Текст книги "Черноземье. Король 3 (СИ)"

Автор книги: Иннокентий Белов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Если уж не сильно тепло одетые полонницы прошли перевалы и не замерзли, нам вообще опасаться там нечего, – прикидываю я.

– Ольг, их заставили снизу нести по большой связке дров каждую. Еще выдавали по тонкому одеялу на двоих каждую ночь. Ночевали они всего один раз на перевалах, как раз перед тем, как прошли первую Дыру в Скале, там сожгли немало дров морозной ночью. Но утром их нагрузили очень тяжело трофеями, прямо помирали на перевалах бедняжки, – рассказывает мне Клея.

– Ну, обратно тоже что-то понесут. Девки молодые и здоровые, могут и побольше взять, ведь в свою страну возвращаются, где все на родном с детства языке разговаривают. Не на чужбине теперь пропадать будут, радуя своими роскошными телами противных степняков.

Следующий караван появился все же не из туннеля, а догнал нас по Новой дороге. Наблюдатель с дерева к обеду передал по скошу, что сорок арб и три осьмицы совсем молодых степняков доберутся до нашего лагеря примерно через час.

– Отлично! Как раз то, что нам надо. Только успели ямы с трофеями засыпать и замаскировать. Сорок арб и еще три осьмицы свободных коней. Теперь можно будет двинуться в горы, не вечером, конечно, а завтра рано с утра, – объявляю я Клее и командирам. – Раз они едут с той стороны, значит, в арбах не будет ничего, кроме тетивы и стрел! Не придется ничего прятать, кроме тел!

Сразу же приказал отправить нашу прислугу и освобожденных полонников с полонницами копать новую братскую могулу уже в другой песчаной гряде.

В этот раз использовал тот же трюк с набитыми грузом повозками и небольшой охраной из непонятно вообще, что делающих тут городских воинов. Степняки оказались совсем мальчишки, молодые и глупые, еще слишком задиристые, сразу прицепились к нам с явным намерением ограбить или даже убить.

Окружили мой собравшийся в одном месте отряд, жестами и словами потребовали отдать оружие и проваливать поскорее в лес, оставив им повозки. Гарцуют вокруг на конях, в руках луки или сабли, всем своим видом показывают, какие они крутые и бессмертные.

Переводчик-артефакт в руке все правильно переводит, я пока спокойно собираю своих людей поближе. Сначала ставлю над всеми защитный купол, а потом просто посылаю степняков убираться подальше, используя одно из цветистых степных ругательств. Которое я специально выучил для подобного случая. Касающихся их родителей, братьев и сестер, самых паршивых коз в качестве единственных половых партнеров, в общем, использующего именно тогда, когда нужно смертельно и навсегда оскорбить собеседника.

После чего громко крикнул:

– Огонь!

Все так и случилось, по моему куполу ударили с пару десятков тяжелых степных стрел в упор, потом всадники начали кто пробовать его крепость саблями, кто дальше продолжил стрелять из луков.

Я сам ударил магией по ближайшим степнякам, по остальным прошелся дружный арбалетный залп. За ним еще один выбил последних оставшихся на лошадях степняков, дальше к степным повозкам бросились самые опытные на мече и копье воины. Еще минута ударов и смертельных криков, но даже залечивающие раны степняки в роли возниц так просто не сдались. Успели ранить пятерых моих воинов, правда, всех довольно легко, но никого не убили.

Я быстро всех подлечил, еще раз доказав, что воевать при своем Маге куда лучше, чем без него мыкаться по жизни.

Два кольца оцепления не дали никому сбежать, ведь двое опытных ордынцев поняли, что шансов нет никаких и пытались прикинуться убитыми. Потом вскочили и бросились в кусты, за которыми их встретили другие воины, беспощадно переколовшие копьями степных хитрецов.

Так что вскоре тридцать восемь запряженных повозок и три осьмицы просто лошадей перешли под наше управление. В арбах оказались теплые одеяла, много стрел и запасы кожаной тетивы, которые я говорю забирать с собой.

– Хорошая стрела – это дорогое изделие, самим понадобится. Тетива всегда нужна в бою, как степные одеяла в жизни. Растягивайте их над кострами, надо все прокоптить как следует, чтобы насекомые погибли.

Пока степные кони перевозят тела молодых воинов и немолодых возниц к месту будущей братской могилы, остальные воины и обслуга перегружают наши повозки.

– До половины подъема на первый перевал и наши лошади потянут повозки. Дальше придется их полностью разгружать, давать передышку и уже без всякой нагрузки переводить через перевал. Такие повозки дальше потянут свободные пока степные лошади. Там дальше, немного спустившись, можно будет снова наших в повозки запрягать, на спуске они оживут, когда высота станет поменьше.

Почти до самого вечера тянутся похоронные хлопоты, перегружаем повозки на арбы, распределяем освобожденных девок и мужиков на арбы.

– Они почти все деревенские, не из городов набраны, поэтому с лошадьми управляться умеют, – рассказала мне Клея.

– Что-нибудь интересное рассказывали? – вспоминаю я, что еще не спрашивал Клею про такое.

– Особо нет, что они могут знать в своих деревнях. Только то, как гордо проезжал мимо их хозяин с дружиной на битву с пришельцами, потом прошел один день, как деревню или село заняли степняки. Сразу окружили со всех сторон, всех, кто пытался убежать, переловили, кто попробовал драться, расстреляли из луков и потом на воротах повесили за ноги, разрезав животы, – темнеет лицом Клея, ведь она очень близко воспринимает беды своих земляков.

– Так, понятно. С теми, кто сопротивляется, поступают беспощадно, чтобы сразу и навсегда испугать. Теперь меня интересует, что делают с теми, кто сразу сдается?

– Таких не трогают в основном. Грабят, конечно, и молодых девок забирают, но жизнь оставляют и дома не жгут, – вспоминает Клея.

– Раненых у них много? – еще интересует меня.

– И есть ли воины в той первой Дыре в скале? Они же проходили через нее с утра, должны были понять?

– Не спрашивала пока, – отвечает она и тут же уходит дальше опрашивать спасенных девок и мужиков.

Немного подумав и посмотрев на клонящееся светило, я все же приказал каравану выходить на дорогу.

– Еще два часа у нас есть, за это время лучше поднимемся к Дыре. Проходить не будем, там уже серьезно холоднее на высоте за ней, встанем на подходящем месте.

– Может с раннего утра двинуться, господин Кап… Второй? – спрашивает один из взводных.

– Нет, лучше все же так. Завтра с утра к Дыре уже наши лошади устанут повозки тащить, там же все время подъем идет, довольно крутой. Есть перед ней большая плоская площадка, где сами строители дороги раньше жили. Сараи они разобрали и унесли к первому перевалу, а место осталось, там и встанем. На ночь дать лошадям двойной запас зерна, пусть едят вволю, чтобы завтра лучше шли. За ночь отдохнут, с утра повеселее пойдут. Всех воинов и обслугу со спасенными к повозкам приставить, будут помогать их толкать вверх.

Тут меня снова находит Клея и докладывает, что узнала от полонниц.

– Нет никого в крепости, где Дыра в скале проходит! Никого там не видели и не слышали, ворота открыты, мост стоит.

– Это же просто отлично! – радуюсь я такой неожиданной новости. – Мы там без проблем пройдем, не придется еще охрану форта убивать. Они там точно должны быть из союзных племен.

– Зачем их убивать, если они союзники, пусть даже бывшие? – не понимает Клея.

– Так они бы все наши повозки посчитали, увидели степные арбы в большом числе, толпу молодых девок, которые только пару дней как мимо прошли. Сразу бы поняли, что это именно мы перебили караван, недавно прошедший, может еще бы про второй догадались тоже. Потому что знали бы, сколько арб в том первом было и сколько вообще охраны, только у нас тех же арб гораздо больше теперь есть. Нет, если охраны в крепости нет, это самое главное для нас дело, чтобы незаметно проскочить на ту сторону и спуститься вниз.

– Что теперь вообще будет, господин Второй? Когда мы уже два каравана степняков закопали в песок? – спрашивают меня мои взводные в конце совещания.

– Что-то будет, но не сейчас. Первому каравану в степи и обратно месяц ехать, еще к своим добираться с осьмицу дней. Да еще в степи передохнуть пару осьмиц после долгой дороги. Так что только через пару месяцев про него начнут что-то подозревать в своем племени. Второй караван могут скоро ждать, но он тоже может попасть в засаду сатумских дворян, поэтому нас так просто виноватыми не назовешь. В общем, делать было все равно нечего, без степных лошадей нам перевалы не пройти. Зато людей спасли, лошадями отлично разжились и немного степняков уменьшили. Воевать открыто с ними не наше дело, пока не укрепимся здесь, но вот так куснуть исподтишка вполне можно, – разъясняю я политическую ситуацию. – Когда приходится выбирать – или мы, или они.

Так что добираемся уже в темноте с факелами до той площадки перед туннелем, где встаем на ночлег. Караван с кучей арб и повозок растянулся на пару километров по узкой дороге, теперь не очень управляемый становится, но у меня за ним люди со скошем идут. Если что, сразу получат правильный приказ от своего командира.

На душе у меня теперь радостно и спокойно, ведь не придется решать вопрос с охраной крепости-форта на втором перевале.

Глава 21

Ночь прошла довольно беспокойно, потому что из туннеля постоянно задувает с таким цокающим звуком, будто там большая колонна конницы едет к нам на встречу.

«Понятно, кто оттуда может ехать», – ворочаюсь я в палатке на тонкой подстилке.

Просыпался пару раз от повышенного беспокойства за судьбу своих отрядов, пока не додумался отправить на ту сторону туннеля несколько дозорных. И так про подобную предосторожность думал, но забыл во время хлопот с ночлегом самому лишнюю зону охраны проконтролировать, а командиры мои еще не настолько опытные в горах люди. Просто не знают здешние особенности и за чем именно тут необходимо присматривать особо. Выставили охранение вокруг растянувшегося на дороге и площадке лагеря только спереди и сзади. Понятно, что не станет там никто оставаться, на той стороне туннеля. Если караван степняков преодолеет последний перевал, то всяко пройдет через туннель и спустится пониже, потому что слишком большая разница в ночных температурах выходит здесь и там.

Там только ледяная каменная пустыня, а под туннелем уже нагретые за жаркий день осыпи и просто земля.

Зато сразу, когда выставил дозорных подальше, перестали уже смущать странные завывания ветра, поэтому проспал несколько часов. Пока часовой около палатки не позвал господина Второго вставать, потому что небо посветлело.

Рано утром начинаем собираться, сегодня нам нужно пройти как можно больше по расстоянию. Лучше всего даже все перевалы миновать, есть такая задача-максимум. Но я сомневаюсь, что растянувшаяся на пару километров колонна сможет прошагать сегодня двадцать пять километров по сплошным подъемам и спускам, когда на высокогорье уже ни у кого не будет лишних сил.

– Поэтому рассчитываем на ночлег за вторым перевалом, где есть сараи. Там хватит места на всех, если поплотнее забиться. Лошадей тоже тогда ставим вплотную, пусть греют друг друга морозной ночью, там есть загоны для них. Дрова сначала везем на повозках, потом их несут все, и воины, и обслуга, и полонники! – даю короткую инструкцию взводным.

– Хорошо, что одеял набрали. И с первого каравана немало, а со второго вообще много. Из степи везли двадцать осьмиц вязаных с мехом одеял! – удивляется один их взводных.

Да, теплые одеяла на раз решают проблему ночевки в ледяных горах. Для тех, конечно, у кого они найдутся. Мои воины и так несут с собой по одеялу, но только некоторые из них, у кого была возможность, забрали дорогой предмет домашнего быта из семьи. В основном у всех просто кусок старой парусины при себе, потому что я приказал предупредить воинов о необходимости защиты от ледяного воздуха и частых весенних дождей. Палаток на всех не нашьешь, да еще тяжелые они слишком и нужны всего на пару ночей. Палатка есть только у меня одного и еще у Клеи с собой нарядный шатер, когда принадлежавший астрийским дворянам.

– Ну, а что оттуда еще везти? Только стрелы, потому что есть подходящий кустарник по берегам и налажено их производство, еще всякие изделия из шкур лошадей и баранов с добавлением местной травы. Больше особо нечего, все остальное степняки на чужой земле заберут без проблем, – отвечаю ему я.

– Правда, золота и серебра все же маловато при покойниках оказалось, вряд ли степняки трофейные монеты используют для того, чтобы что-то покупать у покоренного народа. И так заберут все без лишних разговоров, понятное дело. Но монеты легко прятать, да еще основное количество золота находится в укрепленных замках дворян и принадлежащим им городах. Значит, брать хорошо укрепленные опорные пункты у степняков получается все же не очень хорошо. Ну, или именно это племя не смогло ничем серьезным поживиться, – рассуждаю я перед своей свитой.

Мои помощники и взводные помалкивают, про то, что нас ждет за перевалами, они имеют самое смутное понимание.

Клея насчитала во всем первом караване три сотни золотых монет и еще на две сотни серебра. Во втором их, конечно, вообще не обнаружено. Все деньги пойдут на дальнейшие закупки и плату на той стороне, но воинам я сказал сумму трофеев объявить. Чтобы знали, что по асторским деньгам у нас в общей казне набирается то ли двадцать осьмиц тайлеров, то ли пятнадцать осьмиц, смотря по сколько считать трофейные сатумские деньги к нашим полновесным тайлерам.

Первые две сотни наемников скрываются в Дыре, как все черноземельцы называют мой туннель. За ними едут нескончаемым потоком повозки и арбы, дальше шагают бывшие полонники, за ними уже проезжает Клея со своей свитой.

– Обоз у нас большеват! – замечает мне один из взводных и тут же добавляет. – Господин Второй! На четыре сотни воинов почти десять осьмиц повозок! Трудно такой длинных хвост защищать будет!

Тут он прав, цепь охраны с виду жидковатая получается.

– Зато теперь тридцать воинов на лошадях скачут, видят гораздо дальше и быстрее передвигаются. Ничего, здесь меньшим количеством повозок не обойтись, а перевезти нужно много всего, что на той стороне не найдешь. На равнинах большую часть грузов пока оставим в первой взятой крепости. Да еще лошади смогут гораздо больше за раз увезти, – объясняю я имеющиеся расклады.

Про крепости никто не спорит, мои люди уже знают, как быстро я могу вынести ворота или целый кусок стены, заодно перебив всех защитников на лигу вокруг.

Вскоре ко мне подъезжает Клея со своим отдельным обозом.

– Теперь у меня нет проблем с прислугой, – машет она мне рукой со своей повозки на рессорах, одетая совсем по-походному, в штанах и теплой шубе с меховой шапкой на голове. – Все спасенные готовы верно служить своей новой госпоже.

Такое вообще неудивительно, оказавшиеся совсем внезапно на свободе девки ищут, к кому бы прислониться в новой, довольно страшной жизни. И на воинов с интересом посматривают, и на конюхов-сатумцев, и на молодых толмачей, но больше всего, конечно, на Клею и Гинса, которые теперь самые родные люди.

«И спасли, и обогрели, и защиту дали сразу же», – улыбаюсь я виду старательно держащихся поближе к повозке Клеи девок, одновременно посматривающих с заметным интересом по сторонам.

Воины все-таки чужаки, конюхи староваты, толмачи сами молодые парнишки, зато они идут домой, в родные земли.

Гинс сидит рядом с сестрой, бдительно поглядывает вперед и назад, крутя в руке артефакт невидимости на всякий случай. Магический потенциал у него небольшой, но продержать невидимость с половину часа вокруг себя и Клеи сможет. Это на случай совсем внезапного нападения, если охрана не успеет прикрыть свою госпожу.

Я Клее сам сказал выглядеть постоянно дорого и солидно, ибо времена вокруг самые такие средневековые. Здесь и сейчас всегда встречают только по одежке и самое главное первое впечатление тоже от твоего внешнего вида получается. Поэтому короны пока нет на голове, но высоко поднятый подбородок и царственный вид обязателен к показу всем нашим спутникам.

Еще очень красивый и явно безумно дорогой шатер, который подразумевает дворянское звание у его хозяйки.

Я пока пропускаю мимо себя весь наш караван, смотрю вниз в бинокль, но не вижу никого на границе леса, подступающего к горам. До опушки километров шесть, так что явно сегодня к нам никто сзади не подъедет, но вот завтра все может случиться.

«Не лишняя предосторожность, если нас вдруг догонит новый обоз из степи», – такое тоже может случиться

Поэтому позади всех оставляю небольшой отряд воинов, которые должны будут понаблюдать еще с час по времени, а потом догнать нашу колонну на подъеме к первому перевалу.

Сам даю шенкелей лошади и объезжаю растянувшийся строй по краю дороги вместе с осьмицей охраны. Дальше мы ныряем в зев туннеля, тут приходится сразу же спешиваться, ибо сверху нависает каменный потолок. За половину часа потом обгоняю уступающих мне часть дороги возниц на арбах и повозках, всех остальных воинов и занимаю место впереди всего каравана.

– Вы заставляйте двигаться всех наших, как можно быстрее, на подъезде к первому перевалу на каждую повозку выделите людей из воинов, прислуги и полонников. Особое внимание уделите именно повозкам с нашими лошадьми, степные лошади уже не раз тут проезжали. Если лошадь встанет, сгоняйте ее любыми средствами с дороги, пусть пока отдохнет. Чтобы наши люди толкали изо всех сил повозки, если мы встанем здесь, то придется ночевать под первым перевалом, а нам нужен именно второй, – еще раз инструктирую взводных.

Я здесь оказался уже в который раз, поэтому хорошо понимаю, будь у нас только степные лошади, мы могли бы всю дорогу в горах пройти за день. Но наши лошади из Черноземья не знакомы с высокогорьем, поэтому идут позади степных, если встанут, придется тех перепрягать в наши повозки и толкать изо всех сил.

Так оно, конечно, и случилось, лошади дружно начали вставать еще за пару километров до вершины, но мобильный резерв из степных лошадей у нас уже создан. Поэтому их перепрягают, ослабевших пока отгоняют назад для отдыха и обильного кормления, но может так случиться, что подняться на перевал некоторые все равно не смогут.

– Придется их тогда гнать вниз, обратно в Астор, – говорит мне главный конюх.

Я не спорю, лошади пока в Черноземье очень дорогие, молодые по тридцать тайлеров стоят сейчас, после разорительного нашествия и некой постепенной девальвации золотых тайлеров.

«Скорее даже не золото дешевеет, просто грамотная рабочая сила заметно подорожала. Раньше за полтора тайлера можно было нанять опытного работника, теперь меньше двух с половиной даже не предлагай. Вот неквалифицированных работников становится все больше, они по-прежнему от полутора до двух тайлеров в месяц стоят. И еще женский труд совсем дешевый, деревенские девки постоянно ищут любую работу в Асторе, – вспоминаю я. – Платят им до одного тайлера в месяц в мастерских или только половину золотого в прислуге».

– Если появятся степняки, бросайте лошадей и бегите к нам. Я к вам выеду навстречу с воинами, – своего «связиста» со скошем я оставляю с нашим арьергардом на всякий случай.

По итогу из двенадцати наших лошадей перевал не прошли шестеро, я пока оставил их с обслугой отдохнуть несколько часов и попробовать снова перейти перевал. Благо, молодые лошади, везущие сейчас пушки, по двое на повозку, смогли подняться на сам перевал. После заранее сваренного обеда прямо на колесах двух кухонь повел караван еще дальше, время к двенадцати часам дня, нам нужно шагать и шагать вперед. Все свободные лошади тоже хорошо нагружены, каждая везет солидный запас необходимых на той стороне вещей.

Ко второму перевалу подошли через три часа, тут я уже сам заранее отправился к нему с охраной, чтобы проверить слова полонников.

Но так все и есть, к моему огромному облегчению высокогорная крепость-форт пуста, ворота в туннель с обоих сторон открыты, мост лежит на месте, только во внутрь самой крепости проходы закрыты на мощные двери с засовами изнутри.

«По веревкам потом спустились или поднялись последние стражи крепости. Двери, замки и засовы особенно хорошие и крепкие, сам Водер их ковал для срочного заказа. Значит, ушли почему-то воины знакомых Беев, не стали собирать мзду за проезд. Наверно, все воины на завоевание требуются или степной совет-курултай явным большинством не согласился платить за проезд. Пока идет само завоевание большой страны с полным напряжением сил всех племен, подобные обременения никому не нравятся особенно. Ну, нам подобное запустение в стратегической точке вообще за счастье. Ведь теперь у нас есть большой шанс вообще почти никем не замеченными перевалы пройти и в Сатум быстро спуститься».

Поэтому я по скошу командую шагать каравану еще быстрее, ведь большой лагерь под перевалом уже хорошо виден внизу.

– Им еще шагать с час до Дыры, потом в два раза времени больше уйдет на то, чтобы ее пройти. Значит, к шести часам только все пройдут на ту сторону, поэтому дальше нет никакого смысла шагать. Через еще час станет темно, а новый лагерь с сараями перед третьим перевалом находится, – рассуждаю я при своих охранниках. – Зато завтра точно пройдем горы.

Так все и получилось, мои и Клеи взводные встречают и направляют людей из каравана к большому количеству сараев. Там уже горят костры, кое-где даже есть печи, оставшиеся от нашествия астрийцев и сатумцев, не пропали они с концами за долгое время.

– Даже не свезли их степняки к себе домой, чтобы там порезать и снова что-то выплавить нужное! – удивлюсь я, помня хорошо историю самих печек. – Наверно, сама охрана строителей грелась здесь все время.

Ночь проходит спокойно, дров хватает, все насекомые, если они тут остались после степняков, давно уже вымерзли во время морозных ночей. Идем пока все вместе, наемники Клеи с ее людьми и мои пока не отделяются друг от друга.

Еще нарасхват толмачи, воины постоянно просят их что-то перевести особо приглянувшимся девкам.

– Заводят понемногу отношения между собой, – говорю я Клее.

– Да пусть заводят. Девки в основном совсем деревенские, выбранные степняками за особую стать и хорошие волосы. Я себе отобрала пока четверых, которые поумнее немного, но больше на городских буду рассчитывать, – Клея не спорит, если почти все спасенные найдут себе мужиков в караване.

Так что с утра снимаемся и шагаем к третьему перевалу, понемногу порядок в караване налаживается, все уже понимают свой маневр. Тем более большую часть дров спалили за ночь, теперь всем немного полегче идти по высокогорью, а лошадям везти повозки и арбы.

Когда подходим к перевалу, по скошу мне сообщают, что еще четыре лошади перешли первый перевал после обильной кормежки и долгого отдыха, а две ни в какую не стали.

– Отправляйте их с одним возницей обратно, в Астор. Если ему повезет, то доедет за пару дней до Протвы. Если не повезет, если встретит караван степняков, пусть бросает лошадей и убегает в лес! – что я еще могу сказать по такому поводу. – Вдоль Протвы дойдет до моста!

Лошадей очень желательно бы вернуть в кузницы и на прочие перевозки, но приставить к ним в охрану вообще некого, все люди мне здесь нужны. Поэтому сейчас рискну только одним парнем из прислуги.

За светлый день проходим третий перевал, начинаем спускаться вниз, к той самой деревне, где когда-то жила крепкая телом Изаура.

Я оставляю своих людей, с которыми мы едем первыми, теперь они ждут моих приказов с неба. Сам на третьем перевале раскладываю параплан и в дневное время прыгаю со скалы. Не самое лучшее время для полетов, еще летал я здесь всего один раз, но теперь мне и всему каравану позарез нужна самая свежая информация про здешние места.

– Какие из замков и крепостей остались целыми? А какие уже разрушены ордой? Где есть степняки и где дворяне остались?

Пролетаю под сотню километров над Сатумом за пару часов, кружу слева направо, но целых замков не нахожу. Тут вообще их негусто, около самих гор, дворяне предпочитали жить и всем управлять посередине своих земель. Нашел с воздуха три разоренных уже давно небольших замка, стоят обгорелые и пустые, с выбитыми воротами, два с правой стороны и один с левой.

Но сам я далеко от гор не улетел, всего километров на двадцать, больше разглядываю земли вдоль перед горами, в основном с правой стороны. Не видел пока никаких караванов и воинских отрядов, похоже, здешние земли солидно обезлюдели, только кое-где народ пугливо копается на своих огородах. Видит в небе меня и остолбенело провожает взглядами. Сам приземлился через два часа немного ниже стоянки, где уже размещается наш караван.

Тут же прискакали мои охранники, забрался на коня с парапланом в мешке и отправился обратно.

Вечером у нас происходит большой совет с участием всех взводных, доверенных людей и Клеи с Гинсом.

Я объясняю, что смог разглядеть сверху, на примерной карте наношу места трех захваченных замков, дальше мы решает идти в левую сторону от спуска, в те самые Хмурые земли.

– С раннего утра я еще совершу полет в ту сторону, сегодня больше правую часть земель рассматривал. Тогда уже окончательно скажу, куда нам нужно ехать.

– Будем вас здесь ждать, господин Второй? – слышу я вопрос.

– Нет, едете так же за мной следом и потом налево сворачиваете, нам нужно поскорее уйти с дороги. Ни к чему встречаться с новым караваном степняков. Лошадей нам пока больше не нужно, прятать трофеи нет ни времени, ни особого смысла. Места здесь хорошо обжитые, поэтому свидетели новой схватки всегда найдутся. Продадут подобное знание, как только увидят первых степняков, – решаю я.

Поэтому рано утром поднимаюсь с помощниками почти к третьему перевалу, найдя удобное место для старта, раскладываю параплан. Потом делаю разбег и взмываю над еще лежащей в темноте землей.

Сегодня мне нужно найти подходящее для обороны укрепленное место, где мы сможем оставить свои большие запасы пороха и ядер, много продовольствия и те же одеяла. Еще там нужно оставить часть своего отряда, не трогая людей Клеи. Мой замысел пока состоит в том, чтобы занять несколько укрепленных замков или даже небольших крепостей, контролировать полосу земель рядом с дорогой через перевалы. Обеспечить отряду госпожи Клеи защищенный тыл, благо элитные скоши обеспечивают дальнюю связь, и мы всегда может быстро помочь друг другу.

Но расстанутся наши отряды еще не сегодня и не завтра, ведь двигаться они станут медленно в одну сторону, везде обязательно рассказывая и показывая саму госпожу Клею, которая пришла дать волю своему народу. Получается по моему замыслу определенный такой агитпоезд за новую власть и все хорошее против всего плохого.

Как я смог понять после вчерашнего полета, нашествие степняков снесло и обрушило всю прежнюю власть, но это я смог рассмотреть рядом с горами. Гарнизонов степняков в захваченных замках не обнаружено, вообще их присутствия даже не видно нигде.

– Что там дальше творится, кто управляет здешними землями? Пока непонятно. Но если степняки ездят трофейными караванами с совсем слабой охраной, значит, здешних партизан или борцов за независимость пока нигде нет? – задаю я себе вопросы в начале полета, пока пролетаю над осмотренными вчера землями.

Просто отлично, что я могу за пару часов полета на параплане пролететь над сто двадцатью-сто пятьюдесятью километрами здешних земель, постоянно используя орлиный взгляд для приближения и разглядывания больших поселений и городков.

И еще вернуться на более-менее солидную высоту, откуда днем или вечером снова подняться, чтобы опять полететь над еще неразведанными землями.

– Ну, или просто сесть рядом со своими людьми! – и такой вариант возможен, когда я обнаружу подходящее место.

Подходящее для того, чтобы атаковать его и захватить под свое управление.