Текст книги "Мой спаситель... или погибель (СИ)"
Автор книги: Ирина Семендеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)
38. Рандеву братьев-близнецов
Я облокотился спиной о стену. Облизнул пересохшие губы и протёр пот со лба. Приподнял футболку и снова посмотрел на кровоточащую рану.
Чёрт! Совсем плохо.
Швы не просто разошлись, а раскрыли глубокий порез, и тёмная кровь залила брюшную часть. Таблетки, которые я наглотался перед приездом сюда, постепенно начали меня отпускать. Так что в глазах темнеет, слабость и жгучая боль даёт о себе знать.
Я лентой разорвал футболку на уровне живота и посильнее затянул брюшную полость.
– Ммм…
Простонал я от острой, режущей боли. Ощущение крайне неприятное!
Лазить по крыше, в моём состоянии оказалось сложно, но только так, мог добраться до моей непокорной красотки. Я должен был её вытащить. Находясь с ней рядом, я бы не смог думать объективно.
Всё жду, когда Лика доберётся до байка, но пока тишина. Меня разрывает от мучительного ожидания.
– Ма-а-кс-с-с!
Снова Демид затянул свою шарманку. Думает, я глухой?
Ладно. Я ещё не готов так рано сдаваться… Демид точно мне не простит! Так что собираю волю в кулак и вперёд.
– Братик, ты уже соскучился? – подал я голос и вытащил оружие из-за пояса.
– Давай уже, вылезай и прихвати с собой то, что мне нужно. Ты же знаешь, вам всё равно не выбраться, – вяло говорил Демид за стенами этой комнаты.
– Да, я не против, можешь забрать, – я схватил за шиворот его человека и, встав за его спиной, вытолкал вперед.
Нужно потянуть время, пока Лика не уедет.
Тот ещё не до конца отошёл от заряда шокера, так что немного пошатывался.
Демид стоял чуть дальше по коридору, а с обоих сторон на вытянутой руке держали пистолеты его люди.
– На кой хер он мне нужен! – рявкнул мой брат. – Ты издеваешься?
– Слушай, он мне тоже не нужен, бесполезен, как кусок бревна, – я попытался выровнять эту тушу и приложил пистолет к его голове. – Кстати, мне пришлось убрать некоторых твоих ребят. Путались под ногами, – снова сострил я, качнул головой.
Демид погрозил мне пальцем.
– Ты никогда не переставал меня удивлять… Братец с огоньком.
– Да ладно, не хвали. Я старался.
Давно мы так «мило» с братом не общались. Даже интересно становиться.
– Ну всё, довольно шуток, – он отмахнулся рукой, словно от назойливой мухи. – Лика, выходи. Иначе я сейчас убью твоего любовника, – вскричал он, выперев торс вперед. И приказал своей охране подойти чуть ближе ко мне.
– Она не хочет говорить с тобой, – быстро отчеканил я, сделав шаг назад, продолжая держать верзилу за шиворот.
– Закрой рот!
Смотрю на своего близнеца, как в отражении зеркала. Мы и вправду похожи, а я раньше этого не замечал. Не удивительно, что нас путали. Только с одной разницей. Душа брата чернея, тучи и темноты так много, что в этом виноват он сам.
В этот момент, я услышал рёв мотора мотоцикла и как он удалялся от нас. Улыбка озарило моё лицо, и я почувствовал, как на сердце отлегло. Лика всё же уехала, послушав меня.
Демид прислушался, оценивая ситуацию.
– Блядь!.. Ну, ты и развёл меня! – в ярости он вытащил пистолет из-за спины и выстрелил в стену поодаль от меня.
– Прости, братец, это было необходимо, – я состроил невинную гримасу, кинув взгляд в сторону стены, где осталось пулевое отверстие.
– Догоните её. Доставьте её мне. Немедленно! – вскипев от гнева, прокричал Демид, указывая пистолетом двум своим людям.
Они быстро подорвались с места.
– Э-э-э… – наставляя оружие на его людей, протянул я. – Никто из этого здания не выйдет. Пока Лика не будет в безопасности.
Двое прытких застыли на месте.
Демид одарил меня гневным взглядом и принялся вышагивает по коридору с одной стены к другой. А я продолжаю держать на мушке его человека впереди себя. Не знаю, какая ещё шальная мысль придёт Демиду в голову.
– Я всё равно найду её, и не дам вам быть счастливой семьёй, – свирепо буркнул он.
– Не думаю.
– Удивляюсь, что ты ещё держишься на ногах. Мой человек в тюрьме хорошо тебя пырнул. – Вскидывает он резко голову и прищуривается. – О-о, так ты истекаешь кровью! Не думаю, что долго продержишься.
Всё же замечает он моё состояние и широко улыбается.
– Так, немного пощекотал. Но я в норме, спасибо, брат, – стараюсь говорить, уверенно, но чувствую, что состояние моё ухудшается. Жар охватывает тело и удержаться на ногах, становиться затруднительно.
– Хмм… Да, ты просто молоток, на каждое слово найдёшь ответ.
– Слушай, Демид. Я могу до бесконечности с тобой перепираться, вот только важное мы не обсудим. А нам нужно многое обговорить. Я бы мог предложить твоим ребятам присесть… всё же дела семейные. Устанут слушать. – Теряя терпение, проговорил я, что-то, от бесполезных шуток у меня голова разболелась.
– И что такое важное ты хочешь со мной обсудить?
– Ты прекрасно всё знаешь.
В течении нескольких секунд он молчал. Обдумывал моё предложение.
– А знаешь, хорошая идея. Вот только я хочу поговорить с тобой с глазу на глаз, – резко выпаливает мой брат и поднимает рукоять пистолета на уровни меня.
Выстрел.
И увесистая преграда, которого я держал впереди себя, вздрагивает, получая пулю в грудь. После его обмякшее тело сползает, и шумно падает наземь.
Такого поворота я не ожидал, и, судя по лицам его сотоварищей, они были удивлены такому всплеску «папочки».
– Он был бесполезен. Ослушался моего приказа, – пояснил Демид свой поступок. – Возьмите его, – быстро отчеканил брат, подозвав своих, для моей поимки.
Я небрежно скидываю ствол: не обращаю внимание на небольшую пелену перед глазами и стреляю в одного шустрого, но он юркнул влево. Промах был очевиден. В этот момент прыткий соперник настигает меня, и я рывком вписываюсь головой в его грудь, перекидывая через себя. Следующего я сношу плечом, прибив к стене у окна, и тут же набиваю его живот свинцом.
Резкая боль в плече пронзает до костей, и тёплая жидкость охватывает кожный покров, впитываясь в ткань футболки. Я делаю попытку обернуться, и это сволочь, которого я не убил, быстро и болезненно вытаскивает нож из моего плеча. Я стискиваю челюсть от боли, а он в туже секунду прикладывает нож к моему горлу.
– Макс, ты начинаешь действовать мне на нервы! – гневно рычит мой брат, смотря как я сопротивляюсь, и делает шаг ко мне. – Ну так, что нового ты можешь мне сказать?.. Посмотри на себя, ты даже нормально стоять не можешь. Но продолжаешь выпендриваться! – опустив пистолет, он нахмурил лоб и окинул меня взглядом.
– Хмм… – я ехидно усмехнулся, оценив его напор, и важно протянул. – Ты проиграл! – моментально завожу руку назад и стреляю в ногу позади стоящему, тот, взвыв, отступает назад. Перевожу оружие с одной руки на другую и одним выстрелом кончаю с ним.
Ну вот, мы с братом остались вдвоём!
Но я настолько слаб, что не удерживаюсь на ногах и падаю на колени. Боль в плече прожигает, заливая кровью спину, ещё рана на боку даёт о себе знать. Голова идёт кругом, и сердце бьётся так быстро, что я с трудом перевожу дыхание.
Демид неодобрительно смотрит на меня, качая головой.
– Упрямый сукин сын!
– Нам пора разобраться в наших разногласиях… Другого шанса не будет, – прерывисто шепчу я и сплёвываю кровь.
– Какого шанса? Ты… увёл у меня… Лику! – свирепо закричал Демид. – Впервые в жизни, я искренни полюбил. Хотел быть счастливым. А ты, падла, отнял этот шанс! Увел любимую и спал с ней!
– Дело не в Лике. Все наши беды начались с детства… Я думал, что помогаю брату с комплексами и нерешительностью, а на самом деле я создал монстра. И на протяжении многих лет я испытываю вину за необдуманные действия. Понимаешь? – Я исподлобья смотрю на брата.
– Монстр! Вот кем ты меня считаешь? – Демид сел на корточки напротив меня, упираясь локтями в колени, сжимая в руках пистолет. – Нет, Макс, я не монстр. Я просто понял, где моё место и как получить уважение. А любовь… она придёт. Но пока ты жив… мне это… не удастся! – гневно проговорил он и, схватив меня за грудки, отшвырнул в сторону выхода.
Я боком наскочил на кучу мелких камней и битого стекла. Осколки стёкол впились мне в руки и бёдра. Я перевернулся на спину, корчась от боли.
Гад! Воспользовался моей слабостью. Знает, что я сейчас не смогу дать ему отпор.
Он наступающими движениями пошёл на меня.
– Знаешь… я вспомнил один занимательный сюжет. Как два года назад у бара, ты вытащил меня. Спас от кучке наркоманов, перебив всю эту шмаль. В тот день я нажрался после слов Лике, когда она сказала, что любит тебя, и я ей не нужен… Вот задаюсь вопросом, зачем ты спас меня? – навис он надомной, с перекошенным от злости лицом. – Я был в у смерть пьян, и эти ребята могли убить меня. Вот тогда все ваши проблемы моментально бы улетучились.
– Глупый вопрос, тебе не кажется? Несмотря на наши разногласия, ты до сих пор остаёшься моим братом, – я попытался встать, но всё тело заломило, заставляя скорчиться от нового приступа боли.
– Ты слишком драматизируешь, – он взглянул на часы на руке и шмыгнул носом. – Ладно. Я бы с радостью сейчас тебя убил. Но я спешу. Моих ребят ты шлёпнул, а двое других уже в порту. Так что… ты всё равно сегодня умрёшь, но чуть позже, а пока можешь насладиться видами заброшки, – он похлопал меня по плечу и пошёл на выход.
– Демид!
Он нехотя оглянулся на мой зов и быстро ответил:
– Считай, что я вернул тебе долг. Так что прощай, Максим! – довольно бросил он.
– Аха-ха-ха-ха… – начал я, громко с издёвкой смеяться, заливаясь на усеянных камнями пола.
– Что тут смешного?
– Можешь не торопиться… ха-ха-ха… Тебе не переплыть границы России. Ха-ха-ха!!! – продолжая давиться, смехом, протянул я, вставая на ноги.
– Что ты сделал? – закричал в ярости Демид, быстро направляясь ко мне.
И мы вцепились друг друга за грудки.
– Что… ты… сделал?
– Весь твой экипаж и девушки в руках оперативной группы.
Лицо Демида исказилось в гримасе ярости, и он, сжав челюсть, попытался меня ударить, но я, опередив его, занёс локтём в грудь. Тот отступил. Я снова обрушился, уже кулаком в живот. Он снова отступил. Я попытался ударить ему по лицу, но промахнулся, и Демид вцепился руками за ножевое ранение в боку. Я закричал от боли и принялся локтём бить ему по спине.
Мы ввалились на лестничную площадку. Без перекладин. Нагромождённые грудой камней и мелким древесным хламом.
Распаляясь в гневе, мы не заметили, как потеряли опору и покатились кубарем по каменной лестницы. Пока не достигли первого этажа, и Демид, перемахнув через меня, остался лежать не подвижно…
Спустя время
Я открыл резко глаза и уставился в разрушенный потолок. Попытался встать, но резкая боль в теле тут же вернула меня на место. Я уже совершенно не чувствовал своего тела. Потерял много крови, выложил все остатки сил в драке, и в довершении всего неудачный спуск по лестнице полностью меня обездвижил. Теперь тягучая слабость окончательно овладела мной.
– Демид, ты как?
Молчание.
– Демид!
– Ааа?
– Ты как, живой?
– Как тебе сказать… нехорошо… мне.
– Фыы… – с шумом выпустил я воздух из ноздрей и попытался оглядеться.
Думает, мне сейчас легко?
– Встать, сможешь?
– Макс, вряд ли я смогу. У меня арматура торчит в брюхе, – тяжело дыша, ответил Демид.
– Чёрт! Как тебя угораздило?.. Подожди, я сейчас.
Пытаюсь встать. Прикладываю остатки усилий, но мучительная боль охватывает меня моментально. Горячая кровь заливает всю брюшную полость, капая наземь, оставляя за собой кровавые пятна.
Прикладываю ладонь к месту, где затянул рану, но алое мокрое тряпьё уже не на что не годно, и я стараюсь затянуть её по туже, но у меня ничего не выходит, руки не слушаются и окропились липкой жижей. Мне кажется, что моя рана увеличилась, не могу согнуться. Ещё спину разрывает от острой боли, а когда поднимаюсь на ноги, они становятся ватными, подкашиваются. В глазах полное помутнение, в ушах стоит звон, делаю шаг… ещё шаг. Терзаю своё раненое тело в попытке добраться до брата, но поскальзываюсь на собственной крови и падаю, не в силах удержаться.
Темнота.
– Макс, вставай! Вставай! Не смей оставлять меня!
Слышу приглушённый вопль брата и медленно открываю глаза.
– Как давно я… в отключке? – хрипло шепчу я, пересохшими губами, продолжая лежать лицом на каменном полу.
– Достаточно, что б меня напугать. Без тебя я не справлюсь, – кидает он на меня взгляд, а я смотрю на торчащею арматуру.
– Ну, что… там? – Демид обеспокоенно пытается приподнять голову и взглянуть на тонкое железо.
– Дело дрянь! – осмотрев его визуально, тяжело выдыхаю. – Лежи и не вставай. Где твой телефон?
Смотрю, как Демид шаркает руками по штанам. А окровавленная арматура, торчащая с бочины, не даёт мне покоя. Больше, чем уверен, у него внутренние повреждения.
На животе змеевидное-сплетение вен передней брюшной стенки, выглядит пугающе, ещё дыхание прерывистое.
– Макс… я… я его потерял. Может… во время падения? А твой где?
– Свой тоже где-то потерял. Напомню, что твои люди, без устали меня атаковали, – я подтянулся немного ближе к Демида, придерживая рукой раненый бок.
– И как… будем выбираться? – тяжело вдохнув, протянул он, посмотрев на меня.
– Тебя нельзя двигать, так ты выиграешь время. А у меня нет сил искать телефон. Лика, скоро вернётся, и врачи тебе помогут. Ты ещё обещал убить меня, так что береги силы, – слабо ответил я, и прислонил руку ко лбу, ощущая сильный жар.
Проглотив тяжёлый ком в горле, я протер лицо тыльной стороной ладони, пытаясь сообразить, что делать дальше. Сил совершенно нет. Голова идёт кругом, вызывая лёгкую тошноту. Я перевернулся на спину и закрыл глаза.
– Ты вынудил меня мстить тебе. Неужели не можешь просто уступить? – спустя некоторое время, Демид продолжил бормотание.
– Раньше уступал… Но многое изменилось. Я люблю Лику и хочу стать отцом. Жаль, что ты этого не понимаешь, – я говорил с закрытыми глазами, ощущая полное опустошение.
Не знаю, как помочь брату, только надеяться, что Лика скоро вернётся с подкреплением.
– Лика никогда не простит убийцу своих родителей, так что не надейся на счастливую семью.
– Хватит, Демид, всем всё уже известно, – скрипучим голосом возмутился я.
– Значит, мне хана?.. Я облажался, да?
– Хотел бы сказать, что нет, но да!
Неожиданная тишина поглощает нас.
Не могу контролировать своё тело. Перед глазами черёда карусели, и тело мякнет, превращаясь в странную субстанцию. Мне даже кажется, что я уже не чувствую боли.
– Макс, как там наши родители?
Слышу я голос Демида сквозь помутнение и еле-еле бормочу:
– Они винят себя за неверное воспитание и мучаются угрызения совести. Их сын, на которого они возлагали большие надежды, разрушил жизни многих людей… Это не легко.
– А Юля? – Демид тяжело кашляет.
Вспомнил он мою первую любовь из университет МВД.
Не ужели совесть пробудилась?
– У Юли, всё хорошо. Видел её, когда искал Лику год назад… Она простила нас. У неё счастливая семья: муж и двое детей, – я недовольно отмахиваюсь головой. – Демид, я устал. Может обойдёмся без вопросов и побережём силы?
– Я думаю, это наше последнее общение, брат! У меня болят внутренности и помутнение в глазах.
Я открываю глаза и перевожу взгляд на брата, с его губ течёт большое количество крови.
Сколько лет я не слышал, что б он называл меня БРАТОМ!
И если честно, я испугался за его жизнь. Я долгое время, мечтал о мести, но сейчас не готов к её осуществлению.
– Вот, дурак. Я же сказал, не двигайся!
Прикладываю усилия и подползаю к нему, за мной тянется дорожка крови. Пытаясь дотянуться до руки брата и сжать, насколько хватает сил.
– Если ты сейчас по мановению волшебной палочки… – он снова кашляет кровью, – не встанешь своими ногами и не уйдёшь. То мы, умрём здесь оба!
– Замолчи. Мы дождёмся подмоги, – слабо шепчу я, снова теряя сознание. Тёмный мрак так и поглощает меня, а я не могу ему противиться.
– Мои люди установили здесь самодельные взрывчатки… и таймер подходит к нулю.
Наши мутные взгляды встретились. И я понимаю, что Демид говорит на полном серьёзе.
39. Длинный путь
После удачного спуска с дерева, мне не сразу удалось вырубить караульного. Пришлось спрятаться за дубовым массивом и ожидать перемещения по территории заброшенной площадки. Как только он вернулся в исходное положение, я тут же, сжимая в руках электрошокер, подошла со спины и ударила его током.
После, сев на байк, я кинула обеспокоенный взгляд на старое разрушенное здание, которое было достаточно большим и пугающим. Меня не отпускал мучительный страх за жизнь Макса, где чувство острой боль в груди так и пробирал до костей. Но я понимаю, что помочь ему ничем не смогу, пока не доберусь до места назначения.
Тяжело дыша, я смахнула слезы с глаз и запустила мотор. Двигатель приятно заурчал, и, сжимая сцепление, я плавно тронулась с места.
Приятное ощущение свободы блаженно охватило меня. Даря ощущение легкости и высвобождая энергию для нового прилива сил. Гладкая кожа руля и массивное железо внедряло уверенность, для преодоления самого сложного пути.
Решимость в своих действиях всегда залог успеха!
Как давно я не чувствовала безмятежность, и лёгкая улыбка тронула уголки губ. Байк с рёвом спустился с вершины, вывернув на дорогу, где справа свежие волны моря обдували меня морским бризом.
Я ощущала запахи моря. Крик чаек. Привкус соли. Шум прибоя как никогда действовал на меня как релаксация, где стресс от пережитого постепенно отпускал.
Сейчас мысль о братьях-близнецах была важной частью, я знаю, что их нужно остановить, и выжигаю газ, насколько мне позволяет дорога. Мчусь на всех порах.
Только успеть!
Макс, нашему ребёнку нужен отец.
И ты им станешь.
Я обещаю!
Путь был не близким. Я пыталась не упускать из виду поворот, каждый раз кидая взгляд направо. Ощущение скорости дало мне успокоения, но всё же сердце не обманешь, оно продолжало часто биться, переживая за вторую половинку. И наконец поворот, появился на горизонте, я, не мешкая, повернула, круто припав к обочине. Пыль и камни, шурша под колёсами, встали столбом, обдав меня неприятной дымкой и запахом жжённой резины.
Остальная часть пути шла по каменистой дороге, которая полностью была усеяна валунами и сухой пылью. Переключая скорость, я чувствовала, как мотор ревел подомной.
– Ну давай, мой хороший, ещё немного! – вслух проговорила я, подбадривая себя и байк, который был дорог нам обоим.
Набирая скорость, я смотрела перед собой, выискивая глазами заветную точку, куда должна прибыть. Форсировать по каменистой тропе, казалось мне вечностью, словно полоса превратилась в бесконечное полотно, где конца и края просто нет.
Это самый напряжённый путь, который я когда-либо преодолевала.
Я ощутила, как нервы мои напряглись в ожидании заветного спасения, когда увидела полицейские машины. Сжимая газ, я рванула навстречу к ним.
Всё выглядело так, словно в новостных каналах показывали, как периметр порта был оцеплен оперативной группой, а корабль с живым товаром задержан и взят под арест. Большое количество девушек вели к машинам скорой, которые стояли внутри периметра. Гангстеров прибили лицом в землю и держали на прицеле оперативники в тёмных масках.
Вот что я увидела, когда припарковала мотоцикл.
– Девушка, вам сюда нельзя, – тут же остановил один из сержантов, когда я попыталась попасть в порт.
– Я хочу поговорить с сотрудником, кто производит операцию, – нервничая, проговорила я, смотря за его спину и выискивая глазами знакомые лица.
– Если у вас что-то случилось, вам лучше позвонить в 112, экстренная служба поможет вам.
– Послушайте… я была похищена человеком, который держал этих девушек, – говорю я прерывисто, пытаясь прорваться вперёд, пока оперативник загораживал мне проход.
– Вы потерпевшая?
В этот момент, я увидела Кирилла. Он шёл с одним из группы спецназа.
– Кирилл! Кирилл! – надрываю я горло, пытаясь до него докричатся.
– Девушка! – недовольно проговаривает тот.
– Да, пропустите вы меня! Кирилл! – недовольно шикнула я, толкая полицейского.
Всё же Кирилл обернулся, округлив от удивления лицо и, что-то сказав сотруднику, побежал в моём направлении.
– Лика, ты где была, мы тебя ищем? Пропустите её, – обеспокоенно выпаливает он.
Я быстро за махнула за оцепление и несвязно затараторила, пытаясь в двух словах объяснить произошедшее. Кирилл наблюдал за действиями моих рук и состоянием, в котором находилась. Я поняла, что он не улавливает ход моих мыслей и, закрыв глаза, глубоко вздохнула, пытаясь снова сосредоточится на своих словах.
– Лика, ты должна кое-что узнать. Это будет не легко, – неожиданно он взял меня за плечо и, глубоко заглянул в глаза.
Я замерла и почувствовала, как сердце от страха ушло в пятки, а может и провалилось глубоко под землю. Взгляд Кирилла меня пугал. Руки затряслись в страшном ожидании.
– Я… не знаю, как тебе это сказать, но…
Господи, Макс!
Неужели я опоздала?
– Что случилось? – прошептала я, ели отрывая губы.
– Короче…
– Лика!
Звучит в моих ушах такой бархатистый и родной голос, где нотки взволнованности отчётливо пронзают меня, заставляя покрыться мурашками всё тело. Моё сердце пропускает удар. Я, словно в замедленной съёмке, поворачиваю голову…, и горячая слеза спускается по щеке, окропляя солёностью губы. Напротив, стоит: седеющий, исхудалый, потерявший всю свою мощь и уверенность, близкий на всём белом свете мужчина.
– Па-па?
Я не могу поверить своим глазам. Пытаюсь проглотить ком в горле. Всё тело покрывает странное потряхивание. А окружение расплывается, теряя реальность.
Протестующим жестом отмахиваюсь головой и перевожу взгляд на Кирилла.
Этого просто не может быть, он мертв!
Я, наверно, схожу с ума, или на меня так подействовал стресс!
– Если что, он настоящий, – проговаривает Кирилл, улавливая моё состояние, и я вижу, с каким ожидающим взглядом он на меня смотрит.
– Папа! – выдыхаю я, резко развернувшись, уже бегу в его объятие.
– Девочка моя! – крепко прижимая меня, нежно приговаривает он, ласково поглаживая мои волосы. – Доченька!
– Папочка, как же так? Как? – сжимая его плечи я, чуть ли не стаю на носочки, боясь отпустить, вдруг это просто наваждение. Прикасаюсь губами к его тёплом и щетинистой щеке, покрывая лёгкими поцелуями. Мои глаза снова окутывают слёзы, просто не могу сдержать радости счастья. – Макс же тебя убил, я видела. Не понимаю, что происходит? Как ты оказался здесь? – ели отрываюсь я от него, ссыпая рядом вопросов, а мои руки и взгляд осматривают его.
– Нет, дорогая моя, не Макс был стрелком. Он меня спас! – улыбаясь, говорит папа и аккуратно прикасается к моей щеке.
– Нет, – отмахиваюсь я головой. – Он сам мне это сказал. Я видела… своими глазами.
– Демид, стрелял в меня. Я тоже в это поверил, когда он похитил нас из дому и привёз на ту площадку. Демид прекрасно копировал Макса, этому он научился ещё со школы.
– Не понимаю. Демид был в дороге, когда я ему звонила и сказала, что Макс вас похитил и назначил мне встречу, – я уже ничего не понимала. Такая путаница.
– Это Макс был в дороге и пытался нас спасти, узнав от брата, какие у него намерения. Демид, устроил себе железное алиби, а у Макса было всё почищено подчистую.
– Но зачем?
– Демид узнал, что я занимаюсь его поимкой по продажей женским телом. Я судья, помнишь? В нашем дворе несколько родителей обратились ко мне за помощью по исчезновению их дочерей. Я попросил Макса помочь мне, когда ваши отношения уже развились. А потом, Демид решил убрать меня и взвалить вину на брата. Убрать троих, воспользовавшись их брацкой схожестью. Оставить тебя без родителей и разжечь ненависть к любимому. У Демида больная любовь к тебе, а к брату ненависть.
– Подожди… значит, это ты послал Макса за мной?
– Да, Лика. Я был тем таинственным человеком.
– Кошмар, что же это?.. А как же ваши тела? Мама? Похороны? – ошеломлённо пролепетала я.
– Мама, увы, не выжила, она умерла мгновенно. Меня откачали. Но Макс подкупил врачей, и тебе сказали о моей смерти. Хоронили похожего на меня человека, подгримировав. Мне проделали операцию на сердце, и Макс спрятал меня далеко от Москвы. Но ты желала мести, а мы не могли предоставить доказательство о невиновности Макса, – папа снова на меня посмотрел ласковым взглядом. – Ты посадила любимого, а когда я попытался вытащить его из тюрьмы с помощью адвоката, то попыталась убить. Ну а после Демид подстроив аварию, и увёз тебя.
– Но Макс в бегах!
– Он не в бегах ни тогда, ни сейчас. Я снова его выпустил. Но доказательство на Демида, я добился только два дня назад, когда узнал, что он похитил тебя. Как видишь, на лицо, – папа развёл руки, показывая на задержанных и девушек, которых осматривали медики в скорой.
– Нет. Нет! Нет!!! Папа, ты понимаешь, что сделал? Ты молчал, что жив, а я была переполнена яростью. Вы должны были мне сказать. И тогда бы Демид заплатил.
– Что б доказать вину Демида, одного слова «убийца» не достаточно. У Демида есть связи, его люди, которые выследят, найдут и покарают. Если бы он узнал, что я жив, то следующего моего спасения могло не быть. Я не мог иначе. Требовалось время, для полного разоблачение Демида. Максу пришлось надеть лик убийцы. Это я, попросил не говорить тебе правды, пока я был слаб и восстанавливался после смертельного ранения.
Я не могла поверить во всё сказанное папой. Это жуткая история просто не укладывалась в голове. Жуть, да и только. У меня появилась надежда, что мама могла выжить, но увы!
Я перевела взгляд на Кирилла, осуждающим взглядом смотря на него.
– На меня не смотри, я узнал только два дня назад. В такие секреты меня не посвящали. Все вопросы к моей девочке-бунтарке. Она у меня с сюрпризом, – в шуточной форме пояснил он.
– Надя, помогала? – я спросила это так громко, что, мне кажется, оперативная группа вся нас слышала.
– Да. Надя помогала нам во всём. Она узнала, что Демид скрывает тебя здесь, также о твоей потери памяти. А я попросил Макса привести тебя домой. Ты должна была меня увидеть в здравии, и тогда я бы тебе всё рассказал. Но ты же у меня упрямая, снова начала копать.
– Я всё испортила… Вот же, дура! – приложила я, ко лбу ладони покачивая головой. – Папа, ты должен был мне сказать, тогда всё это могло не произойти, – недовольно проговорила я, взяв папу за руки.
– Не мог, девочка моя. Ты слишком эмоциональная. А мы должны были действовать неожиданно.
– Лика, подожди, где Макс? – обеспокоенно спросил Кирилл, и взглянул на мотоцикл, который одиноко стоял практически посереди дороги.
Я так была шокирована появлением папы, что совершенно забыла, зачем приехала.
Сегодняшний день просто безумен! События накрывают волнами, и мой мозг не может их удержать.
– Макс, Боже мой! Он там, в заброшенном здании с Демидом и его людьми. Папочка, они убьют его. Возьми людей, нам нужно туда, – взмолилась я.
– Конечно. Сейчас дочь моя, – тут же отреагировал он.
*****
И снова дальняя дорога, но уже с подкреплением. Я двигалась на мотоцикле впереди, позади меня на полицейской машине с проблесковый маячком, звенящим так громко, следовал Кирилл с папой, а за ними спецназ на чёрном фургоне.
Мне казалось, что этот день никогда не закончится. Всё происходящее было таким вечным, что нервы уже не выдерживали. Я просто мысленно молилась, желая успеть! Теперь я знаю, что Демид убил мою маму и покушался на папу, а также о невинных девушках, которые, к счастью, были освобождены. Он манипулировал мной с самого начала, а я на всё повелась. Ненавидела любимого и вынашивала многие месяцы план мести. А самое страшное, я чуть не убила Макса – дважды. Я никогда не смогу себе этого простить.
Макс спас папу, спасал меня и нашего малыша, а я была с пеленой в глазах, которая, наконец, растворилась, обнажив истину.
Демиду грозит большой срок, который он должен отсидеть!
Вот она, заброшка, виднеется за холмом деревьев. Нужно только повернуть, и я увижу Макса. Я представляю, как кинусь к нему на шею, крепко сжимая и прося прощение за всё. Как я рада, что не решилась на аборт и протянула этот день до сегодняшнего дня. Я обязана Максу всем и теперь не упущу шанса исправить свои ошибки.
Мы поднялись на вверх, и машины с шуршанием шин на каменистой дороге резко затормозили. Спецназ быстро повыскакивал из фургона, держа автоматы прикладом в плечо в состоянии полной готовности.
– Они там, на втором этаже, – указала я конкретное место, откуда сбежала.
Оперативная группа тронулись к заброшенному зданию, разбиваясь на пары.
А я с замиранием в сердце наблюдала, как мужской состав проделывал облаву, с чёткостью и уверенностью, осматривая помещение по всему периметру.
– Я найду Макса! – проговорил Кирилл и так же вытащив своё табельное оружие из-за пояса, аккуратно последовал за оперативниками.
– Всё будет хорошо, Лика. Макса вытащат. Он отличный полицейский и крепкий, его не так легко сломить. А Демид ответит перед судом за все свои преступления, – ободряюще проговорил папа и крепко обнял мне.
Я кинула на него мягкий взгляд и снова посмотрела на заброшку, напряжённо ожидая выхода Макса.
Спустя несколько минут я услышала громкие крики, и оперативная группа быстро начала выходить из здания.
– Назад, назад!
– Быстро, выходим!
Кричали они, а следом бежал Кирилл.
– Что-то случилось? – прошептала я, крепко сжимая руку папы, и пробежалась взглядом по зданию, не увидив Макса.
– Лика, назад! Пригнитесь! – кричал мне Кирилл, махая быстро рукой.
– Папа, что происходит, где Макс? – обеспокоенно говорю я, смотря на папу.
– Я не знаю!
И неожиданно нас оглушает громкий БАБАХ!
Я перевожу взор на здание. Наблюдаю, как одно здание рушится, за следующим и дальше…
Клубок дыма.
Разваливающие старые стены разлетаются в разные стороны. Огонь поглощает заброшенное здание в тех местах, где находиться деревянные покрытия. Оперативная группа, которая была ближе к очагу взрыва, откидывает волной наземь. Кирилла сбивает с ног части здания. И папа, прикрывая меня своей спиной, приклоняет к земле.
И до меня доходит, что рушится и горит то место, где я находилась.
О, нет, Макс!
Я быстро встаю с земли и, высвобождаясь из рук отца, рвусь к зданию. Меня разрывает от безумия, я хочу к нему, к отцу моего ребёнка. Хочу быть рядом с ним. Не могу его снова потерять. Я сделала столько ошибок, что просто не могу ему позволить уйти.
Ну почему, зачем мне такое наказание?
Мы не заслужили такого печального конца!
Мои крики заглушаются следующим взрывом, который поглощает очередные громкие хлопки. Всё рушиться на глазах, разрывая на куски, рассыпая здание на огромные осколки камней и пыли, выплёскивая огонь и тёмный дым наружу.
– Ма-а-к-с-с!!!
– Нет, нет. Стой! – хватает меня папа, пытаясь всеми силами удержать, и я падаю на колени, отчаянно вопя.
– Ма-к-с-с! – припадаю я лицом к земле, сотрясаясь от мучительной агонией и судорожным рыданием.
С болью осознавая, что Макс остался внутри.
Я опоздала!
