Текст книги "Древесный маг Орловского княжества 13 (СИ)"

Автор книги: Игорь Павлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Глава 14
Загадочный странник

Когда за пять минут до начала главного события дня король сваливает с главной трибуны, народ начинает волноваться и беспокойно галдеть. После первых предупреждений гвардейцы расталкивают всех грубо, давая мне коридор через арену к павильонам. Можно было перепрыгнуть туда, но это выглядело бы неким экстренным случаем, вызвав панику.

Жене я шепнул, что отойду пописать, князьям сказал, что скоро вернусь.

На арене уже по углам стоят Никита и Локк, разминаются, смотрят друг на друга сосредоточенно, на меня вопросительно. Но я прошмыгиваю мимо. Люд везде трётся, приходится раздвигать толпы уже за границей арены. На дороге вдоль рядов павильонов тоже тесно. Многим хочется поближе посмотреть на финалистов.

А мне хочется лишь на одного финалиста взглянуть. До павильона незнакомца нужно пройти два ряда, завернув несколько раз. Ну а дальше уже стоит оцепление из стражников, людей отсюда согнали. И зевак, и обслуживающий персонал.

Два соседних павильона впритирку – пустуют, там всё нараспашку. А у нужного арка, через которую проедет и лошадь, закрыта. Хотя это странно, учитывая, что участник собирается на бой. Сам сарай, который теперь зовётся более современно – павильоном, тоже наглухо закупорен, поэтому складывается ощущение, что Странник решил занять круговую оборону. А пока затаился, будто чует, что я иду.

– Мимо нас букашка не проскочит, – уверяет командир отряда. – Он внутри.

Проходя через кольцо из людей, достаю сканер за десять метров до павильона. В зависшую в воздухе виртуальную зелёную область вываливается куча контуров от металла на разных удалениях, усложняя мне поиск. Выбрав нужный фокус, просвечиваю сарай, замечая контур его шлема прямо посередине. Остальное странно рябит. Он либо сидит в груде своих доспехов, либо…

Рассыпая дверь, входу. И вижу на столе его шлем. По сторонам пустующие пирамиды с оружием, несколько вешалок, пара стульев и кровать – всё на виду, прятаться негде. Это стандартная расстановка для участников, нет ничего лишнего. Такое впечатление складывается, что он тут и не обживался на время турнира. Даже от стойла, оборудованного дальше, веет сухим сеном.

– Говорите, и букашка не проскочит? – Уточняю у командира, стоя на входе.

– Он… он был здесь, вот только что. Берендей меня раздери… – Пытается оправдываться.

– Все назад, – скомандовал и вошёл, затаив дыхание.

Визуально стены целы, потолок тоже. Тонкими корнями–детекторами касаюсь пола, все половицы целы, повреждений нет. Тогда как он ушёл? Разве что телепортировался.

Аккуратно продвигаюсь до стола. Шлем на нём вблизи кажется довольно странным: слишком ровно всё, симметрично. Его будто специально подделали под тот, что в этом мире могут создать кузнецы.

Готовый в любой момент отскочить, трогаю гребень. Ух, чёрт, это не животного происхождения ворс, скорее пластик, полимер. Аккуратно и неспешно приподнимаю шлем, ухватив за ворс. Атрибут лёгкий, как пушинка. Но сканер отобразил же его как металлический⁈

Под ним лежит белоснежный рулон – у нас такой бумаги и близко не бывает. Хотя он тоже смахивает на пластик. Трогать его или нет? А какие варианты? Похоже, это послание.

Взяв, не ощутил ничего, хотя эта штука тяжелее, чем шлем. Повертел, нащупал край и стал разворачивать. Пластик со щелчками, собирается в табличку, где начинает подсвечиваться фиолетовым строка за строкой печатными русскими буквами:

Я посланник увядающего мира Керасус.

Ты – взявший то, что тебе не может принадлежать.

Предсказуемость – есть смерть.

Приговорённый да увидит эти строки.

Последняя фраза погасла, и чуйка Кумихо ударила по нервным окончаниям, впервые так ошеломительно взбодрив. Гонимый животным страхом я сразу ушёл в изнанку, переходя всё глубже.

Только выпущенная мной из рук, зависшая в воздухе табличка с посланием заиграла ядрёно–вишнёвым светом. Её стала медленно, но верно разрывать изнутри некая высвобождаемая энергия. Я даже не стал проверять, что это за дрянь, достаточно увидеть, как быстро в разрастающемся поле расщепляется в пыль стол даже в третьей изнанке!!

В проём выскочил, извернувшись и тяжело поднимая щит Разлома. Но поле дошло лишь до границ сарая и осыпало его в вишнёвую тлеющую труху. Похоже, в этой трухе должны были быть и мои расщеплённые останки.

Ошалелые бойцы даже не успели понять, что произошло. Был сарай и его не стало. Никаких взрывов, никакой ударной волны. Просто некий ограниченный самим пространством помещения процесс.

Не теряя ни секунды, я снова активировал сканер. Только сейчас меня осенило, что не туда смотрел. В обилие контуров не всё выглядело обычным на сканере. Одна точка пульсировала левее от места изничтожения сарая.

Я сразу вычислил её на уровне второго этажа, где у нас караульная вышка на перекрёстке стоит. С верхушки как раз отличный обзор, чтобы наблюдать мою смерть. Снова войдя в режим ускорения, рванул на сигнал. Преодолел половину пути и увидел, наконец, пакостника, а точнее заметил некую вуаль, за которой он прячется. Она всколыхнулась на вышке лишь на мгновение, и промелькнул его глаз.

Будь оно неладно, у этого гада плащ–невидимка⁈

Приблизившись, заметил неподалёку лежащего под тюками часового. И не церемонясь, рубанул по опоре. Затем снёс вторую, и тогда вышка поехала. Но Странник не растерялся, а прыгнул с неё ещё в процессе. Другого я и не ждал, он же так легко двигался на арене.

Теперь он, расправив свой плащ в некое подобие затвердевшего треугольника, планировал по воздуху над павильонами, унося свои ноги. В какой–то момент ему пришлось коснуться крыши, от которой он оттолкнулся и понёсся дальше. Прыгая за ним, я ещё раз оценил его накидку, которая превратилась в стреловидные крылья. Сверху и не видно ничего, будто сквозь призму на землю смотришь. Только зеркальные перекаты на границах смущают, обрисовывая треугольник из двух лепестков.

Поднявшись выше метров на сто, веду его в воздушном преследовании. Похоже, он сам потерял меня из виду, парит себе спокойно, отталкиваясь от крыш павильонов, затем уже от изб. Движется в юго–западном направлении. Куда–то под Новосёлки собрался.

Пока не спешу нападать. Во–первых, не хочу чтоб кто–то попал под раздачу. Хотя, судя по детонации его устройства понятно, что лишние жертвы и ему не нужны. Однако всё может измениться, когда гадёныш поймёт, что загнан в угол. Неизвестно, какие ещё техно–сюрпризы меня ждут. И какая ещё бомба за пазухой у этого Странника.

А во–вторых, я хочу с ним поговорить, ибо догадываюсь, кем он в действительности может быть.

Неспроста эти наивные приговорили меня к смерти, обвинив в серьёзном воровстве. Речь ведь о Зерне, тут к Ванге не ходи. А раз сканер идентифицировал особый сигнал, можно предположить, что устройство из его же мира. Если так, этот парень – сородич инопланетян, искавших Источник жизни и в Хикупте, и в Разломе, где сейчас стоит их старый, но целый Корабль, на который позарилась владычица Нави Сиера Ситри.

Сейчас важнее понять, прав ли я. И сколько ещё этих «странников» упадёт на мою голову.

Вот ведь как интересно получается. Хотел привлечь весь свет к нашему Ярославцу. А привлёк нечто большее.

Миновав улицы, Странник спускается на пшеничное поле и несётся по нему. Здесь уже не надо ничего разглядывать, созревшие жёлтые колоски выдают его с потрохами. Снижаюсь, чтоб накрыть сверху. А он, вероятно, увидев меня, снова прыгает, расправляя плащ–невидимку. Парит прямо до канала, куда благополучно ныряет. Стремглав плюхаюсь за ним!

В этом месте мы вырыли под рыбу котлован под пять метров, и теперь я вижу, как инопланетянин с нечеловеческой пластичностью подплывает к гигантской металлической ракушке с крыльями, спрятанной на дне. Только на миг он оборачивается. Озирается с перепуганной инопланетной рожей, чтобы понять, где я.

Тут я, сука такая, тут. Гуманоидное лицо лишь отдалённо напоминает человеческое. Это рыло очень походит на львиное. С уверенностью теперь можно сказать, что Странник принадлежит к расе инопланетян, труп одного из которых я нашёл в Хикупте вместе со сканером и дыркоделом. Ну и дальше уже вывод ясен.

Через плотность воды не успеваю добраться до него даже с выращенными движками… ну никак. Десять метров не доплыл, как его втянуло с пузырьками, простреливая худощавое тело лиловым светом. Буквально через пять секунд забурлило дно, поднимая песок и лишая меня видимости. Следом несколько мощных толчков один за одним отбросили назад.

Розовый свет озарил водное пространство, рентгеном прошивая грунт под крыльями и днищем корабля. Забурлило сильнее, и аппарат стремительно пошёл наверх, подрывая дно на десятки метров вокруг. Вынырнув практически следом, потерял всякое желание его преследовать. Ибо увидел лишь стремительно уносящуюся точку в облаках. Оценив его колоссальную скорость, осознал, что вряд ли догоню. Даже пытаться нет смысла.

Выходя на берег, встречаю недоумевающие и перепуганные лица стражников и залётных крестьян.

– Ох, а видели? Что ж творится… – галдят. – Всякое теперь летает.

– Ваше величество?

– Ваше величество⁈

– Занимайтесь, – отмахиваюсь. – И не болтайте.

Активировав сканер и направив на всё ещё видимую точку, пытаюсь идентифицировать объект. Какие–то процессы идут первые секунды, но в итоге всё сходит на нет. Как с кораблём в Разломе, не проканало. Связь не удалось установить, слишком быстро удрал.

Однако ясно точно: не похож этот корабль на те, что мы нашли. Этот более мелкий, форма другая. Иная технология? Или более продвинутые модели? А с ними и новый способ добраться в наш мир⁈

Ещё одна проблема. Хотя… если прибыл лишь один представитель, не всё у них там гладко. По крайней мере, хочу на это надеяться. Но предчувствие всё равно дурное. Это не последняя наша встреча. Уверен, он ещё вернётся.

Впервые задумался о том, что надо бы и свои крылья переделать. Турбинами усилиться и в итоге переделаться в скоростной самолёт. Хватит уже, как колхозник крыльями махать. Пора развиваться. И скорость развивать, чтоб всяким инопланетянам неповадно было. Приговорили они меня, наивные.

Накрученный возвращаюсь на Стадион. Кое–как просушился, пока летел обратно. Но Василиса и окружающие всё равно спалили, что я искупался.

Там, видать, уже и с павильонов долетел слушок, что один сарай рассыпался внезапно.

– Продолжаем, – киваю посыльному, делая вид, что ничего не произошло.

Звучит сигнал к началу боя, и Никита с копьём идёт навстречу Локку с двумя топорами. Видно по участникам, что заждались драки. Слишком нетерпеливо спешат сцепиться. Два мощных дядьки, два тяжеловеса. Схватка обещает быть интересной.

Витязь сразу выбрасывает копьё в забрало противнику, но шотландец успевает уклониться корпусом, как боксёр. Трибуны негодуют, прежде бородач не особо парился, принимая всё на своё лицо. А теперь вдруг сменил тактику. Видимо, не совсем тупой, понимает, какая силища у оппонента.

Никита сделал ещё три безуспешных выпада, пока уже Локк к нему не подобрался вплотную, пританцовывая, как Тайсон. Двумя топорами бородач рубанул с обеих сторон по шее, вкладывая в удар колоссальные силы, судя по бешеному ору. Витязь поднырнул резко и врубился плечом в живот противнику, сбивая его с ног.

Когда две туши рухнули, дрожь дошла и до нашей трибуны. В металле бороться неудобно, ни один, ни другой не могут взобраться друг на друга. Покатавшись немного по земле, верзилы растеряли оружие, поднялись на ноги и перешли в врукопашную.

– Давай! – Заорал Локк.

И Никита выбросил боковой удар прямо в башню сопернику, который даже не отклонился, а принял, как настоящий мужик. Чуть пошатнувшись, он всем своим видом показал, что легко перенёс встряску.

– Комариный укус! – Загоготал шотландец, раззадоривая оппонента. – Теперь я!

Думал, хоть у Никиты мозгов хватит не вестись…

– Ну! Покажи свой лучший удар! – Воскликнул в ответ витязь. И спокойно принял кулак своей головой. – Ха! Бьёшь, как баба!

– Не болтай, бей! – Зарычал Локк, напрашиваясь уже на второй.

Начался жестокий мордобой, без всякой техники. То один на шлем примет кулак, то другой. Бьют по очереди, как идиоты. Мне даже показалось, что они сговорились так закончить. Или у них принцип какой–то образовался в процессе боя. Никита хочет доказать, что его лицо прочнее. А Локк не верит.

Заруба на стойкость со звоном, будто молот бьёт по наковальне, заставила трибуны буквально затаиться. Ведь каждый удар мог оказаться победным.

Получив по десять колхозных хуков, оба шатаются, как пьяные. Силы быстро покидают их, ноги заплетаются. Никита получает очередной, его аж разворачивает. Танцуя, витязь возвращается на позицию удара и летит с ответным выпадом. Шотландец неожиданно резво подныривает, уходя от удара! Трибуны гудят, мол – как подло.

Но тут хитрецу прилетает с колена прямо в челюсть. Похоже, витязь ждал чего–то подобного и приготовил сюрприз. Звон металла разнёсся на весь город, следом грохот умаслил слух.

Шотландец распластался, трибуны взревели. Никита радостный уже собрался снимать шлем и кланяться. А тут за его спиной противник взял да поднялся. Хоть и тяжело, но эффектно.

– Берегись! – Закричали со скамеек.

Но поздно. Высоко задрав ногу, Локк толкнул витязя в спину и завалил его. Никита явно устал и держался из последних сил, а у оппонента, будто второе дыхание открылось. Застав витязя врасплох, шотландец успешно влез ему на спину, сорвал шлем и стал душить захватом. Даже мощный рывок в сторону и перекат, не помогли. Оказавшись уже внизу, Локк вцепился ещё яростнее. И вскоре наш витязь обмяк.

– Всё! Бой окончен! – Объявил Пересвет, явно негодуя.

Бородач сразу и отпустил, беспокойно поглядывая на Люту. Сам растормошил витязя, подал ему руку. Никита принял помощь и поднялся. Шотландец снял шлем. Кивнул мне и двинул к судьям. А точнее к Люте, напротив которой и встал. Поклонился с разбитой рожей. И выпалил на кривом русском:

– Бян–уасаль Люта, эта победа для тебя. Если нет у тебя мужчины, стань моей достойной женой.

Ах вот чего засранец так на неё глядел. Это был не страх помереть, скорее – разочаровать свою возлюбленную.

Трибуны завыли недовольно. Князья рассмеялись, девушки на скамейке загалдели, захихикали.

– Каков твой ответ, бян–уасаль⁈ – Попытался перекричать толпу шотландец.

Вместо слов, демоница подорвалась с места и поспешила прочь, пряча своё пунцовое лицо. Похоже, наш Лютик так и не научился справляться со смущением. Да ещё каким! На весь Стадион ей предложение сделали.

Вот так скоро лицом прощёлкаю, и всех моих красивых подружек разберут. Они ж не будут меня вечно ждать и тешиться иллюзиями. Каждая хочет собственного счастья. Каждая не хочет ни с кем его делить.

Ну а мне что делать? Две–три жены ещё друг друга стерпят. Ну там и пара–тройка любовниц. Но жизнь так устроена, когда делаешь выбор в пользу чего–то, лишаешься другого. Однако до осуществления выбора ощущение перспективы так сладко, что в итоге приходишь к выводу, что это лучшее, чем сам выбор. С которым ты потом живёшь.

Но проблема выбора всегда в том, что вечно тянуть нельзя.

Второй полуфинальный бой за неимением соперника у княжны Александры отменился. Локку дали полчаса, чтоб отдохнул после тяжёлой драки. Но когда тот вышел на арену, стало ясно, что ему не до сражений. Еле плетётся.

Ростовская бестия не стала его жалеть. С прыжка, как каратистка, ударила ногой в корпус и легко завалила. Локк попытался её подловить, когда та снова приблизилась. Хотел схватить рукой, чтоб уже не рыпалась. Но пугливая, как белка, Сашка, легко раскусила хитреца.

Перескочила через руку и прыгнула задницей ему на лицо. Смачный удар, отключка. На трибунах жрут, а я за мужика переживаю, не сломалась ли шея или нос.

К счастью, обошлось. На награждение Локк доковылял сам да ещё с довольной ряхой вступил на постамент. Но вскоре погрустнел, когда не сумел отыскать Люту, которая теперь пряталась за нашей трибуной, где её Зорина и зацепила.

Шотландец посмотрел оценивающе на щуплую Сашку без шлема. Та хоть и на ступеньке выше стояла, но всё равно по уровню оказалась ниже.

– Чего уставился, олень? – Спросила она его с вызовом.

– За таких, как ты конунги севера по тысяче викингов кладут на драках, – выпалил он. – Не желаешь стать моей женой, бян–уасаль Александра?

– Ты уж определись, – парировала та с заметных ехидством.

– У меня уже есть три жены, – выпалил шотландец. – Зачем определяться? Это происки немощных.

И как заржёт. Никита держится из последних сил, но затем тоже начинает смеяться. Княжна глаза голубые закатывает.

– Все вы мужики одинаковые, – хмыкает, глядя на меня с укором.

– Бабы тоже примерно все одинаковые, – пожал плечами я и ретировался.

Не скажу же ей, что она особенная – иначе зазнается. Чем меньше ей внимания, тем она больше старается его получить.

Ужинаю во Дворце с семейством и князьями. Обстановка неформальная, бурно обсуждаются схватки, высмеиваются иностранцы. В процессе посыльный приносит весть от Руяны, что она готова работать.

Думал деликатно всё объяснить жене и попросить пройти со мной, взывая к благоразумию. Но в итоге сопли жевать не стал. Взял за руку и повёл, молча. Василиса поплелась послушно. Как бы она ни капризничала, перечить мне не смеет. И если что–то надо – значит надо. Просто так я ничего не делаю.

Когда вошли к Руяне в покои, жена всё поняла. Ей достаточно было увидеть жрицу и её инструмент. Она ведь уже соглашалась на татуировку, послушав меня. Тогда я ей всё объяснил, но теперь просто скомандовал:

– Раздевайся по пояс. Не волнуйся, я буду рядом.

– А это не навредит нашему сыну? – Произнесла она умирающим голосом.

И я увидел, как она тянется к Розе, что у неё за пазухой.

Вот тебе и послушная жена! Видимо, я совсем перестал разбираться в людях.

– Нет, это защита, – обнадёжил я, придерживая от опрометчивых решений.

– Если вы желаете добра, то вам нечего бояться, – выпалила жёнушка, настаивая на том, чтоб накалить свой палец на шип Розы.

– Пусть сделает это и успокоится, – произнесла Руяна без тени сомнений. – Иначе мы ничего не исправим.

– А что вы хотите исправить? – Зацепилась Василиса тут же.

– Нужно просто убрать руну на твоей спине и всё, – заворчал я, вынул Розу сам и предложил: – Ну? Давай.

Жёнушка даже не засомневалась, проткнула палец, покривившись. Роза засияла, и пузырь защитного поля стал разрастаться. Затаив дыхание я наблюдаю, как оно окутывает жрицу, затем Гайку. Эти сидят спокойно. А вот я вдруг задыхаться стал! Что–то внутри меня противится ему отчаянно, рвётся из меня отдельным существом. Держусь из последних сил, не шевелюсь! Иначе это погубит наши отношения.

В холле забегали, засуетились.

– Хватит, – выдавил я и стёр кровь с шипа.

Поле медленно пошло на убыль. Василиса посмотрела на меня перепугано, будто разглядела во мне врага. Но затем произнесла решительно:

– Делай своё дело, жрица.

До часа ночи возились, но Руяна постаралась на славу. Она не нарушила контуры, как я предполагал, а полностью вывела татуировку. Надо отдать должное и Василисе, которая мужественно и стойко перенесла процедуру. А потом я взял её на руки и понёс в покои, где мы благополучно уснули под одним одеялом.

Ночь выдалась беспокойной. Раза четыре я подрывался и активировал сканер. Ни упыри, ни прочие монстры так серьёзно не беспокоили меня, как этот инопланетный уродец. Ведь именно от таких, как он, я получил возможность проходить сквозь стены. Поэтому надо быть наивным, чтоб исключить эту возможность с его стороны.

Пусть Странник и не убил меня, но своё пакостное дело сделал – теперь я не могу спокойно спать, пока его не найду.

Встал с рассвета. По упырям никаких новостей. Да и в целом спокойно всё. Завалился уже досыпать, но тут подорвалась Василиса с криками. Жене приснился кошмар, затем заболел живот. Лекари примчали, дали снадобье.

Решил, что на Стадион мы сегодня не явимся. Пусть проводят командные бои без нас. Мы уже видели всех в деле. Дальше это шоу отдаём на откуп организаторам.

Остался с женой, к обеду её самочувствие пришло в норму. Она даже повеселела, после трапезы прогулялись с ней по дворцовому парку, посидели в беседочках и пособирали цветочки с ягодками. Прежде слуги от неё шарахались, а теперь повсюду вьются, смотрят очарованно. Да я и сам от неё отойти не могу, хочется любоваться. Похоже, её аура полностью восстановилась.

Здесь мы подстраховались. Но у нас новые проблемы.

Ещё до прогулки вызвал десятников гвардии и сотников стражи Дворца и под строжайшим указанием о неразглашении проинструктировал по поводу Странника. Чтоб смотрели лучше и обращали внимание на любые искажения в пространстве. Настропалил караулы наблюдать за воздухом.

Полагаю, корабль пришельца не имеет такой же маскировки, иначе бы крестьяне его не увидели удирающим. Поэтому явиться скрытно сможет только под покровом темноты. Вопрос лишь в том, какой именно ночью решится на повторный заход. Может, он уже вернулся или собирается? Надеемся на лучшее, но готовимся к худшему.

Проведя весь день с женой, явился на Стадион лишь к награждению. Судя по тому, что Ярославец уже с обеда гремел, аж слышно было даже в дворцовом парке, пропустили мы много интересного. Хотя я и не расстроился ни на грамм.

Даже когда всё закончилось, трибуны продолжили рвать воздух от восторга. Люд не расходится, продолжая ликовать и скандировать имена полюбившихся героев. Кажется, вот–вот обрушится небо, от таких децибел. Корабль Странника точно свалится. Я уж о птичках бедных не говорю.

Участвовало шестнадцать команд по десять человек в каждой. И чтоб сильные не объединились в одну и не устроили избиение, организована была случайная жеребьёвка. Раскидало всех знатно, но всё же ростовскую княжну судьба–злодейка свела в одну команду с Альбертом и Локком! Бывшие соперники теперь бились плечом к плечу. И даже сотворили чудо, однако не сумели занять первое место. Остались довольствоваться вторым.

Здесь их сделал Никита со своей группой. Ему достаточно было заиметь в ней трёх толковых витязей, в числе которых были Богучар да Горыня, и показать всем выскочкам, как сильны в ратном деле слаженно работающие русские витязи.

Начал награждение с лидеров, пожал всем руки. Никита сияет ярче всех, но видно, что с ног валится. Особенно, когда обнял его, почувствовал, как обессилел мужик, выложившись на все сто.

Следом серебряные медали раздал. Альберт смотрит на меня с обидой, помню-помню: покушение – Люта, только вот хрен тебе с маслом осёл. Локк руку мне пожал, чуть не хрустнула. Хера се у него силища.

К ростовской княжне подошёл, хмурая, как туча чёрная. Всё лицо в синяках, взмыленная, как после бани.

– Чего недовольная такая? – Посмеиваюсь, продевая через голову ленту с медалью.

– Мы могли выиграть, – пробурчала. – Трус несчастный.

Кивнула на саксонца, тот демонстративно отвернулся от неё. Похоже, обиделся. Уже на вторую бабу так. Совпадение? Не думаю.

– Да ладно, не всё ж коту Масленица, – посмеиваюсь. – Ты и так в двух состязаниях выиграла. По общему зачёту ты главный победитель.

– Должна признать, твои ратники молодцы. Теперь понятно, почему поляки тут и легли все…

Когда пошёл вешать бронзовые медали третьей группе, чуть сердце в пятки не упало, ибо я увидел в ней стоящего, как ни в чём не бывало, Странника!!

– А он что здесь забыл? – Прохрипел я в ухо Пересвету, который подавал мне награды с подноса.

– Так это… вернулся, покаялся, что по срочному делу отлучился. Вот и в команде своей отстоял, как полагается. А что с ним не так? Ну стесняется своей рожи, всякое бывает.

Понимаю ведь, что одно неверное движение, и всех я спасти уже не смогу. Знающий меня злодей, легко надавит на мою сердобольность. А тут вокруг очень много дорогих мне людей! Да вот и долбанные принцессы сюда прутся, чирикая.

Подхожу к нему, вставая напротив, ожидая самого худшего.

– Ну и? – Спрашиваю, приготовив медаль ему на шею. А с ней и древесную удавку на всякий случай.

Через прорези шлема зелёные зенки на меня смотрят, добавляя холода в груди.

– Прощу прощения за попутку летальности, – раздался через забрало детский голосок со скрипучими механическими нотками. – В связи с новыми обстоятельствами воля Керасус не может быть исполнена. Сопоставимо желаю мирных переговоров.

Хрена заливает. Электронный переводчик? Соседи озираются на него с кривыми минами. Похоже, они впервые слышат этот голос.

И что получается? Хочет поболтать? Или изничтожить меня наверняка, пожертвовав собой? В любом случае можно его выслушать, как я и планировал прежде.

– Что ж, каждый имеет право на второй шанс, – отвечаю витиевато и тянусь повесь медаль.

Послушно опускает голову. Которую я могу теперь легко и оторвать за попытку покушения. Но что–то меня останавливает от опрометчивого поступка.