Текст книги "Дети за куполом (СИ)"

Автор книги: Ирина Рован

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)

Глава 20. Знакомое лицо

– Не хочется от вас ничего требовать, но выхода нет, – произнёс командир, потирая забинтованный бок. – Седьмой карант пострадал ещё сильнее нашего, а десятый слишком далеко. Боеспособных альбов у нас осталось всего несколько, и увести их с базы я не могу. А времени потеряно и без того… – он в отчаянии махнул рукой.

– Троих, – задумчиво протянул Ортей, оглядывая свою семью.

Половина шестых всё ещё валялось на полу в полуспящем-полубессознательном состоянии. После того как блокатор был уничтожен, нейтрализовать яд не составило никакого труда, но вот избавиться от последствий его долгого пребывания в организме оказалось не так просто.

– Командир, – упавшим голосом произнёс Ортей, закончив осмотр, – давай лучше я по-быстрому сгоняю, а вторые присмотрят за моими?

– Ты нужен мне здесь, – сухо отозвался авр. – У второй семьи дела не лучше, чем у вашей, их куратор не в состоянии даже разговаривать. И от них тоже пойдёт тройка, только в другую сторону.

– Понятно, – Орт вздохнул и почесал лохматую макушку. – Ладно, семья, признавайтесь – кто тут живой?

– Я, – поднял руку Талат – яд действительно почему-то пощадил его.

– И я, – тихо откликнулась Камайла, принимая сидячее положение.

– Я в порядке, – пожала плечами Виольна.

– Ты не пойдёшь, – тут же сказал Ортей.

– Почему? – возмутилась рыжая.

– По веским причинам… Нотт, ты как?

– Более-менее, – осторожно отозвался Марк.

– Идёшь. Нужен хотя бы один рубр…

Карина, поймав взгляд старшего, безразлично кивнула.

– Орт! – непривычно горячо воскликнула Виольна. – Мне явно лучше, чем ей!

– …пусти её… – прохрипел Ильдан из угла, дрожащей рукой указывая на Виольну.

– Нет, я сказал. Рина, Марк – и… – он остановился глазами на Талате и Камайле.

– Жребий? – хлопая глазами, предложил Талат.

***

Марк, которого ещё и самого подташнивало, поглядывал на девчонок с сочувствием. В предрассветных сумерках одна казалась совсем белой, другая жёлтой. Шли молча, медленно, под барьерами. Сомнительно, правда, было, что в случае атаки те бы их защитили – слишком вышли слабенькими.

– За этими домами, – шепнула Карина, глядя в карту и резко останавливаясь. Марк не успел вовремя затормозить и сбил её с ног, налетев сзади.

– Прости, – едва успев поймать, он поспешно поставил наставницу на место. – А разве не дальше?

– Пустырь, – коротко ответила она, передавая ему карту.

Марк вгляделся в разноцветные линии и прямоугольники. Действительно, помеченное крестиком здание было окружено обширным незастроенным пространством. Высунься – и будешь как на ладони для любого мало-мальски опытного стрелка…

– Что тут написано? – спросил Марк, пытаясь разобрать мендорийские закорючки. – «Изк…» «Искво…»

– «Изквэлло», – отозвалась наставница. – Школа.

– А-а-а, – протянул он, высматривая из-за угла на приторно-розовое трёхэтажное здание, окаймлённое беговыми дорожками, спортивными площадками, учебными огородами. – Вот почему такая планировка… Рина, там внутри полно народу. Но, может, это дети…

– Ага, – подала голос Камайла. – А на этом их по домам, наверное, развозят.

Марк проследил за её пальцем. Там, из-за розового угла, торчал небольшой кусочек предмета, в котором безошибочно можно было узнать лопасть пропеллера.

– Мы их нашли, – сообщила Карина в свой звукач. – У школы стоит военный летун, внутри нотт чувствует большое скопление людей.

– Отлично, – раздался сквозь помехи бодрый голос командира. – Обойдите кругом, попробуйте засечь дозорных и огневые точки. Следите за любыми шевелениями. Одиннадцатый карант на подлёте, высадятся на нашей базе и сразу отправятся к вам.

– Ясно, – Карина спрятала передатчик и вздохнула, глядя на обессиленных младших. – Поползли дальше.

И они поползли – медленно, в коробочке барьеров, по широкому кругу, разглядывая злополучную розовую постройку в просветах между домами. Время от времени рубра вытаскивала звукач и надиктовывала командиру то, что удалось высмотреть.

С другой стороны обнаружилась одноэтажная, но длинная постройка, крашенная в тон основному зданию. Как назло, дома в этом месте расступались широкой аллеей без малейшего укрытия. Карина долго разглядывала подозрительное строение.

– Я бы на их месте в первую очередь сюда стрелка посадила, а вы? – произнесла она наконец. – Разворачиваемся, здесь мы не пойдём, опасно.

Марк, засмотревшийся на Камайлу – та устроилась в обнимку с грязной каменной стеной и явно уже держась на пределе сил – послушно повернул голову назад, в сторону узкой арки между двумя домами, откуда они пришли. И замер.

– Рина, стой, стой! – быстро зашептал он, хватая наставницу за руку и утягивая обратно за стену. – Прости, я только что заметил…

Судя по её расширившимся глазам, она и сама уже услышала голоса и мерный топот приближающихся солдат.

Камайла выпрямилась.

– Да их там много, – с отчаянием в голосе пролепетала она. – Спрячемся в этом доме?

– Местные могут выдать, – спокойно ответила Карина. – Побежали через аллею. Главное, барьеры держите… Чёрт.

Марка передёрнуло. Вот по чему он совсем не скучал – так это по волнам блокатора.

– Засекли? – ахнула Камайла.

Карина нервно оглянулась на арку – там слышались крики.

– Уже не важно, – бросила она. – Бежим!

Марк кинулся вперёд, стараясь не отставать от старшей и не выпускать из виду Камайлу. Вперёд, через чёртову широченную аллею, прямо под прицелом у невидимого стрелка в розовой пристройке. Прыжками через живую изгородь, через скамейки – нет времени обходить – через фонтанчик на маленькой площади, к счастью, не работающий…

Он был уверен, что слышал с десяток выстрелов, пока они бежали, но едва оказался в безопасности, под укрытием очередной многоэтажки, в компании девчонок, как понял, что все они прозвучали только в его воображении.

– Ещё не всё, Марк! – выкрикнула Карина. – Пригнись, пригнись!..

Он успел послушаться вовремя – над головой что-то просвистело. Волосы встопорщило горячей волной. Снаряд вонзился в стену соседнего дома, посыпались обломки.

– Опять они по своим стреляют! – возмутился Марк. – Там же люди, мирные – в домах…

– О себе волнуйся, – отрезала Карина, бросая на него сердитый взгляд. – Посмотри лучше, куда нам теперь податься.

Марк повертел головой. Они втроём вжались в высокий металлический забор на перекрёстке. Вариантов было достаточно – можно нырнуть вон в тот двор, или пробежать через базарчик за дорогой – удобно, много укрытий. Или по соседней улице, она наверняка выведет к… Стоп.

– Только не это, – простонал он. – Рина, там ещё…

Его прервал очередной свист, и на этот раз не так повезло – снаряд, должно быть, разорвался совсем рядом. Ударной волной сбило с ног. Марк вскочил, оглушённый, и принялся очумело вертеть головой. Вот Камайла, сидит на земле, потирая плечо, вроде цела… Где наставница?

Снова грохот. Сверху что-то посыпалось. Марк сграбастал одногодницу за шиворот и бесцеремонно поволок подальше от падающих кусков штукатурки. Рядом уже слышались чьи-то голоса. Он быстро выхватил огнестрел, разблокировал, прицелился из-за угла…

– Рубра, – мужчина в чёрном бережно ставил на ноги Карину. Та была вся в пыли, из-под волос по лбу и щеке стекала тонкая струйка крови. – Какой карант?

– Девятый, – выкрикнул Марк, опуская оружие. – Мы разведчики.

– А, это вы наши наводчики, – усмехнулся незнакомый альб. К ним, глядя с интересом, подоспели ещё трое. – Мы из одиннадцатого. Попали под раздачу?

– Не знаю, как они нас заметили, – слегка заплетающимся языком проговорила Карина.

– Не вас, – мрачно отозвался один из бойцов. – Это мы слегка… лишнего внимания привлекли, – он переглянулся с товарищами. – Сами до базы дойдёте?

Марк неуверенно покосился на зажимающую рану на голове старшую.

– Дойдём, – уже чётче отозвалась она. – Спасибо.

***

Грохот стрельбы остался позади. Троица кралась через дворы без барьеров и без магии, с жутким чувством незащищённости.

– Мы можем спрятаться, – неуверенно предложила Камайла Карине. – Подождём, пока одиннадцатый карант разобьёт блокатор, потом залечим твою рану. Ты же не выдержишь…

– Выдержу, – упрямо выдохнула та. – Всё нормально.

Ещё минут пятнадцать по узким улочкам – и тут небо наконец, впервые за эти два пасмурных дня, решило поделиться с пыльным городом влагой, разразилось холодным мелким дождиком.

– Там люди, – шепнул Марк наставнице. – За этими домами…

Они осторожно заползли под один из уличных прилавков, выглянули из своего укрытия и увидели полуразрушенное многоэтажное здание, а перед ним – засыпанную обломками площадь.

– Это тот самый дом, – прошептала Камайла. – В который вчера врезался летун…

– Скорее всего, – согласилась Карина и нахмурилась.

Марк проследил за её взглядом. По площади, неторопливо перешагивая через обломки, словно на прогулке, двигалась группа из пяти человек. Трое из них – в военной мендорийской форме. Посовещавшись немного, эти развернулись и бегом бросились в сторону школы, где сейчас шло сражение.

Двое оставшихся, в обычной городской одежде, ещё некоторое время тихо переговаривались, стоя спиной к ребятам и разглядывая разрушенный дом. Затем один замолчал – и исчез. Марк принялся тереть глаза, но так ничего и не понял: вот только что человек стоял неподвижно на месте, а теперь его там нет.

Он посмотрел на наставницу, но та глядела всё так же хмуро и без капли удивления. Зато когда человек развернулся к ним лицом…

Карина задохнулась и нырнула под прилавок.

– Ты чего? – перепуганно прошептал Марк. – Он нас не видел.

– Что он здесь делает? – еле слышно пробормотала она в ответ. – Их здесь не должно быть. Не может быть.

Марк озадаченно переглянулся с ничего не понимающей Камайлой. В таком состоянии он наставницу видел впервые – в глазах ужас, дыхание сбито, вся дрожит.

– Кого не должно быть? – осторожно спросил он.

– Монахов, – она снова выглянула из-за крашенной в весёленький зелёный цвет металлической стенки. – Они не имеют права вмешиваться…

Дождь смочил ей волосы, и теперь розовая струйка воды стекала по её лицу, смешиваясь с всё ещё сочащейся из ушиба кровью… Точно, ей же по голове прилетело. Должно быть, из-за этого…

Марк тоже высунулся. Человек так и стоял перед останками многоквартирника, будто ждал чего-то.

– Но он не похож на монаха, – скептически протянула Камайла, тоже разглядывая незнакомца. – Мендийцы так не одеваются.

– Вот что, – Карина выпрямилась. – До базы рукой подать. Возвращайтесь без меня. Это приказ. Выполняйте!

И, не успел Марк остановить её, как она сорвалась с места и кинулась навстречу человеку, на бегу выхватывая огнестрел.

– Чёрт! – беспомощно выругался Марк, подхватываясь на ноги. – Жди здесь! Не высовывайся! – заорал он на растерянную Камайлу и бросился следом.

Шаг, другой, прыжок через обломок… Удаляющаяся спина наставницы впереди. Стрельба – где-то совсем близко. А что, если так всё и закончится? Сейчас одна заблудившаяся пуля – и нет Марка. Или ещё хуже – Марк ещё есть, но ранен смертельно, неисцелимо, лежит в одиночку, истекая кровью под злыми волнами блокатора, и мечтает умереть. Умереть, но перед этим дать хорошего подзатыльника своей свихнувшейся старшей…

Посреди обломков замерла грязная, растрёпанная фигурка. А перед ней – мужчина с невыразительным загорелым лицом и очень светлыми серыми глазами. Улыбается, как старой знакомой, но при этом пальцы правой руки – щепотью, кроме оттопыренного мизинца, что-то чертят в воздухе, и выглядит это угрожающе…

Огнестрел в руке – на что? Он не видит, отвлёкся, не отрывает глаз от её лица – что он там нашёл? Можно хорошо прицелиться. Можно успеть выпустить две пули, по одной в каждую руку. Умеют ли мендийцы колдовать ногами?

Она обернулась так резко, что брызги разлетелись в стороны. Проорала его имя. Кинулась вперёд – защитница, блин – но закрыла собой самого Марка, а не монаха.

Мендиец рассмеялся. Привалился спиной к полуразрушенному дому, простреленные руки безвольно повисли, кровь льётся на засыпанную обломками землю, а сам хохочет во всё горло.

– Объясни! – выкрикнула Карина по-авийски, не сводя с него глаз. Голос странный – неужели плачет? Из-за дождя не разглядеть.

– Он говорил, что настанет момент, – ответил мендиец, – когда перевес будет слишком значимым. Он настал, и мы вступаем в дело.

– Перевес… на нашей стороне? – она запнулась. – У Ареносы? В этом всё дело?

– И в этом тоже, – кивнул монах. – Между прочим, у тебя был шанс всё исправить…

Что-то ощутимо толкнуло Марка в спину, и он еле устоял на ногах. Развернулся, свирепо уставился на промокшую Камайлу.

– Я же сказал ждать!

– Марк… там… командир!

– Вот только этого не хватало…

Действительно, по улице бегом приближались двое: сам авр-командир и один из аргентов – тот, что командовал на первом этаже во время защиты базы. Должно быть, ребята из одиннадцатого каранта позаботились, чтобы наводчиков встретили.

– Что у вас? – выкрикнул авр, подбегая и не сводя прицела со спокойного монаха.

– Пленный, – холодно отозвалась Карина.

– С каких пор мы берём пленных без распоряжения? – сухо осведомился авр, подходя вплотную к человеку. – Боги, что это?..

Марк смотрел, как командир подцепил дулом огнестрела висящую на груди пленника цепочку. С такого расстояния не было видно, что за символ изображён на кулоне, но авру оказалось достаточно одного взгляда.

– Мендиец, – он перевёл строгий взгляд на Карину. – Ты сама понимаешь, как это выглядит со стороны, рубра? – та отвела глаза. – Стреляй. Стреляй сейчас. Это твой единственный шанс хоть как-то выгрести из ситуации.

Ждать пришлось долго. Карина молчала, застыла ледяной статуей. Командир сверлил её взглядом. Аргент держал на прицеле улыбающегося монаха. Камайла в ужасе переводила глаза с одного на другого. Марк до крови вгонял ногти в ладони.

– Мне всё ясно, – бесстрастным голосом отрезал авр и кивнул аргенту, который с готовностью нажал на спуск…

Но выстрела не последовало. Пока озадаченный аргент вертел свой огнестрел в руках, мендиец поднял голову, грустно улыбнулся – и неудачливого стрелка вместе с его оружием подбросило в воздух, словно зацепив невидимыми нитями за конечности, перекрутило, переломало. Авр замешкался лишь на мгновение, когда кровь товарища щедрым веером брызнула ему в лицо, но тут же вскинул свой огнестрел…

Какая-то неведомая сила приподняла Марка над землёй, швырнула ему в спину что-то большое и тяжёлое, выбив дыхание, на мгновение лишив сознания. Очнувшись, он обнаружил себя метрах в десяти от того места, где стоял прежде. От колена разливалась тугая, горячая боль; Камайла поднималась с земли в нескольких шагах, держась за голову, а Карина так и оставалась, целая и невредимая, перед своим монахом…

Марк поискал глазами командира. Нашёл у соседней стены – без сознания, но на вид живого. Попробовал подняться – правую ногу прошило болью, он охнул и свалился обратно. Но по крайней мере, Карина наконец сподобилась оглянуться.

– Дура! – заорал на неё Марк во всю глотку. – Тебе теперь нельзя в корону! Уходи с этим!..

– Хорошая идея, – улыбнулся проклятый монах. – Пойдёшь, сестрёнка?

Та молча замотала головой.

– Жаль, – вздохнул мендиец и практически с этим вздохом исчез.

Воздух словно стал легче. Теперь можно было дышать…

Карина развернулась и молча, на дрожащих ногах побрела к ним через обломки, мимо лежащего на земле бесформенной изломанной кучей аргента. Окинула невыразительным взглядом ошарашенную Камайлу, склонилась над повреждённой ногой Марка, провела первым целебным полем. Магия вернулась.

– Ты ещё можешь уйти, – выдавил он, с ненавистью глядя на неё.

– Не могу, – тихо отозвалась она, не глядя на него.

– Невыполненная миссия? – горько предположил он.

Рубра замерла, подняла на него чёрные глаза.

– Марк, что ты несёшь? – ужаснулась Камайла, подползая поближе. – Карина, я помогу…

– Тогда стреляй в него, – предложил Марк наставнице, уже сам не понимая, верит ли в то, что говорит, и вытянул палец в направлении всё ещё лежащего у стены командира. – Давай. Мы с Майлой скажем, что монах его убил, и никто ничего не докажет.

Камайла нервно хихикнула. Решила, что он шутит. Карина молча поднялась и отправилась к командиру. На какой-то дикий миг Марку показалось, что она последует его совету, но наставница лишь ощупала раны авра и принялась за лечение.

– Идиотка…

Глава 21. Второе дыхание

– У меня сегодня со слухом что-то, – протянул Ортей и демонстративно поковырял в ухе. – Можно ещё раз, с самого начала и помедленнее?

Марк, борясь с желанием нахамить куратору, повиновался. Камайла сидела рядом с несчастным видом и поддакивала. Карина устроилась у стены и прикрыла глаза, будто всё это её вовсе не касалось.

Ортей весь рассказ ходил туда-сюда вдоль боковой стены холла, увешанной дощечками с мендорийским текстом. Лишь в конце, когда Марк досказал, как поджигали тело погибшего аргента, как он сам ковылял до базы на повреждённой ноге, а девчонки волокли командира, куратор нетерпеливым жестом прервал его и остановился возле своей младшей. Та подняла голову и посмотрела ему в глаза.

Альб резко наклонился, схватил её за руку, дёрнул, поднимая на ноги. И – с размаху влепил пощёчину.

Марк, позабыв о том, что всего минуту назад сам втайне мечтал так сделать, заорал и, не имея возможности быстро подняться из-за больной ноги, метнул в куратора ударный импульс. Азира, возившаяся с его раной, едва успела пригнуться. Как выяснилось мгновением позже, не он один не сдержался: Ильд тоже среагировал быстро.

Ортей, впрочем, знал своих подопечных – оба удара разбились о барьер. Свирепая улыбка куратора не сулила ничего хорошего. Ольна и Зира медленно поднимались на ноги, воздух над их ладонями чуть заметно колебался.

– Давайте, скажите, что она не заслужила, – прошипел он.

– Вы там что творите? – донёсся окрик с другого конца зала.

Марк обернулся: вся вторая семья, замерев, наблюдала за разыгравшейся сценой.

– Не ваше дело, – с улыбкой, но очень твёрдо отозвался Ильдан.

– Какая разница, заслужила или не заслужила, – возмутилась Виольна. – Это не тебе решать, и наказание в этом случае накладывать тоже не тебе, Орт.

– Уж ты бы помолчала, – огрызнулся тот. – С каких пор тебя волнуют такие мирские мелочи? Э, – он погрозил пальцем Ильдану, который явно собрался ещё раз попытать удачу, – тебя я наказать точно могу.

– Выступаем через полчаса! – выкрикнул спустившийся со второго этажа альб и снова ушёл наверх.

Шестые, переглядываясь, расселись по прежним местам. Молчание вязкой субстанцией накрыло с головой.

– Ты мне только одно скажи, – снова обратился Ортей к своей младшей, нарезав пару кругов по холлу, – что мешало тебе выстрелить?

– Ничего ей не мешало, – не выдержал Марк, в сердцах отшвыривая обрубок дерева, на котором ножом пытался вырезать узор, успокаивая нервы. – Выстрелить можно было раз пятьдесят, а она стояла и пялилась на него, как на всевышнего во плоти!

– Ты не… – Карина на этот раз хотела ответить, но Ортей умотал прочь, словно не желая ничего слушать; она бездумно провела рукой по красному отпечатку длинных пальцев на щеке и повернулась к Марку: – У тебя же брат в человеческой армии, да? Представь, что тебе дают приказ стрелять в него. Выстрелишь?

– При чём тут брат? – зарычал Марк. – Этот мендиец тебе брат, хочешь сказать?

– Хочу, – бесцветно ответила Карина. – В своё время именно он вытащил меня из полной задницы. Всё объяснил, рассказал, научил контролировать магию… Кем нужно быть, чтобы после этого стрелять в человека?

– Научил, – с досадой повторил Ильдан после паузы. – Мендиец научил. Рина, а мы-то думали, у Вада просто богатая фантазия.

– Почему ты тогда не ушла с ним, если он такой замечательный? – Марк чувствовал, как теряет последнее терпение.

– Потому что мой дом в короне.

– Ты хоть примерно представляешь себе, какое тебя ждёт наказание там, «дома»? – вполголоса осведомилась Азира, проходясь по болячке Марка чуть жёстче, чем требовалось.

Рубра снова подняла голову, оглядела восемь пар уставившихся на неё глаз.

– Если бы можно было всё вернуть назад, – тихо, но чётко произнесла она, – я бы поступила точно так же. И не имеет никакого значения, что вы все или кто-либо ещё об этом думаете. Больше мне сказать нечего.

***

– Конечно, под арестом, – кивнул командир на вопрос Ортея, бросив на Карину неприязненный взгляд. – Пусть сидит здесь до нашего возвращения. Младший тоже может остаться – травма не из лёгких…

– С ногой уже всё в порядке, – быстро сказал Марк. – Разреши пойти, командир!

Ортей оскалился. Авр фыркнул.

– Пусть твой куратор решает, – бросил он, отворачиваясь. – Если он и кто-нибудь из ваших рубров готов взять ответственность…

– Я возьму, Орт, – тут же сказала Азира, и Марк глянул на неё с благодарностью. – Пусть идёт.

Марк заставил себя не оборачиваться, хотя знал, спиной чувствовал: наставница пытается поймать его взгляд.

Карант, если горстку оставшихся в строю можно было так называть, двинулся. Этой ночью погибли трое альбов, да плюс ещё убитый мендийцем аргент… Девятерых форсов и одну медику было решено оставить на базе – все они, не считая Карины, или были ранены, или до сих пор не отошли от отравления. В итоге насчиталось двадцать пять бойцов вместо положенных сорока, да и тех большая часть – студенты. На просьбу выделить им подмогу одиннадцатый карант прислал одну-единственную тиаристку с крупной хищной птицей на плече. Марк ёжился, представляя себе, в каком состоянии находится кожа женщины в тех местах, где её сквозь одежду достают острые когти.

– До объекта бегом, – отрывисто велел командир. – Чем внезапнее будет наше появление, тем проще.

Одно было хорошо: нотты могли расслабиться. Дрессированная птичка выполняла работу разведчика: парила в небе, высматривая подозрительные шевеления, и чуть что – давала знать хозяйке. Последняя, худенькая светловолосая женщина средних лет в тёмно-зелёной форме, бежала чуть особняком, словно всё ещё не относила себя к девятому каранту, и ни с кем не заговаривала.

Марк держал барьер машинально, на бегу, не задумываясь. Растерянность и страх давно прошли. Сейчас он чувствовал лишь строй и своё место в нём. Неожиданностей не случится: барьер свернуть – доля секунды, а во второй руке ждёт своего часа тяжёлый комок энергии, в любой момент готовый превратиться в ударную волну… Наставница может им гордиться.

А вот сама…

Марк сжал зубы, прогоняя из головы навязчивые горькие мысли.

– Я думаю, всё образуется, – негромко сказал Ильдан, хлопая его по плечу свободной рукой. – Орт может сколько угодно злиться и раздавать оплеухи, но в обиду он её не даст. Никого из нас не даст.

Марк мрачно посмотрел на старшего и ничего не ответил. Оптимизм – это хорошо, но, честно говоря, ему трудно было представить себе, как удастся замять недавнее происшествие.

– Мы ведь можем сказать на допросе, что она пыталась с ним сражаться, когда командир уже был без сознания, – зашептала Камайла из-за спины. – Мы можем…

– Нет, не можем, – огрызнулся Марк. – На допросе по-любому будет нотт – например, та жуткая Юлона. Или тебя тоже мендийцы учили врать?

– Марк! – вполголоса ужаснулась Азира, косясь на заинтересованные взгляды вторых. – Будь так добр, не кричи!

Он покорно умолк и принялся глядеть под ноги, на собственные ботинки, на мокрую после дождя дорогу. В компании с этим видом и невесёлыми мыслями он провёл ещё минут десять, пока тиаристка не выкрикнула:

– Группа людей прямо впереди, примерно через километр!

Командир обернулся к Ортею.

– Пятеро, – чуть погодя добавил тот. – Нас ждут. Боятся, но намерения тверды…

– Обогнём? – предложил аргент, указывая в боковой переулок. – Нам сейчас некогда тратить время…

– Не хочу оставлять их в тылу, – угрюмо отрезал командир. – С пятерыми управимся быстро, даже если у них блокатор.

– …Смотрят вверх на мою птицу и машут белой тряпкой, – как ни в чём не бывало добавила тиаристка.

– Белой? – в недоумении переспросил аргент, поворачиваясь к ней. – Точно белой?

– Точнее некуда, – спокойно отозвалась женщина.

Компания солдат будто бы специально выстроилась в хорошо просматриваемом скверике. В руке одного из них действительно колыхался обрывок ткани на длинном шесте. При виде приближающихся ренов люди дружно подняли руки, демонстрируя пустые раскрытые ладони.

– Кто такие? Чего хотите? – грубо спросил командир по-авийски, когда пятёрку окружили.

Солдаты переглянулись. Марк решил было, что среди них никто не знает авийский, но тут, подбирая слова, заговорил самый молодой, мужчина лет тридцати на вид:

– Мы сдаёмся. Мы не враги для вас.

– Те, кто нам «не враги», сидят по домам, – отрезал командир, кивая на окна жилых зданий. – Ареноса не берёт пленников. Каждый, кто сдаётся – умирает.

– Переговоры, – быстро сказал солдат.

– Достаточно ли у вас полномочий, чтобы вести с нами переговоры?

– Не как… командование, – человек кинул вопросительный взгляд на своего товарища, пожилого бородатого мендорийца, и тот ему что-то коротко сказал. – Как… просто люди.

– Послушай их, командир, – протянул Ортей по-ареносски, внимательно вглядываясь в лица солдат. – Не чувствую ни агрессии, ни хитрости.

Командир покачал головой, подозвал одного из альбов и принялся диктовать ему, чтобы тот переводил:

– Вы сдаётесь по собственной инициативе, не по распоряжению командования?.. При вас нет звукачей, записывающих устройств, взрывных?..

Солдаты кивали.

– Не врут, – пожал плечами Орт.

– Зачем тогда сдаётесь? – гнул своё авр. – Так боязно за свои шкуры?

– Было бы боязно – они бы наоборот, выполнили приказ, а не пошли наперекор, – запротестовала одна из альб.

– У двоих из нас – родные в короне, – произнёс пожилой солдат. – А я и остальные раньше работали с ренами в «Мосте» и знакомы с вашими идеалами и понятиями о чести. Не нужно быть большого ума, чтобы понять: эта война навязана Ареносе нынешним руководством «Моста» и подхвачена нашим правительством. А за громкими лозунгами и пропагандой прячется самый настоящий геноцид…

– Что предлагаете?

– Информацию, которая позволит вам свергнуть правительство Мендры и поставить собственное. Так будет куда гуманнее. Вы взамен даёте слово избегать убийств наших товарищей, если это возможно. У вас есть техника лишения сознания – пользуйтесь ей.

Ортей присвистнул:

– Продаёте родину за жизни соплеменников? Благородненько.

Альб-мендориец кинул на него раздражённый взгляд и не стал переводить.

– Но мы не можем дать вам никаких гарантий, что выполним свою часть договора, – произнёс аргент.

– Ареносцы славятся умением держать слово, – пожал плечами старик.

– Пойдёте с нами, – после короткого раздумья решил командир и обратился к бойцам: – Обыскать, обезоружить. Под конвой.

– Зачем? – шёпотом спросила Камайла на бегу, глядя на пленников в энергетической коробке. – Они же безоружные, зачем их держать барьерами?

– Мы видели монахов в городе, – буркнул Марк, от которого не укрылось, какими взглядами обменялись командир с Ортеем. – Монахи умеют притворяться и запутывать – в том числе и ноттов. Сейчас они на стороне людей. Дальше продолжать?..

– Они не похожи на мендийцев, – скептически произнёс Талат, щурясь на неуклюже бегущих в центре строя людей.

– А по мне, так вполне, – вмешался Ильдан. – Кожа смуглая, глаза и волосы светлые. Хотя… мендорийцы же тоже все такие, да?

***

Когда здание лечебницы уже замаячило в просвете между улицами, снова хлынул дождь. Но не мелкий, как утром, а вполне себе ливень.

Рены, хлюпая сапогами по лужам, поднимали себе настроение, поглядывая на птицу-разведчика: в такую погоду она летать не могла и сейчас смирно ехала на плече хозяйки, заботливо укутанная в тёмно-зелёный дождевичок. Обязанности разведки снова легли на ноттов.

– Командир, они уходят! – выкрикнул Ортей. – Кажется, военных там нет, только врачи и больные. Бегут из здания с другой стороны…

– Захват, называется, – недовольно фыркнул авр. – Могли бы сначала разведать обстановку и нас зря не гонять… Ребята, надо, чтобы в здании остались заложники. Иначе кто мешает разбомбить его к чертям вместе с нами?

– Перехватить не успеем, – сообщил Ортей. – Далеко.

– Так заложники у нас есть! – воскликнул куратор второй семьи, указывая на пятёрку солдат. – Только никто не знает…

– Вызывайте командование, – тут же велел авр. – Пусть свяжутся с их штабом, назовите имена и звания этих, – он кивнул на пленников. – Пускай скажут, чтобы не вздумали наносить удары.

***

Струи воды стекали с козырька с равными промежутками, отгораживая крыльцо, словно прутьями клетки. Пятеро атров шестой семьи сидели кучкой на широких ступенях. Марк вполуха слушал, как вяло переговариваются остальные, даже не пытаясь следить за нитью разговора.

В груди что-то болезненно ныло. Он бы подумал на этот идиотский кнотис, да времени ведь прошло совсем немного.

Командир без особого энтузиазма велел альбам и рубрам быстро обыскать здание. Задерживаться в нём карант не собирался, и атры, снова оставшиеся не у дел, с минуты на минуту ждали команды двигаться дальше.

Выполнившие задание стягивались к крыльцу, коротко отчитывались командиру. Тот уже закончил толковать с пленными и нервно ходил взад-вперёд по ступеням.

– Самое бестолковое задание, – зевнула во весь рот Итина. – Лечебница… А что не детский сад?

– Лидеры тоже ошибаются, – пожал плечами Ильдан, усаживаясь рядом. – Может, здесь были военные, но недавно ушли…

Марк смотрел на лужу перед крыльцом. Кто-то рассыпал в неё жёлтые таблетки, и они раскисли в воде, превратившись в яркие солнечные пятна на сером камне…

За спиной, среди альбов послышались удивлённые возгласы, которые тут же замолкли. А потом в голове раздался крик:

АЛЕРТ!

Марк вскочил на ноги, подхватывая рюкзак, заозирался по сторонам, силясь понять, откуда исходит опасность.

ВПЕРЁД! БЕГИТЕ! СО ВСЕХ НОГ, ВАШУ МАТЬ, ПРОСТО БЕГИТЕ КАК МОЖНО БЫСТРЕЕ!

И он сорвался с места, подгоняемый голосом куратора, ничего не соображая, но понимая – когда тот орёт вот так, лучше просто слушаться. Гадать о причинах, впрочем, пришлось недолго – стоило поднять голову к небу.

Наверное, что-то подобное падало тогда на корону, когда поднимали белый щит. Только вот сейчас у них не было ни щита, ни купола.

– Не успеваем! – прокричал командир. – Все в кучу! Барьеры, самые мощные, какие только сможете! Быстро!

Тело двигалось на автомате. Вскинув руки вверх, к летящим прямо на него, словно хищные птицы, дымящим штукам, Марк так стремительно прогнал по венам энергию, что мышцы стянуло болью. Воздух наполнился стуком несогласованных барьеров, задрожал, нагрелся…

Удар оказался чудовищным. Гораздо мощнее, чем он себе представлял. Ноги подогнулись, колени болезненно стукнулись о землю, но он всё же ухитрился сохранить равновесие. Уши наглухо заложило, и звон лопающихся барьеров скорее ощущался кожей, чем слухом.