Текст книги "Лакомая кровь (СИ)"
Автор книги: Герберт Грёз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
А в маленьком домике у озера сэр Эрик и Элли, радуясь и смеясь, придумывали все новые способы сорвать подготовку. И если идея им обоим казалась хорошей, дева озера произносила какие-то заклинания, размахивала руками, а потом хохотала еще громче. Еще они гуляли по берегу, катались на лошадях, кормили друг друга булочками с рук, пили белый эль, вечерами слушали, как затихает и засыпает день. А по ночам любили друг друга так жарко и страстно, что домик ходил ходуном, и даже совы в округе умолкали, слушая протяжные и громкие стоны Элли.
И только в Хайроке все было по-прежнему. Сэр Ричард днем отдыхал в своем гробу, увитом свежими гирляндами из черных и алых роз, а по ночам куда-то убегал, кого-то искал, что-то предпринимал. Вновь никому не было дела до бедной Дженни.
Со скуки она принялась расшивать одно из платьев, подаренных ей герцогом. Синие нити складывались в узорные контуры земляничных листьев – эмблемы, которая уже казалась Дженни своей.
Но на четвертый день все изменилось.
Вечером она, по обыкновению, переодевалась в сорочку, чтобы отойти ко сну. Внезапно в дверь постучали. Настойчиво и требовательно.
– Дженни, откройте, – послышался знакомый голос.
– Не могу, я уже не одета, – отозвалась девушка.
– Да какое это имеет значение? – воскликнул сэр Ричард с такой силой, что даже через толщу двери его голос был оглушителен.
Понимая, что настал тот самый день, Дженни медленно открыла дверь. Не до конца завязанная сорочка сползла с левого плеча, обнажая грудь. Действительно, какое это теперь имеет значение?
Сэр Ричард вошел в комнату и сел на кровать.
– Дженни, милая, – сказал он срывающимся голосом. – Я долго ждал и терпел, но больше не могу. Не могу сопротивляться вам. Чувствуя этот безумно чарующий аромат, я схожу с ума. Ничего меня не манит так, как ваши пульсирующие артерии.
– Я ваша, – покорно сказала девушка. – Берите меня.
Вместо ответа сэр Ричард мягко провел рукой по волосам Дженни и остановился на плече. Легким движением он развязал последнюю завязку, и тонкая сорочка упала на пол.
– Вам обязательно нужно было раздевать меня? – дрожащим голосом спросила Дженни.
– Вы сделали меня легкомысленным мальчишкой, – буркнул Нортроп. – Так дайте хоть полюбоваться.
– Будь по-вашему, – шепнула девушка. – Чего же вы медлите?
Сэр Ричард наклонился к Дженни совсем близко. Его глаза сияли алым пламенем, и в них таилось что-то удивительное, манящее и загадочное. Он коснулся ее шеи и притянул голову Дженни так близко, что губы их соприкоснулись.
Словно молния ударила между ними.
Дженни обвила шею Ричарда обеими руками и впилась в его губы так неистово, будто это не он, а она превратилась в неудержимого кровопийцу. Нортроп схватил ее в объятия, и Дженни едва не завопила в голос, почувствовав собственными ребрами силу двадцати человек в его руках. Это было непередаваемое ощущение. Она отдавалась во власть неземному существу, невероятному, невозможному, но такому притягательному!
А Ричард был невероятно нежен. Он не торопился, наоборот, скорее, затягивал неизбежное. До него никто не был так ласков с маленькой глупой Дженни. Он утопил ее в чувствах, сумев извлечь наслаждение из самых потаенных и сокровенных мест.
Рухнули все стены и преграды, полетели к чертям запреты и правила. Дженни без стыда срывала с Ричарда роскошные ткани, отшвыривая от себя серебристые земляничные листья. Это был настоящий триумф любви. Страдания и горе исчезли, уступив место невероятному наслаждению.
Боже, разве может быть так хорошо? Не небесные ли ангелы поют свои песни вокруг? О Господи, хоть бы это продлилось вечно!
Не в силах больше сдерживаться, Дженни выгнулась дугой и закричала так, что зазвенели в окне цветные стекла витража. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем она смогла вновь осознавать происходящее. Она убрала со лба мокрые от пота волосы и посмотрела на лежащего рядом вампира.
– Вы не стали пить меня, – тяжело дыша, произнесла Дженни. – Почему?
– Я не могу, – глухо сказал сэр Ричард. – Мне будет невероятно сложно убить вас. Дело в том, леди Дженни… А, ладно!
Рывком вскочив с кровати, вампир исчез в дверном проеме. Спустя секунду коридор был пуст.
Дженни закрыла дверь, упала на кровать и закрыла глаза от невероятного чувства блаженства и ощущения настоящего счастья.
Глава XXXVI. Драма за ужином
Прошла еще неделя. С горем пополам Роберту удалось-таки собрать более-менее подобающую армию, но дух ее был откровенно слаб. Он не был уверен, что сможет одержать победу, имея в распоряжении таких солдат, но на него уже нещадно давила леди Магда.
Перед выступлением сэр Роберт решил наведаться в отчий дом, чтобы попробовать завербовать кого-нибудь и оттуда. И каково же было его удивление, когда в воротах замка он поравнялся со своим братом!
– Здравствуй, Эрик! – холодно сказал старший.
– Здравствуй, Роберт, – кивнул младший. – Надолго ли ты сюда?
– Пока не соберу армию, способную разгромить это исчадие ада!
– Ничему тебя жизнь не учит, – вздохнул Эрик.
– Ты болван, – начал потихоньку кипятиться Роберт. – Ты можешь мне помочь, но не хочешь. Ты предпочитаешь таскаться по монастырям вместо того, чтобы встать со мною рядом и возглавить поход во имя света и добра!
– Никто так не помог тебе, как уже сделал это я. Жаль, что в своей спеси ты не понял и не оценил этого. Но, хвала Господу, мы теперь будем видеться очень редко.
В ответ на эти слова Роберт пришпорил коня и влетел на внутренний двор замка. Сэр Эрик же въехал очень тихо, аккуратно привязал своего скакуна и сразу же поднялся в обеденную залу.
Сэр Уильям и леди Джоанна очень тепло встретили сыновей. Ужин обещал стать весьма торжественным – угощения подготовили на славу. Вина лились рекой, изысканные яства то и дело появлялись на столе.
В конце концов, разгоряченный герцог поднял свой бокал и провозгласил:
– За Лидделов! За честь, славу и величие нашего могучего рода!
– За Лидделов! – в один голос ответили Роберт и Эрик.
– Дети мои! – сказала леди Джоанна. – Я так хочу, чтобы все ссоры между вами закончились, и вы, наконец, зажили бы, как настоящие братья!
– Это как раз то, о чем я хотел сказать, – произнес Эрик, поднимаясь. – Отец! Матушка! Я прошу вашего благословения на переезд из родительского дома. Сама судьба вела меня к этому, и теперь все, что осталось – это ваше одобрение.
– Ты переезжаешь в Хантервилль? – спросил сэр Уильям.
– И да, и нет, – улыбнулся юноша. – Это поместье расцветает и крепнет, и очень радостно осознавать, что моя роль в этом далеко не последняя. Я клянусь заботиться о нем и способствовать процветанию. Но настоящим пристанищем своим я считаю теперь другой дом. Озеро Райн, с вашего позволения.
– Что? – изумленно воззрился на сына герцог. – Ты в своем уме? Это же мрачное топкое болото, где не выживет ни одна душа!
– Спросите у Курта Брауна, отец, какое там болото, и, я думаю, он вам расскажет, что на самом деле это за дивный край!
– Вот дела, – задумчиво пробормотал сэр Уильям. – Я уже много раз имел удовольствие убедиться в мудрости и правоте твоих слов. И, если ты говоришь, что это дивный край, то так, скорее всего, оно и есть. Но я-то знаю другое!
– Это заблуждение, отец, – тихо сказал Эрик.
– Конечно! – крикнул Роберт. – Так и надо! Скрыться в поганом болоте, оставив семью наедине с чудовищным врагом! Ты всегда был таким, Эрик! Трус! Слабак! Предатель!
– Изволь встать, – холодно процедил сквозь зубы юный лорд. – И выбрать оружие для поединка чести.
– Дети! – воскликнула леди Джоанна. – Вы что, в самом деле собрались драться? Опомнитесь!
– Да! – завопил Роберт. – Мы будем драться! Я проткну его, как жука!
– Стоять! – загремел неистовый голос герцога. – Эрик! Роберт!
– Да, отец, – тихо и спокойно ответил Эрик.
– Я благословляю тебя, сынок. Ты волен выбрать любое место в нашем герцогстве, которое считаешь подходящим. И помни – здесь тебя всегда любят и ждут. Не трать силы на бессмысленный поединок с Робертом. Ступай в свою комнату и отдыхай. Ты пташка ранняя, и я знаю, что с рассветом уже покинешь дом, где провел свои детские годы. В добрый путь, Эрик!
– В добрый путь! – сказала леди Джоанна, подходя и обнимая сына. В глазах ее стояли слезы. – Ты ведь будешь приезжать?
– Надеюсь, что это случится весьма скоро, – кивнул Эрик. – И я буду не один.
– Ты нашел невесту! – радостно округлила глаза герцогиня. – Хвала Небесам!
– Да, матушка, – сказал юноша, обнимая ее. – И это самая чудесная девушка на целом свете. Спокойной ночи, и простите за все!
Эрик удалился и бережно закрыл за собой дверь. Герцог развернулся к старшему сыну и гневно посмотрел на него.
– Роберт, сын мой, – холодно сказал он. – Я уже не уверен в том, что готов предоставить вам наследственное право управлять нашими землями.
Алая краска злобы залила лицо старшего сына. Он сжал кулаки и попятился.
– Вы… Что вы имеете в виду, отец? – прохрипел Роберт.
– Я даю вам неделю сроку. Или вы берете себя в руки, отменяете все походы на Хайрок, извиняетесь перед своим братом и матерью, и вновь становитесь достойным сыном нашей семьи, или я вызываю герольда и с его помощью прошу короля вопреки майорату сделать наследниками Эрика и его будущую жену!
В ответ на это Роберт свирепо зарычал, пнул ногой тяжелое кресло и выскочил из зала.
Герцогиня закрыла лицо руками и разрыдалась.
– Черт знает, что, – пожал плечами сэр Уильям. – Когда он стал таким безумцем?
Глава XXXVII. Убийственные новости
Формальные извинения сэр Роберт все-таки принес. Эрику он подсунул под дверь записку, а перед матерью покаялся лично. Но отказываться от идеи напасть на Хайрок на самом деле никто даже не собирался. Самым лучшим решением казалось притаиться. Заодно, кстати, можно было бы поправить огрехи в обучении войска и наладить вооружение.
Леди Магда согласилась с этими соображениями, равно как и с тем, что следует притихнуть. Военную операцию против вампира не одобряли ни граф, ни герцог, а выступать на таких условиях было более чем глупо.
Казалось, что жизнь в замке Краун наладилась. Роберт больше не устраивал истерических представлений, вел себя очень достойно и тихо. Герцог и его жена не могли нарадоваться на это, и каждый день молились Богу за спокойствие и мир в доме.
А вот в маленьком домике под ивами на берегу ничего никому не казалось. Когда Эрик объявил о том, что отец благословил его на помолвку и переезд, Элли не смогла сдержать чувств и расплакалась от счастья прямо на его плече. В ту ночь они так и не смогли уснуть, а наутро им пришлось завтракать рыбой, которую юноша выловил из озера. Волшебница была не в силах сотворить ни единого заклинания.
И только в Хайроке царило волнение. Сэр Ричард приходил к Дженни почти каждый вечер, но всякий раз, надкусив юную нежную кожу, не мог совладать с собой и овладевал девушкой с такой страстью, что она едва не умирала.
А днем жизнь в замке превращалась в другую сказку. Дивные цветы и фрукты, драгоценные подарки и наряды – все это было так удивительно, так искренне и по-доброму! Каким-то образом Нортроп прознал любимые цвета и ткани Дженни, и теперь каждое утро она находила в самых разных местах замка какой-нибудь сюрприз. Одним словом, она и сама не заметила, как полюбила сэра Ричарда всем своим пылким сердцем.
Так продолжалось около двух недель. И вот однажды, выйдя поутру во внутренний двор, Дженни вдруг почувствовала, как невыносимо больно жжет ее рассветное солнце. Она поспешила спрятаться в тень и недоуменно посмотрела на свою кожу. Это был самый настоящий ожог. Красное пятно на белоснежной, словно фарфор, руке. Дыхание девушки зашлось. Она провела языком по верхнему ряду зубов, и ей показалось, что клыки стали чуть длиннее.
Так вот, что задумал Ричард! Он отравил ее своим ядом через укусы! И теперь, когда он выпьет кровь Дженни, она не умрет, а превратится в бессмертное волшебное существо, умеющее летать в лучах лунного света и превращаться в золотые облака!
Сердце юной леди готово было выпрыгнуть из груди. От счастья ей хотелось петь и танцевать. Она вбежала в главные покои замка, впорхнула в зал, где стоял гроб с телом герцога, и впилась своему возлюбленному в губы так, будто она уже по-настоящему стала вампиром, жаждущим крови.
А в аббатстве Холироуд тем временем вовсю шла работа по восстановлению утерянных документов. Отец Уолтер поручил нескольким монахам розыск пропаж, а сам занялся изучением оставшихся бумаг, чтобы выяснить, какие подлинные, а какие – нет. Собирая по крупицам разрозненные сведения, он постепенно восстанавливал родовые древа Уотерхоллов и Нэшуортов.
Три дня, проведенных аббатом за этой работой, дали свои плоды. Постепенно все ветви занимали свои места, но все же было что-то, чего явно не хватало для стройной картины. Создавалось ощущение, что отсутствует одно очень важное и значительное звено, но какое именно – определить было невозможно.
И лишь к концу третьего дня Уолтеру удалось найти коротенькую записку, затерявшуюся в толстых пачках пожелтевших бумаг. И сразу все стало на свои места. Потрясенный, он сел за стол, взял перо и начал писать: «Сэру Эрику Лидделу, эсквайру, Хантервилль. Мой дорогой Эрик! Я нашел очень важное свидетельство, проливающее свет на источник вражды между…»
В этот момент в дверь постучали.
– Кто там? – спросил святой отец, не отрывая взгляда от пера.
– Привезли больного, – ответил за дверью грубоватый, но высокий голос. – Просят подойти.
– А, сейчас, – кивнул Уолтер, откладывая перо и поднимаясь с кресла.
Он подошел к двери и открыл ее. За ней стоял невысокого роста монах, лицо которого было скрыто под капюшоном, а руки скрещены на груди.
– Проводите меня? – спросил Уолтер. – Куда его привезли?
Вместо ответа монах вытащил из рукава кинжал и молча вонзил его в грудь настоятеля. Уолтер захрипел, ловя ртом последние глотки воздуха, осел на пол, дернулся и скончался. Убийца осмотрелся по сторонам и очень быстрым, но при этом почти беззвучным шагом, убежал по коридору к винтовой лестнице.
Долгих полчаса прошло, прежде чем тело отца Уолтера было найдено. По монастырю подняли тревогу, но было уже поздно. Таинственный убийца скрылся, не оставив никаких следов. Библиотеку немедленно закрыли, не трогая внутри ничего, и тотчас послали за отцом Джоном из Лондона. Тело покойного перенесли в храм, где сразу же начались заупокойные служения.
Весть о дерзком и ужасном преступлении на святой земле моментально распространилась по всей округе. И не было никого, от несмышленого малыша до старого лорда, кто бы не осудил мерзавца, осмелившегося на подобное злодеяние. И только сэр Эрик, отстранившийся от всего мира со своей волшебной возлюбленной, не знал, что произошло в Холироуде.
Спустя четыре дня в аббатство прибыл отец Джон. Он почтил память одного из лучших своих служителей, проведя два часа в молитве на могиле Уолтера, а после этого приказал открыть библиотеку.
Его внимание сразу привлекла недописанная депеша, лежавшая на столе.
– Кто этот Эрик Лиддел? – спросил он, обводя взглядом собравшихся с ним монахов.
– Баронет Хантервилльский, ваше Святейшество, – проблеял один из послушников. – Он был частым гостем в наших краях. У них с отцом Уолтером было какое-то важное дело.
– Важное дело, – тихо сказал архиепископ. – Настолько, что кто-то не погнушался прервать его столь ужасным и греховным способом. Пошлите за этим Лидделом, эсквайром. Я думаю, он найдет здесь много интересного для себя. А сейчас, с Божьей помощью, мы будем решать, кто станет во главе аббатства.
Библиотеку вновь закрыли. Монахи скоренько снарядили гонца в Хантервилль, и удалились на совет.
Однако, по вполне понятным причинам, посыльный не застал сэра Эрика в поместье. А узнав, что баронет ныне обитает на озере Райн, перекрестился и решил от греха подальше ускакать обратно.
На въезде в Холироуд гонца остановил Курт Браун.
– Ты передал сэру Эрику послание?
– Нет, сэр, – ответил тот. – Мне сказали, что высокородный сир тронулся умом и уехал жить в смертельные топи озера Райн. Господь говорит нам, что самоубийство есть самый страшный грех, поэтому, чтобы не совершать его, я не поехал в это адское место.
– Идиот, – хрипло выругался Браун. – Дай сюда своего коня! Чертов святоша. Н-нооо! Гони, Гром, во всю свою мочь!
Глава XXXVIII. Расследование Эрика
Чтобы не привлекать лишнего внимания, сэр Роберт и леди Магда условились встречаться в поместье Уиллоу, лежащем ровно на середине пути между замками Краун и Торнхилл. Дела шли очень хорошо, и когда Роберт рассказывал графине о достигнутых успехах, ее холодные глаза загорались ярким огнем.
А похвастаться и вправду было чем. Оружейники наладили работу и выковали огромное количество наконечников для стрел и клинков для тяжелых мечей. Воины каждый день совершали по несколько тренировок, и постепенно их боевой дух возрастал, а воодушевление крепло. Из лондонских конюшен Роберт закупил несколько десятков превосходных кавалерийских лошадей, и они уже вот-вот должны прибыть в деревни, где размещались основные ударные отряды новой армии.
Помимо всего этого, сэр Роберт отдал приказ о создании новых мощных катапульт. А леди Магда подсказала ему мысль о еще более зловещем осадном орудии под названием требушет. Начертанием и расчетами для этого чудовища занялись сразу несколько мастеров-оружейников, и спустя недолгое время идея начала воплощаться в дереве.
Скоро, очень скоро Хайрок падет! Вампир будет повержен, Дженни вернется домой, а он, Роберт, навеки впишет свое имя в героическую историю подвигов.
Вся эта работа настолько мастерски скрывалась от посторонних глаз, что никто не мог даже представить, какая могучая и грозная сила вот-вот будет готова вырваться на свободу.
На этот раз сэр Роберт, наученный горьким опытом, решил продумать каждую мелочь. Даже разборных моста он приготовил два, потому как собирался ударить одновременно и по воротам, и с фланга, чтобы отвлечь внимание волков и заставить их рассредоточить внимание. План нападения перепроверялся и правился несколько раз, прежде чем превратился в настоящий шедевр воинского искусства. Шансов выстоять у Хайрока не было.
А тем временем в маленьком домике под ивами царил переполох. Весть, принесенная Брауном, до глубины души потрясла сэра Эрика. Элли, хоть и ненавидела аббата, все же сочувствовала ему, ведь человек-то он был хороший, и не его вина, что судьба расставляет людей по разным сторонам. Терзаемый горем, сэр Эрик ушел побродить вдоль берега, а Элли, все прекрасно понимая, начала собирать его в дальний путь.
– Он-таки перебрался сюда? – спросил Браун, осматривая домик и вспоминая их первую встречу.
– Да, – легко ответила дева озера. – Он добился благословения герцога, и объявил меня своей невестой. Теперь мы ждем окончания войны, чтобы сыграть свадьбу.
– Ого! Я рад за вас. Но… Вы не будете переезжать в Хантервилль?
– Зачем? – пожала плечами Элли. – Здесь мы надежно укрыты от лишних глаз и ушей. Ведь для всей остальной Англии озеро Райн – смрадное топкое место, окруженное комариными болотами. Мы счастливы в этом доме. Я вообще людей не люблю, Эрик от них устал. В деньгах мы не нуждаемся, а вот в теплоте и любви – да. Причем, оба.
– Что же, – улыбаясь, сказал Браун. – Иногда любовь побеждает предрассудки. Изредка, правда. Но вы все делаете так, как надо.
Через час с небольшим Курт и сэр Эрик выехали за пределы озера и направились к аббатству. Оба молчали, каждый по-своему переживая случившееся. Путь не омрачился никакими неприятностями и благополучно закончился под стенами монастыря.
Прежде, чем отправиться в библиотеку, юный лорд постоял у свежей могилы своего друга и духовного наставника, молча роняя на землю скупые слезинки.
И вот, наконец, массивная дверь открылась, предоставляя сэру Эрику возможность досконально изучить то, чем был занят отец Уолтер в последние часы своей жизни. Разумеется, началось расследование с записки. Текст обрывался на половине фразы и не содержал ничего толкового, но все же давал некоторые подсказки. Понятно, что документ, раскрывающий тайну давно ушедших дней, находится здесь, в библиотеке. Эрик внимательно осмотрелся и начал разбирать завалы книг, тщательно перебирая одну за одной.
Час проходил за часом, и уже сонная усталость одолела юношу. Постепенно чувство воодушевления начало превращаться в отчаяние, и Эрик уже был готов бросить все и пойти спать, как вдруг заметил небольшой обрывок бумаги, лежавший отдельно от основной кучи книг. Лиддел взял его в руки и сердце на миг замерло. Да, это был ответ!
Сэр Эрик аккуратно сложил листочек и спрятал его в потайном кармашке камзола. Еще раз осмотрелся вокруг и вышел, изображая смертельную усталость.
– Милорд, – подошел к нему высокий тощий монах. – Что-нибудь удалось найти?
– Нет, – досадливо поморщившись, покачал головой баронет. – В этой библиотеке столько книг! Неделю рыться можно, да так и не найдешь ничего. Едва ли удача улыбнется мне. Поэтому завтра мне придется уехать – срочные дела. А сейчас я иду спать.
– Ваша комната, сир, в которой вы изволили ночевать ранее, готова.
– Сегодня я выберу комнату над часовней, – ответил Эрик. – Я как-то раз провел в ней ночь, она гораздо удобнее и уютнее. Пойду туда.
– Как милорду будет угодно, – кивнул монах и удалился.
Ночью сэр Эрик почти не сомкнул глаз. Истинная опасность все это время находилась в непосредственной близости, и никто и предположить не мог, кто на самом деле стоит за этой чудовищной трагедией. Но раскрывать карты и делать решительные шаги было пока слишком рано.
Не успело рассветное солнце подняться над деревьями, а сэр Эрик уже мчал во весь опор обратно к домику на озере. Враг силен, коварен и тоже пользуется поддержкой магических сил, поэтому медлить и прохлаждаться было ну никак нельзя.
Элли встретила любимого с объятиями, улыбкой и жаркими поцелуями. И сразу же заметила его невероятное волнение.
– Что случилось, Эрик? – спросила она.
– Мы все это время грешили не на того, – сказал он. – Вот записка, которая все объясняет. Пожалуйста, спрячь ее где-нибудь в доме.
Дева озера прочитала написанное на маленьком клочке бумаги, и глаза ее, без того огромные, округлились еще больше.
– Да, Элли, да. Поэтому у нас нет права ни на промедление, ни на ошибку.
Глава XXXIX. Братская помощь
Три тысячи воинов выстроились в правильные колонны. Поскрипывали бревна катапульт и двух огромных требушетов. Ржали кони под кавалеристами. Сэр Роберт ехал вдоль этой блестящей армии, и сердце его наполнялось гордостью.
– Вы готовы, славные рыцари, нанести смертельный удар гаду-кровопийце, засевшему на зеленых холмах Хайвуд? – крикнул он в толпу.
– Да, милорд! – сотни голосов слились в один.
– Чудесно! Сегодня были наши последние учения. Я даю вам три дня отдыха. В понедельник с рассветом мы выступаем на замок Хайрок, будь он проклят!
– Слава! Победа! Вперед! Ведите нас, милорд! – выкрики смешались в один мощный рев.
Роберт помахал рукой в воздухе, распуская воинов. Да, с этой армией можно было рассчитывать на победу как никогда раньше. Единые, сплоченные, воодушевленные. Прекрасного качества оружие, надежные осадные установки – все говорило о предстоящем успехе.
Конечно, велика заслуга и леди Магды. Роберта поражало, как она ненавидит этого вампира, как страстно мечтает забрать из его мерзкого плена свою Дженни! Ее помощь оказалась просто бесценной. И сейчас, направляясь в Уиллоу, он готовил для графини благодарственную речь.
Леди Уотерхолл встретила Роберта с холодной улыбкой.
– Какие новости? – спросила она, стоя на пороге охотничьего дома – места их постоянных встреч.
– Прекрасные! – радостно воскликнул Лиддел, соскакивая с коня. – Мы готовы выступить в понедельник.
– Замечательно! – кивнула леди Магда. – Идемте, пообедаем. А потом вы, пожалуй, отправитесь в Краун, а я к себе домой. Нас наверняка заждались.
Сэр Роберт согласился. Три дня отдыха и ему были бы куда как кстати – от всех волнений и сборов он порядком устал.
Дорога до отчего дома показалась легкой и достаточно быстрой. Но вот в замке Краун Роберта ждал сюрприз. Как только он спешился, привязал коня и направился к воротам, навстречу вышел Эрик.
– Боже, какая неожиданность! – язвительно ухмыльнулся старший брат. – Ты все-таки вылез из своего болота?
– Я тоже рад тебя видеть, Роберт, – спокойно ответил младший. – Как поживаешь?
– Да уж получше некоторых! Кстати, у меня к тебе дело. Как ты посмотришь на то, чтобы навестить Хайрок?
– Плохо, – сказал Эрик. – И тебе не советую.
– Не понимаю, – пожал плечами Роберт. – Ты был там. Разведал все. Читал книги, знаешь про вампиров многое. Можешь помочь – и не хочешь.
– Хочу, но не так. Атака в лоб бесполезна. Ты потеряешь много людей, а успех будет весьма сомнительным.
– Про атаку никто и не говорит. Но когда-нибудь схватка с Нортропом будет неизбежна.
– Не для меня, – покачал головой Эрик. – Я не смогу справиться с этим чудовищем.
– Скажи, брат… Только правду. Ты любишь Дженни?
– Да, в каком-то смысле. Но не так, как мужчина любит женщину, поверь. Но люблю. И именно потому, что она мне небезразлична, я хотел бы отговорить тебя от слишком решительных действий. Но, зная тебя, боюсь, что это будут пустые слова. Поэтому я помогу тебе кое-чем другим.
Эрик снял с плеча свою походную сумку и достал оттуда мешочек, перевязанный ленточкой. Проверил содержимое и отдал брату. Роберт недоуменно воззрился на странный подарок и спросил:
– Что это такое?
– Это защитит тебя от вампира, если ты все же решишься на бой. Проткни его этим кинжалом, и он потеряет часть своей скорости и силы. Брось в него этот шарик, и он упадет, словно подбитый стрелой. Обсыпь его этим порошком, и он потеряет сознание на несколько минут. А если он все же укусит тебя, то промой рану этой водой, и яд вампира не причинит тебе вреда.
– Ого, вот это да, – выражение лица Роберта сменилось с презрительного на уважительное. – Эрик, ты… Извини меня, пожалуйста. Я иногда бываю груб и резок, но… Ты – мой брат, и я все равно люблю тебя.
Вместо ответа Эрик похлопал Роберта по плечу и сказал:
– Я уезжаю. Удачи тебе, и да хранит тебя Господь!
Старший брат не сразу вошел в дом. Он еще долго смотрел, как оседает пыль, поднятая копытами коня Эрика. Что-то остро кольнуло его в сердце, какая-то непонятная грусть наполнила душу. Захотелось вбежать в дом, как в детстве, обнять матушку, потом тайком съесть припасенных с утра зеленых яблок, от которых сводит челюсть. Куда ушло все это, куда пропало? Где он успел растерять то, что так легко можно было сохранить? Вот Эрик остался верен идеалам чести и благородства. Он улыбается каждому дню, даже если дела плохи. «А чем хорош я?» – подумал Роберт и вздохнул. Впрочем, теперь шансы на возрождение своего доброго имени у Роберта неизмеримо возросли. Он сжал в руке мешочек и посмотрел на него. Ключ к победе.
Большая тяжелая дверь заскрипела, и на пороге появился герцог.
– Роберт, сын мой! Какая радость!
– Простите меня, отец.
– Будет тебе, – улыбнулся сэр Уильям и потрепал сына по голове. – Пойдем, выпьем, поговорим. Ты видел Эрика?
– Да. Он уже уехал. Подарил мне амулет против вампира, – сказал Роберт, показывая отцу мешочек.
– Он славный парень, и очень любит тебя, – вздохнул герцог. – Но пойдем же!
– А зачем он приезжал?
– Да можно сказать, по пустякам. По делам своего поместья, – сказал сэр Уильям, надеясь, что его лицо не выдаст сказанной лжи.
Глава XL. Колыбельная для Элли
Дорога, снова дорога. Последнее время Эрик провел в пути больше времени, чем за всю предыдущую жизнь. Но только бы все получилось, только бы не сделать неверного шага. Как опасен враг, как коварен! И цена ошибки – снова людские судьбы, жизни, история родов. Нет, нельзя допустить промаха. Но для этого нужно быть уверенным в каждой мысли, в каждом движении.
Конь устало остановился на берегу озера Райн. Подошел Мельстром, помотал гривой и заржал. Открылась калитка и на порог вышла Элли.
– Эрик, милый, я так ужасно себя чувствую, – тихо сказала она. – Словно тысячи голосов галдят где-то рядом, пытаясь достучаться до моих мыслей.
– Прости, любимая, – ответил юноша, обнимая ее. – Тебе нужно поспать. Я задержался, да?
– Ничего, – покачала головой волшебница. – Просто вот-вот произойдет что-то ужасное. Я чувствую это, ощущаю кожей. Зло набрало силу и готово действовать.
– Я знаю. Но мы сможем противостоять ему. Надеюсь, сэр Ричард тоже.
– Ты отдал Роберту амулеты?
– Да, как ты просила. Думаешь, он решится на битву?
– Уверена, что да. Теперь, когда я знаю правду, сомнений нет – бой будет. И куда более жестокий, чем в первый раз.
Элли почти без сил повисла на плече Эрика. Он бережно взял ее на руки и отнес в спаленку, что на втором этаже, под самой крышей. Нежно раздел, укрыл одеялом и начал тихо напевать колыбельную.
– Откуда ты знаешь? – едва слышно сказала Элли, улыбнувшись. – Эту песню мне пела мама, когда мы жили здесь с ней и отцом. Ты – как голос из детства, прошу тебя, спой еще…
Она уснула, свернувшись калачиком и укутавшись почти полностью. Эрик смотрел на нее и думал, что у каждого свое счастье. И как мало, оказывается, для него нужно! Всего-то ничего: уютная теплая комнатка, свежая булочка и кружка эля, а самое главное – та, что тебе дороже всех на свете. И для любви совсем не важно, какое у твоей спутницы настроение – устала ли она, сердится ли, плохо ли ей. Любовь не отворачивается, не делает кислую мину. Она дает сил утешить в горе, поддержать в минуту слабости, помочь в болезни. Да, сейчас тяжелые времена, но они когда-нибудь, да пройдут. Настанут дни радости, а сейчас самое главное – сохранить все, что дорого. Не дать злу разрушить ничье счастье.
Эрик лег на кровать, обняв Элли, и провалился в сон. Предчувствие плохих событий передалось и ему, но он не мог позволить себе быть слабым.
Плохо спалось этой ночью сэру Уильяму. То, что он узнал от Эрика, поразило его до глубины души, можно сказать, потрясло. Он совершенно по-новому взглянул на историю тридцатилетней давности, и ему стало невероятно стыдно за себя, за свое малодушное поведение и глупость. Но больше всего беспокоило старого герцога то, что вновь огромная опасность нависла над герцогством. А как это предотвратить, он не знал.
Сэр Роберт тоже никак не мог заснуть. Перед глазами вновь и вновь проплывали ряды доблестных воинов, готовых в любую минуту пойти в бой за честь и свободу. Но почему-то ночью это видение приносило не предчувствие гордой победы, а ужасную тоску и страх.
Но утро избавило всех от ночных переживаний, и жизнь пошла своим обычным чередом. Правда, всего на два дня.
