Текст книги "Фиалка для мажора (СИ)"
Автор книги: Карина Мин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 2. Юля
Глава 2. Юля
– Нет! Нет, я не готова! – паника волной накрыла меня, вымывая из головы остатки здравого смысла. – Посмотри на них, это же... Это же какой-то светский раут! Романов, разворачивай машину, я никуда не пойду. Я не смогу, я всё испорчу! Они же все раскусят меня в первые две минуты!
Я уже потянулась к ручке двери, собираясь прямо пешком и на каблуках сбежать обратно в свою безопасную, бедную, но понятную жизнь, как сильные пальцы Олега мягко, но твёрдо перехватили мое запястье.
В месте прикосновения кожа мгновенно вспыхнула. Его пальцы легли точно туда, где сумасшедшим ритмом бился мой пульс, и мне показалось, что Романов считает каждое биение моего сердца. В этом его жесте было столько спокойствия, что моя истерика закончилась, так и не начавшись.
– Фиалка, стоять, – его голос мгновенно потерял насмешливые нотки. Он звучал низко и удивительно успокаивающе. – Посмотри на меня.
Я дернула рукой, скорее для проформы, но он не отпустил. Пришлось повернуться и наткнуться на взгляд его серьезных серых глаз.
– Перестань паниковать, – тихо произнес Олег, не отпуская моё запястье. – Ты выглядишь как королева. На тебе платье, которое стоит как годовой бюджет какой-нибудь провинциальной школы, у тебя идеальная прическа и макияж. А главное: ты умнее половины этих расфуфыренных кукол на лужайке. Просто держи лицо, как ты делаешь это в корпусе факультета. Поняла?
Я судорожно сглотнула, снова чувствуя, как жар от его пальцев на моём запястье разливается по всему телу.
– А если они спросят не про меня, а про родителей? Про то, где и как я росла? Это мы не обсудили вчера.
– Отвечай правду. Скрывать нечего, ты всего добилась сама, для моей бабушки это лучший показатель. Остальное – моя забота, ведь я твой жених и обязан тебя защищать. И еще... Чуть не забыл.
Олег отпустил мою руку, дотянулся до бардачка и достал оттуда небольшую бархатную коробочку бирюзового цвета от знаменитого ювелирного бренда. Щелкнул миниатюрный замочек, и у меня внутри всё окончательно рухнуло.
На черной подушечке сверкало кольцо с внушительным бриллиантом. Камень поймал свет вечерних фонарей и рассыпался по салону сотнями красивых бликов.
– Романов... – прошептала я, во все глаза глядя на это состояние. – Это что?
– Это реквизит, Фиалка, – хмыкнул он, аккуратно доставая кольцо. – Мы же не просто встречаемся, мы помолвлены. Бабуля должна видеть серьезность моих намерений. Давай руку.
Я послушно протянула дрожащие пальцы. Олег осторожно перехватил мою ладонь, придерживая ее снизу. Прохладный металл медленно скользнул на безымянный палец, и внушительный бриллиант идеально сел на него, словно всегда там и был.
В этот момент по спине пробежала непрошеная дрожь. Абсурдность ситуации накрыла с головой: парень, которого я еще вчера считала просто заносчивым студентом-мажором, надевает мне на палец дорогущее кольцо, связывающее нас ложью.
– Как ты узнал размер моего пальца? – с подозрением посмотрела на него я.
– Секрет фирмы, – пожал плечами он. – Считай, что повезло и я угадал.
Смотреть на наши соединенные руки стало тяжело, и я поспешно спрятала пальцы, сжав клатч. Во что я ввязалась?
– Вот теперь порядок, невеста уомплектована, – Олег удовлетворенно кивнул и подмигнул мне. – Ну что, невестушка, шоу начинается. Идём.
Он открыл двери и первым вышел из машины, пока я возилась с ремнём безопасности.
Ноги в новых лодочках казались чужими, а такте высокие шпильки на ткфлях – орудием пытки. Я осторожно поставила ногу на брусчатку и прикинула, насколько реально по ней ходить на таких каблуках. Олег уже стоял рядом, протягивая мне руку и терпеливо дожидаясь меня.
Я упрямо проигнорировала его руку помощи и вышла из машины сама. Романов только хмыкнул и закрыл двери машины.
– Что за упрямство на ровном месте, Фиалка, – насмешливо спросил он, кидая ключи от машины подошедшему персоналу. – Не съем я тебя. Давай руку.
Олег галантно согнул руку в локте, предлагая опереться на него, и почему-то только сейчас я отметила, что на фоне гостей-мужчин в костюмах он выглядел до неприличия дерзко: безупречно сидящие дизайнерские джинсы, белоснежная рубашка из тончайшего дорогого хлопка с небрежно закатанными до локтей рукавами и массивные часы на запястье.
Он был слишком уверен в себе, чтобы прогибаться под общий дресс-код. Либо слишком нагл. Либо и то и то сразу.
Я сделала глубокий вдох, продела свою руку под его и мои пальцы легли прямо на его обнаженное предплечье. И тут же внутри словно закоротило всю мою нервную систему. Я ощутила, какой он горячий, почувствовала под ладонью мышцы и легкую шероховатость мужской кожи.
Олег на долю секунды замер. Я отчетливо ощутила, как под моими пальцами мгновенно напрягся каждый мускул его руки, словно от внезапного удара током, а его дыхание на миг перехватило.
Он медленно повернул ко мне голову, и его серый взгляд на секунду потемнел, теряя всю свою расслабленность, но Романов быстро взял себя в руки.
– Улыбайся, Фиалка, нас уже заметили, – почти не разжимая губ, скомандовал он.
Я натянула на лицо самую вежливую улыбку, на которую только была способна. Тут же вспыхнула камера фотографа, заставив меня зажмуриться. Отлично, я уже представила себе фотографию: улыбающийся Олег и я с зажмуренно-сморщенным лицом словно лимон съела. Красота неописуемая.
Мимо нас проплыли несколько шушукающихся дам, чьи оценивающие взгляды я буквально кожей почувствовала на себе. От этого пристального внимания внутри всё переворачивалось от нервов.
«Главное – не опозориться, главное – не упасть», – как мантру повторяла я про себя, стараясь подстроиться под уверенный шаг Олега.
Мы свернули на широкую аллею, ведущую к вилле. Вокруг шумел джаз, звенели бокалы, и я так сильно увлеклась разглядыванием гостей и обстановки, что совершила роковую ошибку: на секунду отвлеклась на красивое платье проходящей мимо дамы и не заметила поворот дорожки. Моя туфля предательски вильнула, нога подвернулась и равновесие мгновенно покинуло меня.
Упасть мне, конечно же, не дали.
Олег среагировал мгновенно: сильная рука обхватила мою талию, и он аккуратно дернул меня на себя, буквально отрывая от земли.
В следующее мгновение я уже стояла, намертво прижатая к его жесткой груди. Клатч чудом остался в руках, а сама я уткнулась носом в изгиб его шеи, судорожно хватая ртом воздух и отчаянно вцепившись пальцами в ткань его рубашки.
Тонкий, дорогой хлопок под моими ладонями казался горячим. От Олега пахло цитрусом и чем-то ещё очень вкусным, и от этих запахов всё внутри меня затрепетало.
– Тихо, Юль, тихо. Я здесь, я тебя держу, – его низкий, бархатный голос прозвучал прямо над моим ухом. – Как нога? Ничего не повредила?
– Нормально, – буркнула я, прислушиваясь к ощущениям.
Он не отпустил меня сразу, хотя мы стояли на виду у всех. Наоборот, Олег чуть отстранился, заглядывая мне в лицо, и его широкая ладонь мягко скользнула вверх по моей спине, согревая сквозь бархат платья и мгновенно успокаивая взвинченные нервы.
Я тут же дала себе мысленную пощечину: Юля блин, хватит его романтизировать, это всё игра! С другой стороны, я должна хорошо отыграть роль и выглядеть влюбленной в Олега, поэтому можно ненадолго забыться и позволить себе флиртовать с ним и принимать его ухаживания.
– Я же говорил тебе еще тогда, на крыльце деканата: в обиду не дам и упасть не позволю, – в его серых глазах сейчас сияло что-то странное. – Забыла?
– Тут... слишком много людей, Романов, – выдохнула я, чувствуя, как бешено колотится его сердце под моей ладонью. Как хорошо играет, даже сердце заставил быстро биться! Ну актёр высшего класса. – Я сейчас точно устрою тебе антирекламу перед бабушкой. У меня ноги подкашиваются.
Олег мягко, едва заметно улыбнулся. Он поднял руку и аккуратно, невероятно бережным жестом заправил мне за ухо выбившийся локон волос. Его пальцы на секунду задержались на моей щеке, а взгляд скользнул по моим губам, от чего кожу в месте прикосновения опалило жаром, и я подумала, что со стороны мы наверняка выглядим как настоящая пара.
Или хотя бы так, словно мы снимаемся в фильме про любовь в главных ролях.
– Сделай глубокий вдох, Фиалка, – тихо произнес Романов, глядя мне прямо в глаза. – Смотри только на меня, ладно? Представь, что нет тут никого, кроме нас. Просто иди рядом, я полностью тебя подстрахую. Веришь мне?
Я посмотрела в его серые глаза, в которых сейчас отражались огни праздничных гирлянд, и вопреки всякой логике и здравому смыслу кивнула.
– Вот и умница, – Олег теперь крепко взял меня за руку, переплетая пальцы с моими и тем самым даря то чувство безопасности, в котором я так нуждалась. – А теперь пойдем. Нас уже заприметили мамины подруги, видишь, идут с моей мамой к нам. Спорим на твой месячный оклад, что первый вопрос будет о том, из какого ты дворянского рода?
Я невольно фыркнула, и это окончательно сняло напряжение.
Навстречу нам, изящно покачивая бокалами с шампанским, плыла троица дам. В центре шла статная женщина в изысканном серебряном платье: у неё была точеная фигура, безупречная укладка и серые глаза, как у Олега, в которых сквозило высокомерие.
– Олег, дорогой, ну наконец-то, – её голос прозвучал как перезвон дорогого хрусталя. Она подставила ему щеку для поцелуя, а сама в это время сканировала меня взглядом, от которого мне захотелось поправить платье. – А мы как раз обсуждали, что ты задерживаешься. И кто же твоя прекрасная спутница?
– Мама, познакомься, это Юля. Моя невеста, – Олег произнес это так спокойно и веско, будто мы были обручены как минимум пару лет. – Юля, это моя мама, Валерия Валерьевна, и её подруги.
Подруги – две холеные дамы с подтянутыми лицами – переглянулись.
– Надо же, какая скромная девочка, – сладко протянула одна из них, разлядывая мой лаконичный клатч. – Юленька, а из какой вы семьи? Напомните, ваши родители ведь владеют сетью клиник или...
– У Юли потрясающая семья, – перебил её Олег, не дав мне покраснеть. Его серые глаза опасно сузились. – Но в отличие от большинства присутствующих здесь Юля всего в жизни добилась сама: с отличием окончила иняз, свободно говорит на двух языках и руководит людьми. Именно поэтому она здесь. Бабушка просила познакомить её с серьезной девушкой, а не с очередной любительницей чужих капиталов.
У маминой подруги аж рот приоткрылся от такой вежливой пощечины, а Валерия Валерьевна недовольно поджала губы. Мать явно была не в восторге от выбора сына, но спорить на людях не решилась.
– Что ж, у Олега всегда был... специфический вкус, – процедила она, натянуто улыбнувшись. – Идите в малый зал, Олег. Бабушка и твой дядя как раз там.
– Обязательно зайдем, мам, – кивнул Олег.
Он развернул меня и уверенно повел прочь от змеиного логова. Едва мы отошли на безопасное расстояние, я шумно выдохнула:
– Романов, ты сумасшедший! Ты только что выставил свою мать и её подруг полными дурами.
– Они это заслужили, Фиалка, – хмыкнул он. – Привыкай. Моя женщина должна уметь держать удар. А теперь пошли, покажем тебя главному критику.
Мы подошли к массивным дубовым дверям, за которыми скрывался малый зал для самых близких гостей. Олег мягко толкнул створку, увлекая меня за собой.
Я замерла на пороге малого зала так резко, что Олег чуть не проскочил вперед. Мои пальцы, до этого просто переплетённые с его, судорожно впились в ладонь парня. В глазах на секунду потемнело, а воздух вокруг стал густым и удушливым, как перед грозой.
В пяти метрах от нас, спиной к огромному камину, стоял тот самый человек, чьего шага в коридорах нашего корпуса до дрожи боялись и студенты, и профессора, и простые сотрудники, как я. Декан нашего с Олегом факультета – Аркадий Валерьевич Смирнов.
«Всё, это конец, – набатом застучало в моих висках, пока паника ледяной волной накрывала каждый миллиметр моего тела. – Трудовая книжка со статьей за аморальное поведение мне обеспечена. Он же решит, что я продвигаю студентов за деньги или… Боже, о чем он вообще подумает?!»
– Юль, ты чего? – Олег обернулся, нахмурившись, и сжал мои дрожащие пальцы. – На тебе лица нет.
– Романов… – сипло, одними губами выдавила я, пытаясь буквально вжаться в его широкое плечо и спрятаться от зала. – Там декан. Наш декан. Разворачиваемся и уходим, пока он не повернулся. Пожалуйста.
Олег проследил за моим паническим взглядом, на секунду замер, а затем его губы медленно разъехались в совершенно нечитаемой улыбке. В серых глазах вспыхнул такой откровенный, мальчишеский азарт, что мне стало еще страшнее.
– А, Аркадий Валерьевич, – спокойно протянул этот невыносимый мажор. – Ну надо же, я и забыл, что он уже приехал.
– Забыл?! – я едва не перешла на ультразвук, продолжая пятиться к выходу и пытаясь высвободить свою руку из его. – Романов, если он увидит меня здесь с тобой, то он уволит меня прямо сейчас! Неужели ты не понимаешь?!
Освободиться из хватки его пальцев у мен, конечно же, не получилось, зато у него прекрасно получилось притянуть меня к себе ближе.
– Не уволит, – второй рукой Олег крепко обнял меня за талию, не позволяя сбежать, и силой удержал на месте. Его ладонь на моей пояснице приятно обжигала через бархат платья, снова отвлекая от паники. – Дыши, Фиалка. Я же сказал: с руководством я договорюсь лично.
В этот момент Аркадий Валерьевич, словно почувствовав на себе чужой взгляд, повернул голову в нашу сторону. Его строгие, кустистые брови мгновенно взлетели вверх.
Взгляд декана, привыкший сканировать должников на экзаменах, прошелся по Олегу, переместился на его руки, прижимающие меня к себе, и, наконец, замер на моем лице.
На секунду мне показалось, что декан подавился своим виски. Он даже моргнул несколько раз, словно проверяя, не померещилась ли ему скромная, тихая и исполнительная сотрудница его студенческого отдела в образе роковой светской львицы.
Декан извинился перед собеседником и тяжелым, уверенным шагом направился прямо к нам. Каждое приближение его лакированных туфель отзывалось у меня в ушах ударом колокола. Отступать было некуда – только если в обморок падать.
– Ну привет, опоздуны, – наконец раздался густой баритон Аркадия Валерьевича.
Я зажмурилась, мысленно прощаясь с карьерой, и выдавила из себя бледную улыбку:
– Д-добрый вечер, Аркадий Валерьевич…
– Дядя, привет, – легко и непринужденно перебил меня Олег, протягивая декану руку для крепкого мужского рукопожатия. – Что ты тут делаешь? Я думал, у тебя учёный совет, после которого, скажем так, планировался менее учёный междусобойчик с ректором и остальными деканами.
Я застыла с открытым ртом. Слово «дядя» повисло в воздухе, окончательно взрывая мой мозг. Я замерла, глядя то на одного, то на другого, пока до меня со скрипом доходил смысл сказанного.
Дядя? Но Аркадий Валерьевич же…
В голове со скрипом сложился пазл: мой строгий декан Аркадий Валерьевич и та ледяная светская львица Валерия Валерьевна, которая только что устроила мне допрос на аллее были родными братом и сестрой!
А Олег, получается, приходился декану родным племянником.
Декан тем временем крепко пожал руку Олега, а потом добродушно, совершенно не по-декански усмехнулся:
– Вообще-то, у моей мамы сегодня восьмидесятилетний юбилей, оболтус ты этакий. Как я мог не приехать к ней? А вот что здесь делает моя лучшая сотрудница, да еще и под ручку с моим самым перспективным студентом – это куда более интересный вопрос.
Аркадий Валерьевич перевел на меня искрящийся весельем взгляд, в котором не было и капли той академической суровости, к которой я привыкла за полгода работы.
– Так вот, значит, из-за кого ты всю неделю крутился около моего кабинета, Олег? – декан покачал головой, пряча улыбку в усы. – А я-то думал, ты так отчаянно рвешься защищать свой бизнес-проект на международном гранте. Изнываешь по науке, так сказать. Весь педсостав до сих пор в шоке от твоих показателей на этой сессии.
– Одно другому не мешает, дядь Аркаш. Бизнес-план написан, грант будет моим, – Олег на секунду замолчал, и его тягучий, внимательный взгляд скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах. – И не только он.
Он нагло подмигнул мне, сильнее прижимая к себе за талию. От этой его двусмысленной фразы у меня по позвоночнику пробежал целый табун мурашек, а щеки мгновенно опалило жаром.
– Ладно, мы к бабушке, а то она нас с Юлей уже заждалась, – добавил Олег, обращаясь к дяде.
– Идите, идите, – благословил нас декан, всё еще с явным одобрением разглядывая мое преображение. – Юлия, прекрасный выбор. Не думал, что у Олега, помимо блестящих мозгов, еще и такой безупречный вкус на женщин. Увидимся на банкете.
Олег увлек менядальше по залу, а я шла, переставляя ноги как робот. Голова шла кругом.
Едва мы оказались в пустом, тихом переходе между залами, я вырвала свою руку из его захвата, развернулась и со всей силы стукнула Романова кулачком в грудь.
– Ты! – прошипела я, тяжело дыша от переизбытка эмоций. – Почему ты не предупредил меня, что декан – твой дядя?!
Олег поймал меня за запястья и прижал мои руки к своей груди, заставляя меня почувствовать, как под моими пальцами ровно бьется его сердце, и тихо рассмеялся. От его смеха у меня что-то приятно потянуло внизу живота.
– Потому что если бы я предупредил тебя, Фиалка, – его голос стал мягким, а взгляд многозначительно опустился к моим губам, – ты бы забаррикадировалась в своей комнате в общаге и ни за что не села бы в мою машину. Решила бы, что это какая-то безумная проверка от руководства, а мне на эту роль нужна была именно ты. Ну что, теперь ты мне веришь, что увольнение тебе не грозит?
Олег аккуратно отпустил мои запястья, но его ладонь тут же скользнула вниз, снова переплетая свои пальцы с моими. Так уверенно, словно мы делали так каждый день.
– Пойдем, – тихо шепнул он. – Бабуля на таких мероприятиях обычно находится в большой гостиной у террасы. Не забыла из-за стресса, как её зовут?
– Вероника Павловна Романова, – буркнула я.
– Молодец. Готовься, Фиалка, сейчас будет шумно.
Мы вышли из тихого перехода и попали в огромное, залитое светом пространство. Здесь концентрация роскоши на квадратный метр зашкаливала.
А в самом центре этой пафосной толпы, на винтажном бархатном диванчике, сидела виновница торжества.
Она выглядела потрясающе. Никаких унылых старушечьих нарядов: элегантный брючный костюм цвета спелой вишни, нить крупного жемчуга на шее и аккуратная седая укладка.
Вокруг нее стояли гости с коробками подарков, но именинница, судя по выражению лица, откровенно скучала, вяло выслушивая от какого-то дядечки с большими усами очередные высокопарные поздравления.
Стоило нам подойти ближе, как бабушка подняла глаза и её лицо мгновенно преобразилось. Глаза задорно блеснули, а на щеках появились точно такие же ямочки, которые я то и дело замечала у Олега.
– Расступитесь, ради бога, – царственным жестом махнула она на окруживших её гостей. – Дайте мне посмотреть на моего любимого внука. Олежка!
– С юбилеем, бабуль, – Олег отпустил мою руку, шагнул вперед и с неподдельной нежностью обнял бабушку, поцеловав её в щеку.
В этот момент он казался таким... настоящим, что у меня внутри что-то дрогнуло.
– Ну слава богу, хоть одно живое лицо за вечер, – громко, не стесняясь гостей, заявила именинница, а затем её цепкий, очень проницательный взгляд переместился на меня. Она окинула меня быстрым взором, задержалась на кольце и расплылась в хитрой улыбке. – Так-так-так.
– Бабушка, знакомься, – Олег повернулся ко мне и собственническим жестом увлек за талию вперед, – Это моя Фиалка.
Я едва не поперхнулась воздухом и от охвативших меня эмоций отвела взгляд в сторону. Краем глаза я заметила, как зашедший следом за нами в зал декан, Аркадий Валерьевич, поспешно поднес бокал к губам, пряча широкую усмешку. Он-то прекрасно знал мою настоящую фамилию из личного дела!
А Вероника Павловна буквально расцвела, всплеснув руками:
– Фиалка? Ох, Олежек, какое нежное, поэтичное прозвище ты придумал для своей девочки! Какая прелесть! А Лера мне твердила, что у тебя в голове только гоночные машины да стартапы. А мой внук-то – романтик!
Я мысленно пообещала себе задушить Романова при первой же возможности. Похититель женских сердец, чертов мастер манипуляций! Врет и не краснеет, превратил мою фамилию в нежное семейное прозвище.
Настоящий гений актерского мастерства, не иначе.
Валерия Валерьевна, стоявшая чуть поодаль с бокалом шампанского, едва заметно фыркнула и пригубила напиток, всем своим видом выражая скепсис к цветочным нежностям сына.
– Добрый вечер, Вероника Павловна. С праздником вас, – я сделала шаг вперед, стараясь, чтобы голос не дрожал от волнения. – Очень рада с вами познакомиться. На самом деле меня зовут Юля...
– Знаю, деточка, знаю, – заговорщицки подмигнула мне бабушка, давая понять, что Олег доложил ей всё. Или почти всё. – Садись скорее сюда на диванчик, расскажи мне, как тебе удалось приручить этого дикаря?
Олег тем временем обошел диван и встал прямо за моей спиной. Его теплые ладони по-хозяйски легли мне на плечи, слегка сжимая их. Этот жест выглядел так естественно, словно он действительно привык заботиться обо мне.
Я сначала выпрямилась как струна от этого прикосновения, а затем вспомнив, что мы вообще-то пара, постаралась расслабиться и слегка откинулась назад, чувствуя его поддержку.
– Бабуль, не смущай Юлю, – с улыбкой заступился за меня Олег. – Она у меня скромная. К такому количеству Романовых за раз еще не привыкла.
– Ничего, привыкнет, дело житейское, – отмахнулась Вероника Павловна. – Главное, Юленька, что у тебя вкус отличный. Платье – восторг. Бархат тебе очень идет. И кольцо... – она многозначительно прищурилась, глядя на сверкающий бриллиант. – Хвалю, внучок. Не поскупился.
Я смущенно опустила глаза, молясь, чтобы мой румянец списали на скромность. Олег над моей головой лишь хмыкнул, и я ощутила, как его грудь при вдохе коснулась моей спины.
– Так, дорогие мои, – бабушка внезапно оживилась, услышав, как джазовый оркестр на улице заиграл более динамичную мелодию. – Официальная часть закончена, молодёжь прибыла, пора перемещаться на террасу. Олежка, бери свою королеву, и марш за мой стол. Сегодня вы от меня никуда не сбежите.
Олег снова наклонился ко мне, подставил локоть и прошептал прямо в ухо, обжигая дыханием:
– Ну что, Фиалка, первый барьер взят. Идем есть, заслужили.
Банкетную зону обустроили на огромной крытой террасе, утопающей в живых цветах и огнях ретро-гирлянд. Столы ломились от кулинарных шедевров, официанты едва успевали обновлять бокалы, но моё внимание было приковано только к нашей рассадке.
Вероника Павловна лично распределяла места. И, разумеется, усадила нас с Олегом по правую руку от себя. Напротив, словно главный судейский комитет, расположились его мать, Валерия Валерьевна, и отец.
Благо, Аркадий Валерьевич – я до сих пор не могла принять тот факт, что они родственники! – сел рядом с ними и периодически подмигивал мне, сдерживая улыбку, что немного приводило меня в чувство.
– Так, молодёжь, – бодро провозгласила бабушка, как только все расселись. – Ухаживайте друг за другом. Олежка, почему у твоей невесты пустой бокал? И тарелка пустая. Ну-ка, поухаживай за Юленькой.
– С огромным удовольствием, бабуль, – легко отозвался Романов.
Он уверенно взял приборы и принялся наполнять мою тарелку легкими закусками с таким видом, будто знал мои вкусы наизусть. Никакого жирного мяса или тяжелых салатов – только морепродукты и свежие овощи, которые я так любила.
Я лишь удивленно моргнула. Господи, ну как он это делает? Взгляд, интонации, эта забота... Он же просто угадал, но со стороны кажется, что мы вместе сто лет. Любая девчонка бы поверила, что он по уши влюблен. Потрясающе врёт, без единой осечки!
– Юль, попробуй вот этот тартар с тунцом, – так, чтобы слышала вся семья, произнес Олег.
Он аккуратно подцепил вилочкой кусочек закуски и вместо того чтобы положить мне в тарелку, поднес прямо к моим губам. Его серые глаза потемнели, а на дне зрачков заплясали опасные искорки, когда он тихо, только для меня, сказал:
– Открой рот, Фиалка. Тебе понравится, обещаю.
Я замерла, округлив глаза. Он с ума сошёл кормить меня с рук при всей его семье?!
– Олег, я... я сама могу, – едва слышно пролепетала я, чувствуя, как щёки уже который раз за вечер заливает румянец.
– Не капризничай, Фиалка, – вкрадчиво, с легкой улыбкой шепнул Олег, и его серые глаза хитро блеснули. – Бабушка смотрит. Не расстраивай меня и именинницу.
Я бросила короткий взгляд на Веронику Павловну – та буквально сияла от умиления, подперев щеку ладонью. С противоположной стороны стола послышался очередной недовольный вздох Валерии Валерьевны, которая едва ли не зубами скрипела от этой «демонстрации чувств».
Ладно. Затаив дыхание, я аккуратно подалась вперед и приняла угощение. Губ коснулся прохладный металл вилки, а взгляд Олега в эту секунду стал настолько тёмным, что по телу пробежала ощутимая дрожь.
– Вкусно? – тихо спросил он, отводя руку и бережно промокая уголок моих губ белоснежной салфеткой. Его пальцы на долю секунды мазнули по моей коже, оставляя за собой шлейф невыносимого жара.
– Угу, – аккуратно жуя, кивнула я, судорожно сжав пальцами бархат платья под столом.
В этот момент у Олега на запястье завибрировали массивные часы. Он бросил взгляд на экран, и его губы тронула теплая улыбка.
– О, Кира на проводе. Бабуль, твоя старшая внучка пробилась сквозь великий китайский файервол, чтобы тебя поздравить, – Олег достал смартфон, повернул его горизонтально и включил видеосвязь.
С экрана на нас глянула яркая, невероятно ухоженная девушка с такими же, как у Олега, насмешливыми серыми глазами. На заднем плане у нее угадывался футуристичный интерьер какого-то азиатского отеля.
– Бабуля, любимая, с юбилеем! – звонко крикнула Кира, заставив гостей за столом обернуться. – Прости, что я застряла в этой командировке в Шанхае, контракты сами себя не подпишут. Обещаю прилететь через три дня и зацеловать тебя лично!
– Спасибо, Егоза, – рассмеялась Вероника Павловна.
– Дядя Аркадий здесь, мама с папой тоже, – Олег перехватил телефон поудобнее и вальяжно повел камерой вдоль стола, показывая сестре семейство. – Зацени, какой раут пропускаешь.
Я постаралась максимально откинуться назад и вежливо прижалась к спинке стула, чтобы не лезть в чужой семейный звонок. Но Олег, переводя камеру обратно на себя и бабушку, намеренно задержал объектив на мне, полностью захватывая меня в кадр.
Кира на том конце провода среагировала мгновенно.
– Так, стоп! Сдавай назад! – Кира прямо-таки прильнула к экрану, её серые глаза шокированно округлились. – Олег, а ну-ка поверни камеру. Кто это там у нас сидит рядом с тобой? Прекрасная незнакомка в шикарном бархате? Мама, только не говори мне, что наш младший наконец-то привел в дом девушку!
Олег лишь хмыкнул, ничуть не смутившись под пристальным взглядом сестры. Он уверенно приобнял меня за плечо, силой удерживая в кадре и усаживая практически вплотную к себе.
– Кира, знакомься, это Юля, моя невеста, – как ни в чем не бывало представил он меня, и на этих словах его пальцы на моем плече слегка сжались, словно подбадривая.
Мне хотелось завопить «Боже, ну зачем переигрывать, Романов! Она меня больше не увидит и вообще уговор был только на твою бабушку, а не на всех твоих родственников!». Но мне приходилось молчать и скромно улыбаться.
– Невеста?! – Кира прямо-таки потеряла дар речи на секунду, а потом на её лице расплылась точно такая же улыбка, как у её брата. – Обалдеть... Младший сдался первым! Юля, вы святая женщина, раз добровольно согласились терпеть этого несносного типа. Ладно, целую всех, подробности расскажете в Москве, мнеуже пора на встречу!
Экран погас. Валерия Валерьевна за столом раздраженно звякнула вилкой:
– Кира как всегда... Никаких манер. Откуда эта привычка кричать на весь зал?
– Отличные манеры, вся в меня, – отмахнулась Вероника Павловна и перевела взгляд на свою дочь. – И вообще, Лера, прекрати кривить лицо. Какая идиллия у детей, просто прелесть. Прямо-таки студенческий роман.
Валерия Валерьевна сделала глоток шампанского, смерив меня холодным взглядом:
– Роман это прекрасно, мама, но мне всё же интересно... Аркадий, ты говорил, Юлия работает в структуре твоего факультета? Надеюсь, это не мешает учебному процессу?
Декан вальяжно откинулся на спинку стула и добродушно улыбнулся:
– Лера, не переживай. Юлия Степановна окончила наш иняз с красным дипломом, она гордость университета. И сейчас её светлая голова адски выручает нас в работе с иностранцами помимо работы с магистрантами. К тому же, – Аркадий Валерьевич хитро прищурился, бросив быстрый взгляд на Олега, – если что и может простимулировать нашего Олега вовремя сдать проект на международный грант, так это её строгость. Настоящая... цветущая интеллигенция. Так что я этот союз одобряю на все сто процентов.
– Ну, раз сам декан одобряет... – натянуто улыбнулась мать Олега.
– А я-то как одобряю! – подхватила Вероника Павловна. Музыка на фоне сменилась на медляк. Бабушка перевела взгляд на нас и заговорщицки прищурилась. – Так, голубки. Еда едой, но я требую танец. Первый танец молодых на моем юбилее. Олежка, веди невесту, пора растрясти этот пафос! Не откажешь же ты имениннице?
Отказывать Веронике Павловне в день её восьмидесятилетия было сродни самоубийству, поэтому Олег поднялся первым. Он поправил рукава белоснежной рубашки, затем в безупречном, истинно джентльменском жесте протянул мне ладонь и чертовски притягательно улыбнулся.
– Позволь пригласить тебя на танец, Фиалка? – бархатно произнес он.
