Текст книги "Мой спаситель... или погибель (СИ)"

Автор книги: Ирина Семендеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

18. Приятная ночь вдвоём

Мы стояли напротив небольшого домика, немного углубившегося от дороги. Выглядел он приятно с наружи. Слишком скромный и простой. Светлая облицовка стен с двумя большими окнами, между входной дверью. Двух этажный, с высокой крышей из красной черепицы. Без сада и палисадника.

Я была, конечно, удивлена.

Представляла дом немного иначе. Может, шире и благоустроенным. Но разве это имеет значение. Любой дом можно обустроить под своё усмотрение.

– Ключи, которые тебе дал Кирилл, от него? – наконец, решилась я на вопрос, но голос мой был крайне серьёзным.

– Да.

Мы зашли в дом. Внутри он был полупустым, даже эхо отдавалось от наших спокойных шагов. Я в недоумении осматривала наше новое пристанище, не понимая, почему он пустует. Тут явно очень давно проходил ремонт, который не был закончен.

У входа слева, вела лестница на второй этаж. Под её деревянными массивами, углублённый вход в кухню. Деревянная с синевой кухонная гарнитура, удобно располагалась в небольшом помещении, посередине мощный стол с высокими стульями. И вся это красота была накрыта полиэтиленом. Справа гостевая комната, где ближе камину стоял светлый угловой диван, а в нише у стены с приятными по бокам узорами, камин. Светлую комнату освещали большие окна с обоих сторон.

– Почему он в таком состоянии? Не похоже, что мы здесь жили? – Спросила я, медленно обходя угловой диван и аккуратно проводя рукой по очередному полиэтилену, которым он был накрыт.

– Обстоятельства изменили наши планы.

– Ты же сказал, что я из Москвы. Почему тогда дом здесь?

– Потому-то я прожил здесь многие годы. Приезжал в Москву к родителям.

– И я захотела жить с тобой, здесь, во Владивостоке?

– Не сразу. Были некоторые разногласия, – пояснил он, стоя у входа в комнату и опиравшись плечом о деревянный косяк.

– Ты его продаешь?

– Пока нет. Но думаю об этом.

– Я хочу понять, что могло случиться между нами. Как мы расстались? – я резко перевела на него взгляд, ожидая ответа, но Макс, почему-то не торопился.

– Скоро стемнеет. Свет ещё не установлен, так что нужно расставить свечи по дому. В холодильнике есть кое-какая еда. Камин разожгу, ночью может похолодать. На втором этаже ванна, полотенца и сменную одежду найдёшь в комнате.

Как красиво он ушёл от ответа и быстро покинул гостевую.

Не могу поверить в сказанное, слава Макса. Неужели и вправду между нами была любовная связь. Тогда, отношение с Никитой у меня не могли быть… Уф… как сложно! Память возвращается. Но как-то сумбурно. Вспышками. Я вижу отдельные кадры, но не могу их сопоставить. А Никиту я вообще не помню, даже малых воспоминаний… Странная у Макса откровенность. Он говорит, только то, что считает нужным. Нет полных картин наших взаимоотношений. Как мы познакомились? Почему я переехала сюда? Что могло повлиять на наше расставание или кто?

Всё это мне до жути не нравиться. Макс уж очень настойчиво захватил мою голову. И любые наши соприкосновения, вызывают во мне бурную реакцию. Я так жажду его близости, что самой страшно становиться. Скорей всего, это связано с нашим постоянным нахождением вместе.

А вдруг я сама себя накрутила, и на самом деле всё совершенно не так.

Всё как-то смутно, не понятно…

Дом, конечно, мне понравился, первое моё впечатление оказалось ошибочным. Он был просторным и удобным в расположении. Да, здесь нехватало хорошего ремонта и света не было. Но если постараться, то многое можно изменить и создать уютное, милое гнёздышко.

Только для кого?

Ну а пока я поднялась на второй этаж, прихватив с собой свечи, где располагалась наша комната. Не ожидала, что стены будут покрашены в нежно голубой оттенок, и хочу сказать, что это смотрится мило и с любовью. Большая кровать стояла справа у стены, по бокам миниатюрные столешницы, а по левой стороне раздвижной шкаф в стене. Напротив, широкое окно. Также полиэтилен закрывал от пыли немного мебели.

Очень даже уютно и неплохо…

Почему-то, вспомнила себя после больницы, когда Никита привёл меня в дом и сказал, что он Наш. Тогда я себя чувствовала так же, как и сейчас. Растерянно и ничего не могла вспомнить. Только разница в том, что Никиту я не чувствовала, как своего мужчину, а Макс, уж больно меня захватил в свои сети. И я с первых дней, мучаюсь от этой сумасшедшей тяги.

Пыталась найти наши совместные фотографии… любое подтверждение его слов. Но странным образом ничего не обнаружила. Зато нашла удобную одежду и нижнее бельё. Всё моего размера. Улыбка тут же озарила моё лицо. Телефон в сумочки спрятала между вещами, поставив его на самолет. Пока позвонить по входящему номеру, не было возможности. И решила оставить эту затею, на более подходящий момент. Теперь можно принять душ и спуститься к ужину, который скромно нашёлся в холодильнике в виде пару помидоров, огурцом, листьев салата, красной икры и сухого пюре для заваривания, а также несколько сладких булочек, с упаковкой и одноразового чая в шкафах – кухонного гарнитура. Ну и фишка этого вечера, бутылка красного вина, думаю, после пережитых ситуаций с нами, немного расслабиться не помешает.

Гром молнии, ярко озарил комнату. И я взглянула в окно, где сумерки во всю окутывали приморский край и мелкие крапинки дождя усеивали стеклянную поверхность.

Спускаясь вниз по освещённым свечами лестницы, отметила, что Макс всё приготовил для нашего ужина и разжёг огонь в камине. Расстелив светлый плед с ворсиной на полу, он уже откупорил бутылку вина и разлил по кружкам. Бокалов в доме не было, так, что кружки сойдут для такой скромной посиделки.

Не могла отвести от него взгляда. Он тоже привёл себя в порядок и переоделся в другую одежду, по свободнее. Тёмные штаны и синяя футболка со светлыми узорами. Но его накаченное сильное тело и литые бицепсы, не скрылись от моего бесстыжего взора. Как бы я не пыталась не смотреть.

Мы удобно устроились у камина, и с удовольствием принялись за трапезу. Скромный салат, приготовленный им, был очень вкусным, так же пару бутербродов с икрой. Готовить на скорую руку он умеет, я уже это поняла, вспомнив наш кемпинг на острове Русском.

– Значит, Кирилл присматривал за домом. Поэтому такое изобилие в холодильнике? – уточнила я ту информацию, которую Макс в скользь пояснил.

– Да. Нужно отдать ему должное. Не отказал мне. Как и… – Макс осёкся на меня, не решаясь продолжить.

– Надя. Я уже поняла, что это она, его бывшая девушка, – подхватила я, уловив его нерешительность. Разжевав кусочки салата и запив вином, я решила продолжить насущный разговор. – Как я понимаю, наша четвёрка была хорошо знакома. Поэтому Надя, помогла мне в полиции. Но тогда мне не понятно, почему она ведёт образ жизни… ну… неправильный, – пытаюсь подобрать слова корректно. Ведь судя по её одежде и поведению в изоляторе, так ведут себя девушки лёгкого поведения. – Не могу понять, почему Надя, так опустилась, когда у неё были отношение с Кириллом?

– Лика, не делай поспешных выводов. Здесь всё не так, как кажется… Пока не забивай себе этим голову, как только мы вернёмся в Москву, ты всё поймёшь.

– А если мы так и останемся здесь. И я ничего не вспомню. Что будем делать дальше?

Макс разлил нам ещё немного вина и протянул мне кружку.

– Ты слишком торопишься, а это не благоприятно будет влиять на твои воспоминания.

– Мы в бегах, Макс, – я взяла кружку и нервно сделала глоток красной жидкости, – и мне совершенно не улыбается жить, в такой обстановке. Ты загнал меня в яму, и не хочешь ничего объяснять.

– Ты всё сказала? – ехидно улыбнулся он мне в ответ, и протянул свою кружку, намереваясь ими чокнуться. – Или есть, что ещё сказать?

– Кроме того, что я хочу всё вспомнить… наверно, больше ничего, – соврала я, решив закончить этот пустой разговор. Как бы я не пыталась его разговорить, он продолжал отвечать загадками. Всё же придётся прибегнуть к плану с телефоном. Я подняла кружку, и мы легко прикоснулись ими, сделав небольшие глотки.

Между нами образовалась тяжёлая пауза. Я глубоко погрузилась в свои мысли, думая о звонке, который уже второй день меня не отпускал, и вопросы, которые в первую очередь хочу задать. Не знаю, о чём думал Макс, хотя знаю… взгляд его блуждал по мне… по моей груди, и он явно хотел повторить всё, что было между нами в машине, а то и дальше… Я немного потуже затянула бежевый халат, который нашла в ванной. Он был тёплый и удобный. Не раздумывая, накинула его, так как ночную одежду не обнаружила в шкафах. Стараюсь не думать, то, что произошло между нами несколько часов назад. Но Макс, настойчиво прожигал меня взглядом, и моё тело снова вспомнило его горячие прикосновения и пылкие поцелуи.

Раскат грома вмешался в нашу затянувшиеся паузу, и я кинула взгляд на окно. Где интенсивно полил дождь. И крупные капли, окутав посёлок, шумно забили в окна.

На полу было сидеть удобно, тем более на мягком пледе. Треск горящего полена доносился до нас, погружая в идиллию тёплого вечера. Свечи были расставлены по гостиной, в коридоре и кухне. Так что царила такая приятная атмосфера таинственности и романтики. И такой расклад меня пугал.

– Долго ты будешь делать вид, что между нами ничего не было?

А Макс не ходит кругами, когда ему это нужно.

– Мы много время проводим вместе … это, просто был инстинкт… – решила, что этого ответа хватит, и, быстро встав, поспешила удалиться из комнаты.

Но Макс не намерен был меня отпускать, и соскочив со своего места, опередив меня преградил путь своей мощной грудью.

– О, нет… Мой милый ангелочек! Твой разум молчит, но тело нет!

– Я не знаю, что говорит мой разум и тело… потому-то в моей жизни нет опоры, и я не имею понятия, кому доверять… – в сердцах прошипела я, смерив взглядом его высокий рост.

Он прикоснулся к моей ладони, но я оттолкнула. Почему-то тягостная грусть закралась глубоко в сердце. Но Макс с напором ухватил меня за спину, и грубо привлёк к косяку проёма.

– Ты не одна потеряла опору. С того момента, как мы расстались, я не мог думать ни о чём, кроме тебя. И даже если ты, будешь сопротивляться, я всё равно сделаю тебя своей.

Он попытался меня поцеловать, но я повернула голову, и его горячие губы прошлись вскользь моей щеки. Я тут же ощутила, как кровь моя забурлила, закипела… откликаясь на его близость, на его прикосновение.

– Не надо, Макс! Пожалуйста! – прошептала я, неуверенно, что могу ему отказать.

Как же он был близко, и как горяч…

– Ну, что с тобой, Лика? Зачем ты мучаешь, себя и меня? – прошептал он над моим ухом, а у самого руки блуждали по моей спине, опускаясь к ягодицам и распахивая халат.

Я пискнула, от пронзительного ощущения, как его рука скользнула к внутренней части бедра и остановилась у моих трусиков.

– Посмотри на меня! – хрипло потребовал он, нежно прикасаясь к безумной части моего тела.

Вот издевается… понимает, что я уже награни, и моё упрямство, и гордость рассеивается, как туман при ярких лучах солнца. Поворачиваю голову, а сама ели дышу, моя грудь вздымается при каждом движении его руки.

– Зачем… ты всё равно победил, – ели шепчу я, встречаясь с его потемневшим взглядом. Его смелые пальчики раздвигают мои трусики и проникают во влажное лоно, массируя и дразня. Всё моё тело вздрагивает от этого приятного движения.

– Хочу видеть, как ты меня хочешь, – глубоко и жарко шепчет он.

А я уже уплываю. Но Макс, крепко прижав меня к стене, придерживает другой рукой за спину и продолжает плавные движении, смела продвигаясь во внутрь. Я выгибаюсь, и стон удовольствия вырывается из моих губ, мои бедра сами подаются навстречу его пальцам. Не могу контролировать себя. Ногой припадаю к его коленке, а руками хватаю его за плечи. Наши губы встречаются в страстном поцелуи, выжигая мой рассудок по максимуму. Он дразнит пальчиками мою крошечную бусинку и ускоряется. Движусь навстречу ему… желаю только одно, получить, то, что пыталась сделать в машине… и… всё моё тело содрогается от сладостной эйфории, чувствую, как земля уходит из-под ног. Но мой любовничек меня удерживает, довольно улыбаясь. А я в ответ не могу ничего сказать, моё сердце вот-вот выскочит из груди.

Но это была только прелюдия. Макс берёт меня на руки и, подойдя к камину, аккуратно опускает на плед. Я уже не думаю сопротивляться. Назад пути нет. Мы оба хотим насладиться друг другом. И я сама припадаю к его губам, пока он снимает с меня халат. Наши поцелуи, так жадно и дико сливаются, что я наслаждаюсь каждым проникновением его языка, сплетая со своим. Он блуждает руками по моему нагому телу, дразня мои груди, опускаясь к пульсирующему бутону, и мои стоны заглушаются поцелуями.

Поленья потрескивает в камине, а свечи играючи колышутся в гостиной. За окном интенсивно льёт дождь.

Но наши нагие тела продолжают изучать друг друга. Покрывая жаркими поцелуями грудь, живот и снова соприкасаясь с губами. Я с возбуждением массирую твёрдую и мощную плоть своего любовничка и с удовольствием ловлю его стоны. Мы так сильно и страстно разогрелись ласками, что наши жаркие тела, пылают от желания… и наконец, Макс входит в меня. Я быстро выгибаюсь, полностью ощущая довольно большой размер. Его движения становятся быстрыми, полностью погружаясь в меня. Он крепко прижимается ко мне, и снова целует мои красные и горящие после многочисленных поцелуев губы. Я обхватываю ногами его бёдра. А его руки запрокидывают мои руки назад, сжимая в замок. Движения становятся интенсивными, со смачными шлепками. Мне так беспредельно хорошо, что я выгибаюсь, и мои стоны заглушаются треском камина и ливнем за окном. Сердце бьётся сумасшедше, нервы словно на пределе, в голове одна мысль, кончить одновременно с Максом.

– Милый мой ангелочек!

Шепчет он и отпускает мои руки. Вижу его возбужденное, но такое прекрасное лицо с сильным и мощным телом, что у самой дух захватывает, какой мне мужчина достался. Из моих губ выходит стон не довольствия, когда его мощный агрегат выходит из меня.

– Макс, пожалуйста… я хочу…

Он грубо хватает меня за ягодицы и, пристав, на коленках, прижимает ближе к себе, вбиваясь в меня с сильным натиском. Мы снова убыстряемся с диким запалом, с сумасшедшими стонами. Я интенсивно ловлю ритм, сминая пальцами плед, раздвигаю ноги шире, позволяя ему погружаться всё глубже и быстрее. Бешённое пламя сжигает нас, испепеляя разум до крайности, пока не наступает пик бурного экстаза. И мы одновременно дошли до оргазма. Его плоть пульсировала внутри меня, и я понимаю, что он дошел до конца, изливая свое семя в меня.

– Ты моя… Лика! – хрипло шепчет он и преподает ко мне поцелуем.

19. Размолвка

Дом Лики и Макса 10:23

Лика:

С неохотой открываю густые ресницы, и яркий свет тут же слепит мои ещё сонные глаза. Пытаюсь укрыться руками, размышляя. Который час? Ощущаю под своей головой немного волосатую, мощную грудь, Макса. Он сладко спит на спине, его грудь легко вздымается, а левой рукой он держит мою ладонь на животе. Кидаю взгляд на его спокойное и ставшее родным лицо… Воспоминание вчерашней бурной ночи, вызывает счастливую улыбку. Не думала, что к этому всё придёт, но не жалею. Не могу больше бороться с очевидными чувствами и противиться порывам страсти. Вчера, Макс подарил мне рай. Я чувствовала себя в его крепких объятиях, нужной, желанной и только его. Как хочется вспомнить наши отношения, и как они развивались в прошлом, почему привели к расставанию, но Макс по каким-то причинам не делится ими… Хотя сейчас, я нахожусь на вершине блаженства, и неважно, что наши отношения немного сложны. Мы вдвоём во всём разберёмся, преодолеем все препятствия пути и, снова будем вместе. Я на это надеюсь.

Плевать на время… Не хочу ничего знать… Прижимаюсь тесно к его груди, и крепко сжимаю рукой его широкий, мощный торс. Закрываю глаза и наслаждаюсь спокойными ударами его сердца.

Не могу объяснить, какая ностальгия у меня на душе. Я словно порю на небесах, и это такое прекрасное чувство, совершенно не хочется приземлятся. Может, всё же я… влюбилась?

Ох… Макс! Как можно влюбиться в одного и того же мужчину дважды? Ну где это видано?

– Уже проснулась?

Услышала глубокий и нежный голос моего… как только, я его не называла, а теперь он просто мой любимый мужчина.

Вскидываю голову, и улыбаюсь ему.

Он крепко прижимает меня к себе и целует в шею. Ну вот, снова неистовое пламя прожигает меня, сладко расползаясь по телу. Я понимаю, как завишу от его прикосновений. Просто безумие!

– Не делай так… – легко смеюсь я, в ответ, целуя его щетинистую щёку.

– Что такое? Боишься снова сдаться под моим натиском? – заигрывает он со мной и закидывает меня на себя.

– О, Макс… – простонала я, упираясь бёдрами в его мощную и стоячую плоть.

Плотоядная улыбка играет на его лице.

Я, смеясь, кидаю взгляд на его левую грудь, и вижу уплотнённое образование, затянувшегося неаккуратного шрама. Светлый по сравнению с кожей. Внешне он небольшой и напоминает отверстие от пули. Я в оцепенении. Мои пальцы сами тянутся к рубцу, и я нервно втягиваю воздух ртом.

Перед глазами вереницей проносятся воспоминания.

«…Зима. Вокруг лес, и мы стоим на узкой дороге. Я говорю ему неприятные слова…. В гневе скидываю руку, сжимая в руках пистолет, и спускаю курок… Пуля пробивает его грудь, выплёскивая струи крови, и он сжимает правой рукой рану, которая тут же заливается кровью… смотрит на меня своими светло голубыми глаза, на его щетинистом лице и выступающих скулах отражается боль, но моя ненависть меня пожирает. И я понимаю, что желаю ему смерти… с холодным взглядом наблюдая, как заснеженная дорога пропитывается кровью, моего бывшего возлюбленного…»

В моих глазах полное смятение. Воспоминания стали чётче, и я увидела лицо незнакомца... и это был Макс…

Вчера в порыве страсти я не заметила этот шрам, но сейчас так всё очевидно… С широко раскрытыми глазами, смотрю на своего бывшего.

– Что такое? – произносит он, смотря, как я плавно веду пальцами по его груди.

– Это ты… ты тот, в кого я стреляла! – одними губами шепчу я и резко отстраняюсь.

Мой перепуганный взгляд блуждает. На его глазах, на рубец… на рубец, на его глазах.

– Ты вспомнила? – растерянно бросает он мне.

– О боже, что я наделала? – мечусь я в истерике и, быстро хватая халат, бегу из гостиной.

– Лика, стой! – кричит он мне в спину, пытаясь одеться.

Но я уже лечу по лестнице, вскидываю на себя халат и быстро ретируюсь в комнату, а затем в ванную и закрываюсь на щеколду. Моё сердце в страхе отдаёт ритм гулким барабаном. Ничего не соображаю. В ушах бьёт страшным набатом. Обрывки воспоминаний меня преследуют, они так быстро врезаются перед глазами.

«… Макс, ели держится на ногах, припадает одним коленом на мёрзлую землю… Моё помешательство рассеивается, и я в страхе бегу к нему… Пытаюсь посадить грузное тело Макса в машину… Разум его помутнён, он стонет от боли, но заставляет себя держаться… Я что-то кричу ему и сажусь в машину. Судорожно заставляю её завестись… мы едим по заснеженной дороге…»

Прижимаюсь к стене ванны и, словно загнанный зверёк, сползаю по стене. Из рта вырывается отчаянный крик, но я зажимаю рот рукой, и по щекам скатываются горькие слёзы.

– Лика, открой!

Слышу его приглушённый голос за дверью.

Но молча отмахиваюсь головой.

Это невозможно… невозможно. Вот к чему привели наши отношения… Я в него стреляла. Поэтому мы расстались. Вот, что он мне не договаривал. Я пыталась его убить! Боже мой… но почему?

Пытаюсь заставить себя вспомнить, что было дальше, судорожно сжимая виски.

Я только что была счастлива, а теперь, что будет дальше?

– Лика, послушай, – приглушённым, спокойным голосом говорит он. – Да, ты в меня стреляла, но ты же меня и спасла. Давай поговорим.

На первом этаже звонит его телефон. Слышу, как Макс от злости смачно ругнулся, а потом его шаги, и он ушёл вниз.

Решаю выскочить из ванны и вытащить телефон. Что немедленно выполняю, и снова закрываюсь в ванной.

Пальцы мои дрожат. Но я всё же набираю номер, по которому звонила и, который в ответ пытался дозвониться до меня.

– Диана, это Лика.

– О, подружка, слава богу, ты жива. Где ты? Что это за номер?

– Ответь мне, как давно я встречалась с Никитой?

– Что? О чём ты, какой… А, ну да… с Никитой. Давно. Вы давно вместе.

– Почему ты говоришь, так не уверенно? Есть, что скрывать? – кричу я ей в трубку.

– Послушай, родная моя. Сейчас это не важно. Скажи, где ты? Этот мужчина тебе ничего не сделала? Может, что-то сказал?

– Диана, просто скажи… я изменяла Никите? – в нетерпении шикаю я, вытирая тыльной стороной руки, слёзы на глазах. А сама смотрю на дверь. Не знаю, что ожидать от Макса.

– Этот человек тебя обманывает. Слышишь. Не верь ему. Я скажу тебе адрес, и мы там встретимся. Ты можешь убежать?

– Ты знаешь Макса, ведь так? – с горькой болью в голосе шепчу я.

Макс:

– Кирилл, ты не вовремя… и почему звонишь с другого номера? – гневно скрежеща зубами, прыскаю я.

Как некстати сейчас его звонок. Нам с Ликой нужно поговорить, теряюсь в догадках, что у неё сейчас в голове. Поражён, что она вспомнила именно этот момент. Ну как мне объяснить её поступок, когда это не скажешь в двух славах. Вся цепочка событий началась с Демида, а я всего лишь пытался его проучить, а потом нас обоих затянуло. Братские узы не всегда означают взаимопонимание и любовь. Есть исключения.

– Я тебе звонил вчера весь день. Почему у тебя телефон отключен? – возмутился не довольно Кирилл.

– Батарея практически села, приходиться его отключать. Что случилось?

– Макс, Надя второй день не выходит на связь. Ребята из участка мне сказали. Боюсь, она в беде. Я же говорил, не нужно было ей брать это дело.

– Она пыталась помочь найти Лику, ты же знаешь.

– А если Демид узнал, что она работает под прикрытием? Или то, что она помогла вам?

– Не делай поспешных выводов.

– Макс, не вся полиция чиста на руку, может кто проговорился. Почему ты, никогда меня не слушаешь… Твой брат сумасшедший, для него женщины ни что… Вспомни, что он сделал с Ликой!

– Я знаю. Поэтому пытаюсь её увести, – теряя терпение, ответил я. – Ладно, давай так. Приезжай к нам и подумаем, как Надю найти. Не пытайся действовать в одиночку. Договорились?

– Договорились. Ещё, Макс. Лика украла мой телефон, и если она сделает звонок. Вас найдут.

– Ты в этом уверен, может потерял? – механически проговорил я, и взглянул на второй этаж.

– После вашего ухода, нигде не могу его найти. Пришлось купить новый и новую сим карту… Слушай, Макс. Может, она не готова услышать твою правду, и её тянет к Демиду? Потеря памяти штука сложная. Может повлиять на человека благоприятно, а может усугубить его восприятие. Понимаешь, о чем я? – я понимаю, что Кирилл пытается помочь своими советами. Но сейчас, я прислушиваюсь только к своему здравому смыслу. – Кирилл, я, конечно, тебе благодарен, но не вмешивайся в наши отношения. Надю, мы найдём. Обещаю. Так, что жду у нас.

Отключил звонок. Глубоко вздохнул, и снова взглянул на второй этаж.

Злость на Лику меня не отпускала. Я думал, что у нас всё образуется, а она снова ставит подножку. Только час назад я держал её в своих объятиях. Чувствовал, как она трепещет в моих руках, как жаждет быть со мной. И я думал, что на верном пути. А Лика, продолжает бороться со своими тенями. В довершении всего, искусно разыграла роль влюблённой. И это ещё больше меня раздражает. Нравиться ей, плохой мальчик… она его получит! Быстро поднимаюсь на второй этаж. В голове много мыслей, готов вынести дверь ванны с корнями, схватить свою безумную спутницу за руку и приковать к кровати. Держать её пленницей до тех пор, пока не сдастся под моим напором, пока не выслушает историю двух братьев…

Резко подлетаю к двери ванны, и жёстко бью по ровной деревянной поверхности.

– Лика, открой!

Молчание.

– Не испытывай моего терпения. Открой, немедленно! – кричу я, не сдерживая свою ярость.

Молчание.

– Если ты сейчас не откроешь. Я сломаю её к чертям… и не знаю, что с тобой сделаю! Открывай! – пнув по двери, зарычал я. – Знаешь, почему мы расстались? Не потому, что ты, в меня стреляла. Нет, это было позже… А потому, что ты, никогда меня не слышала и не слушала. Ты делала всё, что говорили другие. А на меня тебе было, наплевать! Ты любила меня и ненавидела… желала меня и презирала. Вот во, что, ты превратилась, снюхавшись с Демидом… – я был так зол, что не контролировал себя. Меня несло с остервенелым порывом. Я снова пнул дверь, приготовившись его выбить.

– Не ломай дверь, я открою, – слышу её неуверенный голос.

Через несколько секунд, щелчок в двери, и она, открыв, растерянно смотрит на меня. В руках сжимает телефон Кирилла.

– Кому ты звонила? – в гневе рычу я и пытаюсь выхватить этот злосчастный аппарат.

Но она заводит руки за спину. Думает, может скрыть его от меня. Быстро подхожу к ней и, сжав с силой её руки, выхватываю телефон. Она пискнула от боли, которую я применил. Злость за её глупое поведение, так сжирает меня, что я не знаю, как избавиться от этого чувства.

В этот момент в руках вибрирует телефон. Смотрю на дисплей, а там высвечивается неизвестный номер. Мою ярость уже не остановить. Нужно избавиться от него… и с замахом кидаю звенящий аппарат об пол. Части от него разлетаются в разные стороны. Лика в страхе вздрагивает и прижимается к стене у ванны. Я твёрдо бью ботинком по дисплею, пока звонок не умолкает и телефон превращается в груду металла. Мой взгляд быстро перемещается на Лику, и с дьявольским криком подлетаю к ней, с силой хватая за плечи.

– Кому ты звонила? – трясу её, словно тряпичную куклу. – С кем говорила? Отвечай!

– Я хотела понять, кем для меня был, Никита!

Выплеснула она, словно кипяток мне на лицо… Этот бардак пара заканчивать…

– Я запуталась… Никита, говорил, что я была его невестой. ЗАГС… всё это безумие, окружающее меня. Обрывки воспоминаний… ты говоришь, что мы были в отношениях… Я стреляла в тебя… Ещё этот Демид. Я не понимаю, что происходит. – Всплеснув руками быстро прокричала она.

– Никиты, не существует! – с криком отрубаю я, и беру двумя ладонями её за лицо, глубоко заглядывая в глаза.

Она растерянно замирает и долго смотрит на меня.

– Что ты такое говоришь?

– Нет, никакого Никиты Ярцева… и никогда не было.