Текст книги "Темный феникс. Возрожденный. Том 6 (СИ)"

Автор книги: Федор Бойков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

– Хорошо, Демьян, – кивнул я. – Мне нужна машина. Поеду на стену.

– А у нас гараж того, – качнул головой он. – Вместе с машинами.

– То есть нас лишили связи, света и транспорта, – нахмурился я. – Пригнали к нам армию, часть которой направили к вратам, а потом отрезали нас друг от друга. Тебе это не кажется подозрительным?

– Не то чтобы кажется, я печёнкой чую, что неспроста это, – буркнул Демьян. – Ещё и безопасники заявились. На кой-они приехали, если толку от них нет? Дождались, когда мы всё сделаем, пришли, посмотрели на результат и ушли. А помощи от них никакой нет.

– Твои варианты? – спросил я. Мне было интересно, что скажет человек, который когда-то и сам был среди безопасников, ну или разведчиков.

– Не могли они приехать на готовое и снова уехать, как минимум должны были убедиться, что опасности больше нет, – проговорил Сорокин. – Задать вопросы. Мол, кто напал, в каком количестве, с какого направления, какие условия были выдвинуты, был ли диалог или сразу битва началась. Это же база.

– Тоже так считаю, – усмехнулся я.

– Вот и думаю я, господин, что они и без вопросов всё сами знали, – продолжил Демьян. – А раз так, то послали их не наши союзники. Даже если сам Одинцов до главного их дозвонился, все местные друг за друга держатся. Столица далеко, а тут все свои. К тому же слышал я, будто бы союзники Бартенева разбежались. А зачем им бежать, если они были уверены в победе?

– Мне нужна машина, Демьян, – повторил я, теперь уже глядя в глаза Сорокину. Он вздрогнул под моим взглядом и рванул куда-то за казарму.

Через несколько минут я услышал натужный вой мотора. Не знаю, что это был за транспорт, но ревел он так, будто хотел всех оглушить. Может, это один из тех редких экземпляров ментальных артефактов, которые применяют для пыток.

Когда передо мной появился автомобиль, собранный из разных частей других автомобилей, я сначала удивился, а потом быстро запрыгнул на заднее сиденье. Следом за мной нырнула Юлиана, которая всем своим видом показывала, что выгнать её у меня не выйдет. Хотя я и не собирался – не до того сейчас.

– Поехали, Демьян, – сказал я, глядя в зеркало на покрасневшее лицо бывшего спецназовца.

– Это я на досуге, ваше сиятельство, – сказал он, нажав на газ. – Чтобы руки занять. Он не в общем гараже стоял, а отдельно, вот и не пострадал.

Я кивнул, не став комментировать его увлечение. Мне сейчас важнее было добраться до стены и убедиться, что с моими людьми всё в порядке. Ну а если нет – вмешаться и исправить. Или отомстить.

Зверюга Демьяна рассекала воздух на бешеной скорости. При этом автомобилю не были помехой ни колеи, ни ямы. Он мчался, подпрыгивая на ухабах и скрипя всеми своими частями.

Через пятнадцать минут мы уже были у стены. И первое, что я услышал, – звуки стрельбы. Похоже, прорыв ещё не закончился, хотя Грох уверял меня, что тут всё хорошо.

Я выскочил из машины и рванул наверх, Юлиана побежала следом за мной, а Демьян остался внизу, оглядывая опытным взглядом обстановку.

Наверху я сразу увидел сначала Максима Ивонина, а потом и Леонида Орлова. Они оба смотрели вниз со стены, переругиваясь и что-то друг другу доказывая.

Не доходя до них нескольких метров, я ухватился за зубец и посмотрел вниз.

– Костя, что это? – ахнула Юлиана.

– Это то, чего я опасался, – мрачно сказал я. – Они начали активировать Ядро или узлы, или демоны знают что ещё.

Я выругался сквозь зубы и приготовился шагнуть в тень. Ведь прямо у подножья стены, в паре метров от неё, тянулась длинная искривлённая линия, вокруг которой мелкими бликами искрилась энергия.

– Это разлом реальности, Юлиана. Управляемый и готовый к тому, чтобы поглотить стену и нас всех.

Глава 5

Я шагнул в тень и сразу же почувствовал, как она вгрызается в меня, пытаясь откусить кусок пожирнее. Я был ослаблен битвой, мой источник был выжат досуха, и изнанка это чувствовала. Голодная жадная тень всегда добивала слабых. Но пусть я не был сейчас на пике своих сил, всё же мне было чем ей ответить.

– Таран, ко мне, – позвал я детёныша грокса.

Через мгновение передо мной предстал мой питомец. Ну что сказать? Битва с некромансерами действительно сделала его сильнее.

Таран больше не был монстром пятого класса, теперь он был шестого класса со всеми вытекающими. Ростом он сравнялся со мной, а исходящая от него угроза заставила тень отступить от меня. Ещё бы – монстр такого уровня мог весь первый слой себе подчинить.

Я усмехнулся, увидев на рогах Тарана связки поддельных Сердец. Он выглядел, как чудно украшенная новогодняя ёлка. Впрочем, мне сейчас было не до шуток.

Поглощение ещё одного сердца могло окончательно добить меня. Я понимал, что тело может впасть в кому, а магический источник разрушиться. И всё же других вариантов закрыть разлом реальности у меня не было.

Я сжал в ладони источник падшего тёмного мага и призвал пламя. Поддельное Сердце осыпалось пеплом, а меня скрутило от боли. Я натурально рычал, пытаясь заставить своё тело не чувствовать эту демонову боль.

Получалось откровенно плохо. Ещё немного, и я потеряю управление телом вообще. Тут уже не до отключения боли – вытянуть бы себя из подступающей комы.

У меня ушло не меньше десяти минут на борьбу с самим собой. Наконец я почувствовал, что тело снова мне подчиняется. Ну а боль… её можно и потерпеть.

Вынырнув в реальный мир, я призвал пламя и начал выжигать разлом реальности. Приходилось буквально сращивать его, выжигая своим огнём. При этом монстров у стены всё ещё было много, и все они ринулись толпой на меня.

Тьма и пламя взвились вокруг меня, пожирая монстров. Сила перетекала ко мне, но Сердце Феникса забирало часть энергии себе. Нет бы подпитать меня как следует, чтобы я хотя бы мог и дальше его подкармливать.

Пришлось мне одновременно выжигать монстров и сращивать разлом. При этом энергия от убийства и поглощения монстров сначала делилась надвое, а после я свою часть вливал обратно в пламя.

Не знаю, сколько времени ушло на весь процесс. Час, два, десять. Знаю только, что в какой-то момент перестали стрелять пулемёты и автоматы, а потом на стене наступила абсолютная тишина.

Весь процесс уничтожения монстров и выжигания разлома слился в бесконечную череду пламени, рычания и криков. Причём я уже не понимал, где кричат и рычат монстры, а где я. Казалось, что мы с ними делаем это одновременно.

Мой рык, потом крик третьеклассовых полозов. Мой крик боли и рык ледоков. Общий вой боли, а потом снова тишина. И так по кругу.

Я не знаю, держался я на ногах или парил на теневых крыльях. Я просто делал свою работу на чистых рефлексах, используя то, что мог. А мог я сейчас не так уж много.

Искривлённая линия разлома тянулась на десятки метров. А может быть и сотни. Я давно сбился со счёту и ориентиров.

И я очень удивился, когда сначала закончились монстры, а потом и линия разлома. Последнее, что я запомнил перед тем, как выдохнуть от облегчения и осознания, что у меня получилось, это падение в тень.

Сам не пойму, почему я не упал на снег, смешанный с кровью монстров и пеплом. Рефлексы потащили меня на изнанку, и сопротивляться я им не стал.

Когда я открыл глаза, вокруг меня серебрился всё тот же снег, только его было гораздо больше. Столько, будто я проспал несколько лет, и всё это время непрерывно валил снег.

Передо мной высились горы из снега, пустыня из снега, даже небо было из снега.

– Какого демона? – прохрипел я, приподнимаясь на локтях.

Никого из живых рядом не было. Ни единого существа. Только бесконечный снежный простор.

– Таран, Грох? – позвал я питомцев. Кутхара поблизости не было, а вот Таран точно был рядом. – Таранище, а что происходит?

– Папа упал, Таран поднял, принёс туда, где безопасно, – прогудел он с изнанки.

– А как я в реальном мире оказался? – спросил я.

– Снова упал, я охраняю, – спокойно ответил Таран.

– Как ты можешь меня охранять, если ты на изнанке, а я в реальном мире? – этот вопрос был скорее риторическим и ответа я на него не ждал. Тем не менее, Таран не стал молчать.

– Таран теперь может ненадолго выходить к папе, – радостно сообщил он мне. – Если бы папе стало плохо, я бы его забрал к себе.

– Ага, это всё объясняет, – пробормотал я, поднимаясь на ноги. Меня чуть повело в сторону, но я смог устоять. – Ещё бы понимать, где я вообще нахожусь.

– Грох сказал, что здесь то, что искал папа, – доверчиво сообщил мне Таран. – Поэтому Таран принёс папу сюда.

– Ты же вроде говорил нормально, – сказал я, вливая побольше энергии во взор тьмы. Нет, мне не показалось – рядом ни души.

– Тарану тяжело говорить нормально, – сказал он. – Это… долго.

– То есть ты просто ленишься? – уточнил я, проверяя свои доспехи на целостность. Досталось им, конечно, прилично так, но основные пластины были на месте. Разве что шкура шипострелов была прорвана в нескольких местах.

– Да, папа, прости, – в голосе Тарана прозвучало сожаление. – Грох говорил мне, что нужно учиться и быть умнее. Таран исправится.

– Так, давай сделаем вот что, я сейчас приду к тебе на изнанку, и мы вместе отправимся домой, – проговорил я, приняв решение. Где бы я ни находился, нужно было возвращаться. Наверняка дома все волнуются.

– Нельзя тебе сюда, – неожиданно сказал Таран. – Тут монстры. Сильные. А папа устал, ему нужно отдохнуть.

– Что ты сказал? – я замер на месте и принялся крутить головой. – На изнанке много сильных монстров?

– Да, папа, – выдохнул он.

Это что же получается? Я в Антарктиде? Таран принёс меня сюда, потому что знал, что я ищу якоря и просчитал, что в реальном мире меня не достанут теневые монстры?

А ещё он знал, что надолго я на изнанке не задержусь в том состоянии, в котором находился после запечатывания разлома. И после этого он будет притворяться, что до сих пор немного тупенький?

– Ты же понимаешь, что мне всё равно придётся идти на изнанку, чтобы уничтожить узел? – спросил я, уже готовясь ворваться на первый теневой слой.

– Сначала папе нужно отдохнуть, – повторил Таран.

– Папа уже отдохнул, – сказал я, а потом прислушался к себе.

А ведь и правда отдохнул. Регенерация залечила раны, магический источник полон почти наполовину. И что это значит? Что я проторчал тут не меньше пары суток.

– Как давно ты меня охраняешь? – спросил я у Тарана.

– Таран не знает счёт времени, его нет в тени, – выдал он мне вполне связную мысль.

Даже если это была попытка изобразить глупость, он сам себя выдал. Времени в тени действительно нет, но зачем бы теневому монстру вообще об этом задумываться?

Хмыкнув, я переместился на первый слой и сразу же ушёл рывком в сторону. Со всех сторон ко мне тянулись теневые слизни, которые на изнанке были похожи на резиновые простыни с ножками. Разве это сильные монстры? Всего лишь третий класс.

Я выхватил из кольца молот, напитал его силой и ударил в ближайшего слизня. Вместо того чтобы отлететь подальше или и вовсе сдохнуть, слизень распахнул зубастую пасть и принялся всасывать воздух.

Меня потащило к нему с такой скоростью, будто монстр был пылесосом с высокой мощностью. Пришлось выставить молот поперёк его пасти и ударить пламенем. Против пламени феникса монстру было нечем крыть, так что он мгновенно превратился в пепел.

Я развернулся к остальным слизням и вдруг увидел, как они сбиваются в кучу. Я несколько раз проморгался, но видение не исчезло. Слизни соединили свои конечности, накрыв весь участок первого слоя своим объединённым телом.

И когда эта огроменная тварь распахнула свою пасть, я понял, что Таран в общем-то не обманул. Здесь и правда были сильные монстры, а папе не помешает ещё немного отдохнуть.

Я убрал молот в кольцо и оскалился. Пусть этот монстр только попробует меня сожрать. Как говорится, даже из желудка демонического пожирателя есть как минимум два выхода.

* * *

Юлиана меряла гостиную шагами. Восемь шагов от дверей до любимого кресла Кости. Четырнадцать шагов до окна, шесть до столовой и двенадцать до камина, который в этом доме никто не зажигал на памяти Юлианы.

– Ну что? – она вскинула голову, едва отец показался в дверях.

– Ничего, – Леонид Орлов покачал головой.

– Ну куда же он мог деться? Нельзя вечно оставаться на изнанке! – Юлиана сама не заметила, как её окутала аура тьмы.

Битва с падшими тёмными помогла ей совершить прорыв до ранга магистра, но разделить эту радость с любимым мужчиной не вышло. После того, что случилось у стены, он исчез в тени. Прошло уже пять дней, а он так и не вернулся.

– Лиана, ты знаешь, что твой мужчина очень сильный, – попытался успокоить её отец. – Ты ведь сама видела, на что он способен. Почему ты сомневаешься в нём?

– Я? Сомневаюсь? – Юлиана застыла на месте. – Вовсе нет, папа. Я переживаю, нервничаю, хочу быть рядом. Но никак не сомневаюсь. Мне бы только весточку, что с ним всё хорошо…

– Знаешь что, – отец смерил её взглядом. – Иди на полигон. И остальных нервничающих и переживающих с собой забери. Вспомните, чему Костя вас учил, и тренируйтесь, пока не свалитесь без сил.

– Ты прав, – Юлиана вскинула голову. – Что это я? Забота о раненых и погибших, о восстановлении двора и ворот – всё это мелочи по сравнению с тренировками. Что бы я без тебя и твоих советов делала?

– То есть, на полигоне ты уже была, – понял Леонид. – Но у тебя остались силы на переживания, значит ты не выложилась до конца.

– Я всё не могу забыть то, что произошло… – Юлиана посмотрела на отца. – Ты хоть что-нибудь понял?

– Я понял, что Константин рвал жилы и рисковал разрушением своего источника, чтобы запечатать ту прореху в реальности, – Леонид шагнул ближе к дочери. – Мои артефакты зафиксировали такой выброс энергии, что им можно было зарядить все устройства мира. Константин поглотил всё, или выжег, или ещё что-то сделал с этим выбросом. Он сгорал сам, но не останавливался. И монстры его не остановили.

– Да они скорее стали для него топливом, – пробормотала Юлиана. – Ладно, подождём ещё. Что там с защитой стены?

– Я всё установил, больше не должно быть прорывов вообще, – сказал Леонид. – Княжеский род Ерофеевых очень помог нам в той битве, но они не обязаны срываться к нам на помощь. Теперь гвардия твоего жениха сможет сдержать любой прорыв.

– Это хорошо, значит будет меньше жертв, – Юлиана тряхнула волосами. – Ещё бы особняк защитить. Здесь была очень хорошая защита, но её разрушили артефакты света.

– А вот тут я помочь не могу, – покачал головой Леонид. – Это задача графа Шаховского и вмешиваться я не стану. Так что придётся нам ещё подежурить какое-то время.

– Точно, пойду сменю Александра, – выпалила Юлиана и выбежала из дома.

Леонид посмотрел ей вслед и устало сел на диван. Когда он ехал сюда, думал, что придётся сражаться с монстрами и людьми. Но то, что он увидел, превзошло все его ожидания.

Сначала это были модифицированные светлые, потом легендарный Жнец, что убивал этих светлых по просьбе Константина. А потом та прореха в реальности, которую залатал его будущий зять.

То, что такие разломы или прорехи существуют, знал каждый уважающий себя артефактор. Некоторые даже пытались воссоздать его в своих лабораториях. Леонид не был до конца уверен, но ему всегда казалось, что кому-то из них улыбнулась удача, а очередная история гибели и взрыва лаборатории – всего лишь ширма.

И теперь он убедился в том, что кому-то всё же удалось создать разрыв реальности, который влечёт за собой появление аномальных очагов, орды демонов, и неизвестно, что ещё. Но даже не это удивило Леонида Орлова. А то, что Константин Шаховский просто взял и запечатал этот разлом.

Ладно, не просто. Но всё же. Он делал это с таким видом, будто это было для него не впервой.

Леонид вот только слышал о разломах, но никогда не видел. А Константин умел их закрывать. Как? Как он это сделал? Как понял, что именно нужно делать? Когда успел?

Вопросов у Леонида было очень много, но вряд ли он когда-нибудь узнает ответы. Его будущий зять был очень скрытным и не делился своими тайнами.

Леонид горько усмехнулся. А ведь не только у Константина были тайны. Он и сам вот уже много лет хранит одну тайну.

Тайну о настоящей причине гибели его супруги. Юлиана до сих пор считает, что всему виной артефакт, который её мать решила изучить.

Отчасти это было правдой. Разница была в том, кто принёс этот артефакт. Леонид Орлов навсегда запомнил сияющие глаза своего наставника, который решил поделиться «особыми знаниями».

Разве не странное стечение обстоятельств, что теперь Юлиана обручена с тем, кого когда-то поклялся уничтожить её отец? Мирослав очень хотел получить наследника с древней кровью Тишайших, а вот Леонид мечтал лишь об одном – убить их всех до единого.

Всех, кто связан с Дмитрием Шаховским, который притащил тот гроксов артефакт.

Разве это не ирония судьбы, что теперь Леонид связан неразрушимыми узами с тем, кого хотел убить?

Глава 6

Стая теневых слизней состояла из шести особей. При этом они как-то умудрились слиться в единый организм с единым набором органов. Им это не помогло, конечно, но сам факт меня очень удивил.

Когда я, окружив себя коконом тьмы, влетел в их общую пасть, почему-то ожидал увидеть границы между телами слизней. Но нет, ничего такого – ни швов, ни трещин или каких-то намёков на возможность разъединения.

Собственно, это всё, что я хотел узнать. Поэтому, удовлетворив своё любопытство, я призвал пламя и спалил гигантского слизня изнутри. Шкуры теневых слизней были почти непробиваемыми, зато изнутри монстры были очень даже уязвимыми.

После того, как монстр осыпался пеплом на морозный «пол» изнанки, я увидел Тарана, который молча стоял напротив и смотрел на меня. Мне даже показалось, что это вызов. Вроде того, как подростки проверяют границы родителей своим безразличием или откровенно хамским поведением.

Если я прав, то расспрашивать Тарана сейчас бесполезно, а если ошибаюсь, то он сам всё расскажет. Я уже понял, что все мои питомцы оказались упрямыми и своенравными. И раз уж Таран не захотел говорить со мной прямо сейчас, я оставил его в покое и попробовал отыскать узел, которого ожидаемо не оказалось на первом слое.

Я переместился на второй слой и решил ненадолго задержаться здесь. У меня было много вопросов, которые нужно решить. И лучше всего мне думается во время битвы с монстрами.

Ну а здесь как раз такое удобное место оказалось – со всех сторон на меня пёрли мелкие зубастые теневые монстры, похожие на мохнатые вытянутые капли. Я призвал теневые клинки и с разбегу врубился в толпу монстров, перерезая пополам сразу двоих из них.

Я крутился и вертелся, разрубая неизвестных монстров, которых я решил назвать каплями. Таран так и не пошёл следом за мной, что добавило ещё один вопрос к тем, которые стоило обдумать.

На меня набросилось сразу пять капель, которые, судя по их удлинившимся пастям, хотели присосаться ко мне, а потом прогрызть путь внутрь. Их я встретил своим пламенем, которое тут же с шипением поглотило и этих монстров, и тех, что были поблизости.

Сражение с каплями окончательно убедило меня в том, что с момента запечатывания разлома прошло гораздо больше, чем пара дней. Регенерация окончательно зарастила все мои раны, да и источник был наполовину полон. А ведь я его сильно прокачал поглощением двух узлов и пачки поддельных Сердец.

Решив, что клинками сражаться с каплями не так эффективно, я призвал теневые хлысты и принялся орудовать ими, словно заправский ковбой. Только вместо того чтобы загонять монстров, я рассекал их хлыстами сразу по несколько штук. Теперь дело шло куда бодрее, и можно было наконец обдумать сложившуюся ситуацию.

Первый вопрос, который меня интересовал, это самостоятельность Тарана, который принял решение притащить меня неизвестно куда, а потом ещё и попытался не пустить меня на изнанку. Либо с поднятием класса он стал гораздо умнее и теперь мог перехватывать инициативу, либо он посчитал, что я слаб и больше не могу ему приказывать.

Первый вариант был предпочтительнее, но узнать наверняка я смогу только когда расспрошу Тарана с пристрастием. Зачем-то же он притащил меня сюда. И вот, кстати, второй вопрос. Действительно ли я в Антарктиде?

Если да, то как Таран узнал координаты? Считал из моей памяти или Грох с ним поделился?

Я щёлкнул хлыстами и отбросил дюжину капель, которые совсем озверели от присутствия рядом с ними вкусной еды, которая никак не сдавалась. И это приводило меня к третьему вопросу.

Таран был уверен, что в реальном мире мне ничего не угрожает, тогда как в тени «много сильных монстров». Но если я в Антарктиде, то всё должно быть наоборот. Монстры должны гулять по реальному миру и нападать на одарённых.

Иначе как здесь качаются светлые маги? Да и остальные одарённые сюда захаживают хотя бы ради шкур теневых монстров. Я сам не раз видел доспехи и оплётки на оружии из их шкур.

Что-то не сходится. И мне нужно узнать, где я нахожусь, до того как станет слишком поздно. Мало ли, вдруг я на землях какого-нибудь князя, который сочтёт меня захватчиком. А если это другая страна, то он даже окажется прав.

Кстати говоря, а ведь если бы тут рядом был якорь, то показался бы и Жнец. Значит, Таран притащил меня совсем в другое место. Или Жнец просто не хочет показываться. Или не может.

Эта мысль заставила меня опустить хлысты. Капли рванули ко мне, обрадовавшись, что добыча расслабилась, но я тут же выжег их волной пламени и вышел с изнанки в реальный мир.

Осмотревшись, я всё так же не увидел никого и ничего живого. Я призвал крылья и взлетел повыше, чтобы оценить картину с высоты. Но чем выше я поднимался, тем больше во мне зрела уверенность, что я-таки в Антарктиде.

Ничем другим это место, покрытое снегом и льдами, не могло быть. Наугад выбрав направление, я полетел дальше. Снежные горы сменялись снежными же барханами, скалами и сугробами.

Через полчаса такого полёта я снова нырнул на изнанку. И сразу же ко мне примчался Таран откуда-то с глубины тени.

– Где мы, Таран? – спросил я питомца, оставшись в воздухе.

Вместо ответа он фыркнул и отвернулся. Через мгновение я поймал обрывки его мыслей – образы и ощущения, как было в самом начале с ним и Агатой, когда они ещё не умели разговаривать. В этих обрывках мыслей была лишь ледяная пустошь, пронизывающий ветер, разрезающий скалы, и трещина, похожая на разрыв реальности. Из этого разлома веяло голодом, будто само место хотело магии, жизни и силы.

Я наконец понял, что случилось. Таран принёс меня сюда, потому что это место напоминает его дом. Настоящий дом, тот, что на восьмом слое тени.

Став сильнее и взяв шестой класс, мой питомец пробудил инстинкты гроксов, заложенные в него при отделении энергии от «материнского» существа. Он почувствовал в этом месте близость к своим корням.

– Ты хотел скормить меня той голодной трещине, что появилась в твоих воспоминаниях? – спросил я, не сводя взгляда с морды Тарана. Если я прав, то он больше не сможет быть моим питомцем. Более того, мне придётся убить его, чтобы он не причинил никому вреда.

Таран вздохнул почти по-человечески и прислал мне ещё несколько образов. И все они были связаны с моим имением. Вкусные кристаллы света, мои когти, что чесали основание рогов и шею, Грох с его уроками нашего языка и моё пламя, в котором Таран грелся.

Я моргнул и посмотрел на него внимательнее. Таран видел во мне источник тепла, которого не было в ледяном и голодном мире восьмого слоя. Я был его солнцем в царстве вечной мерзлоты и жажды.

– Ты решил, что я смогу пройти в твой прежний дом, уничтожить ту трещину и согреть твоих сородичей? – поинтересовался я, нащупав нужное направление.

– Папе нужно отдохнуть, чтобы пройти в тень, – снова повторил он свои слова, которые теперь наконец-то обрели для меня смысл.

– А что ты понимаешь под отдыхом? – уточнил я.

– Люди мешают, заставляют тратить силы, – он упрямо мотнул головой. – Здесь нет людей, которые нападают на папу.

– Та-ак, – протянул я, обратив внимание на последнюю фразу. – А какие люди здесь есть?

– Такие же, как Таран, – он выдохнул чёрный дым из ноздрей. – Потерявшие дом. Только у Тарана есть папа, который подарил новый дом и дал тепло. А у них нет.

– Где эти люди? – мой голос слегка дрогнул, выдав волнение.

Я не боялся незнакомцев, но меня смущало то, что детёныш грокса испытывал сочувствие. Кем бы не были эти люди, Таран их жалел.

Теневой монстр с восьмого слоя изнанки жалел людей. Может он и не хотел, чтобы я шёл на восьмой слой? Может он хотел, чтобы я помог тем несчастным, к кому он испытывал эту самую жалость?

– Глубоко, – прогудел Таран. – Папа отдохнул?

– Папа отдохнул и размялся, – кивнул я. – Ещё и силы немного восстановил, пока сражался с мелочёвкой.

– Таран покажет папе людей, – питомец мотнул головой, указывая на свою спину.

Я опустился на неё и убрал крылья. Таран подрос, и теперь я мог при желании даже лечь в полный рост на его спине, но вместо этого я сел удобно и ухватился за его рога. Он рванул с места и помчался, перескакивая через слои.

Через десять минут я понял, что расстояния здесь очень даже приличные. Примерно столько требовалось Тарану, чтобы добраться со мной от Тюмени до моего имения, а это почти двести километров. Хотя сейчас он скакал только через глубокие слои, что значительно сокращало расстояние.

– Таранище, а как ты вообще меня сюда притащил? – задумчиво спросил я. – Это же тебе полдня нужно было нести меня на спине. Ещё и при том, что я был без сознания.

– Папа держался крепко, – сказал Таран и, выскочив на четвёртый слой, замедлил бег.

– Хочешь сказать, что я сам держался за тебя? – уточнил я, окончательно запутавшись. Мне казалось, что я вырубился сразу после запечатывания разлома. Странно уже то, что я вообще нырнул в тень вместо того, чтобы вернуться на стену.

Таран остановился, и я спрыгнул с него на землю, которая на этом участке тени казалась живой. Она подрагивала и искажалась, будто не хотела пропускать нас дальше. Я посмотрел на Тарана и заметил на его шее свежие шрамы, похожие на следы от когтей.

– Таран? Ничего не хочешь сказать? – неужели я не отрубился до конца, и сам стремился попасть именно сюда?

Это многое могло бы объяснить. Только вот я не знал, почему мне было необходимо попасть в эту безлюдную ледяную пустыню. Со мной такое случалось в прошлой жизни, когда я отрубился после боя с ордами демонов, а через пару дней оказался в храме. Причём Лейн утверждал, что я прилетел на своих крыльях, якобы я слишком сросся с храмом и мог приползти домой в любом состоянии.

– Папа устал, но держался крепко, – повторил он, а затем посмотрел на меня. – Мы на месте.

– Если ты уже настолько хорошо понимаешь наш язык, да и говоришь не хуже, то называй меня хозяином, – сказал я. – Ты ведь знаешь, что я не твой папа.

– Хорошо, папа, – упрямо сказал он.

Я покачал головой и уже собирался задать следующий вопрос, как пол под нами задрожал ещё сильнее. Я покрутил головой и заметил, что изнанка не выглядит бесконечным бездонным простором, каким она всегда была. В двух шагах от нас находилась стена, сотканная из самой тени.

Причём она выглядела так, будто кто-то взял и отколол кусок изнанки. Края были неровными и изломанными. Я шагнул ближе и протянул ладонь, не касаясь острых краёв.

Что-то мне это напоминало. Точно! Маргарита Шаховская называла такие места теневыми карманами, а в моём мире это были карманы низкой реальности, где практически нет перехода между изнанкой и реальным миром.

Только в моём мире всё пространство занимала тень, выходящая в реальность, а здесь всё было наоборот. Здесь будто реальность вторглась на изнанку.

Посмотрев на Тарана, я увидел его готовность идти дальше и шагнул в проём между стенами изнанки. Земля под ногами слегка провалилась, но тут же вернулась в то же состояние. Она была похожа на резиновое покрытие беговой дорожки на полигоне.

Изнанка вокруг меня тоже сжималась. Края изломанных «стен» ползли навстречу друг другу, словно сжимающиеся челюсти гигантского чудовища. Таран невозмутимо шагал рядом со мной, поглядывая по сторонам.

– Знаешь, на что похожи эти стены? – спросил я, разглядывая местность, которая действительно казалась чем-то средним между изнанкой и реальностью. – Они похожи на теневые зубы. Так и жду, что они сейчас захлопнутся и отрежут путь назад.

– Ты угадал, – услышал я свистящий шёпот, который доносился сразу с нескольких сторон.

– Кто вы такие? – спросил я, пытаясь отыскать людей взором.

Странное дело, мой взор выхватывал всплески энергии, которые не только гасли и появлялись снова, но и перемещались с какой-то нереальной скоростью. Со мной решили поиграть в прятки?

– Мы – те, кто тебя уничтожит, – слова невидимки отразились эхом от стен, которые тут же схлопнулись за моей спиной. До меня донёсся противный скрежет, а затем наступила тишина.

– Ну попробуйте, – я достал из кольца молот и прокрутил его в руках.

Пусть Таран хоть обжалеется, но я не собираюсь стоять и ждать, пока кто-то пытается меня убить. Питомец покосился на моё оружие и раскрыл пасть. Его рёв разнёсся по всему участку тени, отразился от стен и чуть не оглушил меня.

– Гроксы? Здесь? – голосов стало несколько. – Пришли за нами? Зачем? Мы же с ними договорились…

– Эй, – я помахал молотом. – Покажитесь уже.

– Кто ты такой? Почему с тобой гроксы? – спросили два разных голоса. Вопросы так и сыпались, причём я точно знал, что говоривших несколько, но они будто подхватывали и продолжали одну и ту же мысль. – Как нас нашёл? Что тебе нужно?

– Меня зовут Константин Шаховский, я глава графского рода Шаховских, – громко сказал я. – Грокс рядом со мной – это мой питомец. Он привёл меня сюда, сказав, что вам нужно помочь.

После моих слов наступила тишина. Я буквально кожей ощущал, как меня сканируют. То, что передо мной тёмные маги, я понял сразу. Никто другой бы не выжил в теневом кармане. Как и не смог бы вообще попасть сюда.

Вопрос был только в том, почему тёмные оказались здесь. От кого они прячутся и на чьей стороне?

– Шаховский? – этот голос отличался от других. Он казался старше и глубже. – Докажи.

Я поднял вверх руку с фамильным перстнем и медленно покрутил ладонью, чтобы кольцо было видно со всех сторон. В течение пары минут ничего не происходило, а потом теневые стены разошлись в стороны, и я увидел то, от чего даже мне, опытному и закалённому в боях воину, стало не по себе.

Мне не показалось, что последний говоривший звучит иначе. И дело было не в том, что этот тёмный был более грозным или опытным. Просто он был единственным взрослым среди целого выводка детей.

– Какого демона здесь происходит? – спросил я, перебегая взглядом с одного ребёнка на другого. Всего их было девять, самому младшему на вид было около шести лет, а старшему – не больше двенадцати.