Текст книги "Не для посторонних глаз... (СИ)"
Автор книги: Галлея Сандер-Лин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)
Что касается отца, то он как в воду канул: не звонил, не приезжал, не просил, ничего не требовал, будто и не объявлялся вовсе спустя столько лет. Да и угрожать или выбивать долги от его имени никто не приходил. Это затишье вместо успокоения нервировало, и Кристина всерьёз заволновалась, не расправились ли с ним кредиторы. Пусть человеком он и был гнилым, но родителей не выбирают.
Зато Максим не отмалчивался, позвонил в середине недели (номерок ему, видимо, подкинула всё та же Оленька) и непрозрачно намекнул, что часики тикают. Он много всего говорил, но, что примечательно, об отце не сказал ни слова, а вот Горского чехвостил без стеснения.
Однако что бы он там ни рассказывал, Кристина верила в победу шефа. Алексей Викторович, который с головой окунулся в подготовку проекта, профессионал, он справится, а она поддержит его всем, чем только сможет. От недосыпа у босса темнели круги под глазами, но он выглядел решительным и как никогда сильным.
Она просиживала с ним и Романом допоздна, а потом гендиректор отсылал помощников спать и продолжал работать сам, а Кристина… Нет, она не спорила, просто шла на кухню, делала его любимый кофе с молоком, накладывала на тарелку побольше вкусностей и оставляла поднос со снедью на журнальном столике в кабинете начальника. Тот мельком отрывался от экрана ноутбука, кивал с лёгкой улыбкой и снова обращал взор в монитор. Это уже превратилось в своеобразный ритуал, без которого Кристина не шла отдыхать.
И вот наступил «день икс». Алексей Викторович не разрешил ей участвовать в мероприятии, вместо этого отослав с Анжеликой по делам фонда, а в качестве помощника взял Романа. Кристина не обиделась, потому что у Ромы действительно куда больше опыта в таких делах. И когда секретарь ближе к вечеру позвонил и произнёс всего одно слово «Выиграли!», она забыла о субординации и крепко обняла Анжелику, с которой в этот момент ехала в машине на заднем сидении.
– Ну что там? – нетерпеливо спросила Горская. – Всё хорошо?
– Выиграли! – Кристина готова была кричать от радости.
И теперь уже Лика её обняла:
– Вот и славно. Брат очень старался, вы все старались.
Но Кристина знала, что именно генеральный трудился больше всех. И так ей в этот момент захотелось его увидеть… Что угодно бы отдала, чтобы заглянуть в сизо-синие омуты глаз начальника, лицезреть улыбку в уголках губ и, дотронувшись до его руки, ощутить ответное пожатие.
Глава 39
Алекс был рад, что выиграл тендер, но ещё больше радовался злости, написанной на лице Максима Державина. Честно говоря, этого гада хотелось вообще по стенке размазать, чтобы он даже думать забыл о Кристине. Хотел использовать против «Вайлет-компани» их же наработки, но на том и погорел, хотя битва с компанией его отца была жаркой.
Алексей хотел свести к минимуму все возможные контакты помощницы с Державиным, поэтому максимально оградил её от мероприятий, связанных с тендером, услав с сестрой на противоположный конец города. Она не должна видеть мужских разборок, а уж в том, что они предстоят, он ничуть не сомневался.
– Господин Горский, Максим Александрович хотел бы пообщаться с вами в приватной обстановке, – подошёл к гендиректору секретарь недавнего соперника.
– Почему бы не пообщаться?! – согласился Алекс и направился вслед за ним к одному из отдельных кабинетов ресторана, находившегося на первом этаже бизнес-центра. – Рома, подожди снаружи, но, если что, будь готов вмешаться, – шепнул он помощнику.
– Понял, – кивнул тот.
– Полагаю, вы позвали меня не для того, чтобы поздравить с победой? – с порога спросил Алексей и устроился напротив мужчины, который даже не привстал, чтобы продемонстрировать хотя бы элементарную вежливость.
– Куда ты дел её отца? – с места в карьер бросился исполнительный директор «Парадайз-плейс».
– Господин Державин, разве мы переходили на «ты»? – как можно спокойнее откликнулся Алексей. – Да и в чём, собственно, проблема? Александр Сиротенко вам больше ничего не должен, поэтому может ехать туда, куда посчитает нужным.
– Провести меня решил? – во взгляде Максима бушевала холодная ярость. – А Кристина оказалась болтушкой…
– Кристина ничего мне не говорила. Просто настоящий мужчина всегда знает, что тревожит его женщину, и старается ей помочь, а не навредить.
– «Его женщину»? – переспросил соперник.
– Именно! Сожалею, Максим Александрович, но Кристина моя, – гендиректор одарил собеседника скупой улыбкой. – Очень бы хотел вас попросить прекратить преследовать и её саму, и членов её семьи.
– А ты разве не помолвлен с другой? – усмехнулся Державин. – Я-то свободен и ни с кем не связан, чего нельзя сказать о вас, господин Горский.
– Нет ничего более временного, чем помолвка, тем более по расчёту, – сделал неопределённый жест Алексей. – А вот за любимую женщину я глотку рвать буду, предупреждаю. И заметьте, господин Державин, не я начал эту войну. Но именно я её закончу.
– Ты думаешь, на этом всё закончится?! – Максим резко встал, опрокинув стул. – Сейчас всё только начинается!
– Да будет так!
Исполнительный директор «Парадайз-плейс» ничего не ответил, просто вышел из кабинета, хлопнув дверью. Алекс провёл его взглядом и поблагодарил Бога, что в тот день прочитал записи Кристины и вовремя узнал о шантаже. Благодаря этому он, подключив нужных людей, смог выяснить всю подноготную её отца и организовать ему радушную встречу.
С подобными людьми нужно разговаривать жёстко и действовать с позиции силы, иначе сядут на голову. А потому гендиректор использовал тактику устрашения и послал нескольких крепких ребят, дабы Александра Сиротенко привели к нему под белы рученьки с чёрной повязкой на глазах. Для этого важного разговора Алекс использовал один из домов за городом, и в тот момент, пока Кристина сидела в офисе, с головой зарывшись в ноутбук, он в компании юриста и целого отряда охраны провёл с её отцом занимательную беседу.
– Я дам вам в два раза больше, чем вы должны. Ну а вы, в свою очередь, дадите мне расписку в получении средств… и навсегда (НАВСЕГДА, слышите меня?) исчезнете из жизни дочери, чтобы она забыла, как вы выглядите, – гендиректор не деликатничал, даже с учётом того, что перед ним, дрожа, как осиновый листок, сидел потенциальный тесть. – И в ваших же интересах не появляться снова, потому что… когда дело касается денег, я даю шанс, но потом не прощаю обид. Ваш шанс сейчас – уехать отсюда навсегда без вороха долгов и пушки, приставленной к виску, да ещё и не с пустыми руками. Но это первый и последний раз, когда я вас спонсирую, поэтому советую распорядиться средствами с умом. Не забывайте, что у меня будет ваша расписка, а кроме неё… – Алекс достал из кобуры пистолет и положил на стол, – я обладаю и другими рычагами воздействия. Да, ребята?
Охранники дружно подтвердили мысль начальства, похрустев кулаками и распахнув пиджаки, дабы продемонстрировать оружие.
– Что касается господина Державина, то просто вычеркните его из жизни.
Отец Кристины вперил в Алексея растерянный взгляд:
– Но что делать, если Максим попытается со мной связаться?
Горский сделал знак – и Ваня быстрым движением приставил ствол к виску Сиротенко, заставив того вытянуться в струночку и скосить глаза на оружие, нервно облизывая губы.
– Неужели в вашей черепушке не хватит мозгов сделать так, чтобы он вас не искал? Сменить сим-карту и не высовываться… хоть на это вы способны? Или единственные ваши умения – это влезать в долги, а потом оставлять семью на растерзание кредиторам? – презрительно бросил Алекс. – Такие идиоты долго не живут, я вообще удивляюсь, как вы до сих пор дышите. А на Державиных больше не надейдесь, им самим скоро помощь понадобится. Лучшего зятя, чем я, вам всё равно не найти.
– А Кристина, она… – начал было мужчина.
– Кристина больше не ваша забота, а вы – не её, – не дал ему закончить гендиректор. – Вас отвезут на машине, чтобы не светиться с покупкой билетов, очень далеко отвезут. И ваша задача сидеть там тихо-тихо и радоваться остаткам жизни, даже на работу ходить не нужно будет, вас всем обеспечат. Считайте это моим подарком как будущему тестю. Попытаетесь сунуться обратно – и до города не доедете. Я ясно выразился?
– Яснее некуда, – пробормотал Сиротенко, признавая полное и безоговорочное поражение.
Но сейчас, вспоминая его капитуляцию, Алекс не чувствовал ничего, кроме отвращения, даже жалости. Ему было плохо от одной мысли, что Кристина вынуждена была жить под опекой этого человека столько лет. И как бы её семье ни было тяжело после его ухода, но лучше справляться самим, чем с таким отцом, который вместо помощи только тянет родных на дно.
– Алло, Кристина Александровна, – набрал он номер помощницы, – прокатимся сегодня за город?
Оленьку уволили на следующий день после «дня икс», но всё равно выплатили выходное пособие. Всё же Алексей Викторович благородный человек, так что пусть ей будет стыдно.
Вчера вечером Кристина с шефом снова катались по окрестностям города и ужинали в одном из ресторанчиков. На этот раз заведение называлось «Замок» и было выполнено… в виде небольшого серого замка с башенками. Достойное место, чтобы отметить успех важной сделки, да и кухня соответствующая. Там имелся самый настоящий камин, большой, каменный, а в меню было даже «мясо на вертеле».
Поэтому сегодня Кристина пребывала в прекрасном расположении духа… ровно до того момента, как ей позвонил Державин. Заблокировать бы его номер или вовсе трубку не брать, но… Лучше узнать, чего он всё-таки хочет, чтобы потом не было неприятного сюрприза или кинжала в спину из-за угла.
– Радуешься, что смогла спрятаться за Горским и уболтать его выплатить долги папаши? – вещала трубка голосом Макса, очень сердитым голосом. – Но это ещё не конец…
Максим продолжал говорить, проливая свет на ситуацию, а Кристина слушала и постепенно понимала, что, сам того не ведая, Державин открыл ей глаза на то, что всё это время она старалась не замечать.
Положив трубку, Кристина откинулась в кресле и прикрыла глаза. Мысли о работе и радость от выигрыша тендера напрочь улетучились. Если всё так, как рассказал Макс… Да, не бывает таких совпадений. Она составляла в голове картинку, пазл за пазлом, фрагмент за фрагментом, взвешивала все «за» и «против», пока не убедилась, что всё сходится. Долги отца, шантаж, принуждение к замужеству… Об этом не знал никто, кроме неё самой, её семьи… и Дневничка.
Когда Горский встречался с Максом, ему уже обо всём было известно… А ведь и правда. Алексей Викторович ходил в её комнату, чтобы забрать Грэя, а Дневничок лежал в нише тумбочки, почти на виду. И тогда, когда Кристину заперли на складе, ежедневник находился в ящике стола, незапертом ящике! Именно в тот день всё и началось, отношение начальника к ней резко изменилось. И он собственной персоной пришёл за какой-то жалкой помощницей офис-менеджеров на склад, а потом и вовсе повысил! Раньше она думала, что это просто совпадение вкупе с невероятным везением, но не теперь.
Как Кристина и хотела, он дал ей возможность извиниться, взял в помощницы, устроил в офисе мини-кухню, чтобы можно было не бегать в кафешку и получать любимый кофе с молоком (вроде бы, мелочь совсем, а говорит о многом), да и всё остальное… Она вспоминала, о чём писала, и осознала, что генеральный за последнее время слишком много делал того, что ей хотелось и нравилось. Совпадение вкусов? Да ладно! Просто он всё знал!!!
– Алексей Викторович, мы можем вечером поговорить? – спросила она, войдя в кабинет Мистера Суровость.
– Да, конечно. Что-то случилось? – во взгляде босса, который тот поднял от бумаг, появилось беспокойство.
– Всё вечером… – пробормотала Кристина и поспешила выйти.
Остаток дня прошёл для неё как в тумане. Она старалась не смотреть на начальника и с нетерпением ожидала окончания рабочего дня.
– Я так понимаю, разговор будет серьёзным, поэтому, думаю, нам лучше поехать в какое-нибудь тихое и уютное место, – Горский завёл мотор и резче, чем обычно, тронулся с места.
Да, он чувствует, что что-то происходит, но, наверное, даже не догадывается, о чём пойдёт речь. Кристина была рада, что они едут не домой. Подобные разговоры удобнее проводить на нейтральной территории.
Начальник привёл её в один из ресторанов, где были отдельные кабинеты. Лучше не придумаешь для серьёзной беседы. Отослав официанта, он выжидательно посмотрел на помощницу, мол, «Начинайте!»
Ага, легко сказать! От одного его взгляда хочется под столик залезть. Наконец Кристина решилась начать разговор, после которого её жизнь наверняка очень резко изменится.
– Алексей Викторович, вы как-то спрашивали, насколько хорошо я знаю господина Державина, – она смотрела на шефа не отрываясь, следя за его реакцией. – Настолько, что он шантажом позвал меня замуж. А мой отец у него на крючке и по уши в долгах… Вы ничего об этом не знаете?
Начальник слегка сощурился, но промолчал.
– Хотя нет, вы совсем не удивлены, правда? У меня в Дневничке об этом прочитали? – выбросила Кристина козырь на стол.
– Попался… – пробормотал Горский.
Глава 40
– Зачем?
Кристина просто обязана узнать! Она застала его врасплох, поэтому у босса нет времени придумать какую-нибудь правдоподобную ложь. Именно сейчас есть шанс услышать правду. Если, конечно, у него не припасена какая-то отговорка на такой случай.
– Всё это время… вы были серьёзны? – продолжала напирать Кристина. – Или же это новый изощрённый метод поиздеваться и отомстить за то, что тогда вас облила и не извинилась? Я ведь помню, что вы две недели на меня волком смотрели, а потом вдруг р-раз – и всё изменилось. Дневничок, значит, мой нашли? Стали воплощать желания, помогли отцу с долгами, вмешались в конфликт с Державиным… Вы ведь тогда возле аниме-магазина тоже не случайно оказались: я в Дневничке писала, что поеду туда за дакимакурой, – припомнила она. – Решили поиграть в сказку и изобразить принца на белом спорткаре?! Я сейчас должна вам в ноги кланяться и руки целовать, иначе буду выглядеть неблагодарной стервой?
– Кристина, всё не так! – генеральный глянул на неё с возмущением. – Сначала это была случайность (я просто искал записи по работе и увидел ваш ежедневник), потом любопытство. И, разумеется, обида. Вы оскорбили меня своими вольными высказываниями. И вижу по вашим глазам, что прекрасно это осознаёте, – точно подметил он. – К сожалению для меня, ваше возмущение было искренним и вполне заслуженным. Я как бы посмотрел на себя вашими глазами и, честно говоря, увидел не очень привлекательный образ. Ваши впечатления обо мне были ошибочными. Я… – босс сделал неопределённый жест, – я совсем не такой, поэтому захотел показать вам и доказать, что насчёт меня вы ошиблись. И, конечно, мне хотелось узнать получше вас саму. Постепенно я оценил вас как личность. Мне импонировали ваше трудолюбие, усердие, ум и честность. Я почувствовал желание что-то для вас сделать, как-то порадовать. А потом и сам не заметил как втянулся… Можете не верить, но в том, что я делал, не было ни малейшего желания над вами поиздеваться или как-то обидеть.
– И что же тогда было? – настаивала Кристина. – Для чего всё это?
Горский запустил пятерню в волосы.
– Кристина Александровна, вы…
– Я?
Мистер Суровость положил руки на стол, словно ища опору, сжал их в замок и взглянул пронзительно, одним этим взглядом будто пронзая насквозь:
– Кристина Соколова, ты мне нравишься… Очень-очень нравишься, понимаешь? Вот что это было! Было и есть.
От его слов и от этого взгляда, который, кажется, проник глубоко внутрь и коснулся души, сердце застучало так, как никогда прежде, а ладошки взмокли. Мурашки маршировали по спине целой толпой, но тоненький голос нашёптывал на ухо, отговаривал, требовал не поддаваться и не терять голову.
– Алексей Викторович, тогда я тоже хочу, чтобы вы кое-что поняли, – Кристина сглотнула, потому что каждое слово давалось с огромным трудом. Она ни в коем случае не хотела обижать шефа, особенно после всего, что он сделал для неё и её семьи, но промолчать не могла. Между ними двумя не просто пропасть, они будто с разных планет! – Мне даже страшно думать о том, какие потери по моей вине понесла «Вайлет-компани» из-за проделок Державина и сколько я вам должна в счёт оплаты долгов отца… Я… я содержанкой какой-то себя чувствую! Разница между вами и мной столь огромна, что я её даже осмылить не могу!
– Да нет между нами никакой разницы! И разве я тебя просил о чём-то непристойном? Разве выставлял счёт? Прекрати прятаться от меня за деньгами! – он громыхнул ладонью по столу, даже солонка подпрыгнула. Да уж, довела шефа, раз он так открыто при ней демонстрирует гнев. – Ты мне ничего не должна!
– Если так, то это ещё хуже, – продолжала стоять на своём она. – Я получаю от вас столько хорошего, но ничего не даю взамен.
– Ты даёшь мне возможность быть рядом с тобой, – возразил Его Сиятельность. – Это главное, что ты можешь мне дать и единственное, что я не могу купить себе сам. Всё остальное у меня есть, поэтому, кроме тебя самой, мне от тебя ничего не нужно. Да, временами ты несдержанна на слова, умеешь вывести меня из себя, но и обладаешь удивительной способностью успокоить и отвлечь. И не забывай: я читал твой Дневник и прекрасно знаю, что тебе интересен именно я, я сам, а не мои деньги, – его губы дрогнули в едва заметной улыбке, мол, «Поздно отпираться, сдавайся уже». – Мне этого достаточно. Я могу себе позволить помочь тебе и твоей семье. Я и мой фонд помогаем огромному количеству совершенно незнакомых людей, так почему не могу оказать помощь той, кто стал мне дорог? Ты видишь к этому какие-то препятствия? Я – нет!
– А как же ваша невеста? – привела Кристина самый главный аргумент.
Многие «влюблённые» на этом погорели. Бросались громкими фразами, обещали «золотые горы», а потом просто разбивали сердца, беря в жёны тех, кто подходит им по статусу. Нет уж, так просто она душу не откроет!
– Я ведь рассказывал уже, что это просто деловое соглашение, – устало вздохнул начальник. – Временное. Я потому тебе ничего и не говорил, не хотел, чтобы получилось, как сейчас. Завязывать серьёзные отношения, когда сам несвободен и связан словом, неправильно и непорядочно по отношению к любимой женщине. Это всё должно было произойти не так и не здесь, – он окинул взглядом помещение. – Я ждал, когда освобожусь, хотел начать нормально за тобой ухаживать, по всем правилам… Но раз всё случилось, как случилось, то отступать некуда. Уже совсем скоро я покончу с этой нелепой помолвкой и смогу…
– Вот когда покончите, тогда и поговорим! – куда резче, чем собиралась, ответила Кристина. – Потому что я знаю, как обычно бывает. «Ой, нам пришлось пожениться, я ничего не мог сделать… Ох, теперь у нас ребёнок скоро появится… Но я разведусь, обещаю, пусть он только немного подрастёт…» Угу, лет так до двадцати!
«Господи, как я разговариваю с работодателем?! Как разговариваю с тем, кого хочу видеть совсем не своим начальником, к кому хочу стать намного ближе!» – она понимала, что перегибает палку, но остановиться уже не могла.
– Кристина, ты за эти месяцы, кажется, должна была уже хорошо меня узнать. Неужели действительно считаешь, что я мог бы поступить с тобой подобным образом? – в голосе шефа мелькнула обида. – Если ты так обо мне думаешь…
– Да не знаю я, что мне думать! Наверное, я глупости говорю… Я вообще уже ничего не знаю! – из её глаз брызнули слёзы, хотя Кристина отчаянно пыталась их сдержать. – Одна мысль о том, что вы читали всё, что я писала (в том числе и о вас), что вы душу мою видели…
– Ну прости меня! – Алексей Викторович потянулся через стол и накрыл ладонью её руку. – Всё верно, ты сейчас расстроена и обижена, я поступил неправильно. Но никогда не использовал то, что узнавал, тебе во вред, только на благо, поверь!
И очередной взгляд, в котором было столько искренности, что…
– Пожалуйста, могу я просто побыть одна? – попросила она, опуская глаза и отнимая руку. – Я возьму отпуск за свой счёт и временно покину ваш дом. Мне нужно подумать… и какое-то время вас не видеть. Но если нельзя, тогда просто увольте.
Кристина отвернулась и почти выбежала из кабинета, а потом и из ресторанчика, размазывая по щекам слёзы, словно боялась, что начальник будет её преследовать и помешает уйти.
Стыд, смущение, возмущение, злость… Сейчас в её душе боролось друг с другом столько всего… Божечки, он видел всё, всё! Будто в нижнем белье у неё покопался. Но ведь и она хороша, тоже за ним подглядывала. Получается, что они квиты? Или нет?
Наверное, Кристина поступила как полная дура. Такими мужчинами не разбрасываются. Напротив, за ними охотятся и отбивают даже у сотни невест, а не вот так отдают на блюдечке с голубой каёмочкой. Но как тут пытаться отбить, если даже в глаза нет сил взглянуть?!
Алексей посмотрел на закрывшуюся за Кристиной дверь и взлохматил волосы. Да, ничего не скажешь, всё прошло просто идеально, будь оно неладно! Но как она узнала, что он сунул нос в её Дневник? Державин сболтнул? Да, стоило догадаться, что враг так просто не отступится и попытается оставить последнее слово за собой. Но ничего, недолго он будет радоваться. Да и всю эту ситуацию уже давно пора разрешить.
Алексей набрал номер бывшего председателя «Вайлет-компани»:
– Дедушка, ты как?
– Твоими молитвами, Лёша. Ты не ходи вокруг да около, рассказывай. Я же по голосу слышу, что не праздно звонишь.
– Дядя не идёт на компромисс и гнёт свою линию, хотя я выиграл тендер и могу ставить условия, – сразу перешёл к делу гендиректор. – Дедушка, ты ведь снова в строю. Мне… нам с Ликой нужна твоя помощь.
– Так бы сразу и говорил, – усмехнулся дед. – Но ты ведь у меня гордый, уже давно самостоятельный. Я думал, никогда не попросишь. Ну рассказывай, что там у вас происходит, и во всех подробностях…
Гендиректор долго справлялся сам и не просил дедушку о помощи, берёг, потому что после курса реабилитации тому нужен был покой и как можно меньше волнений. Дед только-только восстановился, и Алекс не хотел рисковать его здоровьем, но сейчас ситуация подошла к той точке, когда нужно принимать решительные меры. Если в дело вступит основатель компании, то будет куда легче переманить на свою сторону членов совета директоров.
Однако разговором с дедушкой всё не ограничилось, потому что кроме него, Дэна и его отца (за кого можно было ручаться) Алексею нужен был ещё один союзник, который в данный момент считался врагом. Поэтому, выйдя из ресторанчика, Горский отправился к тому, кого сейчас хотел видеть меньше всего, но кто находился в похожем положении и мог понять Алексея как никто другой.
– Зачем пришёл? – грубо бросил Тамир, который ещё не успел переодеться после работы, только снял галстук и расстегнул пиджак.
– Не думаю, что это стоит обсуждать на пороге.
Братец нехотя позволил генеральному войти.
– Снова будешь обвинять меня во всех смертных грехах? – нахмурился Асманов. – Что там у нас снова случилось? Очередная утечка личной информации?
– Слушай, не ёрничай, а, – не менее раздражённо отозвался Алекс. – Я уже выяснил, откуда была утечка и кто за всем этим стоит.
– Тогда чего припёрся?
Гендиректор мысленно досчитал до десяти, призвав на помощь всю свою выдержку, чтобы не сказать лишнего или попросту не уйти восвояси.
Назад
След. часть
– Хочу поговорить, – Горский ослабил галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки. – О предстоящей свадьбе… да и вообще обо всём.
Финдиректор явно занервничал, кивнул гостю на диван (мол, располагайся), но сам остался стоять.
– И что там со свадьбой? – мрачно глянул Тамир. – Только не говори, что уже назначена дата.
– Будет ли назначена дата, зависит в том числе и от тебя, – начал Алексей подходить к тому, ради чего пришёл.
– А я тут каким боком? – воскликнул кузен. – Это же ты… всё из-за тебя! – он всё больше распалялся. – На нас с сестрой председателю плевать, всегда было плевать. Он просто хочет тебя утопить!
– Тогда не позволь ему сломать жизнь тебе и сестре! – не выдержал Алекс. – Ты же любишь другую, ну так и женись на ней, а не на Лике! Хватит уже терпеть и подчиняться этому тирану. Если станешь на мою сторону, то и работу сохранишь, и жизнь проживёшь с той, которая в сердце запала… пока её не увели у тебя из-под носа.
На последней фразе в глазах Тамира зажглась ярость:
– Я за Янку порву любого!
– Ну так вперёд! – громыхнул Горский. – Сделай так, чтобы не увели! А для этого мы должны разобраться с этой идиотской свадьбой.
– Если бы это было так легко сделать, я бы уже давно попрощался с вашей проклятой семейкой! – Асманов всадил кулак в спинку дивана.
Алекс поднялся и подошёл к брату, хотел положить руку ему на плечо, но передумал.
– Тамир, ты нужен мне в компании на том месте, которое занимаешь. Если прекратишь пытаться меня подсидеть и на собрании акционеров вы с Теоной поддержите нашу сторону, а не моего дядюшку, я забуду всё, что было за эти годы и за что сто раз мог тебя уволить, – генеральный говорил спокойно, убеждая и вынуждая прислушаться. – Вы продолжите работать, как и раньше, на благо нашей компании. Мы с тобой не станем братьями, да и друзьями, наверное, тоже, но хотя бы перестанем быть врагами. Если уйдёшь в другое место, дядя обязательно попытается испортить тебе жизнь, а в «Вайлет-компани», если всё получится так, как я планирую, он тебя не достанет. Да и Теона твоя крепко с нами связана, ты ведь не слепой и видишь, что у них с Дэном всё серьёзно.
Тамир некоторое время молчал, потом отвернулся и заговорил:
– Я ему денег должен за лечение матери и за всё остальное, понимаешь? Много, очень много, до сих пор не отбил. Есть документы и расписки, так что я на крючке. Ежегодное содержание и лечение мамы обходятся очень дорого, а ещё старые долги…
– Если дело только в этом, я покрою все твои долги, и даже без расписок. Не возмущайся! – перебил Алекс вставшего было на дыбы кузена. – Не воспринимай это как жалось или даже как помощь. Считай, что я просто эгоист и делаю всё ради себя и своей сестры. Мы с Ликой заслуживаем счастья, а если попутно поможем и вам с Теоной, то почему бы и нет?! Если посмотришь на ситуацию с этой стороны, то никаких проблем не будет, верно? – гендиректор гипнотизировал взглядом слегка растерявшегося от его предложения собеседника. – Если захочешь (а я уверен, что захочешь), можешь потом постепенно вернуть мне деньги. Но сейчас… сейчас мы с тобой должны быть по одну сторону баррикад, как бы я там тебя ни раздражал и ни выбешивал.
– Я… пока не готов дать ответ.
– Если не хочешь думать о себе и сестре, подумай о Яне, – не сбавлял натиска Алексей. – Представь, какое у неё будет лицо на вашей с Ликой свадьбе. Представил, да? Наверняка теперь хочешь это развидеть. Вот и я не хочу видеть такое выражение на лице Кристины, что бы ты о нас с ней ни думал. Считай это взаимовыгодным сотрудничеством.
– А Соколова знает, что ты ради неё делаешь? – сощурился финдиректор.
– Узнает, когда придёт время. А ещё… – генеральный выдержал паузу, заставив братца напрячься. Пусть им и не удалось извлечь информацию из «утопленного» телефона Асманова, но зато в рукаве был другой козырь. – У меня есть диктофонная запись, которую Кристина сделала на балу. Ты там говорил слишком вольные вещи. Не думаю, что тебе понравится, если я опубликую её на сайте компании, верно?
– Ты… – рыкнул Тамир.
– Вот я и не опубликую, – не дал ему продолжить Алекс. – Просто будь на моей стороне. Всё, я сказал, что хотел, – и пошёл к двери. – Надеюсь, ты взвесишь все «за» и «против» и сделаешь правильный выбор. Я же со своей стороны выполню всё, что тебе обещал, ты ведь меня не первый год знаешь. Ладно, я ушёл, – он взялся за ручку двери и обернулся. – До встречи на заседании совета директоров.
Глава 41
Кристина взяла такси (возле ресторана было целых три машины, поджидавшие подвыпивших посетителей), не желая светить заплаканным лицом в метро, и отправилась в родную квартирку, не заезжая в поместье Горских и фактически оставив там все вещи. С собой имелись лишь дамская сумочка и сумка с ноутбуком. Нет, ей было во что переодеться, она ведь не весь гардероб перевезла, но вот Дневничок остался в доме начальника… А-а-а, и ладно! Шеф и так уже всё там видел и читал, скрывать больше нечего.
Мама встретила дочь удивлённым взглядом, но, посмотрев на наверняка покрасневшие глаза, крепко обняла.
– Что случилось? – спросила обеспокоенно. – Поссорились? Наругал?
– Ма-ам, я не знаю, что мне де-е-елать, – всхлипнула Кристина, у которой снова начался слезопад.
– Кристя, ты чего? – вышел в коридор Алёшка. – Кто обидел? Да я ему… Я теперь умею и за себя, и за тебя постоять, ты не думай!
– Никто не обидел, просто мне отпуск нужен, устала очень, перенервничала из-за работы, – ответила она, чтобы не волновать брата, а то ведь не отстанет. – Мама, позже поговорим, – незаметно шепнула родительнице на ухо.
Та чмокнула Кристину в обе щеки и сказала деловым тоном:
– Ну раз тебе нужен отдых, то давай-ка раздевайся и за стол! Юра вчера столько всего привёз, так что я наготовила вкусненького.
Быстро переодевшись и умывшись (хотя глаза, которые пока оставались красными, всё равно пощипывало), Кристина отправилась на кухню и постаралась отвлечься, отдавая должное маминым кулинарным талантам. А когда Алёшка лёг спать, она не выдержала и рассказала ей всё, что грузом лежало на сердце. Как и ожидалось, мама выслушала, обняла и, гладя по голове, сказала, что утро вечера мудренее и стоит хорошенько всё обдумать и не принимать поспешных решений.
– А материно сердце таки не обманешь. Мне твой Алексей сразу понравился, и не зря, – добавила она в конце, тем самым подталкивая дочь к определённому решению.
Кристина только головой покачала, поцеловала маму в щёку и ушла к себе, до самого утра размышляя обо всём, что случилось или ещё только могло произойти. В частности, что будет, если она примет признание шефа за чистую монету, позволит себе отпустить недоверие и поверит в невозможное, то есть в то, что они двое могут быть вместе.
А на следующий день босс, очевидно, решил попытаться взять крепость штурмом и стал забрасывать потенциальную «жертву» подарками, не давая и шанса остаться равнодушной к завоевателю. Следующие несколько дней превратились в череду презентов, а от курьеров, звонивших в дверь, рябило в глазах.
Букет белых роз, мягкая игрушка в виде единорога, бутафорская катана, сертификат в конный клуб, большая корзина свежайших слоек со сливками… Здесь не было случайных вещей, только то, о чём Кристина писала в Дневничке или говорила шефу лично. Кажется, сердитое Чудовище, испепелявшее неугодных одним только взглядом и силой любви превратившееся в заботливого принца, теперь решило переквалифицироваться в Крёстного Фея, исполняющего желания.
