Текст книги "Техномант. Том 1 и Том 2 (СИ)"

Автор книги: Илья Соломенный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 33 страниц)

Часть 2. Глава 11

Имперский закон 223/44 «О проведении тендеров и государственных заказов на конкурсной основе» был палкой о двух концах. Причём один конец находился на таком расстоянии от другого, что в эту длину спокойно умещался годовой бюджет нескольких планет. Периферийные миры в данном случае страдали от коррупции и ещё более явного расслоения общества, чем центральные системы. Да и сама жизнь на только что терраформированной планете с не до конца сформировавшимся климатом привлекала, в основном, охотников за прибылью, авантюристов, контрабандистов. Тех людей, в чьих документах о прибытии стояла отметка «по личным делам». В моих документах, кстати, было написано тоже самое.

– Питер Бигль, записки о периферийных мирах.

– Жара просто невыносимая, – заметил я. Едва покинув яхту, пришлось ослабить воротник свободной куртки и глотнуть воды из трубки, торчащей из гидрокостюма рядом со ртом. Местное светило закрывало добрых пятнадцать процентов небосклона, и нещадно жгло поверхность планеты даже утром…

– Сейчас ещё прохладно – по местным меркам. А вот после полудня начиннёт печь по настоящему, – заметил Элиас, и толкнул дверь портового управления.

В небольшом помещении, забитом шкафами с документами и сундуками с конфискованным имуществом, находились всего два человека. За столом у дальней стены, возле единственного окна сидел человек с идеально круглой плешью на голове. Он что-то нервно листал на смарт экране, и горстями закидывал в рот ягоды, похожие на виноград.

За его спиной стояла полуобнаженная, смуглая девица, обмахивая ярдера*(имперское звание таможенника, примерно соответствующее сержанту) огромным опахалом.

– Обеденный перерыв, – сразу отрезал хозяин кабинета, увидев нас.

– Мы ненадолго, – улыбнулся Элиас, – Геологическая разведка, корпорация Leprese fortunate.

– Это что-то меняет? Сказано – возвращайтесь через час!

Элиас молча вытащил из кармана свободных штанов небольшой мешочек, достал кристалл гравитония и кинул его на стол. Ярдер, проследивший взглядом за траекторией полета бесценного камешка, взял его двумя пальцами и внимательно осмотрел свое навороченной оптикой. Не увидев в прозрачной структуре кристалла никаких примесей, он что-то сказал служанке на кошта-заут. Та кивнула и вышла в соседнюю комнату.

– Предлагаете взятку государственному служащему?

– Это пошлина за въезд на планету, господин Карез, – улыбнулся синт, посмотрев на табличку с именем чиновника, – Возможно, я слегка ошибся суммой?

Ярдер посмотрел на нас, неопределенно хмыкнул и перекатил гравитоний между пальцами. Кристаллик исчез также быстро, как появился на столе, а чиновник, расплывшись в улыбке, поспешил разуверить моего спутника:

– Ну что вы, господин…

– Старк. Энтони Старк.

– С суммой всё в порядке. Нужно оформить некоторые документы. Могу я взглянуть на ваши удостоверения?

Я шагнул вперёд, протягивая ярдеру пакет документов (превосходную подделку, которая легко могла превзойти качеством любой оригинал) и отправил ещё кое-какую информацию спутнику чиновника со своего браслета. Некоторое время тот проверял данные, после чего смахнул со смарта утренний выпуск новостей, открыл базу данных и внёс туда запись о нашем прибытии.

Элиас выдавал себя за никому неизвестного инженера. Я же был вынужден использовать личность некоего Астера Веллингтона – экономиста геологической службы небольшой компании с другого края галактического рукава, чьей задачей была разведка месторождений гравитония в пустыне.

Варант был одним из самых отдалённых от цивилизации колонизированных миров. При столь слабой безопасности и халатному отношению к своей работе (что сейчас принято называть «человеческим фактором») никто и не подумал проверять наши лица, отпечатки пальцев или сетчатку глаза. А уж тем более – сравнивать их с данными триллионов других жителей Империи.

Для этого нужно было оформлять запрос, который мог бы продержать нас на этой планете больше месяца. К тому же, подобная проверка не показала бы ничего предосудительного – подобная компания и вправду была зарегистрирована на одного из людей Элиаса. Она была абсолютно самостоятельной корпоративной единицей – одной из многих, использовавшихся для прикрытия настоящей деятельности синта.

– Надолго вы в нашу дыру? – поинтересовался ярдер, закончив с записями.

Я пожал плечами, а Элиас скользнул взглядом по стенам, и ответил:

– На пару недель, не больше.

– Минимальный срок, на который оформляется виза – один местный месяц. Но сразу должен предупредить – корабль осмотрят мои люди. Обычная проверка на контрабанду, мистер Старк, не переживайте, – улыбнулся ярдер.

– И не думал, – Элиас встал из-за стола, – но только в присутствии двух членов экипажа «Орфея». Ничего личного, но вскрывать корабль без свидетелей я не позволю.

– Нет-нет, – заверил его чиновник, – такого не случится. Видите ли, в последнее время много гравитония утекает на чёрный рынок! Советники Императора в соседних системах лютуют, приходится быть бдительными и…

– Я понял. Гравитония у нас нет – кроме того, что в баках. Лицензия на топливо имеется. Сборы уплачены, – Элиас забрал документы у ярдера, – Осматривайте корабль в любое время, вас там будут ждать. Если возникнут вопросы, могу я?..

– Конечно, мистер Старк! Обращайтесь. Мой вам совет: поосторожнее за пределами города, когда отправитесь на разведку – в последнее время в песках активизировались джакайлы.

– Кто?

– Песчаные жители. Это что-то вроде разумных рептилий. Судя по всему, они жили здесь ещё до того, как Империя решил терраформировать планету. А после начала этого процесса джакайлы довольно быстро мутировали в… весьма неприятны, хищный вид. И довольно умный, прошу заметить.

– Никогда не слышал о таком.

– Можно сказать, что вам повезло, – скривился ярдер, – Неприятные создания. Низкие, жилистые, тело покрыто чешуёй. Голова напоминает гибрид человека и игуаны, если такое вообще можно представить. Правда, в последнее время они перестали появляться неподалёку от города. Кабинет Советника начал без разбору выдавать лицензии на их отстрел, и платить неплохие деньги за каждого убитого. Но вот вглубь пустыни без усиленного сопровождения лучше не соваться.

Элиас поблагодарил чиновника, кивнул ему на прощание и, развернувшись, направился к выходу.

– Знаешь, мне кажется, что заказать глайдер к яхте было очень разумным решением, – заметил я, выходя вслед за ним.

Мобиль и правда был что надо – шестиместная махина с вместительным багажным отделением. У этой модификации были в комплекте и колёса – не только для экономии гравитония, но ещё и потому, что в Нижнем городе Варанта запрещалось летать без особого разрешения, которое мы получить не удосужились. Бронированный корпус, мощный двигатель, собственная система интеллектуальной защиты, два встроенных пулемёта – страшно представить, во сколько обошлось производство этого зверя, но я был рад, когда оказался внутри – кроме всего прочего, здесь работал климат-контроль.

– Нам в южную часть Нижнего города, по этому шоссе, – заметил я, запустив навигатор, – Гостиница «Опал». Судя по твоим данным, прошлого скаяра нашли убитым именно там.

Элиас запустил двигатель и выехал с занесенной песком площадки рядом с портовым управлением.

Шоссе, на котором мы оказались, охватывало город широким кольцом, состоящим из двадцати с лишним полос. Из-за сильных ветров пустыни, напирающей на поселение со всех сторон, и отсутствия силовых щитов во многих местах незащищённого периметра, часть трассы всегда была занесена песком. Он рисовал на асфальте дюны разных размеров и форм. Из-за этого образовывались многокилометровые пробки, и когда местное солнце находилось уже в зените, Элиас тихонько ругался сквозь зубы.

Наш глайдер только закончил выбираться из локального затора, так что, увидев впереди пробку ещё большего размера, синт зарычал. Он решил заехать в город на ближайшем съезде. Это было разумное решение, но оно наткнулось на стену реальности – стоило только свернуть к городским кварталам, как мы оказались среди узких улочек, забитых народом.

Элиас резво проехался по тротуару, несколько раз свернул, не глядя в навигатор, а когда местные жители, отказавшиеся уступить дорогу, начали кидать в глайдер мусор, открыл окно, высунул наружу руку со своим чудовищным пистолетом, рыкнув им что-то на кошта-заут. Оборванцев как ветром сдуло.

Стены плывущего мимо нас гетто были разрисованы пёстрыми граффити, на столбах висели разномастные провода, передавая электроэнергию (какая дикость!). Рядом с глайдером, несмотря на угрозу Элиаса, бежали дети в ужасных обносках и что-то кричали, улыбались, показывали пальцем в нашу сторону.

Мы проехали мимо глубоких канав с лежащими прямо в них людьми. Похоже, это были наркоманы и бездомные, которые ютились под небольшими арками утлых мостиков, перекинутых через зловонный ручей, а то и просто лежали в вонючей жиже. Их уже ничего не смущало. Вкалывание игл в тело, спреи и прочие атрибуты тяжёлой наркомании мелькали тут и там.

Я с грустью смотрел за окно, пока один из этих бедолаг, ещё секунду назад лежащий без движения, не кинул бутылку в глайдер. Она разбилась прямо перед моим носом и я от неожиданности отпрянул от бронированного стекла.

– Мерзость. Почему эти люди выбрали такую жизнь? Разлагаться прямо посреди этого дерьма…

– То есть, наркоманию в стерильной чистоте ты одобряешь? – деланно удивился Элиас.

– Ты понимаешь, о чем я. Одно дело, когда ты просто оттягиваешься, или наоборот, решил побыть в одиночестве. Но не до такой же степени!

– Знаешь, думаю – эти бедолаги не выбирали такую жизнь. Возможно, она сама их выбрала. Может быть и так, что одно привело к другому, – рассеянно ответил синт, похоже, занятый своими мыслями.

– Что за бред! – я не желал обрывать разговор, – Ты серьёзно считаешь, что человек без врождённых патологий организма, как вон тот здоровяк в канале, неспособен сделать выбор?

Упомянутый мной парень действительно был весьма плотного телосложения: мускулистый и здоровый, но уже плотно пристрастившийся к какой-то отраве. Он прислонился к стене и капал себе в глаза чем-то нереально убойным – после принятия дозы буквально за пару секунд его взор потух, а зрачки затянуло белесой дымкой. Он упал прямо в грязь, лицом вниз и не делал попыток подняться.

– Я думал об этом. И нет, так не считаю. Как показывает мой вековой опыт, почему-то не все люди могут сделать правильный выбор. Есть причина, по которой одни поступают неправильно и оказываются тут, а другие – наверху, – Элиас посмотрел на меня, – Не обижайся, Алан, но условия играют очень большую роль. Просто тебе, как Небожителю, это трудно понять.

– Чушь! – отрезал я, – Единственная причина того, о чем ты говоришь – людская глупость. Даже нет: пусть будет «тупость». Только оттого, что человек по природе своей идиот, он совершает ошибки. А уж тут дело каждого, быть ему идиотом, или становиться умнее. Естественный отбор самой природы, и теория Дарвина в действительности.

– Так ты дарвинист! – заулыбался мой куратор.

– Звучит как обвинение, но да, я вполне попадаю под это определение.

Элиас фыркнул, и ничего не ответил. Я тоже замолчал, обдумывая его слова. В чём-то он был прав. А может и во всём, как знать? Ведь он единственный, видел то, чего не видел никто из ныне живущих. Предтечи. Жизнь после смерти. Древняя Земля. Сигеру-Маоло. Пока во всей вселенной, доступной человеку, ни одно создание не преодолело этот маркер. Ни одно, кроме Элиаса Пайла, моего далёкого предка. Такого же, как он сам выражался, человека, как и все прочие, просто в синтетическом теле.

В какой-то момент он сделал свой выбор и считал его правильным – и судьба наградила его за это.

Вскоре мы въехали в приличный квартал. Разница между двумя улицами была видна невооруженным взглядом, и тем удивительнее было понимать, что нищета находится всего в паре десятков метров отсюда.

Хотя, признаюсь, меня трудно было поразить местными магазинами электроники, одежды, продуктов, сувенирными лавками, пунктами коллективного доступа в инфосеть и антикварными салонами. Да и оформление тут было гораздо скромнее, чем во всех мирах, где я успел побывать, так что разница была разве что в количестве мусора на земле и контингенте, передвигающемся по улицам. И ещё в песке. Здесь он, в отличие от трущоб, был чистым, и мягко шелестел под редкими порывами ветра.

Свой Высокий город Варант ещё не достроил. Одна из секций этого архитектурного чуда сейчас висела над Нижним городом жуткой пастью, с вырванной трахеей и нижней челюстью. Своим видом она могла напугать любого здравомыслящего человека.

Однако и там уже жили. В основном – опальные Небожители, чьи родственники отослали сюда нерадивых потомков заглаживать провинность перед семьёй, или Императором. Но было и немало тех, кто имел на Варанте чисто деловые интересы. Такие люди были склонны иной раз закрывать глаза на высокий закон, если это сулило им выгоду. Однако ни о каком предательстве или мятеже речи не шло. Бизнес есть бизнес, и да пребудет Император в свете! К счастью, сейчас наш путь лежал в другое место, так что общаться с торгашами, а также не совсем чистыми на руку дельцами нужды не было.

Для начала Элиас решил заскочить в гостиницу, где и обнаружили его мёртвого подчинённого. Я подозревал, что опрос персонала и охраны может затянуться на неопределённый срок, но ошибся. Едва синт остановил глайдер на небольшой площади перед внушительным стеклянным зданием, как рядом тут же вырос управляющий, угодливо улыбающийся.

Правда, у него не получилось сгладить жёсткий визит. Элиас, потерявший ценного сотрудника, рвал и метал. У него, как оказалось, было предписание местного отдела расследований. В этой неприметной бумажке говорилось о том, что сотрудники отеля обязаны оказывать месье Пайлу всяческое содействие в его личном расследовании.

Страшно представить, сколько денег синт тратил на взятки и организацию всех этих фиктивных фирм…

Как бы там ни было, кое-что разузнать нам всё же удалось. Скаяр был убит у себя в номере. Преступник попал в объективы камер, и его лицо было у нас на руках – вот только ни на что это не влияло. Его снимки хоть и были переданы на все выезды из города, но ожидаемого результата это не принесло – убийца как сквозь землю провалился. Лично я не сомневался, что он давным-давно скрылся – либо улетел на другую планету, либо залёг где-то в трущобах.

Скаяр находился под прикрытием, и Элиас не мог рассказать отделу расследований, чем на самом деле тот занимался на Варанте. Поэтому двумя основными версиями убийства было ограбление (в номере не хватало нескольких весьма ценных вещей) и личный мотив (на который списывали большую часть «глухарей» во всех системах).

Единственной зацепкой, которая хоть как-то проливала свет на происходящее, были программы взлома, которыми преступник вскрыл дверь номера нашего скаяра. Их следы остались в инфосети отеля, и начальник службы безопасности без лишних вопросов выдал эти куски кода синту. После беглого анализа тот обнаружил в них остатки цифровых подписей, которыми грешили многие современные хакеры. А после, отправив меня прогуляться по площади, принялся опрашивать тех, кто работал в отеле во время убийства скаяра.

Я очень сильно сомневался, что остывший след выведет его хоть куда-нибудь, но перечить не стал. Покинув прохладное лобби отеля, я вышел на улицу и осмотрелся. Интересно, сколько придётся ждать Элиаса?

Часть 2. Глава 12

Элиас был зол. Закончив опрашивать сотрудников отеля, он встретил меня в патио. А после мы, не теряя времени, отправились на встречу с его местным информатором. По словам синта, там могли подтвердить его догадки, которой сейчас он почему-то не озвучивал.

– Как ты сумел разглядеть эту подпись в коде вируса? Я пытался её найти, но ничего не обнаружил. Уверен, что не ошибаешься? – спросил я, когда мы сели в мобиль.

Элиас вновь открыл изолированный файл, и быстро разобрал его на составные части. В некоторых местах в коде программы-взломщика находилась повторяющаяся надпись «Zavrad».

– Подпись?

– Скорее всего. К сожалению, это ничего не значит. Вряд ли тот, кто написал эту программу, самолично пришёл за нашим скаяром. Зачастую такие вещи свободно продаются на чёрном рынке, так что… Думаю, этот след мёртвый.

– Расскажи мне об этом человеке. О скаяре, – пояснил я, видя, что Элиас не понял вопроса, – Я до сих пор почти ничего о нём не знаю. Он вообще тебе рассказывал хоть что-нибудь о том, как он обнаружил свои способности, как тренировался? В тех заметках, которые ты мне дал, сплошная философия, практических записей почти нет.

– Он всегда держался обособленно от семьи, – вспомнил Элиас, – и очень не любил контактировать с людьми. Мы обнаружили его способности, когда парню не было и двадцати лет. А после он жил на моей вилле, что ты посетил на Магеллане. Оттуда Шито (так его звали) отправлялся в экспедиции на разные миры, но удачных из них было всего две. Однажды мы нашли очень похожий на астро-куб механизм, но не успели получить к нему доступ и расшифровать данные – артефакт самоуничтожился. Потом мы вышли на след… некоего сообщества, наверное, будет правильно назвать этих людей именно так. Артефактеров, археологов, учёных, контрабандистов. Они сообща пытаются разгадать как можно больше секретов Предтеч. Большинство из этого закрытого клуба – богатейшие люди, которым просто хочется прикоснуться к древней истории, а на самом деле они ничего собой не представляют. Но есть и такие, как Раззир-Ас-Федир – свободные искатели. Их мало, но они представляют собой самых интересных персонажей. И знают о древних тайнах гораздо больше, чем любой из Небожителей. Эти люди держатся особняком, и решительно оберегают свои знания. С ними Шито долгое время пытался выйти на контакт. А досье на Раззира он начала собирать сразу по прибытию на Варант. Судя по тому, что знаю я: Раззир – крупный делец в этой системе, и за её пределами.

– Об этом в заметках Шито тоже ни слова, – я с досадой потёр лоб. Голова всё ещё была тяжёлой. Элиас обратил на это внимание.

– С тобой всё нормально?

– Голова немного болит, – признался я, – Со вчерашнего дня.

Элиас потянулся к бардачку, открыл его и, пошарив внутри, достал пластинку с тремя рядами таблеток.

– Прими одну синюю прямо сейчас.

Я узнал нейрорелаксанты, которые когда-то давно не притащил Йен.

– Имей ввиду – злоупотребление приводит к отказу нейронной сети организма. Так что не увлекайся. Можно принимать не больше четырёх таблеток в стандартную неделю.

Я выстегнул синий кругляш, и запил его водой из трубки.

– А красные и жёлтые для чего?

– Красные – сильный антибиотик. Жёлтые – энергетик, притупляющий чувство голода. Это всё очень мощные таблетки, Алан, их нельзя жрать горстями, ясно? При малейшем изменении состояния своего организма, ты говоришь об этом мне, понял?

Я кивнул.

Глайдер пришлось оставить на въезде в трущобы. Не думал, что мы сюда вернёмся, но появиться среди оборванцев в компании четырех «Атласов» считал не самой лучшей затеей, и без стеснения сообщил об этом Элиасу. Тот только отмахнулся.

– Алан, насчёт этого переживать не стоит. Все, кому это нужно, уже и так знают, что мы прилетели.

Я придерживался другого мнения, но спорить не стал. Вместо этого вылез из мобиля вслед за синтом, и под внимательными взглядами местных жителей, зашагал по узкой улочке. Один из охранников, вопреки моему опасению, всё же остался возле глайдера.

Элиас явно знал куда идти. Вероятно, у него в голове безостановочно крутилась карта местности, потому что синт решительно пробирался через вонючие проулки к только ему известной цели. Я старался не отставать и по возможности перешагивать лужи неизвестного происхождения. К сожалению, улицы, по которым мы шли, были узкими, грязными, скользкими, тёмными и вдобавок ко всему – постоянно изгибались. А ещё они то поднимались круто вверх, то опускались под таким углом, что нам оставалось только скользить по вонючей грязи, чтобы оказаться на нужном перекрёстке.

Надо ли говорить, что белоснежная броня «Атласов» в мгновение ока превратилась в заляпанные железки, а наши штаны и рубахи было проще выкинуть, чем отстирать? Элиаса, впрочем, это совершенно не смущало, а уж наших сопровождающих – и подавно.

Я через некоторое время тоже перестал обращать внимание на отвратительный запах, которым мы все пропитались насквозь, и мерзкую жижу под ногами. Гораздо интереснее было другое – куда мы идём? Окраина Нижнего города оказалась далеко позади и гораздо выше нас – мы спустились по трущобам практически на самое дно каньона, по склонам которого они и разрослись.

Оглянувшись назад и подняв взгляд то того места, откуда мы начинали спуск, я простонал – возвращаться обратно будет ещё сложнее.

– Не переживай, – усмехнулся заметивший это Элиас, – Обратно пойдем другим путём. Он гораздо легче.

– Неужели? – прохрипел я, пытаясь восстановить дыхание, – А почему мы сюда не могли прибыть по нему?

Элиас проигнорировал этот вопрос. Он неожиданно насторожился и поднял сжатый кулак. «Атласы» мгновенно взяли нас в треугольник, достали оружие. Я не успел ничего заметить, но тоже выхватил пистолет и активировал протоколы «Икара». Просто на всякий случай.

Чуть ниже по улице показались двое. Высокий слепой старик, закутанный в длинную серую хламиду и опирающийся на стальной посох со своим поводырем. Это была девочка лет десяти. На ней была такого же невзрачного цвета одежда, оставляющая открытой только верхнюю часть лица. Она держала старика за свободную руку и держалась чуть впереди него.

Больше в окрестностях никого не было, но я кожей ощущал, как из-за окон, дверей и хлипких стен за нами наблюдают десятки глаз.

– Надеюсь ты знаешь, что делаешь, – шепнул я Элиасу. Он вновь ничего мне не ответил и шагнул навстречу оборванцам, заставляя нашу охрану опустить оружие. Девочка остановилась, что-то шепнув старику. Тот нахмурился и синт с уважением обратился к нему.

– Graan'jgas, sepri. As aval kalhire bengeu harada? *(Приветствую, идущий. Лёгок ли был твой путь?)

Старик легонько похлопал девочку по плечу, и она стремительно скрылась в одном из ближайших проулков. Бродяга улыбнулся нам, обнажив ряд кривых жёлтых зубов.

– Namara el kirat. Sengara harada as, el sabat araja. *(Он всегда труден. Если путь лёгок, значит неверен)

Я ни слова не понимал, досадуя, что не удосужился выучить хотя бы несколько фраз на кошта-заут. Но Элиас, по-видимому, совершенно не смущался едва разбираемой речи старика. Они о чем-то оживлённо заговорили и через пару минут из проулка, куда убежала девочка, вышло четверо плотно сбитых молодых людей. Они были обнажены по пояс. Сильно загорелые, крепкие, коротко стриженые парни носили метки беглых рабов, выжженные на их лопатках. Но судя по всему, нас они совершенно не опасались и ничуть не смутились, увидев «Атласов» с мощными винтовками наперевес.

Выслушав объяснения старика, они поклонились ему и поманили нас за собой. Я вопросительно посмотрел на Элиаса, но тот и бровью не повел, без раздумий последовав за ними. А вот охране пришлось остаться – едва закованные в броню наемники сделали пару шагов, как старик вновь обратился к Элиасу. Его тон был непреклонен, и даже не понимая, что он сказал, я догадался, что после этого окрика мы останемся вдвоём. Так и случилось.

– Вы дальше не идёте, – без проблем согласился Элиас с просьбой бродяги, – Возвращайтесь к глайдеру и отправляйтесь в район складских помещений. Позже я подам сигнал, заберёте нас. Возражения не принимаются, – сказал он «Атласам» и те, не споря, повернули назад.

Старик пошел дальше по улице, вновь взяв за руку показавшуюся из-за кучи мусора девочку, а нас повели ещё глубже – на самое дно каньона. Там было что-то вроде площади, засыпанной разным хламом, застроенной как попало двух и трёхэтажными домами разной степени прочности. Нас пустили в один из них и, заперев за собой дверь, отвели в подвал. Я начинал нервничать и все чаще бросал быстрые взгляды на Элиаса. Он выглядел так, словно все шло, как задумано, и я не лез с вопросами, но спокойнее от всего происходящего не становилось.

Впрочем, беспокоился я зря – подвал оказался хорошо освещенной комнатой, заставленной столами и высокими, от пола до потолка, стеллажами с самой разнообразной электроникой и бионикой. Имплантаты, носители данных, начинка для разнообразных устройств – чего тут только не было. Причем, судя по трем столам в углах помещения, за которыми над десятками мониторов и проекторов работали несколько человек, это был не склад, а мастерская.

Нам навстречу вышел, по всей видимости, хозяин помещения. Прямо на голый торс была одета кожаная безрукавка. Легкие, и слегка короткие штаны черного цвета скрывали два металлических протеза на месте ног. При шагах они выбивали из металлического пола искры. Волосы у уже не молодого, но ещё не успевшего поседеть мужчины, были собраны на затылке и свисали почти до середины лопаток. Элиас шагнул вперёд.

– Мато Блартано?

– Ты ведь сказал, что мы знакомы? А я вот смотрю и думаю, что никогда не видел тебя. У меня есть повод для беспокойства? – хотя на интерлингве мужчина говорил достаточно чисто, в его речи всё же слышался акцент человека, выросшего на самой окраине галактики.

– Мы не встречались лично, но мой друг достаточно долго финансировал ваши проекты, – Элиас облокотился на один из столов, – и поводов для беспокойства я не принёс.

– Ты бегло говоришь на нашем диалекте. Бывал здесь раньше?

– Очень давно, – Элиас слегка улыбнулся, не уточнив, что было это, скорее всего, пару веков назад.

– Зачем пришёл?

– Ищу убийц своего человека. Больше чем полгода назад он нашел тебя и назвался Шито.

Тот, кого назвали Мато, задумался и присмотрелся к нам. Потом резко ответил:

– Предлагаешь поверить тебе на слово? А если это ты убил его? И вышел на меня? Может, мне стоит приказать своим людям позаботиться о вас? Хватит чесать языком, гость, для начала докажи, что ты тот, за кого себя выдаешь.

Элиас молча закатал рукав своей рубахи, и показал небольшую метку на теле. Там был изображён треугольник, расчерченный двумя линиями – подобный знак был у всех, кто работал с синтом. Я вспомнил, как это биотату делали мне, и поёжился – ощущения, надо сказать, были не самые приятные. Такой знак – не просто рисунок, но ещё и индивидуальная подпись, которую вряд ли получится подделать.

Мато слегка проникся доверием к моему ментору – особенно после того, как поднес к метке Элиаса свой браслет и убедился, что знак настоящий. Он жестом предложил пройти нам в другую часть здания. По подземному коридору мы прошли к жилому сектору. Здесь было чисто, светло и достаточно просторно – не верилось, что это могли построить местные, живущие в грязи. Заметив, что я глазею по сторонам, Мато пояснил:

– Раньше здесь был технологический комплекс корпорации «Кретония». Они одними из первых высадились на Варант. Выбрав местный карьер до дна, оставили часть оборудования и помещений здесь. Мы просто привели в порядок то, что осталось.

Мы прошли в одну из дверей и оказались ещё в одной мастерской. Правда, не такой большой, как первая, но гораздо более уютной. Похоже, владелец помещения часто оставался здесь ночевать – если судить по небольшому дивану в углу комнаты, на котором лежали скомканное одеяло и подушка.

Слева стоял длинный стол, и Мато пригласил нас туда. Он достал три кружки и, не спрашивая нас, разлил по ним прозрачный напиток. Я принюхался – пахло чем-то травяным.

– За встречу, сейар *(уважительное обращение к высокородному гостю), – произнес хозяин, и мы молча выпили. Напиток оказался очень терпким, и крепким. Я хотел было запить его водой из трубки гидрокостюма, но Мато протянул мне зелёный фрукт, который только что разрезал на две части и я впился в него зубами. Это оказался апельсин и, кстати, очень вкусный, хоть и непривычного оттенка.

– Что бы вы хотели узнать? – спросил он.

– Кто убил моего друга – это раз. Где найти человека, по имени Раззир-Ас-Федир – это два. Ну и мне нужна вся информация о том, чем вы тут занимались с того самого момента, как Шито вас нашёл. Он оставлял какие-нибудь инструкции на случай моего появления? – Элиас не собирался откладывать важные вопросы ради приятной беседы.

– Конечно, сейар, – Мато кивнул, отошёл к дальней стене и провел рукой перед ней.

Часть бетона испарилась – за ней я увидел дверцу сейфа с биодатчиком. Мато приложил к нему руку и, отперев скрытый шкаф, достал оттуда контейнер с несколькими кристаллами памяти. Когда он запер дверь, часть стены подёрнулась, вновь превратившись в бетон. Отличная проекция плюс наногенератор, настроенный на команду, известную лишь тебе. Ни один вор такой шкаф не вскроет. Видимо, что-то полезное и ценное наш скаяр всё-таки нашёл.

Отдав контейнер Элиасу, Мато повернулся ко мне.

– Об убийце можете забыть, друзья. Он был морфом и все его следы давно замело песком.

Элиас отправил ему подпись хакера, которую нашёл в вирусе, накидав её внешний вид с помощью одной из программ на браслете.

– Он пользовался вирусом, который создал кто-то из местных. Знаешь такого?

Мато кивнул.

– Это одна из лучших программ на рынке. Её продает тот, о ком вы спрашивали.

– Раззир-Ас-Федир? – уточнил Элиас, заканчивая копировать данные с кристаллов.

– Он один из тех, кого искал Шито. Как только наши люди узнали о нём, – установили слежку. Потом Шито решил встретиться с ним, и в следующий раз я услышал о нём после убийства.

– Где сейчас Раззир?

– В своем особняке. Он находится в Высоком городе, – Мато отправил адрес синту, затем запустил прямо перед собой проекцию.

В воздухе появился планы зданий.

– Предупреждаю сразу – у него очень влиятельные клиенты. В здешнем секторе галактики он один из немногих, кто разбирается в артефактах древних. К тому же Раззир – достаточно известный в системе предприниматель и инженер. У него серьёзная охрана и дом, в который так просто не попасть. Ас-Федир считается другом Наместника Варанта и нашего Архитектора, поэтому я бы не советовал с ним связываться. Сразу после встречи с ним Шито убили, а теперь вы заявляетесь чуть ли не с прямыми доказательствами этого. Подумайте, стоит ли оно того?

– Приятно, что ты заботишься о нашем благополучии, Мато, – Элиас посмотрел на него, – но нам нужно с ним поговорить. А вы продолжайте делать то, что делали. Финансирование не будет приостановлено, можете не переживать.

Мато склонил голову в ответ на эти слова.

– Благодарю, сейар. Приятно с вами работать. Вам необязательно приходить сюда в следующий раз, – он снял одну из бусин, со своего браслета, и протянул её синту. Тот взял небольшой кристаллик, и внимательно изучил.