Текст книги "Тайна антикварной лавки (СИ)"

Автор книги: Ирис Харди

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15

Глава 15

Тень действовал с безупречной, почти филигранной осторожностью. Его тонкие, дрожащие пальцы отмеряли каждую крупицу ингредиентов для зелья Памяти так, словно от этого зависела сама жизнь. Он бережно растирал в нефрититовой ступке серебристые чешуйки лунного минерала, медленно растворяя их в прозрачной вытяжке из сушеных трав, и непрерывно шептал древние канонические заклинания.

​Мила тем временем продолжала бессознательно висеть в самом центре лаборатории, плавно паря в полуметре над полом. Вокруг ее хрупкого тела беззвучно вращались сложнейшие геометрические кольца, подсвеченные таинственным голубоватым светом. Светящиеся руны на них то ускоряли свой ход, то замирали, оставляя в воздухе переливающиеся шлейфы.

​Когда последняя капля нужного катализатора наконец опустилась в узкое горлышко реторты и зелье вспыхнуло ровным, фиолетовым сиянием, в массивную дубовую дверь снаружи громко и требовательно постучали. Засов со скрежетом отодвинулся, и в башню быстрым шагом вошел Дракон. Он вернулся как раз вовремя.

​Окинув беглым взглядом готовую микстуру в руках брата, старший колдун молча властно взмахнул рукавом и коротко щёлкнул пальцами. Магические кольца мгновенно распались на сотни быстро тающих искр, усыпляющее заклинание развеялось, и Мила плавно, точно невесомое перо, опустилась прямо на холодный каменный пол.

​– Подержи ей голову, – тихо, почти шёпотом попросил Тень, подступая к ней с дымящимся сосудом и становясь на колени рядом.

​Дракон бесшумно опустился рядом и аккуратно уложил голову спящей девушки к себе на колени, придерживая ее за подбородок. Тень осторожно поднес край реторты к ее побледневшим губам и начал вливать густое зелье совсем по чуть-чуть, чтобы не пролить ни единой ценной капли на платье и не дать сонной, бессознательной девушке захлебнуться.

​С последней каплей волшебного настоя Мила резко, точно от удара током, открыла глаза и единым рывком села. Раздался гулкий, сочный звук: она со всей дури ударилась лбом прямо в твердый подбородок нагнувшегося над ней Дракона. Старший колдун от неожиданности и боли громко ойкнул, отшатнулся назад, потер ушибленное место и с откровенной яростью уставился на раскрасневшуюся девушку.

​– Иди-ка сюда, – с тихой требовательностью сказал Дракону его младший брат, дернув того за рукав кафтана. – Ей нужно хорошенько и во всех деталях нас рассмотреть. Память – это сложнейший, хрупкий пазл, который гораздо легче и быстрее складывать, когда правильный образец находится прямо перед глазами.

​Мила сидела на полу, обескураженно хлопая ресницами, и вопросительно, с глубоким недоумением разглядывала склонившихся над ней братьев и все окружающее её мрачное пространство башни.

​Но уже через секунду её будто со всей силы пнули тяжелым сапогом прямо в живот. Внутри вспыхнула дикая, судорожная боль, девушка резко согнулась пополам, обхватив себя руками за ребра, и часто, рвано задышала, ловя ртом холодный воздух.

​– Так и должно быть?! – вскинулся встревоженный Дракон, мгновенно забыв про разбитый подбородок и подаваясь вперед.

​– Да. Процесс возвращения истинной сути – далеко не самый приятный, – ответил Тень.

​Он подошёл совсем близко к Миле, опустился рядом и тихонько, с неимоверной нежностью взял её за дрожащую ледяную ладонь.

​– Мелисса, посмотри на меня, – прошептал он.

​Девушка с трудом преодолела судорогу, медленно подняла голову и уставилась на него глазами, полными стоящих слез и нечеловеческой боли. У Тени от этого взгляда заколотилось сердце, перехватило дыхание, и он только сильнее сжал маленькую руку Милы в своей ладони.

​– Прошу тебя, вспомни нас, сестра!

​Дракон тяжело опустился на одно колено, аккуратно положил свою широкую ладонь девушке на плечо и крепко зажмурился. В тот же миг мягкий, чистый золотистый свет возник прямо в его ладони и прошел тоненькой, искрящейся линией через ее плечо прямо к виску Милы.

​Зрачки девушки расширились на весь глаз, впитывая этот свет, и судорога отступила. Мила перестала ежиться от боли и тяжело обмякла, дыхание выровнялось.

​Братья бережно подхватили её под локти и помогли подняться на ноги.

​– Аскольд? – тихо, с неверным изумлением прошептала она, поднимая взгляд на старшего из колдунов.

​У сурового мужчины от этого забытого имени мгновенно встал плотный ком в горле, а в серых глазах неожиданно блеснула слеза.

​– Да, – едва слышно проговорил он, сглатывая.

​Мила медленно перевела потрясенный взгляд на рыжеволосого алхимика.

​– Оливер?

​Юноша не выдержал, навзрыд заплакал и с силой бросился к девушке, крепко обнимая ее за шею.

​– Это ты! О, Боги, это действительно ты! Я знал! Я верил! – ослабшим, срывающимся голосом проговорил он, уткнувшись носом в её плечо.

​Аскольд сжал руку в кулак, пытаясь вернуть привычную стойкость, а потом медленно и тяжело выдохнул, сделал шаг вперед и сгреб брата и сестру в охапку.

​– Я бесконечно рад, что мы теперь снова вместе, – еле сдерживая нахлынувшие эмоции, проговорил он низким голосом, – но у нас всё ещё есть очень опасные, незаконченные дела. Мелисса, пока мы в этих стенах, мы не можем использовать наши настоящие имена, чтобы не навлечь врагов. А потому называй нас при других людях точно так же, как и раньше: Дракон и Тень. Мы, в свою очередь, будем звать тебя, как и прежде – Мила. Договорились?

​– Да, – понимающе кивнула девушка, вытирая слезу.

​– Тень, – повернулся старший брат к рыжеволосому юноше. – Введи Милу в курс всего дела и помоги вспомнить как можно больше. Мешайте любые зелья, колдуйте, пробуйте всё, что найдете в фолиантах. Если для этого потребуются редкие или опасные ингредиенты – просто скажите, я вам все достану из нижнего города.

​Тень серьезно кивнул и мягко потянул сестру за собой к рабочему столу, а Дракон, как и всегда, без лишних слов развернулся и мгновенно исчез в неизвестном направлении, растворившись в сумраке коридоров.

*

​Пока Тень с головой ушел в прочесывание тяжелых магических и алхимических книг, перелистывая пергамент за пергаментом, девушка присела на скамью и изо всех сил пыталась свести воедино две совершенно разные реальности – свои воспоминания о далеком прошлом и о настоящем.

​Кто же она на самом деле? Мелисса, родная сестра двух сильнейших, опаснейших магов этого мира? Но кто же тогда Мила? Обычная, ничем не примечательная девушка из скромного городка, с ранних лет увлеченная травничеством и алхимией? А что, если это всё части одного целого?

​Она озадаченно осматривалась вокруг себя. Сотни мыслей, вырвавшихся из заточения воспоминаний, с дикой скоростью заполонили ее голову. Миле на мгновение показалось, будто её череп вот-вот лопнет от переполняющего, хаотичного потока информации.

​Ещё пару минут она сидела в абсолютной растерянности, обхватив голову руками и закрыв глаза, пока разрозненные фрагменты наконец не зацепились друг за друга и не сложились в единую, четкую и правильную цепочку.

​Она и ее любимые братья. Аскольд вечно в опасных походах и разъездах, а они с Оливером сидят в уютной лавке и готовят лечебные препараты и мази для местных горожан. Затем, жуткий, всепожирающий пожар. Темный Орден, нападающий на их дом, и пытающийся насильно забрать ее от братьев. Сверкающий портал, бросок в неизвестность. Затем непроглядная тьма.

​Следом – странное пробуждение. Пустая, чужая квартира в ином мире. Непонятные книги на полках, ежедневная рутинная работа. Начало её странного, вспыхнувшего из ниоткуда интереса к алхимии и травам. Несколько лет, тянувшихся как бесконечный день сурка. Затем Рождество и судорожный поиск необычного подарка на ярмарке. Волшебная чаша! Странная картина. Боже, как же выглядел тот загадочный продавец в антикварной лавке? Старая бабка-знахарка в трущобах, пытающаяся подсыпать ей яд и отравить. А затем побег, поиски и эта башня. И снова её братья рядом!

​Мила просияла, её лицо озарилось счастливой и светлой улыбкой. Тень сразу же заметил эту резкую перемену в её настроении, отложил фолиант, и Мила на одном дыхании рассказала ему абсолютно всё, что только что вспомнила.

​– Довольно много. И удивительно быстро! – искренне удивился брат, качая головой. – Хотя, чему я удивляюсь? Ты ведь всегда была невероятно способной к наукам.

​Он тепло и по-доброму улыбнулся ей.

​– Давай я тоже поищу с тобой нужное зелье в книгах, я ведь вспомнила пока только основные, самые крупные события, – поднялась со скамьи девушка, подсаживаясь к нему ближе. – Но некоторые мелкие детали всё ещё потерялись в тумане. Мне нужно восстановить всё до мелочей.

​– Давай! – искренне обрадовался Тень, подвигая к ней тяжелый том, и они вместе, плечом к плечу, продолжили свою кропотливую работу.Дорогие друзья! Я бы хотела узнать ваше мнение о героях. Пишите мне в комментариях, каким вы видете их дальнейший путь. Возможно, вы сможете повлиять на развитие сюжета. Мне будет приятно узнать ваше мнение. С уважением, автор!

Глава 16

Глава 16

Тяжелые двери Главного зала, окованные потемневшей от времени бронзой, отворились с глухим, пробирающим до костей скрипом.​ В огромном, погруженном в полумрак помещении царил душный, тяжелый холод. Высокие готические своды терялись где-то в вышине, среди сплетения мрачных теней, а из узких стрельчатых окон, затянутых инеем, пробивался бледный, безжизненный дневной свет. Вдоль стен молчаливыми изваяниями застыли гвардейцы в черных латах. Их лица скрывали глухие забрала. В этом замке даже воздух казался мертвым, пропитанным страхом, сыростью и тонким, едва уловимым запахом дорогого ладана, которым пытались заглушить вонь гнили.​

Аскольд, которого в этих стенах знали исключительно под именем Дракона, шагнул через порог. Его тяжелые кожаные сапоги чеканили ровный, размеренный шаг по полированным мраморным плитам пола. Эхо от каждого шага гулко разносилось под сводами. Полы его темного, подбитого волчьим мехом, плаща слегка колыхались во время ходьбы, а лицо оставалось абсолютно бесстрастным, точно высеченным из темного горного гранита. Серые, стального оттенка глаза смотрели прямо перед собой – холодно, отстраненно и сокрушительно. Внутри колдуна не было ни паники, ни сомнений. Каждое движение, каждый вздох были выверены до мельчайших деталей. Он слишком хорошо знал человека, к которому сейчас шел, и слишком долго играл в эту смертельную игру, чтобы позволить себе хоть одну случайную эмоцию.​

На другом конце зала, на высоком возвышении из черного базальта, покоился массивный трон, вырезанный из кости и мореного дуба. На нем восседал Герцог. В его глубоких глазницах лихорадочно горели пронзительные и полные неутолимой, болезненной жажды власти глаза. Сегодня на герцоге был тяжелый бархатный кафтан цвета спелой вишни, шитый серебряными нитями, а длинные пальцы, усыпанные перстнями с крупными рубинами и сапфирами, непрерывно барабанили по резным подлокотникам кресла.

​Рядом с троном, чуть позади Герцога, замерла еще одна фигура – верховный эмиссар Темного Ордена в длинной мантии. Его лицо скрывал глубокий капюшон, но Дракон и без того чувствовал на себе его липкий, ядовитый взгляд.

Орден давно пустил свои корни в этом замке, снабжая правителя древними фолиантами в обмен на его безграничные ресурсы.​

Дракон остановился точно в десяти шагах от подножия тронного возвышения. Он не стал преклонять колено и даже не подумал отвешивать льстивые поклоны. Его статус главного придворного чародея и легата позволял держать дистанцию. Он лишь коротко, едва заметно кивнул.

​– Вы вызывали меня, Герцог? – прозвучал низкий, спокойный голос Дракона, не выражающий абсолютно ничего.

​Герцог прекратил стучать пальцами по подлокотнику. Он медленно подался вперед, вглядываясь в лицо колдуна. Рубины на его перстнях вспыхнули кровавыми бликами в бледном свете заснеженных окон.​

– Наконец-то, Дракон, – проскрипел правитель. Голос его был сухим, точно треск надломленной ветки. – Я уже начал думать, что мой главный чародей настолько увлекся прогулками у моря, что забыл дорогу к залу аудиенций.​

– Я выполнял вашу волю, Герцог, – суховато отозвался Аскольд.​

– Вот как? – Герцог прищурил свои черные глаза и оперся подбородком на сцепленные в замок пальцы. – В таком случае, перейдем сразу к делу. До моих ушей дошли крайне любопытные слухи. Стражники на южной пристани и матросы торговых судов в один голос утверждает, будто сегодня утром видели тебя в гавани. В компании одной весьма интересующей меня брюнетки.​

Дракон даже не моргнул. Он слегка повел плечом, поправляя край тяжелого плаща.​

– На пристани кипит торговля, Герцог. Матросы и докеры видят много вещей, о которых любят посудачить после пары кружек дешёвого эля.​

– Не увиливай! – резко оборвал его Герцог, и в его голосе проскользнули визгливые, истеричные нотки. – Мне доложили совершенно конкретные вещи! Ты схватил её прямо на мостках в порту. Ты вел через гавань брюнетку, у которой на руках были твои магические оковы! Те самые оковы из черного железа, которыми ты связываешь пленников!​

Герцог поднялся с трона. Его длинная тень протянулась по мраморному полу прямо к ногам Дракона.

Правитель сделал несколько шагов вниз по каменным ступеням, всматриваясь в бледное лицо мага.​

– Весь город шепчется, что ты поймал девчонку из иного мира. Ту самую, которую я лично с таким трудом вытянул через антикварную лавку, вручив ей этот чертов бубен! И где же она?! Почему её не привели в мои подвалы? Почему она не стоит сейчас передо мной?!​

Дракон выдержал паузу. Он дал гневу Герцога закипеть, подняться до нужной температуры, чтобы затем накрыть его ледяной крышкой расчетливой лжи.​

– Девчонка действительно была у меня в руках, Герцог, – ровно проговорил Дракон, выдерживая прямой взгляд правителя. – И заковал в оковы я её лично прямо в порту, чтобы заглушить шепотки горожан. Но слухи, как всегда, передают лишь половину правды.​

– Так поведай мне вторую половину! – подозрительно мягко проговорил Герцог, останавливаясь в трех шагах от колдуна. От правителя пахло дорогими духами, вином и болезненным потом.

– Где она?!​

– Она выскользнула, – без единой эмоции на лице ответил Дракон. – Местные кварталы у гавани – это сплошная суматоха из-за разгрузки судов. Мы пробирались через узкий переулок меж складами, когда девчонка споткнулась, подняла шум и спровоцировала давку среди матросов. Воспользовавшись тем, что толпа сбила стражу, она проявила неожиданное проворство. Девчонка вывернулась из оков, которые ослабли на секунду из-за наложения портового антимагического фонового поля, и нырнула в лабиринт городских трущоб.​

– Вывернулась?! Из твоих-то оков?! – лицо Герцога налилось багровой краской. – Ты хочешь сказать, что обычная человеческая девка, без единой капли магии в жилах, просто сбежала от тебя в порту?!​

– Уличная сутолока и животный страх иногда придают обычным людям удивительную прыть, Герцог, – холодным, отстраненным тоном произнес Аскольд. – Девчонка не владеет заклинаниями, это правда. Но она напугана, как загнанный зверь, и прекрасно понимает, что её ждет. В трущобах Нижнего города сотни заброшенных подвалов и контрабандистских лазов. Человеку без магии затеряться там среди нищих проще простого.​

– Ты хоть понимаешь, что натворил?! – зашипел Герцог, подскакивая к Дракону и тыча своим костлявым, усыпанным перстнями пальцем прямо ему в грудь. – Ты понимаешь, насколько она мне нужна?!​

Из-за трона бесшумно выступил эмиссар Ордена. Его сухой, шуршащий голос прорезал зал, точно лезвие бритвы:​

– Легат Аскольд прекрасно знает ритуал Бессмертия, Герцог. И знает условия. Девчонка-брюнетка – ключ к первой фазе. Бубен, который вы передали ей через лавку в том мире, связывает её душу с артефактом. Но древняя магия бессмертия требует полного соблюдения законов воли. Если мы замучаем девчонку в казематах или заставим её силой – артефакт разрушится. Девчонка должна отдать бубен САМА. Добровольно. Без принуждения и ментального насилия! Точно так же, как вторая временная путешественница должна добровольно отдать свою Великую Чашу! Иначе ритуал высшей трансформации просто испепелит нас всех!

​Герцог судорожно сжал кулаки, тяжело задышав.​

– Именно! – рявкнул он, снова поворачиваясь к Дракону. – Мне не нужен её труп! Мне не нужна калека, которая будет немо проклинать меня перед алтарем! Я должен был убедить ее, заставить сломаться, довериться мне или выторговать свою жизнь, чтобы она САМА протянула мне бубен! А ты дал ей сбежать в трущобы! Если она замерзнет в каком-нибудь вшивом подвале или её зарежут портовые воры – ритуал сорвется навсегда!

​– Она жива, Герцог, – твердо ответил Дракон, даже не шелохнувшись под рассерженным взглядом правителя. – И бубен все еще при ней. Девчонка считает его единственным спасением и держится за него мертвой хваткой. Чтобы заставить чужачку отдать артефакт добровольно, её сначала нужно загнать в угол, а затем предстать перед ней единственным спасителем. Именно это я и собирался сделать.​

Герцог застыл. На его бледных щеках заиграли желваки. Он прошелся взад и вперед перед Драконом, вытирая батистовым платком взмокший лоб.​

– Ты перевернешь этот город вверх дном, Дракон! – наконец выдохнул правитель, впиваясь в мага своими черными, как мрак глазами. – Ты обыщешь каждый притон, каждый вшивый подвал в Нижнем городе! Ты найдешь её, войдешь к ней в доверие, сыграешь роль её защитника! Мне плевать, как ты это сделаешь! Но она должна доверять тебе настолько, чтобы прийти на алтарь и своими руками отдать мне бубен!

​– На то, чтобы аккуратно обследовать трущобы и не спугнуть девчонку окончательно, потребуется время, – спокойно проговорил Дракон. – Мне нужно по меньшей мере пять дней, чтобы закрыть район за районом и выследить ее.​

– Пять дней?! – Герцог задохнулся от возмущения. – Ты сошел с ума! Никаких пяти дней! Я даю тебе ровно три дня! И поторопи своего брата. За это время он должен мне приготовить этот чертов эликсир бессмертия!

​Герцог вытянул три трясущихся пальца перед лицом колдуна.​

– Три дня, Дракон! Ни часом больше! Если через семьдесят два часа девчонка не будет под твоим чутким контролем готовиться к передаче артефакта, я решу, что ты больше не справляешься с обязанностями! Я лишу тебя Северной башни, а на поиски отправлю личную гвардию и ищеек Ордена! И поверь, они перероют весь город, и тогда о том, чтоб вернуть твою сестру можно будет забыть! Ты меня понял?!​

Дракон глубоко и медленно вздохнул. Внутри него вспыхнуло чувство тихого, холодного торжества. Поймал. Правитель заглотнул наживку вместе с крючком и леской.​ Три дня. Это было ровно то время, которое требовалось Тени и Миле, чтобы закончить непрерывный, сложнейший процесс варки «Эликсира Сокрытия Сути» из древнего фолианта в их башне.

Три дня Герцог будет свято верить, что его главный колдун носится по вонючим подворотням Нижнего города, выслеживая затерявшуюся человеческую девчонку, чтобы войдя в доверие, выманить у нее бубен.​ Три дня у Дракона будет легальный предлог отсутствовать в замке и выигрывать время. A Элис в это время будет в абсолютной безопасности, укрытая далеко в горах у знахарки, где никакие ищейки Герцога не догадаются её искать.​

Лицо Дракона осталось неподвижным, словно высеченным из камня. Он опустил взгляд, имитируя неохотное подчинение.

​– Три дня – это слишком жесткий срок для подобной игры, Герцог, – с намеренной досадой проговорил он, сгущая краску своей лжи. – Но если такова ваша воля, я сделаю всё. Сегодня же ночью я начну прочесывание восточных кварталов трущоб.​

– Не забывай о своей сестре, Дракон! – рявкнул Герцог, упираясь руками в бока. – Иди! И без новостей о девчонке с бубном не возвращайся!

Дракон слегка склонил голову, развернулся на каблуках и ровным, неторопливым шагом направился к выходу из Главного зала. Полы его темного плаща снова взвились, точно крылья исполинской птицы.​

Проходя мимо застывших в доспехах стражей, колдун чувствовал на своей спине тяжелый, подозрительный взгляд эмиссара Ордена. Но это его уже не волновало. Первый ход в этой опасной партии был сделан идеально. Время было выиграно.​

Выйдя из душного замка на морозный воздух, Дракон глубоко вдохнул ледяной ветер. Снег тихо падал на его огненно-рыжие волосы. Впереди были три дня смертельно опасной игры, и где-то там, высоко в горах, среди метели и овец, его ждала человеческая девушка Элис, брюнетка с темными, как ночь, волосами и дерзкими глазами, о которой он теперь не мог забыть ни на секунду.