Текст книги "Фиалка для мажора (СИ)"
Автор книги: Карина Мин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
Бабушки на лавке проводили нас таким взглядом, будто мы шли как минимум по ковровой дорожке в Каннах.
Мы поднялись на стареньком лифте на пятый этаж. У двери квартиры сорок восемь руки у меня снова затряслись от волнения. Олег заметил это и коротко, успокаивающе поцеловал меня в висок:
– Всё будет хорошо, Фиалка. Звони.
Я сделала глубокий вдох и нажала на кнопку звонка. За дверью послышались торопливые шаги, щелкнул замок, и на пороге появилась моя мама. На ней был ее лучший фартук, волосы аккуратно уложены, а в глазах горело такое отчаянное, чисто материнское любопытство, что мне сразу захотелось спрятаться за широкую спину Романова. Из глубины квартиры уже доносился знакомый запах бабушкиных фирменных пирожков с капустой и мясом.
Олег не дал паузе затянуться. Он шагнул вперед, ослепительно, невероятно вежливо улыбнулся и протянул маме пионы:
– Добрый вечер! Елена Анатольевна? Я Олег. Очень рад наконец с вами познакомиться лично. Это вам.
Мама на секунду лишилась дара речи, переводя взгляд с шикарного букета на этого высокого, уверенного в себе красавца, а потом робко улыбнулась:
– Ой... Добрый вечер, Олег. Какая красота... Ну, проходите, проходите скорее! А то у нас там бабушка уже три раза чайник переставила, вся изнервничалась!
Мы вошли в тесную прихожую, и Олег, аккуратно разуваясь, подмигнул мне в зеркало. Шоу «Мажор знакомится с семьей» официально началось.
Маленькая уютная кухня, где я провела все свое детство, сейчас казалась филиалом зала судебных заседаний. В центре стола высилась монументальная гора румяных пирожков, от которых шел умопомрачительный пар, а рядом скромно примостился шедевр кондитерского искусства с Таганки.
Моя бабушка, Галина Петровна, сидела за столом, расправив плечи, и смотрела на Романова поверх своих стареньких очков для чтения так, будто проверяла у него как минимум докторскую диссертацию.
– Ну что, Олег, – протянула бабушка, пододвигая к нему самую большую тарелку. – Машина у тебя красивая, громкая – даже тут слышно было. Цветы тоже знатные. Но у нас в семье мужчин оценивают по двум вещам: по делам и по аппетиту. Бери пирожок, с капустой. Сама пекла.
Олег, который в своих часах стоимостью с хорошую однушку в этом же районе смотрелся здесь невероятно контрастно, даже бровью не повел. Он вежливо кивнул, взял самый большой пирожок и с видимым удовольствием откусил добрую половину.
Я замерла, почти не дыша. Мама у плиты застыла с заварочным чайником в руках.
Романов прожевал, зажмурился от удовольствия и совершенно искренне выдохнул:
– Галина Петровна, это не пирожок, это шедевр. Наш повар так тесто в жизни не поднимет. Можно мне еще один с собой, если останется?
Бабушка на секунду застыла, а потом ее строгое лицо разгладилось. Она победно посмотрела на маму идовольно поджала губы:
– Вот! Сразу видно – нормальный мужчина, не на этих ваших диетах новомодных. Кушай, Олежек, кушай, милый. Лена, наливай ему чаю покрепче!
Я тихонько выдохнула и расслабилась: мой Олег колол бабушкину оборону как орех.
Олег под столом нащупал мою ладонь и крепко сжал мои пальцы, давая понять, что все под контролем. Переглянувшись со мной, он аккуратно отставил чашку с чаем, выпрямился и посмотрел сначала на маму, а затем на бабушку. Лицо его вмиг стало серьезным, собранным и очень мужественным.
– Елена Анатольевна, Галина Петровна, – твердо произнес он, привлекая меня ближе к себе за плечи. – Мы приехали к вам не просто знакомиться. Дело в том, что мы с Юлей приняли важное решение: мы подали заявление в ЗАГС. Скоро мы женимся, и я надеюсь, что против вы не будете.
В кухне воцарилась такая тишина, что было слышно, как за окном чирикают воробьи. У мамы чайник в руках дрогнул, и она со стуком опустила его на подставку, а бабушка медленно сняла очки.
– Как... женитесь? – тихо ахнула мама, прижимая ладони к щекам. – Юлечка, доченька, вы же... вы же только...
– Мама, все хорошо, мы правда этого хотим, – поспешила вмешаться я, чувствуя, как щеки снова начинает заливать привычный румянец. – Все осознанно. И не подумайте, я не беременна, – нервно добавила я.
– Осознанно и окончательно, осталось только дату выбрать, – непреклонно подтвердил Олег, не давая старшему поколению уйти в панику. – Юлю я люблю, обижать не планирую, обеспечу всем необходимым. И раз уж мы коснулись планов... В следующие выходные я увожу Юлю на две недели за границу. Ей нужно отдохнуть от работы, а нам – побыть вдвоем перед свадебной суетой. С её руководством я всё согласовал.
Мама и бабушка синхронно перевели взволнованные взгляды с Олега на меня.
Внутри у меня всё на секунду замерло. За границу?! Ещё и отпуск мне оформил? А у нас приемная комиссия на носу, я записалась в ответственные секретари вообще-то! Немыслимо, как он так всё спланировал за моей спиной и даже не посоветовался!
Мне хотелось повозмущаться вслух на его самоуправство, но пришлось экстренно включать актрису перед мамой и бабушкой, чтобы не расстраивать их.
Я натянула самую милую улыбку и легко пожала плечами:
– Да, я поэтому с датой свадьбы и не спешила. Вдруг вы меня ему сейчас не отдадите? Я бы потом так расстроилась, что всё отменять приходится...
Стрелки с новости про отпуск я перевела просто виртуозно. А Олег бросил на меня быстрый взгляд, потому что под столом мои пальцы впились ногтями в его бедро.
Но внешне Романов ничем себя не выдал, только положил свою руку поверх моей.
Бабушка внимательно посмотрела на меня затем на Олега, вздохнула и качнула головой:
– Ну и шустрый же ты. Внучку в ЗАГС утащил, теперь еще и за границу... Лена, чего стоишь? Наливай настойку вишневую, которую на прошлый Новый год ставили! Тут, похоже, одним чаем не обойдешься. Надо зятя обмывать.
Глава 11. Юля
Глава 11. Юля
После заветных слов бабушки про «обмывать зятя» напряжение на кухне окончательно лопнуло, как мыльный пузырь.
Мама с каким-то благоговейным трепетом достала из серванта хрустальные рюмки и выставила на стол запотевшую бутыль с темно-рубиновой домашней настойкой.
– Бабуль, мам, но Олег же за рулем... – попыталась вступиться я, хотя щеки до сих пор горели от объявления о свадьбе. – Ему нельзя!
– Да я и выпью, и за руль не сяду, Фиалка, не беспокойся, – спокойно улыбнулся Олег, приобнимая меня. – Позвоню другу, он приедет и нас заберёт. За такое событие не грех и выпить.
Он, надо отдать ему должное, держался как прирожденный дипломат: безропотно выпил с бабушкой за крепость семейных уз, подкладывал маме ее же салаты и умудрялся с самым серьезным видом отвечать на все их каверзные вопросы.
– А жилье-то у тебя свое, Олежек? – допытывалась бабушка, прищурив глаза. – А то знаем мы этих молодых – сегодня на дорогой машине, а завтра по съемным углам.
– Свое, Галина Петровна, – уверенно ответил Олег, пока его большая, горячая ладонь нагла и собственнически поглаживала мое бедро. – Просторная квартира. Юля ее уже оценила. А к вам будем по выходным на пирожки приезжать. Если пустите, конечно.
– Пустим, куда ж мы тебя девать-то теперь будем? – довольно улыбнулась бабушка, подливая ему еще настойки.
Застолье затянулось почти до одиннадцати вечера. Бабушка успела рассказать Олегу кучу историй из моего детства – включая ту, где я в садике застряла головой в перилах – а Олег пообещал маме полностью утеплить балкон и поменять окна, отчего мама окончательно растаяла.
Когда мы наконец начали прощаться в прихожей, Олега провожали как родного сына. Мама насильно впихнула ему в руки пакет с пирожками (и с фразой «Олег, это вам на завтрак!»), а бабушка на прощание перекрестила нас обоих, притянула меня к себе и громко, на всю прихожую, шепнула:
– Мужик хваткий, породистый. Держись за него, Юлечка. И в отпуске там смотрите внуков не сделайте пока, дайте матери к мысли о свадьбе привыкнуть!
Я готова была сквозь землю провалиться от стыда. Олег, который, естественно, всё прекрасно услышал, лишь сдержал улыбку, вежливо со всеми попрощался, и мы наконец вышли во двор.
На улице стояла душноватая июньская ночь, а в воздухе приятно пахло липой. Олег закинул пакет с пирожками на пассажирское сиденье Ламборгини, достал телефон и начал звонить кому-то.
– Рус, здорово, – сказал он после пары гудков, и я поняла, что этот тот самый Руслан, из-за которого я подавилось шоколадкой на днях. – Дуй в Чертаново, адрес скинул, заберешь нас, я выпил. Да. И Егора захвати, чтобы он за твою бэху сел и нас довёз, а ты за мою Ламбу сядешь. Да. Да. Давай без лишних вопросов, ждём.
Отключившись, он увлек меня к старенькой деревянной лавочке под раскидистой березой, чуть в стороне от подъезда. Олег уселся на неё и тут же за руку притянул меня к себе, усаживая боком на свои колени и крепко обнимая.
Стоило нам остаться одним в тишине двора, как у меня включился режим праведного гнева.
Я повернулась к нему, насколько позволяла его мертвая хватка на моих бедрах:
– Олег! Какая заграница?! Почему я последняя узнаю о том, что уезжаю из страны?!
Олег расслабленно откинулся на спинку скамейки, но его серые глаза в темноте ярко горели. Он свободной рукой провел по моему колену, медленно поднимаясь пальцами к краю сарафана.
– Во-первых, Юлия Степановна, ты только что выдала гениальный спектакль про «я дату еще не выбрала», чем окончательно влюбила в себя моего внутреннего зрителя, – с расслабленной улыбкой заметил он. – А во-вторых... Если бы я сказал тебе заранее, Фиалка, ты бы включила свой любимый режим: «Ой, Олег, у меня отчеты, ой, Тамара Ивановна без меня пропадет, ой, это так дорого, я не могу». Я прав?
Я открыла было рот, чтобы выдать пламенную речь, но тут же его закрыла, подавившись собственными аргументами. Потому что он был абсолютно прав: я именно так бы и сказала.
– Вот видишь, – довольно хмыкнул Романов, замечая мое замешательство. – Поэтому я взял все в свои руки. Приказ на твой отпуск вне графика уже подписан и лежит у Тамары Ивановны. Твой загранпаспорт сейчас в посольстве. В следующую пятницу ты отрабатываешь последний день, а в субботу утром мы улетаем.
– Олег... Но куда? – спросила я, уткнувшись лбом в его шею. – Куда ты меня повезешь?
Его пальцы сильнее сжали мое бедро:
– А вот это, Фиалка, сюрприз. Скажу только одно: теплые вещи тебе не понадобятся. Купальники, пара твоих летящих сарафанов, несколько платьев... и побольше красивого белья. Хотя последнее можешь вообще не брать – я все равно его с тебя сорву в первый же час. Тебе предстоит две недели тотального отдыха, невеста. Будешь только спать, есть, купаться и наслаждаться жизнью. Вопросы есть?
– Вопросов нет... – едва слышно выдохнула я, чувствуя, как от прикосновений его рук по телу разливается тепло.
Тишину двора нарушил звук приближающегося мотора. К нашей панельке подкатил черный внедорожник БМВ и из него выскочили двое: двухметровый парень с забинтованными костяшками и шустрый симпатичный парень в стильной худи.
– Твою мать, Романов! – громко заржал первый, шагая к нашей лавочке и на ходу отдавая второму ключи. – Я думал, ты стебешься! Ты реально сидишь на лавочке, как сопливый подросток, и обнимаешь девчонку?!
Олег даже не шелохнулся, только крепче прижал меня к себе.
– Рус, пасть завали, – беззлобно процедил Олег. – Юль, знакомься. Это Руслан Кирсанов, мой партнер по стартапу, студент эконома и боксер без мозгов. Может быть слышала про него, наверняка в учебной части обсуждаете особо отличившихся студентов. А это Егор Кузнецов, тоже с эконома и тоже… немного легенда универа и наш хороший товарищ. Парни, это Юля, моя невеста.
Егор тут же выпрямился и вежливо кивнул мне, ослепительно улыбаясь:
– Здравствуйте, Юля! Приятно познакомиться. Олег про вас уже прожужжал нам все уши, так что мы почти родня.
– Привет, Егор, – улыбнулась я.
А вот Руслан присвистнул:
– Нифига себе... Привет, Юль. Слушай, ты просто мой кумир: околдовала Романова настолько, что он сам в ЗАГС готов тебя тащить! Если он будет тебя обижать – сразу звони мне или Кузнецову, мы его быстро на место поставим.
Я рассмеялась.
– Хорошо, буду иметь в виду, Руслан.
– Мечтай, Кирсанов, – фыркнул Олег, легко поднимаясь со скамейки вместе со мной на руках, и лишь затем аккуратно поставил меня на ноги, а потом бросил ключи от Ламборгини Русу: – На, водитель. Поедешь аккуратно, понял? Хоть что-то поцарапаешь – полгода будешь без зарплаты от стартапа.
– Да понял я, не ори! – засмеялся Руслан и посмотрел на ключи с таким довольным видом, будто ему дали поуправлять истребителем.
– Он и на свои призовые неплохо проживёт, – заржал Егор, складываясь пополам от смеха. – Нужны ему твои копейки, Романов!
– Копейки, значит? – ухмыльнулся Олег. – Тогда будет работать за идею.
– Не-не, я за бесплатно не работаю! – воскликнул Кирсанов и стукнул ржущего Егора по плечу. – Ты чё, Кузнецов, мне любой доход важен, а ты ему странные идеи подкидываешь!
– Ладно, мы с Юлей в БМВ, а то прохладно становится, – нахмурился Олег. – Можно и в машине поболтать.
– Давайте, я тогда погнал! – обрадовался Кирсанов и пулей метнулся к Ламбе Олега. Когда он открыл дверь машины, я услышала его восклицание: – О, пирожки! Романов, спасибо, я как раз голодный как зверь!
Егор, который уже направился к БМВ Кирсанова, чтобы завести машину, громко расхохотался посреди улицы.
– За каждый съеденный пирожок с тебя двести рублей! – прикрикнул со смехом на Руслана Олег. – Бабушка моей невесты пекла их для нас, отдам ей все честно заработанные на пирожках деньги.
Я засмеялась, уткнувшись Олегу в грудь.
– Смешно тебе, Фиалка?
– Очень, – фыркнула я, поднимая на него глаза. – Ты лучший бизнесмен из всех: сдать бабушкины пирожки другу втридорога – это талант! Пошли уже в машину, мне правда спать хочется, Олег.
Олег помог мне сесть на заднее сиденье БМВ, сам обошел машину и устроился рядом, уложив мою голову себе на грудь и поглаживая мои волосы.
– Ну что, погнали, голубки? – подмигнул нам Егор, поправляя зеркало, и пристегнулся ремнём безопасности. – Доставлю вас домой быстро и в лучшем виде.
Мощный мотор БМВ заурчал, и машина плавно выскочила из двора на освещенный проспект. Олег тихо усмехнулся, поцеловал меня в макушку и крепче прижал к себе, даря то самое ощущение полной безопасности и тепла.
Я, прикрыв глаза, слушла сердцебиение Олега и понимала: с ним может быть всё слишком быстро, но без него моя жизнь теперь не имеет никакого смысла.
Я дождался, пока Фиалка окончательно расслабится в моих руках и погрузится в глубокий сон, и только тогда негромко сказал Егору:
– Слушай, Кузнецов. Помоги мне разрулить одну проблему. Моя мать снова активизировалась и настаивает на моей встрече с Алиной Грачёвой. Ты, наверное, слышал о ней?
– Дочка Грачёва, который сетью ресторанов владеет? – Егор мельком бросил взгляд в зеркало заднего вида. – Вся из себя золотая девочка, только из Лондона прилетела? Слышал, конечно. По всем тусовкам трезвонят, что вас якобы сводят.
– Вот именно, это мать старается. В общем, по-братски: сходи на это свидание вместо меня. Очаруй её так, чтобы она думать обо мне забыла. Заодно пополнишь свой список завоеванных красоток, ты же у нас любитель вести списки.
– Помогаешь мне в моём нелёгком деле достичь цифры сто? – заржал Кузнецов и тут же резко осёкся, когда я свирепо зашипел на него и сразу замер, проверяя, не проснулась ли Юля.
Девчонка в моих руках только слегка нахмурилась от звука, сонно сморщила носик и прижалась ко мне еще крепче, уткнувшись лицом в мою шею. Я тихо выдохнул, погладил её по плечу и послал Егору в зеркало самый многообещающий скорую расправу взгляд.
– Тише ты, дубина, – шепотом процедил я. – Короче, тему с Алиной берёшь на себя. Я матери скажу, что согласен встретиться с ней один раз, а дальше твой выход.
– Принято, – так же шепотом, но с азартной ухмылкой ответил Егор. – Сделаю всё в лучшем виде, Романов. Грачёва про тебя и не вспомнит.
Спустя двадцать минут мы подкатили к моему дому и въехали на подземную парковку. Моя Ламборгини уже стояла и ждала нас на своём законном месте, а рядом с ней стоял счастливый, словно в лотерею выиграл, Кирсанов.
Я посмотрел на спящую, абсолютно расслабленную Фиалку. Будить её не поднималась рука: за эту неделю Юля вымоталась по полной.
Я очень осторожно выбрался из салона и сразу же аккуратно подхватил Юлю, легко поднимая её на руки. Она, слава богу, не проснулась: только сладко зевнула и пробормотала что-то невнятное мне в плечо.
Егор вышел из машины, стараясь не хлопать дверью. А Рус с невероятно довольной физиономией подошел ко мне, и потом аккуратно, чтобы не задеть мою Фиалку, засунул ключи от моей Ламбы мне прямо в карман джинсов.
– Романов, напивайся чаще и звони сразу мне. Твоя машина – зверь! – с бурным восторгом шептал Кирсанов. – Одно удовольствие в ней катать!
– На своей бэхе катайся, умник, – усмехнулся я, перехватывая Юлю поудобнее.
– Ты посмотри на него, Кузнецов. Держит её, как стеклянную вазу.
– И не говори, – усмехнулся Егор, скрестив руки на груди и качая головой. – Если любовь, то только такая. Благо мне все эти ваши сюси-пуси недоступны, я верю только в силу секса.
Руслан засмеялся, похлопал Кузнецова по плечу.
– Полностью согласен. Егорка, ну что, погнали в клуб для одиноких сердец?
– Заткнитесь уже оба, – беззлобно прошептал я, крепче прижимая к себе Фиалку. – За помощь спасибо, от души. И завтра жду тебя в офисе, Руслан.
– Давай, иди, укладывай свою Фиалку, – со смешком отозвался Кирсанов, похлопав меня по плечу. – Пирожки я, кстати, в Ламбе съел по пути, вкусные, респект бабуле. И это плата за перегон машины, поэтому даже не выманивай из меня деньги за них, Романов!
Я только покачал головой, не сдерживая тихого смеха.
Парни помахали мне руками на прощание, а я развернулся и понёс свою будущую жену отдыхать.
Когда мы ступили на деревянный настил пирса, у меня на секунду закружилась голова. Белоснежный песок под ногами был мягким и мелким, как сахарная пудра, а вода у берега оказалась настолько прозрачной, что я без труда разглядела стайку крошечных неоновых рыбок, снующих у свай.
– Ну что, Фиалка, добро пожаловать в рай, – тихо сказал Олег, легко притягивая меня спиной к своей груди и укладывая подбородок мне на плечо.
– Романов, это сон. Я точно сплю, – прошептала я, посильнее натягивая на глаза солнцезащитные очки, чтобы скрыть подступившие от избытка эмоций слезы.
– Привыкай, это твоя реальность на ближайшую неделю.
– Неделю? – я нахмурилась, поворачивая к нему голову. – Но ты же говорил, что мы на две недели уезжаем?
– Вторая неделя будет в Японии, Фиалка.
Я замерла, боясь даже дышать.Япония?! Я ведь столько лет мечтала там побывать!
Вдохновленная аниме и мангой, которыми я зачитывалась по ночам, чтобы хоть как-то разгрузить мозг после занудных отчетов и особо тяжелых рабочих дней, я даже не смела надеяться, что когда-нибудь увижу Токио своими глазами.
– В Японию? – развернувшись в его руках, я посмотрела на него снизу вверх, ища в его серых глазах подвох. – Но туда разве не нужна виза?
– Нужна, – Олег ухмыльнулся, легко щелкая меня по носу. – Я обо всем позаботился, не переживай, Юль. Пойдем.
Он приобнял меня за плечи, увлекая вглубь острова по узкой дорожке, петляющей среди густых пальмовых зарослей.
Получилось так что весь первый день мы просто исследовали остров. Я не могла перестать восторгаться тропической зеленью, гигантскими пальмами и лазурным океаном, а Романов, кажется, получал кайф от моей восторженной реакции.
В какой-то момент он достал телефон и включил своего внутреннего фотографа: гонял меня по белоснежному пляжу, заставлял заходить по колено в воду, кружиться и смеяться. Он фоткал меня на фоне пальм, на деревянных качелях прямо в океане и просто крупным планом, когда я смущенно поправляла подол трикотажного платья. Я видела его пылающий взгляд и ощущала себя безумно красивой и желанной.
Ближе к вечеру Олег привел меня к нашей изолированной вилле, стоящей прямо на сваях над водой.
Перед нами открылась огромная комната в светлых тонах, посреди которой высилась королевских размеров кровать под невесомым белым балдахином. В полу – стеклянное панорамное окно, через которое прямо из спальни можно было наблюдать за проплывающими внизу скатами.
Но самое главное... Огромная приватная терраса из темного дерева, собственный бассейн, сливающийся с горизонтом, индивидуальный спуск по лесенке прямо в теплую пучину Индийского океана и никого вокруг.
Я подошла к краю террасы, оперлась о перила и завороженно уставилась на горизонт, где закатное небо плавно переходило в воду. Вечерний морской бриз приятно освежал кожу и трепал волосы.
Сзади бесшумно подошел Олег. Его сильные, горячие руки легли мне на талию, прижимая спиной к его широкой груди. Он уже успел скинуть кроссовки и остался босиком, уткнувшись носом в мою шею и глубоко вдыхая запах моих волос.
– Ну что, Фиалка? – его хриплый голос заставил меня сладко зажмуриться. – Нравится?
– Олег, это... у меня слов нет. Спасибо тебе, я даже не мечтала о таком.
– Я же обещал тебе, что всё будет красиво, – Романов ухмыльнулся, и его ладони собственнически скользнули чуть ниже, сжимая мои бедра через тонкую ткань.
Мои щеки мгновенно вспыхнули привычным румянцем, но Олег уже ловко стянул вниз по моим рукам лямки платья и позволил ему свободно соскользнуть к моим ногам.
Романов прерывисто выдохнул, легко подхватил меня на руки и вместе со мной шагнул с террасы прямо в теплую воду неглубокого бассейна.
Вода в бассейне казалась жидким шелком, но по сравнению с обжигающим телом Олега она ощущалась прохладной. Романов прижал меня к бортику, его сильные бедра намертво зажали мои, не оставляя шансов на побег. Да я и не думала бежать.
Его мокрые и горячие ладони уверенно оглаживали мои бока, спускались к бедрам, заставляя меня судорожно цепляться за его широкие плечи.
– Олег... подожди... – попыталась я выдохнуть, когда он на секунду оторвался от моих губ, чтобы оставить дорожку из влажных, обжигающих поцелуев на моей шее.
– Не подожду, – произнес он прямо мне в кожу, и в его голосе прозвучала до безумия заводящая властность. – Здесь ты принадлежишь мне. Вся. Каждую секунду. Я хочу тебя постоянно, Фиалка, – его губы снова дразняще мазнули по моей нижней губе, а пальцы поднялись выше, уверенно сжимая мою грудь. – Просто наслаждайся.
Он перехватил меня поудобнее, заставляя обвить его талию ногами, и в один толчок заполнил меня собой. Я вскрикнула, запрокидывая голову назад и ловя губами жаркий тропический воздух.
Олег тут же заткнул мой крик новым поцелуем и начал двигаться, задавая такой сумасшедший темп, от которого перед глазами замелькали яркие искры.
Брызги воды летели в разные стороны, а я полностью растворялась в его силе. Романов брал свое: властно, сбивая дыхание, заставляя меня содрогаться от оглушительных оргазмов прямо в его руках.
Когда меня в очередной раз накрыло пиковой волной, я где-то на краю сознания поняла: эта неделя на Мальдивах и последующая Япония станут для меня самым сладким и незабываемым путешествием в жизни.
Последний день на Мальдивах Олег превратил в настоящее безумие. Я думала, мы будем спокойно паковать чемоданы для завтрашнего перелета, но в четыре часа дня в нашу виллу постучали стилисты.
Романов согнал меня с кровати, загадочно подмигнул и исчез, оставив меня в руках девушек, которые облачили меня в невесомое, летящее белое платье на тонких бретельках и вплели в мои волосы живые белые орхидеи.
Когда солнце начало медленно опускаться к горизонту, окрашивая небо в фантастические оттенки золота и пурпура, за мной прислали небольшую открытую машинку.
Меня привезли на уединенный дикий пляж на самом краю острова. И там у меня перехватило дыхание: прямо у кромки шумящего океана стояла арка, полностью сплетенная из белоснежных орхидей и тропической зелени. А рядом с ней меня ждал Олег. В легких белых льняных брюках и расстегнутой на пару пуговиц рубашке, растрепанный ветром, он выглядел настолько красиво, что у меня задрожали коленки.
Он устроил для нас символическую мальдивскую свадьбу: только мы, океан, теплый вечерний ветер и местный церемониймейстер. Когда Олег бережно взял мою руку, чтобы надеть на палец кольцо-дорожку из чистейших сверкающих бриллиантов, а затем поцеловал каждый мой палец и пообещал мне весь мир... В общем, в этот момент я поняла, что за этим мужчиной пойду куд угодно, хоть на самый край света.
Поздно вечером, нагулявшись по побережью после церемонии и поужинав при свечах, мы вернулись на нашу виллу. Я сидела в глубоком кресле в одной лишь свободной белой шелковой рубашке Олега, накинутой на голое тело, и завороженно рассматривала бриллиантовое кольцо на пальце.
Олег вышел из душа, вытирая полотенцем влажные темные волосы, и сел на кровать, уткнувшись в телефон.
Через минуту мой мобильный пискнул уведомлением: это пришла ссылка от Олега. Открыв ее, я едва не выронила телефон из рук.
Романов, который не выставлял напоказ свою личную жизнь в соцсетях, полчаса назад выложил фотографию с нашей сегодняшней церемонии. На снимке он со спины обнимал меня за талию у арки, а я смеялась, запрокинув голову и прижимаясь к его груди.
Но добила меня подпись под фото:
Romanoff:Весь день думаю, что если она возьмет двойную фамилию, то будет Романова-Фиалка. Ну вы поняли чья, да? Люблю тебя, моя Фиалка.
В комментариях уже творился настоящий бум: друзья и знакомые Олега исходили на поздравления, девчонки спрашивали «Кто она?!», а Кира написала что-то иероглифами на китайском.
Внезапно подумалось, чтог девчонки из учебной части, наверное, выпили всю валерьянку из университетской аптеки.
– Романов... Зачем ты выложил это фото в свои соцсети? – прошептала я, поднимая на него глаза.
Олег отбросил телефон в сторону, медленно поднялся, подошел ко мне, легко вытянул из кресла и прижал к своему горячему, пахнущему свежестью телу.
– Пускай все знают, Юля, – произнес он, обжигая мое ухо шепотом. – Что ты – моя, а я твой. Окончательно и навсегда.
Отстранившись, он бережно обвел пальцами контур моего лица, останавливаясь на нижней губе:
– Ты с ума меня сводишь, Фиалка. И поверь, за всю нашу жизнь я буду любить тебя еще сильнее.
У меня перехватило дыхание.
– Олег... ты... это слишком мило, – прошептала я, сама притягивая его за шею для нового глубокого поцелуя.
– Все для тебя, будущая Романова, – тихо ответил он мне в губы. – А теперь пошли спать, завтра нас ждет Токио.
Токио оглушил меня с первой секунды: после расслабляющих Мальдив этот мегаполис казался очент бурным и многолюдным. Но у Олега и здесь все было схвачено: роскошный отель в районе Минато, панорамные окна с видом на Токийскую телебашню... В общем, Романов как обычно снова взял все в свои руки, а мне оставалось просто наслаждаться результатами его стараний и не думать ни о чём.
В июне в Японии хозяйничал цую, сезон сливающихся с небом дождей, поэтому воздух был теплым, влажным и пронзительно чистым.
– Фиалка, раз уж я утащил тебя из Москвы полуголую, пришло время это исправлять, – ухмыльнулся Олег, поправляя часы, пока мы ехали в такси в сторону Гинзы, самого элитного квартала Токио. – Сегодня одеваем мою будущую жену по токийской моде.
То, что произошло дальше, я могу назвать только шоппинг-террором по-романовски: Олег заводил меня в огромные, сияющие зеркалами бутики мировых брендов, по-хозяйски устраивался в глубоком кожаном кресле, принимал от кланяющихся японцев бокал виски, указывал пальцем на манекены и… что-то говорил им на японском.
Для меня это стало шоком, когда я услышала японскую речь, вылетающую из его рта.
– Олег... – потрясенно прошептала я, дергая его за рукав. – Ты говоришь по-японски?!
– На среднем уровне, Фиалка, – самодовольно хмыкнул он, притягивая меня за талию к себе. – Мой старик года три назад пытался крутить здесь бизнес с автоконцернами, мне пришлось тут зависнуть на несколько месяцев и выучить базу.
Я пыталась отпираться, что мне много не надо и мне некуда носить столько вещей, но Романов лишь отрезал:
– Найдешь куда. Примеряй, Фиалка. Мне нравится тратить на тебя деньги.
Из последнего бутика мы вышли уже в седьмом часу вечера. В руках Олега шуршали огромные глянцевые пакеты, а на мне красовалось новое шелковое платье.
Небо над Гинзой стремительно потемнело, наливаясь тяжелым свинцом и в этот момент дождь обрушился на Токио сплошной стеной теплой воды. Прохожие тут же синхронно раскрыли зонты, а мы с Олегом оказались абсолютно не готовы к стихие.
– Романов, мы сейчас промокнем до нитки! – засмеялась я, пытаясь спрятаться под зонтиком, накрывающим стол и лавочки уже закрытого кафе.
Олег бросил пакеты на сухую скамейку под зрнтиком, обернулся ко мне, и в его глазах загорелся шальной блеск.
Вода за секунду превратила его идеальную укладку в растрепанные мокрые пряди, которые упали на его лоб, а белоснежная рубашка потемнела и плотно облепила его мускулистое тело.
– И пускай, Юль, – сказал он, шагая ко мне прямо под струями ливня.
Вместо этого Олег схватил меня за талию и одним мощным рывком вытянул из-под навеса к себе,прямо под ливень. Мое новое шелковое платье мгновенно промокло, облепив кожу как вторая кожа.
– Олег, мы же заболеем! – крикнула я сквозь смех, стирая воду с лица и явно размазывая макияж.
– Не заболеем, Фиалка, – сказал он, и его ладони метнулись к моей шее, намертво фиксируя мою голову. – Пункт романтики "поцелуй под дождём" мы выполним прямо сейчас.
Он впился в мои губы с такой страстью, что у меня подкосились ноги. Это был невероятно сладкий поцелуй со вкусом токийского дождя, дорогого парфюма и нотками романтики. Потому что Олег целовал меня так, будто мы были одни на всей планете. Его язык властно хозяйничал в моем рту, а пальцы до боли впивались в мои плечи, заставляя меня выгибаться навстречу его горячему телу.
Я прижалась к нему, положив руки на его промокшую рубашку, чувствуя, как под моими ладонями перекатываются его мышцы. Вода заливала мне лицо и текла по шее, но внутри меня бушевал такой пожар, который не смог бы потушитьдаже Тихий океан.
Когда он наконец неохотно отпустил мои губы, мы оба тяжело и рвано дышали. Олег прижался своим лбом к моему, его серые глаза потемнели до черноты. Он перехватил мою руку, переплетая наши мокрые пальцы, и рассмеялся:
– Все, Фиалка. Шоппинг окончен, сейчас я вызову такси до отеля, и видит бог, это мокрое платье я сниму с тебя зубами прямо в лифте.
Поездка в такси до отеля в районе Минато превратилась в отдельный вид изощренной пытки. Мы сидели на заднем сиденье, оставляя мокрые следы на кожаной обивке, а обогрев в салоне работал на полную мощность.
Олег, заметив, что я всё-таки задрожала от прохлады, молча притянул меня к себе, накрывая меня словно одеялом своим сухим пиджаком, который он успел спасти от ливня тем, что просто закинул его в пакет перед выходом на улицу из магазина.
