Текст книги "Истинная: Яблоневый Сад Попаданки (СИ)"

Автор книги: Инесса Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13

Пульсирующий зеленый свет руны Источника на древнем камне гипнотизировал и ужасал одновременно. Я отшатнулась, чувствуя, как по спине бежит ледяной холодок. Что я наделала? Что разбудила? Ответ пришел незамедлительно, вместе с диким криком одного из гвардейцев Каэлена со стороны ворот. Потом еще один крик, звук короткой борьбы, лязг стали.

Тени у ворот обрели плоть.

Из ночного мрака, окутанные рваными клочьями тумана, выступили фигуры. Их было не меньше дюжины. Судя по грубой кожаной броне, звериным шкурам на плечах и тяжелым топорам в руках, это были те самые горцы, о которых говорил Халворд. Но их глаза… они горели нездоровым, красноватым огнем, а движения были резкими, дергаными, словно марионетки на ниточках. Они двигались целенаправленно – ко мне, к светящемуся камню.

– Леди, назад! В дом! – крикнул Халворд, выставляя меч и прикрывая меня вместе с Бьорном и остальными гвардейцами.

Но я не могла сдвинуться с места. Вина парализовала меня. Это я их привлекла. Я разбудила камень. Моя неосторожная игра с древней магией привела их сюда.

Гвардейцы Каэлена были опытными воинами, но горцев было больше, и они сражались с какой-то безумной, неестественной яростью, не обращая внимания на раны. Двое стражников уже упали, остальные едва сдерживали натиск. Один из горцев, огромный, как медведь, прорвался сквозь заслон и бросился прямо ко мне, его глаза горели красным огнем, изо рта капала пена.

Страх сменился ледяной решимостью. Я не буду просто стоять и смотреть! Я рванулась к ближайшей яблоне – той, что давала «Крепкий Корень». Сорвала твердый, невзрачный плод, сунула его в карман. Потом – к той, что родила «Ледяное Око». Схватила горсть иссиня-черных яблок.

Горец был уже в нескольких шагах. Я швырнула ему в лицо «Ледяное Око».

Яблоко лопнуло, обдав его лицо вспышкой ледяного пара. Он взревел от неожиданности и боли, заслезившиеся красные глаза на миг потеряли фокус. Этого мгновения мне хватило.

Я откусила кусок «Крепкого Корня». По телу разлилась грубая, земляная сила, мышцы налились сталью. Я увернулась от неуклюжего удара топора и со всей силы врезала горцу кулаком под дых – туда, где не защищала броня. Он согнулся пополам, захрипел, а я, не веря собственной смелости и результату, схватилась за лицо и отбежала в шоке в сторону. Он обмяк и упал на землю.

Адреналин бил в уши. Я видела бой как в замедленной съемке. Вот Бьорн отбивает удар топора, вот Халворд парирует выпад другого горца.

Я швыряла свои «Ледяные Око» в нападающих, дезориентируя их, давая гвардейцам шанс перехватить инициативу. Пару раз я даже рискнула применить свой камешек – направив его энергию в землю, я заставила корни ближайшего кустарника внезапно опутать ноги одного из горцев, и тот рухнул на землю.

Но их было слишком много. Они лезли отовсюду, их глаза горели безумным огнем. Они явно были под действием какой-то темной магии. Силы оставляли меня, эффект от «Крепкого Корня» проходил. Один из горцев отбросил Бьорна и занес топор надо мной…

В этот момент небо разорвал яростный драконий рев.

Огромная тень накрыла сад, и сверху, из ревущего пламени, обрушился Каэлен. Его драконья форма была воплощением первобытной мощи и ярости. Чешуя отливала сталью в свете луны и светящейся руны, глаза горели расплавленным золотом. Он врезался в толпу горцев, разбрасывая их, как кегли, испепеляя огнем, разрывая когтями.

Он приземлился рядом со мной, на мгновение приняв человеческий облик. Схватил меня за плечи, встряхнул, его глаза горели яростью и… страхом?

– Ты цела?! – прорычал он.

– Да… – выдохнула я.

– Держись позади! – он снова вспыхнул огнем трансформации, но перед этим я успела увидеть в его глазах не только гнев, но и какое-то странное, почти болезненное восхищение, когда он посмотрел на поверженного мной горца.

Битва сместилась к руническому камню. Горцы, словно одержимые, рвались к нему. Их явно вел кто-то еще – из темноты леса выступила фигура в черном рваном плаще, с посохом, увенчанным черепом. Темный маг. Это он контролировал горцев, это он жаждал силы Источника.

Маг направил свой посох на камень, с его конца сорвался черный луч энергии, несущий холод и смерть. Каэлен выдохнул столб пламени, пытаясь перехватить луч, но темная магия была слишком сильна, она прожигала его огонь.

Я почувствовала, как рунический камень за моей спиной завибрировал сильнее. Зеленая руна Источника вспыхнула ослепительным светом. Инстинктивно я прижала к ней ладонь, в которой все еще был зажат мой теплый камешек.

И в этот момент произошло невероятное.

Сила земли хлынула в меня – теплая, мощная, живая. Она слилась с энергией моего артефакта и потекла дальше, к Каэлену. Я увидела, как его пламя изменилось – стало гуще, зеленее, словно в нем проросли невидимые корни. Наш совместный поток – его огонь и моя магия земли – ударил в черный луч мага.

Тьма и свет столкнулись с оглушительным грохотом. Земля под ногами содрогнулась. Из-под рунического камня вырвались толстые, узловатые корни, они оплели темного мага, сковывая его движения. Каэлен взревел и ударил концентрированным потоком зелено-огненной энергии.

Маг закричал, его тело вспыхнуло и рассыпалось пеплом. Горцы, лишившись контроля, замерли, а потом в панике бросились бежать обратно в лес.

Наступила оглушительная тишина, нарушаемая лишь треском догорающих углей там, где бушевало пламя дракона, и нашим с Каэленом тяжелым дыханием. Воздух пах озоном, гарью и… странным, свежим запахом проснувшейся земли. Руна на камне медленно гасла, но сам камень все еще слабо светился изнутри.

Каэлен снова принял человеческий облик. Он стоял рядом, опираясь рукой о колено, его камзол был порван, на лице – сажа и кровь врагов. Он посмотрел на камень, потом на меня. Его взгляд был серьезным, задумчивым, в нем больше не было гнева.

– Ты активировала Камень Хранителей... – проговорил он хрипло, словно не веря своим глазам. – Я не думал, что это возможно для кого-то, кроме… них. Это не просто Источник силы, Элара. Это еще и Замок. Или Ключ от него.

– Замок? Ключ? От чего? – прошептала я, чувствуя, как по спине снова бегут мурашки, но уже не от страха, а от предчувствия великой тайны.

Он помедлил, глядя на светящийся камень, словно решая, сколько можно мне доверить.

– От древней силы, – наконец сказал он, встречаясь со мной взглядом. – Или древней тюрьмы. Легенды клана расходятся. Хранители Леса запечатали здесь что-то… или кого-то… во времена Войн с Бездной. Они отдали свои жизни, чтобы закрыть проход или удержать заключенного внутри. Считалось, что печать нерушима. Но твоя магия… твоя странная связь с этим местом… она разбудила камень. Частично сняла печать.

Он шагнул ко мне.

– Поэтому это место опасно, Элара. Поэтому я хотел, чтобы ты держалась подальше от этого камня. Я не знал, на что он способен откликнуться.

Я смотрела на него, на этот древний камень, на свой сад, который оказался не просто садом, а стражем на пороге чего-то неведомого и пугающего. Угроза была отбита, но тайна стала еще глубже, еще опаснее.

Я разбудила нечто древнее. И теперь мы оба – я и этот дракон, с которым меня связала судьба – стояли перед лицом этой тайны. Связанные не только магией истинности, но и общей опасностью, исходящей из самых корней этой земли.

Глава 14

Рассвет лениво прокрадывался в мой домик, серебря пыль, все еще висевшую в воздухе после ночной битвы.

Я проснулась на своей лежанке у давно погасшего очага, куда рухнула без сил уже под утро. Тело гудело от нечеловеческого напряжения – мышцы, не привыкшие к магическим перегрузкам, протестовали тупой болью. Но хуже физической усталости было звенящее эхо битвы в голове: рев Каэлена-дракона, безумные крики горцев, треск огня, пульсирующий зеленый свет руны Источника и то невероятное, пугающее слияние наших сил…

Я заставила себя подняться.

Вышла наружу. Сад Зари встретил меня тишиной, нарушаемой лишь пением ранних пташек да шелестом ветра в уцелевших ветвях. Ночь оставила свои шрамы: вытоптанная трава чернела пятнами там, где бушевало драконье пламя, несколько молодых яблонь были сломаны или опалены, земля у старой стены была взрыта следами борьбы. Тела нападавших уже исчезли – гвардейцы Каэлена явно потрудились до рассвета.

Я подошла к руническому камню. Он снова выглядел просто древним валуном, серым и безмолвным. Но я знала – это была лишь видимость. Под моими пальцами камень все еще хранил едва уловимое тепло и вибрацию, словно огромный зверь, задремавший после яростной схватки. Я коснулась руны Источника – той самой спирали, что светилась ночью.

Ничего. Камень молчал.

Чувство ответственности тяжелым грузом легло на плечи. Это я, своей неосторожностью, своим любопытством, разбудила эту древнюю силу. Я подвергла опасности свой сад, Халворда, Бьорна… даже Каэлена. Но вместе с виной поднималось и другое чувство – капля странной, пьянящей гордости.

Я не просто спряталась. Я сражалась. Я использовала свою магию, свою связь с этим местом. И мы… мы победили.

Мы. Это слово само сорвалось с губ. Мы с Каэленом. Вчера ночью, в пылу битвы, между нами не было ни обид, ни недоверия – только две силы, слившиеся воедино против общей угрозы. Но утро стерло это хрупкое единение.

Он появился, когда солнце только-только выглянуло из-за зубчатой гряды Багровых Пиков.

Не драконом, а человеком. Усталым, мрачным, но идеально собранным в своем безупречном черном камзоле. Он прошел по саду, отдавая короткие, четкие приказы своим гвардейцам – усилить посты по периметру, тщательно осмотреть следы, собрать образцы почвы и осколки камня у места битвы.

Потом он подошел ко мне. В его глубоких ртутных глазах не было и следа вчерашней ярости или той странной уязвимости, что мелькнула после боя. Только холодная оценка.

– Как ты себя чувствуешь? – вопрос прозвучал формально, почти безразлично. Но сам факт, что он спросил, был уже отступлением от его обычного поведения.

– Нормально, – ответила я сдержанно, не желая показывать ни усталости, ни смятения, бушевавшего внутри. – Устала немного.

Он кивнул, его взгляд переместился на рунический камень.

– То, что произошло вчера… – начал он ровным голосом, – это не должно повториться. Эта сила, которую ты разбудила… она нестабильна. И она привлекает нежелательное внимание, как ты уже убедилась.

– Но это часть сада! Часть его магии! Мы должны понять, что это…

– Мы? – он резко перебил меня, его голос стал жестким, не терпящим возражений. – Я разберусь с этим. Это дело клана Вэйр, Элара, а не твои игрушки. А твое дело – держаться подальше от этого камня. Я запрещаю тебе снова пытаться его активировать или проводить свои… эксперименты. Это ясно?

Запрещает. Снова. Словно я ребенок, неразумно сунувший пальцы в огонь. Возмущение поднялось горячей волной, но я подавила его. Спорить сейчас было бесполезно и опасно. Я видела сталь в его глазах – он не шутил. Я молча кивнула, опуская взгляд.

Он постоял еще мгновение, словно ожидая возражений, потом развернулся и отошел, снова погрузившись в командование своими людьми.

День прошел в странном напряжении. Я пыталась вернуться к своей рутине: проверила укрытия яблонь, собрала остатки поздних ягод, начала перебирать семена для весенней посадки.

Но работать под пристальными взглядами гвардейцев было невыносимо. Они держали дистанцию, как и приказал Каэлен, но я чувствовала их присутствие каждой клеточкой кожи. Это больше не был мой уединенный мир. Это была зона под контролем.

Халворд, уже почти оправившийся от раны благодаря моим травам и «Румянцу Жизни», и Бьорн теперь смотрели на меня иначе. В их взглядах читалось не только уважение, но и некоторая опаска. Они видели, что произошло ночью. Видели силу камня и мою необъяснимую связь с ним. Я стала для них не просто странной леди-изгнанницей, а кем-то… иным. Непредсказуемым.

Каэлен провел в саду почти весь день. Он не подходил ко мне, не заговаривал, но я постоянно ощущала его присутствие – то он проверял магические барьеры, то разговаривал с командиром гвардейцев, то просто стоял опять на том самом уступе, глядя на сад. И я знала – он смотрит на меня.

Вечером, когда небо снова затянули тучи и холодный ветер принес запах снега, он наконец улетел. Я осталась одна в своем домике, слушая вой ветра и треск огня в очаге. Я была в безопасности, под защитой его воинов и его магии. Но чувствовала себя еще более запертой, чем раньше.

Он запретил мне приближаться к камню. Запретил искать ответы.

Думал, я послушаюсь? Смирюсь? Я достала из потайного кармана свой теплый медовый камешек. Он слабо светился в руке, словно отзываясь на мои мысли, на мою решимость. Нет, Каэлен, я не смирюсь. Тайна этого места касается меня напрямую. Возможно, мое попадание сюда, моя связь с этим садом – все это не случайно. И я узнаю правду. Даже если для этого придется снова нарушить твои запреты.

Я посмотрела в окно на темный, притихший сад. Затишье казалось обманчивым. Под пеплом недавней битвы все еще тлели угли – древняя тайна, моя растущая сила, наши с Каэленом невозможные, запутанные чувства. И я знала – скоро снова грянет буря.

Глава 15

Запрет Каэлена висел над садом, как грозовая туча. Его гвардейцы, теперь уже не просто охранники, а скорее надсмотрщики, патрулировали периметр с удвоенной бдительностью.

Рунический камень у старой стены манил и пугал одновременно, но открыто подходить к нему было равносильно признанию в неповиновении. Внешне я смирилась. Дни текли в привычной рутине: подготовка сада к зиме, сбор последних яблок с обычных деревьев, укрепление домика против холодов.

Но под маской послушания во мне горел огонь – огонь любопытства и упрямства. Он думал, что может просто запретить мне искать ответы? Запереть древнюю тайну, которая, я чувствовала это кожей, была связана со мной неразрывными нитями? Он ошибался.

Ночи стали моим временем.

Когда сад погружался в густую темноту, нарушаемую лишь светом холодных звезд и далекими кострами стражи, я начинала свои тайные вылазки. Яблоко «Тихого Шага», съеденное перед выходом из домика, делало мои передвижения почти бесшумными.

Я скользила тенью между деревьями, стараясь держаться подальше от установленных Каэленом огненных рун, которые, как я подозревала, могли реагировать не только на врагов, но и на всплески моей собственной магии.

Рунический камень ждал меня, холодный и безмолвный под лунным светом. Я больше не пыталась его «активировать» силой, боясь повторения той ночи. Теперь я пыталась «слушать». Садилась рядом, прижимала к его поверхности свой теплый камешек-артефакт и старалась настроиться на его энергию, на шепот древней магии земли.

Иногда мне казалось, что я улавливаю что-то – слабые отголоски видений (зеленые одежды Хранителей, сияющие корни деревьев), ощущение глубокой, спящей силы под камнем. Но это было слишком мимолетно, слишком туманно.

Я поняла, что мне нужен инструмент. Что-то, что поможет скрыть мои попытки от бдительных глаз и ушей гвардейцев, а возможно, и от самого Каэлена, чье незримое присутствие я все еще ощущала временами, как холодное дыхание на затылке. И я решила его создать.

В своем домике, который все больше напоминал лабораторию алхимика, я начала новый эксперимент. Я взяла семена от яблони «Тихого Шага» и от той, что давала «Ясный Взор» с его обостренным восприятием. Используя свои земные знания о скрещивании и интуитивно направляя энергию своего артефакта, я пыталась вывести новый сорт. Мне нужно было что-то, что могло бы скрыть меня, создать помехи для наблюдения.

Через несколько недель кропотливой работы – полива особыми отварами, подпитки энергией камешка, бесконечных проб и ошибок – на одном из привитых черенков в углу моего домика созрело несколько странных плодов. Они были невзрачными, серовато-белыми, с матовой кожурой, и пахли… ничем. Просто влажной землей и туманом. Я назвала их «Туманная Завеса».

Испытание превзошло мои ожидания. Откусив кусочек, я не почувствовала ни вкуса, ни какого-либо физического эффекта. Но когда я сосредоточилась и направила волю, воздух вокруг меня на мгновение подернулся легкой дымкой, скрывая мои очертания.

И, что самое важное, мой артефакт, который обычно слабо светился при использовании магии, тоже стал невидимым в этой дымке. Эффект длился всего минуту-другую, но этого могло хватить.

Мои ночные вылазки стали смелее. Под прикрытием «Туманной Завесы» я могла подойти к камню почти вплотную, не боясь быть замеченной сразу. Я снова и снова прикладывала свой артефакт к рунам, пытаясь уловить ответ, получить более четкое видение.

Но уши были не только у стен моего сада. Однажды утром Бьорн, принесший мне вязанку дров (их молчаливая помощь стала более ощутимой), как бы невзначай заметил:

– Лорд вчера интересовался… не было ли чего странного ночью. Говорит, магические щиты по периметру среагировали на какой-то слабый всплеск энергии у старой стены.

Я похолодела. Каэлен. Он чувствовал. Даже мои осторожные попытки не остались незамеченными. Или это гвардейцы что-то доложили?

– Наверное, горный кот пробежал, – пожала я плечами как можно безразличнее. – Или филин сел на камень. Мало ли тут живности.

Бьорн кивнул, но в его глазах я увидела сомнение. Они следили за мной. Все.

Той же ночью я решила рискнуть. Мне казалось, я почти нащупала ключ к одной из боковых, менее крупных рун на камне – она напоминала переплетенные корни. Под прикрытием «Туманной Завесы», съев для остроты чувств «Ясный Взор», я подошла к камню. Я приложила свой артефакт к руне корней и направила в нее всю свою концентрацию, всю свою связь с магией земли.

Камень откликнулся. Руна под моей рукой вспыхнула ярким изумрудным светом, гораздо сильнее, чем я ожидала. Земля под ногами завибрировала. Мне в голову ударило видение – не просто образы, а знание: эта руна отвечала за связь с корневой системой всего сада, с его жизненной силой, с его памятью!

Я была так поглощена этим открытием, что не сразу услышала приближающиеся шаги. Слишком поздно. Яркий свет от руны пробивался даже сквозь мою «Туманную Завесу».

– Стоять! Кто здесь?! – раздался грозный окрик командира гвардейцев.

Паника. Я отдернула руку от камня. Свет мгновенно погас. Я судорожно откусила еще одно яблоко «Туманной Завесы», молясь, чтобы оно подействовало быстрее. Вокруг меня снова сгустился туман.

Двое гвардейцев выскочили на поляну с обнаженными мечами и магическими фонарями. Их лучи пронзали туман, но не могли рассеять его полностью.

– Что за чертовщина? – пробормотал один. – Откуда туман в такую ясную ночь?

– Показалось, наверное, – неуверенно ответил второй. – Или остаточная магия от той битвы… Лорд предупреждал, что место нестабильное.

Они постояли еще немного, посветили фонарями, но, не увидев ничего подозрительного, кроме странного локального тумана, пожали плечами и ушли продолжать обход.

Я осталась одна, прислонившись спиной к холодному руническому камню, сердце бешено колотилось. Туман медленно рассеивался. Я была на волосок от разоблачения. Мое новое яблоко спасло меня, но это была лишь отсрочка. Каэлен узнает об этом всплеске магии. Его подозрения превратятся в уверенность.

Игра становилась все опаснее. Но я узнала что-то новое. Руна Корней. Связь с памятью сада. Возможно, именно там хранились ответы на мои вопросы. И я знала, что вернусь сюда снова. Несмотря на риск. Несмотря на запрет дракона. Шепот корней звал меня, и я не могла ему не ответить.

Глава 16 (Каэлен и Элара)

(От лица Каэлена Вэйра)

Доклад командира гвардии из Садов Зари лег на стол холодным камнем. Всплеск древней магии у рунического камня. Странный туман. И подозрения, прямо указывающие на нее – на Элару.

Гнев – холодный, привычный – поднялся из глубины. Она посмела!

Я запретил ей приближаться к камню, ясно и недвусмысленно! Предупредил об опасности! Но нет, эта упрямая чужеземка снова сделала по-своему, снова играла с силами, которых не понимала, рискуя разбудить нечто такое, что потом придется усмирять всему клану!

Мое самолюбие было задето. Мой приказ, приказ Лорда Вэйра, для нее – пустой звук. Она видела во мне не повелителя, а… препятствие? Соперника? Это выводило из себя.

Но под слоем ледяного гнева шевелилось и другое чувство, незнакомое, тревожное. Беспокойство. Что именно она пыталась сделать? Что увидела? Не навредила ли себе?

Вспомнилась ее бледность после битвы, решимость в глазах, когда она стояла рядом, и наши силы сплелись… Зверь внутри зарычал – низко, глухо. Он не злился на ее неповиновение. Он беспокоился. Требовал лететь туда, убедиться, что она в порядке, взять ее под крыло, спрятать от опасностей, которые она сама на себя навлекала.

Я сжал кулаки. Нет. Потакать ее безрассудству я не стану. Она должна усвоить урок.

– Удвоить наблюдение, – бросил я командиру через магический кристалл связи. – За каждым ее шагом. Не вмешиваться без крайней необходимости или прямой угрозы. Я сам разберусь.

Не успел кристалл погаснуть, как в дверь кабинета постучали. Слуга доложил о прибытии Леди Изольды. Неожиданно. И крайне не вовремя. Мои проблемы с истинной – последнее, что я хотел бы обсуждать с ней сейчас.

Изольда вошла, как всегда безупречная и холодная, словно ледяная скульптура. Платиновые волосы уложены в сложную прическу, платье цвета штормового неба облегало точеную фигуру. Но в ее глазах цвета замерзшей воды я увидел не светский визит, а тщательно спланированную атаку.

– Лорд Вэйр, – ее голос был сладок, как отравленный мед. – До меня дошли тревожные слухи… о нападениях на ваши земли у Западного Пика. И о странной магии вашей… подопечной. Говорят, она сама привлекает тьму своими сомнительными занятиями.

Она подошла ближе, ее духи с ароматом зимних лилий ударили в нос.

– Каэлен, наш альянс – залог стабильности в регионе. Твои личные… увлечения не должны ставить его под угрозу. Эта чужеземка – источник проблем. Возможно, стоит оградить ее от дел клана? И от себя? Ради общего блага.

Я смотрел на нее, чувствуя, как внутри снова поднимается раздражение. Ее попытки манипулировать, ее неприкрытая ревность, замаскированная под политическую заботу… Раньше я находил это забавным, теперь – утомительным.

– Моя истинная – дело клана Вэйр, Изольда, – ответил я холодно. – И мое личное дело. Я сам решу, как обеспечить ее безопасность и безопасность наших границ. Твоя забота излишня.

Ее губы поджались, в глазах сверкнул лед.

– Как скажешь, Лорд Вэйр. Но помни, терпение моего отца не безгранично. И наш альянс держится не только на древних договорах, но и на взаимном доверии и предсказуемости.

Она развернулась и вышла, оставив после себя холод и запах лилий. Проклятье! Еще и Изольда со своими интригами. Нужно было лететь в сад. Немедленно. Разобраться с Эларой раз и навсегда.

(Переход к Эларе)

Я знала, что он прилетит. После доклада гвардейцев его появление было неизбежно. Я ждала его, работая у своих «безопасных» яблонь, стараясь выглядеть спокойной и поглощенной делом.

Он появился как всегда внезапно, приземлившись драконом за деревьями и подойдя уже человеком. Его лицо было непроницаемой маской, но глаза метали молнии. Он не стал ходить вокруг да около.

– Объясни, что произошло у камня прошлой ночью, – его голос был тихим, но в нем звенела сталь. – Без фокусов с туманом, Элара.

Я выпрямилась, отложив секатор. Отрицать было бесполезно, он знал. Но и каяться я не собиралась.

– Я изучала сад, лорд Вэйр, – ответила я как можно ровнее. – Камень… отреагировал на присутствие моего артефакта сильнее, чем я ожидала. Я не контролировала всплеск магии.

Он шагнул ко мне, сокращая дистанцию. Его высокая фигура отбрасывала длинную тень.

– Я запретил тебе подходить к нему! – прорычал он, его голос вибрировал от сдерживаемой ярости. – Ты играешь с силой, которую не понимаешь! Древняя магия – это не твои безобидные яблоки! Ты могла разбудить нечто ужасное! Ты навлекаешь беду не только на себя, но и на весь мой клан!

– А вы понимаете эту силу? – вспыхнула я, не в силах больше сдерживаться. – Вы скрываете правду! О Хранителях! О том, что здесь произошло! О том, что запечатано под этим камнем! Вы боитесь не того, что я не понимаю, а того, что я пойму и ваша власть над этим местом – и надо мной – ослабнет!

Его глаза опасно сузились. Он схватил меня за плечи, его пальцы впились в плоть.

– Не смей так со мной разговаривать! – прошипел он мне в лицо. – Твое дело – повиноваться!

– Я не ваша вещь! – выкрикнула я, пытаясь вырваться. – Я не буду слепо подчиняться приказам, когда речь идет о моей безопасности и о тайне, которая касается меня напрямую!

Мы стояли так близко, что я чувствовала жар, исходящий от его тела, видела каждую ресничку на его веках, каждую искорку гнева в его глазах. Ярость, обида, страх и это проклятое, неуместное притяжение смешались в гремучий коктейль. Он смотрел на меня, тяжело дыша, его грудь вздымалась под черным камзолом. Я видела борьбу в его взгляде – желание сломить меня, наказать за дерзость, и что-то еще… неуверенность? Смятение?

Он разжал пальцы так же резко, как схватил. Отступил на шаг, отвернулся, провел рукой по волосам.

– Ты невыносима, – проговорил он глухо. – Невыносима и безрассудна. Делай, что хочешь. Но если из-за твоих игр случится беда… пеняй на себя.

Он развернулся и быстрыми шагами пошел прочь, оставив меня дрожащую от пережитых эмоций. Я победила? Или он просто отступил, чтобы дать мне самой навлечь на себя катастрофу?

Я смотрела ему вслед, чувствуя горечь и странное, злое удовлетворение. Он не смог меня сломить. Но его слова об опасности эхом отдавались в голове. Он прав, я играю с огнем. И мне нужна защита. Не его защита, навязанная и контролирующая. А своя собственная.

Вечером, когда последние лучи солнца окрасили снежные шапки на вершинах гор в розовый цвет, я взяла острый нож и пошла к зарослям дикой ежевики, чьи длинные плети с острыми, как иглы, шипами обвивали старую стену. Я срезала несколько самых крепких черенков. Вернувшись к домику, я достала свой камешек.

Сосредоточившись, я направила его энергию и свою волю на черенки, воткнутые в землю у порога и под окнами. Я представляла, как они быстро растут, сплетаются, образуя непроходимый колючий барьер. Я вливала в них не только магию земли, но и частичку своей злости, своей решимости защитить свое пространство. Я даже использовала сок «Ледяного Ока», пытаясь придать шипам дополнительную, парализующую силу.

К тому времени, как окончательно стемнело, вокруг моего домика выросла низкая, но густая и угрожающе колючая изгородь. Мои руки были исцарапаны в кровь, я вымоталась до предела, но на душе было странное спокойствие.

Это были мои шипы. Моя защита. Мой ответ дракону и теням, что сгущались вокруг моего сада. Я была готова к дальнейшей борьбе. И с древней тайной, и с Лордом Багровых Пиков, который никак не мог решить, чего он хочет больше – контролировать меня, наказать или… просто быть рядом.