Текст книги "Во власти Скорпиона. Вернуть свое (СИ)"

Автор книги: Гриша Громм

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

А что, если мальчишка теперь всё знает? Нет, не может быть, профессионалы бы никогда не выдали заказчика. Да и докопаться до истины будет не так-то просто даже если кто-то расколется.

– Найти, – голос Анатолия Гавриловича звучит тише шёпота, но в нём такая сила, что даже через сотни километров капитан замолкает. – Поднять на уши всех. Ищите выживших. Ищите хоть кого-нибудь, кто что-то видел. И выясните, где этот сумасшедший щенок. ЖИВОЙ ИЛИ МЁРТВЫЙ, найти мне его. Я лечу туда. К вечеру я хочу знать ВСЁ.

Он не ждёт ответа, резко бросает трубку. Стоит, уставившись в затемнённое стекло иллюминатора, но не видит ничего, кроме собственного искажённого отражения. По телу пробегает мелкая, неконтролируемая дрожь. Не от страха. От ярости. И от леденящего душу предчувствия.

Если покровитель узнает о провале… Если проект «Василиса» встанет из-за какого-то последнего отпрыска выродившегося рода… Последствия будут не просто плохими. Они будут фатальными. Для всего, что строил Пересмешников. Для него лично.

Он глубоко, с усилием вдыхает спёртый воздух салона, заставляя кулак с мобилетом разжаться. Надо взять себя в руки. Сейчас. Прямо сейчас.

Он поправляет галстук, на лице снова появляется та же светская, слегка усталая маска. Он возвращается к столику, к явно недовольной графине.

– Простите ещё раз, Софья Витальевна. Эти курьеры совсем без головы. Вечно всё путают. Продолжим нашу беседу?

Он улыбается. Но за этой улыбкой теперь зияет пустота и холодный, животный ужас. Граф Скорпионов стоит острой костью у него посреди горла. Как из сумасшедшего мальчишки он за несколько недель превратился в настоящего противника?

Надо бы разобраться с этим. Да, нужно выяснить, кто или что стоит за графом. Пересмешников сомневается, что обессиленный божок мог бы даровать своему подданному столько мощи. Здесь дело явно в чём-то ещё…

Глава 3

Голова гудит, будто в неё вбили костыль. Поднимаюсь на ноги, оглядываюсь, изучая местность. Вокруг не розовые поля и цветы-макры. Вокруг – голая, чёрная, вулканическая порода.

Скалы, острые как клыки, торчат, впиваясь острыми пиками в небо. На горизонте – конусы вулканов, из некоторых валит густой, ядовито-жёлтый дым. Едкий воздух словно прожигает лёгкие.

А ещё в нём пляшет такая энергия, что волосы на руках встают дыбом. Я делаю глубокий вдох – и меня будто током бьёт, пронося разряд по всему телу. Ядро внутри аж гудит от переизбытка силы.

Чёрт. Это не нулевой и даже не второй уровень. Это, по всем ощущениям, третий. Или даже больше. И для обычных людей здесь – смертельная ловушка. Это для меня за счёт подарка Скорпиона, что медленно убивает меня, здесь самое то. Я могу жить здесь при желании.

Слышу рядом стоны. Олег уже на ногах, но лицо у него серое, он тяжело дышит. Сашка качается и выглядит чуть лучше остальных, но и он смотрит вокруг с диким ужасом.

– Где мы, ваше сиятельство? – хрипит Олег.

– Не там, где планировали, – бурчу я. – Всем вставать! Быстро!

Смотрю на Иришку. Она не двигается. Кровь из носа и ушей остановилась, но дыхание поверхностное. Поднимаю её и осторожно укладываю подальше от острых камней.

Смотрю вверх. Там, метрах в тридцати над нами, в самом небе, висит рваная дыра. Это наш портал, который создала Ира. Из него, как из прорванной трубы, хлещет вода. Прямой поток, который бьёт в скалу и разбивается, будто идёт самый настоящий ливень.

Мы в какой-то каменной чаше, долине, и эта чаша быстро наполняется. Уже по щиколотку. Но это полбеды. Портал пульсирует и… уменьшается. Сжимается. Ещё минута-другая – и он закроется совсем.

А с другой стороны долины раздаётся звук. Скребущий, шипящий. Инстинктивно поворачиваю голову.

Из-за скал выскакивают твари. Размером с крупную собаку. Тело – как у ящера, покрытое бугристой чешуёй цвета засохшей крови. Но голова – орлиная, с загнутым хищным клювом и горящими красными глазами. Лапы с длинными кривыми когтями.

– Что за хрень? – привыкнуть к такому разнообразию магических тварей самое сложное.

Их штук пять-шесть. Они скачут по камням с кошачьей грацией, шипят, щёлкают клювами.

– Оружие! – кричу я. – В строй!

Но оружие наше разбросано, а то и вовсе утеряно при падении. Олег стоит с топором, который выудил под обломками. Васька находит нож. Остальные – с голыми руками.

Первая тварь прыгает на Толика, который ближе всех к ней. Тот вскидывает руки, кричит. Я не думаю – нет на это времени. Ногами отталкиваюсь от мокрого камня и бью монстра в прыжке кулаком в бок.

Раздаётся хруст, тварь с визгом отлетает и бьётся о скалу. Но не умирает. Встаёт, хромает, огонь в глазах не гаснет.

«Обычные удары не работают. Или работают плохо», – соображает мозг.

– Сашка! Моя бита! Ищи в обломках лодки!

Гвардеец, не раздумывая, бросается к перевёрнутой лодке. Через секунду он выдёргивает оттуда мою добрую, окованную сталью биту. Швыряет её мне.

Я ловлю её на лету, и улыбка наползает на моё лицо.

– Ну что, повеселимся⁈

Две твари кидаются на меня одновременно. Первую встречаю ударом биты по клюву. Тот трескается, тварь отскакивает. Вторую бью с разворота по лапам, ломаю кости. Она падает, шипя.

Олег рубит топором, отсекая голову одного монстра. Васька с ножом пытается подобраться к другой, но та ловко уворачивается и царапает его по руке.

С ума сойти! Вот это заварушка!

Вода уже по колено. Портал наверху стал размером с автомобильное колесо. Ира всё ещё без сознания. Надо бы её как-то в чувство привести, мои ребята держатся, но видно – им хреново.

Олег дышит, как паровоз, лицо багровое. Остальные бледные, у Сашки из носа кровь – давление, наверное. Энергия этого уровня для них – яд. Они долго не протянут.

Добиваю последнюю скотину точным ударом промеж глаз, а в голове щёлкает мысль. Ослабляющее заклинание. Ядовитое жало. Оно высасывает силы. А что, если… попробовать наоборот? Не отнимать, а передавать? Через тот же канал?

Я ведь здесь, на этой проклятой Изнанке, накачан энергией по самые помидоры. Ядро гудит, как трансформаторная будка.

– Все ко мне! Встать за моей спиной! – командую я.

Они, недоумевая, сбиваются в кучу. Я протягиваю руки, концентрируюсь не на выбросе яда, а на обратном процессе. Представляю, как энергия из моего ядра течёт по рукам, в кольцо, и превращается не в отравляющий импульс, а в чистую, живительную силу.

Это сложнее, чем может показаться, особенно учитывая, что я понятия не имею – сработает ли… Это как заставить воду течь вверх по горке.

Из кольца вырываются не зелёные жала, а тусклые, золотистые лучи. Они касаются Олега, Сашки, Васьки и Толика. Ребята вздрагивают. Я вижу, как цвет возвращается на их лица, дыхание выравнивается. Олег расправляет плечи.

– Работает! – смеюсь я.

Последний луч направляю на Ирину. Она глухо стонет, открывает глаза. В них вспыхивает паника, она отползает от нас и ошарашенно оглядывается, но я быстро перевожу её внимание на себя:

– Держи портал, Иришка! – кричу я. – Не дай ему закрыться! Мы тут подыхать не собираемся.

Она слабо кивает, но цепко хватается за нити магии. Пульсирующая дыра в небе замирает, перестаёт сжиматься. Но и не расширяется. Держать её – для неё предел. И пока она держит дыру, из неё льёт больше воды.

Топить начинает так, будто мы очутились в банке. Вода уже почти по пояс, двигаться становится крайне сложно. Мы стоим посреди бурлящего потока, который с каждой секундой набирает силу.

– Ира! – ору я, чтобы перекричать шум воды. – Если я закину вас в эту дыру, вы попадёте туда же? В море, откуда мы пришли?

Она смотрит на портал, её лицо искажает гримаса страха.

– Д-да… Логика пространственного разрыва… он должен вести обратно… Но как ты нас закинешь? Он же так высоко!

– Придумаю! – рявкаю я.

Именно в этот момент раздаётся новый рёв. Более гулкий, злой. Из-за скал появляется вторая волна монстров. Их больше. Штук десять. А среди них – один здоровенный, в полтора раза больше остальных.

– Ух ты ж, вожак… – мямлит Толик и отходит подальше.

У твари на голове гребень из костяных шипов, будто корона какая. Выпендрёжник. Цокаю про себя и отдаю приказ своим людям. Некогда нам тут развлекаться, надо спасаться:

– Олег, прикрывай Ирину! Остальные – в круг! – командую я и выхожу вперёд.

Вожак идёт прямо на меня. Я замахиваюсь битой, но он делает неожиданный прыжок в сторону, а другая скотина, поменьше, атакует с фланга. Я успеваю отбить удар, но клюв скользит по руке, оставляя глубокую царапину.

– Больно, чёрт тебя подери!

Разъярённый, я вкладываю в следующий удар не только силу, но и толику магии. Бита со свистом рассекает воздух и обрушивается на голову большой твари. Раздаётся звук, будто лопнул арбуз. Череп вминается, монстр падает, дёргается в конвульсиях.

Но остальные и не думают тормозить. Похоже, убийство вожака на их моральном духе никак не сказывается.

Мы отбиваемся, но нас заливает водой, сложно держать равновесие. Руки горят, спина ноет. Но внутри – энергия бьёт ключом. Маны – хоть залейся, только что с ней делать, когда в арсенале не так-то и много заклятий…

Хотя есть идейка, конечно. Рискованная, но других вариантов не вижу.

Отшвырнув очередную тварь, я поворачиваюсь к Олегу. Портал висит над водопадом, как спасательный круг.

– Олег! – кричу я. – Сейчас придётся немного полетать. Ты мне доверяешь?

Капитан смотрит на меня, потом на острые скалы вокруг, на бурлящую воду, на портал в небе. Он бледнеет, но челюсти у него сжимаются. Он кивает. Один раз, резко.

– Доверяю, господин.

Этого достаточно. Я отбрасываю биту, к сожалению, сейчас она будет бесполезна. Концентрируюсь на ядре, на энергии родовой магии. И образе Скорпиона. Я не просто хочу использовать жало. Я хочу стать им.

Да, бог говорил, что заклятье меня может убить, что я ещё не скоро смогу пользоваться этими силами, но на кону жизнь моих людей. Мне нужно преодолеть этот барьер. Я верю, что смогу.

Боль, дикая и всепоглощающая, пронзает всё тело. Кости ломаются и складываются заново, кожа твердеет, превращаясь в хитиновый панцирь. Я падаю на… несколько пар конечностей. В этот раз ощущаю каждую свою лапу, которых у меня больше, чем хотелось бы.

Мир видится по-другому, будто стал меньше, даже скалы мне уже не кажутся такими громадными. Потому что я сам стал огромным.

Здоровенный скорпион, цвета чёрной лавы с кровавыми разводами – это я. Мои клешни, каждая размером с Олега, сжимаются с тихим скрежетом. Жало, тяжёлое и смертоносное, поднято над спиной.

В глазах моего капитана на долю секунды проносится страх, а потом он замирает с трепетом во взгляде. Да, согласен, не каждый день такое увидишь. Это же не магия, я по сути своей оборотень. И не секасный волчок, а ядовитый и мощный скорпион. Это вам не хухры-мухры.

Дальше – дело техники. Аккуратно, но быстро хватаю Олега одной клешнёй. Он вжимает голову в плечи и закрывает глаза. Я разворачиваюсь и, сделав замах, швыряю его вверх, прямо в центр портала. Он исчезает в багровой вспышке.

Гвардейцы разевают рты, Ира на секунду теряет связь, но быстро приходит в себя и стабилизирует разлом. А я по очереди хватаю ребят и отправляю их вверх. Это шанс спасти их. Это место явно не для обычных людей. А вот такой твари, как Скорпион, тут отлично.

Осталась Ира. Она смотрит на меня своими огромными глазами, держа портал. Я мягко, как пинцетом, подхватываю её. Она обнимает мою хитиновую клешню, прижимаясь к ней.

– А как же ты, Сева… – шепчет она.

А хрен его знает. Но я разберусь, главное успеть спасти своих. Жаль, ответить я не могу, так что просто вздыхаю и отправляю Иришку следом за остальными.

Она исчезает.

Портал, лишившись её поддержки, сжимается в точку и закрывается, оглушая округу громким хлопком. Последние капли воды падают с неба. Наступает тишина, нарушаемая только бульканьем воды и моим тяжёлым дыханием.

Ну вот. Своих спас. Только я сам здесь остался. В чужой, враждебной Изнанке третьего уровня или больше. Без портала обратно.

И тут я слышу знакомый шипящий звук. Оборачиваюсь.

Из-за скал выползают новые твари, коих явно привлёк звук схлопнувшегося портала. Их много. Целая стая, среди которой есть и парочка с этими дурацкими коронами на бошках.

Они видят меня, огромного скорпиона, и на секунду останавливаются. Те, что крупнее, шипят на остальных, и толпа с диким рёвом бросается в атаку.

Что ж. Ладно. Посмотрим, как им понравятся мои клешни!

* * *

Где-то посреди Чёрного моря

Ирину вышвыривает из багрового вихря прямо в ледяную, солёную пустоту. Воздух вырывается из её лёгких в виде клокочущих пузырей. На секунду она не понимает, где верх, где низ, её крутит в темноте.

Паника сжимает сердце, будто кто-то засунул руку в её грудь и давит с немыслимой силой. Она не умеет плавать. Никогда не умела. Несмотря на жизнь у моря, она так и не научилась тому, что умеют все, кто живёт на побережье.

Она беспомощно бьётся, глотая солёную жгучую воду. Свет где-то сверху, но до него невозможно дотянуться. Силы, которые ей передал граф, уже на исходе, съеденные ужасом и борьбой за жизнь. В голове одна мысль: «Портал… Надо держать… Сева там… Его надо спасти, он же погибнет»

Но инстинкт выживания сильнее. Её разум отчаянно цепляется за одну цель – воздух. Воля, которая удерживала рваную дыру в реальности, рвётся.

Где-то в толще воды тусклая багровая вспышка гаснет навсегда.

Рядом с ней мелькает что-то крупное, может, дельфин? Нет, чья-то вполне человеческая и сильная рука хватает её под мышки и резко тянет наверх. Они выныривают.

Ира давится, кашляет, хрипит, хватая ртом влажный, солёный воздух. Это Олег. Его лицо, облепленное ошмётками водорослей, искажено напряжением.

– Держись! – рычит он и, перехватив её в более удобный для себя захват, начинает грести к берегу одной рукой.

Она видит, как другие гвардейцы тоже плывут к суше. Берег недалеко. Кажется, они вернулись почти в ту же точку, откуда начали.

Олег вытаскивает девушку на скользкие от воды и водорослей камни. Она лежит на спине, кашляя, трясясь от холода и шока. Солнце слепит глаза. Мир кажется нереальным, слишком ярким и тихим после того ада.

Капитан тяжело дышит рядом, отряхивается, как медведь. Потом нависает над ней.

– Жива? Дышишь?

– Д-да… – выдавливает она, ещё не в силах контролировать дрожь. – Спасибо…

Олег не обращает внимания на благодарность. Его глаза сужены, лицо напряжено до предела. Он смотрит туда, где они только что вынырнули.

– Надо господина спасать, – говорит он, и в его голосе звучит боевой настрой. – Открывай портал обратно. Сейчас же.

Ужас, холоднее морской воды, обливает Ирину изнутри. Она мотает головой, пытаясь сесть.

– Олег, вам мало было⁈ – её голос срывается на крик. – Вы видели, что получилось! Это не портал, это… дыра в ад! Я не могу его контролировать! Я не уверена, что смогу открыть портал именно на ту же Изнанку, и тем более – в то же место! Я могу отправить нас всех в лаву или в пустоту!

– Он там один остался! – Олег повышает голос впервые за всё время, что Ирина с ним знакома. – С тварями! На какой-то треклятой Изнанке! Мы его не бросим. Ты слышишь? Мы своих не бросаем. Пробуй!

Она видит в его глазах не просто приказ, капитан искренне переживает за Всеволода. Вина грызёт её изнутри. Это она открыла этот проклятый портал. Это из-за её слабости и страха он превратился в ловушку. Это она не смогла его удержать, когда Сева вышвырнул её оттуда. Она оставила его там.

Слёзы смешиваются с солёной водой на её лице. Она хочет кричать, что не может и боится, но слова застревают в горле.

– Ладно, – выдыхает она, обхватив руками колени. – Я… попробую. Но мне нужно восстановиться. Я пуста. После того провала и удержания… Я не могу даже искру высечь.

Олег мгновенно переключается в режим действия. Он кивает, резко встаёт.

– Сашка, Васька! Бегите в поместье. Всё, что есть из макров, любых, даже самых мелких – несите сюда. Всё поняли?

– Так точно! – оба гвардейца, мокрые и бледные, но уже собранные, срываются с места и бегут.

Олег смотрит на Толика.

– Ты – охранять. Никого не подпускать. Если кто чужой – гони. Если понадобится нейтрализуй.

– Есть.

Потом капитан возвращается к Ирине и слегка улыбается, в его глазах мелькает почти отеческая улыбка:

– Сиди. Дыши. Восстанавливайся как можешь. Они скоро будут.

Ирина кивает, не в силах говорить. Она подтягивает колени к подбородку. Закрывает глаза и подставляет лицо солнцу.

Внутри – пустота и хаос. Её магическое ядро, и без того не самое сильное, сейчас похоже на выжатый лимон. Каналы, по которым текла энергия, горят и ноют, как растянутые мышцы.

А ещё – страх. Глубокий, парализующий страх перед собственной силой. Она увидела, во что может превратиться её неуверенность. Это катастрофа…

Ирина начинает медитировать. Не так, как учили в академии, их методы никогда не работали для неё. Просто дышит, глубоко, медленно. Старается отсечь панику, отсечь образ Севы-скорпиона и жуткие орлиные головы тварей.

Проходит время. Она не знает, сколько. Слышит, как Олег ходит взад-вперёд, его шаги тяжёлые, нетерпеливые. Слышит крики чаек. Чувствует, как влажная одежда потихоньку высыхает на солнце.

И вот, наконец, быстрый топот. Сашка и Васька возвращаются. Они дышат, как загнанные лошади, лица красные. В руках у них холщовый мешок. Васька развязывает его и вытряхивает содержимое рядом с Ириной.

Несколько мелких, тускло светящихся растительных макров, размером с горошину. Два побольше, но потрескавшихся, явно старых и почти истощённых. И один, самый крупный, размером с кулак, но его сияние неровное, пульсирующее – макр с изъяном, нестабильный.

Видимо, всё, что смогли наскрести в доме за пару минут.

– Это всё, что было, – хрипит Сашка. – Евграфыч сказал, граф остальные взял с собой… или продал.

Ирина смотрит на эту жалкую кучку. Этого мало. Слишком мало для такой задачи. Но это всё, что есть.

Она протягивает дрожащую руку. Делает глубокий вдох и начинает впитывать магию.

Энергия бьёт в неё рваными, болезненными толчками. Её тошнит, в глазах темнеет. Но она держится, заставляя своё ядро принимать этот неистовый, дикий поток.

Когда макр, наконец, гаснет и трескается у неё в руках, Ирина чувствует, что наполнена. Достаточно, чтобы попробовать.

Она открывает глаза и тихо говорит:

– Я попробую. Но не могу гарантировать ничего. И… мне нужна точка привязки. Что-то, что связано с графом или тем местом.

Олег думает секунду, потом срывает со своего запястья простой, стальной браслет-цепочку.

– Это его, господин носил недолго, а потом подарил мне, когда я помог ему с одним делом. Уже давно, но всё же. Хватит?

Ирина берёт браслет. В металле нет магии, но есть слабый, почти неощутимый отпечаток. Человека, который был её шансом на новую жизнь и которого она, возможно, погубила.

– Хватит, – говорит она, сжимая цепочку в кулаке. – Все отойдите. И приготовьтесь.

– К чему? – тихо спрашивает Вася.

– Ко всему, – громко отвечает Ира и концентрируется на браслете. – Ко всему…

Глава 4

Прихожу в себя, стоя по колено в чём-то тёплом и липком. Вокруг последствия настоящей бойни. Разорванные, изуродованные туши тех самых орлиноголовых ящеров.

Одному клешнёй голову оторвал, другого жалом проткнул, третьего просто раздавил массой своего скорпионьего тела. Последних, самых упёртых, пришлось добивать уже по-человечески, вернув свою обычную форму и схватив биту.

Поддерживать форму скорпиона больше не мог – ядро гудело и болело, как перекачанная мышца.

Что ж, заварушка вышла знатная, не зря я отказался возвращать дар бога. Он помог мне спасти моих людей и выжить.

Дышу, как паровоз, а руки трясутся. В глазах плавают разноцветные пятна, почти так же, как и медузы по небу. А может, это они и есть. Энергии вокруг – море, но впитывать её сейчас – всё равно что пытаться выпить океан через соломинку. Надо передохнуть.

И вот за спиной раздаётся тихий, удивлённый голос:

– Ни хрена себе ты даёшь, однако…

Рефлекс срабатывает быстрее мысли. Я разворачиваюсь на звук и бью битой с коротким замахом – туда, где должен быть живот незваного гостя.

Удар проходит насквозь. Бита не встречает сопротивления, и я чуть не падаю вперёд от инерции. Передо мной стоит… Сева. Только он не полупрозрачный призрак, как раньше в моей голове. Он выглядит почти материальным, плотным. Я даже могу разглядеть детали его поношенной рубашки.

Он смотрит на биту, которая торчит у него в животе, потом поднимает на меня удивлённый взгляд:

– Ты что творишь?

– А ты? – опускаю биту, тяжело дышу. – Я тут не ожидал друга встретить. Особенно вот так, в полный рост. Ты как?

Сева делает шаг назад, и я вижу, как его «тело» слегка дрожит, как изображение на плохом телевизоре, но потом снова становится чётким.

– Я… не знаю. Когда ты принял форму… когда бился… это дало мне много энергии. И здесь, на этом уровне, всё как-то… стабильнее. Прочнее.

– Что ты хочешь сказать? – плюхаюсь на землю, не могу больше стоять, я выдохся.

– Кажется, я почти что… здесь. Чем глубже уровень Изнанки, тем более стабильную форму я могу принимать. Наверное.

– Хочешь сказать, если я спущусь ещё ниже, то смогу тебя воскресить?

– Эт вряд ли, – пацан осматривает свои руки. – Тело даровать даже бог не может.

Попадос. Но это же не значит, что не надо пытаться.

Я киваю, хоть мне и грустно оттого, что такой молодой парнишка пропадает в роли призрака. Отряхиваюсь от кусков твари, которую прибил последней и поднимаюсь.

– Я всё равно рад тебя видеть, мелкий. Хотя обстоятельства хреновые. Портал закрылся. Мы здесь одни.

Сева оглядывает поляну, заваленную трупами монстров, потом смотрит на горизонт с вулканами. Его лицо становится серьёзным.

– Надо искать выход. На Ирину я бы не рассчитывал. То, что она смогла открыть портал сюда – уже чудо. Контролировать этот процесс она не в состоянии. Мы должны найти свой путь.

– А что, тут бывают свои порталы? – спрашиваю я, подходя к обломкам лодки. Надо собрать хоть что-то полезное.

– Да. Разломы могут вести куда угодно. В наш мир, на другие уровни Изнанки, – объясняет Сева, следуя за мной. – Но найти нужный… это как в темноте нащупать нужную дверь из сотни. Не факт, что попадётся разлом сразу в обычный мир. Может, на второй уровень. А может, наоборот, ещё глубже. Четвёртый. Пятый. Туда, откуда никто не возвращается.

– Весело, – хмыкаю я и откапываю из-под обломков свой рюкзак.

Чудом уцелел. В нём – фляга с водой, нож, аптечка, пачка сухарей – привычка из прошлой жизни. Всё. Этого мало, но лучше, чем ничего.

– Так, ща я быстренько соберу макры с тварей и пойдём, – говорю я, надевая рюкзак. – А то новые гости могут нагрянуть в любой момент.

Достаю нож и лихо нахожу ценные макры. По настоянию друга срезаю ещё и шипы с бошек тварей. Могут пригодиться, продам какому-нибудь алхимику. Закидываю всё в рюкзак и идём.

Сева, к моему удивлению, не плывёт в воздухе, а шагает рядом, хотя его ступни лишь слегка касаются чёрного пепла, покрывающего землю. Он служит отличным проводником – чует опасность раньше, чем я её увижу.

Похоже, его оголённая душа служит своего рода антенной:

– Вон за теми скалами, – шепчет он. – Что-то большое шевелится. Лучше обойти.

Обходим. Сейчас мне вообще не в кайф будет сражаться с очередным монстром, надо сначала силы восстановить. Потом натыкаемся на стаю мелких, юрких тварей, похожих на крыс с панцирями скарабеев, как на картинках про Древний Египет.

Они не особо опасные, но наглые. Приходится потратить время и энергию, чтобы отбиться. Бита и нож делают своё дело, но каждая такая стычка выматывает.

Небо постепенно меняет цвет. Темнеет. Температура падает. Холодный, едкий ветер начинает дуть с вершин вулканов. Нужно укрытие, иначе замёрзнем или станем лёгкой добычей для ночных охотников.

Вернее, это я замёрзну, Севе-младшему-то всё нипочём. Он бесплотен всё-таки.

Забираюсь на высокий скальный выступ, чтобы оглядеться. Сева остаётся внизу – патрулирует периметр. Пока взбираюсь, в моей голове рождается мысль, что мой личный призрак может стать отличным членом команды. Его нельзя убить, можно отправлять в разведку и ему не нужно спать.

Правда, я должен быть при этом очень силён и питать его энергией, но это не проблема. Чем ниже на Изнанке, тем крепче связь…

И вот я вижу в паре километров, на другой скальной гряде, висит знакомое серебристое мерцание. Разлом! Почти такой же, как тот, через который я ходил раньше.

– Сева! – кричу я. – Кажется, нашёл!

Спускаюсь, уже предвкушая горячую ванну и нормальный ужин. Наконец-то выход из этого ада!

Мы идём быстрее, петляя между скал. Подходим ближе.

Да, это он. Проход в нашу реальность. Я уже готов шагнуть в него, как замечаю движение краем глаза.

Поворачиваю голову. В скале напротив, метрах в пятидесяти, висит ещё один разлом. Такой же. Идентичный.

Блин.

– И куда мне? – вслух спрашиваю я, переводя взгляд с одного портала на другой. – Они же одинаковые. Как понять, какой куда ведёт?

Сева подходит, смотрит то на один, то на другой. Его лицо выражает глубокую задумчивость.

– Не знаю. Они оба стабильные. Оба ведут… куда-то. Но куда именно… Можно попробовать прислушаться. Иногда можно ощутить отзвуки мира с той стороны: запахи, энергию.

Я закрываю глаза, пытаюсь сосредоточиться, отключиться от свиста ветра и воя где-то вдалеке. К левому разлому – ничего. Тишина. К правому. Мне кажется, или я чувствую слабый, едва уловимый запах морской соли? Или это мне мерещится?

– Жёваный крот, – открываю глаза. – Не могу понять. Один наверняка ведёт к морю. А второй куда? Может, прямо в жерло вулкана? В этом мире возможно всё…

Стою, смотрю на два одинаковых портала. Хрен поймёт. Тут как в сказке – направо пойдёшь, звездюлей получишь. Налево пойдёшь – жена наругает. Ну или типа того.

Головой думать уже нет сил – ядро ноет, тело ломит. Значит, решаю по-простому.

– Эники-беники ели вареники… – бормочу я, водя пальцем от одного портала к другому. Останавливаюсь на левом. – … эники-беники съели вареники! Пойдём туда…

Левый. Что ж, судьба. Оборачиваюсь к Севе.

– Держись рядом, если сможешь.

– Попробую, – кивает он.

Делаю шаг в серебристую пелену разлома. Ощущение знакомое – лёгкое головокружение, давление на барабанные перепонки, будто ныряешь глубоко. Прохлада.

И выхожу. Сначала ничего не понимаю. Я стою на каменистой, но ровной поверхности. Воздух… приятный. Он пахнет землёй и цветочной пыльцой. Свет ровный, рассеянный, как в сумерки, хотя источников света не видно.

И тут впереди я замечаю огромных, с лошадь размером, муравьёв. Мощные челюсти, хитиновые панцири отливают металлическим блеском, а усики постоянно находятся в движении, ощупывая пространство. Их штук пять.

Блин… Опять драться, что ли? А можно не надо?

Муравьи стоят, смотрят на меня чёрными глазами. Пока не нападают. Даже не принимают угрожающих поз. Просто… изучают. Один из них поворачивает голову к другому, и они быстро-быстро касаются друг друга усиками, как будто обмениваются информацией.

«Опа, – медленно доходит до меня. – Походу, это та самая Изнанка, где я заныкал свой камень! Где город муравьёв! Всё супер, ну, кроме того, что я столкнулся-таки с муравьями…»

Облегчение волной накатывает на меня. Не в лаву попал, не к чертям собачьим. Сюда. Туда, где хоть что-то знакомое.

– Эй, ребята, – осторожно говорю я, медленно поднимая пустые ладони. – Свои. Я с миром пришёл.

Язык они, естественно, не понимают. Но жесты, видимо, универсальны. Я показываю на себя, потом медленно опускаюсь на корточки. Снова указываю пальцем на себя и делаю широкий жест вокруг – типа, я тут гуляю.

Мысленно прикидываю, смогу ли выхватить биту, какие могут быть способности у этих существ. Смогу ли я отбиться и как это сделаю. Пока я наблюдал за жизнью города, не видел, чтобы они нападали друг на друга, но уверен, драться при необходимости смогут.

Один из муравьёв, тот, что покрупнее, делает несколько шагов вперёд. Его усики вытягиваются в мою сторону, почти касаясь меня. Я замираю. Он «обнюхивает» меня секунду, затем отстраняется и снова общается усиками с соседом.

Потом он разворачивается и делает несколько шагов прочь, оборачивается. До жути напоминает умного пса. Пара шагов от меня и снова смотрит. Да как пить дать – это приглашение.

Главное, не в ловушку бы…

Остальные муравьи расступаются, давая мне дорогу.

– Ну, пойдём, – говорю я Севе, который выглядывает из-за моего плеча с детским любопытством. – Гулять будем.

Иду за вожаком, ну или просто старшим, с иерархией муравьёв я плохо знаком. Остальные следуют за мной по бокам и сзади, но не угрожающе, а скорее как почётный эскорт… или конвой. Смотря как взглянуть.

Мы выходим из каменистой зоны на окраину того самого города. И я, блин, офигеваю по-настоящему, увидев всё это вблизи.

У них и правда здесь цивилизация. Не человеческая, конечно. Но продуманная, сложная. Дороги – утрамбованная, чем-то скреплённая земля, разделённые на полосы.

По одним движутся гружёные муравьи, тащат какие-то свёртки, кристаллы, куски руды. По другим – «пассажиры», поменьше размером. Есть даже что-то вроде перекрёстков, где потоки останавливаются, пропуская друг друга – порядок идеальный.

Здания – это не дома в человеческом понимании, а сложные структуры из спрессованной земли, глины и, кажется, застывшей смолы. Одни похожи на гигантские муравейники с множеством входов, другие – на склады, третьи – на башни с отверстиями наверху, откуда идёт лёгкий дымок.

Вижу площадку, где муравьи обмениваются предметами. Один кладёт перед другим сверкающий камешек, тот в ответ даёт ему какой-то свёрток из листьев. Торговля, мать её!

Я был прав! Здесь точно самый настоящий муравьиный город, причём мирный.

А вон группа муравьёв в чём-то похожем на более толстые, блестящие доспехи, патрулирует улицу. Глаза у них, кажется, больше, и движутся они чётче, организованнее. Полиция. Или армия.

Да, кому расскажи, не поверят. Хотя в мире магии, думаю, это не такое уж и чудо. Но по удивлённому Севе-младшему делаю вывод, что явление всё-таки редкое.

Я иду, а за мной тянется целый хвост любопытных. Из дверей-отверстий выглядывают «обыватели», шевеля усами. Детёныши, мелкие муравьишки, пытаются подбежать поближе, но взрослые их одёргивают.

Всё как у людей, ну или почти всё.

А потом мы проходим мимо… фермы. Да-да, настоящей фермы. Это огромное поле под полупрозрачным куполом из какой-то плёнки. И на нём растут… макры. Те самые растительные макры, но крупнее, чем на розовом лугу. Наверное, потому что за ними тут ухаживают.

Своего рода тепличные растения, а не дикие, это как клубника и земляника. Вроде похожи, но размер и вкус разный.

И здесь растут не только они. Какие-то грибы, светящиеся разными цветами, странные лианы с пульсирующими плодами. Всё это явно выращивается специально для каких-то целей. Муравьи-работники ползают между грядок, что-то опыляют, что-то срезают.