Текст книги "Боевой некромант - фермер. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Договорить он не успел. Со стороны колодца вдруг раздался сальный, гудящий голос Брона:

– Эй, дорогуша! А не составишь мне компанию вечерком? Тут водичка холодная, а ты такая горячая…

Я медленно перевел тяжелый взгляд на улыбающегося друида.

– Честь, говорите?

Улыбка сползла с лица Реса, и он пристыженно отвел глаза, кашлянув.

Я развернулся и молча пошел на голоса. У колодца разворачивалась классическая сцена: здоровенный Брон, отряхивая мокрые ручищи, с плотоядной ухмылкой надвигался на Киру. Девушка стояла, словно вросшая в землю, крепко сжимая в руках пустое ведро, и хмуро, исподлобья смотрела на амбала, не отступая ни на шаг. Но стоило ей увидеть меня, подходящего из-за спины наемника, как ее напряженные плечи тут же расслабились, а во взгляде появилось спокойствие.

– Господин Брон, – негромко, но так, чтобы каждое слово чеканило по нервам, произнес я. – Даже если деготь повредил вам зрение, это не спасет вас от фатальных последствий. Если не остановитесь прямо сейчас.

Амбал замер, медленно обернулся и смерил меня презрительным взглядом сверху вниз.

– И что ты сделаешь, фермер? – осклабился он. – Пожалуешься своим грядкам?

Я остановился в двух шагах от него, не меняя расслабленной позы. – Я могу сделать из тебя превосходное, высококачественное удобрение. Для этих самых грядок.

– Неужели? – Брон угрожающе шагнул ко мне, его аура физика вспыхнула плотным, агрессивным светом.

Но тут между нами вклинился Рес, подоспевший вместе с Роджером. Друид положил руку на мощное плечо своего товарища.

– Брон, успокойся. Не доводи до греха, – тихо, но жестко произнес он. – Мы здесь не для этого.

Амбал зло фыркнул, сбросил руку командира и демонстративно отвернулся, сплевывая на землю.

Я проигнорировал его демарш и повернулся к подошедшему капитану стражи. – Так что вы хотели, господин капитан? Раз уж заехали «в гости».

Роджер прокашлялся, возвращая себе официальный вид.

– Завтра с утра мы выдвигаемся в экспедицию, – отчеканил он. – Встреча в трактире «Разносолы» через три часа после рассвета. Вы ведь не местный, знаете, где это место?

– Знаю, – коротко кивнул я.

– Отлично. Возьмите с собой оружие, припасы и всё, что может понадобиться в боевом походе, – Роджер сделал паузу, цепко, по-профессиональски изучая меня. – Кстати… Вы ведь предпочитаете орудовать мечом?

Я слегка сузил глаза.

– А что?

– Да так, просто… – капитан пожал плечами. – Вдруг вы любите драться голыми руками.

Брон, стоявший неподалеку, презрительно хмыкнул:

– Какой физик в здравом уме будет лезть на монстров голыми руками? Незачем.

– Это если господин дворянин Артур – физик, – многозначительно протянул Роджер.

И тут капитан неожиданно и как-то странно посмотрел прямо на мой рот. Я еле удержался, чтобы не скривиться. Он там что, надеется клыки увидеть? Или остатки сырого мяса? Судя по всему, слухи о моих подвигах на ферме работорговцев уже поползли по округе, обрастая фантастическими подробностями. Мага-оборотня что ли подозреваете? Ну-ну.

– Вам пора, – произнес я ледяным тоном, показывая, что аудиенция окончена.

Роджер поймал мой взгляд, всё понял и перевел глаза на стоящую позади меня девушку.

– Конечно, мы уже уезжаем. И еще одно, господин Артур… В старой ферме Гирла неподалеку сегодня ночью произошла настоящая мясорубка. Постарался кто-то очень крупный и… клыкастый. Так что мой вам совет: не оставляйте госпожу Киру одну на время вашей экспедиции. Мало ли что бродит по лесам.

Я усмехнулся краешком губ.

– Об этом можете не беспокоиться, капитан. Одна она точно не будет.

Роджер явно не понял скрытого смысла моих слов, но развивать тему не стал. Он коротко кивнул на прощание, развернулся и вместе с Ресом и недовольно сопящим Броном направился к лошадям.

Я молча смотрел вслед удаляющимся всадникам, пока стук копыт не стих за деревьями, а осевшая пыль не скрыла их силуэты.

Позади скрипнула дверь сарая, и на белый свет высунулся Тагор. Парнишка прибирался внутри, где теперь лежала на хранении ручная мельница. Он вытер испачканные руки о штаны, проводил взглядом скрывшихся за воротами людей и удивленно изрек:

– У нас тут гости были, да.

– Можно и так сказать, – хмыкнул я, подняв взгляд на заходящее солнце.

Кира, до этого сжимавшая дужку пустого ведра, наконец перевела дух и поставила его на землю. Она подошла ближе, пытливо заглядывая мне в лицо.

– Что он имел в виду? – тихо, с ноткой скрытой тревоги спросила девушка. – Зачем капитан спрашивал, орудуете ли вы мечом?

Я усмехнулся, пнув носком сапога попавшийся под ногу камешек.

– Думаю, капитану Роджеру кто-то сверху спустил приказ: найти того, кто пустил на фарш работорговцев на бывшей ферме Гирла. А поскольку трупы там выглядели так, будто их рвал голыми руками взбесившийся тролль, наш доблестный страж закона теперь присматривается к каждому встречному физику. Вот он и решил меня прощупать.

Лицо Киры вытянулось. Она бросила нервный взгляд на ворота, затем снова на меня.

– Господин Артур… вам точно нужно ехать с ними в эту экспедицию? – она зябко повела плечами, словно от внезапного сквозняка. – Эти люди совсем не вызывают у меня доверия.

Я посмотрел на стену частокола и хищно, недобро улыбнулся, предвкушая грядущую вылазку.

– Поверьте, госпожа Кира, у меня они тоже не вызывают ни малейшего доверия, – спокойно ответил я. – Но знаете, тем интереснее будет этот поход.

* * *

Трактир «Разносолы», Сонмище

Капитан Роджер сидел в самом темном углу трактира «Разносолы», лениво гоняя муху по краю тяжелой глиняной кружки. Когда насекомое село на стол, он прихлопнул его ладонью и смахнул остатки на заплеванный пол. Пиво было скверным, кислым и теплым, но выбирать не приходилось. У стойки орали наемники, стучали кулаками и требовали добавки. Роджер раздраженно посмотрел в окно, за которым расстилалась глухая, непроглядная ночь Серой зоны. Где-то за частоколом завыла тварь. Дозорные на вышках перекликнулись и взвели арбалеты.

Утром именно здесь, в «Разносолах», должен был состояться сбор экспедиционной группы. Всего через три часа после рассвета. Роджер уже отдал приказ проверить снаряжение, наточить клинки и накормить лошадей. А у него уже сейчас раскалывалась голова от мыслей. Он растер виски пальцами, пытаясь унять пульсацию.

В последнее время долбаные благородные набросали на него столько заданий, что обычный человек давно бы сломался. Столичные ищейки, эти высокомерные гвардейцы графа Брисмана во главе с Игнатием Штормом, без зазрения совести спихнули на него поиск таинственного оборотня, который ночью в клочья разгрыз целую банду работорговцев на ферме Гирла. Шторм дал ему три дня.

Отказать людям такого уровня было чистым самоубийством – сотрут в порошок и фамилии не спросят. С другой стороны, поджимал барон Дресс. Этот старый лис уже не первый год исправно платил Роджеру жирные взятки за «слепоту» патрулей. Раз в месяц посыльный Дресса передавал ему мешочек с монетами. А теперь буквально подбил его возглавить эту экспедицию в руины. Барон намекнул, что отказ прервет их финансовые договоренности навсегда. И крутись как хочешь. Балансируй между плахой инквизиции и потерей источника дохода.

Роджер сделал большой глоток, поморщился от привкуса ржавчины и мысленно выругался. Господи, как же он ненавидел Серую зону.

Еще десять лет назад он служил в куда более достойном месте – в столичном гарнизоне, метил в полковники, носил чистый мундир и обедал в приличных ресторанах. Ел мясо с пряностями, пил вино из хрусталя и спал на перинах. Всё погубила его собственная глупость. Роджер просто пристал не к той жене – к супруге своего старшего офицера. А когда разразился скандал, умудрился еще и застрелить того на дуэли. Он до сих пор помнил звук выстрела и то, как полковник осел на траву, зажимая пробитую грудь. От плахи капитана спасли связи. Генерал подписал приказ о переводе за сутки до суда. Но от греха подальше его сослали командовать патрулем в этот проклятый богами край земли. Здесь он месил грязь сапогами. Где из развлечений были только местный сивушный эль да охота на обнаглевшую нежить.

Впрочем, в этой круговерти чужих интересов у капитана оставалась одна хрупкая надежда. Молодой дворянчик, Артур Горд.

Он вспомнил их последнюю встречу на ферме. Горд не отступил ни на шаг, когда Брон начал угрожать. Что-то в этом парне Роджеру сильно не нравилось. Слишком спокойный, слишком уверенный для сопляка, приехавшего обживать заброшенное поместье. Он не смотрел на стражу снизу вверх. Он отдавал команды и перехватывал инициативу. А что, если этот Горд – как раз тот самый редкий маг-оборотень, а вовсе не средненький физик, за которого его все принимают? А ведь Роджер как сканер вообще не видел в нем маны поначалу. Оборотни умеют шифроваться? В грядущей экспедиции, в подземных руинах, где опасность будет подстерегать за каждым углом, парню придется выложиться на полную. Там-то всё и вскроется. Если он оборотень – он выдаст себя, покажет клыки. Трансформируется, чтобы выжить. И тогда Роджер с чистой совестью наденет на него антимагические кандалы и сдаст его гвардейцам Брисмана, обеспечив себе путевку обратно в столицу. Но, конечно, это был не факт. Далеко не факт. Парень мог оказаться просто самоуверенным идиотом.

Тяжелая деревянная лавка напротив скрипнула. Доски пола прогнулись под весом подошедшего. Роджер даже не вздрогнул – он и так почувствовал приближение мага по легкому покалыванию на коже. Волосы на предплечьях встали дыбом за секунду до того, как человек подошел к столу. Роджер был сканером и чувствовал других магов.

Рядом сел командир Рес. Он придвинул ногой табурет. Маг-друид демонстративно посмотрел в сторону, разглядывая тусклый огарок свечи на соседнем столе. Он облокотился о столешницу, скрестил пальцы и негромко произнес:

– Пьете перед экспедицией, господин капитан.

Роджер даже не повернул головы, продолжая разглядывать свое отражение в мутной жиже на дне кружки. Он обвел пальцем ободок.

– Господин друид, это никак не повлияет. Я допью, поднимусь наверх и высплюсь. Мой организм переваривал вещи и похуже этого пойла. Зачем пришел, Рес? – сбросил Роджер вежливость.

Рес наклонился чуть ближе. И его голос опустился до едва различимого шепота:

– Я только что от барона Дресса. Он передал новые инструкции. Наше задание будет дополнено. Кое-кого из состава экспедиции надо будет устранить. Прямо там, в руинах. Чтобы без лишних свидетелей. Спишем потери на ловушки или тварей.

Капитан Роджер замер на секунду. Он перестал водить пальцем по кружке. А затем хмыкнул, и на его лице появилась саркастичная ухмылка. Он медленно поднял взгляд на друида. Посмотрел прямо в глаза:

– Кажется, я даже догадываюсь кого именно.

Глава 10

Поместье барона Дресса, Большое Луговье

Кабинет барона Дресса дышал роскошью, не свойственной Серой зоне. Темное дерево, бархатные портьеры, приглушенный свет магических светильников. За массивным столом восседал сам хозяин – седеющий мужчина с жестким взглядом человека, привыкшего повелевать. Позади него, словно тень, стоял его старший сын, Эмиль.

Напротив стола, заметно нервничая и переминаясь с ноги на ногу, стоял барон Рокотов. Его обычно надменное лицо сейчас лоснилось от пота.

– Итак, – мягко начал Дресс, откидываясь на спинку кресла. – Объясните мне одну простую вещь, Рокотов. Зачем вы подсадили свою наемницу в мою экспедиционную группу?

Рокотов вздрогнул, словно от удара хлыстом.

– Я… я не понимаю, о чем вы, господин барон, – попытался он отмахнуться, но голос предательски дрогнул.

Дресс тяжело вздохнул, сплетя пухлые пальцы.

– Не держите меня за идиота. Выведываете мои секреты, господин барон? Или, может быть, это очередная ваша дурная шутка? Вроде той, когда вы подсунули имперской страже письмо с информацией о моей гостье? Хоть мы и убедили стражу, что то письмо – лишь чей-то глупый розыгрыш, но опять взялись за старое?

При упоминании письма Рокотов побледнел так стремительно, что казалось, сейчас упадет в обморок.

– Это не я! – выпалил он, отчаянно жестикулируя. – Клянусь, это не я подкинул им письмо! Что касается наемницы… ее цель – только убрать Артура Горда! И всё! Этот сопляк перешел мне дорогу! И у вас, господин барон, теперь тоже есть все основания ненавидеть этого выскочку. Это ведь именно Горд нашел и подбросил письмо страже!

Дресс прищурился, его взгляд стал острее лезвия бритвы.

– С чего вы вообще это взяли?

Рокотов загнанно оглянулся на запертую дверь, понимая, что загнал себя в ловушку.

– Потому что… – он сглотнул вязкую слюну. – Потому что я послал своих людей убить его. И именно у них было это письмо. Я хотел передать его вам позже, чтобы… чтобы вытребовать у вас компенсацию за мое молчание. Но мои люди пропали, а Горд жив. И письмо оказалось у легавых. Это он его нашел и сдал!

В кабинете повисла тяжелая, звенящая тишина. Эмиль за спиной отца презрительно скривил губы. Сам Дресс медленно поднялся из-за стола, нависая над Рокотовым, как грозовая туча.

– Значит, вы решили меня шантажировать, – процедил Дресс, и в его голосе не осталось ни капли мягкости. – А когда ваш план с треском провалился из-за какого-то сопляка, вы решили решить свои проблемы моими руками, внедрив убийцу в мою группу. Пошел вон отсюда.

– Господин барон, выслушайте… – попытался вклиниться Рокотов.

– Вон! – рявкнул Дресс так, что задрожали стекла в окнах. – Пока я не приказал гвардейцам вышвырнуть тебя в окно!

Рокотов, окончательно потеряв лицо, пулей вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью.

Эмиль проводил его взглядом и нахмурился, обращаясь к отцу:

– Зачем ты сказал ему, что мы знаем о его наемнице? Он же теперь может предупредить ее, или отменить заказ.

Дресс тяжело опустился обратно в кресло, массируя виски.

– Это уже ничего не изменит, сын, – устало произнес он. – Экспедиционная группа должна выйти с минуты на минуту. Рокотов банально не успеет ее предупредить. А за ним до вечера присмотрят мои люди – даже захочет, гонца не пошлёт. Пускай эта девка убьет Горда, если сможет. Мне этот пацан тоже поперек горла встал.

В этот момент дверь кабинета робко приоткрылась, и на пороге появился бледный, трясущийся начальник гвардии Дресса.

– Ваша милость… – сдавленно прохрипел он.

– Чего тебе? – раздраженно бросил барон. – Я же сказал никого не пускать!

– Ваша милость, плохие новости, – гвардеец сглотнул, не решаясь поднять глаза. – Пленница… Мы, как вы и приказывали, решили перевезти ее в более надежное место на всякий случай…

– И? – Дресс подался вперед, вцепившись побелевшими пальцами в подлокотники.

– Она сбежала, ваша милость, во время перевозки.

Секунду Дресс смотрел на подчиненного пустым, ничего не понимающим взглядом. А затем лицо барона побагровело, наливаясь первобытной, неконтролируемой яростью. С диким рыком он смахнул со стола всё, что на нем лежало – дорогая хрустальная чернильница, стопки бумаг, магические светильники полетели на пол с оглушительным грохотом.

– Найдите ее! Немедленно! – проревел он.

* * *

Я проснулся спозаранку, когда небо на востоке только начало наливаться свинцовой серостью. Сон ушел мгновенно, оставив после себя холодную ясность. Сегодня мне предстояло спуститься в руины, и расслабляться было нельзя.

Быстро одевшись, я приступил к проверке снаряжения. Клинок был начищен еще с вечера, лезвие блеснуло в полумраке комнаты. Я проверил заклепки на ножнах, подтянул кожаные ремни портупеи, чтобы сталь не била по бедру при ходьбе. Вставил в рукояти меча пару сменных магических свечей – на случай полной темноты в подземельях. Арбалет закинул за плечо, щелкнув замком, проверил натяжение тетивы и смазал пазы, чтобы болт входил без лишнего трения. Тяжелый колчан, полный болтов с железными наконечниками, занял свое место на бедре. Туда же я сунул пару запасных тетив и сверток с промасленной ветошью. На дно рюкзака уложил моток тонкой прочной веревки, огниво и набор для чистки оружия. Вроде всё на месте. Я еще раз проверил пояс, приложил ладонь к груди, ощущая тепло накопителя – батарейка для магии была заряжена на полную.

Я толкнул дверь и вышел на улицу, вдохнув утренний воздух. Жизнь на ферме уже кипела. Со стороны сарая доносилось ритмичное звяканье молока о металлическое ведро – это Тагор уже вовсю доил коров.

Из домика, в котором мы обосновались, мне навстречу вышла Кира. В руках девушка держала холщовый мешок с лямками.

– Вот, – она протянула мне мешок. – Здесь сыр, лепешки, вяленое мясо и фляга с водой. В руинах вам вряд ли подадут горячий обед.

– Спасибо, – я благодарно кивнул и ловко запихнул провизию в рюкзак. Добавил туда же запасной нож, спрятав его во внутренний карман, и мешочек с солью.

Пока я затягивал ремни на рюкзаке, я решил прояснить вопрос с безопасностью:

– Пятачку я велел слушаться твоего голоса, – сказал я, глядя ей в глаза. – Как и остальным батракам. Пока меня нет, они, конечно, не смогут выполнять сложные многоуровневые инструкции, мозгов у них для этого не хватит. Но базовые команды вроде «копать», «таскать воду» или «рубить» они понимают отлично. И, что самое главное, они будут защищать вас с Тагором, если прикажете. Ну и нападут на любого, только скажите.

Кира кивнула.

– Я поняла, господин Артур. Справимся.

В этот момент за металлической сеткой курятника раздалось надрывное кукареканье. Педро, вытянувшись на жердочке, возвещал о наступлении утра.

Я недовольно покачал головой, глядя на этого пернатого будильника.

– Сегодня ты поздно, суп, – заметил я.

Я подошел к частоколу, чтобы убедиться, что Пятачок уже охраняет территорию. Еще раз глянул на поле, где начинал проклевываться горох. Всё готово.

Поправив снаряжение, я направился к просмолённым воротам. Кира проводила меня взглядом.

– Вы пойдете пешком? – спросила она.

Я остановился у створок.

– Да. Наш маршрут пролегает через дикие, заброшенные места и густой бурелом. Там на лошадях не получится двигаться, переломают ноги. Даже на мертвой ехать – сомнительное удовольствие.

Кира кивнула.

– Удачи вам.

Я помахал ей и Тагору, толкнул тяжелую створку ворот и шагнул в утренний туман, направляясь в сторону Сонмища. Экспедиция начиналась.

Идти до Сонмища пешком пришлось бы долго. Особенно если изображать нормального благородного господина, который не скачет по тракту на своих двоих, как бешеный заяц, а степенно перемещается в седле, страдая от жары, пыли и собственного достоинства.

Седло, к сожалению, у меня на данный момент было слегка проблемным. Точнее, седло имелось. Дорожка тоже имелась. Но ехать в город на слепой мертвой кобыле с недоломанным арбалетным болтом во лбу – это уже не передвижение, а передвижная заявка в Инквизицию.

Поэтому я решил поступить проще.

[НекроЧат]

Морты: 152

Запас, конечно, уже не такой жалкий, как в первый день, но и не тот океан силы, к которому я привык в прошлой жизни. Тогда я мог поднять армию, завалить ею горизонт, заставить мертвые легионы маршировать трое суток без остановки, а потом еще из скуки построить из черепов декоративную арку на въезде в столицу.

Сейчас же приходилось думать, считать и экономить.

Мерзкое занятие. Примерно как самому штопать носки, имея за спиной титул наследного принца Острова Некромантии.

Я влил в тело семьдесят морт. Холодная сила мягко разошлась по мышцам, связкам и костям. Мир стал чуть четче. Сердце забилось ровнее, дыхание углубилось, суставы наполнились упругой легкостью. Новое тело, конечно, было еще слабовато, но некромантия умела делать из посредственного материала вполне приличный инструмент.

[НекроЧат]

Расход: усиление тела – 70 морт.

Остаток: 82 морта.

– Вот теперь можно и прогуляться, – пробормотал я.

И побежал.

Не на пределе. Не так, чтобы вызывать подозрения у случайных свидетелей, если бы они вдруг попались. Просто легкой для себя пробежкой. Тело двигалось почти без усилий, сапоги мягко били по утрамбованной земле тракта, а холодная энергия смерти бережно подхватывала каждый шаг, не давая устать.

Утро оказалось удачным. Солнце еще не успело подняться высоко, воздух оставался прохладным, а тени деревьев лежали поперек дороги длинными темными полосами. Птицы орали в кустах так бодро, будто лично радовались моему новому аграрному будущему. Или предупреждали всех честных существ, что по тракту несется некромант в отпуске.

К Сонмищу я добежал ранним утром.

Городок оказался именно таким, каким я его и представлял по карте: не слишком большой, но вполне живой. Высокая деревянно-каменная стена, ворота, сонные стражники, запах дыма, навоза, свежего хлеба. На воротах меня остановили.

– Имя, цель визита? – буркнул стражник, лениво рассматривая меня из-под шлема.

Я протянул паспорт.

– Артур Горд. Дворянин. Владелец бывшего поместья Нордов. Дела в городе.

При слове «дворянин» стражник ощутимо выпрямился. При слове «Норд» – поморщился. Поместье когда-то славилось, но потерянную славу люди не прощают.

– Проходите, господин дворянин, – сказал он и махнул рукой.

Я вошел в город.

Желудок дал о себе знать протяжным урчанием. Вот я сразу и свернул к нужной трактирной вывеске.

«Разносолы».

Название было настолько честным, что даже вызывало доверие. Не «Золотой гусь», не «Имперская чарка», не «У трех благородных кабанов», а просто «Разносолы». То есть место, где тебя, скорее всего, накормят, а не заставят слушать скрипку, смотреть на дорогие занавески и платить за воздух между блюдами.

Трактир только открылся.

Внутри пахло вчерашним дымом, свежими дровами, кислой капустой и сонным раздражением трактирщика. Сам трактирщик стоял за стойкой в рубахе, которую явно надел в темноте и не с первого раза. Лицо у него было такое, будто человечество совершило против него личное преступление, решив проснуться раньше полудня.

– Закрыто еще, – буркнул он.

– Дверь открыта, – заметил я.

– Я проветриваю.

– А я завтракаю.

Мы посмотрели друг на друга. Он – как на наглеца. Я – как на человека, который стоит между мной и яичницей. Обычно такие люди долго не живут, но сейчас я был в мирном настроении.

– Что есть? – спросил я.

Трактирщик вздохнул так тяжело, будто я попросил его построить мне дворец.

– Каша. Яйца. Хлеб. Сыр. Ветчина есть. Вчерашняя.

– Яичницу с ветчиной. Хлеб. Сыр. И чай. Много чая.

– Деньги вперед.

Я положил на стойку монету.

Сон с трактирщика слетел мгновенно. Удивительно, как деньги действуют на людей. Иногда мне кажется, что если бы у золотой монеты имелась своя религия, она давно бы победила все остальные культы.

– Сейчас будет, господин, – уже совсем другим голосом произнес он.

Через четверть часа передо мной стояла большая сковорода с яичницей, ломти хлеба, сыр и кружка крепкого травяного чая. Я устроился за столом у стены, чтобы видеть вход, и принялся завтракать.

Еда была простой, горячей и потому прекрасной.

Я как раз макал в желток краюху хлеба, когда дверь трактира скрипнула и внутрь вошли первые после меня посетители.

Сначала появился Рес.

В зеленом камзоле, протертром на локтях. За ним зашел Брон – в меховой жилетке.

Оба увидели меня и замерли.

– Вы уже пришли, – сказал я, макая хлеб в желток.

– Это мы должны были сказать, – хмыкнул Брон. – Ты что, здесь ночевал?

– Нет. Добежал утром.

Брон прищурился.

– Добежал?

– Легкая разминка. Не против, если я позавтракаю?

– Да конечно, – Рес сел напротив, все еще разглядывая меня с интересом. – Мы все равно еще не все собрались.

– Прекрасно. Тогда я успею доесть.

Брон тоже опустился за стол. Лавка под ним жалобно скрипнула, но выдержала. Хорошая лавка. С характером.

– Трактирщик! – посмотрев на мою тарелку, рявкнул Брон. – Нам то же самое!

Сонный хозяин выглянул из-за стойки, оценил габариты Брона и решил не спорить.

Пока им несли завтрак, трактир начал постепенно наполняться. Заходили возчики, два ремесленника, какой-то хмурый старик с корзиной, трое вооруженных мужчин, переговаривающихся вполголоса. Город просыпался.

Следующим из нашей группы появился капитан Роджер.

С ним вошли еще двое мужчин и пожилая женщина в старом монашеском одеянии.

На первый взгляд – обычная сопровождающая. На второй – нет.

Я чуть прикрыл глаза и провел по ним некросканером.

Первый мужчина оказался огневиком. Не Мастером, но крепким Воином. Второй – каменщик.

А вот монахиня была интереснее.

От нее тянуло магией жизни. То ли целительница, то ли биомант. Старая, потрепанная, сухая, но с цепким взглядом. Одеяние на ней было действительно монашеским, только таким старым, что ткань уже давно потеряла всякое представление о приличии и держалась на честном слове, заплатках и, возможно, молитве.

– Господа, – Рес поднялся. – Капитан Роджер Стис. С ним Лён, огневик. Мирко, каменщик. И госпожа Грета, наш проводник.

Пожилая женщина коротко кивнула.

– Бывшая монахиня монастыря, куда мы направляемся, – добавил Рес.

Вот как.

Я отложил хлеб.

– Бывшая?

Грета посмотрела на меня так, будто уже заранее решила, что я доставлю ей неприятности. Мудрая женщина.

– А это господин дворянин Артур Горд, – представил меня Рес.

– Монастыря больше нет, господин дворянин, – сухо сказала она. – А значит, и монахинь там тоже больше нет.

– Логично, – согласился я. – Примите мои соболезнования.

Она чуть склонила голову, но по глазам я понял: соболезнования ей не особенно нужны. Ей нужно было другое. Например, чтобы мы дошли, нашли, что требуется, и желательно не умерли по дороге.

Последней вошла девушка.

Седая.

Не старая – именно седая. Это сразу бросалось в глаза. Волосы светлые, почти серебряные, собранные так, чтобы не мешали в бою. За плечами – два кривых меча. Походная одежда, плотная куртка, сапоги, на бедре нож. Двигалась она легко, но осторожно, как хищник, который делает вид, что просто проходит мимо курятника.

Я ее узнал не сразу.

Лицо изменено. Очень аккуратно. То ли работа биоманта, то ли дорогой артефакт. Скулы стали чуть другими, линия подбородка жестче, нос тоньше. Но ауру так просто не перепишешь. Особенно если я специально запомнил ее при прошлой встрече.

Та самая разбойница.

Одна из тех, кто пытался напасть на мою ферму.

Любопытно.

Я спокойно отпил чай и даже бровью не повел. В прежней жизни меня пытались убить тысячи раз. Разбойница, которая однажды решила залезть не в тот курятник, на этом фоне смотрелась почти трогательно. Как ребенок с деревянным мечом, вызывающий на дуэль древнего лича.

– Госпожа Хима, – представил ее Рес. – Мастер клинков и маг-физик.

Хима скользнула по мне взглядом. На мгновение в ее глазах мелькнуло узнавание.

Мелькнуло и исчезло.

Хорошо держится. Значит, не полная дура.

Рес коротко представил Химе всех за столом, и девушка заняла свободное место.

– Госпожа, – вежливо кивнул я.

– Господин дворянин, – так же вежливо ответила она.

Голос спокойный. Но пульс у нее, если судить по слабому движению жилки на шее, стал чуть чаще. Помнит. По мою душу наверняка она и пришла. Не каждый день фермерский дворянин встречает гостей мертвяками и вепрем в костяной панцире.

Трактирщик принес еще тарелки. Шум в зале постепенно усиливался. Люди завтракали, переговаривались, кто-то смеялся у стойки. Наш стол, однако, оставался островком собранной тишины.

Я доел последний кусок яичницы, отодвинул тарелку. Подошедшая разносчица ловко забрала посуду, бросив на меня быстрый любопытный взгляд. Видимо, молодой дворянин в компании капитана, наемников, монахини и подозрительно седой мечницы казался ей началом интересной истории.

И, что самое забавное, она была права.

– Значит, – сказал я, сцепив пальцы на столе, – какой у нас план? Монастырь находится в Серой зоне, как я понимаю.

Рес кивнул.

– В Серой. Но не самой глубокой.

– Обожаю такие уточнения, – сказал я. – «Не самая глубокая Серая зона» звучит примерно как «не самый голодный волк» или «не самый ядовитый гриб». Уже легче.

Брон хмыкнул.

Роджер, напротив, остался серьезным.

– Мертвяки там не самая большая проблема, господин Горд.

– Правда? – я с интересом посмотрел на него. – А я уже начал скучать.

– Неподалеку от монастыря гнездо рептидов, – сказал капитан.

За столом стало тише.

Даже трактирный шум будто немного отодвинулся.

– Рептиды, – повторил я. – Прелесть какая. И далеко это гнездо от монастыря?

– Достаточно близко, чтобы они могли выйти на запах крови, – ответил Рес. – Или на шум боя.

– А если мы будем вести себя тихо?

– Тогда они могут выйти просто потому, что захотят жрать, – мрачно добавил Брон.

Вот за что я люблю практичных людей – за отсутствие иллюзий. Иллюзии хороши в театре, спальне и дипломатии. В Серой зоне от них обычно быстро умирают.

– Артефакт, который нужен заказчику, должен быть в монастыре, – продолжил Рес. – Примерно знает, где он находится, госпожа Грета.

Все посмотрели на старую монахиню.

Грета сложила сухие пальцы на столе.

– В нижнем хранилище. Под главным храмом. Если проход не обвалился.

– А если обвалился? – спросил Мирко, каменщик.

– Тогда вы нам и понадобитесь, – ответила она.

Мирко мрачно кивнул, будто именно такого ответа и ждал. Мужчина он был широкий, с грубыми руками и короткой бородой. На вид – человек, которого камни слушаются: потому что принимают его за своего.

– Почему артефакт до сих пор там? – спросил я. – Если он ценен, его должны были вынести при эвакуации.

Грета задержала на мне взгляд.

– Эвакуации не было.

Очень короткий ответ. Очень неприятный.

– Понятно, – сказал я.

И действительно понял. Монастырь не покинули. Его потеряли. Быстро, грязно и, скорее всего, с большим количеством криков.

– Там могут быть бывшие монахи? – уточнил я.

– Мертвые? – спросила Хима.

Я едва не улыбнулся.

С моей точки зрения это не всегда окончательное состояние.

– Да, – ответила Грета. – Там могут быть мертвые братья и сестры.

– Что именно произошло? – спросил я.

Она помолчала.

– Сначала пропала связь с северным дозором. Потом в лесу начали находить обглоданные кости. Настоятель решил, что это зверье Серой зоны. Усилил караулы. Через два дня ночью ударили рептиды. Много. Слишком много. Они не просто напали – они будто знали, где слабые места стен. А когда ворвались внутрь, из старых склепов поднялись мертвые.

– Одновременно? – уточнил Роджер.

– Да.

– Значит, случайностью не пахнет, – сказал я.

– В Серой зоне вообще редко пахнет случайностью, – буркнул Лён.

Голос у огневика оказался хриплым, прокуренным. Сам он был худой, с рыжими волосами и красноватыми прожилками в глазах. Такие люди обычно либо много пьют, либо много жгут. Иногда совмещают.

– Поэтому из-за рептидов мы взяли столько рукопашников, – сказал Рес. – Брон, госпожа Хима, вы, господин Горд. Плюс Мирко, если дело дойдет до стен и завалов. Лён держит дистанцию и чистит проходы огнем. Роджер отвечает за порядок группы и связь с патрулями. Госпожа Грета ведет нас внутри монастыря.