Текст книги "Тайна антикварной лавки (СИ)"

Автор книги: Ирис Харди

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

​В ответ, пришедший в неистовство Герцог, выставил заклятие: от его рук с диким ревом в сторону Дракона взвились два встречных ядовито-зеленых луча. Столкновение двух исполинских сил сотрясло стены Черного зала. Во все стороны мощным салютом посыпались снопы ослепительных искр. Бордовые гобелены на стенах мгновенно вспыхнули ярким, гудящим пламенем, наполняя помещение удушливым дымом.

​– Выхода отсюда всё равно нет, Дракон! – безумно хохотал Герцог сквозь рев огня и магии. – Своей безудержной яростью ты сожжешь здесь не только меня, но и похоронишь всех остальных!

– Есть выход! – пронзительно крикнул Оливер.

Он метнулся к одному из огромных гобеленов, сотканных из тяжелой пряжи. Пламя уже охватило его нижний край: огонь жадно впивался в старинные нити, обугливал золотое шитье и превращал вековую ткань в черные, дымящиеся хлопья, которые с тихим треском осыпались на каменный пол. Задыхаясь от горького дыма, Оливер изо всех сил вцепился в горящее полотно и попытался сорвать его с каменной кладки. Но гобелен не поддавался. Тяжелый, пропитанный пылью и смолой, он словно прирос к каменной стене.

Мелисса, мгновенно поняв замысел брата, без раздумий бросилась ему на помощь. Вместе, кашляя от гари, разрывающей легкие, и обжигая пальцы о тлеющие края гобелена, они рванули ткань на себя. С оглушительным треском ткань, наконец, поддалась и с тяжелым шумом обрушилась вниз, подняв тучу искр. За снопом огня и дыма взору открылась знакомая всем картина. Путь был открыт. Однако времени оставалось мало: языки пламени уже подбирались к резным завиткам её тяжелой дубовой рамы. Дерево вспучивалось, по нему бежали огненные змейки, а лаковое покрытие темнело и пузырилось, угрожая уничтожить единственный путь к спасению.

– Забирайте артефакты и уходите! Предметы оставьте в лавке и быстро покиньте ее! – перекрикивая оглушительный гул разрастающегося пожара, зарычал Дракон.

Элис бросилась к древнему каменному алтарю. Пальцы девушки судорожно сжали испещренный защитными рунами бубен, от которого исходило слабое мерцание. Попавшуюся под горячую руку грубую глиняную миску, заменявшую в ритуале алхимическую чашу, она со всей злостью швырнула прямо в лицо Герцогу. Тот резко дернулся, инстинктивно пыталась увернуться от летящей миски, и на короткую долю секунды потерял концентрацию.

Этот едва заметный промах поменял расстановку сил в битве двух магов. Смертоносный зеленый луч, гудящий и вырывающийся из его сжатых ладоней, дёрнулся, на мгновение побледнел и пошел яркими трещинами. Аскольд, чье тело буквально полыхало от напряжения под натиском вражеской магии, мгновенно воспользовался этой секундной слабостью соперника и сделал глубокий вдох, перестраивая свой щит.

В тот же миг за спиной Герцога тяжелый, раскаленный воздух зала задрожал и пошел сизыми волнами. Пространство с треском разверзлось, обнажая пульсирующую тьму. Из чрева сотканного портала веяло могильным холодом. На каменные плиты шагнул высокий, широкоплечий мужчина в пышной лиловой мантии. В его холодных, налитых кровью глазах отражался пожар. Это был Верховный эмиссар Тёмного Ордена – Лютер.

Мелисса, мгновенно узнав силуэт пришельца, истошно вскрикнула:

– Это он сжег наш дом!

Оливер услышал слова сестры, и внутри него словно прорвало плотину гнева. Нахлынувшая ярость выжгла остатки страха. Юноша собрал всю свою магическую энергию, сжал её в кулаках и швырнул ослепительный, ревущий огненный сгусток прямо в грудь эмиссара.

Между Оливером и Лютером завязалась беспощадная дуэль. Эмиссар успел выставить ледяной щит, но ослепляющая ярость Оливера многократно умножила его магический потенциал. Пламенный сгусток с оглушительным гулом пробил барьер Лютера и врезался ему прямо в грудь. Внезапно ткань лиловой мантии эмиссара вспыхнула ярким фиолетово-белым огнем.

Лютер панически попытался сорвать с себя одежду, но ткань его плаща словно намертво прилипла к телу, стремительно перекидывая пламя на остальное одеяние. Теряя самообладание от адской боли, Верховный эмиссар с диким воем бросился на каменный пол, отчаянно катаясь и пытаясь сбить пламя. Но магический огонь Оливера, питаемый ненавистью за сгоревший родной очаг, не угасал – он лишь сильнее въедался в плоть, разъедая колдовскую защиту. Спроецированное пламя полностью поглотило Лютера, превратив могущественного эмиссара Тёмного Ордена в горстку серого пепла.

Тем временем в центре зала разворачивалось жестокое сражение Аскольда и Герцога. Восстановив равновесие после брошенной миски, Герцог выплеснул новую волну скверны. Зеленый луч налился ядовитым светом и стал медленно, но неотвратимо подбираться к Аскольду.

Искры пламени сыпались на пол, сжигая камни до основания. Аскольд стоял, упершись ногами в крошащиеся плиты, но его силы иссякали, а щит уже трещал по швам под давлением темной магии Герцога.

Оливер, тяжело дыша после расправы над эмиссаром увидел, что Дракон сдает позиции, и вытянул к брату обе руки. Из его ладоней вырвался чистейший голубой сгусток энергии и на полной скорости вошел в тело Аскольда. Голубая дуга силы вспыхнула между ними, мгновенно укрепив угасающий щит Дракона.

– Ты отдал брату свою силу? – ахнула от удивления Мелисса, прикрывая лицо от нестерпимого жара.

– Нет, не отдал, просто поделился! Я от этого ничего не теряю! – юноша крепче сжал зубы, пытался спрятать сестру от рвущегося отовсюду огня за свою спину.

– Это как вай-фай? – перекрикивая оглушительный гул пламени и треск лопающихся камней, прокричала Мелисса.

– Я не знаю, что это такое, но наверное, как вай-фай!

– А я смогу так ему помочь?

– Попробуй! Ты всегда была способной!

Мелисса решительно вытянула руки в сторону Аскольда и крепко закрыла глаза, концентрируя все свои силы. Секунду спустя ослепительно-яркий голубой луч с шелестом вырвался из ее ладоней и прямо по воздуху влетел в Дракона, заставив его ауру засиять с новой силой. Поддержка близнецов переломила ход битвы: светящийся барьер Аскольда рванулся вперед, буквально сминая ядовито-зеленый луч Герцога и отбрасывая врага назад.

– Ого! Ты молодец, сестренка! – крикнул Оливер.

– Уходите с Мелиссой и Элис! Быстро! – рыкнул Аскольд брату, изо всех сил сдерживая ответный удар возобновившейся волны Герцога.

– А как же ты? – Мелисса в страхе обернулась к старшему брату, застыв на месте.

Тень, не теряя ни секунды, крепко схватил сестру за руку и потянул за собой. Они вместе с Элис бросились к начинающей гореть картине, так и не успев услышать ответа среди грохота рушащегося потолка.

– Я догоню, – тихо прошептал Дракон, глядя им вслед через сплошную стену огня и смыкая пальцы для решающего удара по Герцогу.

Глава 26

Глава 26

Выскочив из пылающего портала прямо в помещение антикварной лавки, беглецы на мгновение замерли от резкой смены обстановки. В самом магазинчике пожара не было – здесь царил привычный полумрак, витал густой запах пыли, воска и старой древесины, но сама картина внутри тяжелой дубовой рамы полыхала яростным пламенем. Из живописного полотна, точно из открытого зева печи, вырывались волны удушливого жара и клубы сизого дыма.

Памятуя строгий наказ Дракона, спутники отчаянно спешили. Пальцы дрожали от пережитого страха, а дыхание сбивалось, но они изо всех сил старались аккуратно и быстро расставить древние артефакты на их изначальные места вдоль деревянных полок. Оливер достал из-за пазухи алхимическую чашу и поставил на место, которое указала ему сестра. Элис немного задержалась у резного бубна: с трепетом в руках она осторожно опустила испещренный рунами инструмент на прилавок, невольно прощаясь с магией, спасшей ей жизнь. В этот момент Мелисса бросила беглый, полный ужаса взгляд на волшебное полотно. Огонь внутри картины развивался с пугающей, молниеносной скоростью. Масляные краски пузырились, темнели и осыпались черными хлопьями, прямо на глазах уничтожая вековой холст. Совершенно незатронутым бушующим пламенем оставался лишь самый крайний, нижний угол картины – тот самый, в котором Мелисса совсем недавно с изумлением разглядывала свое собственное отражение.

Быстро перебежав лавку, они буквально вывалились сквозь витринную дверь на вечернюю улицу. Морозный зимний воздух мгновенно ударил в грудь, выталкивая из легких остатки ядовитой гари. С разбегу завязнув в глубоких, нетронутых сугробах, обессиленные беглецы рухнули прямо в пушистый снег.

Внезапно в тишине заснувшего переулка прозвучал резкий, звонкий сигнал телефонного оповещения. Кому-то пришло входящее сообщение. Элис, еще не до конца веря в происходящее, машинально потянулась к карману и выудила свой смартфон. Вглядевшись в вспыхнувший экран, она пораженно воскликнула:

– Невероятно! Телефон полностью заряжен и я снова в сети! Мы дома!

Снежную улицу огласили вздохи облегчения и сбивчивые возгласы. Мелисса, тяжело дыша обернулась назад, к тому месту, откуда они только что выскочили. Ее глаза расширились от крайнего изумления: прямо на глазах уютная витрина антикварной лавки подернулась дымкой и безвозвратно растворилась, уступив место самой обычной, покрытой инеем кирпичной стене.

– Лавка... она исчезла! – тихо, едва слышно проговорила Мелисса, указывая рукой на пустую кладку.

Все дружно обернулись и в оцепенении уставились на сплошную стену, на которой не осталось и намека на существование какого-либо магазина.

– А мы точно вернулись именно в свое время? – с сомнением и затаенной тревогой спросила Элис, оглядывая заснеженный переулок.

Ответ не заставил себя ждать. Из дверей маленькой булочной неподалеку, обдав морозный воздух аппетитным ароматом ванили и свежей выпечки, неспешно вышел молодой парень. Oн на ходу с искренним наслаждением уплетал румяный, горячий круассан, абсолютно ничего не замечая вокруг.

– Любезнейший! – громко окликнул его Оливер. Юноша поднимался из сугроба, энергично отряхивая с одежды налипшие хлопья снега и пытаясь придать себе хотя бы относительно приличный вид. – Не подскажете ли, какой сегодня год... и число?

Парень замер с поднесенным ко рту круассаном и посмотрел на странную, закопченную компанию в необычных одеждах с нескрываемым недоумением. Однако, списав всё на предновогодние костюмы, коротко ответил, назвав текущую дату, и поспешил продолжить свой путь.

Прощание беглецов получилось недолгим, но теплым. Элис очень тонко чувствовала момент: она понимала, что Мелиссе и Оливеру, наконец-то нашедшим друг друга после долгих лет разлуки и пройденных испытаний, нужно побыть наедине и обо многом спокойно поговорить. Поэтому, сердечно попрощавшись с ними и обменявшись искренними объятиями, девушка направилась в сторону центральной площади. Брат с сестрой, тихо о чем-то шепчась и не разжимая рук, побрели в противоположную сторону. «Видимо, где-то там находится квартира Мелиссы», – решила Элис.

Выйдя на просторную площадь, девушка плотнее укуталась в тяжелый, теплый плащ Аскольда, который тот заботливо накинул ей на плечи еще перед началом рокового ритуала. Элис села на заснеженную лавочку и с тихой, светлой грустью окинула взглядом нарядный, мерцающий праздничными гирляндами город, готовый встретить Новый год. На старинной ратуше звон тяжелых курантов торжественно отсчитал восемь глухих ударов. До наступления полуночи оставалось совсем немного времени.

Элис подняла глаза и устремила взор вдаль, куда-то за темный силуэт ратуши, сквозь морозную дымку и толщу веков. Она точно знала: там, в далеком и жестоком Средневековье, прямо на месте этого уютного светлого города, высился мрачный черный замок Герцога. И прямо сейчас в его каменных залах кипела яростная, нещадная битва. Сердце Элис болезненно сжалось.

*

Мелисса и Оливер медленно брели по заснеженному переулку, направляясь к небольшому дому, где располагалась квартира девушки. Уличные фонари отбрасывали на свежие сугробы мягкий желтый свет, а в воздухе кружились редкие морозные снежинки. Тень шел, напряженно и с опаской оглядываясь по сторонам. Он вздрагивал от гула проезжающих вдалеке автомобилей, присматривался к светящимся неоновым вывескам и чужим силуэтам в окнах. Этот мир казался ему сотканным из чужеродных звуков и странных конструкций.

– Я ничего здесь не знаю, – тихо и с глубокой грустью вздохнул юноша, плотнее запахивая плащ. – Всё это совершенно не похоже на обстановку, к которой я привык, в которой жил раньше. Здесь всё чужое.

Мелисса мягко взглянула на брата и сделала шаг ближе, пытаясь успокоить его своим присутствием.

– Не переживай так, Оливер. Поверь мне, жизнь здесь намного спокойнее и безопаснее, чем там, откуда мы пришли. Тут нет магии скверны, нет войн и бесконечных погонь. Я научу тебя абсолютно всему, что только нужно для комфортной и простой жизни. Мы со всем справимся.

Девушка попыталась тепло и ободряюще улыбнуться брату, но улыбка вышла слабой, дрожащей и мгновенно угасла. Взгляд Мелиссы помутнел, плечи бессильно опустились, и она тяжело поникла, безотчетно глядя себе под ноги на утоптанный снег.

Тень тут же остановился. Наблюдательный и чуткий к состоянию сестры, он сделал шаг вперед и бережно положил свою ладонь ей на плечо.

– Мелисса, я знаю, о чем ты сейчас думаешь, – тихо, но твердо произнес он, смотря ей прямо в глаза.

– Я только-только воссоединилась с семьёй. Едва успела обнять своих братьев, – едва слышно, с прорывающимся сквозь ком в горле отчаянием проговорила девушка. – И я снова потеряла ее часть. Скажи, как ты думаешь, что с ним стало там, в том зале? Выжил ли он в этой проклятой битве?

В ее глазах блеснули слезы, в которых отражался свет новогодних гирлянд. Оливер чуть сжал её плечо, передавая то малое тепло и уверенность, что были в нем самом.

– Мелисса, послушай меня. Он – один из самых сильных и искусных магов, кого я знал. А твоё возвращение, поверь, придало ему огромную волю к жизни. Он вернётся.

– Ты правда так думаешь? – спросила Мелисса, подняв на него полные надежды и страха глаза.

Тень на мгновение смолк. Он медленно запрокинул голову и задумчиво посмотрел в темное зимнее небо, сквозь которое проглядывали холодные, далекие звезды.

– Он всегда возвращается, – тихим, но уверенным голосом ответил Оливер.

Глава 27

Глава 27

Медленно ступая по хрустящему заснеженному тротуару, Элис брела в сторону дома. Вечерний город жил праздничной, суетливой жизнью: окна домов светились уютным золотистым светом, сквозь морозную дымку пробивались разноцветные огни новогодних гирлянд, а в воздухе витал запах хвои и предпраздничного волшебства. Но мысли девушки были невероятно далеки от этой современной зимней сказки. Она все еще чувствовала на плечах тяжесть чужого плаща, а в ушах до сих пор эхом отзывался гул магии и треск рушащихся сводов замка.

​– Какая невероятная, совершенно безумная история с нами произошла, – шепотом говорила Элис сама себе. – Если попытаться написать об этом статью, отправить ее в редакцию или выложить в сеть... да никто же в здравом уме не поверит! Скажут, что это плод разыгравшегося воображения или газетная утка. А что, если... а напишу-ка я об этом целую книгу! Я ведь так давно мечтала издать собственный настоящий роман. У меня есть сюжет, есть эмоции, есть живая боль и живая магия. Нужно только придумать правильное, цепляющее за душу название!

​Она задумчиво остановилась прямо посреди заснеженной аллеи, плотнее укутавшись в теплый плащ и нащупывая под ним обод шаманского бубна. Погрузившись в размышления, Элис перебирала в голове варианты, пытаясь подобрать идеальные слова для заглавия будущей рукописи – яркие, загадочные, передающие всю глубину пережитого опасного приключения.

​Ее напряженные мысли вдруг прервал знакомый, бархатистый, чуть насмешливый и бесконечно родной тихий голос, раздавшийся совсем близко, прямо за ее спиной:

​– А я в этой твоей книге буду коварным злодеем или все-таки благородным героем?

​Элис на мгновение замерла. Сердце в груди пропустило мощный удар, а затем радостно заколотилось. Она на мгновение опустила голову, спрятала лицо в воротнике и невольно улыбнулась – тепло, искренне, с невероятным облегчением, от которого на глаза едва не навернулись слезы. Медленно развернувшись к собеседнику, она увидела стоящего перед ней колдуна.

​– Как тебе удалось попасть сюда? – с придыханием спросила она, снизу вверх разглядывая его знакомые черты. – Разве то волшебное полотно не сгорело дотла? Разве портал между мирами не закрылся навечно?

​Аскольд склонил голову набок, и в темноте его глаз мелькнула задумчивая, лукавая искра.

​– Похоже, одна упрямая особа просто не удержалась, и оставила себе небольшой артефакт на память, – неторопливо и мягко проговорил Дракон, глядя на выглядывающий из под плаща край магического бубна.

​– И чем же это нам грозит? – настороженно спросила Элис, внимательно всматриваясь в лицо колдуна и пытаясь уловить в нем хоть тень тревоги.

​Аскольд лишь тепло улыбнулся, и эта улыбка мгновенно развеяла остатки ее страха.

​– Абсолютно ничем страшным! – ласково ответил он. – Разве что еще одним путешествием в Средневековье, но только если нам этого захочется.

​С этими словами колдун шагнул вперед, сокращая остававшееся между ними расстояние, и подошел к Элис вплотную.

​– А не соблаговолит ли прекрасная милая дама встретить этот Новый год со мной, в моем загородном замке? – произнес он с легким, изысканным поклоном, протягивая ей руку.

​– Опять вернуться в Средневековье? – испуганно и переспросила Элис, отступая на полшага и с сомнением сводя брови на переносице.

​Дракон тихо, заразительно засмеялся. Этот искренний смех окончательно растопил остатки витавшего между ними напряжения. Не давая ей больше ни секунды на сомнения, он шагнул вплотную и трепетно, но уверенно обнял ее за талию, притягивая к себе.

​– Ну что ты, глупенькая, – тихо шепнул он ей прямо на ухо. – Во-первых, я ведь далеко не в первый раз в этом веке, а это значит, что у меня здесь давно обустроено собственное уютное гнездо. А во-вторых, неужели ты и правда думаешь, что у самого могущественного колдуна двух миров не найдется живописного, старинного замка в каком-нибудь очень красивом и тихом пригороде этого времени?

​Он сжал ее в объятиях еще крепче, словно укрывая от всего остального мира, от зимней стужи, от прошлых бед и будущих тревог. Элис доверчиво положила голову ему на грудь, слушая ровный, сильный стук его сердца. Закрыв глаза, она глубоко вздохнула и улыбнулась. В этот самый миг, здесь, среди заснеженного современного города, она чувствовала себя абсолютно, бесконечно счастливой в его нежных, теплых и самых надежных объятиях на свете.Конец