Текст книги "Боевой некромант - фермер. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

То, что маги остались в лесу, было логично. Они и не подозревали, что я не просто одаренный, а некромант. Если честно, местные не зря боялись некромантов. Сжигали на кострах зря, ибо пользы от живых нас намного больше, а боялись не зря. Мы нарушали базовые законы природы, превращая смерть из конца пути в инструмент. Отец, прославленный король Брикс, всегда говорил: «Сынок, некромант и прочие люди – это как хищник среди травоядных. Хищник должен не только быть сильным и свирепым, чтобы победить и добыть еды. Он обязан чуять добычу, ведь ее смерть – это твой источник жизни. И, конечно, хищник обязан уметь мимикрировать под добычу». Заставлять врага думать, что ты слабее, чем есть на самом деле – это половина победы.

У некроманта – настоящего опытного некроманта – навык сенсорики и управления собственной аурой доведен до автоматизма. Для обычных «сканеров» я выглядел как рядовой обыватель, ну, может, чуть более крепкий, чем обычно. Я умел прятаться на виду, не избегая добычи, а заманивая ее. Разве что телепатов обмануть почти невозможно. Особенно дядю Даню, да только он такой один на миллиарды. Но и в целом телепаты – это отдельная головная боль. Не зря Славик, мой друг, с которым вместе росли, и самый талантливый в Мироздании Провидец, как-то бросил в очередном трансе: «Телепат захватит Мироздание, а некромант уничтожит мир».

Несложно поверить. Глядя на этот мир, где мертвецы встают повсеместно, я кожей чувствовал – это что-то искусственное. Какой-то некромант здесь очень сильно постарался, пропитав часть мира некротическим фоном так, что трупы сами лезут из могил. Вопрос только – кто и зачем? Но сейчас это не важно. В конце концов, я в отпуске. Моя забота сейчас – заготовить лес на частокол, а спасение мира подождет.

Я отправил Третьего вперед, в качестве разведки и живого щита. Ждать пришлось недолго: впереди полыхнуло, лес огласили крики, и Третий мгновенно превратился в ходячий костер. Ярко-оранжевое пламя осветило стволы деревьев, выхватив из темноты застывших магов.

Оставаясь в тени, я увидел двоих. Огневики. Оба уже успели сформировать стихийные доспехи – плотные коконы из гудящего пламени, искажающие воздух вокруг них. Я вскинул арбалет и пустил болт в того, что стоял левее, целясь в сочленение между шеей и плечом, где огненный щит всегда тоньше.

Тут же в мою сторону полетел фаербол. Я ушел перекатом, чувствуя, как жар опалил волосы. Ствол дерева за моей спиной с треском занялся огнем, осыпая меня снопами искр. Где-то в стороне мелькнула аура воздушника – тот решил не испытывать судьбу и рванул прочь, предпочитая спасать свою шкуру бегством. Догоним еще. Но сначала надо разобраться с «грелками».

Маги совершили роковую ошибку – они отвернулись от упавшего Третьего, решив, что с ним покончено. Но мертвяк упал только потому, что я ему так приказал. А нежить ранга «Старый» горит вовсе не как сухой хворост. Плоть мертвеца сопротивляется огню гораздо дольше человеческой, не чувствуя боли от волдырей и обугленной кожи.

Третий, окутанный пламенем, бесшумно вскочил на ноги и сзади навалился на одного из огневиков и вбил в землю. Он вцепился в него мертвой хваткой, пытаясь прогрызть зубами стихийную защиту в районе лопаток. Маг завизжал, пытаясь сбросить с себя пылающий труп, но мертвая хватка Третьего была как стальные тиски.

Я отбросил пустой арбалет, выхватил клинок и, влив в себя последние 10 морт из резерва, резко сократил дистанцию. Мышцы налились силой, реакция обострилась до предела. Удар пришелся точно в плечо второго мага – туда, куда я до этого не раз попадал болтом. Стихийный доспех не выдержал и с хрустальным звоном разлетелся на куски, расплескивая остатки маны в воздухе.

Стихийная защита – сложная конструкция. Это сплав ментальной концентрации, духовной воли и сырой силы стихии. Чтобы сплести способную выдержать удары в одну точку несколько раз, нужно мастерство, которым обычные бандиты не владели.

Маг вскрикнул, но я не дал ему закончить. Короткий выпад – и его аура погасла. Первый огневик, заваленный горящим Третьим, тоже быстро сдался и отправился к праотцам, задушенный дымом и переломанными ребрами.

НекроЧат услужливо звякнул. «Улов» был отличный: по +25 морт за каждого мага ранга «Воин». Итого – 50 морт. Это уже был солидный куш, достаточный для серьезных манипуляций. Маги всегда давали больше мортов.

Не теряя времени, я влил по 20 морт в свежие трупы магов. Кости удлинились, мышцы налились неестественной мощью, прорывая остатки обгоревшей одежды. Теперь у меня было двое «Матёрых» – это уже не шутки, а серьезная боевая сила, способная в рукопашной порвать десяток обычных бойцов.

– Фас, – указал я им направление, куда сбежал воздушник. – Живым взять, но можно слегка погрызанным.

Они рванули с места, как серые тени, не издав ни единого звука. Я же, не торопясь, последовал за ними по следам.

– А ты, факел недоделанный, – обернулся я к обгоревшему Третьему. – А ну, быстро туши себя. Поваляйся в земле, а потом таскай воду из колодца.

Еще лесного пожара мне под боком не хватало. Я подобрал валявшийся в траве арбалет, наспех отёр пепел с ложа и двинулся следом за своей сворой.

Не спеша, наслаждаясь ночной прохладой, шел на шум махача. В глубине леса, среди поломанных кустов и вырванных с корнем молодых деревьев, кипела схватка.

Мои два свежих «Матёрых» загнали главаря бандитов в угол. Тот был воздушником, причем довольно сильным. Сейчас он был окутан ревущим стихийным доспехом из плотных потоков воздуха. Ветряные вихри кружились вокруг него, как циркулярные пилы. Мои мертвяки, не знающие страха, раз за разом бросались на него, пытаясь прорвать защиту. Маг с хрипами и проклятиями отбрасывал их, швыряя серповидные воздушные лезвия. Лезвия со свистом врезались в мертвую плоть, отсекали куски мяса, но «Матёрых» это не останавливало – их плоть, хоть и не была прикрыта стихийным доспехом, значительно укрепилась благодаря высокому рангу поднятия. Они поднимались и снова прыгали на воздушника, методично истощая его резерв.

Маг тяжело дышал. Заметив меня, спокойно выходящего из-за деревьев, он вдруг истошно завопил:

– Парень! Помоги! Не время для обид! Вместе мы их сможем победить!

Я на секунду замер, не понимая, к кому он обращается. А потом до меня дошло. Этот идиот решил, что мертвяки поднялись сами по себе из-за фона Серой зоны, и что мне тоже придется с ними драться! Я тихо рассмеялся.

Воздушник, между тем, ничего не понимая, продолжал отбиваться от наседающей нежити.

– Сможем-то сможем, но зачем? – сквозь смех ответил я.

Мое веселье заставило его словить когнитивный диссонанс. И тут до него наконец дошло. Его глаза расширились от ужаса и осознания, и тогда он уже истерично завизжал, перекрывая гул ветра:

– Это ты! Ты! Грёбаный некромант! Сразись со мной сам, ублюдок! Только из-за чужих спин и можете!..

Я остановился, прислонившись плечом к стволу сосны.

– Зачем? – искренне удивился я.

Наблюдать за чужой работой всегда приятно. Тем временем я неторопливо наложил болт на ложе трофейного арбалета, взвел механизм и прицелился. Мои мертвяки колотили в одну и ту же точку воздушного доспеха, заставляя мага вливать туда всё больше маны, чтобы не допустить прорыва. Конструкция доспеха в этом месте стала плотной, но хрупкой, как перекаленное стекло.

Сухой щелчок. Болт ушел точно в цель, ударив ровно в то место, которое ослабили мертвяки.

Стихийный доспех лопнул с громким хлопком, разлетевшись порывом сжатого воздуха. Воздушник попытался вскинуть руки, чтобы поставить блок, но двое «Матёрых» уже рухнули на него сверху.

Раздался влажный, тошнотворный хруст.

– А-а-а-а! – истошно завопил маг.

Когда я подошел ближе, отогнав свою нежить коротким мысленным приказом, главарь сидел на земле, приваленный к дереву. Он тяжело стонал, сплевывая кровь, а обе его руки висели плетьми, сломанные в нескольких местах.

Конечно, проще всего было бы сразу проткнуть его сердце и поднять. Но мертвяки – плохие собеседники. Память у них дырявая, сознание фрагментарно, и выудить из свежего зомби нужные знания или пароли бывает сложнее, чем слепить из дерьма и палок голема. Ценная информация могла быть утеряна навсегда. Поэтому сначала – допрос.

Обнажив меч, я присел перед ним на корточки, вытянул клинок и вежливо постучал плашмя по его сломанной ключице. Маг взвыл.

Допрос не занял много времени. Боль – отличный стимулятор памяти. Пытать меня научила тетя Змейка. Та еще Горгона, в прямом смысле. У дяди Дани одна жена краше другой, этого не отнять.

Я узнал, что главаря зовут Кунжут. Когда-то он был купцом, а теперь работал на местного авторитета.

В перерывах между скулежом Кунжут начал давить на жалость.

– Пощади… – булькал он кровавой пеной. – У меня же семья… жена, дети малые… Как они без меня? Кто их кормить-то будет? С голоду же пухнуть станут, господин…

Я слушал это и поражался человеческой натуре. Об оставленных без кормильца детях он почему-то не думал, когда шел сюда убивать меня, забирать мою ферму и, несомненно, развлекаться с моей работницей Кирой. Но я же не изверг какой-нибудь. Не мог я позволить, чтобы его семья страдала.

Поэтому я продолжил «процедуру», аккуратно вправляя ему сломанные пальцы в обратную сторону, пока не выяснил главное: у Кунжута, оказывается, есть тайная заначка в подвале дома в Сонмище. Золота и серебра там столько, что его вдове и детям хватит на безбедную жизнь до самой старости.

– Ну вот, видишь, – с облегчением выдохнул я. – А ты переживал. Всё с твоей семьей будет хорошо. Будь спокоен.

Дальше разговор пошел конструктивнее. Кунжут выложил имя своего босса – барон Рокотов. Местный дворянин, который подмял под себя теневой бизнес в округе и не гнушался грязной работы чужими руками.

Выяснив всё необходимое, я оборвал его страдания быстрым, милосердным ударом клинка прямо в сердце.

[ПОЛУЧЕНО: +25 морт]

Стряхнув кровь с лезвия, я немедленно влил в тело Кунжута 20 морт. Кости хрустнули, срослись сломанные руки, и бывший главарь поднялся на ноги в качестве моего третьего «Матёрого».

Забрав свою свиту, я направился обратно. По пути мы наткнулись на Третьего. Тот стоял на сгоревшей прогалине с ведрами воды и заливал последний дым, сам черный как головешка, с обгоревшей одеждой, прилипшей к обугленной плоти. Но приказ он выполнил. Загорел так загорел.

Мы вышли к главным воротам. Оставленные здесь мертвяки времени зря не теряли: они сидели на корточках в луже крови и меланхолично откусывали куски от бедер убитых ими же бандитов.

– Хорош жрать, – прикрикнул я на них.

НекроЧат звякнул, добивая счёт за тех, кого догрызли у ворот и у забора:

[ПОЛУЧЕНО: +30 морт].

Я подошел к трём свежим трупам и влил в них энергию. Все трое поднялись, став нежитью ранга «Старый» (еще минус 30 морт).

Пока мы шли к дому, я мысленно подбил дебет с кредитом. Ситуация складывалась интересная.

На начало вечера у меня было 10 морт.

За убийство семи обычных бандитов я получил +70 морт.

За убийство трех магов (двух огневиков и воздушника) прилетело +75 морт.

Итого в резерве плескалось 155 морт.

На поднятие семерых батраков ранга «Старый» я потратил 70 морт. На поднятие троих магов в ранг «Матёрых» ушло 60 морт.

В сухом остатке у меня сейчас болталось 25 морт. Жить можно.

Ревизия трофеев тоже радовала: семь паршивых, но целых мечей, три отличных арбалета, несколько кошелей с серебром. С трупов магов я снял амулеты-накопители – они были пусты, ману бандиты выжгли в бою, но сама артефактная основа стоила приличных денег. А в кармане камзола Кунжута нашлась печатка барона Рокотова и плотный, засургученный конверт. Судя по всему, после зачистки моей фермы Кунжут должен был доставить это письмо куда-то еще, но не успел. Почитаем на досуге.

Я вывел свою новую молчаливую бригаду из десяти мертвяков во двор и направился к крыльцу гостевого дома.

Там разворачивалась немая комедия. Первый, как верный страж, стоял, загородив входную дверь своей широкой спиной. Из-за его плеча пыталась выбраться Кира. Она упиралась руками в твердую, как камень, спину мертвяка, возмущенно пыхтела, а её белокурая челка растрепалась и падала на лицо.

Увидев меня, она перестала толкать зомби и возмущенно воскликнула:

– Артур! Господин некромант! Вы не подскажете, что здесь происходит⁈ Я видела сполохи огня в лесу и слышала крики! А ваш… батрак меня не выпускает!

Я мысленно дернул ментальный поводок Первого, подкрепив команду вслух:

– Пропусти госпожу.

Первый деревянно шагнул в сторону. Кира выскочила на крыльцо… и застыла, словно налетела на невидимую стену. Её взгляд медленно скользнул по выстроившимся полукругом десяти мертвякам, среди которых был обгоревший до состояния угля Третий и перемазанные кровью бывшие бандиты. Рот Киры раскрылся так широко, что туда легко поместилось бы крупное куриное яйцо.

– Ну, – я развел руками, окинув взглядом свое пополнение. – Я нашел нам бригаду лесорубов для частокола. Причем они готовы работать за еду. Вернее, даже без нее.

Кира медленно сглотнула, не сводя расширенных глаз с жуткой толпы. Затем она резко отвернулась в сторону курятника. Оттуда доносился панический петушиный клёкот и хлопанье крыльев.

– Кур испугали, – констатировала она.

Я прислушался к истеричным воплям из-под сетки.

– Да бросьте. По-моему, больше всех там напугался Педро.

Но хозяйственная женщина! В первую очередь печется о скотине, что нас кормит. Я восхищен.

– А Педро? Он что, не наш? – уперев руки в бока, заявила Кира. – Такой же наш, как и ваш Первый или Второй!

Я удивленно посмотрел на девушку. А ведь логично. Наезд был вполне оправдан, да и за свою живность она вступалась смело.

– Да, действительно, – признал я, почесав подбородок. – Будет крайне неприятно, если у единственного петуха на ферме от страха случится инфаркт.

Сосредоточившись, я мысленно приглушил фонящую некротическую ауру, исходящую от моих новых батраков. Скрывать нежить от чувствительных животных всегда сложнее, чем от людей – инстинкты не обманешь, – но я постарался ужать этот ледяной фон до минимума. Воздух во дворе неуловимо потеплел, избавившись от могильного давления.

Из курятника донеслось еще пара возмущенных кудахтаний, после чего Педро наконец-то заткнулся, сменив паническую истерику на тихое, ворчливое бульканье.

– Ну вот, так-то лучше, – удовлетворенно кивнул я.

Кира перевела настороженный взгляд с притихшего курятника на шеренгу окровавленных мертвяков.

– Кто эти люди вообще? – поежившись, спросила она. – И почему они на нас напали?

– С чего ты взяла что напали? – заинтересовался.

– А откуда им еще взяться посреди леса? – пожала плечами Кира. – Вокруг нас только глушь.

Логично.

– Местные бандиты. Промышляют разбоем на дорогах, – спокойно ответил я, закидывая трофейный арбалет на плечо. – Хотели забрать мою ферму. И, судя по всему, вас в придачу. Послал их один дворянин… который вскоре за это ответит.

Я не стал вдаваться в подробности, а вместо этого переключил внимание на свою нежить. Окинув взглядом шеренгу, я выбрал одного из свежих «Старых» – бывшего бандита Комара. В пару к нему я определил старого Второго. В работе этот «Бродяга» был бесполезен, координация у него хромала, да и все больше поглядывал на Педро с гастрономическим интересом. Самое то для курьерской работы.

Повинуясь моему мысленному приказу, оба мертвяка развернулись и нестройным шагом направились в сторону тракта, растворяясь в ночной темноте.

Кира проводила их долгим взглядом.

– Куда они пошли? – с тревогой спросила она.

– У них будет одно небольшое задание, – уклончиво ответил я. Пусть один прогуляется в Малые Вязы, передаст привет господину Рокотову. Другого же отправил в окрестности Сонмища выгрести одну из заначек Кунжута. Не ту, что достанется его семье. Благо, точный адрес я из бывшего главаря вытряс. Кунжут как бывший купец был запасливый. Мертвецам сон не нужен, к утру как раз вернется с полными кошелями.

Я перевел взгляд на тройку элитных батраков – моих новеньких «Матёрых». Остановившись напротив трупа бывшего предводителя, я хмыкнул.

– Ты у нас, значит, будешь Кунжутом. Откликайся, – я ткнул его пальцем в грудь. Мертвяк безразлично уставился в пространство. Затем я посмотрел на рослого мага-огневика, стоявшего рядом. – А ты теперь будешь новым Вторым. Постарайся не жрать хозяйский скот.

Закончив с инвентаризацией, я сладко зевнул, чувствуя, как наваливается приятная усталость после продуктивного вечера.

– Ну, а теперь можно пойти поспать, – резюмировал я, направляясь к дверям дома.

– И вы спокойно уснете после такого? – недоверчиво спросила Кира.

– А что мешает? – пожал я плечами. – Да и завтра с ранья пойду охотиться на свой плуг.

* * *

Деревня Малые Вязы

Барон Рокотов обожал пятницы. Каждую пятницу он стабильно околачивался в Малых Вязах – небольшой, но добротной деревеньке, где местный трактирщик всегда держал для него лучшие покои, крепкую выпивку и самых сговорчивых девок.

Барон только что вышел из жарко натопленной баньки. Распаренный, с красным лицом и расстегнутой на волосатой груди льняной рубахой, он с наслаждением вдыхал ночной воздух. Жизнь была хороша! Да, Большое Луговье находилось в опасной Серой зоне, но Рокотов всегда умел брать от жизни всё.

Рядом с ним, тяжело отдуваясь и вытирая пот со лбов, стояли двое чиновников из окружной канцелярии. Один из них, господин Криби, был особенно полезен: именно эти упитанные пиявки за щедрые взятки регулярно закрывали глаза на махинации барона с лесом и налогами.

Они неспешно шли по двору трактира, обсуждая дела.

– Скоро нам предстоит провернуть еще одну бумажную канитель, господа, – самодовольно вещал Рокотов, поигрывая перстнем. – Поместье Нордов. Земля там, конечно, дрянная, не ахти какая – сплошной бурьян. Но лишней не будет. Разберемся с новым владельцем, перепишем ее на меня, а потом я выставлю этот кусок на аукцион в столице округа. Найдутся столичные идиоты, готовые прикупить «экзотику» у Серой зоны. Барыш поделим, как обычно.

Чиновники согласно закивали, предвкушая небольшую звонкую монету. Никто из них не подозревал, что за покосившимся сараем в десяти шагах от них уже стоит сама смерть.

Мертвяк, при жизни носивший имя Прохор, добирался сюда долгие три часа. Хоть Артур и вкачал в него энергию до ранга «Старый», координация и пространственное мышление нежити оставляли желать лучшего. Зато у мертвяка была четкая ментальная программа и точный маршрут. Артур выпотрошил из памяти Кунжута секрет: за трактиром в Малых Вязах есть потайной ход – плохо приколоченная доска в частоколе, через которую бандиты пролезали, чтобы прятать в деревне краденое. Через нее мертвяк и просочился, затаившись в тени.

И вот теперь он дождался.

С утробным, булькающим рычанием мертвяк выскочил из-за сарая. В свете факелов блеснули белесые глаза и окровавленные зубы.

– Твою мать! – истошно завизжал Рокотов.

Инстинкт самосохранения у барона сработал быстрее любой магии. Увидев, что жуткий мертвяк прыгает прямо на него, Рокотов не стал геройствовать. Он просто схватил стоявшего рядом второго чиновника за воротник и с силой швырнул его вперед, прямо в объятия нежити.

Свирепый мертвяк на лету вцепился в живой щит. Раздался звук рвущейся глотки, чиновник захрипел, фонтанируя кровью, и рухнул на землю под тяжестью живого мертвеца.

Рокотов попятился, споткнулся и грохнулся на задницу. По его ногам растеклось теплое мокрое пятно – барон банально обмочился от первобытного ужаса.

– Охрана! Ко мне! Убивают! – заверещал он дурным голосом.

Дверь трактира с треском распахнулась. На двор выскочили двое личных телохранителей барона – маги стихий. Оценив ситуацию, они тут же кинулись в бой.

Но всё пошло не по плану. Маг воздуха, то ли спросонья, то ли от паники, совершил фатальную ошибку дилетанта – забыл сразу накинуть на себя стихийный доспех. Мертвяк, бросив растерзанного чиновника, метнулся к нему с пугающей скоростью. Воздушник успел лишь вскинуть руки, когда пальцы мертвяка сомкнулись на его шее. Резкий рывок – и голова телохранителя с влажным хрустом отделилась от тела, повиснув на лоскутах кожи.

Второй охранник, огневик, взревел и ударил в упор. Яркое пламя охватило мертвяка. Завязалась страшная рукопашная: горящий мертвяк пытался достать мага, а тот методично вбивал в него огненные пульсары, пока нежить, наконец, не обуглилась до состояния сухой головешки и не рухнула в пыль.

Во дворе повисла звенящая тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием мага и всхлипами Рокотова.

Из трактира начали осторожно выглядывать люди. Один из наемников барона подошел к обгоревшему трупу мертвяка, пнул его сапогом и присмотрелся к оскаленной морде.

– Твою ж… Господин барон! Так это же наш Прохор! – удивленно воскликнул бандит. – Но как? Он же сегодня должен был быть на задании… Ну, на ферме Нордов, вместе с Кунжутом…

Наемник осекся и прикусил язык, сообразив, что сболтнул лишнего, но слово уже вылетело.

Господин Криби, бледный как полотно и забрызганный кровью своего растерзанного коллеги, медленно повернулся к барону. В его глазах плескалась чистая ярость.

– Значит, вот как вы нас на гулянки зовете, барон? – процедил чиновник, брезгливо глядя на обоссавшегося Рокотова. – Кидаете моих людей на растерзание собственным цепным псам, которые у вас в монстров превращаются⁈ Всё, Рокотов. Игры кончились. Больше я не закрываю глаза на ваши налоги. Никаких дополнительных квот на вырубку. И забудьте про гарантии безопасности от гарнизона Большого Луговья!

Рокотов, забыв про мокрые штаны, неуклюже вскочил на ноги, замахав руками.

– Господин Криби! Погодите! Это какая-то неурядица! Я не знаю, что случилось! Клянусь, это ошибка!

– Случилось то, что ваш человек превратился в мертвяка и сожрал моего коллегу, пока вы им прикрывались! – рявкнул Криби. Развернувшись, он быстрым шагом направился к воротам, даже не оглянувшись.

Барон остался стоять посреди двора. Его лицо налилось свинцом. Планы рушились на глазах, полезные связи испарились, а лучший телохранитель валялся без головы.

Рокотов с бессильной яростью топнул ногой по земле.

– Кунжута! – прорычал он, брызгая слюной. – Найти Кунжута и притащить ко мне с самого утра! Он у меня уже давно в печенках сидит! Я с него шкуру спущу! Он мне ответит за сегодняшнее! Хочу знать, как именно этот кретин накосячил с тем пришлым дворянёнком на ферме!

* * *

Я проснулся спозаранку, с первыми лучами солнца. План на день был предельно прост и прагматичен: встать пораньше и отправиться в лес на охоту за своим сбежавшим плугом. Но, протерев глаза, я понял, что на ферме уже есть кто-то не менее деятельный.

Со стороны кухоньки доносилось бодрое шуршание кастрюльками. Я умылся на улице из бочки, которую еще с вечера заполнил Второй, и только потом заглянул внутрь. Изогнув бровь, я спросил:

– Госпожа Кира, а вы чего не спите в такую рань?

Кира, перемазанная мукой, обернулась от печи и вскинула точеный подбородок.

– А кто вас кормить будет, господин некромант?

– Логично, – кивнул я, присаживаясь за грубо сколоченный стол, а сам подумал, что из Первого или того же Кунжута повара выйдут так себе. Пальцы в суп уронят или еще чего похуже.

На завтрак была свежая выпечка, замешанная на козьем молоке, и густое ягодное варенье, которое Кира откопала в бездонных погребах Нордов. Я уплетал всё это с неподдельным упоением. Вкус нормальной домашней еды казался пищей богов. Жуя лепешку, я с легкой грустью подумал о том, что надо бы самому попробовать подоить Сирень. Это ведь несложно? Генерал Мироздания уж конечно справится. Да и вообще… я сюда приехал сельским хозяйством заниматься. Возделывать землю, разводить стадо, строить забор. А вместо этого – разборки с бандитами, махачи с магами, ночные рейды. Опять двадцать пять.

Задумавшись о своем, я завис, уставившись немигающим взглядом в одну точку. Точкой оказалось лицо Киры. Девушка заметила мой пристальный взгляд, чуть-чуть покраснела, но глаз не отвела, уставившись мне в ответ. Поняв, что откровенно пялюсь, я не стал сдавать назад – меня ведь не так учили – и усмехнулся. Кира тут же фыркнула, отвернулась обратно к столу и быстро спросила, меняя тему:

– И как же вы собираетесь найти того вепря? Он же давно ушел.

– Это не проблема, – ответил я, допивая молоко. – Я чувствую нежить. А у этой мертвого мутанта аура такая здоровенная, что ее ни с чем не перепутать. Если что, новые батраки побудут вашей охраной, пока меня нет.

– Спасибо, Артур, – благодарно улыбнулась Кира. Все же блондинке нравилась, что я забочусь о ее безопасности.

– И тебе за завтрак, – кивнул я.

Выйдя во двор, я занялся математикой. В резерве болталось двадцать пять морт. Для приручения мутанта четвертого уровня – а вепрь тянул именно на эту весовую категорию – потребуется максимум сорок морт. Энергии не хватало.

Пришлось провести небольшое сокращение штатов. Я отвел двух свежих батраков ранга «Старый», которых поднял ночью из бандитов, в сарай, в тенек. Там я их упокоил, вытянув вложенную энергию обратно – потом подниму заново. Трупы мешками осели на землю, зато мой резерв пополнился на двадцать морт. Итого – сорок пять. Теперь точно хватит.

Первого я занял огородом – велел таскать ведра с водой из колодца и поливать посадки, пока солнце не поднялось слишком высоко. Трех «Матёрых» магов я распределил по краям участка охранять территорию. Остальным двум «Старым» я велел выкорчевывать подгнившие столбы в частоколе, чтобы подготовить место для новых. Пусть работают, мертвецам отдых не нужен.

Закинув на плечо трофейный арбалет с небольшим колчаном коротких болтов и проверив, легко ли выходит меч из ножен, я направился в лес. Вчерашний вепрь любил нападать на повозки, поэтому я решил далеко от тракта не отходить, двигаясь параллельно дороге через подлесок.

Пройдя около километра, я остановился. Прикрыл глаза и сфокусировался, вливая в себя пять морт, чтобы раскинуть максимально широкую сеть некросканера. В резерве осталось ровно сорок. Мощный некротический импульс разошелся невидимой волной, прощупывая лес. И вскоре мой внутренний радар уверенно пискнул.

Я двинулся в нужную сторону, бесшумно ступая по хвое.

Когда я вышел к небольшой поляне, то наконец увидел своего беглеца. Вепрь был воистину огромен – размером с хорошего, откормленного быка. А на конце его мощного хвоста покоился тот самый массивный треугольный костяной набалдашник, идеально повторяющий форму плуга.

– То, что надо, – беззвучно шепнул я.

Но хряк был занят. Он только что разодрал в клочья какого-то крупного волка-мутанта, неосторожно забредшего на его территорию. И прямо на моих глазах произошло то, от чего я невольно подобрался.

Вепрь не просто убил добычу – он начал ее поглощать, втягивая в себя некротическую энергию растерзанного волка. Мертвая плоть кабана запульсировала, мышцы вздулись буграми, разрывая остатки шкуры, а костяные наросты на спине с хрустом начали удлиняться, превращаясь в шипы.

Мой плуг преображался прямо у меня на глазах, эволюционируя в сверхмутанта. Оппа… Кажется, сорока морт тут может и не хватить.