Текст книги "Во власти Скорпиона. Начало (СИ)"

Автор книги: Гриша Громм

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Во власти Скорпиона. Начало

Глава 1

Багровые тучи сгущаются на небе. Я вижу яркую вспышку молнии. А потом…

Взмахиваю руками и проваливаюсь в темноту. Хочу ухватиться за последний луч надежды.

БА-БАХ!

И я умер!

– Сыночек, – в ту же секунду вижу, как молодая женщина гладит меня по руке. – У тебя опять приступ? Ты жив, даже не спишь. Всё хорошо.

Она притягивает меня к себе. Утыкаюсь в её буфера и стараюсь высвободиться:

– Дамочка, вы на ангела ваще не похожи, – отталкиваю её – Видимо, в прошлой…

«ЗАТКНИСЬ», – резко раздаётся в моей голове мальчишечий голос.

Вздрагиваю от неожиданности. Кручусь, но, кроме этой крали, около меня никого. Я схожу с ума?

Это всё бред. Надо валить.

Но, как только пытаюсь встать, плюхаюсь обратно. Щурюсь от света одинокой лампочки на потолке. Голова кружится, а ноги ватные.

– Ты что делаешь⁈ – придерживает меня женщина.

«Если успокоишься, я всё тебе расскажу», – снова звучит голос в голове.

Становится не по себе, может, я в больнице под обезболом?

Что произошло? Не помню. Но точно знаю – я умер. Поплатился за то, что решил помочь одной цыпочке. А она оказалась наводчицей.

Поехал на стрелу по просьбе этой крали. Но это была подстава, базарить со мной там никто не собирался. Только успел из своего «бумера» выйти, как схлопотал пулю в лоб. Да ещё и не одну, кажись.

Догадываюсь, кто и за что меня вальнул, причём вот так по-крысиному. Но теперь это уже неважно.

А вот что произошло и где я сейчас, ещё предстоит разобраться…

Бросаю взгляд на женщину, что до сих пор придерживает меня:

– Мне уже и встать нельзя?

– Ты слаб, – вижу в её глазах чуть ли не вселенское горе. На мой вкус, переигрывает. – Ты же… ты…

Она отворачивается и громко всхлипывает. Ничего не понимаю…

«Скажи ей вот что, дословно, – требует голос в моей голове, – и она уйдёт. А мы побеседуем. Мамуль, прости, пожалуйста. Это всё заклятие…»

– Что-о⁈ – глаза становятся огромными, и я с грохотом падаю на кровать.

– Я не могу об этом говорить, сынок, – пускается в слёзы женщина.

– Прости, мама, – хмурю лоб, но всё же произношу эти слова. – Это всё заклятие.

– Я понимаю, – она ласково проводит ладонью по моей щеке.

Чувствую, что внутри меня всё отзывается на это прикосновение. Будто она и правда моя мать. Но это невозможно! Она едва ли старше меня. Может, на год или два.

– Мне надо отдохнуть, – добавляю для верности.

– Конечно, сынок.

Женщина уходит, тихо прикрывая за собой белую дверь. Замечаю какой-то голубой перелив по косяку и тру глаза.

Точно крыша едет. Или я не сдох, а ранен и лежу в больнице. Чем меня напичкали?

«Ничем, – бурчит внутренний голос, – ты и правда умер. Но переродился»

– Что за чушь? – бью себя в лоб, пытаясь выбить из головы лишних.

«Это факт, – продолжает пацан. – Но если не выслушаешь, сдохнешь наверняка».

Падаю на подушку и смотрю в потолок.

– Но я же помню. Была сходка. Дождь. И один ссыкливый мудак приставил пушку к моему виску…

«Закрой глаза, и мы поговорим лично».

– Валяй. Я всё равно считаю, что это глюк какой-то.

Закрываю глаза и чувствую, что матрас обволакивает меня. Он будто превращается в невесомое облако, и я оказываюсь внутри.

– Открывай, – раздаётся рядом.

– Я в раю? – осматриваюсь, вокруг всё в белой дымке. – А ты кто? – замечаю юнца лет двадцати с натяжкой.

Тощий, высокий, а глаза почти горят алым. Светлые, жидкие волосы падают на плечи.

– Ты бы постригся, что ли, – изгибаю одну бровь. – Не по-мужски так шататься.

– Вот ты этим и займёшься, – серьёзно говорит парнишка и скрещивает руки на груди.

– Я и так нормально выгляжу, – провожу рукой по своей лысой башке.

– Ты ещё не понял? Ты теперь это я!

– Харе гнать, – фыркаю и незаметно изучаю обстановку.

Чтобы выбраться отсюда, надо понять, где я.

А я… нигде. Вокруг ничего, в прямом смысле. Но ведь так не бывает!

– Ты идиот? Твоя душа в моём теле.

– Переселение душ? – усмехаюсь. – Я в такую ерунду не верю. Это всё развод для лохов.

– Что значит, не верю? Это доказанный факт. Из какого ты мира? – хмурится пацан.

Медленно перевожу взгляд на него и усмехаюсь:

– Ты из психушки сбежал, что ли? Что значит, из какого я мира? Из этого.

Парень трёт глаза и тяжело вздыхает, мой ответ его, похоже, не устраивает. Он начинает расхаживать из стороны в сторону и что-то бурчать себе под нос.

– Так, ладно! – он внезапно останавливается напротив меня. – Другого варианта у меня всё равно нет. И ты сгодишься.

– Ты охренел? – возмущаюсь. – Я ещё ого-го какой вариант!

– Как бы там ни было, единственный. Ты поможешь мне? – с надеждой спрашивает парень.

Не знаю, почему, но внутри возникает желание подсобить этому доходяге. Жаль его.

– Ладно, так уж и быть. Что надо сделать?

– Сбежать из психушки.

Хлопаю глазами, а через секунду начинаю хохотать. До коликов в животе и почти катаюсь по мягкому полу.

– Я так и знал, что это всё мои глюки!

– Умолкни! Кто-то идёт! – вдруг затаившись, говорит он.

– Всеволод, – раздаётся уже знакомый женский голос из-за двери, – у тебя всё хорошо? Я привела доктора.

«Доктора она привела, – фыркаю про себя. – Тоже мне, мать года».

– Со мной всё хорошо, – отвечаю я и поражаюсь своему слабому голосу.

Дверь со скрипом открывается, а я открываю глаза и снова замечаю голубоватый барьер. Он, кажется, гудит, как электрический забор. Это чтобы обезопасить меня от угрозы извне или чтобы я не сбежал?

Женщина вплывает в комнату, а за ней идёт врач. Хотя я бы скорее сказал – вышибала в ночном клубе.

– Всеволод Алексеевич, – басит мужик и пялится на меня, – ваша матушка говорит, вы снова ничего не помните и не можете подняться.

– Кто? Я? – округляю глаза, а про себя добавляю:

«Эй, слышь, пацан. Ну-ка быстренько справку мне. Кто ты и что здесь делаешь?»

«Зачем?»

«Кто из нас отсюда выбраться хотел? А?» – подгоняю его.

Я точно здесь задерживаться не собираюсь. А если это всё взаправду – надо ноги делать, и как можно скорее.

– Ну, что вы, господин Барановский, – улыбаюсь я, повторяя за соседом в моей голове.

Хотя чисто технически, это я в его голове. Я теперь он…

Ничего, и это выдержу.

– Я всё прекрасно помню. Мне лишь приснился плохой сон. А матушка лишку переживает. Вот ей и мерещится, что со мной что-то не так. Мамы, они такие мамы.

Врач осматривает меня, а шкет в голове только причитает, возмущаясь, что граф не может так разговаривать. Я же упорно делаю вид, что не слышу ничего про этого «графа».

Я родом явно из другого времени. Из уж точно из другого сословия…

– И как же вас зовут? – щурится врач и наклоняется ко мне, обдавая тошнотворным ароматом лекарств.

– Всеволод Алексеевич Скорпионов, – ух ты, а у меня кликуха «Скорпион». Повезло так повезло. – Последний из мужчин рода. Мой батюшка, Алексей Иванович, почил год тому назад. А теперь вот и я немного приболел. Но, вы правы, доктор, кажется, я и впрямь не всё помню. Где мы находимся?

– Хм, – врач выпрямляется и смотрит на мою мать, – с ним всё в порядке. Зря вы панику наводите.

– Я всё же думаю, что моему мальчику не помешает успокоительное, доктор, – не унимается та. – Вы бы видели, как он бился в конвульсиях, когда пришёл в себя.

Мужик пожимает плечами и достаёт из кармана таблетки. Выдавливает одну и протягивает мне.

Он же не думает, что я буду это пить? Но врач настойчиво держит пилюлю у моего носа. Бросаю взгляд на мать, внутренний голос лишь вздыхает и говорит:

«Опять спать будем. У нас и так мало времени, пока я совсем не исчез. Ладно, выбора всё равно нет. Как очнёшься, продолжим».

Беру таблетку, смотрю по сторонам. Натягиваю улыбку и хватаю с тумбочки стакан. Закидываю пилюлю в рот и, сделав несколько глотков, показываю язык врачу.

– Теперь я могу отдохнуть? – зеваю и потягиваюсь.

– Конечно, сынок, – говорит женщина.

Остаюсь один в палате и, убедившись, что никого нет, выплёвываю таблетку. В голове тут же вспыхивает:

«Как ты это сделал?»

– Ловкость рук и никакого мошенничества, – бурчу я, засовывая пилюлю под подушку. – Ну, давай рассказывай, что приключилось и что делать? Мне здесь определённо не нравится. Пора валить.

«Я понятия не имею, как тут очутился, – начинает Всеволод. – Последнее, что помню, как матушка принесла мне травяной чай».

«Так, может, это она тебя, ну, того», – пожимаю плечами, ощущая себя психом.

Лежу на больничной койке, разговариваю с невидимым другом. Это ли не сумасшествие?

«Не говори чепухи», – парнишка трясёт головой, а она и в реальности у меня дёргается.

– Эй! – громко возмущаюсь. – Как ты это делаешь?

«Тише ты! Сейчас санитарка услышит, и нам конец».

Конец нам. Я только ожил, и уже конец? Меня такой вариант не устраивает. Но к моему великому сожалению, пацан оказывается прав.

Почти сразу после моего возгласа дверь со скрипом открывается, а в палату заглядывает прекрасное личико, обрамлённое рыжей копной волос. Из-под короткого белого халата выглядывают стройные ножки.

А в этой больнице знают толк в сестричках. Непроизвольно улыбаюсь ей, а она с удивлением смотрит на меня.

«Ты идиот? – ругается Сева. – Нам бежать надо, а ты тут… что ты вообще делаешь?»

«Ищу союзника», – усмехаюсь про себя, а вслух говорю:

– Добрый день, душа моя, – приподнимаюсь на кровати, – у вас такие очаровательные глаза. Не могли бы вы сказать, сколько времени и когда будет обход?

Девица моментально краснеет, как сладкая черешенка.

«Ага, так она тебе и сказала. Её работа – держать тебя тут, чтобы не сбежал».

Мысленно отмахиваюсь от пацана, как от назойливой мухи, и снова растягиваюсь в улыбке:

– Вы же знаете, кто я?

– Вы граф Скорпионов, – подаёт тоненький голосок девица.

А вот и первый контакт! Кто молодец? Я молодец!

– Вы хотели позвать матушку? – она делает осторожный шаг ко мне. – Часы приёма закончились. Уже семь. Теперь только завтра.

– Да зачем мне посетители, когда здесь такие красивые медсёстры?

Девушка краснеет ещё сильнее и поправляет волосы.

– Вот смотрю на вас и сразу чувствую, как мне становится лучше, – говорю я, приподнимаясь на кровати. – Готов всю ночь любоваться вашей красотой. Может, останетесь ненадолго? Вы могли бы мне кое с чем помочь…

– Что вы такое говорите, ваше сиятельство? – медсестричка вздрагивает, но делает маленький шажок вперёд.

У-у, да она, похоже, не против поразвлечься с графом. Жаль, времени на это у нас нет.

– Всего лишь хочу попросить ещё воды, – киваю на тумбочку.

Медсестричка улыбается и быстро подходит ко мне, а, схватив стакан, почти выбегает из палаты.

«Ну и зачем? – недовольно цедит Всеволод. – Только драгоценное время потеряли».

– Вот ещё, – шепчу и поднимаю кулак, а потом разжимаю его и показываю своему второму я связку ключей. – Видал, что я умею?

«Тоже мне умение – воровать. Это недостойно дворянина».

«Слышь, дворянин, я тут нас вытащить пытаюсь. Так что перестань нос воротить. Лучше скажи, что это за сияние на косяке?»

«Магический барьер», – как ни в чём не бывало, сообщает он.

– Я умер. Точно умер, а моя душа попала в Чистилище, – мотаю головой.

«Умер-умер, – поддакивает Сева. – А попал ты в Российскую Империю. Город Ялта».

– Ялта⁈ Да ты гонишь! Всю жизнь мечтал на море побывать.

Заставляю ослабевшее тело подняться и, закинув ключи под подушку, выглядываю в окно. Там меня встречает, конечно, не море – горы, горы, горы…

Но от этого не менее прекрасный вид. Кипарисы обрамляют каменную дорожку, а закатное солнце освещает небо алым.

– Вау… – выдыхаю я.

– Мне тоже нравится этот вид, – рядом звучит тоненький девичий голосок.

– Я должен это увидеть перед смертью, – хватаю медсестричку за плечи и заглядываю в её огромные от испуга глаза.

– Вы, вы, вам уже сообщили?

«Нам уже сообщили? – на всякий случай мысленно спрашиваю у Всеволода. – А что нам сообщили?»

Но голос молчит. Остаётся полагаться лишь на себя.

– Да, – поджимаю губы и опускаю голову.

Немного схитрить – это же не страшно?

– И… что сказал врач?

– Сегодня, – нагоняю слезливости в голос, не зря же я дерево в школьном театре играл.

– Какой ужас! – восклицает она, а я затыкаю ей рот ладонью.

– Тише! Если нас услышат, меня накачают лекарствами, и я умру, так и не увидев этого заката, – драматично бросаю взгляд в окно, где солнце уже почти село. – Умоляю, мне надо на воздух. Я хочу умереть свободным.

Медсестричка шмыгает носом и доверчиво подаётся ко мне:

– Я помогу вам, Всеволод Алексеевич. Только никому…

– Конечно, – смотрю на неё.

Я же типо собираюсь умирать. А трупы, как мне известно, не разговаривают. Надеюсь, в этом мире так же.

– Я Аня…

– Анечка.

Изворачиваюсь и путём нехитрых манипуляций достаю ключи из-под подушки. Засовываю их обратно в карман сестрички. Девица, ничего не подозревая, подходит к двери и при помощи какого-то агрегата убирает голубое сияние. Позаимствую и его.

Я так и знал, что это хитрая клетка! И как оказалось, для меня.

Осторожно, по стеночке идём до выхода. Анюта провожает меня на ту самую дорожку с кипарисами и указывает на скамейку. Улыбаюсь, но предпочитаю стоять. Мне надо понять, на что способно моё новое тело.

Всё-таки мне предстоит путь…

«А куда мы бежим-то?» – пытаюсь достучаться до Севы.

«Домой», – хрипит тот.

– Скоро я буду дома, – выдыхаю я, а потом вдруг падаю на четвереньки.

Позвоночник будто кто-то вырывает. Меня корёжит, но я всеми силами стараюсь держаться. Всё вокруг покрывается серым туманом, и перед глазами в сознании появляется громадная клешня.

Щёлк…

«Кто ты такой?» – басит кто-то, но я никого не вижу.

«Скорпион я», – с трудом выдавливаю, поднимаясь на ноги.

«Скорпион – это я», – передо мной вырастает фигура в синем панцире.

И да – это скорпион.

Худший сон в моей жизни. А если это не сон – мне хана…

«Хм, значит, вот на что Сева потратил последние силы. Бесполезная душонка из мира, где даже магии нет».

«Слышь ты! – тычу пальцем в морду огромной твари. – Это ты тут бесполезный. А я, между прочим, выбрался на улицу».

«И толку? Как ты собираешься успеть домой до полуночи? Если Сева умрёт сейчас, так и не надев родовое кольцо, то и ты умрёшь вместе с ним, глупец».

– Так, с этого начинать надо было! – беру себя в руки и, проморгавшись, смотрю на ошалевшую медсестру.

Чёрт, а я про неё уже и забыл.

– Так, милая, срочно позовите врача, – требую я. – Началось. Я умираю…

Перепуганная девчонка стартует с места как торпеда. Несётся, сверкая пятками.

– Ну и куда мне? Я вовсе не хочу умирать. Так что по-бырому, бакланы, соберитесь! – рычу я.

«Как ты меня назвал»? – начинает вопить в голове Скорпион и тут же появляется перед моим внутренним взором.

– Не время цацкаться. Говори, что делать, заглюк!

«Я твой бог!»

«Ага, а я твоя мама. Куда идти? Эта цыпочка сейчас вернётся с врачами, и нам капут».

Чувствую, как внутри меня разливается жгучая боль, она проникает в каждый сосуд, будто её разносит сама кровь. А в голове вновь звучит голос Скорпиона:

«Род на краю. Кровь вырождается. Ты – искра в пепле. Прими жало моё. Отомсти за осквернённое гнездо. Укрепи его. Спаси наш дом или угасни, – говорит он и ненадолго замолкает. – Это мой дар тебе. Воспользуйся им с умом. Больше я тебе ничем помочь не могу».

Чудище или бог, как оно себя называет, исчезает из головы, оставив меня один на один с длинной аллеей из кипарисов и врачами, которых я уже слышу.

Заныкаться тупо негде, поэтому делаю то, что первым приходит в голову. Ковыляю в сторону забора. Хотя уверен, там меня ждёт такой же барьер, как и в палате. Хорошо, что я одолжил приборчик у сестрички.

Блин, если меня сейчас поймают, то это хана всему. Сбежать второй раз точно не выйдет – сто пудов на меня смирительную рубашку наденут.

И всё тогда, прощай, новая жизнь. Прощай, море, которое я даже не успел увидеть. Не говоря уж о том, что пацана подведу, а за слова я привык отвечать.

«Сева! Ну же. В какую сторону хоть идти? Мне бы карту…»

Солнце неумолимо закатывается за чёрные верхушки гор, а я утыкаюсь в кованый забор.

Дальше дороги нет…

Глава 2

Так дело не пойдёт! Такой расклад меня совершенно не устраивает.

– Включай мозги, – бью себя по голове. – Куда мне?

Мысленно представляю карту, что висела у нас в классе географии. Прикидываю, куда в Ялте солнце заходит, и быстро понимаю – мне на запад.

Вслед за солнцем…

Как это трагично – я умираю, не успев воскреснуть, и даже солнце не хочет дать мне второго шанса.

– Хватит нюни распускать! – даю себе смачную пощёчину и начинаю обшаривать забор.

Иду вдоль него, прощупываю каждый прутик на предмет шаткости, где-то должна быть брешь!

Вот у нас в городской дурке был лаз, через который мы с друзьями ещё в детстве шастали на психов посмотреть. Уверен, везде есть такой. Это же психушка в конце-то концов! Надо только найти нужный кустик.

Оглядываюсь и вижу, как по дорожке идёт санитар. Скоро там точно поймут, что я не умираю, а ищу путь для побега.

Юркаю за кусты и падаю.

Я так и знал!

Или нет…

Нос к носу встречаюсь с псом. Дворняга, но от этого не менее злобный и устрашающий. Он скалится и прижимает уши.

– Только не лай… – шепчу я, всегда хорошо ладил с собаками. Я люблю собак. – Только…

– Гав!

– Ах ты ж собака!

Срываюсь с места, что есть мочи и бегу. У меня будто второе дыхание открылось. Что там чудище про дар говорило? Похоже, это он! Мне нравится.

Продолжаю осматривать забор и в десятке метров вижу – брешь. Кривые арматурины торчат в разные стороны, а ширины прохода хватит лишь для малолетки. Я не войду…

Хватаюсь за решётку и внезапно осознаю – такие тонкие пальцы. Блин, я же в другом теле. У меня были ещё те сардельки.

Попытка не пытка, как говорится.

– Море! Жди меня, – выкрикиваю и жму на кнопку на приборе, что спёр у медсестрички.

Думаю, сработало. Во всяком случае надеюсь на это.

Делаю шаг наружу.

Меня будто сшибает невидимой волной, и я лечу. Если меня не убьёт болезнь, то падение с высоты очень даже может.

Слышу, как хрустят ветки, или это мои кости? От боли уже сводит зубы, но я полон решимости свалить отсюда подальше.

Бульк…

В лицо бьёт солёная вода. Выныриваю и понимаю – дыру эту никто не заделывал, так как ведёт она на обрыв, прямо под которым море.

Только реальный псих или самоубийца сунется сюда. Уж точно никто из дворянчиков не будет так рисковать – неженки они все. Как пить дать. Но я не такой. Я хочу жить и готов рискнуть, чтобы свалить отсюда.

В последних лучах замечаю наверху силуэты. Слышу голоса, но разобрать ничего не могу, слишком далеко они находятся. И это очень даже хорошо. Сомневаюсь, что эти олухи полезут искать меня посреди ночи.

Итак, мне туда. Мысленно показываю в сторону запада и начинаю двигаться. Надеюсь, я не ошибся.

Вода сопротивляется, а волны так и норовят сбить меня с ног. Но я сдаваться не намерен. Я хочу жить и этого мелкого засранца в своей голове спасу. Я же Скорпион! Пусть и не бог, но тоже кое-чего могу.

Солёная вода обнимает меня, тёплая и такая прозрачная. Блин, вот и море! Шезлонга и коктейля, походу, не предвидится. Но всё равно – море же! Кайф!

Плююсь, выдёргивая изо рта водоросли, и улыбаюсь, как дурак. Волны швыряют, но я отбиваюсь, работая слабыми руками и ногами. Тело у Севы хлипкое. Пацану не помешало бы в качалку походить.

Интересно, а здесь есть тренажёрные залы? Сколько всего ещё предстоит узнать.

Внезапно вода начинает ходить ходуном. Меня швыряет вверх, потом вниз, будто гигантский кулак бьёт из глубины. Разве так должно быть?

Мир опрокидывается. Я от души глотаю солёной жижи и закашливаюсь. Тело, и без того дохляцкое, наливается свинцом. Тону? Серьёзно? После всего⁈

Нет уж, я так подыхать не собираюсь…

«Ты чувствуешь?» – голос Севы прорывается сквозь гул в ушах и плеск воды.

– Что⁈ – вслух ору я, отчаянно барахтаясь.

И тут же понимаю, правда чувствую. Что-то… странное. Как статическое электричество по коже, но внутри. И вибрация, идущая из глубин, сквозь толщу воды.

«А что я чувствую?» – решаю уточнить, а то мало ли.

«Магию. Кажется, под нами открылся разлом».

– Какой ещё разлом⁈

«Потом расскажу. Выбирайся! Лично я не хочу, чтобы моё тело досталось на завтрак рыбам».

«Думаешь, я хочу⁈ – из последних сил гребу к мутному силуэту берега. – Обычно это рыба у меня на столе, а не я у неё! Не собираюсь изменять традициям!»

«А из разлома ещё и монстры могут выйти…» – добавляет Сева.

«Блин, пацан, что за мирок у вас такой? Графов в дурку сажают, под водой какие-то разломы с монстрами… В моём мире хоть и беспредел творится, зато всё понятно».

Волна, поднятая землетрясением, швыряет меня вперёд, прямо на каменистую отмель. Обдирая кожу о камни, выползаю на берег.

Руки дрожат, тело выкручивает от дикой усталости. Падаю на спину, глотая воздух.

Наверху, в темнеющем небе, тускло мерцают первые звёзды. Земля подо мной как будто продолжает мелко дрожать.

Разлом… Магия… Монстры… Блин. Куда я угодил, мать вашу?

– Эй! – говорю вслух, уже не опасаясь никого: мы здесь точно одни. – Рассказывайте, что там у вас случилось. Почему я здесь и что надо сделать?

После недолгого молчания Сева отвечает:

«Слушай. Тебе нужно добраться до моего поместья и там отыскать родовое кольцо. Возможно, это спасёт мою душу, которую сейчас поддерживает Скорпион. Магия рода очистит меня».

«Ага, ну то есть никаких проблем. Надо просто добраться до дома. Нас менты не примут, если в таком виде будем по улицам шляться?» – оглядываю свою мокрую больничную робу.

«Не знаю. Но дома нас может ждать неприятный сюрприз… По идее, Скорпион мог просто перенести кольцо главы рода ко мне по своей воле. Ему что-то помешало – я думаю, враги наложили какое-то блокирующее заклятие».

«Слышь, я только замки умею взламывать. Заклятия-проклятия – это не про меня».

«Не переживай. Как только моё тело окажется рядом с кольцом, его магия должна пересилить любую блокировку…»

«Ладно, понял, – говорю я и встаю. – Моя задача – добраться до владений Скорпионовых…»

– А что будет со мной? – спрашиваю уже вслух.

«Мы не знаем», – шепчет Сева и исчезает.

Так себе перспективка… не знает он.

Ладно! Получив нехитрые инструкции, прибавляю ходу. Спасу дворянчика, а там, глядишь, и мне зачтётся на том свете. Пока пробираюсь сквозь деревья и влезаю на пригорок, узнаю, что Всеволод всегда был болезным, а его матушка вовсе ему не мать. Но воспитывала с детства.

Своих детей у неё нет, хоть они с покойным папенькой Севы и старались в поте лица. Пацан – единственный наследник земель Скорпионовых, сети гостевых домов и бань на берегу Чёрного моря.

– Попахивает жареным… – цокаю я. – Сдаётся мне, ты не просто так в психушке оказался.

Но мой новый друг молчит. Думаю, он того же мнения, но признать, что кто-то из близких устроил ему последний отпуск в психушке – больно. Я знаю, о чём говорю, проходил через предательство.

Но ничего. Мы справимся и всё вернём!

Главное, верить в это.

Скорпион молчит, а души Всеволода я почти не чувствую. Она, будто тлеющий уголёк, лежит где-то в глубине моего сердца.

Ускоряюсь насколько могу. Земли вокруг какие-то убогие. Виноградники пустые стоят, дома заброшенные, кучи мусора. Тоже мне, курорт! Здесь всё должно быть по красоте, а выглядит хуже, чем переулки в Саратове.

«Это наши земли», – грустно комментирует Сева.

– Дела у вас хреново идут, как погляжу, – бурчу я, продолжая осматриваться.

«На то есть причины… Сейчас это неважно. Надо поскорее добраться до дома».

– Хорош меня подгонять, малец. Занимался бы ты спортом – быстрее бы добежали…

И вот мои старания вознаграждены – впереди вижу здоровенный светлый особняк в три этажа. По описанию – дом Скорпионовых.

А то неловко получилось бы, если бы я забрался к кому-нибудь другому. Тогда бы мы уже не в дурку поехали, а в другое казённое учреждение. А я туда точно не хочу.

Проникаю на территорию. Осторожно, по яблоне, что растёт рядом с домом, взбираюсь на второй этаж.

– Ну и кто сказал, что я бесполезен? – усмехаюсь и вскрываю хлипкое окно.

Теперь самое интересное…

Надо найти кабинет отца. Сева на последнем издыхании указывает на дверь. Выглядываю в коридор и на носочках пробираюсь в комнату напротив.

Здесь, при свете странного фонарика на кристалле осматриваю стол. Подозрительно просто. Печатка лежит напоказ.

Я снова чувствую то странное покалывание. Магия. Часть её внутри меня, а часть в кольце, и они тянутся навстречу друг другу.

При этом есть ещё одна, чужая сила. Она окружает кольцо невидимым коконом, но стоит протянуть руку – как этот кокон распадается.

Сева оказался прав. Кольцо запечатали каким-то колдунством, но оно не выдержало связи между родовым кольцом и графом. Вот это я понимаю – сила притяжения, это вам не хухры-мухры!

Под печаткой с изображением скорпионьего хвоста замечаю целую груду бумаг. Не рискую сразу брать кольцо. Кто знает, что со мной случиться сразу после этого. Повременим.

Всматриваюсь в буквы – завещание отца Севы.

– Эй, – шепчу. – Щегол, а кому всё достанется, если ты помрёшь?

«Матушке», – тихо отвечает Сева.

– Так, она и есть злодейка, – продолжаю читать, но меня озаряет. – А если и она помрёт? Вот же ж…

– Адвокатскому дому Пересмешниковых, – одновременно с Севой говорю я.

И тут внезапно загорается яркий свет. Он слепит меня, заставляя прикрыть глаза рукой.

– Он здесь! – пискляво верещит какой-то мужик.

В комнату врываются ещё двое, они хватают меня и тянут вниз, на первый этаж.

«Всё пропало, – обречённо вздыхает Сева. – Прощай…»

Ощущаю, как в душе становится пусто. Нет-нет-нет! Стой!

Меня затаскивают в комнату, где за дубовым столом сидит моя матушка, вернее, мачеха и какой-то мужик. То, как он держит её за руку, так и кричит – это её хахаль.

– Дайте угадаю, – смеюсь я. – Господин Пересмешников?

– Мальчик мой, – подрывается мачеха.

– Сидеть! – рявкаю я и скидываю с себя руки тех, кто меня тащил. – Какой я тебе «мальчик»? Я глава этого рода.

– Ты болен, – пищит она, зыркая на меня огромными глазищами. – Слаб. Я не знала, что мне делать…

«Она хорошая», – подаёт голос Сева.

Ага, хорошая. Знаю я таких!

– Я здоров, а ты, что же, решила заграбастать себе всё добро нашего рода? – нависаю над ней, но тут подрывается Пересмешников.

– Да как ты смеешь с ней так разговаривать, щенок! Если бы не Алиса!

Алиса, значится…

– То я бы сейчас сидел за этим столом и спокойно ужинал, а не пробирался в собственный дом, как вор!

– Господин, – эхом раздаётся голос одного из охранников. – Только прикажите, и мы увезём его обратно.

В комнате повисает тишина. Все смотрят на Пересмешникова, а я – на Алису. Пока эти идиоты думают, что сделать со мной, я уже знаю, что сделаю с ними.

И тут начинают бить часы. Вот, чёрт! Полночь. Надо ускориться, а то карета превратится в тыкву, а мне нравится моя новая карета.

Надеваю кольцо, которое успел стащить со стола до того, как меня схватили, и ощущаю, как тело трещит по швам. В прямом смысле этого слова. Боль разрывает, из груди раздаётся ужасающий вопль.

Ну, хоть уйду эпично!

Очередная судорога становится настолько сильной, что меня натурально вышибает из тела! Как в каком-нибудь кино про призраков. Зависаю над полом в паре метров от себя, и вижу всё происходящее со стороны.

И себя со стороны вижу. То есть Севу. Хотя какая разница – у нас же типа одно тело на двоих.

Не так-то всё и плохо, в целом. Ну да, дрищеватый, подкачаться не мешало бы. И патлы эти состричь. Но я в его возрасте примерно таким же был по комплекции. Всё впереди.

Если выживем.

Худое юношеское тело на глазах становится массивнее. Покрывается какими-то синими пластинами, ладони превращаются в клешни… Твою мать, он превращается в гигантского скорпиона!

И как только я это осознаю, меня тянет обратно. Только тут замечаю, что с телом меня связывает тонкая серебристая нить.

Интересно, каково это – быть чудищем? Впрочем, сейчас я это и узнаю.

– П-прикончите его! – заикаясь, визжит Пересмешников.

– Не смейте! – отвечает на это мачеха. Кажись, она всё-таки беспокоится о Севе.

Ну а я бросаюсь на охранников адвоката. Толком не понимаю, как управлять скорпионьим телом, тем более таким огромным. Колочу противников клешнями, сбиваю с ног хвостом или просто тараню, как бычара. А попутно разношу всю комнату.

Схватка быстро заканчивается. А вместе с ней и моё превращение.

Тело скукоживается до уже привычных размеров. С удивлением обнаруживаю, что одежда осталось на мне. Как это возможно? Я уж решил, придётся перед всеми своим хозяйством светить.

Хотя выяснить, что мне там ниже пояса досталось, тоже не помешает. На корнишон я не соглашусь.

Одно слово – магия. Поди, и с этим вопросом, если что, решит.

Голова становится чугунной, а глаза горят. Сквозь кровавую пелену пробивается полнейшая разруха: стол перевёрнут, стулья сломаны, тарелки и кружки мириадами осколков валяются на полу.

– Какого хрена это было? – хриплю я, понимая, что из тела постепенно, толчками уходит ярость и мощь, какой я доселе не ощущал.

Смотрю вниз и в осколках вижу, как моё тело, вернее, тело Севы, постепенно принимает человеческий облик.

– Охренеть… – в полной мере осознаю, что я сейчас был огромным скорпионом.

Так вот какой дар на самом деле дало мне чудище.

«Я твой бог», – раздаётся бас Скорпиона.

«Да как скажешь! Ха-ха-ха! – смеюсь про себя. – Это было круто. Только… Где все? Я что, сожрал их?»

Божество лишь щёлкает клешнями. Затем испаряется, а я вижу, как в углу трясутся охранники, Пересмешников и моя «матушка».

– А нет, живы, – улыбаюсь и подхожу к дубовому столу. – Всё в порядке.

Переворачиваю его и ставлю уцелевший стул рядом:

– Ну, что же, – щёлкаю пальцами, – слуга, есть тут кто-нибудь? Нам бы ментов вызвать. Думается мне, мы найдём массу доказательств, что эта шайка пыталась замочить единственного наследника рода Скорпионовых. Я прав, Алиса?

Она лишь моргает испуганно, а потом до неё словно что-то доходит. Она медленно поворачивается к Пересмешникову и начинает лупить его по лицу. Будто разъярённая кошка оставляет длинные царапины на его щеках.

Похоже, она – лишь пешка в его игре. Но теперь балом буду править я.

В груди снова разгорается огонь, чувствую, как Всеволод рвётся наружу.

Эх, пришло моё время.

«Прощай, друг, – говорю мысленно. – Я свою миссию выполнил. Теперь мне пора».

Понятия не имею куда. Но здесь дело я сделал…

На душе становится так легко, я парю. Вдруг это было то самое доброе дело, чтобы я мог отправиться в рай? Подумаешь, что это не в моём мире, а чёрт знает где.

Я справился. Смог доставить пацана домой.

Спас его род…

«Далеко собрался, Скорпион? – хохочет Всеволод. – Всё только начинается. Нас ждёт большое будущее. Так что прикажи убрать это свинство и давай ужинать, я голоден, как зверь!»

На моём лице невольно появляется ухмылка:

– Свинство, – обращаюсь к кучке дрожащих плохишей, что так и не рискуют пошевелиться, – убирайтесь отсюда. Скорпион вернулся домой…

Плюхаюсь во главе стола, поправляю единственную уцелевшую тарелку и любезно говорю мачехе: