Текст книги "Демон для неудачницы (СИ)"

Автор книги: Кати Владмар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 27

Старый дуб на перекрестке выглядел точно так же, как и всегда – могучий ствол, раскидистая крона, под которой даже в солнечный день царил полумрак. Только теперь, с моим новым зрением, я видела, как по его коре струятся древние руны, почти истершиеся от времени.

Арчибальд уже ждал, сидя на нижней ветке. В сумерках его глаза светились странным, звездным светом.

– Ты опоздала, – он спрыгнул вниз с неожиданной грацией. – Осталось меньше двух часов до заката.

– Я нашла это, – я приоткрыла сумку, показывая кинжал. – В шкатулке Элеоноры.

Кот застыл, глядя на тёмное лезвие. Что-то промелькнуло в его взгляде – узнавание? тревога?

– Теневая сталь, – пробормотал он. – Я думал, все артефакты из неё были уничтожены.

– Ты знал о нём?

– Я много чего знаю, – он отвел взгляд. – И о многом жалею. Но сейчас не время для старых тайн. Портал ждёт.

Я хотела спросить еще что-то, но в этот момент кинжал в сумке словно ожил – от него начало исходить тепло, почти жар.

– Они чувствуют близость храма, – пояснил Арчибальд, заметив моё удивление. – И печати. Все эти вещи связаны древней магией.

– А ты? Что чувствуешь ты?

Он помедлил, прежде чем ответить.

– Я чувствую, что грядет что-то неотвратимое. Что-то, чего не смог предотвратить много лет назад. Но может быть… может быть, на этот раз всё будет иначе.

Прежде чем я успела спросить, что он имеет в виду, кот шагнул к стволу дуба. Под его лапами древние руны вспыхнули ярче.

– Встань в центр узора, – скомандовал он. – И что бы ни случилось, не выпускай из рук сумку с кинжалом. Он защитит тебя при переходе.

Я шагнула в круг из светящихся рун. Где-то вдалеке грянул гром – небо затягивали тучи, хотя ещё минуту назад было ясно.

– Шторм приближается, – пробормотал Арчибальд. – Идеальное время для древней магии.

Он коснулся лапой центральной руны, и мир вокруг начал меняться. Воздух сгустился, наполнился электричеством. По спине пробежал холодок – через нашу с Вейроном связь пробилось смутное ощущение тревоги. Он чувствовал, что происходит что-то важное, даже на расстоянии.

– Готова? – спросил Арчибальд.

Я крепче сжала сумку и кивнула. Кинжал внутри пульсировал всё сильнее, словно рвался к чему-то.

Руны вспыхнули ослепительным светом, и мир вокруг растворился в водовороте теней. И снова соткался из теней где-то в подвалах древнего храма. Первое, что я почувствовала – тяжесть. Воздух здесь был густым, словно пропитанным старой магией. Тени вели себя странно – не текли плавно, как обычно, а дрожали, будто от страха.

– Тише, – прошептал Арчибальд, хотя я не произнесла ни звука. – Здесь каждая стена имеет уши.

Мы двигались по узкому коридору, и с каждым шагом я чувствовала, как что-то давит всё сильнее – не физически, а словно само пространство сжималось вокруг нас. Метка на запястье пульсировала в такт невидимому сердцебиению храма.

– Что-то не так, – пробормотал Арчибальд, принюхиваясь. – Здесь должна быть стража, но я не чувствую никого.

Он был прав – для места, где держали пленницу, храм казался подозрительно пустым. Только эхо наших шагов нарушало тишину.

Внезапно где-то наверху раздался грохот – словно от взрыва. По стенам пробежала дрожь, с потолка посыпалась пыль.

– Вейрон начал, – Арчибальд дернул ухом. – Раньше, чем мы договаривались.

– Что-то заставило его изменить план? – я закусила губу, чувствуя, как внутри всё сжимается от беспокойства.

– Или кто-то, – кот остановился перед развилкой. – Он что-то почувствовал. Что-то, что заставило его действовать немедленно.

Новый удар сотряс стены, но на этот раз за ним последовал звук, от которого у меня волосы встали дыбом – низкий, вибрирующий вой, похожий на погребальный плач.

– Нет, – прошептал Арчибальд. – Они не должны были начать так рано…

– Начать что?

– Ритуал, – он развернулся ко мне, и в его глазах плескалась настоящая тревога. – Они начинают ритуал. Но это невозможно, ещё слишком рано, звезды не в той позиции…

Его прервал женский крик, донесшийся откуда-то сверху. Лили.

Я рванулась вперед, но Арчибальд преградил мне путь.

– Стой! Это может быть…

– Ловушка? – раздался знакомый голос из бокового коридора. – О да, именно так.

Я медленно обернулась. В тени арки стояла Селена, но она совсем не походила на мою кузину, которую я знала всю жизнь. Её глаза светились странным, мертвенным светом, а по коже пробегали тёмные линии – похожие на мои, но какие-то… неправильные.

– Знаешь, – Селена медленно шагнула на свет, и темные линии на ее коже стали заметнее, – я так долго ждала этого момента. Годы подготовки, исследований, попыток пробудить в себе силу древней крови. – Она скривилась. – А потом появляешься ты, и всё словно само падает тебе в руки.

В её голосе звучала такая ярость, что я невольно отступила на шаг. Кинжал в сумке жег бедро всё сильнее, словно отзываясь на ее присутствие.

– Где Лили? – я старалась говорить спокойно, хотя внутри всё дрожало.

– О, твоя драгоценная подруга? – Селена растянула губы в улыбке, больше похожей на оскал. – Она играет свою роль. Очень важную роль.

Новый крик эхом прокатился по коридорам храма, и на этот раз за ним последовал низкий гул – словно само здание отзывалось на какой-то древний ритм.

– Что ты с ней сделала? – я шагнула вперед, чувствуя, как тени вокруг сгущаются от моего гнева.

– Я? – Селена рассмеялась, и ее смех прозвучал надтреснуто, почти истерично. – Я просто показала ей правду. О том, какой монстр её лучшая подруга. О том, как ты якшаешься с демонами, используешь запретную магию…

– Лжешь, – прошипел Арчибальд. – Ты отравила её разум древними чарами. Заставила поверить в иллюзию.

– А, говорящий кот, – Селена перевела взгляд на него. – Тот, кто всё это время притворялся обычным фамильяром. Знаешь, а ведь именно ты навел меня на мысль. Я столько лет наблюдала за тобой, пыталась понять, почему ты крутишься рядом с этой бездарностью…

Сверху снова донесся грохот, и на этот раз стены задрожали сильнее. Пыль и каменная крошка посыпались с потолка.

Селена подняла голову.

– Похоже, твой демон-любовник пытается прорваться внутрь. Как это мило. Жаль только, что он опоздал.

– О чем ты говоришь? – что-то в ее тоне заставило меня похолодеть.

– О том, милая кузина, что ритуал уже начался. И когда он завершится… – её глаза вспыхнули неестественным светом, – сила Архонта Бездны наконец окажется в руках того, кто действительно ее достоин.

– Ты ненормальная, – выдохнула я. – Ты не представляешь, с чем играешь.

– Нет! – она почти выкрикнула это. – Это ты не представляешь! Ты получила эту силу просто так, случайно! А я… я годами искала способ пробудить древнюю кровь. Изучала ритуалы, приносила жертвы, впитывала знания Охотников. Я заслужила это!

В этот момент в её голосе прорвалось что-то такое больное, одержимое, что мне стало по-настоящему страшно. Я видела перед собой уже не свою кузину, а кого-то другого – того, кто потерял себя в погоне за силой, о которой ничего не знал.

– Ты ничего не понимаешь в древней силе, – Селена начала медленно обходить нас по кругу, и темные линии на ее коже пульсировали в такт её шагам. – Думаешь, достаточно просто иметь правильную кровь? Нет. Нужно быть готовой на всё. На любые жертвы.

– И поэтому ты решила пожертвовать Лили? – я старалась держать её в поле зрения, чувствуя, как кинжал в сумке становится всё горячее. – Она же ни в чем не виновата!

– Виновата! – Селена почти выплюнула это слово. – Она всегда была рядом с тобой, всегда поддерживала, верила в тебя. А должна была быть со мной! Должна была помогать мне!

Новый удар сотряс стены храма, и на этот раз я почувствовала через нашу связь отголосок боли Вейрона. Он использовал слишком много силы, пытаясь прорваться внутрь.

– О, не волнуйся за своего демона, – Селена словно прочла что-то в моем лице. – Скоро его боль закончится. Когда печать активируется, он станет просто… послушным. Как и должен быть.

– Ты не знаешь, о чем говоришь, – Арчибальд шагнул вперед. – Печать нельзя активировать раньше срока. Звезды должны быть в правильном положении…

– Звезды? – она рассмеялась, и в её смехе звучало что-то похожее на безумие. – О нет, старый интриган. Охотники нашли другой способ. Более… эффективный.

По храму прокатилась новая волна силы, и на этот раз я почувствовала что-то еще – отголосок древней магии, искаженной, извращенной.

– Что вы делаете? – я с ужасом поняла, что тёмные линии на коже Селены становятся всё более похожими на руны, которые я видела на печати в дневнике Элеоноры.

– Создаем новый порядок, – её глаза вспыхнули нездоровым блеском. – Представь: сила Архонта Бездны, подчиненная нашей воле. С такой мощью мы сможем переписать законы магии, создать мир, где древняя кровь снова будет править.

– Ты с ума сошла, – выдохнула я. – Это же…

– Безумие? – она снова рассмеялась. – Знаешь, что безумно? То, как легко тебе всё досталось. Я годами пыталась пробудить в себе эту силу. Проводила ритуалы, читала древние тексты, даже пыталась призвать демона. Но ничего не работало. А потом появляешься ты, случайно проводишь ритуал – и вдруг оказывается, что ты особенная!

В её голосе было столько горечи и зависти, что на мгновение мне стало её жаль. Но только на мгновение – потому что в следующую секунду по храму прокатился новый крик Лили, и на этот раз в нем слышалось что-то ещё, что-то пугающее.

– Время почти пришло, – Селена повернулась в сторону звука. – Скоро твоя подруга исполнит своё предназначение. Её чистая душа, ее добровольная жертва… Знаешь, она действительно верит, что делает это ради тебя? Что ее смерть как-то спасет твою душу от скверны?

– Нет… – я рванулась вперед.

– Куда это ты собралась? – Селена преградила мне путь, растягивая губы в неприятной улыбке. – Тебе еще рано выходить на сцену, кузина. Главное представление только впереди.

– Отойди, Селена, – я крепче сжала сумку с кинжалом. – Ты не понимаешь, во что ввязалась.

– О, это ты не понимаешь, – её глаза вспыхнули нездоровым блеском. – Думаешь, все случившееся простое совпадение? Думаешь, ты особенная? Ты просто пешка в большой шахматной партии! И, как и любая пешка, скоро окажешься за пределами доски.

Не успела я ответить, как воздух вокруг сгустился, и из теней за спиной Селены вырвались странные, угловатые формы. Они двигались рывками, словно сломанные конечности, и устремились ко мне, заостряясь на концах подобно шипам.

Я инстинктивно выставила теневой щит, и темные копья Селены разбились о него, рассыпаясь искрами. Но тут же сформировались снова, атакуя с новой силой.

– Слабачка! – прошипела Селена, направляя новую волну теней. – Твои тени – послушные ручные зверьки. Мои – настоящее оружие!

Я отразила еще один удар, но заметила, как отличаются наши силы. Мои тени были плавными, текучими, словно живая вода. Её – изломанными, угловатыми, неправильными. Как будто она пыталась подражать моей силе, но это давалось ей ценой неимоверных усилий.

Новый крик Лили эхом прокатился по коридорам, и я поняла, что просто теряю время.

– Мы должны прорваться, – прошептал Арчибальд, припадая к полу, готовый к прыжку.

Я кивнула и изменила тактику. Вместо того чтобы защищаться, я позволила своим теням растечься по полу, стенам, потолку – заполняя всё пространство вокруг нас.

– Что ты… – начала Селена, но не успела закончить.

Мои тени взметнулись вверх, оплетая её руки, ноги, туловище – не причиняя вреда, но надежно обездвиживая. Я не хотела ранить свою кузину, какой бы одержимой она ни была.

– Прости, – сказала я, проходя мимо неё. – Но я не могу позволить этому случиться.

– Ты пожалеешь! – закричала она нам вслед. – Ты еще пожалеешь, что выбрала его сторону!

Глава 28

Мы с Арчибальдом бросились вперед, оставляя Селену извиваться в теневых путах. Я знала, что они не удержат её надолго, но дадут мне столь необходимое время.

– Сюда, – Арчибальд свернул в боковой коридор. – Я чувствую сильные потоки энергии из главного зала.

По мере приближения к центру храма воздух становился всё гуще, насыщенный древней магией. Я сосредоточилась, вспоминая уроки Вейрона о скрытии ауры. Медленно выдохнула, представляя, как моя сила сворачивается внутри, становится невидимой для чужих глаз.

– Хорошо, – прошептал Арчибальд. – Теперь они не почувствуют тебя, пока не станет слишком поздно.

Мы остановились перед массивными дверями, украшенными древними символами. Изнутри доносилось монотонное песнопение – десятки голосов, сливающихся в один гипнотический ритм.

Я осторожно приоткрыла дверь, и то, что я увидела, заставило меня похолодеть.

Огромный круглый зал был заполнен фигурами в темных одеяниях – Охотники, все как один, стояли по периметру, читая древнее заклинание. В центре зала, над черным кристаллом размером с человека, парила Лили. Её руки и ноги были раскинуты, словно она распята в воздухе. От её тела к кристаллу тянулись тонкие нити света – ее жизненная сила, медленно перетекающая в артефакт.

– Они используют её как проводник, – прошептал Арчибальд.

Кристалл пульсировал, впитывая энергию Лили, становясь всё ярче с каждой секундой. Подн ним на постаменте лежал странный предмет – металлический диск с выгравированными рунами. Печать.

В этот момент стена напротив нас взорвалась, осыпаясь камнями и пылью. В образовавшемся проеме появилась высокая фигура, окруженная клубящейся тьмой.

Вейрон.

Он шагнул через пролом, и на мгновение всё замерло – песнопения стихли, Охотники повернулись к нему. А потом… что-то произошло. Как только он переступил периметр зала, невидимая сила словно ударила его. Он упал на колени, а цепи на его запястьях вспыхнули белым огнем.

Боль пронзила меня, такая сильная, что я едва не закричала. Наша связь, словно раскаленная проволока, передавала его агонию мне. Я почувствовала, как его сила утекает, как что-то древнее и могущественное подавляет его волю.

«Уходи!» – его голос в моем сознании был наполнен отчаянием. – «Это ловушка! Они знали, что я приду!»

Но я не могла уйти. Не теперь, когда видела, как страдает Лили, как мучается Вейрон. Я нащупала в сумке рукоять кинжала – он был раскален почти добела, но странным образом не обжигал мою кожу.

– Сейчас или никогда, – прошептал Арчибальд. – Пока они отвлечены на него.

Я кивнула, сжала рукоять кинжала и, не позволяя себе больше ни секунды сомнений, бросилась вперед.

Я двигалась в тенях, невидимая для Охотников, всё еще сосредоточенных на Вейроне. Мои шаги были беззвучны, дыхание – почти неощутимо. Я скользила между ними, приближаясь к центру зала, к кристаллу, к Печати.

Я была уже почти у цели, когда Вейрон заметил меня. Его глаза расширились, когда он увидел кинжал в моей руке. Понимание того, что я собираюсь сделать, отразилось на его лице ужасом и отчаянием.

«Нет!» – его крик в моем сознании был подобен грому. – «Кайла, не делай этого! Мне не нужна свобода такой ценой!»

Я рванулась вперед, зная, что у меня есть лишь мгновение. Вейрон, даже скованный и обессиленный, пытался подняться, его глаза полыхали яростью и отчаянием. Он знал, что я задумала, и был готов на всё, чтобы остановить меня.

Но сейчас он был беспомощен. Впервые за всё время нашего знакомства я видела его таким – уязвимым, лишенным своей невероятной силы. Охотники окружили его, удерживая на коленях, пока их предводитель продолжал читать заклинание, активирующее Печать.

Я достигла постамента, где лежал металлический диск, покрытый древними символами. Печать. Источник страданий Вейрона на протяжении столетий. Причина, по которой Охотники преследовали мою семью.

Кинжал в моей руке пульсировал, словно живое существо, жаждущее выполнить свое предназначение. Я занесла его над левой рукой, готовая окропить лезвие своей кровью. Одно движение – и всё закончится.

– Стой! – резкий окрик заставил меня замереть.

Селена возникла словно из ниоткуда, её рука перехватила мое запястье над самой Печатью. Её лицо было искажено яростью и… страхом?

– Ты дура! – прошипела она, удерживая мою руку. – Ты хоть понимаешь, что делаешь? Печать высосет тебя до дна! Не останется ничего, кроме иссохшей безвольной сущности! Ты будешь существовать, но не жить – без мыслей, без чувств, без воли!

Я замерла, её слова проникли глубоко в сознание. Одно дело пожертвовать магией или даже жизнью – я была готова к этому. Но существовать как пустая оболочка, не способная ни чувствовать, ни думать… Смотреть в глаза родителям, которые не узнают в живом трупе свою дочь…

Сомнение на мгновение затуманило мой разум. Я взглянула на Вейрона – его глаза умоляли меня остановиться.

– Не бойся, Кайла! – голос Арчибальда прорезал гул заклинаний. – То, что зародилось благодаря вашему с Вейроном слиянию, дает тебе практически безграничную силу! Ты справишься!

Я непонимающе посмотрела на него, но вдруг вспомнила: утренняя тошнота, необъяснимая слабость, странное поведение теней, ставших более заботливыми, более… материнскими. Моя свободная рука инстинктивно прижалась к животу.

«Невозможно…» – выдохнул голос Вейрона в моих мыслях, и я почувствовала его потрясение через нашу связь.

Селена проследила за моим движением, и её глаза расширились от шока.

– Нет, – прошептала она, отступая на шаг. – Это невозможно! Человеческая женщина не может родить ребенка от демона! Не может!

Ее лицо исказилось от ярости и зависти. С неожиданной силой она бросилась вперед, пытаясь вырвать кинжал из моей руки.

– Он должен был быть моим! – кричала она, ее пальцы впивались в мою кожу. – Моим!

В этот момент произошло нечто странное. Кинжал, словно обретя собственную волю, вывернулся в наших руках и с глухим звуком вонзился в грудь Селены.

Время словно замедлилось. Мы обе застыли, глядя на рукоять, торчащую из её груди. Тонкая струйка крови медленно стекала по лезвию, и там, где она касалась металла, звездные узоры начинали вспыхивать фиолетовым светом.

Лицо Селены изменилось. Ярость и ненависть исчезли, сменившись выражением благоговейного трепета.

– Он… принял меня, – прошептала она, глядя на кинжал почти с нежностью. – Значит, я всё-таки была достойна…

Её колени подогнулись, и она медленно осела на пол. Я опустилась рядом с ней, не понимая, что происходит. В этот момент произошло нечто удивительное – все тени, что раньше подчинялись ей, вдруг потянулись к своей хозяйке. Но теперь они больше не выглядели больными и искаженными. Они стали похожи на траурный саван, нежно обнимающий её плечи, словно провожая в последний путь. На лице Селены застыло умиротворенное выражение, будто она наконец нашла то, что так долго искала.

– Селена… – начала я, но она лишь слабо улыбнулась.

Её глаза закрылись, и тело обмякло. Тени вокруг неё замерли, а потом медленно растаяли.

– Кайла! – голос Арчибальда вернул меня в реальность. – Сейчас! Пока они не опомнились!

Я осторожно извлекла кинжал из тела Селены. Он был теплым, пульсирующим, словно напитавшимся её жертвой. Я поднялась на ноги, чувствуя, как внутри меня поднимается волна силы – не только моей, но и той новой жизни, что зародилась во мне.

Охотники, осознав, что происходит, бросились ко мне, но было поздно. Я собрала всю мощь теней, которая теперь казалась безграничной, и с силой опустила кинжал на металлический диск.

Лезвие встретилось с Печатью, и мир взорвался светом и тьмой одновременно. Древняя песня теней, похожая на торжественный гимн, заполнила пространство. Я чувствовала, как моя сила течет через кинжал, как он впитывает ее, направляя в Печать.

Металлический диск задрожал, по его поверхности побежали трещины, расширяясь с каждой секундой. Я держала кинжал обеими руками, вкладывая в него всё, что у меня было – мою магию, мою волю, мою любовь.

Внезапно Печать раскололась с оглушительным звуком, и волна энергии отбросила меня назад, но я устояла на ногах.

Сквозь пыльную пелену, сыпавшуюся с потолка, я увидела, как цепи, сковывающие Вейрона, вспыхнули и рассыпались прахом. Он поднялся во весь рост, и тьма вокруг него взревела, словно освобожденный зверь. Охотники в панике бросились к выходам, но тени двигались быстрее.

– Бежим! – крикнул Арчибальд, подталкивая меня к тому месту, где без сознания, но живая лежала Лили. – Он справится сам.

Я подхватила подругу на руки, когда древние стены вокруг начали содрогаться. Позади раздавались нечеловеческие крики Охотников, один за другим обрывающиеся в тишину. Я не оборачивалась – некоторые проявления силы Архонта Бездны не предназначены для человеческих глаз.

– Сюда! – Арчибальд нырнул в боковой проход, ведущий к тайному выходу. – Быстрее, пока храм не обрушился!

Мы бежали по древним коридорам, пока за спиной грохотали обломки падающих колонн. Тени вокруг меня сами расступались, указывая безопасный путь. Я чувствовала их защиту – теперь они оберегали не только меня, но и ту новую жизнь, что я носила под сердцем. Дитя света и тьмы, чье существование изменило всё.

Последний поворот, яркая вспышка портала – и мы оказались снаружи, как раз когда древний храм начал складываться внутрь себя, погребая под обломками последние следы темного ритуала.

– Всё кончено, – выдохнул Арчибальд, когда последние камни легли на свои места. – Наконец-то всё действительно кончено.

Я смотрела на руины храма, все еще чувствуя на своих щеках соленую влагу – не знаю, были ли это слезы от дыма и пыли или от осознания цены, которую пришлось заплатить за эту победу. Селена… возможно, в другой жизни мы могли бы быть не врагами, а сестрами. Но теперь её тени наконец обрели покой, как и она сама.

Я бережно опустила Лили на траву и присела рядом, позволив себе наконец перевести дыхание. Внутри все еще бурлил адреналин после побега, но к нему примешивалось странное чувство завершённости. Мы сделали это. Печать разрушена, Охотники побеждены.

– Нужно вернуть её домой, – тихо сказал Арчибальд. – Она не будет помнить ничего из случившегося. Так даже лучше.

Я кивнула, но что-то в его тоне заставило меня насторожиться. Арчибальд никогда не был особенно тактичным – его прямота часто граничила с грубостью. Но сейчас он словно подбирал слова.

– Что ты недоговариваешь?

Он долго молчал, глядя на догорающее зарево над руинами храма. Когда он наконец заговорил, его голос звучал непривычно мягко:

– Контракт выполнен, Кайла. Печать разрушена, цепи спали. Вейрон снова свободен.

Что-то оборвалось внутри от его слов. Я знала, что он скажет дальше, ещё до того, как он произнес:

– Теперь ничто не держит его в мире людей. Он мог находиться здесь только благодаря якорю. Тебе.

– Но… – мой голос дрогнул. Я прижала ладонь к животу, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Как же?..

Арчибальд молча положил лапу на мою руку. В его желтых глазах читалось искреннее сочувствие, но слов утешения он найти не мог.

Странно, но вместе со слезами пришло и понимание. Разве не об этом я мечтала с самого начала? Освободить его, снять те проклятые цепи, что три века держали в плену его силу. Да, я полюбила его. Да, под моим сердцем растет его дитя. Но разве моя любовь не должна быть достаточно сильной, чтобы отпустить его?

Тени вокруг заколебались, словно отзываясь на мои эмоции, но теперь в их песне слышалась не печаль – надежда. Он свободен. Наконец-то по-настоящему свободен. И эта свобода стоила любой цены.