Текст книги "Развод. Я все еще люблю (СИ)"

Автор книги: Евгения Вечер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

16. Устала…

Мама поворачивается ко мне, а я поджимаю пальцы на ногах до боли. Слезы бегут по лицу, ловлю бледными пересохшими губами воздух.

– Успокойся, – требовательно просит мать, и меня парализует отчаянием. – Сейчас спустится Катя, не нужно ей видеть твои истерики.

Все, как в далеком детстве. Мама ругалась на меня за проступки и наказывала, а потом добивала фразой "ты должна быть мудрой и подавать сестре пример". Зато Катю никогда не ругали. И когда моя сестра тоже попробовала сигареты, в этом обвинили меня! Мол, это я ее научила…

Я устала.

Устала от Кати.

За прошедшие дни я только и делаю, что живу чужой жизнью. Радуюсь за сестру, не даю ей лишнего повода, чтобы нервничать, стараюсь не раскисать и вру, что я впорядке.

Но я далеко не впорядке!

У меня душа сгорела и остались только черные дымящиеся угольки. Мне хочется забиться в угол, спрятаться от всех. Чтобы никто не трогал. Но я же старшая сестра. Я – пример!

– Надя, тебе стоит взвесить, справишься ли ты одна с двумя детьми? Я переживаю за внуков! Да и вспомни, что стало с тетей Ларисой, которая не сумела сохранить брак!

– Не сравнивая меня с ней, прошу, – испуганно лепечу.

– Это мужикам легко! От жены избавились и гуляют! – продолжает мама. – И детей бросают, и забывают, что когда-то женаты были.

– И что ты предлагаешь? В ноги Рогову упасть? Умолять, чтоб со мной остался? – цежу сквозь зубы, а по спине озноб.

– Женщина должна быть мудрой!

– Ну вы чего здесь? – Катя сбегает с лестницы, смотрит на меня пару секунд не моргая, а затем переводит взгляд на маму. – Что произошло?

– Чай будешь? – как ни в чем не бывало улыбается родительница.

– Буду.

– Пойдем на кухню, Наде нужно подумать над своим поведением.

Каждое слово – хлесткая пощечина.

А чего я ждала? Поддержки? Черта с два!

– Мам, ты что Наде наговорила? – слышу шепот Катьки.

– Милая, твоя сестра совершила большую ошибку. Подала на развод. Разрушила брак.

Запрокидываю голову, глубоко дышу. Опять тошнота накатывает.

– Так Дима ей изменяет! С молодой девкой! – немного громче возмущается Катя.

– И что? – спокойно отзывается мать. – Измена – это не повод рушить семью.

Встаю с кресла, накидываю пуховик и вылетаю на морозный воздух. Лицо горит огнем, а сердце колошматится бешено, того и гляди ребра проломит.

Сажусь за руль Катиной машины. Как хорошо, что она ключи оставила на тумбочке, и я вовремя их заприметила. Это просто мое спасение!

Позорно сбегаю, поджав хвост. Я знала, что примерно так оно и будет. Мама не поймет, не будет успокаивать меня. Она последний человек, к которому я бы обратилась за помощью. Но и Катя меня уже достала! Со всей этой беременной ерундой и советами, которые я не просила.

Наверно, во мне начали бушевать беременные гормоны… иначе откуда эта обида на весь мир?

Забегаю в квартиру, и с порога раздается громкое:

– Вы уже приехали?

Молча захожу в комнату, вытаскиваю свой чемодан. Из потайного кармана выуживаю конверт, который Дима передал. Хочу еще раз пересчитать деньги и взвесить, смогу ли хотя бы пару месяцев снимать квартиру. Замираю с купюрами в руках.

Ася проносится мимо меня и забирается на кровать с пультом от телевизора.

– Папа, мутики!

Андрей входит следом и смотрит на меня с хитрой улыбкой.

– Тут не хватает, – растерянно бормочу я, тряся в руках конверт и заглядывая в довольное лицо мужа моей сестры.

– Да, я взял с тебя плату за проживание, – бросает сухо и, наконец, включает нетерпеливой Аське мультфильм.

На экране пляшет Фрекен Бок, приговаривая "а я сошла с ума!", а у меня такое ощущение, что с ума сошла я.

– Андрей, какую плату? Ты… ты… – слово вертится на языке, но я не решаюсь сказать его при ребенке.

– А ты думала, пришла на все готовенькое, ешь тут за наш счет, электроэнергию тратишь, воду, и я промолчу? Катя не работает, у нас второй ребенок вот-вот родится. А я не такой богатенький, как твой муж, – Селезнев прищуривает глаза и дышит на меня жаром. – Прости, забыл. Бывший муж! – добавляет едко.

А у меня сердце удары пропускает и перед глазами все меркнет. Я снова вспоминаю тетю Ларису… Не хочу, как она…

– Какая же ты сволочь, Селезнев, – выдыхаю с горечью и спешно прохожу мимо него.

– Надь, ты не обижайся. Просто сама видишь, в каких условиях нам жить приходится!

– Я не хочу с тобой говорить, – бросаю на ходу и дверью хлопаю.

Жалко его. Жадный мужчина – горе в семье. И Катю немного жалко.

Сижу на лавке в соседнем дворе и листаю интернет объявления по сдаче квартир. Договариваюсь посмотреть дешевую однушку, мысленно готовлюсь к тараканам и прочей живности. Мне не привыкать. Мы с Димой жили в подобных условиях.

Я справлюсь.

Только что делать с детьми, когда они появятся на свет? Двое. Крошечные розовощекие пупсы, которые должны были расти в идеальной трехкомнатной квартире в центре города, учиться в лицее и непременно радовать маму и папу.

А теперь и папы никакого нет…

Меня накрывает волной отчаяния и боли.

Что я смогу дать малышам сама?

Смахиваю слезы и смотрю в экран резко завибрировавшего мобильника.

Неизвестный номер… выдыхаю и отвечаю на звонок.

– Надежда Михална, добрый день! – мужской низкий голос кажется знакомым, но я никак не могу понять, где же я его слышала.

17. Так хочется поверить

Вхожу в кафе с чемоданом и издалека замечаю Костю. В будний день он единственный посетитель, если не считать молодую пару, которая, видимо, прогуливает учебу.

– Надежда Михална! – расправляет руки для объятий, а я неуютно ежусь.

– Это лишнее, Константин, – выговариваю четко, паркую чемодан и бросаю пуховик на стул, сама приземляюсь на соседний. – О чем вы хотели поговорить?

Грач суетится и заметно нервничает. Странно для начальника охраны.

– Надежда Михална, только не говорите Дмитрию Романовичу, что мы с вами встречались, – трет нос и смотрит на меня с волнением.

– Константин, я не видела мужа больше недели. Вы, наверно, в курсе, что нас с Дмитрием ждет развод?

– В курсе, – бубнит мрачно, его и без того черные глаза становятся еще темнее. – Я об этом и хотел поговорить.

Изгинаю бровь в немом вопросе.

– Надежда, – выдыхает он, но мой строгий взгляд вынуждает его продолжить, – Михална.

Опускает голову и стучит длинными пальцами по столу.

– Да говорите уже!

– Дмитрий Романович не виноват. Малолетняя шалава его соблазнила, а чтоб наверняка, добавила ему в кофе вещества!

– Вещества? – охаю я и вжимаюсь в спинку стула.

– Да. Возбуждающие! Он хотел бы сдержаться, но не смог. И та девка… он ее уволил! Он вас любит! Только вас.

Медленно моргаю, стараясь сфокусировать взгляд на лице Константина. Меня опять мутит от запахов с кухни.

– Надежда Михална, вам плохо?

– Все нормально, – встаю из-за стола. – Закажи мне черный чай и что-нибудь сладкое. Ладно?

– Ага.

Быстрым шагом иду в сторону уборной. Тут оказывается открыто окно, и я встаю рядом, дышу ледяным воздухом и успокаиваюсь.

Вещества в кофе… не виноват… соблазнила.

Все это кажется сладкой ложью, но мне так хочется в это сейчас поверить.

Чтобы не терять то, что строилось десять лет.

Чтобы дать моим детям отца. Уверена, Дима будет отличным папой. Любящим, заботливым, мудрым.

Только вот как муж он меня очень подвел. Смогу ли я опять доверять, если даже его измена была случайностью?

Ведь если возбуждающие вещества и были в кофе, они же не могли отключить Диме рассудок? Он прекрасно понимал, что делает и куда пихает свой половой орган!

Становится зябко. Обнимаю собственные плечи и поднимаю лицо вверх, чтобы не расплакаться.

Я хочу к нему. В его объятия.

Я соскучилась до безумия.

Но стоит только вспомнить ту рыжую девку, которая скакала на моем мужчине, и вновь накатывает лютая ярость.

Возвращаюсь в зал. Грач смотрит в окно задумчиво, а затем переводит взгляд на меня.

– Надежда Михална, я вам все заказал. Чай и тирамису. Скоро принесут.

Присаживаюсь.

– Спасибо.

– Вы простите Дмитрия Романовича?

– Нет.

– Как это, нет? Я же вам говорю, он не виноват!

– Константин, вам не кажется, что вы влезаете ни в свое дело?

– Нет. Дмитрий Романович мой друг. Хочу и буду его защищать!

Официантка кокетливо смотрит на Костю, когда ставит мой заказ ему под нос.

– Спасибо, – буркает он и пододвигает чашку с угощением ко мне.

Пробую тирамису. Кофейный сладкий вкус успокаивает. И даже не тошнит.

– Надежда Михална, раз мне не верите, вы хотя бы с мужем поговорите. Развод это серьезный шаг. Нельзя так сразу. Нужно обдумать.

А вот теперь опять тошнит.

– Я уже все решила, – качаю головой.

А мое ли это было решение? На развод меня буквально заставила подать Катя. Хоть я и понимаю, что так правильно. Ну какая семья после измены?

– Да блин, ну Надежда Михална! Неужели, вы совсем не любите Рогова? Почему вы такая?

Вздрагиваю от его вопроса и замираю с ложкой во рту.

– Какая?

– Холодная!

Пожимаю плечами:

– Потому что Рогов меня предал?

– Это не считается! Он не хотел!

Закрываю глаза и шумно выдыхаю.

– Кость, послушай. Во-первых, я не верю, что молодая девушка могла так поступить. И вещества подмешать, и соблазнить… Ей лет то сколько? Нахрена ей старый сорокалетний Дима, м?

– Да блин!

– Во-вторых, даже если она реально подмешала вещества, неужели возбужденный Дима не мог поехать домой, где его ждал романтический ужин в честь десятой годовщины свадьбы и жена в кружевном белье?

Грач сглатывает. Его кадык прокатывается под кожей.

– Ну Надежда Михална, блин! – с досадой цокает и отворачивается.

– Ты защищаешь человека, который разрушил семью! Который практически убил меня своей изменой! – голос начинает дрожать.

Костя разочарованно вздыхает, а я отпиваю чай и улыбаюсь сквозь боль.

Как бы тяжело не было, я больше не дам себя в обиду и не позволю манипулировать. Ни мама, ни сестра, никто не сможет навязать мне свое мнение!

Поднимаю глаза ко входу в кафе и встречаюсь с рассерженным взглядом русоволосой женщины в чудной меховой шапке.

За пару крупных шагов она оказывается рядом и стучит Константина по голове маленькой сумочкой.

– Вот ты где! Козел!

18. Вот это женщина!

– Ай! Зоя? Да блин! Зойка, кончай! – вскрикивает Грач, прикрывая голову руками.

Но женщина не унимается и только сильнее лупит его сумкой.

– Я, значит, дома должна сидеть, ждать тебя, а ты тут с бабами гуляешь!

– Да Зой, с какими бабами?

– С такими! – озлобленный взгляд Зои мажет по мне, и я покрываюсь мурашками.

Вот это женщина!

– Ты изменяешь мне, подлец? – вскрикивает, и сумка опять идет в бой.

Вот она – правильная реакция на измену. Отлупить как следует предателя! А я стояла и обтекала, глядя в глаза неверному мужу. Все, что смогла, так это пощечину отвесить.

А Зоя молодец. Только заподозрила своего мужика в неверности, и тут же наказывает.

– Зой, ты с дуба упала? – Грач встает и расправляет плечи. – Это Надежда Михална, жена моего начальника.

– Да мне плевать, кто она и как ее звать! – шипит.

– Остынь, родная!

– Костя, что у тебя с этой шваброй тощей?

От возмущения я широко распахиваю глаза, но молчу. Как бы и мне не досталось.

– Ни-че-го! – по слогам чеканит Грач. – Я ж говорю, она замужем.

Зоя изучает мои пальцы, сложенные на чашке с душистым чаем.

– А чо это у нее кольца нет? – смотрит мне в глаза. – Что, сучка, нравится к чужим мужикам в койку прыгать?

– Зоя, вы все не так поняли, – выговариваю онемевшим от волнения языком и нервно прикусываю губу.

– Ну-ка, что я не так поняла?

Зажмуриваюсь. На глазах выступают слезы. Почему я не такой танк, как Зоя? Даже сейчас, когда ни в чем не виновата, мне не по себе. И сердце часто бьется.

– Да что за цирк такой! – вскрикиваю я и встаю, равняюсь с женщиной и смотрю в ее злые глаза. – Это мой муж мне изменяет. И не так, сидя с другой женщиной в кафе, а реально. Я видела, как он трахает другую. Своими глазами видела! Это я должна истерить и кидаться на всех подряд! А вы что, за руку своего Костю поймали на измене? В чем вы вообще меня обвиняете?

Слезы бегут по щекам, и я задыхаюсь. А Зоя тяжело и шумно дышит.

– Господи, прости! – неожиданно сгребает меня в свои объятия и успокаивающе стучит по спине.

Сквозь пелену слез смотрю на Грача, который совсем потерялся и даже моргнуть боится.

– Милая, кошмар то какой! Как же он посмел!? Ты же и умница, и красавица! Костя мне про тебя столько рассказывал. Про семью твою, про тебя, про Рогова! В пример ставил… А сейчас…

– Не знаю, Зоя, я не знаю.

– Ладно, не раскисать! Жизнь закончилась на этом? Нет! – освобождает меня от крепкого сплетения своих рук, снимает меховую шапку с шубой, буквально бросает свои вещи в сторону Кости. – Садись, Надюша, поболтаем!

От Зои веет душевным теплом, и пахнет от нее ладаном. Я сажусь рядом с ней, смотрю в ее светлые глаза и чувствую, что могу высказаться. И не так, как с сестрой, а поплакаться в жилетку по-настоящему. Все вывалить, что на сердце мертвым грузом.

– Костя, не стой как столб! Закажи нам еще вот этого! – кивает в сторону моего тирамису. – Ты еще будешь?

– Буду.

– Еще три порции. И чай.

Грач уходит в сторону кухни на поиски пропавшей официантки, а Зоя пытливо смотрит на меня.

– Ну, милая, ты как?

– Плохо.

– Костя сученыш! Даже не сказал, что у тебя с мужем какие-то проблемы. Он обычно всем со мной делится, а тут как партизан, – гневно ругается, а затем сжимает мою ладонь. – Ну ладно тебе слезы лить, не поможет!

– Я поверить не могу, что муж так со мной обошелся, – обреченно качаю головой.

Зоя вздыхает.

– Мы же правда были хорошей семьей!

Смотрит мне в глаза растерянно.

– И я любила его!

– Ты говорила с ним?

– Нет.

– Зря, – заключает Зоя, а ее беглый взгляд проносится по моему чемодану.

Поджимаю губы.

Может, мне стоило хотя бы выслушать Диму, а не убегать сломя голову в неизвестном направлении.

– А ты чего это с чемоданом по кафе ходишь? – выдыхает ожидаемый вопрос мне в лицо.

– Жить негде. Договорилась квартиру посмотреть через час, снимать буду.

– Снимать? – голос Зои звенит от возмущения. – У меня есть свободная квартира в центре города. Можешь там пожить!

Хлопаю глазами растерянно.

– Зой, ты же видишь меня первый раз. Серьезно пустишь меня жить к себе?

– А что? – вскидывает подбородок и добродушно улыбается. – У меня есть чутье, Надь, я плохих людей за километр чую! А от тебя энергетика приятная.

Мои губы вздрагивают в несмелой улыбке:

– Спасибо.

– Я все равно у Кости живу, – отмахивается. – Плати только за счетчики. И живи сколько нужно.

– Спасибо, Зоя! – еще раз повторяю.

– Ваши сладости, – Грач ставит на стол стаканчики с тирамису и садится напротив.

Любуется Зоей, даже глаза блестят.

А мне остается только надеяться, что моя жизнь в Зойкиной квартире не обернется кошмаром. Ведь Константин обязательно расскажет Диме, что я теперь живу не у сестры.

И я боюсь представить, что будет, если мой без пяти минут бывший муж заявится ко мне в гости.

19. Романтичный маньяк

– Ну и дура ты, Надя! Я как лучше хотела! Поддерживала тебя, а ты вот так, да? – возмущенно трещит сестра в телефонную трубку, а я только виски потираю и вздыхаю.

В чем я виновата?

– Я тебя и на УЗИ с собой взяла, и сидела с тобой ночами на кухне, чтобы ты с ума не сходила! И в суд с тобой ездила, лишь бы тебе жизнь облегчить! А ты просто взяла и сбежала! Это твоя благодарность?

– Кать, – сильно жмурюсь и сердце кипятком обливается. – Мне нечего тебе ответить.

– Правильно мама про тебя сказала, что ты глупая! – выкрикивает резко, а дальше лишь три гудка.

Слезы душат, я накидываю пуховик и выхожу на балкон.

Квартира Зои, хоть и однокомнатная, но очень просторная и уютная. Сделано все со вкусом, без излишков. Свежий ремонт, хорошая кухня, цветочный принт на обоях – очень даже в стиле Зои.

Тот случай, когда по облику квартиры можно составить портрет ее хозяйки и не промахнуться.

Смотрю на заснеженный город с высоты девятого этажа, огоньки мигают. Компания молодых людей шумно гуляет под окнами. Уже стемнело, но яркие фонари освещают пространство как днем. Перевожу взгляд на свой безымянный палец, где когда-то было обручальное кольцо.

Все так красиво начиналось… Мой брак был похож на сказку. Я скучаю по тому времени, где мы с Димой были молодыми, влюбленными друг в друга и в жизнь мечтателями.

Мы познакомились в июне…

…Жаркий день сменился прохладным вечером. Я буквально вываливаюсь из кафе, где мы с подругами провели полдня за распитием белого вина и разговорами.

Таша рассказала, что ее парень сделал ей предложение, Лиля поделилась новостью о переезде в Питер, а Ленка поведала тысячи историй о своих неудачных свиданиях.

После ее рассказов страшно с мужчинами встречаться!

Выворачиваю из-за угла и вздрагиваю, когда мимо проносится бандит на мотоцикле. Его железный конь ревет мотором, а у меня сердце падает в пятки от испуга. Еще бы пара сантиметров и зацепил меня.

– Придурок! – бросаю ему в спину гневно, а он тормозит у кафе и снимает шлем.

Застываю на месте, зачарованно рассматривая незнакомца. Красивый, широкоплечий. В черном спортивном костюме с тремя полосками и острой щетиной.

– Вы впорядке? – скашивает губы в однобокую улыбку.

А я моргаю часто.

Боже, какие у него глаза… Как майская зелень, яркие и чарующие.

Он прищуривается.

– Ты что, немая? – усмехается.

– Нет! – кривлюсь от его вопроса и руки под грудью складываю в защитном жесте.

– А что молчишь? Я же задал вопрос! – медленно подходит ближе и протягивает мне массивную ладонь. – Я Дмитрий.

Растерянно поджимаю губы.

Я не знакомлюсь на улице. Мама учила, что нужно искать жениха в проверенных местах. Например, на учебе в институте или на работе. Или выбирать холостого друга у мужей моих подруг. А такие спонтанные знакомства – опасны.

И этот молодой мужчина кажется мне опасным и красивым до умопомрачения. И этот его мотоцикл крутой, и неземного цвета глаза, и черный модный костюм… и шрам на подбородке.

Он сто процентов бандит.

– Девушка, как вас зовут? – рассматривает меня откровенно.

Его липкий взгляд скользит по моих ногам и бедрам.

– Я не знакомлюсь на улице, – выдаю то, что вертится в уме.

– А где знакомитесь?

– Нигде. Я вообще не знакомлюсь.

Его глаза насмешливо блестят.

– Хотите я вас угощу ужином?

– Нет, спасибо, – заявляю твердо.

Мама рассердится, если узнает, что я с незнакомцем на улице так долго болтаю. Мне нужно уходить, но я не могу. Ноги буквально прилипли к пыльному асфальту.

– Может хотите прокатиться? – оголяет ровные белые зубы в улыбке. – Я дважды не предлагаю.

– Мне пора, я тороплюсь, – осторожно разворачиваюсь и на ватных ногах иду вдоль по улице.

Ветер налетает и задирает мою легкую юбочку.

Ловлю ее руками, щеки горят от стыда.

– Красивые трусики! – прилетает мне в спину. – Может, все таки, дадите мне шанс узнать вас поближе?

Оборачиваюсь и тяжело дышу от возмущения.

– Отвали! Придурок!

Молодой мужчина смеется и идет за мной.

– Давайте провожу.

– Вы что, маньяк?

– Похож? – играет бровями.

– Если честно, правда похож.

– Ну тогда вы точно от меня не отделаетесь. Буду вашим личным романтичным маньяком. Идет?

Я не согласилась, но Дима настоял и проводил меня. А мне было страшно и неудобно, поэтому я немного соврала ему в тот вечер и остановилась у соседнего дома. Не хотела, чтобы он знал мой адрес.

А утром следующего дня мой личный романтичный маньяк ждал меня у чужого подъезда с букетом полевых цветов и сырниками.

И так раз за разом. Его обаяние и невозмутимое "ты все равно моей будешь" быстро подкупили мою нежную романтическую натуру. Мы гуляли все лето вместе, а в сентябре он сделал мне предложение.

И я согласилась.

Мои родители были в шоке и выбор жениха не одобрили.

Но я была такая счастливая с ним. На съемной квартире, с малооплачиваемой работой и мечтой, что вместе мы сможем все и даже больше.

Если бы я тогда знала, что Рогов однажды предпочтет мне другую, я бы сбежала от него. Сделала бы все, чтобы не влюбиться в его красивые глаза и волевой характер.

Возвращаюсь в квартиру и расстилаю постель, завариваю себе ромашковый чай. Наконец-то у меня есть время, чтобы побыть в тишине и подумать о своих детях. Нужно что-то решать, устраиваться на работу срочно, чтобы потом получать хотя бы минимальные декретные.

Отпиваю горячую душистую ромашку, и именно в этот момент раздается стук в дверь.

С опаской крадусь, смотрю в дверной глазок и сердце падает в пятки, как оборвавшаяся кабина лифта.

Я так и знала…

20. Я разбил ее сердце еще раз

Грач сдал мне Надю с потрохами. Позвонил и рассказал, что моя женщина теперь живет в квартире Зои. Адрес Костя скинул смской, и я почти сразу выдвинулся.

Мы ведь и не поговорили нормально ни разу за эту неделю.

Стучусь в дверь, и холодный пот по спине катится. А если Наденька еще не готова к разговору? Вдруг все еще злится…

Я уже все осознал и выводы сделал. Никакие связи с другими женщинами не заменят мне того, что давала мне жена все эти десять лет. Ее любовь не сравниться ни с чем. Потому что она моя «та самая». Именно она дала мне веру в себя. Да такую, что крылья распахнулись за спиной. Я без нее никто. Я без нее не хочу… Но как это объяснить женщине, которую я предал и сердце которой разбил?

– Уходи, – глухой голос за дверью дрожит.

И меня всего начинает колошматить. Если бы я только мог отмотать время назад, зная, что могу потерять жену… никогда бы не притронулся к другой.

А в тот момент, когда был с Алиной в офисе тет-а-тет я совсем ни о чем не думал.

– Надь, впусти, давай поговорим.

– Рогов, мы поговорим в суде! – отвечает сухо и отстраненно.

Притворяется. Я же знаю, как ей сейчас тяжело.

– Надь, давай не будем разводиться, – осторожно выдаю сквозь зубы.

Сама мысль, что мы больше не будем семьей для меня подобна смерти.

– Не будем? – распахивает дверь, ее глаза сияют от возмущения. – И как же мы будем жить, Рогов? А? Ты будешь уходить на работу, а я сидеть дома и думать, кого ты на этот раз трахаешь?

– Надя…

– Да что Надя? – вскрикивает и руками разводит. – Ты меня предал!

– Я… не знаю, как это объяснить.

– А тут нечего объяснять, – надувает губы, нижняя дрожит. – Грач рассказал, что та малолетка тебе в кофе кое-что подсыпала.

– Да. У меня есть доказательства. Я отправлял тебе результаты экспертизы моего кофе, но ты ведь меня заблокировала, да?

– Ты думаешь, что возбудитель тебя оправдает?

– Надь… я так не думаю. Но это как минимум смягчающее обстоятельство.

– Что? – округляет удивленные глаза. – Я ждала тебя дома с вином, вкусной едой и в дорогом умопомрачительном белье. Я хотела забеременеть в эту символическую дату!

– Я уже не верю, что ты способна забеременеть, – выдаю слишком резко, и Надя вздрагивает.

Смотрит на меня проклинающим взглядом.

– Знаешь что, Рогов! До этого момента я еще думала, что однажды смогу тебя простить, но теперь… – собирается захлопнуть дверь, но я подставляю ногу.

– Надя! Дай мне еще один шанс! Прошу!

– Я сейчас полицию вызову! – голос жены вибрирует гневом.

Позади раздается шум, и я оборачиваюсь. Бабуля высунулась из-за приоткрытой двери, машет скалкой и смотрит мне в глаза с лютой злостью.

– Ты что к девушке пристал, хулиган!

– Она моя жена.

– Домашнее насилие значит! – взвизгивает бабушка.

Наденька пользуется моментом и дверь захлопывает. Слышу, как защелкивается замок.

Черт!

Пожилая соседка тоже дверь закрывает, и я остаюсь один на лестничной площадке. В гнетущей тишине слышу, как хрустят мои пальцы, когда яростно в кулаки их сжимаю.

Какой же я осел.

Ляпнул то, что думал. Ведь за десять лет не получилось у нас сделать ребенка. И точно не получилось бы в годовщину свадьбы. Чудес, к сожалению, не бывает. Однако обиду Нади я прекрасно понимаю.

Я всегда ее поддерживал. Сам не давал ей руки опускать и твердил, что рано или поздно у нас все таки получится, хоть внутренне смирился с жизнью без детей.

А теперь я разбил ее сердце еще раз. Сказал самое мерзкое, что только мог.

– Чего под дверью топчешься? Уходи! – бабуля опять показывает нос и скалкой грозит.

В голове только ветер. Как быть дальше – не знаю. У меня всегда был четкий план. Я каждый шаг планировал, чтобы достичь желаемого.

А теперь… когда сам все разрушил… не могу представить, с чего начать возводить мосты к жене? Тут "ты все равно моей будешь" не прокатит.

Наверно, нужно дождаться суда. Развесить. А там уже действовать и заново завоевывать сердце моей королевы Надежды.

Паркую тачку возле дома, а сам плетусь в ближайший бар.

Других способов расслабиться я не вижу. Дома алкоголь закончился, а магазины уже закрыты.

За барной стойкой мест полно. Занимаю стул в центре, заказываю виски со льдом.

Башка болит, как будто мне кто-то ржавую иглу ввинтил в черепушку.

– Молодой человек, – слышу голос рядом с моих ухом. – У вас не занято?

Блондинка с большими голубыми глазами медленно хлопает ресницами.

– Не занято, – буркаю отстраненно.

– Вы тут один? – занимает соседний стул и глаз с меня не сводит.

Бегло осматриваю незнакомку.

Красивая. Похожа на мою Надю в молодости.

– Девушка, я не знакомлюсь.

– А меня не интересует знакомство, – улыбается кокетливо и выправляет плечи, выкатив груди. – Я предлагаю вам ночь без обязательств.