Текст книги "Их [колючая] роза (СИ)"

Автор книги: Инея Эвис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 41

Я будто в трансе выхожу из здания.

Артур тоже молчаливый, чего раньше за ним не замечала.

И тут два варианта. Или он устал, или скрывает за внешним спокойствием внутренние страсти.

Конечно, есть ещё и третий вариант. Ничего особенного он не испытывает, и я всё себе насочиняла.

Естественно, я не собираюсь докапываться до истины. Мне бы капнуть поглубже у себя. Однако нынешнее моё состояние не позволяет в полной мере погрузиться в нависшие над нами вопросы. Мы оба получили то, что хотели и теперь, с этим нужно жить дальше и решать наши проблемы.

Со своим нутром я разберусь сама, а к нему, даже под угрозой смерти не полезу с вопросами.

Перед тем, как выйти из помещения, служившего небольшим складом, мы всё тщательно за собой убрали. А перед выходом на улицу, пристально оглядели весь первый этаж центра. Бросили беглый взгляд на эскалаторы и лифты. Ничего подозрительного не обнаружив, вышли на улицу, но….

Почему-то, в этот момент, мне показалось, что я продала кому-то задаром свою удачу. Ну или меня её попусту лишили без предупреждения.

Мы приближаемся к машине. Она кокетливо подмигивает фарами, издавая приветственную трель. А потом у меня за спиной раздаётся громкий мужской возглас, от которого я будто покрываюсь коркой льда.

– Il sont là! (Он здесь!)

Я оборачиваюсь и вижу двух мужиков в костюмах, которые тычут пальцем в нашу сторону и безумно вертят глазными яблоками.

– Бляха! – слышится за спиной от Артура.

Мы почти одновременно запрыгиваем в машину и срываемся с места.

Мужики, естественно, действуют в той же последовательности. Как оказалось, кричали они не просто так. С парковок стартануло четыре тачки, устремившиеся за нами.

– Сука, как же невовремя, – бормочет блондин, активно крутя руль.

– «Невовремя» – это, конечно, самое подходящее слово в ситуации, когда тебя преследуют четыре машины с головорезами.

– Шесть.

– Что?

– Шесть машин.

Я в панике оборачиваюсь, но Артур так быстро виляет по дорогам, что не успеваю высмотреть ни одной.

Конечно, улицы Парижа не позволяют устраивать гонки на максимальной скорости, однако он умудряется выезжать на такие проспекты и проулки, где находится не такое плотное движение. У нас есть возможность маневрировать среди других автомобилей, однако длиться гонка не долго. На улицах города слышится вой сирены и Артур материться уже в полную силу голоса.

– У тебя телефон при себе?

– Да… – сразу достаю и показываю, еле успев удержать его в руке во время резкого поворота.

– Набирай номер…

Артур диктует, я сразу нажимаю «вызов» и вновь хватаюсь за выступающие части двери на очередном крутом перекрёстке.

– Громкую вруби.

Делаю, как он говорит, и по салону тут же раздаётся протяжное: «Да».

Вой сирен совсем близко, но это не останавливает наших преследователей. Чёрные машины стараются окружить нас со всех сторон. Они отполированные и блестят на солнце, чем сильно отличаются от остальных. Я, наконец, сумела разглядеть несколько, мелькающих между домов на параллельных улицах, и их задумка мне совсем не понравилась.

– Оскар, где Спартак?

– Рядом.

– Короче, мы в жопе. Встречу проводите сами.

– Что у вас? – тут же напряжённо спрашивает Спартак.

Я даже по телефону их отличаю друг от друга….

– Погоня. – Близнец говорит спокойно, но за дорогой следит тщательно и видно, как он напряжён.

– Блядь…. – Его тяжёлый вздох отчётливо слышен. Даже чувство вины поднимается из глубин. – А поаккуратнее нельзя было?

– Мозги не еби мне сейчас. – Огрызаемся Артур. – Придётся выехать за черту, не знаю, сколько понадобится времени, так что там без нас.

– Ему Рита нужна…. – Устало выдыхает Спартак.

– Я её не смогу высадить. Эти суки кольцом зажимают. Секунда простоя и нам хана.

В ответ тишина и я решаюсь заговорить.

– Спартак, – надтреснуто выдаю.

– Ты как, цветочек?

У меня ком в горле встаёт от его участливого тона.

– Немного не по себе… – честно признаюсь.

Хотя на самом деле, меня колотит в безумном танце адреналина и кортизола.

– Всё будет хорошо, – слышу накал в голосе, хоть он и старается говорить невозмутимо. – Средний хорош в вождении, так что…

Он замолкает, не договорив. Пользуюсь моментом, чтобы не накручивать себя ещё больше.

– Ребята, что касаемо встречи… – я снова хватаюсь за ручку двери и уже не отпускаю, пока Артур визгливо разворачивает тачку на сто восемьдесят градусов и газует по встречке.

Вжимаюсь в кресло и зажмуриваюсь, видя, как автомобили, сигналив, пытаются безопасно уступить дорогу психу. Но Артур не долго мучает бедных жителей. Выезжает на газон и едет по прямой через аллею, чудом не сбив гуляющих зевак и пару столбов.

– Не знаю, какой у вас был план изначально, – возвращаюсь к диалогу, пережив не состоявшийся сердечный приступ. – Но Филипп заикнулся, что готов и за двадцатку «озеро» купить, так что всё в ваших руках. За «речку», думаю, он тоже не поскупится. Закручивайте гайки на всю.

– Ясно, разберёмся. – Спартак не отключается, несколько секунд позволяя нам послушать тишину. – В любом случае, мы будем вас ждать в саду Тюильри. До связи…

– До связи. – Выговариваем мы с Артуром одновременно, после чего сразу отключаюсь, дабы не терзать своё сердце.

Наш автомобиль выезжает на широкую трассу и мчит во весь галоп, буксуя стрелкой спидометра на 200 км/ч. А я ловлю себя на мысли, что обратно в номер к братьям хочу. Или же, чтобы все они здесь были. Рядом. Мне их не хватает. Хоть я и доверяю Артуру, всё равно страшно. Сердце стучит, как потерпевшее. Всячески стараюсь отгонять от себя дурацкие варианты развития событий, и понимаю, что больше всего страшит неизвестность.

Кто за нами гонится? Шавки Кеши или того мужика, с которым они пытались договориться о сделке? Что они намерены сделать? Если судить по гаражу и нынешнему состоянию Оскара, то точно не по головке погладить.

Глава 42

В очередной раз оглядываюсь и вижу стремительно приближающиеся чёрные бруски металла, кажущиеся по истине устрашающими. Будто за нами гонятся всадники Апокалипсиса. Они не отстают, но и приблизиться вплотную не могут. Это немного успокаивает, но, когда, по неизвестной причине, с моей стороны отлетает боковое зеркало, я вздрагиваю и вжимаюсь в сидение. Смотрю во все глаза на образовавшуюся пустоту и никак не могу сообразить – куда оно делось?

– Ар… – не успеваю договорить, как вижу перед своим носом маячивший длинный ствол пистолета.

– Пользоваться умеешь?

Поспешно верчу отрицательно головой, переведя ошалелый взгляд с оружия на блондина.

– Когда-то надо начинать… – усмехается, вкладывая мне в руки холодный и, офигеть какой, тяжёлый агрегат.

Другого слова для него просто подобрать не могу. У пушки очень длинное дуло. Но крайне замысловатая, ажурная ручка, приковывающая взгляд. Появляется желание её тщательно рассмотреть, но Артур вклинивается в мой процесс знакомства с этой огромной штуковиной.

– Не самый удачный вариант для первого раза… – с сомнением протянул. – Но нам важен эффект лёгкого запугивания, а не летальный исход. Не так ли?

С ужасом взираю на близнеца и понимаю, что выбора у меня нет. Нам снесли и второе зеркало. Неровен час, пули начнут свистеть в самом салоне.

Дар голоса, кажется, исчез безвозвратно. Взглядом пытаюсь донести до него свой посыл, и он кивает.

– Тебе нельзя высовываться. Я бы предложил стрелять из самой тачки, но пока стёкла целы, лучше повременить разбивать их самим.

Рядом слышится звук открывшегося окна и в салон врывается оглушительный вой ветра, тут же растрепавшего наши волосы.

– Как в фильмах делают, видела?

Снова кивок от меня.

– Отлично. Вот сделай тоже самое, только вытащи руки в окно и просто нажми на курок не целясь. Один раз. Главное, держи крепко!

Обычно в фильмах, герои и руль крутят, и стреляют из пушки по врагам, а ещё не забывают параллельно с героиней отношения выяснять, а то и целоваться. Но в жизни всё совсем иначе.

Артур внимательно следит за дорогой, потому что никто нам трассу для гонки не освобождал. Мы всё ещё едем в общем потоке автомобилей, но их, слава богу, немного. На такой скорости получается быстро перестраиваться из ряда в ряд и у меня тут же возникает логичный вопрос.

– Так здесь же гражданские, а вдруг я в них попаду? – почти кричу, чтобы перебить шум ветра, а может быть от нервов.

– Гражданские… – передразнивает, криво усмехаясь. – Я скажу, когда нужно будет применить оружие.

Сглатываю ком, чувствуя, как немеют пальцы, обхватившие рукоять.

– Он на предохранителе, – успокаивает открытием. – Я не собираюсь рисковать жизнями невинных.

Эта мысль меня немного успокаивает, и я уже более уверенно впиваюсь пальцами в холодный металл.

Впереди уже маячат холмы, свидетельствующие о приближающейся границе города с окраиной. Он выжимает из машины максимум. Оборачиваюсь в очередной раз и замечаю, как четыре машины распределились по всем полосам. Будто гончие, преследующие бедного лиса. Ну я так точно зашуганный, несчастный зверёк. Про Артура сказать такого не могу, однако у меня есть оправдание. Я с подобным сталкиваюсь впервые. И тут вспоминаю его брошенную фразу.

– Эй, а что значит: «Когда-то надо начинать»?

Артур чуть усмехается, но ничего не отвечает. Холмы всё ближе и тут блондин выкручивает руль, съезжает с главной трассы, следуя по, не самому востребованному, маршруту в это время суток. У нас появляется немного форы за счёт неожиданности манёвра, ну и обширном распределении преследователей по трассе. Собраться в кучу и зарулить в довольно незаметный рукав не так-то просто на такой скорости. И всё же одна машина показывается из-за поворота и Артур даёт отмашку.

– Давай, розочка, – щёлкает рычагом предохранителя. – Покажи свои шипы.

Дрожащими руками высовываю пистолет. Стараюсь не закрывать глаза, чтобы кисти не повело в сторону. Сопротивление ветра и тяжесть оружия сказываются. Кое-как давлю на курок, и отдача отбрасывает пистолет назад. Но Артур успевает перехватить мои руки в локтях, не дав мне выронить оружие. Шум выстрела глушится сквозным ветром, и это сильно спасает меня от восприятия того, что я сейчас делаю. Стреляю в людей!

– В молоко… – комментирует близнец. – Зато они знают, что мы можем ответить. Как ты?

– Кисти ноют.

– Ещё раз осилишь?

– Да.

– Отлично.

Повторяю манёвр. Артур выкручивает руль на длинном, узком повороте и в момент, когда чёрный автомобиль появляется в поле моего зрение, жму курок. Преследователь виляет задницей машины. Встаёт по диагонали, после чего спотыкается об асфальт и несколько раз переворачивается, катясь по земле. В него врезаются ещё двое, а третьего я уже не вижу. Сзади нас образовывается свалка и Артур одобрительно свистит.

– Ну что я могу сказать, – усмехается. – Новичкам везёт.

– Я что… – кажется, я превратилась в бледную плесень от осознания содеянного. – Я убила человека?

Пушка выпадает из ослабевших рук.

– Воу-воу! Цветочек, – Артур быстро перехватывает оружие и тут же ставит его на предохранитель. – Ты так не балуйся.

Окидывает меня быстрым взглядом, после чего кладёт ладонь мне на бедро, в поддерживающем жесте. Видать, выгляжу совсем печально. Смотрю перед собой в одну точку, не смея оглядываться. Не хочу видеть, что там происходит.

Мы выезжаем на более широкий участок, но тут нам наперерез выруливает чёрный внедорожник. Я даже вскрикнуть не успеваю, как Артур выкручивает руль, желая объехать внезапную преграду. Но что-то ударяется об колёса, слышится глухой звук. Машину раскачивает из стороны в сторону, а потом мы встречаемся с ещё одной чёрной преградой, ощутимо врезаясь боком. Я бьюсь плечом об дверь, а когда второй зажимает нас с другой стороны, ударяюсь ещё и головой об стекло. Разочарование от тщетности попытки в купе с нахлынувшим страхом, выключают все мои функции разом. Успеваю только вертеть головой и моргать.

С обеих сторон выскакивают мужики в костюмах. Наставляют на нас не меньше пяти пушек и один из них начинает громко отдавать приказы. Из всего сказанного я понимаю, что нас вынуждают покинуть машину без резких движений с поднятыми вверх руками.

– Что ж… – выдыхает Артур, отстёгиваясь и открывая дверь. – Повторяй за мной и прошу, – кидает на меня выразительный взгляд. – Ничего не делай и ничего не говори.

Я только киваю в ответ. Дрожащими пальцами делаю всё тоже самое, вываливаюсь из машины и меня тут же скручивают. Заводят мои руки за спину и заталкивают в машину.

Что делают с Артуром, я не вижу.

Глава 43

Нас везут долго. Вокруг меня сидят суровые, грозные мужики, а я могу думать только об Артуре. Что с ним? Везут ли его следом или….

Не хочу строить предположения, но мозг, будто играется со мной. Эти сутки мы с ним вообще не в ладу друг с другом. Какие только картины не вырисовывает моя бурная фантазия касаемо судьбы близнеца, но я всячески стараюсь от них отмахнуться, не видя смысла вгонять себя в ещё большее отчаяние.

– Куда вы ме… нас везёте⁈ – делаю попытку выяснить самое главное. Меня или, всё-таки, нас?

– Приедем-узнаешь?

– Мне знакомо это место? – глупо переспрашиваю, пользуясь тем, что мне ответили.

– Откуда я знаю? Может тебя уже заказывали туда…

– Заказ… – проглатываю последние буквы, ошалело перекидывая взгляд с одного серьёзного лица на другое. – Как фотографа?

Зачем-то уточняю, хотя прекрасно понимаю, даже не смотря на хреновое знание языка, что он имеет в виду вовсе не те услуги. Ведь кроме галереи, я в этом городе больше ничем не занималась.

Он хмыкает и оборачивается ко мне.

– Ну, если хочешь, можем и пофоткаться.

Его мелкие, чёрные глазки блуждают по моему телу, будто ощупывают, проверяют, какой товар скрывается под этими тряпками. И так мерзко стало, что прикрыться захотелось, да только нечем. Руками прикрываться бесполезно, могу ещё больше распалить в нём азарт своим жеманством.

– Надеюсь, начальник после себя отдаст тебя нам.

– А вы привыкли подбирать объедки?

Он замахивается и лупит по лицу звонкой затрещиной. Из глаз выступают слёзы, а по щеке расползается жгучее тепло.

Чёрт! Как же больно.

– Скажи спасибо, что разомкнул кулак перед ударом. – Громко ржёт от собственной издёвки. – Не хочется таскать на себе тело продажной девки.

«А вставить в неё член не побрезговал бы?» – ловлю саркастичную фразу на самом кончике языка.

У меня нет желания получить ещё один удар по лицу, потому что не исключено, что после него я реально отключусь. Даже от этого в глазах чуть поплыло, и голова загудела. Тем более что речь идёт обо мне. Нарываться – себе дороже.

Машина останавливается около трёхэтажного здания. Вполне приличное строение и люди снуют туда-сюда. Только это не мешает четырём мужикам выволочить меня на улицу, а затем так же бесцеремонно затолкать в высокую, тяжёлую дверь. Кажется, никто из прохожих даже не обернулся. Или подобный беспредел средь бела дня здесь уже привычное дело, или в этом сооружении обитает личность, которую многие, если не все, знают и остерегаются.

Мы оказываемся в офисном помещении. Всюду кабинеты за стеклянными стенами. Чуть дальше виден отдел со столами и компьютерами, за которыми сидят сотрудники в деловом дресс-коде. Я почти облегчённо выдыхаю, но тут меня резко дёргают за локоть и ведут в другую сторону от заурядной обстановки. Мы идём вдоль коридора с бежевыми стенами. Мимо высокой пальмы в горшке, мимо кулера, который булькает при нашем приближении. Я тут же ощущаю дикую жажду. Даже смелости набираюсь, выклянчить хотя бы глоток, но один из мужиков открывает дверь с табличкой «служебное помещение», и мы оказываемся в тёмной комнате. Но и на этом наше путешествие не заканчивается. В конце, около противоположной стены находится лестница вниз. Крутая, винтовая и довольно тёмная. Про мрачность атмосферы и вовсе молчу. Спускаться в эту неизвестность страшно не хочется, но кто ж меня спросит!

Но больше удручает тот факт, что я здесь одна, без Артура.

Кажется, только сейчас меня охватывает страх перед неизбежным. Как только от стен отлетает эхо наших первых шагов по ступеням, по телу пробегают колючие мурашки, наверное, размером с горох.

Следуем по спирали вниз, от чего даже голова кружится. А может это от страха.

Достигаем ровной поверхности и перед нами возникает очередная металлическая дверь. Её открывают не без труда, толкают меня внутрь, но я заставляю себя остановиться, потому что вижу перед собой так много людей, что необходима жёсткая фиксация с полом, чтобы успеть оглядеть каждого и понять, кто передо мной и что тут происходит?

Первым выхватываю Артура, и то, что вижу, вгоняет меня в ужас. У него уже кровоподтёки и синяки на лице. Из носа струиться кровь. Он сидит на полу перед каким-то деревянным ящиком. Над ним возвышается один из мужиков в костюме. Я дёргаюсь вперёд, но чья-то лапа ложится мне на плечо и пригвождает к месту. С другой стороны вижу ту самую тётку, которая шла по торговому центру с Кешей. Надменная физиономия сразу даёт понять, что она здесь главная. Острые черты лица выдают стервозный нрав, а прямая осанка – высокомерность. Она переводит на меня скептический взгляд, но словно не найдя за что зацепиться, высказывает недовольство своим людям за моей спиной.

– Почему так долго? – хриплый голос выдаёт её преклонный возраст, так как тусклое освещение скидывает ей десятку лет точно.

– Простите, выбрали неудачный маршрут. – Отвечает тот самый хрен, который мне пощёчину прописал.

Отрадно видеть, как он пресмыкается перед женщиной, но не уверена, что моя участь окажется лучше, чем….

Замечаю движение в правом, самом тёмном углу и глаз цепляется за чёрные силуэты в той части помещения. Не получается разглядеть сразу. Приходится напрягаться так, что аж глазные яблоки ныть начинают.

Точно вижу, как один человек стоит, а у его ног лежит какой-то куль. Затем происходит очередное движение и от стены отрывается ещё одна тень. Ухом слышу обрывки фраз женщины со своими подчинёнными, но никак не могу оторвать взгляд от тяжёлого, гнетущего участка комнаты. Второй силуэт приседает над кулем и производит быстрый манёвр, от которого у меня кровь стынет в жилах и, кажется, закладывает уши до характерного писка. Словно сирена в голове работает. Быстро отворачиваюсь и встречаюсь глазами с Артуром. Он смотрит внимательно, с сочувствием, но на мои глаза наворачиваются слёзы, и я теряю его из вида. Аккуратно смахиваю влагу, стараясь не делать резких движений.

Хочу его видеть. Мне нужна моральная поддержка, потому что не вывожу. Чувствую, как уплываю рассудком.

Мне ведь не показалось? Мне не послышалось? Случилось именно то, что я разглядела?

Мы, не отрываясь, смотрим друг на друга, но тело постепенно становится таким ватным, что еле получается стоять на ногах. Тошнота подступает к горлу, и я прикладываю ладонь к губам.

Хочется заплакать полноценно. Забиться в угол, скукожится в комок и рыдать во всю мощь лёгких. Отдаться этому удручающему состоянию, но не могу себе этого позволить. Я в логове врага. В царстве садизма, жестокости и беспринципности. Я должна оставаться в сознании, как бы не было тяжело, каких бы усилий мне не стоили мои сдержанность и хладнокровность. Я дрожу внутри и снаружи. Страх скручивается болезненным жгутом в области рёбер. А потом раздаётся звук, от которого я вздрагиваю. На пол падает лезвие, отдавая звоном кровавого металла о бетон. Я точно знаю, что он именно кровавый.

Неимоверным усилием заставляю себя не смотреть в ту сторону. Артур полностью завладел моим вниманием. Смотрю на него и сердце разрывается от плачевности ситуации и того, что нас ждёт впереди. Не хочу, чтобы он был в этой страшной комнате. Чтобы мы были здесь!

– Во что её? В коробку или мешок? – слышу низкий, скрипучий мужской голос.

– В мешок, а потом в коробку. И напишите: «Арно, с любовью от Мередит!».

От её равнодушного голоса в подобной ситуации настолько жутко, что хочется сделать шаг назад. А лучше, убежать, подняться наверх и звать на помощь. Ведь там столько людей! Они кажутся нормальными, в отличии от здешних. Неужели, они не знают, что здесь происходит? Или…. Все они в курсе?

Во что мы влезли, а главное, ради чего⁈

Глава 44

– Что же касаемо тебя… – женщина переводит взгляд на Артура. – Тебе лучше сказать, где фотографии, иначе…

– Убьёшь меня? – хмыкает блондин, а я издаю какой-то невнятный звук, желая остановить этого ненормального.

Зачем злит? Зачем нарывается?

Тётка взмахивает рукой, меня хватает за шею клешнёй один из шестёрок и толкает вперёд с такой силой, что я не удерживаю равновесие и приземляюсь почти ей в ноги. Падение получается не самым удачным. Развалившись на боку, оказываюсь лицом к тому самому месту, где…. Господи!

Меня начинает трясти, а кровь будто сворачивается густым, холодным, клейким веществом, желая и меня превратить в нечто бесформенное, бесчувственное, лишь бы спастись. Уберечь рассудок от увиденного. Я мгновенно отворачиваюсь, но зрительная память уже зафиксировала душераздирающий кадр. Это ведь Кеша! Это он там лежит, свернувшись калачиком и без… без…

Кто-то снова дёргает меня, только уже за волосы. Приставляет к горлу нож. Опускаю глаза. Нет, это не нож, это огромный тесак! Вижу всё ещё блестящую жидкую кровь, в которой измазана не только рукоятка страшного оружия, но также и часть ладони, которая этот тесак держит.

– Или ты говоришь, или её ждёт участь Эльдара, – спокойно заявляет женщина, чувствуя себя истинной кровавой королевой. – С головой она всё же симпатичнее.

– Считаешь мне есть дело до какой-то шлюхи?

Не смотря на всю трагичность своего положения, его пренебрежительный тон больно ранит, и я снова перевожу на него взгляд.

Холодный, отстранённый и совершенно равнодушный к моей судьбе.

– Эд сказал нам, кто она… – вскидывает бровь женщина.

– От той мы избавились. Эд сам нам приказал.

Она тяжело вздыхает и прикрывает веки.

– Ты выбрала не ту мишень для шантажа. – усмехается Артур. – Мы с братьями купили себе эскорт, для забавы.

Она резко вскакивает с места, отбирает у мужика тесак и делает несколько шагов к блондину. Всовывает его в руки тому, кто стоит рядом с близнецом.

– Начнём с мизинца! – гневно восклицает и всё происходит крайне стремительно.

Руку Артура укладывают на тот самый ящик перед ним, быстрый взмах, удар и по комнате разлетается его грубый, звучный рык.

– Нет! – кричу, заглушая своим голосом его мучения.

Пытаюсь вырваться из хвата, но сквозь возгласы, слышу слова Артура, будто через вату, которой заложило уши.

– Не рыпайся… розочка…

Не могу остановить рыдания. Я от них задыхаюсь. Они выворачивают душу наизнанку. Кажется, я и впрямь скоро свихнусь.

– Дальше! – командует женщина и всё повторяется.

У меня уже темнеет в глазах. Комната пропиталась запахом крови, людскими страданиями и эта атмосфера гнёта и пыток словно давит на меня сверху. Меня поднимают, но ноги не слушаются, и я вновь падаю на пол. Дрожу всем телом. Зубы стучат друг об друга, а в голове уже ни единой мысли. Спасительный туман, который затмил собой все вопросы, а заодно и ответы на них.

Передо мной, словно из чёрной дымки, выплывает пакет с кровью и несколькими пальцами, на одном из которых красуется перстень в виде черепа. Втыкают его в мои ослабевшие ладони, но я, себя не помня, удерживаю пакет от падения и прижимаю к груди, словно это мои фаланги, которых меня так жестоко и беспощадно лишили.

– А теперь вали отсюда и приведи мне двух остальных! – заявляет женщина, после чего меня швыряют, как мусорный мешок к двери.

Я оглядываюсь. Вижу, как сильно побледнел Артур. Он уже не издаёт звуков, но находится в сознании. Сидит на полу свесив голову, а деревянный ящик служит ему подставкой для истерзанной руки.

– Делай, что велят… – тихо проговаривает и, кажется, моё сердце лопается и рассыпается жгучими осколками, пронзая все клетки, все органы, всю меня.

Передо мной закрывают дверь и два мужика, подхватив под руки, тащат вверх. У самой не получается идти. Пытаюсь, но не успеваю шевелить конечностями. Я словно в бреду или во сне. Не хватает хладнокровия. Недостаточно стойкости духа, чтобы воспринять всё произошедшее, как нечто сюрреалистичное. Я хочу забрать с собой Артура! Хочу, чтобы и его выпустили! Чтобы мы вместе нашли остальных и придумали, что делать дальше?

Но меня одну выпихивают на улицу и в спину летит насмешливое:

– Не смей сбежать, шлюшка! Мы тебя везде найдём! Передай, что война с Арно началась. И первыми будут близнецы!

Дикий, безжалостный ржач в спину пригвождает к земле ещё сильнее. Это не люди! И даже не звери!

Первобытные, свирепые черти, в которых нет и не было ничего человеческого. Изверги, варвары и моральные уроды.

Я оседаю на асфальт, понимая, что совершенно не могу пошевелиться. Прижимаю злосчастный пакет, не думая о том, как выгляжу и что обо мне подумают прохожие. Плевать, что похожа на сумасшедшую. Их мнение ничего не значит. Их косые взгляды не вызывают никакого отклика. Я хочу помочь Артуру! Его жизнь – это единственное, что для меня сейчас имеет значение!

Лезу в карман, достаю телефон, но экран треснут. Видимо, после моего падения, когда я увидела… Кешу.

Наверное, от потери сознания меня спасла полутьма того угла, где лежало его тело.

Господи, как же мы умудрились вляпаться в такое дерьмо⁈ Почему близнецы подвергли нас такой опасности? Или… у нас не было другого выбора?

Если бы мы отдали эти треклятые фотографии, оставили бы нас в живых, понимая, что нам столько известно?

Кажется, на свежем воздухе, мозг начинает постепенно оживать. Я не смогу забыть того, что там случилось, но мне нужно предпринять какие-то действия, чтобы вызволить близнеца. Ко мне даже охрану не приставили. Что может быть для близнецов важнее их самих? Они друг за друга горой, а я… Стала причиной их проблем. Но я не смогу без них. У меня не получится решить эту проблему. Если эти твари не побоялись обезглавить сына одного из баронов, то что уж говорить обо мне, по их мнению, продажной девки?

Кеша… Что же ты наделал?

Только вот, не время задаваться пустыми вопросами. Тем более, что ответить на них уже некому.

Поднявшись, сделала несколько шагов вперёд, как после долгой, мучительной болезни. Каждый шаг, как первый. Колени дрожат, боюсь оступиться и снова упасть, но с каждым новым рывком, уверенности становится всё больше.

В голове всплывает наш телефонный разговор со Спартаком.

Сад Тюильри…

Хочу к ним. Хочу увидеть их и очень сильно надеюсь, что не прочту в их глазах ненависть и презрение, когда расскажу им о случившемся.