Текст книги "Второй шанс (СИ)"

Автор книги: Галина Романова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 6

Глава 6.

Резкий хлопок был подобен грому с ясного неба, настолько его не ждали. Морское чудовище перекувырнулось, шлепаясь в воду в туче брызг.

Асель вскочил так быстро, что едва не опрокинул столик с монитором.

– Кто стрелял?

Все завертели головами, отыскивая того, кто вздумал палить по их добыче.

– Вон он! – кто-то заметил фигуру на обрыве. Но стрелок уже повернулся спиной, скрываясь в зарослях. Успели заметить только комбинезон космолетчика. Соберон и Асель уже сорвались с места, чтобы нагнать его, но в этот момент их отвлек голос Энии:

– Смотрите!

Все обернулись. На поверхности воды в том месте, куда упало тело монстра, показались две головы в масках. Один пловец отчаянно махал рукой.

– Да? Что? – забыв о погоне, Асель прижал к уху микрофон.

– Мы его поймали! – глухо прозвучал в динамике голос Рената. – Он выскочил из воды и тут же шлепнулся обратно. Кажется, он оглушен… не может плыть… Нам нужна помощь, мы с Таишей его не удержим.

– Дахан, Соберон, пошли за лодкой! – скомандовал Асель. – Ренат, – снова обратился он к товарищу, – он жив?

– Кажется, да. Повреждений нет…

– Сейчас мы к вам приедем. Держите его! Эния, побудешь на связи?

Девушка кивнула, устраиваясь за монитором. Неловко, одной рукой, поймала брошенный ей микрофон. Другая аспирантка, Майда с’Ан, поспешила по пятам за парнями. На месте остался только потирающий руки профессор Трент.

– Это победа, моя милая! Победа! – потирал он руки. – Глубоководное животное. Мы открыли и опишем новый вид! А сэй Якорн и дальше может копаться в своем углу, не замечая ничего. Мы рискнули и победили. Уверен, следующий грант на исследования получу именно я. И, конечно, я вас не забуду!

В восемь рук аспиранты быстренько спустили тримаран, который на полной скорости подлетел к тому месту, где Таиша и Ренат с трудом удерживали тело глубоководного монстра. Тот не подавал признаков жизни, но Таиша уверяла, что, ухватившись за его шею под самым панцирем, почувствовала что-то вроде пульса. Конечно, трудно сказать наверняка, где у него сердце и крупные кровеносные сосуды, но в том месте слабая мягкая кожа действительно слегка вибрировала. А когда тушу, оказавшуюся невероятно тяжелой, стали затаскивать на катамаран, он неожиданно шевельнул ластами.

– Осторожно! – вскрикнула Таиша. – Кажется, он приходит в себя!

– Щелкни его парализатором, – посоветовал Ренат.

Девушка, недолго думая, прижала дуло ружья к шее монстра и нажала на кнопку. Туша дернулась, подпрыгивая и едва не вырвавшись из рук поимщиков.

– Да осторожнее ты! Хочешь заодно и нас всех убить?

– Он у меня на максимуме стоял, – повинилась Таиша. – Я забыла переключить…

– Вот женщина! Ага, а теперь выяснится, что ты его убила…И чего будем делать?

– Если он умер, проведем вскрытие. Потом замаринуем и в холодильник… – пожала плечами девушка.

– Думаешь, такая туша в него целиком влезет?

– Ну… можно по частям… И вообще, хватит болтать!

Тушу все-таки втащили на тримаран, и он покатился к берегу. Ренат нырнул, чтобы разрядить ловушку – вытащить самострелы, раскупорить банку с рыбкой, которая послужила приманкой. На берег он выбрался самым последним, уже когда туша была свалена на песок.

Больше всего на свете новый обитатель морей Оханы был похож на огромную, в рост человека, морскую черепаху. За это говорила форма его тела, наличие панциря и ласты. Правда, голова совсем не походила на черепашью – Асель тут же подсуетился и нашел в базе данных около сотни фотографий как «классических» черепах, обитавших в морях Старой Земли, так и всех обитателей инопланетных морей, которых потомки землян вслед за земными черепахами тоже стали называть так. Голова была намного круглее, на черепе был заметен костяной гребень, лицевая часть плоская с чуть вздернутым носом, глаза смотрели точно вперед, располагаясь впереди, а не по бокам, а челюсти… челюсти были настолько похожи на человеческие, что Асель невольно для сравнения схватил себя за подбородок.

– Мутант? – первой высказалась Таиша.

– Конвергенция. Сходные условия существования порождают сходные образцы. Должна знать.

– Я буду это знать после того, как проведу детальное изучение объекта. В том числе и на клеточно-генетическом уровне, – парировала аспирантка. – Пока надо рассматривать все возможности, вплоть до самых невероятных!

– Хочешь сказать, что перед нами может быть как коренной обитатель этой планеты, так и помесь человека с черепахой? Челопах? Черевек?

– Извращайся, как хочешь, но его надо поместить в подходящую среду и исследовать, – огрызнулась Таиша. – Вы договорились с нашими космолетчиками? Они согласны поместить его к себе на время?

– Профессор Трент разговаривал, – припомнил Асель. – Сэй профессор, сэй профессор!

Тот уже спешил к ним эдаким энергичным мячиком.

– Поймали? – кричал он на бегу, задыхаясь и размахивая руками. – Дайте взглянуть! Я хочу увидеть это чудо природы!

Растолкал аспирантов, склонился над тушей, всплеснул руками и, присев на корточки, благоговейно потрогал влажный панцирь.

– С ума сойти! – прошептал он. – Дети мои… друзья… коллеги… Я имею право вас так называть… Мы с вами совершили открытие. На Охане до этого не было известно позвоночных животных такого размера. Самая крупная рыба длиной всего полтора метра, а в этом существе навскидку примерно на полторы пяди больше. Это даже не рыба! Обратите внимание на его голову! Это не чешуя. Это кожа! Кожистый черепахоид, вот это кто. Класс… пока определить трудно, но классификация высших форм жизни планеты должна быть пересмотрена. Друзья мои… это великий день. Мы сказали свое слово в науке. И мне, право слово, жаль моего коллегу сэя Якорна, который все еще копается в своих беспозвоночных в надежде описать новый вид червя.

Ренат т’Ум засопел, потупившись. Еще недавно он и Эния Луа были аспирантами как раз профессора Якорна и перешли от него после того, как Равиль попал в больницу.

– Что будем делать с нашим… э-э… вашим кожистым черепахоидом? – подала голос Таиша.

– Как – «что»? Изучать, конечно! Генетику, внутреннее строение, цитологию, физиологию…надо взять образцы тканей и жидкостей, провести сканирование и составить трехмерную модель…

– Оно живое, – воскликнула присевшая на корточки Эния.

Все сразу обратились на монстра. То ли действие парализатора уже проходило, то ли непривычная среда так на него подействовала, но у «экземпляра» начали дергаться ласты. Потом он судорожно распахнул пасть…

– Зубы! – воскликнул профессор. – Обратите внимание на зубы! Они…

– Сэй, его нельзя тут оставлять! Его надо отсюда унести! – чуть ли не хором закричали молодые люди.

– Что? Да-да, вы правы. Его надо убрать… спрятать…Но куда?

– Он приходит в себя, – Эния отпрянула.

Монстр дернулся, загребая ластами. Передние, с характерными складочками, напоминающими соединенные перепонками пальцы, загребали песок. Задние гребли, поднимая фонтаны песка. Существо распахнуло пасть, запрокидывая голову, попыталось ползти.

– Оно задыхается без воды, – определила Таиша. – Его надо поместить в резервуар с водой. Сэй профессор, говорят, вы просили помощи у космолетчиков? Они…

– Да-да, они обещали приготовить для него аквариум.

– Тогда его надо как можно скорее переправить туда, пока оно не задохнулось, – Эния с тревогой смотрела на корчащееся существо.

– А зачем? – пожал плечами Соберон. – Мы же его изучать хотели! Ну, там ткани-органы… вот подохнет – и бери органы для исследования, какие не жалко!

– Молодой человек, – напрягся профессор, – иногда я задаю себе вопрос: что вы делаете в нашей академии? Разве вы не знаете, что всякая жизнь ценна? Разве вы не понимаете, какую важность представляет для науки именно живое существо нового, неизвестного вида? Даже если оно не наделено разумом, но оно обладает чувствами. Оно, как ни крути, коренной житель этой планеты.

– И потом, может быть, это – последний представитель своего вида, – добавила Таиша. – Профессор, вы правы. Мы должны сохранить ему жизнь как можно дольше.

С этими словами она быстро подняла парализатор и, прицелившись, выстрелила монстру в голову. Тот последний раз дернулся и затих.

– Я поставила заряд на минимум, и он только потерял сознание, – пояснила девушка. – Теперь мы можем легко его транспортировать к кораблю.

– Да-да, вы правы! Давайте-давайте, – засуетился профессор. – Я побегу вперед, предупрежу нашего капитана. А вы пока соорудите носилки или что-то в этом роде!

И профессор Трент убежал вверх по склону.

Когда вожделенную добычу погрузили во флайер, Примек Варвич выступил из кустов. Обнаруживать свое присутствие и общаться с «головоломами» не входило в его планы. Тем более что среди них был этот Соберон, из-за которого у старшего помощника теперь полно проблем. Он еще оставался членом экипажа, но между ним и остальными семью космолетчиками словно пролегла стена. Когда они вернутся домой, кому-то придется уйти. И, скорее всего, это будет он, Примек Варвич. Конечно, тяжело, но он еще молод. На черный день накоплено почти полторы тысячи кредиток, плюс после полета им положены премиальные… На первое время на жизнь хватит. Можно перебраться на любую планету, вступить в какой-нибудь… нет, не экспедиционный корпус, а в качестве добровольца улететь осваивать одну из вновь открытых планет. Или податься в наемники. Или в телохранители. Или просто пересесть на другой корабль, можно в должности стрелка, ибо старших помощников каждый капитан предпочитает выращивать из своих людей, а не брать «готового» со стороны. Да демоны космоса и все кометы его! Он мог бы остаться на той же Охане. Климат тут мягкий, так что рано или поздно зачастят туристы. Что ему мешает застолбить себе участочек прямо тут?

С этими мыслями он и бродил по острову, присматриваясь. Эта бухта ему понравилась, и Варвич задержался на берегу, всматриваясь вдаль. Отсюда были видны только два соседних острова из Восточного Архипелага. До одного было от силы три-четыре километра, другой еле виднелся вдалеке сизой дымкой.

Варвич вскинул бластер, настраивая оптический прицел, который можно было использовать, как бинокль с двадцатикратным увеличением. Да, юго-западнее виднеется еще один остров. Довольно пологий, без гор, и, насколько можно видеть, весь покрыт лесами. Вот бы туда добраться, разведать его! Но как? Взять тримаран? Смастерить лодку или плот? Или одолжить флайер? Первый и третий варианты были простыми и легкими, второй – интересным и сложным.

Правда, был еще и четвертый вариант, но Варвич отмел его, как лишний. Можно было взять у «головоломов» их дрона и запустить туда. Он осмотрит островок с небольшой высоты, сделает десяток-другой снимков, что позволит судить о нем, а потом…

Да вон же он! Дрон! Кружит над морем! Странно, «головоломы» запустили свою машинку и ушли, оставив его без присмотра? Или он автоматический? Нет, это вряд ли. Дроном управляют с помощью джойстика – он летает, пока оператор, образно говоря, держит палец на пульсе. Отпустишь кнопку – дрон падает. Выходит, за этим кто-то следит. Но кто, если не «головоломы»?

Варвич понял, что знает ответ. И он очень ему не нравится.

На экране было только море. Неглубокое, светлое сине-зеленое с лазурными разводами и желтоватыми пятнами плавающих на поверхности водорослей. Сбоку мелькнуло серо-розовое размытое пятно неопределенной формы. Пришлось останавливать запись, тащить фото на наручный комм, где обрабатывать. Облако криля! Подумать только! Целых две с половиной минуты потратить на то, чтобы выяснить, что это всего-навсего толпа креветок? Впрочем, пока в поле зрения дрона попадались исключительно местные морепродукты. Был бы Махур коммивояжером или «засланцем» какой-нибудь переребатывающей компании, сейчас плясал танец восторга. Мелководные океаны Оханы представляли собой просто кладезь съедобной живности. И местному населению – если оно когда-нибудь тут появится – хватит лет на пятьсот-семьсот нерационального использования, и на экспорт пойдет. Но он был агентом фирмы по розыску пропавших людей. И искал совсем не омаров с креветками, а женщину, удравшую от законного мужа. Сумма, которой клиент собирался осчастливить его офис, не считая премии отличившемуся сотруднику, как раз хватит, чтобы прикупить себе один из небольших островков. Великие звезды, да что же это за женщина такая, если ее ценят буквально на вес платины?

И куда, ракшасы побери, она подевалась?

Они торчали тут уже почти неделю. Сегодня шестой день. Дроны, выпущенные над островами Западного Архипелага, облетели большую его часть и начали методично прочесывать крайние островки Восточного. И нигде никаких следов сбежавшей женщины. Даже доставивший ее сюда корабль куда-то запропастился…

Зашуршала пневматическая дверь. Вот помяни ракшаса…

– Ну, каковы результаты?

Чи-Шу, капитан наемников, терпением не отличался. Только обещание золотых гор – придется увеличить смету расходов, иначе вся премия уйдет на оплату услуг пиратов! – удерживало команду от того, чтобы взбунтоваться. Обещание – и неожиданно райские условия, в которых они оказались. После холода и мрака окраинного сектора Галактики – яркое мягкое солнышко, теплый ветерок, море и рыбалка. Даже так – рыбалка! Космические пираты предавались этому древнему занятию с энергией, достойной лучшего применения. Рыбу и прочих морских тварей били острогой и палками, удили по-старинке, на спиннинг, расстреливали из парализаторов и просто устраивали соревнования: «Кто больше соберет улиток за шестьдесят секунд?» Три раза в сутки устраивался «рыбный день», но количество разнообразных съедобных тварей было таким, что это никак не приедалось.

Конечно, не обходилось без казусов. В море водились не только завтраки, обеды и ужины. Некоторые улитки оказались ядовитыми – хорошо, не смертельно, но полдня вся команда брала штурмом биотуалет, а те, кто не добежал, усиленно удобряли почву в окрестностях. Кроме того, ночные купания оказались чреваты – ночью откуда-то выплывали толпы медуз. Стрекались они не сильно, но чесалось место «укуса» неимоверно. А если попал в облако этих медуз, то можно себе представить, какой зуд одолевал потом всю ночь! Нашлись и рыбки, которые за попытку взять их в руку, раздувались, как шары и выстреливали в ладонь иголки. Бывало, что кого-то укусили или ущипнули за палец. Но, как уже выяснилось, все неприятные ощущения проходили через несколько часов, так что это не портило настроения команды.

За исключением ее капитана.

Он и сейчас стоял, скрестив руки на груди, за спиной Махура.

– Нет, пока не нашел, – ответил тот.

– Плохо, выходит, ищешь.

– Стараюсь, как могу. У меня только один дрон…

– Почему?

– Потому, что ни разу не приходилось работать на таких планетах! Тут нет спутниковой связи, нет вообще никакой связи, кроме внутренней. И я могу управлять дроном только в определенном радиусе. А это как раз Западный Архипелаг, не больше и не меньше.

– И каковы результаты?

– На Западном Архипелаге следов людей не обнаружено.

– Плохо искали.

– Я стараюсь! Они не могли не оставлять следов. Их там почти два десятка человек. Столько народа непременно начнет мусорить и переделывать природу под себя. А тут только один загаженный пляж – наш!

– Ты хочешь сказать, – голос капитана пиратов опасно дрогнул, – что тебе мешают мои люди? Отвлекают от работы, так сказать? Так мы можем решить эту проблему…

– Интересно, как? – неосторожно бросил агент.

– Очень просто. Мы улетим. Ты – останешься. Мои люди отдохнули, мы набили трюмы мороженой рыбой и креветками всех сортов. Даже если продавать за символическую цену, это выходит солидная сумма.

– Пятьсот кредиток? Или тысяча? – он позволил себе усмешку.

– Нам хватит. На первое время.

– Я предлагал вам по семьсот кредиток на брата… плюс этот ваш «улов», – вздохнул Махур. – Но если вам больше ничего не надо…

– Надо, – рыкнул Чи-Ши. – Нам надо дело! Мои парни рвутся в бой. Сколько можно торчать на этих пляжах? Пора за работу! Где девка?

– Для начала надо ее найти.

– Так ищи!

– А я чем занимаюсь? – он ткнул пальцем в экран. – Я обыскал половину суши на этом полушарии. Осталось примерно столько же, не считая мелких островков, где просто некуда спрятаться!

– За семь дней? Долго.

– За шесть.

– Я считаю от даты высадки.

– Один день роли не играет. Они могли улететь обратно…

Могли? Махур был опытным агентом и допускал такую возможность. Что, если это правда? «Баядерка» прилетела, высадила «головоломов» и стартовала с планеты. Она небольшого тоннажа, двигатели средней мощности, не оснащены современными гасителями-отражателями, значит, несколько дней ждать, пока реактор войдет в норму после заглушки, им не надо. Да и потом, кто сказал, что они вообще его глушили, этот реактор? Пара рейсов на «Осе» или «Моските», чтобы перебросить людей и оборудование – для этого надо всего лишь ненадолго зависнуть в верхних слоях атмосферы. Пираты по их пятам прилетели несколько дней спустя. В отсутствие диспетчерской службы и четких «коридоров полета» они вполне могли разминуться. И ищи-свищи теперь беглянку по всей Галактике!

Нет. Это неправда. Она здесь. Она должна быть здесь. И он ее отыщет.

– Они здесь. Только я их пока не нашел. Но найду, рано или поздно.

– Только лучше, чтобы рано. Пока мы не устали ждать.

Не прибавив более ни слова, Чи-Ши вышел. В шипении закрывающейся за ним пневматической двери слышалось что-то зловещее, как и его имя.

Махур с ненавистью посмотрел на экран. Дрон описал полукруг и теперь летел обратно на базу. Он совсем чуть-чуть не добрался до одного из крупных островов южной оконечности Восточного Архипелага – не хватило дальности связи. Надо было перебраться на другую точку, и чем скорее, тем лучше.

Бло Блу ничего не понимал. Где он? Что произошло? Как он здесь оказался?

Воспоминания наплывали обрывочно. Ярче всего был его отчаянный рывок вверх. Его буквально выстрелило в иной мир. Он окунулся в чуждую среду, туда, куда уходят матери, чтобы дать жизнь потомству. Тело объял холод, его сдавило, оглушило светом и чем-то, чему он не мог дать определение… Вернее, не успел – была короткая вспышка боли, и все поглотила тьма.

Казалось, он умер – в ином мире, снаружи, выжить невозможно, не зря матерей провожают в родильный дом, как на смерть. Лишь одна из пяти выживает и возвращается обратно в воду вместе с детьми, заодно подбирая сирот. Но потом сознание неожиданно ненадолго вернулось. Вернулось с удушьем, тяжестью, которая грозила расплющить его, раздавить, как между челюстями давится панцирь мелкой креветки. Горло и глаза саднило, кожу словно стягивало, она чесалась, зудела и готова была лопнуть. Он уже был готов к тому, что у него вот-вот вытекут глаза, но новая вспышка боли опять погрузила его в черноту беспамятства.

Казалось, навсегда. На самом деле – опять на время.

На этот раз пробуждение было легче. Он был в воде. Он мог дышать, хотя пересушенная кожа и сорванное горло болели при каждом вздохе. Все-таки ему кое-как удалось расправить конечности…

Вернее, попытаться это сделать. Поскольку ласты неожиданно уперлись во что-то твердое.

Он посмотрел. Вернее, попытался это сделать, потому как тело пока еще плохо слушалось. Разворот навстречу новой опасности не удался – он бестолково сучил по песку конечностями, поворачивая голову.

Со зрением тоже что-то случилось. Он мог видеть только на небольшом расстоянии. Дальше все терялось в какой-то мути, сквозь которую мерещилось… мерещилось нечто, чему он, присмотревшись, не нашел названия. Что за предметы понаставлены тут и там? Что за тьма над головой? Что за… стены?

Может быть, он провалился в подводную пещеру? Такие иногда встречаются вблизи берегов. Родители крепко-накрепко запрещали малышне заплывать в те места, где можно было провалиться в пещеру. Что там находилось – никто не знал. Известно лишь одно – тот, кто попал туда, больше никогда не возвращается домой. Собственно, по таким вот провалам, сообщающим о гибели очередного неразумного малыша, и находили пещеры. Вокруг них ставили ограду, чтобы не погиб кто-нибудь еще. Может быть, ему не повезло отыскать одну такую, неучтенную ранее? Тогда он умрет здесь рано или поздно мучительной голодной смертью.

Если не отыщет выхода.

Что-то задвигалось снаружи. Пещера обитаема? Он попытался сфокусировать зрение, но пострадавшие глаза плохо видели. Или дело было в странной местной воде, которая не пропускала образы? Боковая линия ничего не ощущала. Но поблизости кто-то был – так утверждали его глаза. Вот силуэты придвинулись ближе…

Паразиты!

Вернее, те странные симбионты двух чудовищ, одно из которых он, Бло Блу, покалечил. Сами чудовища исчезли – может быть, погибли, отложив яйца, но паразиты уцелели и теперь поселились в подводной пещере. И вот теперь они наткнулись на Бло Блу, узнали в нем убийцу одного из своих хозяев и…

Что они с ним сделают? Будут мстить? Или просто убьют?

Надо было выбираться отсюда, как можно скорее. Не важно, что из подводных пещер нет выхода. Это не значит, что он должен смирно сложить лапки и ждать конца! Выход всегда есть.

Бло Блу изо всех сил оперся ластами в грунт, оттолкнулся, пытаясь увеличить дистанцию между собой и паразитами…

И неожиданно ткнулся боком в какую-то преграду.

Удар был так силен, что его отбросило назад. Зацепив ластами воду, он невольно придвинулся к паразитам ближе и…

И что-то невидимое так больно ударило его по лицу, что на миг он забыл обо всем, кроме этой боли.

– Он пришел в себя. Так быстро…

– Не настолько быстро. Три часа в полной отключке…

– Что с ним? Почему он так мечется?

– А бы ты не металась, очутившись в аквариуме?

– Эх, жаль, стенка не настолько прозрачная… Плохо видно!

– Осторожно! Не подходи! Вдруг он выпрыгнет, как тогда?

– Как? Он еле ластами шевелит!

– Вот пошевелит еще немного и…

– Слушай, что ты такая паникерша? Ну, давай, пока он окончательно не очухался, сбегаем к механику, попросим сетку натянуть. Или крышку присобачить…

– Ага, давай. Только я с тобой, Асель!

– Ну, пошли… трусишка!

– Я не трусишка! Я просто осторожная. Мы же не хотим повредить тут все… Здесь же под боком реактор!

– Сейчас он не работает…

– Ну и что с того! Он…

Голоса отдалились. Впрочем, для Бло Блу они не имели значения – он все равно не понимал ничего в этих странных глухих басовитых звуках. Некоторые фразы – если они имели хоть какой-то смысл – вообще невозможно было расслышать. То есть, непонятные существа раскрывали рты, но молча.

Впрочем, сейчас ему впрямь было не до того. Он даже не стал рассматривать паразитов. Главное было то, что между ними находилась какая-то мутная стена. Эта стена была повсюду, куда ни ткнись. Направо, налево, вперед и назад. Ему оставалось весьма ограниченное пространство для плавания – по ширине в три раза шире его карпакса, а в длину… в длину как раз хватало, чтобы он вытянул передние и задние конечности – и еще немного, буквально на половину туловища. Глубина… глубина была как раз под его рост. Если он встанет на дно, усыпанное камешками и осколками раковин, и поднимет конечности над головой, то кончики пальцев окажутся над водой.

Тесно. Неудобно. Ужасно. Страшно. К тому же, вода, хоть и привычная, морская, была с каким-то странным запахом и привкусом. Горьким привкусом, отдающим чем-то незнакомым. Он был не таким уж сильным, к нему можно было привыкнуть, но в сочетании с теснотой и пленом – а также болью в ноге – это здорово раздражало. И он продолжал крутиться на месте, тычась в полупрозрачные стены тут и там, в надежде понять, из чего они сделаны и нет ли какой-нибудь щели, которую можно было расширить, чтобы выбраться на свободу.

Бесполезно! Не было даже углов. Одна стена мягко закруглялась, переходя в другую. Он выяснил это, двигаясь вдоль стены, не отрывая кончиков пальцев от поверхности. Нигде ни малейшего стыка! Неужели это одно целое? Нет, Бло Блу знал, что существуют раковины некоторых моллюсков такие огромные, что в них может спрятаться детеныш. Изнутри они тоже гладкие, без стыков. Но при этом не прозрачные. И потом, каким же по размеру должен быть этот моллюск? Где обитают такие существа? Может быть, в бездне, откуда поднимается тяжелая вода? Там, на дне, есть жизнь, это несомненно. Шаман говорил, что порой выбросы тяжелой воды выносят на поверхность глубоководных обитателей. Чудовищно раздутых рыб с громадными пастями и светящимися наростами на головах, шипастых многоножек, у которых не сразу разберешь, где голова, а где хвост, креветок с уродливыми конечностями, обрывки полурастений-полусуществ, которые сильно напоминали съедобную элению, чудовищных хищников, которыми пугают детей… Впрочем, эти часто поднимаются сами. Наверное, там могут жить и такие вот моллюски. Только их раковины слишком тяжелы, чтобы вода смогла поднять их.

Вода, значит, не смогла, а паразиты и их симбионты, выходит, могут? Но это же кошмар. Это катастрофа! Если они так могущественны, что могут выносить убийственную атмосферу тяжелой воды, значит, они намного сильнее остальных обитателей моря. А что будет, если они решат захватить мир? Если они уже начали его захватывать?

Осознание этого жуткого факта заставило Бло Блу опустить ласты и упасть на дно.

Все сходилось.

Наверняка эти существа жили где-то далеко и глубоко, но у них наступило перенаселение, и они решили отправиться на новые места. Замеченная им пара тут крутилась не первый день. Еще раньше ее заметил тот несчастный солнечник, которого они убили, и на чей труп наткнулся Бло Блу во время патрулирования. Неизвестно, что подумали пришельцы об этом, так или иначе они решили тут обосноваться и принялись размножаться. Тут их встретил Бло Блу, которому удалось серьезно ранить одного из пришельцев и даже потрепать кого-то из паразитов-симбионтов. В ответ те атаковали его, парализовав, и утащили в свое логово. Зачем? Наверное, сначала хотели просто убить, как того солнечника. Но он почему-то не умер от их оружия, и они решили… Что они решили? Что эти существа могут сделать с пленником?

Ответ, увы, лежал на поверхности. Если для яиц пришельцев нужны живые консервы в виде обитателей моря – он сам видел кладку! – то его может ждать та же участь. Прозрачная оболочка. Живое существо внутри.

Где яйцо? Где подсаженный к нему маленький паразит, который будет питаться соками «живой кладовки» до тех пор, пока та не высохнет, превратившись в пустую оболочку?

Представив себе присосавшегося к нему паразита – Бло Блу знал о червях и некоторых червеобразных рыбах, которые присасываются к своим жертвам и выгрызают у них из тела куски мяса! – он принялся тщательно себя обыскивать. Просматривал каждую складку кожи, заглянул подмышки, пошарил под карпаксом и даже проверил анальное отверстие. Нигде ничего! И он не помнил, чтобы что-то проникало внутрь через рот. Одно из двух – либо его внедрили так, что он ничего не почувствовал, либо… либо они еще не успели этого сделать.

В первом случае ему остается только смириться со своей участью, а во втором – бороться. Надо лишь немного подождать.

В разгар его осамообыска вернулись два паразита. С ними были еще два, другого цвета шкуры, один немного крупнее остальных. Два вторых тащили что-то вроде сетки – сородичи Бло Блу плели такие из высушенных водорослей и жил некоторых рыб, чтобы устраивать ловушки на крабов или огораживать участки. Что тут они собрались огораживать?

Обмениваясь какими-то звуками – половина звучала на низких тонах, а половину он не слышал, разве что видел, как у них открывается рот – паразиты растянули сетку по углам и, подняв над головами, поднесли к его раковине. Обошли по сторонам, не выпуская сетки из конечностей.

Бло Блу внимательно следил за их действиями, перемещаясь туда-сюда.

– Смотрит… Ой, он на меня смотрит…

– Ну и что? А сейчас на меня смотрел!

– Ты не понимаешь, Асель, он так смотрит…

– Как?

– Ну, не знаю…

– Нервная ты какая-то, Мара. Лучше бы я Таишу пригласил. Она гораздо спокойнее.

– У Таиши отчет… У меня тоже…

– Чего вздыхаешь?

– Я за него еще не бралась…

– Ну и что? Я тоже не брался.

– А когда…

– А, потом как-нибудь напишу! Ты, главное, не переживай…

– Эй, вы двое! Вы свой угол будете держать или мне вашего зверя попросить помочь? Сетка должна быть натянута равномерно!

– Сейчас, сэй Брежняк. Так лучше?

– Лучше. И держите крепче, пока я с этого угла закреплять буду… Вот связались с головоломами… Кстати, кэп велел передать, чтобы перед отлетом вы его освободили и помыли.

– Зачем? Он же не будет использоваться!

– Не будет, но немного топлива в него закачать все равно придется. Тут ведь такая температура будет, что если он внутри будет сухой, то может от перегрева треснуть. И тогда кончилась наша «Баядерка»… да и мы вместе с нею. Так рванет, что собирать будет нечего. А если будет топлива хоть на донышке, он часть жара в себя впитает. Понятно?

– Понятно, сэй Брежняк? Тогда что нам тогда с черепахоидом делать?

– С кем-кем?

– Да вот… вот мы тут его решили так назвать… условно…Новый вид, как-никак…

– Я не знаю. Это не моя проблема. Я делаю только то, что мне прикажет мой капитан… Давай, парень, я с твоей стороны сетку закреплять буду. Натягивай… еще немного… Вот, хорош!

Сетка была крепноячеистая, в каждую ячейку легко проходил сжатый кулак, в который был зажат камень. Это решало вопрос с кормлением пленника, а также с проведением кое-каких опытов. Она была закреплена так, что между поверхностью воды и ею оставалась примерно пядь свободного пространства. Соберон, узнав про сетку, предложил пропустить по ней ток, небольшой, вольт на двести двадцать. Асель обещал подумать. Потом.

Пока же весть о поимке «черепоида Оханского» облетела все три лагеря острова. Группа профессора Трента ходила гордой – как-никак, изловили первое крупное животное, которое предположительно относилось к классу пресмыкающихся или даже морских ящеров. Известно, что эти классы образуются, также как птицы и млекопитающие, исключительно на суше, и только потом, в силу каких-то природных причин, возвращаются в воду, не теряя, однако, некоторых явно сухопутных признаков. Бинокулярное зрение, явно выраженные четыре конечности – не плавники, а именно конечности, имеющие суставы! – отсутствие жаберных крышек, а также типичного «рыбьего» хвоста – все это говорило о том, что предки черепоида могли какое-то время жить на суше. Однако они были вынуждены вернуться в воду… почему? На планете произошла какая-то катастрофа? Похоже на то. А нет ли тут связи с наличием или отсутствием следов разумной жизни на планете? Может быть, тут есть ниточка, потянув за которую, можно найти ответ на этот вопрос? Ведь если планетарная катастрофа все-таки случилась, то не могла ли она быть связана как раз с населявшими Охану много тысяч лет назад разумными существами?