Текст книги "Боевой некромант - фермер. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Для вас – нет.

– А для кого опасные? – осторожно, с легкой хрипотцой уточнила блондинка.

– Для тех, кому я прикажу, – я легко пожал плечами. – Это просто инструменты. Послушные, не требующие отдыха инструменты.

Девушка еще раз окинула взглядом меня, потом слепую Дорожку, меланхолично отгоняющую мух хвостом, и снова мертвяков у ворот. Затем кивнула.

– Хорошо, пойдемте пить чай, господин… некромант, – она, решившись, направилась к крыльцу домика. Я с ухмылкой последовал за блондинкой. А этот мир умеет удивлять.

Глава 2

Прежде чем идти в дом, я решил немного прибраться во дворе. Дорожку пришлось отвести за дальнюю стену курятника – Педро, хоть и забился в свой угол, то и дело бросал на нее через плетеную сетку взгляды, полные сложных и явно недобрых чувств. То ли планировал новую суицидальную атаку, то ли просто не мог смириться с существованием подобной хтони на своей территории.

Батраков я тоже загнал в густую тень под навес старого дровяного сарая, велев замереть. Мало ли кто еще решит заглянуть на огонек. То, что я некромант, в этом мире вообще-то было тайной за семью печатями. И хотя убийство любого живого разумного стабильно прибавляло мне мортов на счету, я был не из тех идиотов, кто нарывается на проблемы ради пары единиц энергии. Я предпочитал сам выбирать себе жертв, а не отбиваться от карательных отрядов.

Покопавшись в седельной сумке, я прихватил бумагу с имперского аукциона. Спешить внутрь я намеренно не стал. Бесцельно побродил по двору минут пять, давая блондинке время собрать вещички и тихо смыться через черный ход, оставив мне всё свое пернатое хозяйство. Мне бы такой расклад идеально подошел.

Но нет, незнакомка оказалась не столь щедра. Когда я толкнул скрипучую деревянную дверь и шагнул в прохладный полумрак домика, девушка никуда не исчезла. Более того, она деловито хлопотала у старой, растопленной дровами чугунной печурки, снимая с огня закопченный чайник. В воздухе плыл густой, терпкий травяной аромат.

Я молча прошел к грубо сколоченному дубовому столу, отодвинул табурет, сел и бросил взгляд в небольшое, чисто вымытое окно. Отсюда открывался вид на мои новые владения. Домик, в котором мы находились, явно задумывался прежними хозяевами как гостевой или жилище для управляющего фермой. Девушка смогла отвоевать у разрухи лишь крошечный пятачок: этот самый дом, курятник да пару соток огорода. А вот дальше начиналось настоящее царство упадка. Широкие поля заросли сорной травой в половину человеческого роста, превратившись в дикие пустоши. Вдалеке, на возвышенности, чернел мрачный скелет большого господского дома, окруженный одичавшим, непроходимым садом. Ферма была гигантской, но мертвой.

– Спасибо, – кивнул я, когда передо мной опустилась глиняная кружка горячего, исходящего паром чая и деревянная тарелка с двумя толстыми ломтями свежего хлеба, щедро намазанными желтым маслом.

Девушка села напротив. Она заметно нервничала: то и дело поправляла упавшую на лицо светлую прядь и не отрывала напряженных глаз от моей кружки. Смотрела с таким затаенным волнением, ожидая, пока я сделаю первый глоток, что у меня на секунду промелькнула мысль: «А не отравлено ли?»

Впрочем, я лишь мысленно усмехнулся и сделал большой глоток. Тот, кто ходит по тонкой грани между смертью и жизнью, подобной ерундой не убивается. А некроманты не просто ходят, они живут на этой грани. Мой организм, даже этот новый, переварит любую дрянь, если потребуется.

– Вы здесь одна? – спросил я, откусив хлеб.

– Одна, – помолчав, наконец ответила она.

И подозрительно посмотрела на меня, нервно теребя край скатерти. Впрочем, девушке и правда было о чем волноваться. Я прищурился, едва заметно переключая зрение на магический спектр. Она была не просто смелой крестьянкой с лопатой. Она была магиней. Вот только аура её тускло мерцала, намертво перетянутая цепями магической печати. Такие специфические метки Империя ставила только одаренным преступникам, полностью блокируя их силу. Сбежавшая заключенная? Очень похоже на то. Разобрать, какой именно стихией она владела до того, как на неё надели этот антимагический сдерживатель, было уже сложновато.

– Я дворянин Артур Горд, – представился я, возвращаясь к обычному зрению и переходя к делу.

– Кира, – тихо ответила она.

– Просто Кира?

Она упрямо поджала губы:

– Да.

Я не стал давить. Просто положил сложенный лист плотной бумаги с сургучной печатью и пододвинул его по столешнице к ней.

– Если вам очень хочется увидеть бумаги, подтверждающие мое право владения этой землей.

Кира даже не взглянула на документ. Она обреченно вздохнула, уставилась на свои сцепленные в замок пальцы, долго молчала, а потом вдруг вскинула голову и решительно спросила:

– А вы? Вы здесь один?

Я слегка улыбнулся, вспомнив свою свиту во дворе.

– Не считая Дорожки и двух моих батраков – совершенно один.

На лице Киры отразилась сложная гамма эмоций. Кажется, она испытала страх, но в то же время – облегчение.

– Господин дворянин Артур, и что вы собираетесь делать дальше? – осторожно спросила она.

– Помимо жутких кровавых ритуалов? – снова пошутил я, но девушка лишь нахмурилась, всем своим видом показывая, что шутка уже не смешная. Ой, ну и ладно. – Обживаться, фермой заниматься. А вы?

Она помедлила, видимо уловив, что за порог её прямо сейчас не выставляют и собаками – то есть мертвяками – не травят.

– Я остаюсь, – твердо заявила девушка, вцепившись в край дубового стола. – Эта ферма слишком большая для одного мужчины. А я знаю сельское хозяйство, умею ухаживать за птицей, разбираюсь в огороде и могу помогать по хозяйству.

Я внимательно посмотрел на нее. Вспомнил, как она переловила всех кур во дворе. Вспомнил идеально прополотые грядки. Прагматизм всегда был моей сильной стороной – отказываться от мотивированной, да еще и бесплатной рабочей силы было бы верхом глупости.

– Хорошо, – я коротко кивнул, взял кружку и сделал еще один глоток, прислушиваясь к терпкому вкусу.

– Мм… вкусно. Смородина.

Она слегка покраснела, наконец-то расслабив напряженные плечи после моего согласия.

– Дикая, – тихо ответила Кира. – В лесу собирала.

Доев последний кусок хлеба с маслом и допив остывающий чай, я поднялся из-за стола.

– С вашего позволения, пойду осмотрю свою собственность.

– Хорошо, – пожала плечами Кира, поднимаясь следом. – Мне всё равно уже пора на вечерний полив.

Я подошел к раковине и привычным движением опустил пустую кружку в мойку. Местная сантехника представляла собой простую, но рабочую конструкцию: над деревянной лоханью было закреплено ведро с клапаном, вода из которого лилась порциями по нажатию педали. Удобно и без лишних заморочек.

На крыльце наши пути разошлись. Девушка подхватила свою верную совковую лопату и деловито зашагала к огороду. Я же направился в противоположную сторону, чтобы оценить масштаб катастрофы на полях.

Забор здесь представлял собой откровенно жалкое зрелище: покосившиеся столбы, прогнившие доски и зияющие провалы, в которые при желании могла бы протиснуться целая повозка. Бурьян стоял стеной, отвоевывая у цивилизации каждый дюйм. Но моё внимание привлекли не сорняки.

Я почувствовал слабые, ритмичные эманации силы.

Дело в том, что я не был обычным местечковым некромантом-недоучкой. Мой взгляд проникал за грань привычного – я видел саму суть жизни и смерти, мог различать классы энергии, голые потоки маны и скрытые плетения. Именно поэтому я так легко разглядел блокирующую метку на ауре Киры, тогда как обычным магам или инквизиторам для этого потребовались бы специальные диагностические артефакты.

Повинуясь чуть слышному, затухающему пульсу маны, я продрался сквозь заросли и вышел к разбитому каменному колодцу. Внешне – сплошная разруха. Сейчас из него можно было набрать разве что обычной грунтовой воды. Но мое зрение ясно фиксировало исходящую от каменной кладки остаточную силу. Родовой источник.

Я прекрасно знал из документов аукциона, что прежние владельцы поместья, графы Норды, были сильными магами земли. Когда-то этот источник питал всю территорию, напитывая почву благодатью и позволяя собирать гигантские урожаи. Норды славились на ближайшие округи как одни из лучших поставщиков продовольствия. Сейчас узел был поврежден и запущен, но искра силы в нем еще теплилась. Для моих аграрных планов это была просто бесценная находка.

Удовлетворенно кивнув своим мыслям, я оставил колодец и направился к мрачной громаде барского дома.

Перед тем как зайти внутрь, я завернул в приземистый дощатый сарай, стоявший неподалеку от особняка. Внутри пахло сухой пылью, древесной трухой и старым сеном. У стены ровным рядом стояли инструменты Киры: мотыга со сточенным почти наполовину лезвием, старые деревянные грабли и залатанная садовая тачка. За инвентарем явно тщательно ухаживали, аккуратно очищали от земли, а черенки были отполированы руками до блеска, но все эти вещи были уже очень старыми и крепко побитыми жизнью. В углу обнаружился наполовину пустой холщовый мешок с куриным зерном, а под потолком висели связки сушеной полыни от птичьих клещей и старая мышеловка.

Зерна оставалось совсем немного. А ведь птицу Кира чем-то кормить, значит, она где-то регулярно закупается или выменивает припасы? Надо будет спросить у нее на досуге, как здесь устроена местная логистика.

Покинув сарай, я поднялся на широкое крыльцо особняка. Внутри пахло сыростью, затхлостью и брошенным жильем. Мародеры здесь, конечно, побывали – мебель была местами перевернута, тяжелые дубовые шкафы распахнуты, на полу валялся хлам. Но вытащить успели далеко не всё. Видимо, работали в большой спешке. В Серой зоне жажда наживы быстро уступает место банальному животному страху перед мертвяками, которые выползают на тракты с наступлением сумерек. Жизнь всяко дороже пыльного канделябра или тяжелого ковра. Дом был вполне пригоден для жилья, если приложить руки.

Я как раз прикидывал, сколько времени займет уборка первого этажа, как вдруг мое пассивное восприятие дернулось.

На краю чувствительности вспыхнул огонек чужой жизни. Кто-то целенаправленно приближался к воротам поместья. И это явно была не Кира с её поливом.

Я вышел из дома, скользя по заросшей аллее к подъездной дороге. Еще издалека, сквозь прутья покосившихся кованых ворот, я разглядел знакомый силуэт верхового. Армейская выправка, добротный плащ и цепкий, настороженный взгляд.

Это был тот самый старший патруля. Тут еще и Кира мимо шла с полным ведром воды, только что набранной из колодца, и она застыла, побледнев. Ее взгляд не отрывался от браслета патрульного. В железном ободке поблескивал на солнце камень. Хм. Детектор? Очень возможно. Я направился прямиком к девушке.

* * *

Поместье Норд, Серая зона, Большое Луговье

Кира несла полное, поскрипывающее ведро воды к грядкам, когда вдруг застыла, словно налетев на невидимую стену. Холодный пот мгновенно выступил на спине под грубой тканью комбинезона.

По заросшей аллее прямо к ней ехал всадник. По тускло блеснувшему на груди жетону она сразу поняла – патрульный. Расстояние было еще приличным, но зрение у Киры было отличным, и она сразу выцепила главную, самую страшную деталь. На запястье патрульного, поверх кожаной перчатки, матово отсвечивал массивный железный браслет с вправленным темным камнем. Артефакт-детектор.

В голове девушки началась лихорадочная, паническая работа мысли. Бросить ведро и рвануть в лес? Но патрульный на коне, он преодолеет это расстояние за секунды, и ее бегство будет выглядеть подозрительно. Он догонит. Сделать вид, что ничего не происходит, и продолжать нести воду? Но всадник неумолимо приближается. Как только он подъедет близко, детектор уловит фон магической метки Империи, которую выжгли на ее ауре.

Камень неминуемо вспыхнет, и капитан всё поймет. За укрывательство беглой одаренной преступницы полагалась виселица, и необычный некромант пострадает ни за что, а саму Киру ждало возвращение в имперские застенки. Или что похуже.

Вдруг чужие пальцы коснулись ее руки, судорожно сжимавшей дужку ведра.

– Позвольте, помогу.

Кира отшатнулась как ошпаренная, отдав ведро. Рядом, совершенно бесшумно подошедший, стоял некромант. А по её коже всё еще тянулся странный холодок – будто прикосновение не исчезло, а осталось где-то глубже.

– Всё в порядке, госпожа? – ровным, почти скучающим голосом поинтересовался Артур.

Она уставилась на него округлившимися от ужаса глазами. Зачем он коснулся ее? Что он делает?

В этот момент всадник с легким звоном амуниции осадил коня прямо перед ними.

– Господин дворянин Артур! – громко поприветствовал патрульный, с высоты седла окидывая двор взглядом. – Смотрю, вы уже обживаетесь. А я-то думал, вы один едете.

Артур ответил спокойно, с легкой, вежливой улыбкой:

– Ну, как видите, не один. Со своей работницей.

Патрульный что-то говорил, Артур ему что-то отвечал, но Кира их почти не слышала. Шум в ушах стоял такой, словно рядом ревел водопад. Она не отрывала парализованного взгляда от браслета на руке офицера.

Темный кристалл не светился.

Он был мертв и тускл. Он должен был пульсировать тревожным красным светом при нахождении рядом с носителем печати заключенного, но артефакт молчал. Кира медленно перевела взгляд на спокойный профиль Артура. Осознание обрушилось на нее с пугающей ясностью. Он коснулся ее руки, чтобы заглушить фон. Он спрятал ее ауру от артефакта. А значит… он с самого начала видел метку. Кто такой этот человек?

– По какому поводу вы решили навестить нас? – голос Артура прорвался сквозь звон в ушах Киры. – Предлагаю для начала представиться, господин офицер.

Патрульный чуть выпрямил спину.

– Капитан Роджер Стис, – отрапортовал он. – Решил заехать, чтобы дать вам пару кратких инструкций насчет того, как обживаться на ферме. Тем более с такой молодой госпожой…

Взгляд капитана Роджера остановился на Кире. Он смотрел пристально, маслянисто, изучая ее фигуру в испачканном землей комбинезоне.

Кира снова посмотрела на Артура. Страх перед инквизицией сейчас смешивался в ней с трепетом перед силой этого парня. Каким же могуществом нужно обладать, чтобы одним касанием обмануть имперский артефакт?

Артур вдруг неуловимым, плавным движением сделал шаг вперед. Он встал так, что его плечо полностью заслонило Киру от сального взгляда капитана Роджера.

– И что же вы посоветуете, капитан? – голос Артура оставался безупречно вежливым, но в нем проскользнула сталь. – Наверняка – починить забор?

– Именно, господин дворянин, – хмуро ответил Роджер, недовольный тем, что ему перекрыли обзор. – Потому что эта хилая стена – всё, что защищает вас от кишащего мертвяками леса в первую очередь. Деревни и городки находятся в Серой зоне и до сих пор живы только благодаря высоким стенам и немногочисленным магам-защитникам.

– Спасибо за ценный совет, – отрезал Артур, давая понять, что аудиенция окончена. – А теперь, извините, нам нужно заниматься фермой. Сами видите, работы здесь невпроворот.

Капитан Роджер нахмурился, не привыкший, чтобы его так отшивали на его же территории. Он подался в седле, бросил еще один испытующий взгляд за плечо Артура.

– Госпожа, – процедил он и, переведя холодные глаза на некроманта, добавил: – Господин дворянин.

Дернув поводья, капитан развернул коня и поехал прочь со двора.

Кира в шоке смотрела на Артура, не в силах вымолвить ни слова. Воздух вокруг всё еще казался наэлектризованным после его прикосновения, а тишина, последовавшая за отъездом капитана, давила на уши.

– А знаете, – вдруг нарушил молчание Артур, – вы выбрали имя точь-в-точь как у моей мамы.

Щеки Киры мгновенно вспыхнули.

– Я не… – она запнулась, не зная, что ответить. Ей не показалось. Ей точно не показалось. Этот человек – этот странный некромант – каким-то невероятным образом заглушил её имперскую метку. Цепи, которые должны были истошно визжать магическим фоном в присутствии детектора, под его рукой просто затихли.

Она опустила взгляд на ведро, которое он аккуратно поставил возле её ног. Какой бы преступницей она ни считалась по законам Империи, её учили быть благодарной. Это был вопрос выживания и воспитания.

– Спасибо вам, господин некромант, – отчетливо произнесла она.

Артур негромко хмыкнул. Его позабавило, что она назвала его не «господином дворянином» или «господином Гордом», как было принято, а прямо по профессии. Впрочем, это было честнее. Он снова посмотрел вслед ушедшему Роджеру, чья фигура уже превратилась в точку на тракте.

– Как бы там ни было, а капитан прав, – произнес Артур, и в его голосе снова прорезались деловые нотки. – В первую очередь нам нужно починить стены и ворота. Кто знает, когда начнется следующая миграция Орды. Здесь, в Серой зоне, это не вопрос «если», это вопрос «когда».

– До сих пор мне удавалось избегать быть замеченной мертвяками, – призналась Кира, кусая губу.

Артур повернулся к ней, и его взгляд был непривычно серьезным.

– Дело в том, что вы не занимались освоением фермы. Вы просто тихо сидели в углу. Вас не замечали. Но теперь здесь есть я, Дорожка и мои батраки. И мы не будем сидеть сложа руки. Фонит смертью от нас прилично, так что скоро гости потянутся.

Он поправил перевязь меча.

– Поэтому мне нужно в ближайшее время съездить в небольшой городок неподалеку. Как я помню по картам, он называется Сонмище.

Кира кивнула, невольно скользнув взглядом по его поясу, где к седлу Дорожки был приторочен увесистый кожаный кошель. Она тут же отвела глаза – смотреть на чужие деньги было верхом неприличия, но Артур заметил этот жест.

– Помимо закупки стройматериалов, зерна и, возможно, какой-нибудь живности, я должен зайти в отделение Имперского банка, – добавил он.

– Зачем? – не удержалась от вопроса Кира.

– Потому что я внес только залог за поместье Гордов. По условиям аукциона, покупателю разрешается осмотреть объект после продажи. Я мог приехать, увидеть эти руины и отказаться, оставив Империи безвозвратный задаток.

– И что вы решили? – Кира затаила дыхание. Она поняла, что некромант хочет остаться и заняться обустройством, но возможно это ненадолго. Может, он сам планирует продать ферму, чтобы не терять напрасно задаток с аукциона.

Артур снова усмехнулся, и на этот раз в его глазах блеснул знакомый циничный огонек.

– Я решил, что меня здесь всё устраивает. Место с потенциалом. Вы можете мне составить компанию в поездке в город, если хотите. Но сначала мне нужно посетить местную усыпальницу. Вы не знаете, где она, кстати?

Кира округлила глаза. Она медленно подняла руку, указывая направление за заросшим, одичавшим садом.

– Там, прямо за яблонями. Старая часовня с подземным ярусом. Но зачем вам усыпальница? Зачем вам тревожить прежних хозяев?

Артур посмотрел на неё:

– Потревожить?

У девушки по спине пробежал холодок. Кира поспешно отвела взгляд и добавила тише: – Я старалась ходить мимо неё как можно быстрее. Оттуда иногда слышны странные звуки. Скрежет и возня…

Улыбка Артура стала шире, обнажив белые зубы.

– Странные звуки? Что же, это обнадеживает. Значит, там мне точно будут рады.

Он взял ведро, развернулся и легким шагом направился в сторону грядок, насвистывая какой-то веселый мотив. А Кира, вздохнув, последовала за этим странным человеком.

* * *

Когда я помог донести ведро до грядок, стало ясно, что одной ходкой мы тут не обойдемся. Пыльная земля пила воду с жадностью умирающего, так что мы вместе сходили к колодцу еще за двумя бадьями. Мы молча поливали аккуратные ряды – здесь у Киры росла репа, тыква и ягоды, она понимала, что растить надо калорийное.

Когда земля наконец потемнела от влаги, девушка отложила ведро и принялась деловито собирать созревшие листья зелени к ужину. Я отряхнул руки и, чтобы не стоять без дела, попросился покормить птицу. Кира посмотрела на меня весьма удивленно – видимо, забота некроманта о курятнике никак не укладывалась в ее картину мира, – но молча кивнула.

Я направился к сараю, по пути мысленно послав короткий импульс за гостевой домик. Оттуда, шаркая непослушными ногами, вышли мои новые батраки. Я решил не усложнять и назвал их просто – Первый и Второй. Приказал им замереть истуканами неподалеку от сетки. Пусть куры и агрессивный Педро заранее привыкают к их виду и специфическому запаху. В мои планы совершенно не входило лично заниматься рутиной – такие простые механические операции, как кормежка несушек или уборка двора, должны делегироваться низкоуровневым мертвякам класса «Бродяга», какими и являлись Первый со Вторым.

Пока я насыпал зерно в длинную деревянную кормушку, куры тут же устроили кучу-малу, жадно склевывая угощение. А вот у петуха память оказалась куда более долгой. Педро, прекрасно помня ту ледяную эманацию ужаса, которую я на него напустил, долго и подозрительно вышагивал по периметру курятника, не решаясь подойти.

– Давай уже, ешь, – усмехнулся я, глядя на этого пернатого стратега.

Петух склонил голову набок, смерил меня настороженным взглядом, но всё же боком приблизился к кормушке и принялся клевать, то и дело косясь в мою сторону.

Глядя на его острый клюв, я невольно вспомнил про Дорожку. Педро, конечно, знатную засаду устроил – во время дневной стычки выцарапал моей кобыле глаза. И как мне теперь на ней добираться до города Сонмище? Ехать по тракту на слепой мертвой лошади с куском болта во лбу – удовольствие ниже среднего. Понятно, что в городе придется покупать новую, нормальную лошадь, но туда ведь еще надо как-то доехать, не привлекая лишнего внимания.

Закончив с птицей, я вышел из курятника, надежно закрыл за собой щеколду на сетке и направился в гостевой домик.

Комнат здесь было совсем мало, и я выбрал себе ту, что поменьше, но со светлым окном. Пока я здесь как следует не обживусь и не приведу в порядок большой барский дом, буду ночевать тут. В комнате я стянул с себя пыльную рубашку, отцепил перевязь. Снятый с седла тяжелый кошель и документы на ферму выложил прямо на грубо сколоченный стол. Кровать представляла собой простые дощатые нары – ни матраса, ни покрывала. Надо бы где-то раздобыть нормальную постель.

В косяк открытой двери тихо постучали. В проеме показалась Кира.

– Постельное белье и одеяла можно взять из барского дома, – смущенно произнесла она, заметив мой взгляд на голые доски. – Я сама так делала.

– Я так и думал, спасибо, – кивнул я.

Кира перемялась с ноги на ногу, помолчала немного и добавила: – Ужин будет через четверть часа.

– Отлично.

Девушка ушла, а я присел на край кровати, мысленно оценивая иронию происходящего. Думал, что буду один вкалывать на тихой отдаленной ферме, наслаждаясь одиночеством, а в итоге оказался в весьма колоритной компании. Бывшая заключенная Империи, которую власти явно считают крайне опасной (раз влепили такую глухую печать на ауру), петух-берсерк Педро, два покорных зомби и слепая кобыла. Ах да, не стоит забывать про фамильную усыпальницу под боком, откуда по ночам доносится скрежет и визг. Идеальный отпуск, ничего не скажешь.

Свои вещи и кошель с золотом я так и оставил лежать на столе. Сейфа тут всё равно не предвиделось, да и не думал я, что Кира рискнет воровать у некроманта. Особенно после того, как я наглядно продемонстрировал ей свой контроль над имперской меткой. Она девушка умная, должна понимать: мало ли что еще может уметь этот жуткий парень с мертвецами? Хех.

Вскоре Кира позвала меня к столу. Ужин оказался простым, деревенским – вареная картошка, щедро присыпанная свежей зеленью с грядки, да крупно нарезанные овощи. Но мое внимание сразу привлекла глиняная плошка с крепкими, хрустящими солеными огурчиками.

– Очень вкусно, – сказал я, попробовав один. – Откуда такие роскошные соленья? Явно не свежего посола.

– Из погреба в барском доме, – призналась девушка, усаживаясь напротив. – Там еще остались старые запасы прежних хозяев.

– О, как замечательно, – протянул я, отставляя пустую кружку. – Надо будет обязательно посмотреть, что там ещё завалялось.

А про себя добавил: помимо солений. Если прежние хозяева были дворянами и магами земли, они наверняка оставили после себя не только огурцы. В таких домах всегда есть тайники, скрытые ниши или подвалы, запечатанные плетениями, которые может увидеть только тот, кто чувствует потоки маны. Но это задача на потом.

Сейчас в приоритете были стены и ворота для защиты, а также колодец для будущих посевов. И решение второго вопроса, как мне подсказывало чутье, лежало именно через усыпальницу. К тому же, мне совершенно не улыбалось иметь под боком гнездо неконтролируемой нежити, которая скребется в подземельях моей собственной фермы. Некромант я в конце концов или кто?

Кира, внимательно наблюдавшая за выражением моего лица, видимо, пришла к тем же выводам.

– Вы не передумали туда идти? – осторожно спросила она.

– С чего бы? – я изобразил искреннее удивление. – С соседями нужно знакомиться, это правила хорошего тона.

Кира только головой покачала, поджимая губы.

– Ну у вас и шутки, господин Артур.

– Вообще-то я предельно серьезен, – я встал из-за стола, поправил пояс и улыбнулся. – Ну всё, пойду погляжу на «жильцов». Насчёт охраны: Второго я оставлю здесь, с вами. Возьму с собой только Первого.

Девушка застыла на месте, округлив глаза.

– Вы оставите со мной… это? Мертвяка?

Она тут же прищурилась, подозрительно глядя мне в глаза: – Боитесь за свои вещи? Думаете, я что-то украду?

Я небрежно отмахнулся, сохраняя каменное лицо.

– За вещи мне переживать нечего. Они прокляты. Любой, кто прикоснется к моему кошелю или бумагам без разрешения, сам через час превратится в мертвяка.

Кира побледнела и непроизвольно отшатнулась от стола. Я же удерживал строгую, серьезную мину, хотя внутри всё просто содрогалось от хохота. Пугать своей некромантией непосвященных – маленькое удовольствие, в котором я не мог себе отказать.

– Но если серьезно, – добавил я, – насчет незваных гостей капитан Роджер был прав. Второй вам пригодится. Я оставил ему приказ: в случае появления других мертвяков он ввяжется в драку и даст вам фору, чтобы скрыться в лесу или в доме.

Кира посмотрела на меня – сначала возмущенно, потом как-то растерянно.

– Я как бы не нуждаюсь в телохранителях, тем более таких… – она кивнула в сторону окна, где хрипел Второй. – Я жила тут уже долгое время одна и сама справлялась. И пару часов, пока вы будете в усыпальнице, тоже как-нибудь справлюсь.

Я пожал плечами.

– Конечно, справитесь. Но тут дело больше в моих принципах. Я не привык оставлять своих работников без надлежащей охраны. Если с вами что-то случится на моей территории – это будет позор на мою голову. А я такого не допущу.

Кира подозрительно всмотрелась в моё лицо, пытаясь отыскать там подвох, но я мастерски держал «покерфейс». В конце концов, она сдалась перед этими аргументами.

– Хорошо, – выдохнула она. – Хорошо. Только я провожу вас к часовне, чтобы вы не блуждали.

Мы вышли на улицу. Первый – мертвяк с кривой рожей и застывшим взглядом – послушно пристроился за мной следом, мерно шаркая по пыли. Второй остался стоять у домика, издавая тихий горловой хрип. Кира шла чуть поодаль, то и дело бросая опасливые взгляды на моего сопровождающего.

Мы миновали одичавший сад. Здесь яблони, давно не видевшие обрезки, переплелись ветвями, которые в предзакатных сумерках напоминали скрюченные пальцы старухи. В самом конце сада, на небольшом возвышении, стояла маленькая каменная часовня. Низкая, серая, наполовину вросшая в землю, она казалась осколком другого времени. Над дверью тускло белел треснувший каменный герб Нордов.

– Родовая часовня, – тихо произнесла Кира, остановившись в десяти шагах. – Под ней – сама усыпальница.

Я критически осмотрел объект: провалившаяся в одном месте крыша, заросшие мхом ступени и тяжелая железная дверь, которую, судя по слою ржавчины, не открывали много лет.

В этот момент из глубины, прямо из-под земли, донесся резкий, пронзительный визг, перешедший в глухое рычание.

– Наконец-то, – усмехнулся я. – В этом поместье нашелся хоть кто-то разговорчивый.

Кира повернула ко мне голову.

– Они мёртвые, Артур.

– Вот именно, – отрезал я, делая шаг к двери. – У живых обычно слишком много мнений и слишком мало фактов. С мертвецами договориться куда проще. Первый, за мной.

Я обернулся и небрежно помахал Кире рукой на прощание. Первый, стоявший рядом со мной, с задержкой в секунду неуклюже вскинул свою окоченевшую конечность и повторил жест. Выглядело это донельзя комично, но Кира шутки не оценила – лишь крепче сжала губы и посмотрела на меня хмурым взглядом.

Я толкнул перекошенную деревянную дверь часовни, и она со скрипом, подняв облако вековой пыли, поддалась. Внутри всё дышало запустением: разбитые скамьи, облупившаяся краска на стенах, паутина, свисающая с потолка серыми лохмотьями, и стойкий запах сухой земли. Но мой путь лежал не к алтарю, а к массивному каменному люку в полу.

Остановившись перед ним, я прислушался. Снизу не доносилось ни звука, но плита была огромной и тяжелой. Если бы это была просто каменная крышка, запертые внизу мертвяки рано или поздно выскребли бы себе путь наверх. Но она сидела намертво.

Я переключил зрение на магический спектр. Для некроманта магия – это не просто искры и вспышки. Это сама суть жизни и смерти. Магия – это производная жизни, и даже когда она годами таится в мертвых артефактах или древних рунах, она всё равно остается отголоском чьего-то живого дыхания, нашедшим себе временное вместилище.

Именно поэтому я сразу увидел тонкий, едва пульсирующий ручеек маны, тянущийся по краю плиты. Охранный контур. Вот почему подземелье оставалось запечатанным. Я проследил взглядом поток, нашел скрытый в каменной резьбе узел и нажал на него, вливая крохи своей силы для замыкания цепи.

Раздался глухой щелчок, и тяжелая плита с каменным скрежетом отъехала в сторону, открывая зев темного провала.

– Первый, вперёд, – скомандовал я.

Мертвяк послушно шагнул в темноту. И тут же споткнулся о первую же ступеньку. С громким стуком и треском костей он кубарем покатился вниз, собирая углы. Я только обреченно вздохнул. Уровень «Бродяга» – самый низший, что с него взять? Координация как у мешка с гнилой картошкой.

Я обнажил меч и осторожно спустился следом, ориентируясь на лязг, с которым Первый пытался подняться.

Едва я ступил на каменный пол усыпальницы, как на меня обрушилась волна концентрированного могильного смрада, а тишину разорвал оглушительный визг.

Помещение было заставлено массивными каменными саркофагами. Изнутри большинства из них доносился непрерывный, отчаянный скрежет когтей о камень – слабая нежить пыталась выбраться, но сил не хватало. В отличие от тех троих, что сейчас вырастали из мрака прямо передо мной.