Текст книги "Мой спаситель... или погибель (СИ)"

Автор книги: Ирина Семендеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

32. Рухнувшие мечты и надежды

Ночь прошла в глубоких раздумьях. Я толком не сомкнула глаз, каждый раз мысли о Максе не давали покоя. Понимаю, что наговорила ему много лишнего, но обида и злость была выше высоких чувств. Конечно, я люблю Макса, со всеми его недостатками. Сердце ведь не прикажешь! Но всё же эмоциональное переживание меня угнетало. Одна часть голоса говорила… кричало, выдалбливая сознание, словно тяжёлым молотом:

Что ты делаешь?

Остановись… не будь дурой!

Ты любишь его вопреки всему!

Обрушиваясь воплем в самое сердце, тем самым причиняя невыносимую боль. Лишая дыхания. Выталкивая слёзы с сокрушительной ломотой и терзанием души, так остро, что я не могла себе найти места. Хотелось спрятаться, скрыться в тёмное, глубокое ущелье, заставить себя не слышать собственного стенание голоса, будто оно было мне чуждо.

А другая часть, осознано, уверенно и чёрство говорила:

Его любовь основана только на месте и лжи.

Нельзя прощать!

Одна ложь потянет за собой другую, и так будет происходить дальше и дальше… пока полностью не сожжет твою любовь дотла.

Осознай это и прими.

После станет легче.

Время лечит!

Ещё слова Демида, подливали масло в огонь. Требуя вспомнить о чудовищном поступке Макса. Неужели есть ещё что-то, оставшейся в потайном уголке моего сознания? И от этой мысли мне было ещё страшнее.

Я должна заставить себя прислушаться к здравому смыслу.

Уходя, уходи и не оборачивайся!

Эту ночь мы ночевали раздельно. Так было правильно. Не стоит усугублять и так напряжённые отношения. Макс был внизу в гостиной, спал на диване, а я в нашей комнате. После нашего неприятного разговора мы не пересекались.

А когда настало утро. Я чувствовала себя разбитой и выжитой, словно из меня выкачали всю кровь и проехались тяжёлым катком множество раз, не оставив и долю для сил и эмоций.

Как заставить себя встать?

Взглянуть снова Максу в глаза и провести ещё долгий период вместе, по пути домой?

Не знаю.

Но я должна.

Мысль о горячо любимых маме и папе, которые потеряли свою дочь на целый год. Очень тревожило меня. Почему они меня не искали? А может, искали, просто не там?

Пора вернуться и закрыть эту главу полных тайн и загадок, окончательно. И вернуть свою потерянную жизнь.

Открыв глаза, я услышала льющуюся воду в ванной комнате и понимаю, что Макс принимает душ. Не хочу давать лишнего повода, для очередных всплесков чувств и решаю занять следующую душевую, в комнате, где Надя и Кирилл спали.

Наспех приведя себя в порядок, спустилась вниз. Пора заварить кофе и что ни будь перекусить перед отъездом.

Во входную дверь интенсивно постучали.

На долю секунд я была ошеломлена, неожиданным гостем, гадая, кто в такое раннее время мог нас посетить. Не думаю, что это полиция. Всё было в руках Демида, и если бы он хотел, нас давно бы схватили. Всё же решилась открыть.

– Коваль Лика Анатольевна? – спросил молодой парень в одежде курьера.

– Да.

– Это вам, – он вручил мне жёлтый конверт, на ощупь массивный и удлинённый.

– Что это?

– Посмотрите сейчас... Это важно, – быстро проговорил он, указывая взглядом на конверт.

Я покосилась позади себя, убедившись, что Макс ещё не вернулся, и вскрыв конверт вытащила телефон. Вопросительно взглянула на курьера, не понимая, что происходит. Парень аккуратно взял его, и разблокировав быстро всучил в мои забинтованные руки.

– Смотрите.

Я кинула взгляд на дисплей, до сих пор не понимая, что он от меня хочет. Видео кодировалось прошлогодними новостями, что вызвало у меня озадаченность.

– … Как бы это не прискорбно звучало, но мы спешим сообщить очередные страшные события с места событий, – знакомое лицо девушки с чёрными как смоль волосами, говорила на дисплеи телефона, находясь на дорожном шоссе. – Напомню, что полгода назад в Москве. От неразделённой любви между нашей коллегой, журналисткой Коваль Ликой Анатольевны и Россо Максимом Дмитриевичем, прекрасным и честным полицейским, 6-ого управления полицейского участка, отделении по борьбе с организованной преступностью. Произошло драматическое и душераздирающее событие… Лика Коваль познакомилась с братом-близнецом, также работающем в 6-ом управлении полиции, Россо Демидом Дмитриевичем, и они полюбили друг друга. Их прекрасные и нежные отношения, наши коллеги наблюдали в течении нескольких недель. Но Россо Максим, вмешался в их отношения, одержимо полюбив девушку брата и, завидуя его счастью, отправил в командировку вместо себя, конечно, заняв место брата на пять месяцев, прекрасно обыгрывая его роль. По возвращению с командировки Демид Россо, раскрыл своего брата на глазах Коваль Лики, после чего, у… не состоявшихся влюблённых произошёл серьёзный конфликт. Лика Коваль не простила Максима Россо за его обман и подмену. В связи с чем, несчастный влюблённый не смог справиться с разрывающей тоской и болью. Решив жестоко отомстить объекту своей страсти, Максим Россо похитил в начале октября супругов Коваль Светлану и Анатолия, являющимися, родителями Лики и работающими в суде города Москвы. А затем хладнокровно убив на глазах возлюбленной… Сейчас эти страшные кадры на ваших глазах…

Я почувствовала, как от последних слов этой журналистки земля ушла из-под ног… Мучительный вопль вышел откуда-то изнутри, и я в ужасе прикрыла рот ладонью. Зрачки широко расширились. Кадры показывали, где со стороны было снято, как цинично стреляют в пожилых мужчину и женщину. Я с дрожью в коленках смотрю на испуганные взгляды своих мамы и папы и их падающие тела, а напротив Макс с вытянутым пистолетом в руках…

И я понимаю, что этот жуткий момент я уже видела, в своём воспоминание, когда мы ехали за Надей, где Демид держал её в бордели. Только теперь, вереница воспоминаний стала чётче и, к моему сожалению, ярче.

«… Макс стоит в кожаной куртки, кинув на меня жёсткий, проницательный взгляд. Свинцовые тучи, нависшие над нами, порывисто опрокидывают большое количество проливного дождя… А он, вытянув руку перед собой, решительно сжимает пистолет в руке. Напротив, с испуганным, молящим взглядом стояли мама и папа.

– Ма-а-ак-сс! Не на-до! Про-о-шу те-бя-я! – надрываю я горло. Слёзы градом текут по щекам, нещадно пронзая болью, сливаясь с дождём и разрывая сердце от отчаяния. – Я бу-ду с тобой!

– Поздно, любовь моя! – леденяще отчеканивает он и прицеливается на самое дорогое в моей жизни.

– Максим, остановись. Что же ты делаешь?

Слышу я растерянный голос папы, он пытается прикрыть маму своей грудью.

– Простите! Я просто хотел её любви… – зловеще прошептал он, поведя плечами.

Я изо всех сил пытаюсь помешать страшному итогу, но что-то мне мешает. Или кто-то? Не могу вспомнить… Но я продолжаю борьбу…

– Не-е-е-тт, Ма-а-кс-с! Прошу! Молю те-бя! – моё тело содрогается от истерики и мольбы, направленное на любимого, но он, не слушая меня, спускает курок.

Секунда… и мир словно замирает. Слышу два зловещих, глухих выстрела и наблюдаю, как Макс двумя точными залпами убивает маму и папу. Вижу, как мои любимые родители падают на залитую лужами мостовую, и в этот момент мир под ногами испаряется…

– А-аааа!!! – кричу истошно я без сил падая на холодную, пропитанную лужами землю. Мокрая до нитки, озябшая, проливая горькие слёзы, проклинаю стоящего мужчину с пистолетом в руках…»

Слёзы струёй катиться по щекам, а я даже не могу пошевелиться. Не могу дышать… С содроганием рук продолжаю смотреть в небольшой экран, хотя воспоминания и так терзает душу. Разрывая сердце на части от осознания рухнувших надежд и образуя холодную брешь вместе, где когда-то было моё сердце.

– … После убийства судьи и юриста-консультанта. Россо Максима Дмитриевича задержали, ему грозил срок на долгие годы за хладнокровное убийство, – продолжала приглушённо говорить девушка после жутких просмотренных кадров. – Пока Лика Коваль, отходила от трагических последствий, нанесённым внезапно обезумевшим членам полиции, являющимся её любовником. Россо Максим пробыл в тюрьме около полугода. Но мера пресечение его вины не было доказано, так как он утверждал, что не совершал данное убийство, и видео фальсифицировано. И в марте нынешнего года, обстоятельства приняли новые обороты, подтверждая, что Максим Дмитриевич, в момент убийства был в другом конце города. Адвокат, защищавший его, потребовал освобождения под подпиской о невыезда. А после его освобождения, внеся довольно большой залог. Максим Дмитриевич, похитил Лику Коваль, и в холодном заснеженном лесу, между бывшими любовниками произошёл довольно чреватый конфликт. Имея душераздирающею ненависть к убийце своих родителей, Лика Коваль, возжелала совершить самосуд над братом-близнецом и была вооружена, пристрелив хладнокровна своего врага… По неизвестным причинам, они сели в машину, где Максим Россо, истекал кровью, после серьёзного ранения. Так утверждает обвиняемый. По дороге, в них врезалась грузовая машина… Где на данный момент, мы ведём сьёмку, и есть подтверждение, столкновения двух машин… В бессознательном состоянии обвиняемый был доставлен в областную больницу, где за его жизнь боролись, а о Лике Коваль, до сих пор нет никаких известий. Есть ли надежда, что она жива или Россо Максим, убил её и закопал где-то в заснеженных лесах? Об этом нам ничего не известно, кроме его смутных слов. После его выздоровление он подался в бега. На данный момент, Лика Ковал и Максим Россо, исчезли из поля зрения полиции. Брат-близнец, Демид Россо, находиться в опущенном состоянии и ищет свою возлюбленную… Хочу подытожить данный факт обстоятельства. Любовь-не всегда доставляет счастливые и прекрасные моментам, где искры страсти и любви приводят к удовлетворённости жизни, приподнимая нас, но также приводит к безумию и отчаянию, превращая человека в монстра, где ненависть не знает границ и влечёт за собой, убийство…

– Откуда это у вас? – шепчу не своим голосом и поднимаю взгляд.

Но курьера уже нет.

– Ну вот. Теперь ты знаешь всё!

Слышу я за спиной ледяной, пронизывающий до костей, голос Макса.

В смятение оборачиваюсь, а сердце сжалось до состояния горошины…

Дорогие читатели! ❤️ Прошу прощение за растянутый финал, но, как оказалась, есть много не досказанности, которые я пытаюсь исправить, для полной картины нелёгкой истории любви Лики и Макса. Конец уже близок… И попытаюсь вас не разочаровать. Буду благодарна за вашу поддержку в виде звёздочек✨️ для продвижение книги к большей аудитории. Для меня Ваше внимание ценно. Спасибо, что читаете!❤️

33. Расплата

Мы стоим напротив друг друга, и я пытаюсь вглядеться в его холодный взгляд на лице, где даже ни единый мускул не дрогнул.

– Ты… убил их?! – с трудом шепчу я, а в душе такой ураган ненависти, безысходности и страха, который стремительно поглощает каждую частичку моего тела.

– Допустим, – цинично отвечает он, словно в этом нет ничего зазорного.

Теперь я даже не знаю, что ещё от него ожидать. Какие у него мысли в голове? На что он ещё способен? Должна ли я его бояться? Но вспышка ярости бурно охватывает меня, растекаясь по венам, перебарывая любые страхи и опасения. И я сжимаю телефон в руках до побеление в суставах.

Не могу поверить, как я могла любить убийцу своих родителей. Как вообще меня угораздило связаться с братьями-близнецами. Они разрушали мою жизнь и делали это намеренно.

– Сволочь! – прокричала я с рвущей агрессией, и слёзы нещадно обожгли моё лицо. – Гад, как ты посмел, как мог! Сволочь! Я ненавижу тебя, ненавижу! – кинулась я на него, с истерикой сжав кулаки и броня. Обрушивая на его грудь всю боль и горесть, с отчаянными воплями колотя стальные мускулы.

А он просто молча стоял, как каменный истукан и принимал весь мой гнев и страдание. Даже не пытаясь, что-то сказать.

– Почему ты с ними так? Они не были ни в чём виноваты!

Не могу избавиться от мысли, что как только я вспомнила о своих родителях и возжелала вернуться в уютное гнёздышка, то тут же потеряла надежду на счастливое, доброе родительское сердце. Боль нестерпимо жгла мою кожу в мучительной агонии, и я не могла остановить истерию, в которой пребывала.

– Ты разрушил меня, мою жизнь. Как вообще тебя земля носит! А-а? Скажи, почему, Макс? Почему, ты убил их? – сипло простанываю я.

– Тебе нужно успокоиться, – всё же хрипло прошептал он, пытаясь заключить меня в объятия.

Думает меня утешить. Вот так просто обнять, и мои страдания улетучатся, испаряться!

Не выйдет!

– Убийца! – я яростно навалилась на его грудь, приложив усилия и оттолкнув его, желая причинить ему боль. Сделать всё, что угодно, лишь бы он страдал.

Мой взгляд мечется. Не знаю, что я ищу, но явно то, что поможет мне выпустить ярость.

– Лика, давай поговорим, – ласково шепчет он, снова пытаясь приблизится.

– Не трогай меня! – гневно бросила я, отпихнув его руки. Кидаю взор на гостиную, где на диване лежал пистолет Макса. И словно молния, я уже стремлюсь туда, быстро схватив, направляю дуло пистолета на Макса. Телефон приглушённо соскальзывает и падает на пол.

– О-о!.. Снова?.. С ума сошла? – выгнув брови, вытягивает он ехидно лицо, и, приподняв ладони делает легкий наклоном головы набок.

Обдумывает… приму ли я решение повторить прошлое покушение, не испытывая мук совести, спуская курок?

Черт…, и я задаюсь этим вопросом, с дрожью сжимая обеими руками прохладную рукоять пистолета.

– Ну почему ты со мной так, Макс? – всхлипывая, простонала я, чувствуя, как грудь пронзает нестерпимая боль и утрата. – Ведь… если бы я знала, что ты так поступишь… ни за что не была бы с тобой. – Мои руки продолжают дрожать, а слёзы обрушиваются в неистовом потоке. – Как я могла… как могла любить такого монстра! Ты даже родителей моих не пожалел, как можно говорит о нас… Ты доволен, счастлив? – вскричала истерично я, дёрнув пистолетом, приподнимая дула напротив его груди. – В корне растоптал мою жизнь, превратив в труху. Этого ты желал? А-а, ну да… конечно, твои амбиции были выше чужой судьбы. Ты же чёрствый. Не пробивной. И у тебя совершенно нет сердца!

– Ну всё, хватит! – рявкнуть он, сверкнув дьявольским взглядом, и опустил руки. – Ты можешь меня ненавидеть, презирать. Но за мои чувства ты не можешь говорить… Что ты от меня хочешь услышать? Был ли это я? Да… Я убил твоих родителей. Ты довольна? Тебе стало легче? Думаю, нет… Ненависть – это пожирающее чувство, которое поглощает без остатка. И даже если ты отомстишь, легче всё равно не станет. – Ответил он с таким пафосом, где я не услышала и долю раскаяния. – Опусти пистолет, не делай глупостей!

Как же яро меня сжирает гнев, мои щёки пылают от каждого его слова. Я презираю глубину его глаз, каждое движение, которое он надменно демонстрирует. И не испытываю ничего, кроме сжигающей ненависти, которая требует наказать убийцу своих несчастных родителей.

– Почему они? – вскричала я, продолжая держать пистолет на уровне его груди. Слёзы не отпускали меня, заливая лицо солёными каплями.

– Почему? – на его лице заиграла зловещая улыбка, и, покачав головой взглянул на меня исподлобья. – Я у же говорил, Лика, ты просто не слушаешь…

– Отвечай! – кричу я, чувствуя, что уже награни. Мои руки вспотели, а указательный палец дрожа, сжимает курок, и любое его слово поглощает эффект расплаты.

– Всё просто. Ты перешла на сторону Демида, и я решил отомстить. Всё! – он демонстративно развёл руки в стороны.

– Ты издеваешься! – я корчусь в рыданиях. Боль в сердце такая нестерпимая, что я не могу её сдержать. Желаю Макса убить, уничтожить, но что-то во мне борется. Приподнимаю пистолет и снова опускаю. Я так хочу упасть на колени, закрыть уши и не слушать, что говорит он. Свернуться в позе эмбриона, и спрятаться от внешнего мира, где всё бесчестно и жестоко.

Ненавижу… ненавижу всё вокруг себя!

Хочу, что б всё сгинуло, глубоко в пустоту. Где нет боли и страдания, где нет Максима Россо и моей любви к нему.

Не могу бороться с разодранной в клочья душой.

– Лика, – шепчет он тихо и делает шаг ко мне.

Ладони лихорадочно трепыхаются, не слушаясь меня. Прохладная рукоять пистолета обжигает кожу, а слёзы крупными каплями окропляют чёрный ствол. Я твёрдо смотрю на пистолет и волосы лохмотьями спадают на лицо, кидаю взгляд на телефон и поднимаю его с полу.

– Отойди! – резко поднявшись, практически в упор тычу дулом ему в грудь.

Макс, с жёстким взглядом изучая меня, делает шаг назад.

– Ты уничтожил мою любовь к тебе… Желаю, что б ты сгинул из моей жизни, – чётко шепчу я одними губами. – Но в этот раз... не я буду твоим палачом. – Быстро набираю в телефоне номер и, приложив к уху, слушаю гудки, а после мелодичный голос. – Я Лика Коваль и хочу сообщить, где скрывается беглец Россо Максим. Да. Записывайте адрес. – заключаю я и окидываю его взглядом. – Так я должна была поступить тогда. Теперь ты будешь жить в аду! – стискивая зубы, с ненавистью шепчу я, смотря на его потемневшие глаза.

– Ты поступаешь правильно, – кивает он головой и натягивает улыбку.

В течении десяти минут, пока жду приезда полиции, продолжаю держать Макса на мушке. А он ведёт себя спокойно, не пытается принять меры к бегству и как-то меня остановить, обезвредить.

В течении этих минут мы сидели молча. Я, облокотившись о угловой диван, сижу на полу, а он, прислонившись к косяку двери гостиной комнаты, также сидел на полу. Пытаюсь переварить произошедшие откровения между нами, которые терзали моё сердце.

– Послушай, – шепчет он, обрывая тишину и взглянув на меня. – Они будут задавать много вопросов. Говори, что я насильно держал тебя пленницей. Похитил от ревности и заставил прыснуть сержанту баллончиком в глаза. В течении недели я вёл себя агрессивно и угрожал тебе. А сегодня, когда я был в душе. Опасаясь за свою жизнь, ты смогла освободиться и накинулась на меня, завладев своим телефоном…

– Это мой телефон? – шокировано встреваю я в его речь. Сейчас я так надломлена и слаба, после всех негативных эмоций, которые испытала, что голос мой охрип, и говорю я, ели слышно.

– Да... Когда они убедятся, что ты не причём. Обратись к Наде, за помощью. Она поможет тебе с деньгами. А после ты будешь свободна. Главное, всю вину, переложи на меня. Помни, ты была моей пленницей.

Мы слышим сирены полицейских машин.

– Не демонстрируй жертвоприношение. Это не поможет тебе избежать наказания, – я слабо поднимаюсь, и показываю ему пистолетом, встать.

– Я не боюсь тьмы. Она давно уже стала моей частью, – подытоживает холодно он.

Не думала, что моё сердце будет сжиматься, когда Макса заключали в наручники. Но продолжала наблюдать, как убийцу моих родителей жёстко вели к полицейской машине, и в этот момент я поняла, что пустота настигла меня с полна.

*****

Спустя три недели. 13:35 дом Макса и Лики

Положительно!

Писец…

Тяжело вздыхаю, сидя на толчке в туалете. В руках держу тест полоску на беременность и смотрю на две красные полоски. Меня охватывает паника. Я совершенно к такому не готова.

Жду ребёнка от убийцы своих родителей. Как могло мне так повести?

В течении двух недель, не думала, что будет сложно с органами полиции. Меня постоянно допрашивали, и проводили полный объём работы о моём похищении. Я сделала всё, как говорил Макс, и Демид мне в этом помогал. Снова братья-близнецы кодировались повсюду, и, если честно, я испытывала только раздражение, от их присутствия. Желаю избавиться от этих мужчин, которые принесли в мою жизнь, только опустошённость и горечь. Хочу вернуться домой и посетить могилу своих родителей, сейчас это важно для меня.

Но почему тогда на сердце не спокойно?

Когда я увидела Макса, как его вели под конвоем двое охранников, то горячая кровь тут же хлынула по венам. Но не от гнева, а от желания к нему прикоснуться, почувствовать его ласковые руки и услышать глубокий, гипнотизирующий голос. Эта напасть больно жгла глубоко в душе, и я заставляла себя терпеть, не поддаваться слабости, хотя слёзы постоянно застилали глаза.

Он должен сидеть в тюрьме.

Его место там!

Убеждал меня внутренний голос.

А сердце тихо стонало и страдало.

Не думала, что это картина будет так больно бить по моим нервам.

Дни шли долго. Порой ночами, я не могла спать спокойно, постоянно вспоминала и видела во снах Макса. Он стал моим наваждением или проклятием?

Я его ненавидела, так же, как и любила.

Воспоминания прошлой моей жизни, полностью восстановились, и теперь практически не осталось белых листов. Только легче от этого мне не стало. Ведь я помню всю нежность, трепет в наших отношениях. Как мы были счастливы, полностью отдавшись страсти и любви, даже когда он притворялся Демидом, и я реально это принимала. Зная, что он Макс, я не желала выяснять отношения. Насколько сильно я любила его и закрывала глаза на всё.

И у меня есть свои скелеты в шкафу, только не хочу в этом признаваться.

Вчера я решила прийти к Наде в областную больницу, что б попрощаться. Наконец, все полицейские допросы закончились и теперь могу вернуться в Москву. Я знала, что её на днях выпишут, и хотела поблагодарить за помощь, в которой, как говорил Макс, она мне помогла.

Подойдя к палате Наде, я услышала разговор. Сердце моё сделало кульбит, когда поняла, что разговор шёл о Максе, и оцепенела.

– Макс в порядке, теперь ему ни что не угрожает.

– Ему там не место. А что, если они снова попытаются его убить? Мы должны что-то придумать, – обеспокоенно говорил Кирилл.

– Ты будешь за ним присматривать, – ласково ответила Надя.

Я стою за дверью и с ужасом узнаю, что Макс в опасности. Кто-то пытается ему навредить. И мне стало страшно, осознавая, что ждёт человека, которого я люблю и ненавижу.

– Я даже не знал, что он в бегах. Нет, я ему друг или кто? – возмутился Кирилл.

– Любимый, не осуждай его. Любовь приводит к отчаянным поступкам.

– Я на него обижен… Во всём виновата его одержимая любовь к Лике. И к чему всё привело? Он сейчас за решёткой. Что бы ты не говорила… я её не прощу.

– Успокойся… Лика, скоро всё поймет, – тихо прошептала она.

– Любимая моя, я его вытащу. Я обещаю. Найму лучшего адвоката.

– Поверь, всё скоро закончится, его поступки были необходимы.

Наступила гнетущая пауза. И я пытаюсь понять о чём они говорят. Ведь Макс убил моих родителе, и он сам признался. А они говорят так, будто во всём виновата я. В какой-то момент хочется влететь в палату и сказать, всё, что я думаю, поэтому поводу, но почему-то не могу пошевелится, мой разум приказывает слушать дальше. Я не видела и не слышала о Максе ничего, почти две недели, и тело предательски превращается в желе, а сердце удваивается в ударах, только услышав об этом надменном мужчине.

– Что значит необходимы? Ты что-то знаешь? – растерянно спросил он.

– Любимый… это… ну… короче… ты только не злись…

– Девушка, вы кого-то потеряли? – неожиданно громко обращается ко мне медсестра.

И я резко вздрагиваю.

В палате наступает тишина.

– Нет… я… тут… – пытаюсь подобрать слова, и в этот момент открывается дверь палаты.

– Лика, что ты здесь делаешь? – возмутившись, скрежет Кирилл.

– Привет! – как можно дружелюбно шепчу я.

– Она с нами, – объясняет он медсестре, и та, улыбнувшись, уходит.

Кирилл не хочет, что б я входила, но всё же пропускает меня. Обращаю внимание, что Надя выглядит прекрасно, после множество процедур.

– Привет!

– Привет, Лика! – счастливо улыбнулась она мне в ответ.

– Как ты? Отлично выглядишь. Ты прям вся светишься, – отмечаю я её состояние, где живо играют искры неподдельного счастья, которые неопределимо восторгают меня.

– Прекрасно, я здорова! И желаю, выйти на свободу. У нас столько планов… – Надя протягивает мне ладонь, и я вижу на пальце помолвочное золотое кольцо с изумрудом и бриллиантами. – Кирилл, мне сделал предложение! – ели сдерживает она торжествующее верещание.

– Какая красота, поздравляю вас! Желаю вам счастья. – Довольно улыбаюсь я, отмечая дорогое украшение. Искренне радуюсь её счастью.

– Спасибо, дорогая моя. Я так счастлива, что у меня не хватает эмоций, – продолжает говорить Надя с полным восторгом и лучезарным лицом. – Правда, любимый?

– Да. В отличии от некоторых, – пытается он меня задеть.

Кирилл стоит за моей спиной, и я чувствую кожей, его негатив и неприязнь. Он недовольно вздыхает и переминается с одной ноги на другую. Я знаю, что Надя искренне мне отвечает, а вот Кирилл, с ним дело сложно. Я его раздражаю. И понимаю, что всё дело в Максе, ведь я засадила его друга в тюрьму. Но разве меня можно винить?

Перекинувшись ещё несколькими любезными фразами с Надей, я чуть не спросила о Максе, так чесался язык. Но всё же сдержалась. Нельзя показывать свои слабости. Не понимаю, почему я о нем беспокоюсь. В конце концов, есть Кирилл, и я знаю, что он не позволит, чтоб с ним случилась беда.

Хочу на это надеяться.

Макс сильный мужчина и не думаю, что кто-нибудь захочет с ним связываться.

Кирилл, продолжал колко мне отвечать, каждый раз зацикливаясь на моих взаимоотношениях с Максом. А я старалась делать вид, что не замечаю. Не хочу расстраивать Надю, она сейчас так счастлива.

Наконец, я увидела, как они мило обнимаются, когда Надя позвала его к себе. Кирилл тут же изменился в лице и, нежно её приобняв, поцеловал волосы, присев, на краюшек койки.

– Хотела перед отъездом тебя повидать и сказать спасибо.

– За что?

– За твою помощь. Спасибо, Надя. Ты была верным другом на протяжении недели. И подвергла себя опасности…

– Так, прекрати... и не надо мне тут… – развела она недовольно руками.

– Она старалась, а вы не оценили, – снова кинул Кирилл, язвительную фразу.

– Кирилл, пожалуйста… – надув обидчиво губки, Надя покосилась на него.

– Молчу, молчу, – прикрыв ладонью рот, тут же среагировал он.

– Лика, Ты уезжаешь?

– Да. Завтра. Спасибо, что помогла мне с деньгами и карточкой.

– Да не за что. Деньги твои.

Я и Кирилл, смотрим на Надю непонимающим взглядом.

– То есть деньги уже твои, можешь ими распоряжаться, как тебе вздумается, – быстро исправляется она.

– Я тебе верну. Обещаю. – Спохватываюсь я, ощущая себя в должниках.

– Нет-т-т! Не стоит. Позаботься о себе… Может тебе помочь с вещами?

– Не нужно. У меня практически нет вещей, так что еду налегке.

После мы крепко обнялись, пожелав друг другу всего самого лучшего, и я покинула её палату.

В течении недели я чувствовала себя не важно, ещё задержка шесть дней. Вот решила сделать тест на беременность. А сейчас, когда понимаю, что он положительный, не знаю какое принять решение.

Если честно, я растеряна.

Не знаю, нужен ли мне ребёнок, от убийце моих родителе. И что я в будущем ему скажу... Что его отец убийца? И убил бабушку и дедушку… Нет. Так будет неправильно… Пока у меня ещё малый срок, приму решения, позже, может сделаю аборт. На сегодня у меня куплен билет на поезд и пора возвращаться домой.

Обдумываю, кому хотел Макс меня отвести и что это за человек? Но думаю, что это уже не важно. Я всё уже вспомнила. И наказала убийцу своих родителей. Остальное уже не важно.

Макс остаётся здесь, а я возвращаюсь в родное дом, который уже долгий период пустует. Надеюсь, что моя любовь со временем потухнет. Пройдёт время, и я научусь жить без Макса. Я не первая и не последняя с огромной дырой в сердце.

Справлюсь.

К вечеру я приехала на такси на вокзал. Который составлял трёх этажное здание. Первый этаж– непосредственно платформы, второй зал ожидания, а третий, камеры хранения. Но у меня был малый багаж, и я не стала пользоваться камерам хранения, тем более, что через сорок минут должна состояться моя посадка на первую платформу, так что у меня было немного времени, для спокойного ожидания своего поезда. Уже мысленно приготовилась, для дальней поездки. В вечернее время в зале ожидания, оказалось мало народу, так что заняла свободное место в кресле ожидания, и погрузилась в просмотр телефона. Через некоторое время снова почувствовала себя плохо, тошнота не отпускала и пошла в туалет. Обдумываю, что беременность, сейчас некстати, и, выйдя из кабинки, принялась ополаскиваться прохладной водой, кинув взгляд на зеркало. Выгляжу я сейчас не очень: потухший взгляд, белая кожа и синяки под глазами. В последнее время плохо сплю хотя, говорят, беременные спят, часто.

Отошла от зеркала, что б просушить руки, и в этот момент, меня резко схватили за горло. Почувствовала, как в нос ударило эфирным запахом и сладким вкусом. Пытаюсь сопротивляться, хватая руками и ногтями человека позади себя, понимаю, что меня удерживают и достаточно грубо. Голова идёт кругом, от сжатого у моего рта тряпки и жёстких рук у горла. Аромат ослабляет меня и любые движения, для противостояния… Глаза закрываются и всё тело мякнет.

Наступает темнота...