Текст книги "Лакомая кровь (СИ)"
Автор книги: Герберт Грёз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
– Почти. Мне не впервой оставаться в лесу на ночлег, но сегодня было что-то уж очень жутко.
– Что же, ожидание всегда страшнее, чем то, чего ждешь. Но оно заканчивается, и настает пора действовать!
Как только монах произнес эти слова, в шалаше вдруг что-то громко щелкнуло, и словно сильный ветер прошумел в сложенных ветках. Не прошло и нескольких секунд, как перед мужчинами появилась Элли. Она выглядела так, словно для нее не было ночи, проведенной в лесу, на подстилке из колючей хвои. Все те же сияющие длинные волосы, безупречное платье и радостная улыбка на лице.
После приветствий все трое проверили, на месте ли кони, и двинулись к опушке леса. Утренний ландшафт поражал воображение своим спокойным величием. Почти под самые облака уходил своей округлой вершиной скалистый холм Хайвуд Мэйн, со склона которого стекала хрустальная речка, питающая водой ров вокруг замка. К могучим каменным отрогам примыкал заросший зеленью Хайвуд Прайм, служивший подножием для великолепного дома Нортропа. Более мелкие холмы создавали причудливые волны, покрытые перелесками и цветочными полянами. Сэр Эрик в который раз поразился красоте этого места, почувствовав странный контраст между прелестным пейзажем и омерзительным существом, обитающим здесь.
Браун короткими движениями показал направление и ориентиры, и разведчики начали восхождение. То и дело прячась за кусты и каменные глыбы, они оставались практически незамеченными. Несмотря на эту осторожную неторопливость, им удалось подняться на середину Хайвуд Прайм достаточно быстро: чуть больше, чем за четверть часа. Дальше путь вел по небольшой расщелине, скрывавшейся между зарослями папоротника и темным ельником. Здесь двигаться можно было быстрее, потому что даже с близкого расстояния заметить что-либо в этом месте было очень сложно.
Преодолев и эту часть пути, разведчики остановились. Теперь предстояло перебраться через ров, ширина которого достигала тридцати ярдов. Впрочем, Браун быстро привел своих спутников к очень удобному мыску, над которым возвышались и шумели кронами корабельные сосны.
– Здесь ров очень узок, – сказал монах. – Не более дюжины ярдов. Правда, глубина тут весьма неприятная, но я надеюсь, что плавать мы все умеем. Теперь смотрите. Обзорных башен в видимости две. Одна нам не очень страшна, потому что довольно далеко и направленных сюда окон мало – всего два. А вот другая – настоящая опасность. Четыре окна выходят прямо на оконечность этого мыса. Если мы начнем привлекать к себе много внимания, то крышка всей нашей вылазке. Поэтому действовать надо тихо и быстро.
– А как вы справились с этим в прошлый раз? – спросил сэр Эрик.
– Так же, как я рассчитываю сделать и в этот. Мы нашли в лесу несколько поваленных бревен и быстренько перекинули их через препятствие. Потом, после перехода, столкнули все в ров, и течением их унесло куда-то вниз, к озеру, по всей видимости. Да, вода изо рва уходит в небольшой водоем, расположенный между Хайвуд Прайм и Хайвуд Тоддлер.
В ответ на это Элли покачала головой и что-то тихо пробормотала. Сэр Эрик попытался дознаться, что же именно она сказала, но девушка лишь улыбалась и молчала.
Спустя несколько минут Брауну удалось найти подходящее дерево. Однако перебросить тяжеленный ствол на другой берег оказалось делом, практически невыполнимым.
– Как-то я не подумал, что двое – это не восемнадцать, – вытирая пот со лба, пропыхтел Браун. – Этак мы до вечера провозимся.
– Надо придумать что-то другое, – сказал сэр Эрик, отдуваясь и рассматривая покрасневшие ладони.
– Подсадите меня, – попросила Элли, примериваясь к тонкой стройной сосне, слегка наклонно стоявшей почти на самом краю мыска.
– Я знаю, что она задумала! – радостно воскликнул монах. – Прекрасная мысль!
Взобраться почти к самой кроне Элли удалось достаточно быстро и легко. Сосна, изящно согнувшись, нависла ветвями над противоположным берегом. Прыжок получился высоковатым, и было видно, что девушка сильно ушибла ноги, но расчет оказался точным. Эрику переправа далась куда проще – под его тяжестью дерево согнулось сильнее. А Браун вообще, казалось, не почувствовал удара, хотя и прыгнул с приличной высоты. Он моментально вскочил на ноги и похвалил Элли за находчивость. Таким образом, не прошло и десяти минут, как вся троица переправилась на ту сторону рва. Теперь оставалось лишь пробраться за неприступную каменную стену.
– За мной, – сказал монах. – Сейчас мы будем в Хайроке.
Пришлось перемещаться быстро, практически у самого подножия стены. Не пробежав и сотни ярдов, Браун жестом приказал всем остановиться. Стена, возвышавшаяся над ними, казалась незыблемой и несокрушимой. Было совершенно непонятно, как отсюда можно было бы попасть в замок. На самом деле все оказалось куда интереснее.
Браун долго рассматривал стену, то и дело поглядывая на противоположный берег рва. Затем он с силой надавил на один из камней, и тот вывалился из стены. За ним оказался ржавый рычаг, который едва-едва подался под натиском двух сильных мужчин.
– Это специально устроенный лаз отчаяния, – сказал Браун, когда совсем небольшая часть стены выдвинулась наружу. – На тот случай, если хозяевам замка придется отбивать его у более успешных захватчиков. Вперед, милорд, а я пойду последним.
Отверстие вело в низенький темный и душный коридор, проложенный прямо в толще стены. Перед тем, как проникнуть в него, Браун поставил выпавший камень на место, тем самым снова сдвинув рычаг вниз и скрыв признаки вторжения. Сэр Эрик зажег факел, и спросил направление.
Идти оказалось совсем недолго, и светильник даже не успел толком разгореться.
Стараясь не шуметь, Браун отодвинул массивный деревянный щит, закрывавший выход из коридора, и пригласил всех наружу.
Хайрок! Сердце сэра Эрика застучало с невероятной силой. Впрочем, ни волков, ни коршунов видно поблизости не было. Разведчики выбрались из стены прямо за конюшней, от которой, несмотря на долгие годы, еще чувствовался легкий запах сена и лошадей.
Действовать приходилось очень быстро и по возможности бесшумно. Несмотря на то, что в этой части владений вампира патрулей заметно не было, лишнего внимания привлекать не стоило. В конюшне оказалось вполне светло, достаточно для того, чтобы сориентироваться и найти вход в подземный коридор.
Спуститься в прохладную сырую тьму сложностей не составило. Ход оказался достаточно просторным и высоким – в нем не надо было пробираться согнувшись, как в стене. Пол был выложен плоскими камнями, на стенах кое-где виднелись крепления для факелов. С потолка изредка с гулким стуком падали капли воды. Вообще было настолько тихо, что даже едва слышный шепот разведчиков разносился вдаль предательским эхом.
Оставалось найти вход в главные покои замка. Браун очень хорошо помнил расположение всех развилок, поворотов и комнат, и вел экспедицию весьма уверенно. В одном из помещений, которые старик отмечал как надежные, решено было сделать небольшую остановку для отдыха.
Элли начала было развязывать свой мешок, чтобы достать пару булочек, но внезапно старый монах схватил ее за руку и жестом приказал замолчать. Где-то вдалеке послышался отчетливый стук шагов.
Глава XXIII. Вечные похороны
Сэр Эрик наступил на факел и затушил его. Впрочем, толку от этого было мало: в воздухе разнесся запах горелого масла, так или иначе выдававший незваных гостей. Оставалось только молиться и надеяться на то, что у идущего по коридору напрочь отсутствует обоняние.
Шаги приближались. Было что-то странное в их ритме, словно человек приволакивал одну ногу, но не всегда, а через раз. Сэр Эрик очень медленно и тихо вытащил из клипсы шпагу, а Браун высвободил из ножен меч. Вскоре коридор осветился каким-то тусклым зеленоватым сиянием. Неравномерный стук стал совсем громким, и вскоре разведчики увидели того, кто был ему причиной. Странная фигура, обмотанная рваными кусками ткани, держала в руке светящуюся гнилушку и шла, припадая на обе ноги, куда-то вдоль стены. Голова этого странного человека смотрела строго прямо.
Все замерли. И лишь когда звук шагов превратился в едва различимое эхо, Браун в ужасе выдохнул:
– Святые Угодники, это же мертвец!
– Придется признать это, – дрожащим голосом ответил сэр Эрик, прикрепляя шпагу обратно к клипсе. – Нортроп подчинил себе волков, коршунов, гномов, и не побрезговал даже закопанными в землю покойниками. Курт, скажи мне, как мы можем противостоять этому?
– Никак, милорд, – вздохнул монах. – Если здесь кто и может навести порядок, то разве только аббат. Это царство сил сатаны, и боюсь, что наше с вами оружие против этого сонма чудищ бессильно. Но это не значит, что мы должны сдаться и пойти обратно.
– Ну, уж нет! – воскликнул Лиддел, снова ударяя кремнем над факелом. – Сдаться – это не ко мне. А к аббату я обращусь позже. Уолтер обещал помочь, и, я думаю, он здесь найдет дело по душе. Но наша задача – найти место, где пиявка дрыхнет, пока солнечный свет сковывает его свободу.
Разведчики перекусили чудесными булочками, заботливо припасенными Элли, запили их не менее прекрасным элем, и двинулись дальше.
Коридор вскоре начал подниматься вверх, все трое это сразу же почувствовали.
– Мы в замке. Выход отсюда находится в правом крыле дома, – сказал Браун. – Если идти прямо, то наткнешься на кухню. Направо будет комната прислуги. А нам надо свернуть влево, в основную галерею. Оттуда ведут несколько лестниц, но я уже не очень хорошо помню, куда именно какая. Надеюсь, на месте память вернется.
Очень аккуратно отодвинув деревянный щит, служивший прикрытием выхода в спасательный тоннель, Браун выбрался в величественные чертоги замка и помог остальным сделать то же самое.
Даже самый тихий шаг гулко отдавался многократным эхом в просторной галерее, увенчанной сверху сводчатыми потолками. На стенах красовались многочисленные портреты, в высоких окнах играли разными цветами стекла витражей.
– Красивый дом, – завистливо шепнул сэр Эрик. – Нортроп был очень богат?
– Он поставлял хлеб королю, – кивнул старый монах. – Золото никогда не переводилось здесь. Говорят, его величество был весьма доволен качеством зерна с полей герцога.
– Оно и вправду самое лучшее, даже по сию пору, – тихо сказала Элли. – Я сама пеку хлеб и знаю, откуда мука вкуснее. Правда, теперь его поля принадлежат другому, но пшеница-то от этого хуже не стала.
– Но почему? Черт меня побери, почему он такой безупречно хороший, с чудесными полями и райскими угодьями, вдруг стал ни к дьяволу плохим? – взорвался сэр Эрик. – У меня в голове не укладывается.
– У меня тоже, – ответил Браун и замолчал.
Они шли мимо дверей и арок, в тихом и пустом одиночестве. Сэр Эрик осматривал стены и потолок замка и не мог поверить своим глазам.
– Вот сюда, – вдруг сказал монах.
Мраморная лестница подсвечивалась сверху цветными бликами огромного витражного окна, изображающего закованного в латы рыцаря, присевшего на колено перед прекрасной дамой, в руке которой сверкала алым роза. Тяжелые дубовые перила блестели, как новые, выдавая частое их использование.
Разведчики начали медленно подниматься по ступенькам. Странное дело, но их не беспокоили ни ожившие мертвецы, ни гномы, ни ученые птицы. Казалось, герцог сам не против того, чтобы его навестили.
Наконец, все трое поднялись на главный этаж. Простор огромных помещений поражал воображение, равно как и прекрасное убранство.
– Вам не кажется, что здесь все как-то траурно? – спросила Элли, осматриваясь вокруг.
И в самом деле, вид украшений не вызывал ничего, кроме чувства скорби. При ближайшем рассмотрении оказалось, что весь главный этаж выдержан в трагических и мрачных тонах. Черные и багровые розы, собранные в букеты и развешанные на стенах, траурные полотна, обрамляющие окна – все создавало впечатление готовящихся похорон. Незваным посетителям стало не по себе.
Медленными тихими шагами все трое подошли к двери, ведущей в большой зал. Браун заметил, что полотно прилегает к косяку неплотно, и заглянул в щель. И невольно вздрогнул, отшатнувшись.
– Мы нашли его, – едва слышным шепотом сказал он.
Сэр Эрик потянул тяжелую дверь на себя. Она открылась практически бесшумно, словно петли кто-то только что смазал.
В большом зале было очень чисто и пахло свежими цветами. На всех стенах красовались огромные полотна знамен Нортропов, обшитые по краям черными атласными лентами. Гирлянды из роз спускались с потолка, образуя прекрасный в своей печальной торжественности балдахин, под которым стоял массивный гроб.
Солнечный свет, разбросанный яркими цветными бликами по белоснежному каменному полу, создавал причудливую, но изумительную картину. Разведчики подошли ко гробу, стараясь не выдавать себя лишним шумом.
Ричард Нортроп лежал со скрещенными на груди руками. Строгий, одетый в парадную военную форму – черную с синим рубашку и длинную куртку, расшитую контурами земляничных листьев, выполненных тонкой блестящей нитью. На его бледном лице застыла полуулыбка, какая-то странно притягательная и совершенно не злая.
– Черт побери, да он красавчик, – пробормотал Браун. – Надо же. Мертвый выглядит куда добрее и лучше, чем живой.
– Да уж, судя по виду, злодеем его не назовешь, – согласилась Элли. – Не понимаю.
Сэр Эрик ничего не сказал. Он еще раз осмотрел зал, потом перевел взгляд на вампира. Приходилось признать, что действительно, лицо Нортропа выражало скорее странную грусть и задумчивость, нежели бессмысленную злобу и ярость.
Все трое недоуменно переглянулись. Собственно, цель экспедиции была достигнута, но вместо чувства удовлетворения победой у каждого в голове роились десятки вопросов.
Вывел гостей замка из состояния задумчивости грозный низкий рык. Не сговариваясь, Элли, Браун и сэр Эрик обернулись туда, откуда донесся звук. И замерли от неожиданности и испуга.
В дверях, перегораживая выход, стояли два огромных волка, закованные в тяжелые латы.
Глава XXIV. Элли сердится
Сомнений не оставалось – зверюги выследили разведчиков по запаху. Тяжело дыша и порыкивая, волки постепенно приближались к непрошенным гостям. Сэр Эрик отстегнул шпагу и свистнул ей в воздухе. Браун со звоном вытащил из ножен свой меч. Схватка казалась бессмысленной, но сдаваться без боя храбрые воины тоже не собирались.
«Попасть бы сразу в глаз», – думал Лиддел, примериваясь к волкам. – «Тогда можно было бы надеяться удрать отсюда до того, как подоспеет подкрепление».
Браун сделал шаг вперед и взмахнул мечом, принимая боевую стойку. Сэр Эрик тоже выдвинулся навстречу врагу. Волки поводили хвостами и скалились, обнажая белоснежные клыки. По тяжелому стуку стальных листов юноша понял, насколько толста броня этих адских тварей, и в горле его сразу же пересохло. Исход такого боя практически не вызывал сомнений, и от этого в буквальном смысле холодела кровь. Но настоящий английский рыцарь не отдает свою жизнь просто так, и сэр Эрик сделал еще один шаг вперед. Волки зарычали громче.
Браун тем временем наблюдал. Ему тоже было совершенно ясно, что латы такой толщины мечом пробить невозможно, но Курта с самого детства учили, что непобедимых соперников нет. У каждого, даже самого защищенного и до зубов вооруженного воина обязательно найдется слабое место. На это старый рыцарь и рассчитывал, но пока уязвимость волков, если она и была, никак себя не выдавала. Ни в соединениях листов доспехов, ни в прорезях для глаз не было достаточно ширины для лезвия меча. Единственное, что пришло в голову Брауну – если правильно рассчитать момент начала удара, можно попробовать вонзить клинок в открытую пасть зверя. Это наверняка сулило успех, но для такого выпада требовалась совершенная аккуратность и полная сила.
Время томительно тянулось, противники оценивали друг друга. Сэр Эрик совладал с собой и начал прикидывать угол и силу, с которыми нужно бить, чтобы попасть точно в узкую щель, за которой красным пламенем светился глаз зверя.
Волки тоже не торопились начинать драку, понимая, что имеют дело не с легкой добычей. Оба лазутчика казались прекрасно подготовленными в боевом искусстве, и, несмотря на то, что один был очень молод, а другой – весьма стар, опасность они представляли значительную. Вариант боя с внезапным прыжком, сбивающим с ног, был неприемлем – за спинами вторгшихся стоял гроб с Господином. Одна ошибка, одно неверное движение – и случится непоправимое.
Несколько минут в мертвой тишине зала было слышно только тяжелое дыхание, да позвякивание стали. Противники постепенно сближались, готовясь к сражению.
Только Элли осталась позади, и никто на нее не обращал внимания.
А зря. Девушка совершенно преобразилась. В ее длинных серебристых волосах засверкали цветные искры, глаза из дивных голубых сапфиров превратились в сияющие белым светом огни. По кончикам пальцев рук Элли побежали маленькие голубые всполохи. Платье немного приподнялось, словно раздуваемое ветром.
И ровно в тот самый момент, когда волки и люди готовы были уже броситься друг на друга, в напряженной тишине залы раздался оглушительный голос Элли. Не хрустальный звонкий колокольчик, но неистовый церковный набат. Летели одно за другим заклинания, словно удары штормовых волн по морским скалам, и от их силы все вокруг замерло. Прижали уши и хвосты волки, оцепенели Лиддел и Браун. А озерная дева все сильнее и громче творила свое колдовство, и уже самое настоящее пламя срывалось с ее рук, синее, яростное, грозное.
Элли шагнула вперед, и стражники замка, заскулив, попятились назад. Девушка спокойной поступью прошла мимо них и поманила за собой мужчин. Тех дважды просить не пришлось.
Из замка в подземный ход выбрались спокойно. Видимо, подкрепление для волков предусмотрено не было. Там, закрыв двери, можно было выдохнуть.
– Надеюсь, теперь уже никто из вас не задается вопросом, зачем вам в этом походе нужна я, – убирая со лба волосы, сказала Элли.
– Это было невероятно, – все еще не в силах прийти в себя, прошептал сэр Эрик. – Как это у вас получилось?
– Вы – колдунья, – сухо сказал Браун. – Ведьма. Если бы я знал…
– То сдали бы меня Уолтеру? Сожгли бы на костре? И в итоге сгинули бы здесь, сойдя за корм для этих милых песиков.
– Согласен, глупо вышло, – вздохнул монах. – Вы спасли нам жизни, а это самое главное.
Немного отдохнув, разведчики двинулись в обратный путь. Сэр Эрик старался еще раз хорошенько запомнить все повороты и развилки. Даже несмотря на пережитое потрясение, он продолжал держать в голове цель этого путешествия.
Поскольку дорога назад не казалась легкой, Браун предложил сделать небольшой привал. Для перекуса было решено выбрать более укромное помещение, чем в прошлый раз, а саму передышку сделать длиннее.
– Ну, настоящие сложности на самом деле впереди, – тихо сказал Лиддел. – На этой стороне рва с водой сосны не растут.
– Растут, но в другой стороне, – ответил Браун. – Впрочем, не буду скрывать: да, обратная переправа легким делом не будет.
И снова среди путешественников воцарилось молчание. Вскоре, впрочем, его опять нарушил сэр Эрик.
– Эти волки очень самонадеянны, – сказал он. – Против нас выставили всего двоих.
– Думаю, милорд, что это следствие не самонадеянности, а чести, – тихим голосом ответил монах. – Двое на двое, очень справедливо. Девушку они опрометчиво не приняли в расчет.
– Не пойму я никак – этот Нортроп, кто он? Невежественное чудовище из глубин ада, или же благородный рыцарь и исполненный чести воин?
На самом деле никто из троих не мог дать ответ на этот вопрос. Слишком уж противоречивыми были факты, которыми каждый из них обладал. Именно поэтому остаток отдыха прошел в тишине.
Когда разведчики выбрались из крепостной стены, закрыв за собой лаз отчаяния, солнце уже перевалило далеко за полдень. Стоило поторопиться с возвращением, но перед путниками тихо шептал неспешно текущей водой ров. Огибать замок в поисках возможности перебраться тем же способом с соснами представлялось возможным, но долгим. А судя по вою за стеной, волки успели понять, что лазутчики не только разузнали расположение главных комнат замка, но и сумели выбраться живыми.
Поэтому времени практически не оставалось.
– Вплавь, – сказал сэр Эрик. – Это единственный способ.
– Со всей нашей амуницией? – нахмурил брови Браун. – Лучше уж просто сразу утопиться, не мучая себя. Да и вода жутко холодная. Если сведет ногу или руку, смерть будет ну уж совсем не геройская.
– Что же делать? – спросил юный лорд. – Если мы будем стоять перед стеной, как мишени, то скоро нас заметят с башен. И тогда прощай, добрая старая Англия!
– По-моему, уже заметили, – сказала Элли, глядя в небо, где в вышине медленно кружил коршун.
Через мгновение все трое метнулись обратно к стене, укрывшись в ее холодной мрачной тени. Времени на раздумья почти не оставалось. Внезапно в голове сэра Эрика проскочила безумная, но острая мысль.
– Кони! – воскликнул он. – Наши кони!
Браун недоуменно воззрился на лорда, а Элли улыбнулась и от радости хлопнула в ладоши. Она закрыла глаза, склонилась на одно колено и начала медленно говорить слова заклинания. Коршун в небе почему-то набрал еще большую высоту, и как будто перестал обращать внимания на происходящее внизу. Не прошло и четверти часа, как вдали послышался быстрый топот, и из-за перелеска выскочил Мельстром, а за ним лошади Брауна и Лиддела.
С диким ржанием они бросились в воду и уже спустя несколько секунд отряхивались от холодных капель на другом берегу рва. С неба в ответ на это послышался тревожный клекот.
– Скорее! – крикнул сэр Эрик. – С Богом!
С молниеносной быстротой вскочив в седла, разведчики натянули поводья и направили коней вплавь. Сильные животные пересекли водную преграду достаточно скоро, хотя было видно, что это далось им с большим трудом.
Фыркая и тряся гривами, кони поскакали в лес, к месту стоянки. Коршуны, покружив немного над замком, сели обратно в башни и успокоились. Наивно было бы предполагать, что они просто так отпустили незваных гостей, но преследования, тем не менее, не было.
Слуги Нортропа всегда хорошо слушались своего лорда.
Глава XXV. Неожиданные новости
К домику в ивах подъехали далеко за полночь. Никто больше не хотел ночевать в лесу, и коням пришлось скакать во весь опор, чтобы завершить путешествие без длительных стоянок. Усталость валила с ног, не было сил ни ужинать, ни разговаривать. Не зажигая свечей, все трое упали на свои кровати и уснули практически мгновенно.
Тихий ночной ветер медленно нес темные облака под сверкающими яркими звездами. Тишина окутала озеро Райн, и только иногда раздавалось где-то поблизости недовольное фырканье коней. Где-то бушевали страсти, готовились сражения, задумывались предательства. Но здесь, в уютном домике, недоступном для взоров, были только спокойствие и умиротворение. Так продолжалось до рассвета.
Первым, как обычно, поднялся с кровати сэр Эрик. Наскоро приведя себя в вид, более-менее достойный английского аристократа, он вышел к озеру. По берегу медленно шел Мельстром, размахивая хвостом. Над поверхностью воды стелился тонкими змейками полупрозрачный туман. Поеживаясь от утренней прохлады, юный лорд пошел навстречу белому коню. Скакун приветливо помотал головой и пошел рядом с Лидделом, словно одновременно с ним предаваясь воспоминаниям о приключении в замке Хайрок.
Легкое дуновение ветерка донесло до озера манящий аромат свежевыпеченных булочек, на что и конь, и человек отреагировали моментально. Мельстром тихо заржал, а сэр Эрик быстрой походкой отправился к дому.
Элли и Браун уже сидели за столом. Прекрасно понимая теперь, откуда в этом доме появляются свежайшие угощения, сэр Эрик уже не был столь недоверчивым, и присоединился к завтраку. Эль и хлеб поражали своим вкусом, но все хорошее имеет свойство очень быстро заканчиваться.
– Благодарю вас, Элли, – сказал юноша, поднимаясь из-за стола. – Это было чудесно. Но я вынужден сказать, что нам пора ненадолго расстаться. Мы с Куртом едем в Холироуд. А там, как я полагаю, вам показываться совершенно не хочется.
– Вы правы, милорд, – улыбнувшись, ответила девушка. – Я буду ждать вас на обратном пути. Вот здесь сумка в дорогу, кое-какие припасы. Будете вспоминать обо мне в дороге.
– Я буду вспоминать вас всегда, пока не окончится время разлуки, – сказал сэр Эрик. – Еще раз благодарю вас! А теперь нам пора в путь.
Спустя несколько минут топот лошадиных копыт перестал доноситься до озера Райн. Элли грустно-грустно вздохнула, еще раз помахала рукой в утреннюю пустоту неба, и скрылась в своем домике.
Чем больше сэр Эрик думал над всей сложившейся картиной, тем отчетливее он понимал, что без влияния сверхъестественных сил вампира победить невозможно. Но не только это волновало юного лорда, и вопросов к аббату на самом деле у него накопилось множество. Да и рассказать об успехах тоже хотелось.
Дорога узкой лентой петляла среди вековых деревьев Хэмстонского леса, то поднимаясь на пригорки, звонкие от птичьего гомона и залитые солнцем, то спускаясь в низины и овраги, сырые и мрачные. Путники ехали не слишком быстро, стараясь не утомлять коней. Тем более что теперь спешки не было, скорее наоборот, обоим требовалось побыть наедине со своими мыслями.
Поэтому к дверям монастыря подъехали они в час, когда небо уже почти сплошь было залито синей тьмой. Аббат принял гостей приветливо и радостно, а особое удовольствие вызывал у него визит сэра Эрика.
– Позвольте угостить вас чудесным вином из монашеских погребов, – суетился Уолтер, то и дело приказывая подавать все новые и новые кушанья. – Рассказывайте, сэр Эрик, как вам удалось проникнуть в Хайрок, а главное – выйти оттуда живым?
– Вошли мы сами, – сказал Лиддел, наливая в высокий кубок кроваво-алый напиток. – А вот выйти нам помогли Провидение и сэр Ричард.
– Интригуете, – воскликнул настоятель и присел на свое высокое кресло. – Но, впрочем, сначала отужинайте с дороги, а потом уже перейдем к рассказам. И еще, кто этот господин с вами? Кажется, я когда-то знавал его.
– Да, святой отец, – ответил старик. – Знавали. Я ваш бывший служка, Курт Браун.
– Святые угодники! – удивленно воскликнул аббат. – Вот уж не ожидал! Впрочем, Господь сделал сэру Эрику чудесный подарок, отправив тебя с ним в Хайрок. Ведь кто, как не ты, знаком с его внутренностями?
– Именно так, святой отец, – кивнул Курт. – Могу сказать лишь одно – там, в пределах этого дивного замка, я ежеминутно вспоминал вас и ваши служения. Господь свидетель, мы побывали в логове самого дьявола.
Сэр Эрик, за это время скоро и безжалостно расправившийся с куриной ножкой, согласно закивал и налил еще вина. Браун решил не отставать, и положил себе на тарелку большой и сочный кусок баранины. Уолтер понимающе посмотрел на гостей и на некоторое время затих.
Около четверти часа прошли в молчании, которое изредка разбавлялось звоном посуды или звуком льющегося вина.
– С вашего позволения, отец Уолтер, я, пожалуй, оставлю вас, – сказал Браун, откинувшись на спинку высокого стула. – Хочется вспомнить былое, еще раз взглянуть на эти древние стены.
– Разумеется, – кивнул аббат. – Для тебя это место многое значит.
Когда старый монах закрыл за собой дверь, Уолтер подсел поближе к сэру Эрику и сказал:
– Хорошо, что он ушел. Я полагаю, есть что-то, что вы хотели бы рассказать без лишних ушей?
– Курт не лишние уши, – пожал плечами Лиддел. – Но так, пожалуй, вправду лучше. Для начала расскажите, что вы знаете о распре между Уотерхоллами и Нортропами?
– А, – аббат почесал затылок и вздохнул. – Решили начать с истоков. Хорошо, я расскажу, как все было. Тридцать лет назад молодой герцог сэр Ричард Нортроп привез в свой замок юную невесту по имени Тесса Фаулер. Ее родители почему-то были сильно против этого брака, и он организовал чуть ли не похищение. Сама юная мисс была влюблена в герцога, поэтому не возражала против такого способа решить вопрос о свадьбе. Тогда барон Фаулер подговорил Генри Уотерхолла выступить против Нортропа. В те годы граф отличался горячим нравом и буйным характером, и дело было сделано очень скоро. Понимая, что герцог не останется в долгу, сэр Генри договорился с вашим батюшкой о том, что Тесса некоторое время поживет в замке Краун, доколе не уляжется кутерьма. Но сэр Ричард рассвирепел и повел себя совсем не так, как полагается благородному английскому лорду. Он собрал армию и выдвинулся против Лиддела. Предварительно, по слухам, герцог обратился к некоему магу, или чернокнижику, я точно не знаю, чтобы получить волшебную защиту в бою. Битва при Крауне окончилась для Нортропа крайне скверно. Мало того, что подоспевшие солдаты Уотерхолла ударили его армию в спину, так еще и Тессу убили.
– Вот здесь я хотел бы узнать подробности.
– Ох, – вздохнул священник. – Там все не просто. Как будто бы ее настиг шальной выстрел атакующих.
– Но? Вы в этом не уверены?
– Дело в том, Эрик, что стрела, которую вытащили из тела мисс Фаулер, была выпущена из лука, принадлежавшего армии Лиддела. В те годы Нортроп уже научил своих мастеровых делать специальные охотничьи стрелы с острыми обратными углами на наконечниках, которые очень сложно вытащить из раны, не усугубив ее. А оружейники вашего батюшки все еще ковали обычные четырехгранные точки бодкина, и именно такую стрелу и извлекли из бездыханной бедняжки Тессы. Это отличие стало причиной катастрофического раздора между Лидделом и Нортропом. Ричард обвинил Уильяма в бесчестном преднамеренном убийстве и проклял его. А армия сэра Генри спустя некоторое время прорвалась к замку Хайрок и взяла его штурмом. Ваш спутник, Курт Браун, своими руками убил сэра Ричарда, но сразу же после этого пришел ко мне и покаялся в страшном грехе. Десять долгих лет исполнял он здесь свое тяжелое служение, но вышел с чистой душой и спокойным сердцем.
– Но он горит желанием снова убить Нортропа.
– Нет, мой юный лорд, нет. Все эти его присказки про дьявола – всего лишь отражение чувства невероятной вины. Он жаждет не убить, а освободить и попросить прощения.
Недоуменно и оторопело глядя на аббата, сэр Эрик не заметил, как пролил вино мимо кубка.
Глава XXVI. Побег домой из дома
После долгого молчания сэр Эрик наконец смог взять себя в руки. Теперь много становилось понятнее, но многое наоборот, покрывалось плотной завесой тайны. Многие вещи открылись совершенно с другой стороны, и юный лорд впервые почувствовал себя окончательно сбитым с толку.
Осушив кубок, он решил рассказать о своем походе в Хайрок, умолчав только об Элли. Правда, тут возникла некоторая сложность с описанием переправы через ров, поэтому сэр Эрик запнулся.
– Так как же вы смогли преодолеть воду? – спросил аббат, заинтересованно глядя на юношу.
