Текст книги "Усобия: Осколки другой жизни (СИ)"

Автор книги: Гектор Фабулов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

– Нашли, шеф? – спросил географ, с довольным лицом застёгивая свою походную сумку.

– Один откопал! – ответил историк.

– Сейчас я к вам подойду, – сказал Игмер, закинул рюкзак на плечи и засунул в карманы штанов ещё две горсти сокровищ.

– Я пойду и сообщу, что всё получилось, – с этими словами Свист встал и вышел из помещения.

Профессор положил кристалл в рюкзак, застегнул его и продолжил поиски вместе с Игмером и лучником. Неожиданно шеворант подошёл к географу и историку со странным предметом в руках:

– Вы только поглядите на это!

Полупрозрачная капсула размером с литровую бутылку переливалась то синим, то зелёным, то фиолетовым, то чёрным цветом и сверкала серебристыми точечками.

– Это одна из наших реликвий, хранимых не одно столетие, – объяснял лучник. – Обычно она стоит на железном держателе, и трогать её строго-настрого запрещают наши правители и мудрецы, ибо постигнуть силу этого чуда мы сможем нескоро.

Вдруг шеворант дёрнулся и вскрикнул, выронив таинственную ёмкость, которая затем разбилась.

– Зараза! – прошипел лучник. – Боль в руке резко дёрнула. О, уже опухать начала... Таки впрыснули эти твари в меня свой яд. Только не это! Я разбил нашу реликвию…

К удивлению троицы, на полу вместо осколков упавшей капсулы появился странный сгусток голубого дыма. Раздался звук, похожий на гром в дождливую погоду. Следом за ним Игмер, Мервал и лучник стали слышать звуковые колебания, будто запустился мотор с пропеллером. Тучка закружилась, как водоворот и стала разрастаться.

– Не к добру, – сказал Игмер.

Троица побежала к выходу из помещения, но неведомая сила стала тянуть убегающих назад. Никому больше не удалось сделать даже шаг. Игмер, Мервал и лучник сгорбились, упали на пол и пытались вцепиться в него пальцами, но тщетно. Повернув голову, Альгар увидел кружащиеся монеты, улетавшие в расширившуюся до размеров окна тучу, в середине которой показался горный пейзаж под ярким солнцем. Напуганного лучника, который с раненой рукой был не силах цепляться за землю, эта картина среди дымки затянула первым. Вслед за ним полетел кричащий профессор, а затем и Игмер. Троица приземлилась на траву. Шеворант закричал:

– Рука! Рука!

Игмер и Мервал встали, отряхнулись и увидели, как забросившее их сюда окно быстро сжалось и исчезло.

– Ну и дела… – недоумённо сказал Альгар и оглянулся. – Это ещё хорошо, что нас вон на те скалы не закинуло. Вот это было бы больно. Ваши стёкла целы, господин Мервал?

– Да, – ответил Балирад, протерев и надев очки. – Поразительно! Настоящий портал! Телепорт! Вот только где мы?

– Похоже на восточную часть Ортавии, – объяснил географ, вместе с историком помогая шеворанту встать. – Если точнее, то на вошедшей в их состав юго-западной части бывшей Кадалии.

Игмер, Мервал и лучник оказались на одном из покрытых зелёной травой и деревьями холмов посреди гор. Совсем неподалёку находился небольшой дом, а на его крыше крепилось древко с оранжевым полотнищем, в центре которого находилась деревянная чаша с овощами, фруктами и ягодами. На учатке стояли две машины. Из постройки выбежали три вооружённых охотника с кепками на головах.

– Всем стоять! – крикнул один из них, круглолицый, с усами кукурузного цвета, обгоревший на солнце. – Руки вверх!

– Надеюсь, просто депортируют… – шепнул Игмер и поднял руки вместе с профессором и лучником.

За пару мгновений ортавийцы окружили троицу. Боец с более тёмными волосами и кожей, выпуклым носом, немного удлинённым лицом и чёрными глазами застрелил шеворанта в упор.

– А вы двое сейчас отдадите снарягу и пойдёте с нами! – сказал другой, смуглый, с миндалевидными карими глазами и горбатым носом. – Вельве́г, забери у них всё.

Обгоревший ортавиец с кукурузными усами снял с варшина и фонрада рюкзаки и отнял оружие. После этого удивлённые разбросанными драгоценностями охотники повели Альгара и Балирада в свою постройку, тыкая им ружьями в спину. Когда Игмер и Мервал оказались возле порога, им повелели открыть дверь и завели вовнутрь.

***

Проигрыватель с виниловой пластинкой наполнял умиротворяющей музыкой комнату квартиры дедушки, пившего чай со своим внуком за небольшим столом. Всю стену позади старика занимали шкафы, два из которых, с прозрачными дверцами, всегда приковывали восхищённый взгляд подростка Игмера. В одном висела тёмно-синяя мантия, а в другом серая форма с погонами и причудливым металлическим значком в форме человечка, прикладывающего выпрямленные пальцы правой руки к виску и испускающего три волны в левую сторону. Хозяин квартиры отхлебнул чай из кружки, погладил свою бороду и сказал мальчику:

– Что ж, Игмер, ты уже подрос, и пора мне передать тебе серьёзные знания.

Внук проглотил прожёванный и запитый чаем кусок бублика и удивлённо посмотрел на дедушку:

– Какие?

– Вам ведь говорили про древних варшинов и не только варшинов, использовавших силу разума, на уроках истории? – спросил старик.

– Да, – ответил Игмер.

– Прекрасно, – дедушка улыбнулся и поставил свою кружку на стол. – Вам будут по чуть-чуть рассказывать про них и в следующих классах вплоть до окончания школы, потому что люди с этим даром или, как сейчас принято это называть, мутацией существовали на протяжении всей нашей истории и существуют сейчас, хоть их не так уж и много. Мы с тобой и твоим отцом – одни из них.

Мальчик обомлел и, отложив бублик в сторону, восторженно смотрел на своего родственника.

– То есть я смогу заниматься телепатией? – спросил внук. – Мысли смогу читать.

– Не только это, – ответил старик. – Простые люди часто ошибаются, называя нас телепатами, ведь сила разума – это больше, чем просто чтение чужих мыслей и передача собственных без помощи рта. Кстати, сейчас наша сила разума носит официальное научное название – псионика. Ох, любят же учёные всё осложнять. Впрочем, не мне их судить. Псионические способности представляют собой большую силу, к которой нужно относиться со всей серьёзностью. Понимаешь?

Игмер кивнул.

– Это хорошо, мальчик мой. Важно, чтобы такой дар не использовался во зло, ведь безответсвенные, алчные и бессердечные псионики приносят этому разрушение и страдание, которые затем аукнутся и им самим. Направляя же его во благо, мы меняем мир к лучшему или хотя бы смягчаем его пороки. В то же время важно не переусердствовать, использую такую мощь, потому что это вредит нашему здоровью. Каждый применяет псионику по-совему. Вот я, например, служил нашей стране, пока не ушёл на пенсию. Ты ведь часто на мою форму заглядываешься. В ней я обеспечивал безопасность Варшино-Шамдарии и её народа.

– Ты боролся с чудовищами? – спросил внук.

– И это тоже было, – с улыбкой кивнул дедушка. – Дикие монстры, шеворанты, особо опасные преступники, иностранные шпионы, другие псионики – много кому доводилось противостоять, и сам секретным агентом бывал. Хотел бы я увидеть, каким будет твой путь и что будет ждать тебя. Я раскрою твой потенциал, а также научу искусству боя. Оно тоже может пригодится в будущем. Думаю, что начать обучение можно уже завтра. Что думаешь?

– Конечно! – согласился мальчик.

– Великие умы мыслят одинаково! – с весёлой интонацией сказал мужчина. – Для большего погружения в атмосферу древних знания я буду учить тебя вон в той синей мантии. Она у нас в роду передавалась из поколения в поколение. Будет непросто, но то, что ты приобретёшь, ни с чем не сравнимо.

***

Ортавийский охотничий дом напоминал небольшой полицейский участок, но комнаты для допроса в нём не было, как и многого другого. Вместо неё небольшое помещение за решёткой, в котором Игмер и профессор Мервал сидели, прислонившись спинами к стене. По ту сторону железных прутьев сидел на поставленном стуле крупный лысый бородатый мужчина в расстёгнутой камуфляжной куртке, из которой выглядывала белая футболка без рукавов. За этим человеком стояли три охотника, что привели варшина и фонрада. Позади троицы наполняла стакан водой из куллера темнокожая девушка с заплетёнными в строгую косу волосами. Вельвег и лысый охотник были дмерга́тами, людьми из этноса на северо-западе Ортавии, очень близкого фонрадам и харганам. В застрелившем шеворанта географ узнал мар́она. Именно этот народ объединил все остальные, населяющие Ортавию. Мужчина с горбатым носом был шихму́ром с песочно-гористого побережья страны на юге. Девушку, что набрала стакан воды и вернулась за письменный стол, направили служить сюда из островов Республики Яни́да, всего три года назад вошедшей в состав Ортавии. Игмер знал, что всего в великом южном государстве жило девять крупных народов и ещё больше менее многочисленных. Ортавия была самой многонациональной страной, и колорит замечался в любой её части. Позади четвёрки стоял запертый сейф с оружием, справа от которого на стене висела карта страны, границы которой напоминали питона, проглотившего кого-то крупного и глядящего на восточных соседей. Синяя точка, обозначавшая местонахождение служебного охотничьего дома, находилась возле красного пятна с надписью: «Чёрная Пустошь», взятого в кольцо Ортавией на западе и севере и Архунадом на юге, востоке и немного на севере.

– Нечего зыркать по сторонам, серая морда! – гаркнул лысый бородач. – Смотри на меня и отвечай на мои вопросы.

– Мы ведь уже всё объяснили, – Игмер изо всех сил оставался спокойным.

– Да ты что?! – не понижая голос, съязвил дмергат в расстёгнутой куртке. – Это так интересно вы вдруг переместились именно к нам. Северные варвары! Варшиния вообще всегда была угрозой для Ортавии, хотя и меньшей, чем Харгания. Того, гляди, в мутантов нас обратите, хитрые во́роны! Видно же, что вы двое – шпионы! Ещё и вырядились по-идиотски. Думали, всё гладко пройдёт? Не угадали, господа. Разработали технологию перемещения и проникли с целью получения важных данных и осуществления подрывной деятельности. Пришли, чтоб свободу нашу разрушить! Да я таких, как вы, много в порошок стёр. Попался ворон в клеточку, а с ним ещё и северный горняк!

– Вы что, с ума сошли? – не выдержал Мервал.

– Рудокопам слова не давали! – сказал сидевший на стуле. – Бери пример со своего дружка-мутанта и сиди смирно. Что бы вы там не планировали, а я из вас признание выбью! Сейчас ещё пару крутых ребят из вызовем, чтоб помогли вам всё вспомнить. А за золотишко спасибо! Где там наш шокер?

– Вы не имеете права! – вздрогнув, крикнул профессор.

Лысый дмергат насупил брови и сказал марону и шихмуру:

– Ба́тшек, Дальве́т, проучите очкарика!

Изверги достали деревянные дубинки и открыли решётку. Игмер выжидал подходящий момент, чтобы дать отпор жестоким мерзавцам. Ортавийцы подошли к прижавшемуся к стене и закрывшегося руками профессору. Пора. Резким ударом ноги по голени Игмер упрокинул шихмура головой на пол, после чего вскочил, ударил марона кулаком под дых, схватил остолбеневшего, со всей силы обрушил его головой на железные прутья решётки, хрустнул рукой оглушённого и забрал дубинку. Дальвет попытался попытался встать, но потерял сознание от удара ногой в лицо. Игмер отдал дубинку шихмура профессору и выскочил по ту сторону решётки, где вставший перед ним в боевой готовности ортавиец выбил из руки варшина палку ногой и замахнулся кулаком. Альгар увернулся и ударил недруга в лицо, затем в пах и снова в лицо, отчего вскрикнувший от боли упал на пол, откинув стул касанием своей спины на пару шагов назад. Вельвег достал из кобуры пистолет, но географ выбил его пинком. Дмергат сморщился от боли и схватился за кисть, а Игмер нанёс удар ногой с разворота в лицо врага, и тот, падая, звонко ударился затылком о край письменного стола, за которым сидела напуганная яни́дка. Рассвирепевший лысый охотник привстал и собрался наброситься на Альгара, но удар стулом охладил пыл ортавийца.

– Это охотничий дом триста восемь! У нас опасные нарушители границы! Пришлите помощь! Срочно! – успела прокричать в рацию девушка перед тем, как варшин шустро коснулся её лба двумя пальцами и заставил потерять сознание вслед за сослуживцами, после чего разбил устройство со всего размаху об пол.

Профессор протёр очки и, надев их снова, присмотрелся:

– А вы опасный человек. Вы её вырубили прикосновением?

– Да, – ответил Игмер. – Я женщин не бью. Не волнуйтесь, когда очнётся, даже лиц наших не вспомнит. Достаньте из кармана лысого ключи от сейфа с оружием. И пистолет на полу себе заберите.

Пока Балирад обыскивал искалеченного ортавийца, географ ещё раз взглянул на висевшую возле сейфа карту.

– М-да, пло́хи наши дела, – сказал Игмер, взял связку ключей у Мервала и открыл сейф. – Сейчас быстро заберём свои вещи, прихватим немного ихних вещей и мчимся отсюда на одной из тачек. Хорошо, что у лысого все ключи в одной связке.

Охотник взял одноствольное самозарядное ружьё.

– Хорошая штука, скорострельная, и отдача слабенькая. Так, шеф, нам как минимум надо найти у них карты здешних окрестностей.

Прошло немного времени, и Игмер с Мервалом, вооружённые, со своими наполненными рюкзаками на плечах и с канистрой бензина, вышли из охотничьего дома. Сигнальная кнопка помогла найти нужный внедорожник. Охотник и учёный открыли двери, сбросили рюкзаки и оружие на задние сиденья, положили канистру в багажник и заняли свои места спереди.

– Терпеть не могу праворульные машины, – сказал Альгар, заводя автомобиль. – Доставайте и разворачивайте карту. Держите её, чтобы я мог поглядывать.

Машина отправилась в спешный путь по неровной местности.

– И куда мы едем? – спросил профессор.

– Выбор у нас невелик, – ответил Игмер. – До границы с Варшинией на северо-западе слишком далеко, и на пути будет больше проблем. Немного ближе до Харгании на севере, но шанс на то, что тамошние пограничники будут нас спасать, пятьдесят на пятьдесят. До Архунада ехать примерно столько же. Самый быстрый и более выигрышный вариант – прорваться в Чёрную Пустошь. Оттуда выберемся в Архунад и домой.

– Вы сказали: «Чёрная Пустошь»? – Балирад широко раскрыл глаза, замер и побледнел. – Это же аномальная территория, которую ни одно из государств не контролирует. Там опасность везде и всюду.

– Поэтому ортавийцы нас преследовать там не будут, – объяснил Альгар. – Или вы хотите обратно к ним? После того, что мы сделали, они нас точно завалят!

– Но как мы прорвёмся через пограничный пункт? – спросил Мервал.

– Есть у меня один план, – ответил географ.

Беглецы выехали на дорогу, построенную из бетона. Игмер давил на газ и обгонял все встречающиеся на пути машины. В боковом зеркале заднего вида показалась ехавшая следом полиция, а впереди появились автомобили, на каждом капоте которых была надпись: «ОГЗ».

– Вот и Ортавийская Государственная Защита нас встречает, – напрягся Игмер.

***

Игмер и его дедушка стояли возле дерева, на котором сидел ворон. Мальчик боялся двинуться и спугнуть птицу.

– Чтобы установить связь с чужим разумом и воздействовать на него, необходимо избавить свой ум от посторонних мыслей хотя бы ненадолго и таким образом сконцентрироваться на ощущении энергии, что есть в живых существах, – сказал старик. – Ощущение энергии и фокусировка – важные способности, дающие псионику основу для других его возможностей. Я знаю, что это волнительно, мальчик мой, но со временем ты будешь использовать своё умение легко и быстро. Давай, установи связь с вороном, нашей древней тотемной и гербовой птицей.

Подросток навёл руки на свою цель, чтобы сконцентрироваться на ней.

***

Альгар сделал резкий и тихий выдох. Пространство вокруг замерло и погрузилось во тьму. Всё исчезло, потонуло в черноте. Даже тело охотника растворилось. Лишь полукруги светились напротив вдалеке. Пролетев туда за один миг, Игмер оказался рядом и увидел множество паутин с бегущими по нитям огоньками, которые не смог бы пересчитать. Каждый ком многослойных сияющих сетей двигался к варшину со скоростью улитки. Нужно было им помешать. Игмер вспомнил, как в школьные годы на уроке физики его классу рассказывали о том, как движутся молекулы. Представляя эту картину, географ перенёс её на плывущие разумы. Полукруги стали двигаться в разные стороны и ударяться друг об друга. Игмер почувствовал давящую боль. Образ происходящего резко отдалился, и тьма исчезла. Альгар снова сидел за рулём и увидел, как машины вдалеке впереди врезались друг в друга, разбивались, сминались и вылетали с трассы. Псионические способности помогли. Сделав всё то же самое с полицейскими позади, варшин немного сбавил скорость, съехал с трассы и, когда машина оказалась достаточно далеко от неё, объехал место аварии, после чего продолжил ехать по бетонированной дороге. Всё это время сидевший рядом профессор был в шоке от происходящего.

Беглецы приближались к пограничному пункту. Машина остановилась неподалёку. Игмер ощущал лёгкую давящую боль в голове, но нужно было применить силу разума ещё раз. Охотник чувствовал присутствие орд чудовищ за ортавийскими баррикадами. Ходячие, ползающие и летающие, они бродили по никому не принадлежавшей земле. Игмер потянул тварей в свою сторону, как магнит притягивает болты, гайки и булавки, и вернулся в цветное пространство. Боль усилилась.

– Теперь смотрите шоу, – сказал охотник профессору, схватившись рукой за лоб.

Полчища чудовищ прорвали установленное ортавийцами загорождение и вступили в схватку с пограничниками. Бойцы гибли один за другим. Теперь никто не мог помешать беглецам – было уже совсем не до этого.

– Ладно, поехали, – сказал Игмер нажал на газ. – Не бойтесь, нас они не тронут. Пока…

Трясущийся профессор закатал рукав и стал щипать свою руку:

– Неужели я не сплю…

Машина проехала через сломанное ограждение, и в этот момент путники заметили, как всё вокруг за кордоном внезапно помрачнело.

***

У солдата Игмера болела голова. Усмирить целую тучу крылатых тварей было непросто, и разум выбросил слишком много своей разрушительной энергии на это. Но кроме давящей боли парень ощущал острую на правой стороне головы – одно из летучих чудовищ успело рассечь шапку и кожу своим когтем, прежде чем успокоилось вместе со своими сородичами. Горячая кровь стекала на шею и плечо, пропитывала шинель. Игмер выдохнул, выпустив пар через маску, и посмотрел вокруг. Успокоенные крылатые монстры махали крыльями, держась в воздухе на одном месте, и сидели на плечах, предплечьях и головах застывших и еле дышащих от ужаса сослуживцев. Как же пригодились дедушкины знания! Форма каждого бойца была разодрана, а красный снег усыпан мёртвыми монстрами. Издалека донёсся рёв. Солдаты повернулись в сторону звука и увидели приближающийся силуэт крылатого исполина.

– Ещё и дракона не хватало, – со злотью сказал старшина. – Впервые за четыреста лет! Видно, из ледника пробудился.

Игмер выдохнул, навёл руку с растопыренными пальцами на парящую тёмную фигуру и силой мысли натравил летучих тварей на ревущую громадину. Маленькие отродья набросились на дракона, как пчёлы набрасываются на шершня, вторгшегося в их улей, и стали грысть его от головы до хвоста. Как только исполин открыл пасть, часть крылатого скопища ринулась в неё и не давала монстру даже дышать.

Удивлённые солдаты увидели, как летучий гигант рухнул в воды Северного Океана. Повисло молчание. Все оглянулись на Игмера. Старшина похлопал парня по спине и с улыбкой сказал:

– Ух, Альгар, вот это ты дал!

***

Машина проехала по песку достаточно далеко, чтобы разрушенный пограничный пункт, где бушевала бойня, скрылся из виду. Солнце исчезло, и охотник включил фары. Просторы пустыни были окутаны гнетущим мраком. Монстры пока не встречались на пути, ведь Альгар направил всех, кто был здесь неподалёку, на баррикады. Голова не переставала болеть. В один момент из носа Игмера пошла кровь. Варшин остановил машину, откинул голову назад и, ища в кармане засыпанный золотом платок, обратился к профессору:

– Шеф, давайте лучше вы сейчас сядете за баранку, а то мне поплохело. К тому же, скоро местные твари будут выскакивать у нас на дороге. Сейчас я назад переберусь и заодно таблетку от головы приму.

Вытерев кровь и зажав нос, географ открыл дверь, вышел из машины, включил встроенный в каску фонарь и сел на задние сиденья автомобиля, пока Балирад занимал водительское место. Путники поехали дальше. Игмер выпил таблетку и, убрав обратно в рюкзак бутылку с водой и коробочку с остальными таблетками, взял ружьё, вставил в него патроны и сказал фонраду:

– Сейчас поверните направо и дальше езжайте прямо и прямо. Дорога на юг – самая короткая. Так быстрее выберемся и окажемся в Архунаде. Откройте задние боковые окна и заблокируйте двери на всякий случай. Я буду прикрывать нас. В этот раз только оружием, ибо сильно перенапрягся, пока псионикой проблемы решал. Не хотелось бы схлопотать инсульт или ещё что-то.

Прошло немного времени, и существа Чёрной Пустоши стали нападать на машину с разных сторон. Покрытые уродливыми наростами безглазые рептилии на мощных задних лапах, скорпионы и муравьи размером с собаку, бочкообразные ползуны с тонкими шипастыми лапами из спин и боков, большие четырёхголовые змеи с конечностями насекомых, тонкие крылатые десятиножки с вертикальными зубастыми ртами – в каждую тварь Игмер стрелял, едва успевая перезаряжать оружие спустя пять быстрых выстрелов раз за разом.

На пути встречались оставленные каменные дома и большие здания, среди которых были некогда сказочно красивые замки и постройки шарообразной формы. Каждое строение обволакивал странный чёрный налёт, похожий на окаменевший мох. Вдали мелькали странные щупальца, излучающие бледно-зелёный свет. Так охотник и историк проехали городок и деревню. В очередной раз выглядывая из окна и осматривая окрестности, Игмер заметил, как среди мрака что-то блеснуло возле одинокого дома на краю селения.

– Профессор, стойте, – сказал Альгар. – Давайте развернёмся и подъедем к домику на окраине. Я там кое-что увидел.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете, господин Игмер.

Балирад подъехал к постройке задом, и, выйдя, охотник нашёл торчащий из песка осколок метеорита.

– А я тут нашёл ещё один камень, шеф! – географ с довольным видом выкопал находку и, подняв её с земли, увидел нацарапанную на стене дома крупными буквами надпись: «Найдите меня внутри!». – Сейчас в машину положу и ещё кое-что гляну.

– Только сильно не задерживайтесь, – попросил фонрад. – Мне тут и так не по себе, а без вашей охраны ещё страшнее.

Убрав в салон кристалл, варшин подошёл к двери жилища и попытался её открыть. Вход был заперт. Тогда Игмер прорубил его себе с помощью топора. Внутрь охотник заходил неспешно и держал ружьё наготове. Свет из фонаря каски открывал глазам географа маленькую грязную гостиную, где на почерневшем диване лежал скелет в испачканной засохшим чёрным пятном архунадской военной форме, прижавший к груди автомат.

– Ох, ё-моё… – прошептал Игмер и оглянулся вокруг.

Никого больше в комнате не было, в другим помещениях тоже. Варшин осмотрел истлевшего мертвеца. Его карманы были набиты рожками патронов для автомата, а в одном из нагрудных лежал пожелтевший лист бумаги, сложенный дважды. На нём Игмер увидел надпись от шариковой ручки: «Возьмите и прочтите».

– Спи спокойно, воин, – сказал Альгар, забирая оружие, патроны и записку. – Интересно будет узнать, что за заметки ты сделал.

Не желая более задерживаться в запылённом мрачном помещении, охотник спешно покинул его, зарядил автомат и вернулся в машину.

– Хочу вам ещё кое-что любопытное показать, – обратился географ к профессору. – Когда выберемся отсюда, вместе поглядим.

– Вы удивляете меня снова и снова, – сказал Мервал и нажал на газ.

Когда путники выехали на долину, бензин был на исходе.

– Долго нам ещё ехать? – спросил профессор, когда вместе с охотником вышел из салона и подошёл к багажнику, чтобы достать канистру с топливом.

– Бо́льшую часть пути мы проехали, – ответил Игмер и стал ходить вокруг машины, смотря в даль.

С возвышенностей спускались мральдалы, фальдапы, варбалы, бакачары и мерхоруфы. Все они были чёрного или тёмно-серого цвета.

– Вон ещё красавцы подходят, – усмехнулся охотник и передёрнул затвор. – Заправляйте, профессор.

Мервал заливал бензин в машину, оглядывался и сдерживал дрожь. Скопище монстров наступало. Чудовища один за другим попадали спрева под луч света из каски охотника, а затем под пули. Расстреляв один ряд нападающих, Альгар перебегал на другую сторону и убивал ряд тварей там. Закончился первая обойма из трёх. Перезарядка была для отродий маленьким шансом. Впереди всех мчались бакачары. Делая высокие прыжки, они громко падали замертво от пуль, не достигая добычи. Одна из шустрых четвероногих тварей, получив смертельное ранение, с визгом влетела в дверь машины, оставив вмятину и едва не задев только наполнившего бензобак Балирада. Закончился второй рожок автомата. Третий был последним.

– Запрыгивайте, господин Игмер! – крикнул севший за руль профессор.

– Сейчас, шеф, сейчас!

Выстреляв последние патроны и немного оттеснив злобных тварей, охотник сел в ревущий внедорожник. Путники помчались вперёд, оставляя позади не успевающих за добычей чудовищ.

– Благодатная тут почва для монстров получилась, – подметил географ. – То-то я не вижу обычной животинки вроде тех же верблюдов. Сожрали всех, наверное.

Внедорожник выехал из долины. Послышался ритмичный грохот. Выглядывавший из окна с ружьём наготове Игмер увидел позади справа ящера размером вдвое больше, чем внедорожник. Покрытая сверху острыми шипами, похожими на колья, рептилия с выступающими вперёд рогами стала преследовать путников. Несмотря на свои размеры, чудище двигалось быстро и набирало скорость подобно паровозу. Это заметил и Мервал в зеркале заднего вида.

– Давите на газ, профессор! – крикнул Игмер и прицелился в громадину.

Машина ускорилась и стала немного дальше от ящера. Охотник выстрелил в морду чудовища, но попадание только на миг замедлило монстра. Игмер увидел, что его выстрел нанёс ящеру небольшую рану, которая не мешала твари продолжать преследовать автомобиль. Сверкнули острые зубы, размером подобные тесакам. Альгар продолжил стрелять. Голова монстра покрылась струйками крови, но исполин не сдавался.

– Стойкая зараза, – ворчал Игмер, вставляя новые патроны.

Неожиданно машина вильнула влево, а затем вправо.

– Что такое, шеф?! – крикнул охотник и попробовал стрелять по лапам с когтями-крюками.

– Простите, у меня руки трясутся, – ответил Мервал.

Вопреки кровоточащим ранам на конечностях, ящер продолжал погоню. Перезаряжая ружьё, крикнул Балираду:

– Если эта дрянь нас догонит, трясти будет нечем! Соберитесь!

После этих слов следняя пятёрка патронов была израсходована.

– Да чтоб тебя! – нервно выругался Игмер.

Ящер неумолимо продолжал погоню, и остановить его было нечем. Вдруг сверкнул луч бледно-зелёного света, заставивший Игмера на секунду залезть в салон. Как толко вспышка погасла, Альгар высунул голову и увидел замершего, покрытого ожогами, дымящегося и разрезанного пополам ящера. К монстру подбежало на двенадцати ногах излучавшее тот самый таинственный свет существо размером с бегемота, имевшее четыре неустанно извивающихся щупальца на голове. Глаз у сияющего чудовища не было, но, как казалось, оно чувствовало присутствие жизни вокруг. Монстр открыл пасть, зубы в которой располагались по кругу, и впился в обессиленного ящера. Эта пугающая картина быстро отдалилась и исчезла из виду. Игмер сел на сиденье и выдохнул. Ещё большее облегчение принесли слова Балирада:

– Господин Игмер, вон пограничный пункт! Мы выбрались! Мы выжили!

Перед глазами путников сверкнула вспышка света. Игмер и Мервал оказались под палящим солнцем перед архунадским кордоном. Огромная решётчатая дверь отодвинулась в сторону, и машина смогла въехать. Внедорожник окружали солдаты среднего роста с коричневатой кожей.

– Будьте любезны выйти из машины и предъявить документы, – сказал один из пограничников, пока его сослуживцы подошли к автомобилю с боков, собираясь обыскать. – Сказать честно, мы очень удивлены впервые за столько времени увидеть кого-то, кто вернулся из Чёрной Пустоши. Так-с, хорошо, документы в порядке. Только я не вижу документов на этот автомобиль, на автомат и самозарядное ружьё. И как вы вообще оказались в Чёрной Пустоши? На вид вы – точно не ортавийцы.

Игмер объяснил:

– Мы по нелепой случайности оказались в Ортавии. Местные охотники приняли нас за шпионов. Мы пытались всё объяснить, но они не желали нас слушать и собирались пытать. Сами ведь знаете, варшинов, харганов и фонрадов ортавийцы в целом не жалуют, а тут ещё и повод нашёлся. Пришлось нам спасаться бегством через эту территорию.

Пограничник со вздохом кивнул:

– Да, понимаем. У нашей страны тоже с Ортавией проблемы регулярно возникают. А ведь Чёрная Пустошь – это наша исконная территория. Эх, потеряли над ней контроль из-за такой глупости: проводили наши лет двадцать назад там эксперимент с неким необычным сосудом, раздобытым древних руинах, попытались высвободить то, что внутри, даже аппаратуру продвинутую для этого подвезли. Итог: по большой территории бесконтрольно хлынули потоки ужасающей энергии, полчаса открылся портал, из которого хлынули светящиеся твари, которых никто никогда ещё не видел, и понеслась. Вот до сих пор расхлёбываем. Ладно, заболтался я. Ортавийское оружие и машину вам придётся оставить, а остальное забирайте. Кроме того, вам будет обеспечено безопасное возвращение в Варшинию.

Игмер и Мервал поблагодарили архунадцев и обменялись с ними рукопожатиями.

***

Следующим утром Игмер и Мервал завтракали в столовой в светуманской гостинице Тельвалы и за чашкой кофе рассказывали даме о приключившемся.

– Бывает же, – сказала фонрадка, дослушав историю до конца и отхлебнув из кружки. – А вы ещё и хорошо загореть успели в Архунаде. Прям завидую вам немножко.

Игмер и Мервал действительно успели загореть, находясь в южной стране с палящим солнцем. У Альгара, как и у всех варшинов и харганов, загар выглядел не так, как у простых людей: под влиянием жарких лучей солнца пепельная кожа приобретала цвет грифеля простого карандаша.

– По пути домой из Архунада мы ещё и на слонов посмотрели, – сказал Игмер. – А пирамиды и дворцы там какие!

Профессор обратился к географу:

– Господин Игмер, я увидел, как вы можете манипулировать разумом других существ. А можете ли вы передвигать предметы силой мысли?

– А, вы про телекинез, – охотник покрутил свой ус. – Да, это я тоже умею, но пользуюсь этим тоже нечасто. Пару раз в жизни довелось поуправлять температурой объектов. Точно помню, что удалось металл до красна раскалить. Но это тоже дело трудное. Пока молодой был, ещё любил использовать управление электричеством. Есть ещё много других манипуляций, но ими я не владею вообще. Да и в целом они у меня только на крайние случаи. Всё равно их частое использование вредит здоровью. Сейчас вряд ли вообще можно найти по-настоящему могучих псиоников. Особенность сама по себе редкая. Бывет, знания никто не передаёт тому, у кого есть эта сила. Бывает, род прервывается у псионика. Вы ведь историк и сами прекрасно знаете, что в средние века тех, кто сильно выделялся своими псионическими способностями, казнили по-всякому. И сейчас отношение неоднозначное. Как-то оно вот так.