Текст книги "Фиалка для мажора (СИ)"

Автор книги: Карина Мин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Он сел за руль, но не стал сразу заводить мотор. Олег просто положил свою слегка подрагивающкю ладонь на мой абсолютно плоский живот, прикоснулся лбом к моему плечу и тихо рассмеялся:

– Двойня... Предки точно с ума сойдут. Ну все, Фиалка, сначала погнали в университет, освобождать тебя от работы.

К нашему корпусу университета Ламборгини Олега подкатила с таким ревом, что сидевшие на лавочках поступающие студенты синхронно повернули головы. Романов припарковался прямо у входа, наплевав на все знаки и разметку.

Я потянулась к ручке двери, но Олег перехватил мою ладонь.

– Сиди, Юля, – отрывисто скомандовал он.

Он вышел из машины, обошел ее, рьяно распахнул мою пассажирскую дверь и, прежде чем я успела хоть слово пискнуть, просто просунул руки мне под спину и колени. Секунда, и я оказалась у него на руках.

– Олег! – ахнула я, привычно обнимая его за шею. – Опусти меня, я и сама могу идти!

– Спокойно, Фиалка. Тебе вредно ходить по лестницам, – уверенно отрезал Романов, с легкостью неся меня вверх по гранитным ступеням. – Привыкай. Ближайшие восемь месяцев ты у меня вообще с рук слезать не будешь.

Мимо нас с круглыми глазами пролетели несколько парней, которые судя по их растерянному виду шли в приемную комиссию. Они буквально вросли в стену коридора, когда мимо них прошагал широкоплечий мужчина в дорогом костюме, бережно несущий на руках меня.

Дверь нашей учебной части была приоткрыта. Олег толкнул ее ногой и по-хозяйски вошел внутрь.

За столами сидели наши девочки. Добрая Тамара Ивановна как раз пила чай с сушками, а Марина с мрачным видом лениво клацала по клавиатуре.

Стоило Олегу войти с моей скромной персоной на руках, как Тамара Ивановна чуть не поперхнулась сушкой, а у Марины ручка со стуком вывалилась из пальцев.

– Господи, Юлечка! – всплеснула руками Тамара Ивановна, вскакивая со стула. – Олег! Что случилось? Родненькая, тебе плохо?!

Олег аккуратно опустил меня на мой рабочий стул, но отходить не стал – остался стоять сзади, положив свои теплые ладони мне на плечи.

– Все в порядке, Тамара Ивановна, – улыбнулась я, чувствуя, как краснеют щеки, и доставая из сумочки заветный лист с печатью элитной клиники. – Наоборот, все очень хорошо. Я привезла справку.

Марина тут же вытянула шею, ее глаза завистливо сузились, сканируя мое кольцо, а потом и официальный бланк.

– Какая справка, Юль? Ты же увольняться хотела после отпуска? – процедила она, пытаясь скрыть яд в голосе. – Или твой... жених передумал тебя содержать?

Олег сверху вниз посмотрел на нее таким ледяным взглядом, что та мгновенно прикусила язык и вжалась в кресло.

– Содержать свою жену я буду так, как тебе и не снилось, девочка, – жестко проронил Романов, сильнее сжимая мои плечи. – Но швыряться законными декретными выплатами мы не намерены. Мой отец платит огромные налоги этой стране не для того, чтобы моя женщина отказывалась от того, что ей положено по праву.

– Погодите... декретными? – Тамара Ивановна округлила глаза, перевела взгляд на справку, которую я ей протянула, быстро пробежала глазами по строчкам и вдруг радостно воскликнула: – Юлька! Пятая неделя! Двойня?! Батюшки мои, двое сразу!

От этого возгласа в дверях учебной части застыли какие-то студенты, которые только что постучались в учебную часть, и испуганно захлопали глазами. Новости в нашем корпусе разлетались со скоростью звука – завтра об этом будет знать даже ректор.

– Да, Тамара Ивановна, – смущенно улыбнулась я, накрывая ладонь Олега своей. – Так что я пока не увольняюсь.

– Ой, умничка! Ой, золото какое! – Тамара Ивановна искренне, со слезами на глазах запричитала, подбегая и обнимая меня за шею.

Только Марина сидела зеленая от злости, судорожно листая какие-то ведомости, понимая, что ее надежды увидеть мое падение разбились о железобетонный статус будущей молодой мамы двух наследников романовской империи.

Олег довольно ухмыльнулся, слушая похвалы в адрес своей «ювелирной работы», и его рука снова привычно, собственнически скользнула вниз, ложась на мой живот.

– Все, девочки, документы оставляем, – подытожил Романов, аккуратно увлекая меня со стула обратно в свои объятия. – Работать теперь Юлия Степановна будет из дома, технику и рабочее место я ей обеспечу. А сейчас у нас по плану обед. Нам теперь нужно питаться за троих.

...Ресторан на Патриарших был всё-ещё непривычным и удушающим люксом для меня, но я сидела на мягком диване, потягивая прохладный морс, и чувствовала себя на удивление превосходно. Мальдивы и Япония остались позади прекрасной сказкой, а суровая московская реальность встретила меня задержкой, заветными двумя полосками и ужином, на который Романовы собрались в полном составе.

– Юлька, ну наконец-то я снова вижу тебя вживую! – Кира, сидевшая напротив в ультрамодном оверсайз-жакете, хитро прищурилась, точь-в-точь как брат. – Как прошла ваша поездка? Рассказывайте!

– Кира, ради бога, потише, – поморщилась Валерия Валерьевна, изящно отрезая кусочек дорадо. – Твои манеры не меняются. Юлия, надеюсь, Аркадий не пострадал от твоего внезапного отпуска, и учебный процесс в магистратуре не встал?

– Мам, сейчас каникулы, – хором осадиди её Кира и Олег, на что она недовольно поджала губы.

– Лера, прекрати кусать девочку, – раздался царственный голос с конца стола.

Вероника Павловна, как всегда безупречная, в элегантном черном костюме, тепло улыбнулась мне.

– Юлечка, выглядишь чудесно! Свежая, отдохнувшая. Олежка, молодец, правильные курорты выбираешь для своей Фиалки. Она прямо расцвела и ещё красивее стала!

– Стараюсь, бабуль, для неё – только лучшее, – усмехнулся Олег.

Его ладонь накрыла мои пальцы под столом, переплетаясь с ними. Его отец и Аркадий Валерьевич о чем-то негромко переговаривались, изредка поглядывая на нас с Олегом с какой-то странной заговорщицкой полуулыбкой.

– И все же, – Валерия Валерьевна отставила бокал с белым вином, смерив меня своим фирменным холодным взглядом. – К чему такая сумасшедшая скорость со свадьбой? Куда вы летите? Можно ведь подождать до следующего лета, устроить приличный прием, пригласить людей...

Атмосфера за столом в который раз ощутимо накалилась.

– Никаких следующих лет, мама, – перебил ее Олег. Он отложил приборы и обнял меня за плечи, притягивая к своему сильному боку. – Скорость у Романовых всегда была отменной. И ждать мы ничего не будем. Потому что через семь месяцев ты, мамуля, станешь бабушкой,а Вероника Павловна – прабабушкой.

В ресторана мгновенно воцарилась такая тишина, что было слышно, как лопаются пузырьки в моем стакане. У Валерии Валерьевны едва заметно дернулся безупречно очерченный рот: она замерла, так и не донеся вилку до губ, а ее холеное лицо превратилось в каменную маску.

– Обалдеть... – первая тишину разорвала Кира. Она восторженно хлопнула ладонью по столу, отчего бокалы и приборы звякнули. – Младший! Ну ты выдал! Юлька, серьезно?! Две полоски?!

Я густо покраснела, но прежде чем успела ответить, Олег обвел взглядом ошарашенных родственников, выдержал театральную паузу и с победной ухмылкой добавил:

– И да, мамуль. Насчет приличного приема на много людей ты, пожалуй, права. Придется размахнуться. Нам понадобится детская побольше, потому что на первом УЗИ нам четко сказали: детей будет двое. Двойня у нас.

По-моему, в этот момент Валерию Валерьевну окончательно проняло: бокал в её руке, который она только взяла, едва заметно звякнул о тарелку.

– Батюшки... – Вероника Павловна вдруг всплеснула руками, и ее глаза задорно блеснули. – Я стану прабабушкой?! Да еще и дважды за раз?! Слышишь, Игорь, твой оболтус перевыполнил план! Олежка, иди поцелую! Романовская порода, не иначе! Юлечка моя дорогая, поздравляю!

Аркадий Валерьевич добродушно, громко рассмеялся, поднимая свой бокал:

– Игорь, поздравляю, будущий дед! Игорь, Юля, мои поздравления.

Игорь Романов, до этого хранивший молчание, перевел взгляд на Олега. В глазах бизнесмена читалось такое глубокое мужское уважение, какого я, кажется, в нем не видела. Он одобрительно кивнул головой и перевел взгляд на меня:

– Молодцы. Юлечка, выпьем за твое терпение и стойкость. Чувствую, с твоими Романовыми тебе понадобится вся твоя строгость и любовь.

Я тепло улыбнулась, чувствуя, как остатки паники окончательно отступают. Краем глаза я посмотрела на Валерию Валерьевну, которая в этот момент делала большой глоток вина, видимо пытаясь переварить новость о том, что ее элитный снобизм окончательно разгромлен стопроцентной перспективой стать бабушкой.

И, уткнувшись носом в пахнущую дорогим парфюмом шею Олега, который бережно притянул меня к себе, я подумала, что с ним и я и наши будущие малыши в полной безопасности до конца жизни.

Эпилог 1

Эпилог 1

– Да не крутись ты, Юля, я макияж смажу! – визажист в панике замахала на меня спонжем, пока Марина судорожно пыталась застегнуть три десятка пуговиц на спине моего свадебного платья.

Я глубоко вдохнула, глядя на свое отражение в огромном зеркале отеля «Националь». Из зеркала на меня смотрела абсолютно незнакомая девушка: в умопомрачительном, элегантном белом платье по фигуре, которое аккуратно скрывало пока еще плоский живот, с мягкими локонами и той самой нитью крупного жемчуга на шее – подарок Вероники Павловны.

– Девочки, я сейчас в обморок упаду, – честно призналась я, чувствуя, как ладони становятся влажными. – Мне кажется, я забыла, как ходить на таких каблуках.

– Только попробуй мне тут упасть! – в гримерку царственной походкой вошла Вероника Павловна в своем неизменном брючном костюме, на этот раз глубокого синего цвета. За ней шуршала длинным подолом платья Кира, которая уже успела стащить с фуршетного стола бокал шампанского. – Юлечка, детка, ты прекрасна. Наш Олежка на улице уже третий круг вокруг своего спорткара нарезает, извелся весь. Игорь его успокоить пытается, но там, по-моему, проще стартап за миллиард продать, чем Романова-младшего приструнить.

Дверь приоткрылась, и в комнату робко заглянула Тамара Ивановна, уже шмыгая носом в кружевной платочек.

– Принцесса наша... Ну надо же, какая невеста. А ведь еще недавно в учебной части с ведомостями сидела! Юля, ты только не плачь, а то у меня самой тушь потечет.

От этой концентрации тепла и предсвадебного хаоса у меня защипало в глазах. Но расплакаться мне не дали. Ровно в три часа дня тяжелые двери зала регистрации распахнулись.

Регистрация в ЗАГСе на Грибоедова была закрытой и только для своих. Когда папа вел меня по ковровой дорожке, я видела лица нашей новой огромной семьи. Моя мама сидела в первом ряду, сияя от гордости и то и дело победно поглядывая на тетю. Рядом с ней сидела Валерия Валерьевна, которая, вопреки ожиданиям, выглядела смирившейся и даже благосклонно кивнула мне. Декан Аркадий Валерьевич довольно улыбался в усы, а один из друзей Олега, тот самый Руслан Кирсанов, выряженный в непривычный для него строгий костюм, криво усмехался, держа в руках огромный букет из фиалок.

Но все это размылось, стоило мне поднять глаза и встретиться взглядом с Олегом.

Он стоял и ждал меня: безумно красивый, собранный, в безупречном черном костюме, с такой нежностью во взгляде, что я чуть не расплакалась. Когда моя рука оказалась в его ладони, Олег наклонился к самому моему уху и хрипло, так, чтобы слышала только я, прошептал:

– Ну привет, жена. Назад дороги нет.

– Я люблю тебя, Романов, – выдохнула я, чувствуя, как по щеке все-таки катится слезинка.

– Я тебя больше, Фиалка. Запредельно больше.

Когда строгая женщина-регистратор объявила нас мужем и женой, и Олег впился в мои губы глубоким и невероятно сладким поцелуем, зал взорвался аплодисментами. Тамара Ивановна, казалось, пищала на весь ЗАГС, Кирсанов громко свистел, нарушая все правила приличия, а отец Игоря довольно похлопывал сына по плечу.

На банкете в шикарном ресторане на крыше, с видом на вечернюю Москву, тосты не умолкали.

– Романов, ты, конечно, сдал позиции первым из нашей банды, – Руслан Кирсанов поднялся с бокалом виски, буравя Олега своим тяжелым боксерским взглядом. – Променял ночные гулянки на жену и детей. Но за Юльку я спокоен: ты единственная, кто смог отправить его в технический нокаут под названием любовь. Горько!

Мы с Олегом в очередной раз поцеловались под крики гостей, и чутьпозже я, прижимаясь к сильной груди своего мужа, думала о том, что наконец-то началась наша общая счастливая жизнь.

Эпилог 2

Эпилог 2

Три года спустя

– Арсений Олегович, положи мамину помаду! Алиса, не смей кормить кота клубникой!

Мой голос потонул в заливистом детском смехе и грохоте падения чего-то пластикового в коридоре. Я устало опустилась на стул на нашей залитой солнцем кухне пентхауса и сделала глоток уже остывшего чая. Нашим двойняшкам исполнилось три года, и эти три года пролетели как один сумасшедший яркий день.

Романовская порода давала о себе знать: Сеня рос точной копией отца – такой же упрямый, сероглазый и с самого детства пытающийся всеми рулить, а Алиса унаследовала мою строгость и мягкость одновременно, но крутила братом и папой как хотела.

Тяжелая входная дверь хлопнула, и в коридоре раздался уверенный голос, от которого у меня до сих пор, спустя почти четыре года брака, по коже пробегали мурашки:

– Так, не понял, кто тут обижает маму?

Через секунду на кухню вошел Олег в дорогом деловом костюме-тройке, запредельно холеный, возмужавший и чертовски сексуальный. Его взгляд мгновенно нашел меня, и на губах мужа появилась та самая улыбка.

На его плечах уже гроздьями висели дети: Сеня победно оседлал шею отца, а Алиса крепко обнимала его за руку. Олег без труда дотащил этот «груз» до меня, наклонился и глубоко поцеловал меня в губы, прямо при детях.

– Привет, Фиалка. Устала? – хрипло спросил он, опуская близнецов на пол. – Нам там бабушка Лера шлет курьера из ЦУМа с очередной партией брендовых шмоток. Ворчит, что мы одеваем детей слишком просто для Романовых.

– Твоя мама неисправима, – рассмеялась я, поправляя ему галстук. – Она буквально позавчера пыталась объяснить трехлетней Алисе основы светского этикета.

В этот момент в дверь снова позвонили. Олег пошел открывать, и через минуту в гостиную вошел Руслан Кирсанов. Боксер за эти три года заматерел еще сильнее, в плечах стал совсем как шкаф, но сейчас выглядел непривычно... дёрганым, а из кармана его кожанки торчали шоколадки.

– О, Кирсанов пришел! – Олег лениво облокотился на дверной косяк, скрестив руки на груди и хитро прищурившись. – Здорово, каблук. Чего без своей куколки пришел?

Рус свирепо зыркнул на друга, но в его глазах промелькнула такая до невозможности мягкая и теплая искра, что я едва не улыбнулась. Его крепость пала три года назад (почти сразу после нашей с Олегом свадьбы, на которой Руслану случайно прилетел в руки мой букет) и падение этого сурового боксера к ногам девчонки праздновал весь их мужской круг.

– Романов, рот закрой, а? – буркнул Кирсанов, сажая подбежавшую Алису к себе на колено и ловко протягивая ей шоколадку. – Посмотрел бы я на тебя, если бы твоя Юля тебе заявила, что улетает на две недели на море отдохнуть одна, без детей и тебя. Моя вон улетела, я третий день сам не свой. Увижу – зацелую до полусмерти, чтоб больше не сбегала.

– О-о-о, тяжелый случай, – Олег со смехом сочувственно похлопал друга по плечу. – А помнишь, как ты орал в моем кабинете: «упаси меня ринг от этой вашей любви»? «От баб одни проблемы и кассовые разрывы»? Ну что, Рус, как тебе в петле? Не жмет?

– Иди ты, Романов, – беззлобно огрызнулся Рус, но сам довольно ухмыльнулся, крутя на пальце обручальное кольцо. – Скоро ещё Егор приедет, если доедет. Говорил, что застрял со сломанной машиной где-то на полпути, надо её отогнать в сервис.

Вечером, когда гости разошлись, а двойняшки наконец-то уснули в своей огромной детской, Олег прижал меня к себе на балконе.

Муж обнял меня сзади, утыкаясь носом в мою шею и вдыхая запах волос, а его сильные руки надежно замкнулись на моей талии.

– О чем думаешь, Фиалка? – тихо спросил он.

– О том, что жизнь идеальна, Романов, – выдохнула я, разворачиваясь в его руках и закидывая ладони ему на шею. – И что мне очень нравится результат нашей любви.

– Это только начало, Юль, – прошептал он, прежде чем накрыть мои губы глубоким и самым любящим поцелуем на свете. – У Романовых по-другому не бывает.

Конец