![](/files/books/160/oblozhka-knigi-istoriya-lyubov-i-shokolad-si-355852.jpg)
Текст книги "История, любовь и шоколад (СИ)"
Автор книги: Катя Корж
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 24 страниц)
– Так что?
– Просто показалось, что увидел знакомую… – парень взглянул поверх женщины, в поисках её попутчицы.
– Раз так долго за нами ходишь, значит, не показалось, – как-то хитро улыбнулась она, и улыбка стала еще шире, когда она взглянула на пакет. – Присоединишься к нам?
Представив реакцию на его появление Вики, парень улыбнулся и помотал головой.
– Откажусь. Думаю, мне пора.
– Как хочешь, – она пожала равнодушно плечами, утратив к собеседнику мгновенно интерес и поехала к следующему отделу, где Вика внимательно разглядывала книги.
– Скукотень… Поехали отсюда.
– Мне эта скукотень жизнь изменит, – парировала Вика и взяла сборник тестов повышенной сложности по истории с полки.
Парень еще некоторое время решил понаблюдать за этими двоими, чувствуя, что женщина в кресле не скажет своей попутчице о нём.
– Зачем тратить деньги на это? Может, всё-таки лучше на платье?
– На кой оно мне? – устало вздохнула Вика и взяла книгу.
– Ну, привлечёшь богатенького мальчика, который будет за тебя это покупать, – женщина отобрала книгу из рук Вики и направилась к кассе.
– Эй, Элла!
Прошло времени меньше чеса того, сколько он за ней наблюдал. Но на её лице отразилось очень много эмоций, словно не она по ошибке отправила ему сообщение о том, как она в глубине души страдает.
Понаблюдав еще мгновение, пока зелёные глаза женщины вновь его не заприметили, Виктор направился к машине.
Глава 22
В понедельник Саша и Яна вновь вошли в школу вместе, держась за руки, только на лице парня была медицинская маска, которую он не собирался снимать еще очень долго. В газете так не появилась статья о случившемся в кинотеатре, но об этом рассказали в местных новостях, и еще очень долго парень на переменах не выходил на коридоры.
Вику это забавляло, Яна не видела ничего смешного в романтичном поступке парня, а Нюша витала в своих тучных мыслях. В любом случае, для Цветаевой жизнь вновь приняла привычный ход событий, но судьба решили так долго девушку этим не баловать. Это она уже поняла в автобусе, который вёз её в школу. Только на утро понедельника Вика вспомнила, что сестра ей так и не перезвонила, и даже не ответила. Она вновь решила набрать ей сообщение, и заметила, что вместо «Ди» произошла автозамена на «Ви», и сообщение пришло совсем не тому человеку.
– Нет…Нет, нет, нет!
Перепроверив в десятый раз номер того самого «Ви», девушка тихо выругалась и чуть не пропустила свою остановку.
Возле школы образовалось немало народу, в котором девушка не горела желанием затеряться. Она вытянула наушник из уха и стала смотреть на здание, где отучилась практически первую четверть. Школьный этап олимпиады должен был состояться в конце октября, когда оценки за четверть будут выставлены, дневники подписаны классным руководителем, а на рабочем столе Вики должны были лежать два билета на самолёт. Но последнего в этом году не произойдет, и, вспомнив про это, она так и зависла на крыльце школы.
– Дурацкая осень выходит какая-то, не думаешь? – вздохнула Нюша рядом с подругой.
– Это точно.
Они обе коротко улыбнулись и вошли в здание. И правда, всю дорогу по пути в школу Вика думала, какими сумбурными были последние недели.
Отсидев шесть уроков как на иголках, она сразу же запрыгнула в автобус, который привезёт её до конечной станции и после она встретится с человеком, которому она теперь будет стесняться посмотреть глаза. Слишком личное сообщение прочитал малознакомый ей парень.
А девушке только стало казаться, что общение с Виктором проходило всё легче. По крайней мере, Вику больше не напрягали какие-то казусы, что постоянно сперва с ней случались при нём. Но в последнее время при каждой встрече девушка чувствовала нечто странно в животе, особенно это усиливалось, если Виктор садился слишком близко к ней и что-то говорил, и на несколько мгновений ей удавалось посмотреть на его профиль.
Внимательный, сосредоточенный, очерченные слегка пухлые губы, прямой нос и длинные ресницы. Какие-то неестественные длинные клыки и ровная улыбка.
Идя к дому молодого репетитора и сегодня, Вика вновь почувствовала странное чувство нервозности в области живота, теперь подкреплённое очередным неудачным стечением обстоятельств.
– Привет, – довольно тепло улыбнулся Виктор ей на пороге дома, хоть и коротко.
– Привет, – тише ответила Вика, всё еще отрицающая где-то глубоко в душе обращение на «ты».
Она склонилась к Графу и стала чесать его за ухом, при этом стараясь незаметно понаблюдать за репетитором, который вёл себя вполне естественно.
– Я уже чай приготовил.
– Спасибо, – вновь тихо ответила она и прошла на кухню под внимательным взглядом тёмных глаз.
Её плечи и голова слегка опустились, когда она взяла чашку. Сердце стало биться слишком быстро, а одна рука была не в состоянии спокойно держать чашку, из-за чего Вике пришлось обхватить её двумя ладонями.
– Ты ведешь себя как нашкодивший кот.
– Так оно и есть. Я отравила сообщение не тому человеку и чувствую смесь злости и неловкости.
Вика набралась смелости оторвать взгляд от чашки и посмотреть на собеседника, который что-то строчил в телефоне.
– С неловкостью всё понятно, потому что сообщение было слишком личным, и его прочитал тот, кому оно не предназначалось. Виктор, тебе не интересно, почему я чувствую злость?
Он откинул телефон и посмотрел на пару тёмных глаз, что буквально источали гнетущее чувство злости.
– Грех упустить минуту твоего откровения.
– Ты залез в мой телефон без моего разрешения.
– Странно, что ты раньше не заметила. Я же там столько крутых селфи оставил. Ты что, не знаешь все эти дружеские штучки?
– Что?! – злость с лица Вики слетела, теперь в душе одно недоумение.
Она сразу же разблокировала телефон и зашла в галерею, чтобы понять, как быстро её обвели вокруг пальца.
– Ха-ха, шутка.
Виктор вновь издевался над ней, и Вика чувствовала, как желание убить человека перестаёт казаться таким уж абсурдным, если рядом с тобой тот, кто постоянно бесит.
Виктор взял чашку и поднёс её к губам и продолжал с ухмылкой смотреть на ту, что резко подняла телефон и сфотографировала его.
– Теперь не такая уж и шутка.
Вика стала улыбаться, когда лицо человека напротив стало вмиг злым и обеспокоенным одновременно.
– Ты бы не сделал фотографии на мой телефон, боясь быть разоблачённым. И если ты хочешь считаться моим другом, то у тебя с этим большие проблемы. Друзья не врут, а ты это делал даже в первый день знакомства. Твоя маска, – она закрыла половину лица на недоумевающий взгляд.
– Ты не болел, ты боялся, что я узнаю твоё лицо.
– А ты его уже узнала?
Голос стал совершенно другим, серьёзным, соответствующий возрасту Виктора. И услышав его девушка вдруг осознала, что не почувствовала радости, что наконец человек перед ней перестал дурачиться.
И эта мысль так её испугала, что злость и самоуверенность сразу же слетели с её лица, и она тихо произнесла:
– Нет. Мне этого не нужно.
– Тогда удали фото, сейчас же. При мне.
Она положила телефон на стол и снова зашла в галерею, где последним фото был он. И увидев снимок на мгновение перед удалением, живот вновь странно скрутило.
– Тебе помочь?
– Нет. – Нажав на «удалить», Вика заглянула в чёрные глаза.
– Прости.
– Тесты через телефон сможешь выучить некоторые? Я нашёл несколько книг, сейчас буду перекидывать и объяснять…
Парень сразу же перешёл на объяснение материала, и они направились в его комнату, где уже на полу лежал Граф.
Перекачав учебники, девушка стала решать тесты вместе с репетитором, который рассказывал некоторые моменты из того, что Вика забыла. Они перекинулись короткими фразами насчёт приближающегося школьного этапа, который Вику волновал меньше всего.
– Хочешь, здесь задание порешаешь?
– Это будет не честно.
– Не честности далеко не уедешь, Вика. Тебе еще предстоит столкнуться с суровой реальностью.
– Я с ней уже столкнулась, Виктор. Можешь не переживать.
– Точно, – вдруг не вовремя вспомнил он про сообщение, и, взглянув в мужское лицо, Вика поняла, о чём подумал репетитор. – Я подумал это тебе написать еще в субботу, но лучше скажу вживую. Если тебе нужно с кем-то поговорить насчёт происходящего, ты можешь рассчитывать на мою пару ушей. Я хранить секреты умею.
Глядя в тёмные глаза, Вика чувствовала, как во рту всё пересохло. Уверенность быстро слетала, когда Виктор смотрел на неё так. Что-то в этом взгляде было особенным, не жалость, но и не любовь. Скорее добрые мотивы, словно, Виктор и правда считал Вику своим другом.
– Спасибо, буду знать.
По голосу парень понял, что откровений от Цветаевой не жди.
Больше за занятие они не отвлекались, никаких подколок со стороны молодого репетитора, и никаких недовольных и хмурых взглядов от Цветаевой. И возвращаясь домой, Вика вдруг поняла, что это было их единственное такое тихое и серьёзное занятие, которое ей, как оказалось, глубоко в душе совсем не понравилось.
Глава 23
Яна: Каникулы! Каникулы! Каникулы!
Вика: сколько еще раз это напечатаешь?
Яна: хоть миллион раз. Идём гулять!
Вика: репетитор.
Нюша: заказы. Сегодня точно никак.
Пока Нилова печатала очередное сообщение наполненное смайликами и эмодзи, Вика скинула одеяло и встала с кровати. Живот пронзила боль, и из-неожиданности девушка сразу упала в мягкую и еще тёплую постель.
Яна: вы что, совсем сдурели?! Давайте хотя бы раз нормально соберемся…
Вика: по статистике, каждая наша встреча заканчивалась чем-то ненормальным.
Нюша: Вика +
Яна: ну вас! Вам повезло, что у меня есть Саньчоус.
Вика вздохнула. И правда, повезло. Вспомнив, как Яна страдала на ровне с Нюшей, вздрогнула. На секунду забыла о боли в животе и вновь попробовала встать.
На телефон пришло какое-то уведомление, на которое уже девушка не обратила внимание. Её слегка подташнивало, и первым делом она решила зайти на кухню.
За столом сидела одна Алина, которая допивала обычную воду с лимоном. В утро понедельника только девочки могли отдыхать, в то время как тётя с дядей уже давно ушли на работу.
– Ёу, а ты чего такая зелёная?
Вика прошлась взглядом по той, что практически впервые нормально заговорила с ней с той самой ссоры. Предыдущая попытка была после того, как Лебедева обнаружила у себя букет сухоцветов на столе, но Цветаева демонстративно захлопнула перед носом кузины дверь, как только увидела, кто за ней.
– Если бы я и подарила тебе цветы, то это были бы две гвоздики. На твоей могиле. – Сказала она тогда уже через дверь.
– Ну да, на опыте дамочка, – в ответ подколола её Алина и так же громко захлопнула дверь, но уже в свою комнату.
Обе девушки были вне себя от ярости, и спокойно обсудить всё между собой больше никто не пытался.
– Мимикрирую под ближних.
– Ха-ха-ха, не забудь показать, в какую сторону смеяться.
– Лучший ответ для тех, кто не знает простейших биологических терминов, – парировала Вика и села за стол. – Тебе бы не в тик-токе на каникулах сидеть, а книжки почитать. Может, что полезное найдёшь.
– Лучше тебе найти тоналку получше, или очки, потому что эта болотного цвета тебе явно не к лицу.
– Хорошо, что её купила ты, а не я, – Цветаева быстро подмигнула той, что сразу же перешла на повышенные тона, когда Вика решила уйти из кухни, решив, что обезболивающее она легко и в комнате выпьет.
– Ты опять взяла мою косметику?!
Собрав постель, Вика вновь зашла в сеть. Нюша настрочила лишь пару сообщений на бесчисленное множество обид Яны. Но телефон резко выскользнул из рук, когда на него пришло сообщение от другого человека.
Ви: Начнём в 12. Работой твоей я недоволен.
На часах было практически одиннадцать. Вика сразу же стала причёсываться и приводить себя в порядок.
К Элле девушка успела лишь на десять минут, за которые женщина всё-таки умудрилась сделать красивые стрелки и подкрасить губы девушке.
– И зачем мне это только?… – стала возмущаться она, когда стала застёгивать длинные сапожки.
– Парень не сможет тебя ругать слишком сильно, если увидит тебя такой. И у тебя точно ничего не болит?
– Точно, – в который раз успокоила она Эллу, которая с порога заметила слишком бледный цвет кожи у подруги.
Запрыгнув в автобус, Вика закрыла глаза и стала вспоминать всю олимпиаду и продумывать задания. Школьный этап был слишком лёгким, не многим сложнее обычной самостоятельной. Где она только могла допустить ошибку?
«Апошні прыпынак. Аўтобус далей не ідзе, калі ласка, пакіньце транспарт!»
Цветаева открыла глаза, в которые сразу же попал солнечный свет. Осенние каникулы начались с отличной погоды, несмотря на холод, который становился больше и неприятней.
Укутавшись в пальто, девушка поспешила к одному из домов. Вскоре её встретил лай Графа, который сразу же превратился в поскуливание, пока автоматическая калитка не открылась и девушке не кинулись на шею, чтобы облизать всё лицо.
– Граф, ты же пальто испачкаешь!
Несмотря на изобилие слюней, девушка смеялась и улыбалась.
– Скоро я начну ревновать. Не уверен, что он скучает по мне так же.
Виктор стоял в одних домашних чёрных штанах. Девушка совсем забыла про грязные лапы, которые могли испачкать светлое пальто, глядя на полоску чёрных волос, что шла вдоль прямой линии живота, очерчивающей кубики. Слегка вспотевшую грудь и руки, на которых еще выпирали вены от нагрузки.
– Зайди в дом, Виктор, заболеешь.
Она скинула с себя огромные чёрные лапы и дала знак Графу, чтобы тот следовал за ними.
– У меня крепкий иммунитет, можешь не переживать, – он хотел погладить девушку по голове, совсем как маленькую девочку.
Но его рука не успела дотянуться до головы Вики, девушка ловко увернулась и сняла с себя пальто, а после презрительно посмотрела на своего репетитора.
– Как раз переживать стоит, но не за иммунитет, а за твоё психическое здоровье. Ты пытаешься красоваться перед шестнадцатилетней, в курсе?
В женских глазах не было ни капли смеха, одна серьёзность, которая Виктора иногда раздражала. Только он начинал считать её кем-то немного ближе, чем просто знакомая, как Цветаева напоминала, какой на самом деле несносной может быть.
– Я не красуюсь, – довольно несдержанно произнёс он, и Вика уловила эту злость.
– А как же, – и последовала улыбка. Мягкая и тёплая, заставившая злость испариться.
Парень так и стоял, пока Вика стала вешать пальто на крючок. Но её живот вновь схватило, и одной рукой она уперлась о стенку, стараясь вновь начать дышать.
– Ты в порядке?
– Не очень, поэтому я хочу быстрее позаниматься. Давай сегодня без чая.
Вика подняла свой рюкзачок с пола и направилась в комнату вместе с собакой.
Виктор последовал за ней, так и не сумев сказать, что у девушки очень красивая улыбка.
– Ты сказал, что недоволен моей работой, и я всю дорогу думала над этим, может ты про второе задание, где я…
Тетрадки были разложены, книги открыты, а маленький блокнот, в котором Виктор что-то изредка записывал для песен, Вика закрыла и аккуратно положила на кровать парня. Её взгляд успел зацепить лишь за пару бессвязных слов, но мозг требовал узнать больше.
«Любопытство – плохая штука» – корила она себя мысленно и старалась сосредоточиться на другом.
Когда она села за кресло, живот стал болеть еще больше. Сжав карандаш, Вика стала просматривать листик с работой, что лёг перед ней.
– У тебя работа написана хорошо, нет ошибок, но что это?
Палец указал на точки в углу листика. Именно там девушка стучала ручкой, думая над последним заданием, единственным, что заставило её немного поразмыслить за весь школьный этап.
– Это просто ручка, я думала…
– Нет, Вика, это не просто ручка. Увидят на дальнейших этапах, тебя дисквалифицируют. Любой символ, любая помарка, даже мельчайшая погрешность может стоить тебе победы.
Лицо парня было серьёзным, он смотрел в глаза девушки и вполне спокойно стал объяснять, почему слегка злился.
– Работы шифруют, якобы для того, чтобы комиссия не смогла протянуть своих. Поэтому некоторые ставят специальные знаки: где-то гласную слишком большую напишут, где-то слова поменяют местами, везде есть свои люди. Твоя же задача написать работу полностью идеально, не столько по заданиям, сколько по оформлению. Даже если протянут своих, а количество мест, ты знаешь, ограничено, мы легко можем подать на апелляцию. Мой дед, кхм…Твой учитель истории легко сможет постоять за твою работу, если ты всё правильно решишь и сдашь чистый лист.
– Я не знала, спасибо, что предупредил.
Девушка еще сильнее сжала карандаш, но на этот раз от злости на саму себя. Любая мелочь – и её мечта может не сбыться. Она не знает, как проведет осенние и зимние каникулы в этом городе, но она и думать не хочет, что будет, если у неё не получится поступить в университет.
– Я верю в тебя, Вика. Ты умная и способная, но ты бываешь неосторожной и валишься на мелочах. Не зацикливайся на своей цели, не думай, что будет в случае проигрыша. Просто используй свои мозги, время в любом случае всё расставит по своим местам.
– Время ничего не сделает, если не прикладывать усилий.
– Как знать? Может, это не твоя дорога, и со временем ты это поймёшь.
– Не сравнивай нас, – Вика покачала головой. – Думаю, сейчас во мне ты много видишь себя в прошлом, но меня никто не заставляет делать всё это, я просто иду к своей мечте. Ты тоже к ней пришёл, пусть и чуть по другому, но не думаю, что тебе просто помогло время. Усилий ты тоже приложил не мало, верно?
– Верно, – парень улыбнулся.
Они одновременно поняли, что отлично понимают друг друга, прочитали это в глазах друг друга, встретившись взглядом. Но ничего не сказали, потому что всё было ясно без слов.
– Тогда сейчас решишь мне кое-что, – на стол легли новые распечатки, от которых еще пахло краской.
– Ты сделал их сам?
– Нужно было клопов в домашнем принтере погонять, не парься. К тому же, раз ты постоянно пишешь конспекты, тебе легче воспринимать всё с бумаги. Эти задания я нашёл из учебников по олимпиадам начала нулевых. Тогда задания были сложнее, справишься с ними – легко пройдёшь следующий этап.
– Спасибо, но мне неудобно. Ты не берешь деньги, может, тогда я за бумагу хотя бы заплачу?
– Прекрати, Вика. Я придумаю, как ты со мной расплатишься, когда всё будет позади.
– Это прозвучало как-то жутковато и… Двусмысленно.
– Что? Я по-твоему похож на педофила? – искреннее удивление Виктора заставило девушку улыбнуться.
– Это не я без кофты перед вами хожу.
– Да вот же чёрт! – парень вспомнил только сейчас, что до сих пор ничего не надел. – Так, малявка, пиши тест пока, а я чай пошёл делать, и без возражений.
Когда Виктор ушёл, Вика выдохнула и положила руку на живот. Обезболивающее перестало действовать, а он так и не прошёл, казалось, что еще сильнее болеть стал. Цветаева уже была не в состоянии игнорировать боль, когда Виктор вновь вернулся в комнату и поставил перед ней чашку ромашкового чая.
В нос ударил запах, вызывая тошноту. Игнорируя и её, Вика пыталась нацарапать хоть слово.
Парень же смотрел в окно, наслаждаясь ароматным кипятком, пока взгляд случайно не коснулся капель пота у виска девушки.
– Вика, у тебя что-то болит?
Ручка в пальцах девушки треснула.
– Да, – тихо прошептала она. – Живот.
– Почему ты сразу не сказала? – парень резко встал из-за стола. – Насколько сильно? Встать можешь? Ты пила обезболивающее? Так, забудь первый вопрос, глупый…
– Вить, успокойся, – вновь прошептала девушка и подняла на него слегка румяное лицо, – я просто отдохну немного и пойду домой.
– Не пойдёшь, пока я не буду уверен, что боль прошла. Сейчас я посмотрю что-нибудь в аптечке. Ложись пока на кровать.
Взяв девушку за ладонь и приобняв за талию, он помог Вике встать из-за стола.
– Ай!!!
Ноги девушки подкосились из-за резкой боли – и она упала на пол. Короткий, громкий и внезапный вскрик очень не понравился парню. Подхватив девушку на руки, он уложил её на кровать сам.
– Вика, где болит?
Девушка слабо слышала из-за ужасной боли. Всё тело как будто парализовало, и не столько из-за боли, сколько из-за страха. Ей еще никогда не было так плохо.
– Вика, ты слышишь меня, где болит?
Девушка положила ладонь на нижний правый бок.
– У тебя сейчас месячные?
А вот это Цветаева расслышала отлично, из-за чего широко распахнутыми глазами посмотрела на молодого репетитора, и уже во взгляде он прочитал, что о нём думают.
– Это серьёзно, Вика. Отвечай на вопросы.
– Да, – едва слышно произнесла она, – но мне никогда не было так больно…
Она повернулась на бок и согнулась, сжимая рука в кулаках до побеления костяшек.
Вика закрыла глаза, и вместо чёрного фона всё было красным и пульсирующим, тошнота так и не проходила, конечности стали мёрзнуть, а живот стал болеть еще сильнее. Где-то не периферии сознания она слышала, как молодой репетитор звонит в скорую, а уши её стали краснеть, когда парень стал описывать её состояние. Пусть он и действовал методично, хотя сперва и растерялся, всё равно девушка чувствовала стыд.
Её левую ладонь разжали чьи-то пальцы, и вскоре меж её фаланг оказались и другие, больше и теплее.
– Сжимай мою руку, Вика, будет легче. И старайся не терять сознание, – мужской голос казался таким убаюкивающим и приятным, что девушка чуть не заснула, несмотря на боль. Хотя она понимала, что скорее теряла сознание, нежели засыпала. Но когда другой рукой парень стал убирать волосы с её лица, касаясь случайно кожи шеи и уха, заправляя за него пряди, в ней проснулось достаточно сил, чтобы вновь открыть глаза.
Мужское лицо находилось слишком близко. Виктор сидел на коленях перед кроватью, на которой лежала девушка, и всё еще сжимал её руку. Слух стал постепенно возвращаться, и Вика услышала, как парень поддерживает её и успокаивает.
– Спа…сибо, – прошептала она пересохшими губами.
Взгляд тёмных глаз переместился на них, и из-за того, что он смотрел на их слишком долго, девушка закусила нижнюю губу. Боль от укуса слегка отвлекла от более серьёзной проблемы, из-за которой она и пошевелиться не могла.
– Я принесу попить, – Виктор стал распутывать пальцы, но девушка схватилась за его ладонь второй рукой.
– Не уходи, мне страшно.
– Не бойся, всё будет в порядке, вот увидишь. Ты сильная, – парень накрыл второй рукой ладони Вики и стал согревать их дыханием.
Девушка все силы прикладывала, чтобы не закрыть глаза. Она чувствовала, как ей это нравится, как долго она ждала прикосновений именно от этого человека, какое горячее у него дыхание и какие приятные и тёплые у него ладони.
Скорая приехала, когда Вика уже решила, что сможет жить с этой болью, только бы это продолжалось чуть дольше. Ей даже стало стыдно немного от таких мыслей, но все задние мысли прошли, когда её стал осматривать доктор и надавливать на живот.
Вика вскрикнула еще раз и еще, и Виктор чувствовал, как всё внутри сжимается от её голоса, пока стоял в другом углу комнаты и ждал, что скажет врач.
Мужчина стал что-то быстро оформлять, пока девушку начали выносить из дома.
– Подозрение на аппендицит, – вынес наконец-то мужчина лет сорока свой вердикт. – Так как ей уже есть шестнадцать, она может поехать сама.
– Нет, я еду с ней, – возразил парень и стал одеваться.