Текст книги "Техномант. Том 1 и Том 2 (СИ)"

Автор книги: Илья Соломенный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 33 страниц)

Часть 2. Глава 4

Я шагал по коридорам Цитадели в сопровождении двух одинаковых фейдов в оранжевых плащах, которые встретили меня возле входа в центральную крепость. Ни один из них не проронил ни слова, когда я появился там в компании Марка. Тот, что стоял справа, лишь забрал переданную нам пластину, приложил её к браслету и отошёл в сторону, пропуская меня вперёд. Левый пошёл передо мной, и я почувствовал себя конвоируемым пленником.

И хотя думать о таких вещах сейчас совсем не стоило, сдержать подобные мысли было не в моих силах – особенно учитывая сказанное Марком.

Суд ну надо же…

Оказавшись во внутреннем дворе я обратил внимание, что меня ведут не в главное здание. Вместо этого сопровождающие свернули к неприметной двери, за которой оказалась небольшая комната. В ней ничего не было, если не считать лестницы, спускающейся куда-то вглубь здания.

Направились мы, конечно же, именно туда. Лестница была широкой, хорошо освещалась, и спускаться по ней пришлось довольно долго. Закончилась она в помещении, немногим больше того, что было наверху. Тут была лишь дверь и стойка, за которой нёс службу гвардеец – в жёсткой сплошной маске с прорезями для глаз, и бордовом плаще. Он кивнул фейдам, и посмотрел на меня.

– Имя?

– Алан де Пайле, – я протянул ему кристалл памяти, который мне передал Марк.

Гвардеец осторожно взял его и утопил в одном из углублений, затем мельком проглядел информацию, появившуюся на голографическом экране, и вернул кристалл мне.

– Фейды проведут вас до зала, где состоится слушание. Нужно оставить все предметы, находящиеся при вас, – он достал коробку откуда-то из-под стойки.

– У меня с собой лишь кристалл.

– Его возьмите с собой. Мне также придётся вас обыскать.

Он проверил меня сканером, потом осмотрел сам. Убедившись, что я не вру, гвардеец набрал код на своем браслете, и дверь открылась.

– Проходите.

Я, обалдевая всё больше и больше, вновь зашагал за своим сопровождающим. Позади слышался топот второго, и это заставляло меня слегка нервничать. Да что там «слегка» – не буду врать, эта мысль меня изрядно напугала. В голове тут-же замелькали обрывки историй, которые ещё в детстве мне рассказывал Марк – о провинившихся братьях и сестрах, отправленных в ссылку на самые задворки галактики, столь дикие, что возвращался оттуда едва ли каждый пятый. Были и более серьезные прецеденты, о которых я читал совсем недавно.

Месье Туран де Пайле, например, проводил собственные, скрытые от семьи эксперименты на мозге человека. Он занимался этим (если верить «Истории дома де Пайле», которую я недавно закончил) тихо, долго, и далеко, но Примархи все равно узнали о его самоуправстве. Несколько фейдов задержали Турана прямо в подпольной лаборатории, и привезли в Цитадель, после чего его больше никто не видел.

Себе я подобной участи совершенно точно не желал, и пытался верить, что главы семьи не сочтут мои действия угрозой ее безопасности. Хотя…

Сейчас, вновь возвращаясь к мыслям о том, что произошло на Эдеме, я уже не был уверен в том, что легко отделаюсь. До меня начало доходить, почему Примархи не спешили поговорить со мной. Не потому что я был «незначительным эпизодом», как сказал Марк, совсем наоборот! Им нужно было изучить мою историю, разобраться в ней, и узнать наверняка – насколько сильно я подставил семью под угрозу! И, возможно – предпринять определённые меры, чтобы обезопасить наш род.

Кража информации у де Валиантов и убийство одного из их отпрысков – раз. Нападение на дочь Советника Эдема и его самого – два. Конфликт с кланом Ямато – три. А если прикинуть, что теперь они наверняка знали о том, что Григориус спрятал в моей голове… И знали, что я не спешил поделиться этой информацией с семьёй…

От подобных мыслей у меня по спине пробежал холодок, и я мог только догадываться, почему Примархи отпустили с Магеллана Йена – он ведь знал почти всё, что знаю я?

Мы спустились ещё ниже, прошли по извилистым и пустым коридорам, миновали несколько дверей. За весь путь нам не встретилось ни одного человека. Дорогу назад я помнил смутно, и когда мы вышли в широкий дугообразный переход, соединяющий разные части крепости, я запутался окончательно, и не представлял, где нахожусь. Несмотря на все мои занятия и тренировки, без Дока запомнить подобный маршрут было невероятно сложно.

Пройдя ещё сотню метров, вперёд, фейды остановились у запертой двери, обрамленной аркой. Один из них кивнул на нее, и я понял, что дальше пойду один. Приблизился к двери, набрал в грудь побольше воздуха, и… Ничего не произошло – дверь осталась закрытой даже спустя десяток секунд.

Я вопросительно посмотрел на одного из фейдов – он показал взглядом на мою руку, в которой все ещё был зажат кристалл – затем на дверь. Я ничего не понимал – там не было ни одной пустоты, чтобы вставить в нее осколок. Наугад прислонив его к шершавой поверхности, я чуть было не отпрянул – кристалл мгновенно прилип к ней, дверь окрасилась в тёмно-синий цвет, а затем створки медленно начали расходиться в стороны.

Если помещения, по которым меня вели, совсем не впечатляли: ни отделкой (сплошной металл и камень), ни размерами, то этот зал заставил перевести дух, прежде чем я шагнул в арку.

Идеально круглое помещение, метров сто в диаметре. Высокий ряд сидений по периметру, расположенных на возвышении – и кафедра, установленная перед противоположной от входа стеной. За ней сидели пятеро мужчин. Их лица не были закрыты масками, не были спрятаны в тени, или под капюшонами – они не скрывали свои личности.

Нечего было скрывать – я никогда не видел этих людей. Обычные мужчины, ничем не примечательные. Были тут и красивые, и не очень; двое коротко стриженных, трое длинноволосых. У одного подбородок широкий, у остальных – узкие. Но было у всех них и кое-что общее – ярко-фиолетовые глаза. И их взгляды давили на меня отнюдь не эфемерной тяжестью – в Примархах чувствовалась сила, которой мне встречать ещё не доводилось.

Больше в зале не было ничего – если не считать купола, висевшего метрах в двадцати надо мной. Я сразу понял, что это была проекция – иначе откуда бы под землёй взялся вид звёздного неба, да ещё и посреди дня? Я кинул на потолок быстрый взгляд, пока шел к центру зала – там находился небольшой подсвеченный участок, такого же цвета, как и дверь. Остальная часть пола была выложена белой плиткой, и звук шагов разлетался гулким эхом по всему залу. Едва я дошел до синих плит, как со мной заговорил один из Примархов.

– Мы приветствуем Алана де Пайле, сына Андрэаса, внука Григориуса. Знаете ли вы, по какой причине оказались здесь?

– Да, – я постарался ответить ровно, но у голоса на этот счёт были свои мысли – первое слово вылетело из меня со звуком треснувшего дерева

– Хорошо, – продолжил другой, – Мы подробно изучили вашу личность и действия, которые привели вас сюда. Вы признаете, что получили закрытые данные «Пайле Конструкт» о проекте «Синтрофос» от вашего деда?

– Да.

– Вы признаёте, что узнав о них, не передали информацию своей семье?

– Да.

– Вы обокрали семью Карлайла де Валианта и убили его сына?

– Да, но…

Мой рот захлопнулся самостоятельно – мне не дали оправдаться. Кажется, сейчас требовалось только отвечать на вопросы.

– Вы совершили налёт на поместье Советника Эдема и украли у него некий астро-куб, который впоследствии, передали клану Ямато?

– Да.

Примархи ненадолго замолчали. Я сообразил, что они невербально обмениваются мыслями.

– Расскажите, что произошло на Эдеме с момента вашего прибытия и до того, как вы покинули планету. С самого начала, в деталях и – не вдаваясь в оценочные суждения.

Ко мне вернулась возможность говорить, и я начал пересказывать всю историю с самого начала. Уже в который раз… А когда закончил – посыпались уточняющие вопросы, на которые, за неимением спутника и стека с воспоминаниями, иногда ответить было весьма сложно.

К слову – об Элли Примархи не спросили ничего. О Йене – только то, насколько он был посвящен в украденную мной у моей же семьи информацию о проекте «Синтрофос». Зато на Ирио я потратил добрый час, вспоминая всё, что отложилось у меня в памяти – вплоть до поведения его зрачков при переговорах, и жестах, которые он использовал.

Не скрою, без спутника всё это казалось мне очень размытым, находящимся будто в тумане, и я несколько раз упомянул, что не уверен в правильности своих воспоминаний. Впрочем, Примархов это нисколько не смутило. Где-то в середине допроса я понял – почему.

Все то время, что я стоял посреди зала, мне казалось, что я ощущаю лёгкие прикосновения к своей инфоструктуре. Спустя некоторое время я понял, что это не просто ощущение – Примархи каким-то образом считывали данные с моего мозга.

Не со стека и спутника, которые отсутствовали, не с инфоструктуры, на которую я не мог воздействовать и не мог ощущать – а прямо с мозга… Я не мог сообразить, как они это делают, и почему чувствую подобное вмешательство без спутника – тоже не знал.

Но отчего-то был уверен в своей правоте…

Когда вопросов не осталось, главы семьи снова замолчали – лишь пристально смотрели на меня, не отрывая взгляда. Тревожное ощущение усилилось, и я с нетерпением ждал дальнейшего развития событий. А ещё у меня жутко затекли ноги – я простоял на одном месте (по моим прикидкам), больше трёх часов.

– Алан де Пайле, – моё имя прокатилось под звездным сводом так резко и громко, что это заставило меня вздрогнуть, – вы обвиняетесь виновным по двум пунктам. Первый: кража семейной информации и разглашение ее посторонним лицам. Второй: создание конфликтной ситуации с домами де Валиант, Ямато, а также с Императорским двором – путем кражи редчайшего артефакта у одного из Советников Эдема и заключением незаконной сделки с кланом Ямато. Вы нарушили семнадцать пунктов Императорских эдиктов. Нами было принято единственное возможное решение относительно вашей персоны.

«И что, всё?!» – в замешательстве подумал я, – «К чему тогда такой долгий допрос? Мне даже не дадут оправдаться?!»

Я был возмущен, хотя понимал, что Примархи кругом правы. И даже не представлял, что можно сказать в свою защиту.

– Что со мной станет? – хрипло спросил я.

– Вы останетесь в Цитадели на неопределенный срок – пока последствия ваших действий не будут нейтрализованы, а информация, которой благодаря вам лишилась семья де Пайле, не будет восстановлена. Вы не покинете пределы крепости, и лишитесь возможности контактировать с другими людьми. Обычно в подобных случаях мы изымаем у обвиняемого его спутника, но у вас его и так нет – однако контакт с инфосферой для вас будет полностью перекрыт. Как и возможность использовать биотек.

С каждым новым словом я падал духом. Это, конечно, не смерть, но остаться в душных подвалах, без всякого контакта с людьми, да ещё и на неопределенный срок… Словно оказаться в одиночной камере, выдолбленной в астероиде.

Я откашлялся.

– Могу узнать хотя бы примерные сроки своего заключения?

– Нет. Это будет зависеть от многих факторов.

– В таком случае, прошу разрешения попрощаться с отцом и братом.

– Исключено, – отрезал Примарх, сидящий по центру, – Вы покинете этот зал под охраной фейдов. Они отведут вас в камеру. Дальнейшие инструкции, если они появятся, вам передадут.

Я ничего не понимал. Какого чёрта меня не посадили под замок сразу – как только я рассказал отцу о том, что произошло?

– Могу я сказать несколько слов?

Примархи снова переглянулись, и тот седовласый, что ранее прочёл мои мысли, кивнул:

– Если поторопитесь.

Я попытался собраться с духом – как назло, ничего умного в голову не приходило, но молчать после такой просьбы было бы совсем глупо. Я открыл рот, чтобы заявить об отсутствии в моих действиях злого умысла; возможно, посетовать на неосторожность, и попросить смягчить наказание. Честно говоря, я понимал, что мои слова ничего не изменят, но должен был хотя бы попытаться!

К счастью, меня избавили от необходимости придумывать оправдания.

Двери за моей спиной тихо открылись, и в зал вошёл ещё один человек. Все взгляды тут же оказались прикованы к нему – кроме моего. Чья-то воля не дала мне повернуться, а через секунду я понял, что меня снова обездвижили. Человек стремительно прошел мимо, и загородил меня собой.

– Прошу прощения за вторжение, Примархи, – он чуть склонил голову, и его голос показался мне очень знакомым. Вглядываясь в выбритый затылок, я с удивлением понял, что уже видел этого человека!

– Сегодня что – день открытых дверей? – сухо поинтересовался мужчина, объявивший мне приговор, – Сейчас идёт заседание, Элиас, дождись окончания.

– Вообще-то я здесь из-за Алана, – новый гость развернулся ко мне, и слегка улыбнулся, – В этом деле появились новые детали.

– И они не могут подождать?

– Сами скажите, – Элиас отстегнул от браслета свой кристалл и, подойдя к кафедре, положил его перед Примархами. Над твердой поверхностью возникла голограмма, но я не смог разглядеть, что на ней изображено. Однако это, похоже, было нечто очень важное – лица представителей совета вмиг окаменели, а глаза налились цветом таким темным, что сейчас Примархи мало напоминали людей.

– Как видите, события начали разворачиваться чрезвычайно быстро, – заметил Элиас, убирая кристалл обратно, – И в подобном свете…

– Что ты предлагаешь?

– Нужно первыми найти этого человека. А если он уже у Ямато – изолировать от них другие астро. Также следует узнать, кто помогает клану на Варанте, и что этим людям известно. И самое главное – добраться до храма первыми.

Обо мне все словно забыли, но я всё также не мог пошевелиться.

– Отправим туда отряд. Езжай сам, возьми с собой десяток фейдов и скаяра. Вылетайте сегодня-же.

– Повторюсь – я здесь из-за Алана. Наш скаяр мертв, а этот молодой человек может его заменить.

В зале повисла такая тишина, что я услышал свое сердцебиение. Невольно вспомнились сны о странном храме, и неожиданно помещение изменилось – воздух вокруг меня стал густым, а под куполом, сменив звёздную карту, появилась проекция той самой трехглавой пирамиды. Четверо Примархов встали со своих кресел, а оставшийся сидеть посередине мужчина сдвинул брови.

Видение рассеялось также быстро, как появилось. Я был в полнейшем шоке, а вот Элиас напротив – был доволен и улыбался, показывая на меня рукой.

– Видите? Парень знает куда больше нас, хоть пока и не подозревает об этом. Он один из скаяров – первый, за много десятилетий! И нам очень повезло, что он сейчас здесь!

– И ты просишь отдать его тебе? Вместо наказания позволить… – начал было средний, но его перебил седовласый.

– Выбор у нас невелик, Амрон. Старый скаяр мертв, ты слышал Элиаса. Нам действительно повезло, что в череде всех произошедших событий у нас сразу же появился новый кандидат. С учётом открывшихся сведений, – он посмотрел на меня, – можете идти. Алан, ты поступаешь в распоряжение Элиаса. Он введёт тебя в курсе дел. Постарайся оправдатьнаши ожидания. Элиас, – он обратился к нему, – у тебя два дня, а потом вы должны будете отправиться на Варант.

Я не верил своим ушам. Вот так запросто Примархи сменили гнев на милость? Что же тут происходит?

Элиас слегка поклонился совету и повернулся ко мне. Я почувствовал, что удерживающее меня поле исчезло, и чуть было не грохнулся на пол – ноги затекли так, что я их почти не ощущал. Элиас взял меня за плечо, и повёл к выходу из зала.

Так что вопросы я решил приберечь на тот момент, когда мы покинем подземелье…

Часть 2. Глава 5

Правда, с вопросами пришлось повременить. Пока нас сопровождали фейды, я не решался задавать их. А когда мы, наконец-то, вышли наружу, и оказались во дворе крепости, там нас встретил заметно нервничающий Марк

– Чёрт, Алан, я уже начал переживать! – он обнял меня, и похлопал по плечу, а затем обратил внимание на моего сопровождающего, – Элиас?!

– Добрый день, Марк, – невозмутимо откликнулся тот.

– Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть. Ты был?..

– На совете, да.

Марк недоуменно нахмурился, и Элиас счёл нужным пояснить:

– Алану ничего не грозит. Своё наказание он отработает под моим началом.

– Неужели? – брат выглядел ошеломлённым, но довольным, – Это хорошая новость. Но подозреваю, всех деталей вы мне не откроете?

– К сожалению, – подтвердил Элиас, – Однако нам есть о чём поговорить.

– В таком случае – едем к нам, – не раздумывая, предложил Марк, – Пообедаем, и всё обсудим. Ал, ты как, нормально? – он внимательно посмотрел на меня, – Вид у тебя пришибленный.

– Приятного на этом суде было мало, – согласился я, и посмотрел на Элиаса, – Разве что финал. он пока что он мне неясен. Едем домой, я жутко голоден.

Это было правдой. Пока мы добирались до нашего особняка, Марк дозвонился до отца и сообщил, что со мной всё в порядке. Тот порадовался в своей манере – весьма сдержанно, и выразил надежду, что впредь я буду умнее.

Дома мы расположились в столовой. Прислуга накрыла на стол, и в дальнейшем я был больше занят едой, нежели разговорами – все равно при Марке обсуждать произошедшее на Совете было нельзя. Однако Элиас сам ввел брата в нынешнее положение моих дел – насколько это было возможно.

– С сегодняшнего дня Алан переходит в мое распоряжение, – объявил он, – И в ближайшие дни пройдёт краткий инструктаж. Затем мы на некоторое время покинем Магеллан.

– Неожиданно… И куда направитесь?

– Извини, Марк, но об этом тебе может рассказать лишь совет, – слабо улыбнулся Элиас.

– Всё настолько серьезно?

– Более чем. Полагаю, для Алана это все тоже в новинку, но будь уверен – со мной ему ничего не грозит.

– Ты вернул его с Эдема. Как я могу сомневаться в твоих словах?

Этот момент меня насторожил – ведь я рассказал брату о том, что случилось во время нашего побега, и он знает, что Элиас не мог выжить. Особенно после того, как наши преследователи попали в «Азию» одной из ракет. Но при этом брат делал вид, что так и должно быть, и не выказывал никакого удивления, встретив этого загадочного человека.

– Польщён твоим доверием, – сверкнул глазами наш гость, – Надеюсь, ты простишь, что я не могу сказать тебе больше. К сожалению, сейчас мне придется уехать. Алан, через два часа я пришлю за тобой глайдер. Собери необходимые вещи, и жди здесь.

– Хорошо, – согласился я.

Когда Элиас ушел, Марк, проводивший его до двери, вернулся в столовую и налил себе виски.

– Рановато, не находишь? – поинтересовался я.

– С таким-то братом, – отмахнулся он, и сделал глоток, – И так…

– «И так» что?

– Не строй из себя идиота, – он поморщился, – Каким образом ты попал в подчинение к Элиасу?

– Понятия не имею, – совершенно искренне ответил я, – Он заявился в зал, где проходило слушание, под самый конец. Мне уже объявили приговор, но он что-то показал Примархам – какую-то голограмму. Потом между ними произошел разговор, из которого я ничего не понял. Он сказал что я, эмм… Скаяр. Примархи тут же сменили гнев на милость, и разрешили ему забрать меня.

– Скаяр? – переспросил брат.

– Ты не знаешь, что это? – изумился я. Всегда считал, что кто-кто, но уж Марк-то точно владеет многимисемейными тайнами, и его незнание меня слегка разочаровало.

– Впервые слышу, – озабоченно протянул он.

– Значит, я сболтнул лишнее.

– Не переживай, дальше меня не уйдет, – отмахнулся он, – Элиас рассказал тебе, чем вы будете заниматься?

– Ни слова, – покачал я головой, – Тебя только это волнует?

– В каком смысле? – не понял он.

– Теперь ты держишь меня за идиота, – я разозлился, – Элиас погиб, когда мы удирали с Эдема! Я видел это сам – то место, где он сидел, разнесло в клочья! Я сам чудом уцелел в тот раз, а теперь ты делаешь вид, что ничего не произошло?

Марк усмехнулся, и снова наполнил свой стакан.

– В том-то и дело, Вик. Я знал, что он жив. Не в том смысле, что он выжил в той переделке, а… Чёрт, ненавижу это! – он со звонком поставил стакан на стол, – Я не знаю, что тебе можно рассказать, братишка. Но думаю, что если ты сегодня же отправишься под опеку Элиаса, то он сам выдаст тебе всё, что ты должен знать. Возможно, он объяснит это даже лучше меня. Просто… знай, что его дело весьма расплывчатое – даже мутное. Никто, кроме Примархов, не знает, чем он и его подчинённые заняты, и они об этом никогда не распространяются…

– Похоже, что и Примархи ему особо не указ, – подхватил я, – Видел бы ты, как он с ними говорил и вёл себя

– Вот об этом я и говорю! – Марк наставил на меня палец, – Просто будь осторожнее, ладно? Ты чудом уцелел на Эдеме и избежал наказания Примархов, но не факт, что с Элиасом тебе будет безопаснее. Хоть он и сумел вытащить тебя с Эдема.

– Ты знал, что меня собирались осудить? До того, как получил ту записку?

– Да брось, – он невесело рассмеялся, – Это было очевидно всем, кроме тебя. Вопрос был лишь в том, какое наказание выберут Примархи. Мы с отцом не хотели, чтобы ты сходил с ума всё то время, что прошло до слушания.

– Ну спасибо за заботу, – фыркнул я, вставая из-за стола, – Меня чуть было не заперли в подземельях крепости – на неопределенный срок.

Марк слегка побледнел.

– Значит, тебе действительно повезло.

– Пойду, соберу вещи, – я махнул рукой. Не собирался злиться на брата из-за этой лжи. Знал, что они с отцом хотели сделать как лучше для меня, – Что теперь об этом говорить?

– Тебе помочь?

– Можешь пока постирать мои носки, – предложил я, и Марк тут же швырнул в меня яблоком. Я поймал его, и на ходу откусил здоровенный кусок.

Расстались мы на крыльце отчего дома. На прощание брат крепко сжал мое запястье.

– Будь осторожен, – повторил он, – Я ещё надеюсь увидеть тебя.

– И я надеюсь. Передавай мое почтение отцу, и сообщи мастеру Кольту, что наши уроки закончились, – я улыбнулся, и вспомнил девиз нашей семьи, – Пусть всё случится так, как случится.

– Пусть, – он кивнул, и я подошел к белому глайдеру. За штурвалом никого не оказалось, и я занял переднее сиденье. Стоило только пристегнуть ремни, как мобиль легко поднялся воздух, и взял курс к южной части города.

Там, во дворе небольшого поместья, меня уже ждал Элиас. Я покинул приземлившийся транспорт и, перекинув свою, повидавшую виды сумку, через плечо, направился к нему.

– Добро пожаловать, – приветствовал он меня, – Идём, покажу твою комнату.

Элиас указал мне на галерею справа, и пошёл рядом. Мы молчали, но на языке у меня вертелись десятки вопросов. Он это заметил.

– Хочешь о чем-то спросить?

– Да, – я тут же воспользовался случаем, – Как ты выжил?

Он усмехнулся.

– Чтобы рассказать об этом, придется начать издалека. Это… Непростая история, и для начала я объясню некоторые другие вещи.

Мы поднялись на второй этаж, и Элиас открыл одну из дверей, пропуская меня вперёд.

– В ближайшие дни ты будешь жить тут.

Комната не представляла собой ничего особенного: окно, кровать, два шкафчика, стол и стул, дверь в ванную комнату, гардероб, проекционная панель на стене. Я кинул сумку в угол, и сел на кровать. Элиас оставался в дверях.

– Итак… Почему я здесь?

– Из-за того, что случилось на Эдеме.

– А конкретнее? Что случилось в Цитадели? Почему под куполом появился этот образ? Пирамида, – пояснил я, – которую я видел в своих снах.

– Знаю, – вздохнул мой собеседник, проходя в комнату, и присаживаясь на стул, – Полагаю, всё-таки лучше начать с себя. Меня зовут Элиас Пайле. Как ты можешь заметить, я твой родственник, но… не совсем человек.

– В каком смысле? – я не понял его последней реплики.

– Ты искал информацию о проекте «Синтрофос», – вместо ответа начал он, – и представляешь, что это такое. Знаешь о трёх семьях, которые владели этим секретом. И знаешь о человеке, который положил конец бесконечному перерождению первых Небожителей, после того, как двое из его друзей пытались убить других. Его звали…

– Элиас…

– Да.

– Постой, – у меня в голове сложился невероятный паззл, но я не мог поверить в происходящее, – Хочешь сказать, что ты…

– Ты всё правильно понял. Этот человек сейчас стоит перед тобой, – Элиас попытался улыбнуться, но эта улыбка вышла кривой.

– Ты шутишь? – рассмеялся я, – Это похоже на сказку!

– О, в сказках иной раз можно найти куда больше правды чем, например, в новостях – тебе ли не знать об этом?

Я понял, что он намекает на то, как ловко Империум скрыл истинную причину событий, произошедших на Эдеме.

– То есть ты – один из тех, кто жил несколько сотен лет назад? Серьёзно? Один из тех, кто владел технологией переноса сознания втайне от Императора, и кто практиковал её раз за разом?

– Я неплохо сохранился, правда? – он попытался пошутить, – Согласен, поверить в такое сложно, но, тем не менее, это так. Думаешь, как я выжил после прямого попадания ракеты в «Азию»?

Я задумался.

– Не знаю. Возможно, ты успел катапультироваться, а потом тебя подобрали спасатели.

Элиас расхохотался – на этот раз совершенно искренне.

– Неужели ты сам веришь в подобную версию? Там не было возможности катапультироваться, Алан, да я и не успел бы – тело сгорело за пару секунд. А личность… – он слегка задумался, – Давай пока вернёмся к «Синтрофос».

– Давай.

– Существуют определённые трудности с записью сознания в новое тело. Три фактора, о которых писал Григориус, помнишь? Программный код, «транзитное устройство» и специальные храмы. Просто записать всю прожитую жизнь, всю личность человека на кристалл памяти невозможно – процессы, формирующие наше сознание и человеческие технологии несовместимы. Можно сохранить любое количество воспоминаний, но сколько бы информации мы не собрали – при воспроизведении машина (или клон) не станет тем человеком, которому весь этот багаж принадлежит. Однако артефакты Предтеч предназначены специально для этого. Мы так и не смогли повторить конструкцию этих устройств – лишь использовать те, что уже были у нас.

Он набрал на своем браслете команду, и на проекционном экране появилось изображение того, о чем говорил Элиас. Я едва не подпрыгнул, увидев его – это был практически такой же куб, какой мы украли во время аукциона Советника! Отличался лишь орнамент, но не узнать астро было невозможно. Элиас, увидев мою реакцию, усмехнулся, и продолжил.

– Вижу, ты узнал устройство.

– Узнал. И теперь многое прояснилось.

– И думаю, твои догадки верны. Когда-то давно Ямато получили секрет семьи де Арман и пару их устройств – этих самых астрокубов. Уж не знаю, что случилось потом, но, кажется, они их потеряли. А может, испортили, наверняка сказать нельзя. Факт в другом – им потребовался новый.

– И я его для них достал… Украл у Советника.

– Именно.

– Но…

– Не бери в голову, Алан. Ты просто удачно подвернулся Ирио, не более того. Он не захотел сам марать руки и решил воспользоваться тобой и твоими друзьями – и у него получилось.

– Проклятье!

– Да, по-другому и не скажешь. Но это не самое печальное. Насколько мне известно, он также обнаружил спрятанные тобой на Эдеме данные Григориуса. Вместе с…

– Программным кодом Предтеч… – выдохнул я, понимая, НАСКОЛЬКО сильно накосячил.

– Да. Эй, эй! – Элиас заметил моё состояние, – Не время унывать, парень! Да, ты выдал клану Ямато серьёзный козырь, но неосознанно. Пожалуй, самая твоя большая ошибка в том, что ты сразу не вернулся на Магеллан. А остальное… Следствие.

– Если бы не я…

– Алан, не нужно себя костерить. Это бессмысленная трата времени. К тому же, есть темы куда важнее.

– Например?

– Например то, что Ямато вскоре получат и третью составляющую проекта «Синтрофос». Де Валиант, за то, что клан оплатит строительство их новой Магистрали, передаст информацию из своих секретных архивов. Не тех, то ты у них умыкнул, а других, спрятанных куда лучше.

– С картами храмов?

– Вероятно, с чем-то, что к ним приведёт, – поправил меня Элиас, – потому что Карлайл и Нейл даже не подозревают, чем владеют.

– Значит, Ирио скоро завладеет всеми составляющими проекта, и…

– И моя, а теперь и твоя задача – помешать ему.

– Поэтому мы летим на Варант? – сообразил я, вспомнив обрывки разговора Элиаса и Примархов.

– Да.

Какое-то время мы помолчали, но вскоре я не выдержал и спросил:

– Кто такой «скаяр»? И в чем заключаются его обязанности?

– Ты задаёшь правильные вопросы, – одобрил Элиас, – Видел, как в зале совета проекция купола воспроизвела образ из твоего сна?

– Трудно было это проигнорировать.

– С тех пор, как первые Небожители побывали на Сигеру-Маоло, многое в их сущности изменилось. Спустя поколения некоторые из нас начали замечать, что с теми, кто усиленно использует технологии Предтеч, в том числе – биотек, происходят… так скажем – изменения. Ты наверняка слышали об Ищейках – Скаяры чем-то похожи на них. Каждый из вас может работать с техникой Предтеч – на молекулярном уровне, и даже тоньше. А уж если использовать соответствующий биотек, эти умения возрастают многократно…

Вы можете чувствовать и находить их артефакты и храмы, можете запустить разбитую панель управления на корабле, пролежавшем в джунглях несколько сотен тысяч лет. Можете оперировать тем, что простые люди называют «реальностью» – ускорить свои рефлексы, или почувствовать направленный в вас выстрел.

Мы до сих пор не знаем, каким образом эти свойства передаются через поколения, не знаем, почему они проявляются – но при определенном стечении обстоятельств можно определить, является ли Небожитель скаяром, или нет. Ты взаимодействовал с артефактом Советника, ты видел в своих снах тот самый храм Предтеч, который нашел наш прошлый скаяр – и более того, ты смог показать это место Примархам. Купол в том зале – одна из технологий Сигеру-Маоло, – пояснил он, заметив мой ошалелый взгляд.

– Все страньше и страньше… То есть я…

– Ты можешь помочь нашей семье найти храм на Варанте, и новые ёмкости для переноса сознания. Нам очень повезло, что именно ты оказался обладателем такого дара.

– Всё это звучит… Нереально.

– Алан, – Элиас сел рядом со мной, – Можешь мне поверить – все так и есть. Я родился шести сотен лет назад, и был одним из тех, кто своими глазами видел всё то, о чем сейчас рассказал. Я был там – на Сигеру-Маоло. Я не раз воскресал в новых телах, и помогал сделать это своим друзьям. Я видел, как Империя захватывает галактику, и был знаком с Леостаном. А после того, что произошло с первыми де Валиант и де Армано, постарался сделать всё для того, чтобы технология бессмертия не досталась людям.

– Но… – я был ошарашен его последней фразой, – Почему?

– Потому что… – он на секунду замялся, – Потому что она нас меняет, Алан. И далеко не в лучшую сторону.

– Как это?

– Ты же читал записи Григориуса? Первые де Валиант и де Армано, которые пользовались этой технологией, сошли с ума. Они попытались убить нас, и на это была причина.

– Какая?

– Пока я не могу сказать наверняка. Есть несколько догадок, но факт остаётся фактом – после нескольких переносов сознание человека меняется, и… Он становится другим.