Текст книги "Темный феникс. Возрожденный. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Федор Бойков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Глава 4

Как только я вошёл в состояние медитации, первым делом потянулся к Сердцу Феникса. Наша связь была нерушимой и постоянно напоминала о себе. В прошлый раз я получил довольно чёткий запрос на усиление.

И если поначалу я решил, что дело в новых птенцах, то быстро понял, что артефакту нужна была энергия для защиты. После того как я напитал его силой Призывающего и установил купол из паутины тьмы на всей своей земле, он немного присмирел, а теперь вот опять взялся за старое и начал тянуть жалкие крохи энергии из монстров. Теперь нужно было понять, зачем они ему нужны.

Прикосновение к нитям, тянущимся из артефакта, обдало привычным теплом. Сердце Феникса не могло говорить или как-то передавать свои мысли, но оно посылало что-то вроде отпечатка ощущений. Если бы не долгая практика в прошлом мире, я бы не смог отличить жажду силы артефакта от своей собственной. Вот и сейчас я ощущал его сытое довольство.

Артефакт был сыт. Впервые за многие годы, прошедшие с момента его зарождения в этом мире. До этого он втягивал силу из окружающего мира, частично – из тёмных магов, что жили под одной с ним крышей. Но основой была первозданная тьма, собравшая колоссальное количество энергии и выплеснувшая всю её в этот маленький кристалл с острыми гранями.

Вот оно что. Теперь стало понятно, почему он забирал даже те капли энергии, которых мне казалось слишком мало. Артефакт стремился завершить свою форму. И он это сделал.

На моё прикосновение Сердце отреагировало чем-то вроде радости. Это было похоже на то, как будто один из моих питомцев решил бы похвастаться своими достижениями. Его сытое довольство я ощущал как собственное.

Вот только у меня-то дела обстояли совсем иначе. Ощутив пустоту в моём источнике, Сердце отправило мне импульс энергии. Для него это было ничтожно мало, а для меня – почти половина резерва.

Ну вот. Так-то лучше. Теперь я смогу закрыть оставшиеся разломы и не свалиться без сил посреди орды монстров.

Весь процесс занял у меня не больше получаса, и я уже собирался завершать его, как вдруг почувствовал натяжение поводка Тарана. Мой питомец пытался привлечь внимание и просил поделиться силой. Той самой, которую я сейчас практически выпросил у жадного артефакта.

Не открывая глаз, я начал выходить из медитации, и послал импульс Тарану. И через мгновение услышал его голос.

– Спасибо, папа, – прогудел он в моей голове. – Таран не справился сам. Слишком тяжело.

– С чем ты там справляешься? – спросил я. Вроде бы полчаса назад вокруг меня всё было относительно спокойно, если не считать волны монстров, которую добивал сборный отряд из гвардейцев местной аристократии и солдат из армии его величества.

– С падшими, которые ранили моего сородича и заставили его страдать, – в голосе Тарана зазвучала злость, которой я до этого никогда не чувствовал в своём питомце. – Ты обещал, что мы убьём их. И ты поделился силой. Спасибо, папа.

Я свернул медитацию так быстро, как только мог, чтобы не навредить себе и не потерять отданную Сердцем силу. Только это всё равно заняло какое-то время, и когда я закончил, оказался посреди хаоса.

Солдаты орали матом, гвардейцы орали матом. Монстры ревели и впивались в них клыками, когтями, хвостами. Никакой слаженности больше не было. Только крики, кровь и боль. За полчаса, пока я отсутствовал, монстры прорвались через строй защитников и устроили кровавый пир.

Я призвал теневые шипы и снёс сразу с десяток монстров. Следующей атакой клинков тьмы я уничтожил ещё больше монстров. И только расчистив бывший плац перед стеной, я услышал помимо рёва тварей ещё и рёв моторов.

К нам двигались бронированные внедорожники. Глянув на гербы, я понял, что это местная аристократия подтянулась. Похоже, что гвардейцы запросили подкрепление.

– Сносите тварей! – проорал слева от меня Иван Сомов. – Давайте же, ну!

– Князь приехал! – заорал с другой стороны один из гвардейцев. – Ребята, наш князь с нами!

Не дожидаясь, когда автомобиль остановится, из него выскочил князь Щепин. Это был высокий мужчина плотного телосложения. Я видел его ауру – он был грандмагом земли, а ещё он был отцом одного из участников испытания за врата.

Его сын напал на меня первым и оказался единственным, кого я пощадил. Всех остальных пришлось убить, после того как они объединили силы с Ильёй Давыдовым. Романа Воронова я не считаю – с ним я даже не сражался толком.

– Шаховский, – процедил князь, увидев меня. – Значит, это правда, что ты скачешь по империи и защищаешь чужие земли.

– Князь, сейчас не самое подходящее время для беседы, – рыкнул я, отправляя в полёт полсотни теневых игл и пробивая насквозь монстров, прущих напролом.

Князь Щепин хмыкнул и взмахнул руками. На месте разрушенной стены поднялись каменные плиты, которые всё росли и росли, пока не достигли десяти-двенадцати метров в высоту. Судя по всему, Щепин сделал то же самое на протяжении нескольких километров и даже не растратил свой резерв до самого дна.

Как только я понял, что в защите местные гвардейцы и солдаты не нуждаются, рванул на изнанку, где Таран сражался с некромансерами. Мне уже стало понятно, что эти ублюдки пришли к стене и приманили монстров, которые до этого наваливались волнами. Ну и естественно, что пришли они через тень, где и попались моему питомцу.

– Папа! – пробасило моё чудовище, на всём скаку протаранивая одного из пяти оставшихся некромансеров.

Рога Таранища проткнули врага насквозь, а сверху ему прилетело копытами. Череп некромансера с хрустом сломался, а Таран уже разворачивался к следующему противнику.

Не дожидаясь его атаки, я рванул на третьего падшего. Мои теневые клинки он отразил, а вот от сгустка моей силы, в который я вложил ещё и пламя, увернуться не вышло. За мгновение до того, как некромансер бы взорвался, я ускорился и сорвал с его груди кулон с поддельным Сердцем.

Ещё одного некромансера я вынес практически моментально. Всего-то и сделал, что выпустил десяток небольших импульсов силы с моим пламенем внутри. Или нам попались совсем уж слабаки, или я стал гораздо сильнее с последнего сражения с некромансерами.

Когда я обернулся к последнему падшему, он уже болтался на рогах Тарана и пытался пробить толстые пластины на его боку. Будь этот некромансер среди тех, кто загонял грокса, он бы знал про уязвимое место под челюстью, но он не знал. Что и спасло моего питомца от гибели.

Я только сейчас подумал о том, что мог потерять его. Если бы пришли более сильные некромансеры, точно знавшие, как уничтожать гроксов, Таран бы не дождался меня. Эта мысль заставила меня замереть.

До этого я воспринимал своих питомцев как полезный ресурс и даже не понял, с чего вдруг Грох начал бунтовать. Я слишком привык к тому, что теневые монстры – существа, которых нужно всегда держать в узде. Но это другой мир, и монстры здесь тоже другие.

И в этом новом свете атака некромансеров стала восприниматься иначе. Мало того, что они приманили монстров, так они ещё и разозлили моего питомца. Таран так хотел отомстить, а в итоге получил только нескольких падших тёмных низкого ранга.

Я переместился к нему и, призвав когти, содрал некромансера с его рогов. После чего сомкнул пальцы на его шее, без труда сломав позвонки. Ещё одно поддельное Сердце я добавил к первым двум, после чего превратил их в пепел, поглотив очень нужную мне сейчас энергию.

– Сколько их было? – спросил я у Тарана. – Ты сказал, что их много.

– Вот, – он мотнул головой, и с его правого рога посыпались кулоны. – Сам посчитай.

Я подхватил рассыпанные источники и не поверил своим глазам. Двенадцать поддельных Сердец. И это не считая тех троих, которых убил я.

– Таран, они ведь не просто так тут появились, – сказал я, превращая в пепел сразу пять поддельных Сердец. – Их направили сюда специально.

– Люди знают, что ты здесь, – прогудел Таран, тяжело дыша и подрагивая от недавнего напряжения боя. – Они могли сказать Вестнику.

– Могли, если у них есть артефакты связи, которые работают даже в очаге, – я задумался. – И я точно видел такие артефакты. Иначе как бы Лопуховы передали кому-то сообщение и получили ответ?

– Люди злые, – Таранище выдохнул чёрный дым и прижался ко мне головой, чудом не проткнув меня. – Не люблю людей.

– Давно? – поинтересовался я ровным голосом.

– Нет, просто увидел падших и понял, что они ведь тоже люди, – ответил он. – Раньше я об этом не думал, а теперь понял…

– Значит, начинают проявляться глубинные чувства, заложенные твоими родичами, – медленно проговорил я. – Надеюсь, что ты сообщишь мне, если вдруг поймёшь, что я – тоже человек и что ты не любишь и меня тоже.

– Ты же папа, – фыркнул Таранище. – Папу я всегда буду любить. И твоих людей буду терпеть, пока они твои.

– Интересные у тебя понятия, – я улыбнулся и почесал ему шею, а потом и основание рогов. – Ты молодец, хорошо поработал сегодня.

– Почему ты не сжигаешь оставшиеся кристаллы? – спросил он, указав головой на амулеты, которые я продолжал держать в руках.

– Пока не решил, стоит их приберечь на потом или же их сила пригодится мне прямо сейчас, – честно сказал я. – Ну и не думаю, что мои энергоканалы и источник спокойно переварят эту силу разом.

– Папа, ты же сильный и умный, – Таран посмотрел на меня странным взглядом. – Силы не бывает много, и беречь её тоже не надо. Вдруг ты выйдешь отсюда, а там те люди, которые про тебя Вестнику рассказали.

– Знаешь, а ты прав, – я усмехнулся и покачал головой. Как же быстро вырос мой питомец. И каким умным он стал. Просто невероятно. – Есть там один князь, который меня недолюбливает. К тому же, как сказал Куприянов, все князья с землями у стены получили от Вестника предложение перейти на его сторону. Ну или от Бартенева. Кто теперь разберёт, чьи там были идеи и приказы?

Таран медленно кивнул мне и снова наградил многозначительным взглядом. Похоже, он ждёт, когда я впитаю силу оставшихся источников некромансеров. И под его взглядом я точно не могу позволить себе такую слабость, как свалиться от перенапряжения каналов и источника. У гроксов есть своя иерархия, в которой наверху стоит самый сильный.

Но мне и самому было интересно, как справится моё тело с нагрузкой в виде десятка поддельных Сердец, учитывая, что я уже поглотил целых восемь штук только что. Я поднял взгляд на питомца и сжал пальцы, объятые тёмным пламенем.

Энергия хлынула в меня мощным потоком, выжигая энергоканалы и пробивая себе новые пути. Я чувствовал, как появляются ответвления от уже имеющихся каналов, как ветвятся внутри пучки энергии, разрастаясь в нечто новое и страшное.

Похоже, я, как и Сердце Феникса, только что достиг своего предела, стал цельным и наполненным. Стал тем, кто в прошлом мире смог получить собственные крылья и шанс на возрождение. Там этот путь занял почти семьдесят лет, после чего я только начал свой путь как тёмный феникс.

Я основал храм и искал птенцов, способных выдержать мощь Сердца Феникса и получить благословение тьмы. Здесь я прошёл этот путь за несколько месяцев, хотя и не по собственному желанию, а по велению тьмы, закинувшей меня в это тело.

Но главное не это. Главное – я получил мощь, равную половине той, что была у меня в прошлой жизни. Для меня прошлого – это слишком мало. Для нынешнего меня – я только что встал на одну ступень с самыми сильными одарёнными этого мира.

А ведь у меня дома лежат оставшиеся кулоны некромансеров. После битвы с Бартеневым я просто не смог впитать их и убрал в сокровищницу. Так что у меня есть запас «батареек», которые я непременно использую против марионеток Вестника.

– Папа стал сильнее, – прогудел Таранище, выдохнув мне в лицо клубы черного дыма. – Таран тоже стал сильнее.

– Правда? – я глянул на него взором и кивнул. – Ты сильно вырос, в том числе физически. Но до седьмого класса ещё далеко.

– Пара битв с врагами, и я стану сильным, – сказал Таран. – Если враги будут сильнее, то позову папу.

– Вот и умничка, – похвалил я его.

Хотя бы один мой питомец рассуждал разумно. Я не против инициативы, и скорее буду рад, если мои люди и питомцы смогут принимать решения самостоятельно. Но я устал от поступков, совершённых в пылу эмоций и последствия которых мне приходится постоянно расхлёбывать.

– Всё, Таран, мне пора, – я похлопал его по могучей шее. – Нужно помочь людям и запечатать разлом, пока он не расширился.

Таран прогудел что-то одобрительное и умчался проверять окрестности изнанки, а я переместился в реальный мир. И сразу же выругался во весь голос.

Князь Щепин поднял стену, молодец, конечно. Но он не сделал ступеней или какой-то возможности защищать эту демонову стену. Он просто поставил загородку, которую вот-вот снесут оголодавшие твари, которые так удачно собрались со стороны очага в одну огромную волну.

При этом сам князь смотрел, как его люди перевязывают раненых и с опаской смотрят на стену, которая дрожит от ударов монстров. Я перевёл взгляд на безопасников, сбившихся в отдельную группу. Их взгляды на Щепина отражали мои собственные мысли, разве что ругались они куда более грязными словами.

– Иван, какие у вас потери? – спросил я, шагнув к безопасникам, которых в живых осталось не больше трёх десятков. – Сражаться сможете?

– Конечно сможем, ваше сиятельство, да только недолго, – он скривил губы. – Минут на пять нас хватит, а потом все поляжем.

– Давай без сиятельств, – резко перебил я его. – Я – Феникс. А насчёт пяти минут ты сильно ошибаешься.

– Сом, Монгол, Бурый, – он кивнул, принимая мой позывной, представился и указал на двоих командиров или их заместителей. – Что ты предлагаешь?

– Сейчас я перемещусь за эту стену и уничтожу большую часть монстров, – сказал я. – Монстры вообще не проблема. Проблема у нас совсем в другом.

– Князь? – Сом указал кивком подбородка на Щепина. – Я бы поставил свою годовую премию на то, что он предатель.

– Мне нужно пару минут, – сказал я и прикрыл глаза.

Вбухав во взор тьмы побольше энергии, я осмотрел князя Щепина. Я уже держал в руках те странные артефакты связи, которые притащил Грох из дворца и которые были у Лопуховых и Куприянова. Так что найти конкретные импульсы энергии, уже зная их остаточный фон, не такая уж проблема.

Есть! Всё же князь Щепин – один из тех, кто получил артефакт связи от Бартенева. И раз он не перемахнул через стену и не умчался в очаг, то получил особое задание. Например, дождаться Стража Порога, который явится закрыть разлом, и подать сигнал Вестнику.

– Щепин точно предатель империи, – сказал я, открывая глаза и глядя на безопасников. – Сдержать его вы вряд ли сможете, но против его гвардии должны выстоять.

– Невысокого ты мнения о нашей службе, да, Феникс? – оскалился Сом. – Да и о нас самих тоже.

– Есть такое, – я качнул головой. – Что столичный, что Тюменский филиалы меня совершенно разочаровали.

– Ну а мы местные, Томские, – на лицах безопасников появилось горделивое выражение. – Мы в штабе не отсиживаемся, каждый день тренировки, рейды за стену и учебные пожары. Уж поверь, Феникс, даже против грандмага мы какое-то время выстоим.

– Сколько? – спросил я, прикидывая время, которое займёт уничтожение монстров за стеной. Разлом пока трогать даже смысла нет – если князь решит ударить в спину, то весь прогресс насмарку, и придётся начинать заново.

– Минут на десять, – задумчиво сказал Сом, глянув на Монгола и Бурого. – Даже двенадцать.

– Отлично, тогда готовьтесь, – я растянул губы в улыбке, которая не коснулась глаз. – Мне нужно десять-пятнадцать минут, чтобы проредить монстров. Думаю, что князь атакует через три-четыре минуты.

– Есть, – Сом скривил губы в ответной улыбке и ударил кулаком по груди. – Давай, Феникс, зажги там. А мы подхватим.

Я кивнул и мгновенно провалился в тень. Рывок через первый слой, и вот я уже за стеной, посреди бушующего моря из хвостов, клыков, жвал и клещей.

Моё пламя взметнулось вокруг меня, раскидываясь чёрным покрывалом и укрывая собой шевелящуюся и ревущую массу, в которой было сложно отделить какого-то одного монстра.

Пламя ширилось и росло, кружилось вихрем вокруг меня и стелилось у ног. Оно не просто слизывало монстров, оно буквально сметало всё живое в радиусе пятидесяти метров. И чем больше монстров сгорало, отдав свою энергию, тем сильнее разгоралось моё пламя.

Пламя феникса, в котором горели города и леса, люди и демоны. Это пламя выжигало реальность до самого дна, уничтожало любую стихию и энергию. И чем сильнее становился я, тем сильнее становилось моё пламя.

Треск хитинов и костей, горевших в огне феникса, привычно отозвался в груди тянущей болью. Я создан, чтобы очищать землю, очищать мир от негативной энергии. А в итоге вынужден день за днём брать на себя роль мясника.

И виной всему Вестник. Тёмный, который решил, что может быть выше тьмы. Тёмный, который лично поучаствовал в создании некромансеров и сам отдал на опыты родичей по дару и крови.

И уже скоро мы встретимся. По крайней мере, я на это очень надеюсь. Но сначала разломы, монстры и якоря.

Как только пламя начало угасать, я услышал выстрелы за стеной. Монстров я почти всех уничтожил, так что быстро переместился обратно к безопасникам. И сразу же понял, что сильно недооценил князя Щепина.

Безопасников я не нашёл – на месте, где я их оставил, теперь высилась каменная насыпь. Будто могильный курган или братская могила для лучших спецов его величества. Для тех, кто каждый день готовился к битвам и был готов отдать жизнь.

Злость во мне вспыхнула одновременно с тьмой. Каким надо быть ублюдком, чтобы нападать на своих, когда с одной стороны прут полчища монстров, а с другой – лезут некромансеры и Призывающие.

Это уже не предательство своей страны или своего государя. Это предательство всего человечества. И таких тварей в живых оставлять нельзя.

Я взлетел на теневых крыльях и метнул в машину князя два десятка теневых шипов. Как только они пронзили металлические коробки и принялись их сжимать, вокруг повеяло некротической энергией.

Я даже не сразу понял, откуда она идёт. И только спустя пару минут я смог уловить, что фонит от этих самых машин, которые сейчас моя тьма сжимала в кулаке, словно комок глины.

Стоило автомобилям сложиться в невнятную массу, как вокруг разнеслась уже знакомая мелодия и на месте машин с громким хлопком появилось сразу три врага. Тех, которых я меньше всего ожидал увидеть, когда шёл закрывать разрыв реальности в Томске.

Призывающие Тени. Их не могло существовать больше трёх одновременно – мир бы этого просто не выдержал.

И вот все эти трое только что сожрали своих товарищей, что ждали своей участи в машинах князя, привлекая монстров.

Да твою ж демоническую мать! Просто прошвырнулся по городам и закрыл разломы, да?

Глава 5

Я достал телефон и почти не глядя на экран набрал сообщение. Я обещал Юлиане, что вернусь к ночи. Обещания нужно держать, это правда, но прямо сейчас я вообще не уверен, что смогу вернуться.

Мой взгляд скользнул по каменной насыпи, которая стала братской могилой для Сома и его людей. Руки сами собой сжались в кулаки от ярости. И ведь надо же было Щепину притащить Призывающих в реальный мир!

Хуже того, что сейчас произойдёт, и быть не могло. Разве что если бы князь притащил их прямо в центр столицы. Может и хорошо, что безопасников накрыло ударом князя сразу. Лучше так, чем быть растерзанным созданиями теней.

Я оглянулся и увидел остатки гвардейцев князя. Сам Щепин куда-то исчез. Не удивлюсь, если он умчался на волне земли как можно дальше отсюда, даже в тот же очаг.

Выражения лиц гвардейцев были красноречивыми – смесь шока и животного ужаса. Они прекрасно понимали, что князь предал их, а потом сбежал.

– Всем не двигаться! – рявкнул я. – Если хотите жить – не шевелитесь, не нападайте и даже не дышите! Вступать в бой с этими троими разрешаю только через десять минут и ни секундой раньше. Обычных монстров можете убивать сколько хотите.

Мелодия уже закончилась, но самые опасные первые минуты после рождения Призывающих ещё не прошли. Нестабильность энергии в эти минуты может привести к гибели тысяч людей и половины континента.

На изнанке с этим чуть проще – там эта энергия является частью общего фона, но здесь, в реальности, придётся выжидать до последнего, иначе нестабильная энергия трёх Призывающих может сдетонировать и вызвать цепной взрыв.

Да и сама эта мелодия появлялась из-за столкновения потоков энергии и не была похожа на музыку или что-то приятное. Это был набор звуков и вибраций, который сливался в мелодию, услышав которую каждый опытный маг моего мира понимал, что нужно либо бежать, либо готовиться к бою.

Призывающие замерли и принялись обшаривать пространство перед собой взглядами. Они больше не были похожи на людей – просто три чёрные фигуры, внутри которых клубится некротическая энергия и тень. Гвардейцев, после моих слов замерших у хлипкой стены, они не заметили, зато меня увидели в тот же миг.

Чего-то такого я и ожидал, ведь моя аура для них – лучшая приманка. Жаль, что Таран пока не может перемещаться в реальный мир. Он будет разочарован, что не смог поучаствовать в такой масштабной битве. Ну а я просто буду рад, если смогу убить этих существ.

Когда Призывающие создают своих порождений тени на изнанке, это выглядит как нашествие самых причудливых кошмаров наяву. Когда они делают это в реальном мире, это страшнее в разы. Ведь в такой момент оживают все тени до единой.

Вот и сейчас под руководством трёх смертоносных и мерзких существ зашевелились тени, которых в вечерних сумерках было слишком много. Они ползли по земле чёрными лужами, сбиваясь в кучи, из которых постепенно восставали чудовища.

Тени гвардейцев у стены дёрнулись, и люди вскрикнули от неожиданности. Моя собственная тень на миг дрогнула, но тут же замерла под моим контролем. А вот тени, стелющиеся от останков машин, баррикад, стены и людей, ползли по земле, по пути меняя форму и превращаясь в чудовищ всех мастей.

И все они резко рванули ко мне, пытаясь вцепиться в меня и разорвать. Первая же тварь почти ухватила меня за горло, но я отбросил её импульсом тьмы, в который вложил своё пламя. Монстр взорвался и разбрызгал в своих сородичей капли моего пламени, поджигая и их тоже.

Следующей в меня полетела тварь, похожая на бесформенный сгусток тени с клыкастой пастью. Она метнулась ко мне и тут же получила сгустком чистой тьмы по уродливой морде.

Монстры лезли со всех сторон, и я едва успевал убить их до того, как они разнесут мой купол тьмы. Я окутал себя тёмным пламенем, призвал сотни клинков и шипов, игл и хлыстов. Я рвал теневых созданий, разрубал и сжигал их в огне, но их становилось всё больше.

Они лезли из-под каждого камня, отрывались от стены, капали с неба. Казалось, будто всё вокруг сочится монстрами, которые теперь начали приобретать форму. Как и в прошлый раз, передо мной появлялись химеры, собранные из частей разных монстров.

Моё пламя взметнулось вокруг меня кольцом высотой в два метра, чтобы сдержать натиск этих тварей. Они бросались на пламя, обращались в пепел и снова лезли вперёд. Они не чувствовали боли или страха, они не были живыми монстрами.

Пока я справлялся, но каждая моя атака забирала силы, пополнить которые я не мог. Мне приходилось крутиться и уворачиваться, хлестать тварей хлыстами, прошивать их шипами.

Я выпускал десятки теневых клинков, которые пронзали монстров насквозь, пригвождали их к земле и хоть немного сокращали численность химер. Одновременно с этим из земли вокруг меня вырастали теневые шипы, образуя непроходимый частокол.

Хлысты свистели в воздухе, срезая щупальца, головы и хвосты. Пламя пылало, не останавливаясь, но оно не насыщалось энергией убитых монстров, ведь они были пустыми, словно полые деревянные фигурки. Я не стоял на месте, а постоянно двигался.

Рывок влево, удар теневым копьём в морду химеры с клешнями и длинным клювом. Свернуть хлыстом шею следующему монстру, а потом кувырок вперёд, под летящего теневого ворона.

Взрыв чёрного пламени снизу вверх, потом отскок назад. Моё тело не останавливалось ни на мгновение. Оно помнило сотни боёв и прямо сейчас действовало на чистых рефлексах. Разум почти отключился, остались только расчёт и скорость.

Краем глаза я следил за Призывающими, которые уже завершали процесс стабилизации. Они начали двигаться, что могло значить только одно – их трансформация завершилась, и сейчас начнётся самое интересное.

И верно – монстры вдруг начали сливаться. Из нескольких маленьких тварей образовывалась одна большая. Из трёх больших – огромная химера размером с танк.

Я усилил напор, вбухав в своё пламя новую порцию силы. Огонь взревел и разом заглотил навалившуюся массу, только вот колени вдруг чуть не подогнулись – мышцы отказывались работать и закаменели от напряжения.

Я потратил немало силы и в который раз поблагодарил Тарана за его толчок. Сам бы я скорее всего отложил поддельные Сердца на потом. И прямо сейчас мне пришлось бы не только сражаться, но и контролировать поступление и распределение энергии.

– Да чтоб вас демоны задрали! – рыкнул я, когда в бой вступили Призывающие.

Они действовали слаженно, будто не были новорождёнными чудовищами, а давно сражались плечом к плечу. Один остался позади, продолжая создавать химер, а оставшиеся двое скользнули ко мне на нереальной скорости. Я даже не успел толком среагировать.

От первого Призывающего в меня ударил луч концентрированной тени, напитанный некротической энергией. Он ударил в мой барьер и сумел мало того что разбить его, так ещё и погасил моё пламя.

Я остался без защиты и в ту же долю секунды второй Призывающий атаковал меня сгущённой тенью. Из-под моих ног вырвались теневые путы, похожие на корни, и обвили мои лодыжки. Эти путы пронзили мои ноги шипами и поползли дальше по телу.

Я попытался рвануть с места, наплевав на боль, – нужно было освободиться из пут чего бы это не стоило. Одновременно с этим я призвал собственные шипы, которые перерезали путы Призывающих. Но в меня уже летели огромные теневые пики.

У меня не было даже минуты, чтобы нащупать энергетический центр Призывающих. Про уничтожение и говорить нечего – каждая секунда боя лишь приближала неизбежное. А неизбежным была моя скорая погибель от истощения или от клыков, когтей и теневых щупалец.

– Ты согласен служить мне? – услышал я вдруг шёпот тьмы. – Даже если это твоя последняя жизнь?

Этот вопрос она задавала мне дважды. В этом мире и предыдущем. И оба раза я ответил «да».

Что это? Напоминание, что я не смогу возродиться? Или предупреждение, что я слишком близок к грани, за которой меня ждут мои птенцы?

– Согласен! – прорычал я, отбивая очередной теневое щупальце, усеянное ядовитыми шипами. – Я согласен служить тебе! Слышишь! Я знаю, что это последняя, мать её, жизнь! Знаю!

Мне сейчас было совсем не до разговоров, но игнорировать тьму нельзя. Никогда и ни в коем случае. Иначе изначальная стихия ответит так, что мало не покажется.

И всё же я слишком отвлёкся от боя. Не ожидал я услышать тьму. Уж точно не сейчас и не здесь.

Теневые путы впились в меня с новой силой. С двух сторон меня стянули шипастые щупальца, опутав мои плечи, руки, торс и ноги.

Именно в этот момент я услышал рёв автоматов. Причём стреляли с двух сторон – от стены, где притаились гвардейцы Щепина, и от каменной насыпи, под которой были похоронены безопасники императора.

Краем глаза я успел уловить, как они буквально вытаскивают себя из этого кургана и начинают стрелять в Призывающих и их созданий. Радость от того, что Сом и его люди выжили, была краткой, ведь теневые щупальца всё сильнее сжимали моё тело, не давая дышать и сбивая концентрацию.

Призывающие резко переместились ко мне и без предупреждения ударили. Все трое одновременно. Моя грудь взорвалась от боли.

Где-то за стеной мой взор уловил ауру князя Щепина. Я заорал во всё горло. От боли и от ярости на предателя рода человеческого.

Как смеет он ходить среди живых, после того как выпустил в мир этих созданий⁈ Как смеет он называться человеком⁈ Как смеет он, предатель, по чьей воле гибнут люди, стоять и смотреть на это? Как смеет он ещё дышать?

– Ты верно служил мне, мой феникс, – горячий шёпот тьмы заставил мои волосы на затылке встать дыбом. – Ты был достоин. Всегда. Ты один был достоин.

А потом моё тело не выдержало. Сколько бы я его ни усиливал, сколько бы энергии в него не вливал… оно принадлежало смертному. И я сам теперь был смертным.

Мои глаза закрылись сами собой, взор тьмы потух, а тело обмякло. Я ощущал всё это, но будто уже не был здесь, будто смотрел со стороны. Я умирал десятки раз. Это было знакомое чувство.

Сколько раз я проходил через смерть? Уже не сосчитать. Но эта должна стать последней.

Или нет?

Тот, кто хоть раз видел, как умирает тёмный феникс, уже никому не расскажет подробностей. Просто потому, что тёмные фениксы сжигают дотла всё сущее. Пламя возмездия пылает на наших останках, пока не выжжет каждого, кто причастен к гибели.

Но разве я могу умереть сейчас? Я не закончил дела. Не уничтожил якоря, Вестника и некромансеров. В конце концов, я не убил трёх Призывающих Тени, которые прямо сейчас убьют гвардейцев и безопасников, а потом пойдут на Томск.

Перед глазами на миг появилось бледное лицо Юлианы, которое сменилось лицами остальных моих близких. Вика, Боря, бабушка, Александр, Эдвард и Феликс. Я видел их перед собой, будто они стояли напротив и смотрели на меня с горечью.

– Тьма! – мысленно заорал я, напрягая каждую мышцу тела и пытаясь вернуть контроль над ним. – Это ещё не конец! Ты слышишь меня⁈ Ты сказала, что я один достоин, так какого демона ты не дала мне ещё пару возрождений⁈ Я не согласен, и я не уйду просто так…

Вместо ответа я почувствовал дуновение тьмы на затылке и в груди. Она не ответила. Не ответила своему фениксу, стражу и вестнику, её гласу и её лучшему воину.

Моё тело терзали Призывающие, но это было уже не важно. Тело – всего лишь оболочка, которая послужила мне столько, сколько смогла.

Пусть я – лишь тень, призрак себя самого, я всё ещё жажду очищения этого мира в огне.

Моя воля и моя сила вспыхнули даже здесь, когда я находился у самой кромки грани, за которой была только тьма. Разве должна стихия управлять человеком? Это я должен повелевать ею.

Я служил ей сотни лет, так что теперь её очередь вернуть мне долг.

Моя сила – всё, что у меня было.

Моя воля – всё, что у меня осталось.

Я не слышал автоматных очередей, рёва монстров и криков умирающих гвардейцев. Но я видел их. Видел прямо сейчас.

А потом я ударил призрачным кулаком по земле, вложив в этот удар свою ярость, свою боль и свою волю.

И в следующий миг над разрушенной стеной разрушенных врат города Томска опустилась моя тень. Тень феникса – карающего меча тьмы.