше всего Вику раздражало, что время идёт слишком медленно. Минуты превратились в часы, словно сама вселенная хотела, чтобы девушка еще больше страдала.
«Пожалуйста, не забирай и её…»
Вика шептала это тихо, игнорируя влагу на щеках. Ей было абсолютно плевать, что о ней подумают, все мысли были заняты подругой. Она просчитывала снова и снова варианты, что делать при любом исходе, стараясь игнорировать самый плохой.
Операция закончилась спустя несколько часов, когда Вика, облокотившись головой о холодную стену, не слыша слова санитарок поднять ноги или покинуть больницу.
– Время приёма давно закончилось, кто её сюда впустил? – шептался медицинский персонал, поглядывая на бледную и почти что безжизненную девчонку.
– Кто сюда впустил её?! – начал громко возмущаться кто-то в хирургическом костюме.
Это был мужчина, который шёл вслед за каталкой, на которой была Элла.
– Элла! – вскрикнула Вика и попыталась подбежать.
– Срочно, выгоните её отсюда, – вновь потребовал мужчина и перед носом Вики закрыл дверь палаты.
– Впустите меня, я её друг!
– Девушка, вам надо уйти…
– Но Элла.
– С вашей… – медсёстры странно переглянулись. – С вашей подругой всё будет в порядке.
Вика стала плакать. Она не верила словам медсестёр, которые ни в чём не разбирались.
– Вы говорите не правду! Почему вы меня не пускаете?!
– Время посещения давно закончилось, пожалуйста, покиньте больницу!
Девушку крепко схватили за предплечья и стали тянуть по коридору.
– Элла!
Вика чувствовала, как всё тело трясёт. Она только сейчас поняла, что может потерять её, лучшую подругу. Ту, что с искренней любовью всегда смотрела на неё, по-доброму шутила и не раз намекала, что не всё так гладко с её здоровьем, как кажется.
– Прости меня, – шептала себе под нос девушка сквозь слёзы.
Её тело обмякло, больше она не сопротивлялась. Её привели к выходу, а после оставили, где она упала на колени на холодном полу. Она ничего не чувствовала.
Часами ранее она простилась с Виктором, который долго смотрел ей в глаза, а после сообщил, что это была их последняя встреча.
«– Я буду скучать по тому, что сегодня было.
– По чём именно, – улыбнулась Вика и стала расстёгивать ремень безопасности.
– Иди сюда, мелочь, – мужская рука притянула девушку к своей груди, прижимая сильнее и вдыхая запах её волос. – Хреновый из меня вышел репетитор.
Девушка отстранилась и посмотрела в тёмные глаза, которые не сможет видеть еще очень-очень долго.
– Ты научил меня гораздо большему, чем обычный репетитор, Виктор. Я научилась думать, а не заучивать, узнала, что такое музыка, какими приятными могут быть прикосновения. Моя гаптафобия не прошла, как твоя, но теперь мне будет легче. Теперь я знаю, что в моей жизни появился еще один человек, которого я могу обнимать с удовольствием. И еще… Кое-чему.
На этом девушка замолчала, чувствовала, как тепло внутри начинает обжигать под мужским взглядом. Сейчас она чувствовала себя маленькой девочкой, а не уверенной в себе Викой Цветаевой.
– Обещай постараться на олимпиаде, я буду за тебя болеть.
На щеку девушки легла тёплая ладонь, которая заставила посмотреть Вику в мужские глаза.
– И ты постарайся, может когда-нибудь, я и стану твоей фанаткой.
– Только этого мне не хватало, – улыбнулся Виктор и отвернулся от девушки.
Цветаева поняла, что прощального поцелуя, которого она с волнением в груди ждала, не последует.
– До встречи, Виктор, – сказала она на прощание и поняла, что пора выходить.
– До встречи, Вика.
Девушка выскочила из машины, чувствуя, как внутри всё горит. Но только когда она наконец-то перезвонила Алине, то узнала, что есть вещи страшнее, чем проститься с человеком, которого, казалось, что любишь сильнее всего на свете.»
– Девочка, ты кто? – кто-то навис над плачущей Викой, которая смотрела на собственные колени, но ничего при этом не видела из-за пелены слёз.
Сильные руки в момент поставили её на ноги и стали придерживать.
– Ох, Сергей Дмитриевич, простите, не можем спровадить. Устроила истерику, пока пациентку оперировали, кричит, что она её лучшая подруга.
Сероглазый мужчина оглядел с ног до головы старшеклассницу с заплаканными глазами и приподнял её подбородок, заставив посмотреть на него.
– Слезами делу не поможешь. Иди домой и отдохни, а завтра с утра можешь приходить, я договорюсь, чтобы тебя пустили к твоей подруге пораньше, хорошо?
Вика слабо кивнула.
– А теперь вызовите этой девушке такси, а то она дальше собственного носа сейчас вряд ли что увидит.
Незнакомец посадил Вику на ближайшую скамейку, а после стал о чём-то разговаривать с подбежавшим медицинским персоналом. Его слов Вика не слышала, она слабо видела, благодаря кому вскоре села в такси, которое довезло её домой. Сил не было никаких, внутри девушки, словно всё исчезло, оставив после себя только ужасную боль.
Глава 37
Две ступеньки. Дверь. Ещё пять ступенек.
В нос ударил знакомый запах корицы и ванили. Это были его остатки, которые напоминали девушке о соседке, что всегда наполняла дом ароматом свежей выпечки или специй. Ноги Вики подкашивались, хотя ей было только шестнадцать. Она опёрлась рукой о стену с облупленной жёлтой покраской.
Типичный подъезд старого дома, в котором она стала жить совсем недавно. Только была особенность – в доме было всего две квартиры. И хоть числилась она жительницей первой, её пальцы стали дёргать тяжёлую ручку второй. Дважды…Трижды… А в ответ только тишина. Словно должно было произойти какое-то чудо. Что вдруг случилось с Викой Цветаевой? С чего ей вдруг надеяться на что-то такое?!
Она закусила губу и упала коленями на холодную плитку, как в больнице. Собственное здоровье теперь совсем не волновало. По ногам гулял холод, руки всё еще покалывало от мороза, а глаза щипало из-за слёз. Вика не верила в совпадения, она руководствовалась чистой логикой. Расчёт и правда были её лучшими друзьями, а еще Элла. Женщина, обычная соседка, с которой свели её обстоятельства, с которой она и разговаривать сперва не хотела, а теперь она плачет, потому что единственный родной, пусть и не по крови, человек в этом городе сейчас на грани жизни и смерти.
Девушка была бессильна. Караулить возле палаты ей не позволил медицинский персонал. Возможно, ей бы дали остаться в больнице, если бы не её истерика, которая собрала слишком большую публику. Вспоминая прошлый час, девушка не верила, что это была она.
Кто же знал, что именно за эти несколько месяцев Вика узнает, что никакие знания не помогут победить коррупцию, возраст всегда возьмёт своё, а одна маленькая и невинная ложь может разрушить даже самые искренние чувства и желания?
Глядя в одну точку, девушка представляла, как Элла возится с выпечкой, запах, что так и не выветрился из подъезда, заставлял мозг показывать девушке новые и новые эпизоды из возможного прошлого. Элла ждала Вику после свидания, чтобы расспросить, как всё прошло и кто же это всё-таки был. А после вспомнила насмешливый взгляд, в котором читалось, что женщина давно всё знает. И даже пусть не одобряет, но ничего плохого не скажет, потому что её шестнадцатилетний цветочек улыбался и был явно счастлив.
По щекам потекли новые слёзы, Вика чувствовала, какие они горячие, но их тепла было недостаточно, чтобы согреть хотя бы малую часть тела девушки. Но ей было всё равно. Трясти перестало, внутренние переживания тоже куда-то пропали. Она сидела на холодном полу, прислонившись к такой же по температуре стене, как тряпочная кукла. Безжизненная и практически никому не нужная.
Дверь первой квартиры открылась, Цветаева не видела, кто вышел оттуда. Она знала, что даже если Лебедевы и увидят её такой, им будет всё равно. Всё сочувствие было бы наигранным, любые слова сказаны сквозь зубы с огромным нежеланием с ней вообще разговаривать.
– Вика!
Голос Алины отразился эхом от холодных стен.
Её руки подняли кузину, заставляя перебирать ноги до входа в квартиру.
– Ты ненормальная сидеть там?! Ты вся холодная!
Девушку завели в маленькую комнату, которую вновь освещали одни лампы.
Алина посадила Вику на кровать и начала копаться в собственному шкафу. Вскоре она нашла одеяло с подогревом, которое потребовала от родителей купить еще прошлой осенью, потому что не собиралась мириться с ужасным холодом в межотопительный сезон.
– Который раз убеждаюсь, какая ты чокнутая.
Укутав Вику, Алина включила провод в розетку и обняла девушку.
– Всё с ней будет в порядке, слышишь. Не убивайся так. Элла здоровая, как конь…
– Будь это так, сейчас бы она не была в больнице.
– Ты тоже никогда не болела, хвасталась своим иммунитетом, мне напомнить, что случилось с тобой этой осенью? У всех людей внезапно может что-то случится со здоровьем, это просто надо пролечить, подождать, а не хоронить себя под тоннами переживаний. Ну, ты блин…
Алина положила голову на плечо девушки, чувствовала, как стало греться одеяло. Несмотря на то, что Вике было плохо, Алина почувствовала себя нужной, и это доставляло где-то глубоко в груди радость.
– Мне уже жарко, – возразила Цветаева через некоторое время и постаралась скинуть с себя одеяло.
– Даже не смей. Если ты заболеешь, не сможешь пойти завтра в больницу и проваляешься с температурой. Хочешь новый год в постели встретить?
– С каких пор ты такая заботливая? – равнодушно спросила девушка.
– Просто я у тебя в долгу. Ты тоже не оставила меня, когда мне было плохо.
Больше они ни о чём не говори до самого возвращения родителей. Вика выдохнула, когда открылась входная дверь, значит, дядя и тётя не видели, в каком она была состоянии.
Алину мозг Цветаевой перестал воспринимать за угрозу, этой догадке девушка усмехнулась.
– Так, а теперь тебе пора к себе, потому что сейчас зайдёт маман – и к нам будут вопросы, – прошептала Алина и открыла дверь. – Я приду к тебе ночью, не засыпай.
– Спасибо, – прошептала Вика в ответ, глядя в карие глаза.
Маленькая Лебедева почувствовала, как под разноцветной водолазкой сильнее забилось сердце. Она никогда не чувствовала любви к Цветаевой, как ей казалось, но сейчас странно ощущение заставило усомниться в этом Алину. Ей вновь и вновь захотелось обнимать угрюмую и поникшую колючку, которая именовалась Викой Цветаевой. Теперь Алина дала себе установку больше не призирать Нилову за то, что она постоянно пытается повиснуть на шее подруги.
Ночью Алина действительно зашла в комнату Вики, но девушка уже спала, и когда Лебедева легла на подушку рядом с ней, то поняла, что та мокрая от слёз. Алина сама не заметила, как глаза сомкнулись, и она направилась в царство Морфея вслед за сестрой.
Вика шла по больничным коридорам и старалась игнорировать косые взгляды в свою сторону. Ей и правда было всё равно, руки её сжимали букет синих гиацинтов, которые она всё-таки нашла посреди зимы в их маленьком городе.
До Эллы без приключений девушка не дошла, она наткнулась на мужчину, который почему-то показался ей смутно знакомым.
– О, привет, малышня, – тяжёлая рука взъерошила её волосы, заставив опешить от шока.
Спазма в животе и тошноты не последовало, и с удивлением она подняла глаза на взрослого мужчину.
– Вы кто?
– У современного поколения никакой благодарности, – вздохнул мужчина и улыбнулся. – Тот, кто помог твоей подруге. Ты к Элеоноре Андреевне?
В ответ ему коротко и с подозрением кивнули.
– Она в 308, я перевёл её в платное отделение и уже всё оплатил. Пусть твоя подруга не беспокоится по этому поводу.
– Элла не тот человек, который беспокоится по поводу денег. Этого не нужно было, но спасибо, – вновь кивнув, девушка обошла огромного мужчину в костюме с халатом поверх него и направилась к нужной палате.
– Вы очень похожи, ты точно не её родственница? – еще успел спросить Сергей Дмитриевич.
– Точно.
Элла уже не спала. Она лежала на приподнятой в изголовье кровати и листала книжку. Тошнота и волнение накатили на Цветаеву, стоило ей увидеть капельницу. Но все чувства быстро сменило удивление, когда на прикроватном столике она заметила букет роз.
– Элла! – Вика бросилась с объятиями на подругу. – Я люблю тебя! Я никогда тебе этого не говорила, но я так тебя люблю. Больше никогда, слышишь, никогда не бросай меня!
Женщина прижала к себе девушку, которая впервые так яро проявила при ней свои эмоции.
– Всё хорошо, цветочек. Я в порядке, только не обнимай так крепко, я всё-таки после операции.
– Что с тобой было.
– Что было, того больше не будет. Это не важно. Мне уже передали, что ты тут устроила истерику, – женщина гладила по волосам девушку, которая смотрела на неё с сияющими от счастья глазами. – Я должна бы тебя отругать, но мне очень приятно, что ты так обо мне переживала.
– Ты же моя лучшая подруга, как я могла не переживать, Элла?!
Девушка вновь обняла женщину, а после лезла с кровати и придвинула к ней стул.
– А теперь скажи мне, пожалуйста, кого ты тут уже успела одурить? – взгляд тёмных глаз коснулся роз, и на губах женщины скользнула короткая улыбка.
– Да ненормальный тут один ходит, жить спокойной старой тётке не даёт…
– А это случайно не огромный как шкаф обладатель бездонно серых глаз?
– Он про меня уже что-то спрашивал у тебя? – пошептала Элла, словно боялась, что её услышат.
Вика улыбнулась. Её соседка и лучшая подруга в одном лице была в полном порядке. Даже будучи на грани смерти ей удавалось кривить губы глядя на мужчин, которые не дарят ей синие гиацинты и не достают звёзд с неба.
– Нет, но это он организовал. Ты хотя бы спасибо ему сказала?
– Этот странный типчик мне действует на нервы. Каждые пять минут заходит, спрашивает, всё ли у меня…
Договорить Элла не смогла, дверь в палату открылась – и на её пороге показался обсуждаемый мужчина.
– Решил занести ваш…чек об оплате.
– Я говорила, что этого не стоило делать? Я единственная пациентка этой больницы?
Вика не узнала голос Эллы, слишком надменным и холодным он был.
– Вы всем так помогаете?
– За редким исключением, – нашёлся Сергей Дмитриевич и очаровательно улыбнулся.
Цветаева чувствовала себя пустым местом в этой комнате. Несмотря на то, что сидела она практически рядом с Эллой, для этого мужчины её просто не существовало.
– Выздоравливаете скорее. С такой поддержкой и лекарства не нужны.
– И опека тоже, – Элла усмехнулась и повернулась к Вике, взяв её за руку.
Мужчина вышел из палаты, а Вика стукнула книгой, которую только достала из сумки, подругу по голове.
– Тебя вежливости не учили, Элла?! Где твоя благодарность?
– Да на кой чёрт она ему сдалась, и я тоже? И розы эти… Пусть заберет этот веник с собой. Ой, а что это ты такое мне принесла?..
Женщина заинтересованно уставилась на обложку книги, которую Цветаева не спешила отдавать.
– О, это Шарлотта Бронте? А что за она?
– Не отдам, пока не извинишься перед этим мужчиной.
– Ай, не маленький, поймёт, что не на что тут обижаться. Дай, цветочек…
– Элла, ты как маленькая, честное слово.
Элла стала перелистывать странички одной из своих любимых писательниц. Где-то выскакивали закладки, и женщина, поправив их, продолжала просматривать жадно книгу, словно не она перечитывала Шерли больше десятка раз.
– Я буду приходить каждый день, не против?
Женщина отложила книгу и с улыбкой посмотрела на ту, что неотрывно рассматривала свою подругу.
– Конечно, против, цветочек. Не нужно, у тебя каникулы, развлекайся, отдыхай. Лучше расскажи, как всё прошло с твоим красавчиком? – улыбка на лице женщины стала шире, а вот Вика слегка погрустнела.
– Он уехал.
– Зачем? – искренне удивилась Элла.
– За шкафом. Извини, но я не могу рассказать, это не моя тайна.
– А надолго?
В ответ девушка кивнула и нашла своей ладонью руку Эллы и сжала её.
– Мы должны подождать.
– Цветочек, теперь я точно передумала умирать. Как я отправлюсь на тот свет, пока ты никого себе не нашла?!
Женщина снова получила по голове, и еще раз для профилактики. Теперь, когда Элла говорила какие-то странные вещи, Вика больше не чувствовала раздражение. Она была готова слышать это каждый день, пусть только человек, которого она, как оказалось, так сильно любит, никогда её не оставляет одну в этом мире.
– Элла, я тебя так люблю, – прошептала вновь Вика, когда обнимала на прощание подругу.
– Я тоже тебя люблю, цветочек, – прошептала на ухо женщина и отстранилась. – Но не приходи завтра, лучше погуляй с Яной и Нюшей.
– Я уже говорила, это не обсуждается.
– Так, цветочек, дай мне личную жизнь устроить, авось с этим Дмитрием Сергеевичем что-то и сложится.
– Сергеем Дмитриевичем.
– Да, точно, – усмехнулась Элла, давая знать, что ей всё равно как зовут одного из партнёра фонда медицинского страхования города. – И занесло же его сюда ветром каким-то такого важного человека…
– Ага, любви.
– Фу, цветочек, что ты такое говоришь?
– Это не я уже насобирала досье на этого человека?
– Думаешь, он про меня ничего не насбирал? Ха! Врага надо знать в лицо.
– Вы как маленькие дети… Ладно, не скучайте тут, – Вика даже подмигнула, когда закрывала дверь, понимая, что ком страха наконец-то стал уменьшаться.
Теперь её не тошнило, она видела, что происходит вокруг неё. Её мозг больше не был сосредоточен только на одной цели. Больше в коридоре она не видела того, кто явно остался без ума от странной пациентки, которую уже стал обсуждать медицинский персонал.
– Ты и здесь своими шуточками всех достала… – прошептала Вика и вновь улыбнулась.
Теперь она верила, что всё может наладится…