Текст книги "Развод. Я все еще люблю (СИ)"

Автор книги: Евгения Вечер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

44. Двадцать недель

– Ну, что там? – буквально набрасываюсь на Диму с расспросами, когда он заходит в квартиру.

– Надь, я только с работы. Голодный, уставший, – бубнит себе под нос.

Я понимаю. Начался строительный сезон и у мужа… у бывшего мужа… голова кипит от этого.

– Дим, результат пришел? – требовательно смотрю в его лицо.

– Я же заранее предупреждал каким будет результат, – выдыхает устало.

– Значит, отец этого ребенка все таки ты?

– Нет.

Вздрагиваю. Не понимаю, почему Рогов такой упрямый и не говорит мне правду?

Мы же все обсуждали и ни раз. Если Алина беременна от него, то он платит только алименты.

Запрещаю себе думать, что Рогов может снова меня обмануть и что-то сотворить за моей спиной.

– Покажи результаты!

– Наденька, ромашка моя, что ты хочешь там увидеть? – наступает на меня, а я ладони перед собой ставлю и упираюсь ими в его широкую грудь.

– Что ты не отец.

– Такая бумажка будет позже. Просто верь мне. И хватит думать про это! – гладит меня по щеке тыльной стороной ладони. – Помнишь, мы говорили недавно о командной игре?

Киваю. Чувствую, как непрошенные слезы начинают щипать глаза.

– Мы с тобой в одной команде, Надя? – смотрит гипнотизирующе.

– Д-да.

– Просто верь мне. Больше ничего не прошу.

– Я верю, Дим.

– Ты лучше подумай, что малышам нужно, – гладит теплой ладонью мой круглый живот. – Напиши список. В выходной поедем вместе в торговый центр.

Двадцать недель. Экватор беременности. Малыши уже во всю пинаются.

Вот и сейчас, почувствовав ласковое прикосновение, детки просыпаются и лениво толкают меня в бока.

– Как они там умещаются… – Рогов довольно улыбается.

– Нам скоро на УЗИ. Ты ведь поедешь тоже? – поджимаю губы, боясь получить отказ.

Так каждый год. Лето очень загружено у Димы. А осенью мы всегда летали заграницу, чтобы выдохнуть.

В этом году не получится… я вряд-ли получу радость от путешествия, когда мой живот на лоб полезет. Он уже огромный! Что будет через пару месяцев и представить страшно.

– Надь, конечно я поеду, – целует в лоб. – А ты что-нибудь приготовила?

Опускаю глаза в пол.

– Не успела, – вздыхаю.

Я весь день провалялась в кровати за просмотром сериала. А вечером чуть-чуть посидела за компьютером. Нашла себе удаленную подработку.

– Я закажу доставку, – обнимает меня, продолжая наглаживать ходящий ходуном живот.

– Давай устроим романтический ужин, Дим, – воодушевляюсь.

– Отличная идея.

Вечер проводим как в старые добрые времена. В такие моменты я окончательно забываю, что было предательство, и мир более жесток, чем мне хотелось бы.

Когда ложимся в постель, мой мужчина тут же закрывает глаза и проваливается в сон, а я еще долго ворочаюсь, пытаясь найти удобную позу. И липкие мысли возвращаются вновь.

За все это время у нас так и не было близости. Дима будто бережет меня беременную и совсем не пристает. И я первый шаг не делаю.

И это меня гложет… потому что каждое его прикосновение отзывается в моем теле, и я уже давно готова полностью вернуть насыщенную семейную жизнь.

Но первый шаг за ним.

Утром провожаю своего мужчину на работу, Пушинка ластится к нему, мяукает.

– Дим, нам нужен совместный ленивый выходной, – грустно улыбаюсь.

– Как только будет готов проект, – целует меня невесомо в щеку и машет рукой на прощание.

А я быстро расправляюсь с домашними делами и собираюсь в кафе.

Сегодня договорились с Зоей пить чай с десертом не дома, а в красивой обстановке.

– Привет! – обнимаю подругу, как могу.

Малыши в животе тоже приветственно пинаются.

– Ну, привет, дорогие! Как вы?

– Вчера пришли результаты ДНК.

Зойкины светлые глаза моментально мрачнеют:

– И что там?

А я обреченно качаю головой, а внутри нарастает болезненная дрожь.

– Надь, не нервничай. Вдох, выдох!

Дышу под указания подруги.

– Вот так, – усаживает меня на удобный диванчик, сама устраивается напротив. – Значит, результат положительный, – заключает с досадой.

– Дима говорил, что так будет, – пожимаю плечами, щеки горят.

– Ты все равно веришь ему? Ну, что ребенок не его?

– Я не знаю, чему верить.

– Сколько же в тебе силы, Надя! Смотрю на тебя и не перестаю удивляться!

– Да ладно уж, силы…

– Нет, честно! – Зоя руками разводит. – Я бы Грача уже убила. Потом воскресила. И опять убила бы. Раз пять! А ты… ты ждешь, веришь, любишь.

– Мне тоже иногда хочется кого-нибудь убить, – закрываю глаза. – Гормоны бушуют.

– Я так рада, что мы с тобой дружим, – Зоя накрывает мою руку своей. – Ты учишь меня терпению, Надя.

Смотрю на нее с непониманием.

– У меня не получается забеременеть, – признается Зоя и жмурится.

– Проверялась?

– Говорят, что все в норме, – плечами пожимает. – А Грач говорит, что ты с мужем десять лет ждала. И мы должны ждать.

– Все получится! – подбадривающе.

После того, как я узнала о своих малышах, у меня появилось право верить в чудеса.

– Надь… – Зоя выдыхает. – А ты уже знаешь пол детей?

– На следующей неделе узнаю.

– А ты кого будешь делать крестной? – осторожно осведомляется Зоя, затаив дыхание.

– Я думала об этом. И у меня есть прекрасная кандидатура.

45. Что-то большее, чем любовь

– Сейчас узнаем, кто там у вас, – с улыбкой произносит Клавдия Леонидовна и перемещает прибор по моему животу.

Прохладный гель скользит по коже, и я покрываюсь мурашками.

Дима суровый и мрачный. Смотрит в экран не отводя глаз. Сжимает мои пальцы в своей большой и теплой ладони, дышит шумно.

– Вы сами кого хотели бы?

– Дочерей, – отзывается мой бывший муж, и я расплываюсь в улыбке.

– А я надеюсь, что малыши будут разнополыми, – отвечаю тихонько.

– Смотрим, – Клавдия Леонидовна водит стрелкой, указывая на пятна на экране. – Кто это тут?

– Мальчик? – загораюсь от счастья.

– Да. Это мальчик! Вот у него сформировавшиеся мужские половые органы, – объясняет врач.

– Сын, – лепечет Дима, и я замечаю на его глазах скупые слезы.

– Папаша сегодня на успокоительных? Что-то не сильно радуется… – с доброй усмешкой выдает Клавдия Леонидовна.

– Он просто дочерей хочет…

– Надь, как мы сына назовем? – Рогов ко мне наклоняется и невесомо целует меня в лоб.

– Подожди, – отмахиваюсь. – Нужно узнать пол второго ребенка.

Врач задумчиво водит прибором по моему животу и вздыхает:

– Сегодня, видимо, не узнаем.

– Почему?

– Малыш к нам попой повернулся. Не хочет показывать, кто он. Стесняется!

– Значит, точно девочка, раз стесняется, – Дима выдает ослепительную улыбку.

– Может, подождать? Повернется еще… – шепчу с досадой.

– Попробуйте походить. Шоколадку скушайте. И приходите через полчаса, я посмотрю еще раз.

Все делаем, как сказала Клавдия Леонидовна. Мой мужчина в магазин успевает сбегать за шоколадным батончиком. А я хожу по коридорам клиники и мысленно уговариваю малыша дать доктору посмотреться.

Очень надеюсь, что девочка…

– Надь, как сына назовем? – не унимается Дима.

А я шоколадку ем, и в животе настоящая дискотека начинается.

– Алексей, – поднимаю на мужчину недовольный взгляд.

– Почему Алексей? Как твой дядя? Надь, это не лучшее решение, – Дима хмурится. – Я считаю, что нужно назвать Сергеем.

– Дим, нужно сначала дождаться, когда будет известен пол второго малыша.

Клавдия Леонидовна повторяет процедуру, я снова покрываюсь мурашками от холодного геля.

– Ну вот, – с разочарованием. – Теперь и мальчик отвернулся.

– Вот засада… – бубнит Дима.

– Ну ничего, в другой раз, – расстроенно вздыхаю.

Дима тоже немного расстроен. Когда садится за руль, долго молчит. И я ни слова не говорю. Смотрю в окно, глажу живот. Что-то я уже устала за сегодняшний день.

А впереди еще покупка коляски и встреча с Костей и Зоей.

К вечеру переодеваюсь в вечернее платье, придирчиво осматриваю свое отражение, подкрашиваю губы, прическу поправляю.

– Красивая, – Рогов появляется за моей спиной и осторожно целует в плечо.

Жаркая волна скользит по позвоночнику и отзывается возбуждением.

– Дим, – поворачиваюсь к мужу и смотрю в его зеленые родные глаза. – У тебя кто-то есть?

– Что ты имеешь ввиду? – хмурит брови, лоб покрывается сеткой морщин.

– Дим… – опускаю голову и глупо улыбаюсь. – У нас нет близости.

– А ты хочешь? – берет пальцами мой подбородок и заставляет снова посмотреть в его строгие глаза.

– Ты с кем-то спишь, да? Поэтому у нас ничего нет?

– Глупенькая моя ромашка, – прижимает к себе. – Прости…

– Не пугай меня! – пищу взволнованно.

– Надь, я думал, что тебе самой до себя сейчас. Ты ведь сама говоришь, что под вечер у тебя уже сил нет.

– Если что, на это силы есть.

– Я тебя понял, – шепчет, обдавая мою шею горячим дыханием. – И я ни с кем не сплю. Я знаю, что ты не доверяешь мне так, как прежде, но…

– Я стараюсь, Дим, – перебиваю его пламенную речь. – Пойдем, нас ждут Зоя и Костя.

В ресторане уютно и тепло, нас встречают радостные друзья. Тоже нарядились.

Костя в черной рубашке и брюках, а Зойка в синем платье с цветочным принтом. Красавцы Грачи!

Мне не хватало этого в браке. Таких простых теплых встреч с близкими людьми. У меня ведь и такой искренней подруги не было… только сестра. Но Катя не такая светлая и простая, в ней есть ложка высокомерия и зависти.

А Зоя… Зоя мой человек.

– Не терпится узнать, кто там у вас! – щебечет подруга, когда ждем заказанные блюда.

– К сожалению, получилось немного не так, как мы хотели, – опускаю голову.

– Что не так? – напрягается Зоя.

– Узнали пол только одного ребенка, – отвечает Дима, а я живот обнимаю. – Один из двойняшек – мальчик.

– Мальчик! – Костя сияет радостью, будто это Зоя скоро подарит ему сына. – Поздравляю!

– Значит, второй тоже мальчик, – выдыхает моя подружка. – Ну, ничего, потом за девочкой сходите! А я тут вам подарок приготовила.

Зоя зарывается в своей большой сумке, стреляет в меня трепетным взглядом и медленно достает из-под стола вязаный детский комбинезон голубого цвета.

– Своими руками, – заявляет с гордостью. – Я потом второй свяжу. Только скажи, голубой или розовый!

– Зоя… – шепчу, а на глазах слезы.

– Ну, Надя! Сырость не разводи! Иначе я тоже заплачу!

– Зоя!

– Надя!

Встаем и обнимаемся крепко. Детки в моем животе пинаются, а мы обе шумно всхлипываем. У меня гормоны бушуют… А моя Зоя меня поддерживает, поэтому тоже плачет.

– Теперь придется идти в уборную и поправлять макияж! – Зоя смахивает с щек влагу.

В уборной у зеркала я опять застываю, глядя на себя. Беременность, кажется, сделала меня еще красивее. По крайней мере у меня точно глаза сияют.

– Надь, а я знала, что вы с мужем помиритесь, – с толикой коварства улыбается Зойка.

А к ней поворачиваюсь:

– Потому что мы любим друг друга и это заметно?

– Нет, – огорошивает меня резким ответом. – Обычная любовь бы сдохла после предательства. У вас что-то большее.

Я думаю об этих словах весь вечер. Зоя права. Не каждая смогла бы верить, как я. И не каждый бы захотел исправить ошибку, как Дима.

Проще ведь уйти к любовнице, чем вернуть доверие.

Как только мы с Димой возвращаемся домой, я уже в прихожей медленно расстегиваю свое платье.

– Сейчас? – томным шепотом спрашивает муж, приближаясь ко мне.

Пульс набирает скорость, и я ощущаю жар по всему телу.

Нам обоим это нужно.

Молча целую родные губы. Страстно. Призывно.

А после увлекаю бывшего мужа за собой в спальню.

46. У меня на крючке

С утра я еду в клинику, чтобы узнать пол ребенка. Нервно так, что пальцы дрожат и ноги идти отказываются.

После истории с матерью мне очень важно, чтобы был именно сын.

Скорая помощь вколола ей что-то, женщина отлежалась, обматерила меня и просто уехала домой! Но с ее слов я поняла, что помощи от родителей больше не будет.

Хотя они и так в моей жизни почти не участвовали.

Но если раньше меня хотя бы ждали дома, то теперь мне закрыта дорога в родные края. Не больно то и хотелось возвращаться, но все же родительский дом был местом, куда я всегда могла поехать в случае реальных проблем.

Мать взбесилась, обозвала меня дешевой подстилкой, а ребенка – нагулышем.

А когда-то мама называла меня красавицей, которая достойна лучшей жизни. Только вот в ее понимании для этой "лучшей жизни" я должна была быть как соседская Машка. Зубрилкой – отличницей, которая от слова член краснеет.

Есть более простые пути к хорошей жизни, и я нашла один из них.

Ложусь на кушетку, и женщина начинает водить по моему животу аппаратом.

– Беременность соответствует сроку, ребеночек…

– Мне не интересно. Лучше скажите, у меня сын? – перебиваю и смотрю в глаза врачихи.

Та шумно вздыхает и вновь рассматривает экран.

– Это девочка, – сообщает безэмоционально.

– В смысле, девочка? Вы хорошо посмотрели? – чувствую, как накатывает злость.

– Давайте вместе смотреть, – поворачивает экран ко мне. – Вот, видите? Длинный разрезик. Это женские половые органы.

– Нет, – шепчу, закрыв глаза.

Сердце опускается в желудок и неприятно ухает там.

– Мне нужен мальчик! – рычу, стиснув зубы. – Скажите, что там сын!

– Девушка, успокойтесь! Вы молодая, здоровая. В следующий раз родите сына. А сейчас у вас будет девочка.

– Мне не нужно в следующий раз, мне сейчас нужно, – сгибаю пальцы на ногах до хруста.

Что теперь делать?

Это катастрофа!

Сжимаю в руках снимки УЗИ и выхожу из клиники. Паша стоит у входа, ждет меня.

– Ну, что там? – с наглой улыбкой спрашивает Власов.

А я вручаю ему снимки и ненавидящим взглядом смотрю на него в упор.

– Поздравляю, Паша! Ты настолько жалок, что даже не смог заделать сына!

– У нас будет девочка?

– У нас? Паш… – смеюсь в его лицо. – Ты еще на что-то надеешься?

Он мнется. Взгляд на мгновение становится стеклянным.

– Я больше не буду тебе помогать, – выдает холодно и снимки УЗИ мне возвращает.

– А мне больше и не надо! Так себе из тебя помощник! Даже пацана заделать не смог!

– Идиотка, – шепчет, закрыв глаза. – Зачем я вообще с тобой связался?

– Это ты виноват! Рогов теперь ничего не купит мне. И денег больше не даст!

– Как же ты мне надоела, Алина. Вот тут уже сидишь, – прикладывает руку к горлу. – Аж тошнит!

– Это ты недомужик! Нормальный бы пацана заделал!

– Это по твоему что, по заказу делается? Уж как получилось…

– Тебе легко говорить! А что мне теперь делать, а? – вскрикиваю на всю улицу, слезы замыливают взгляд.

Прохожие смотрят на нас с любопытством.

– Алин, давай на этом попрощаемся. Ребенка я тебе заделал, ДНК фальшивый сделать помог. На этом все. Наши пути расходятся.

– А мне и самой с тобой не хочется общаться! – толкаю парня в грудь. – Проваливай!

Прячусь во дворе жилого комплекса. Тут в будний день тихо и спокойно. Сижу на лавке, рассматриваю снимки УЗИ и слезами давлюсь.

Все так хорошо шло. Рогов от счастья поплыл, что я беремена. Столько всего пообещал за сына, а я девкой залетела.

Наверно, жена его тоже дочерей ждет. Поэтому он за пацана душу готов продать.

Ну ничего…

Прихожу в офис, и первым делом поднимаюсь к Дмитрию Романовичу. Он в курсе, что мне сегодня надо было на УЗИ. Небось ждет теперь от меня новостей.

Засовываю страх подальше и вхожу с высоко поднятой головой.

Рогов осматривает меня с улыбкой.

– Здравствуй, Алиночка, – вижу в его глазах немое ожидание.

– Здравствуйте! Я сходила на УЗИ, – прохожу вглубь кабинета, присаживаюсь на диванчике.

– Ну и что там?

– У нас здоровый крепкий мальчик.

Рогов медленно моргает:

– Я очень рад!

– Дмитрий Романович, пора задуматься о покупке квартиры! Мне уже не удобно на таком сроке в общаге.

– Срок еще маленький, – отмахивается. – Иди работай, Алин.

– В квартире ведь еще ремонт нужно успеть сделать. Мне кажется пора задуматься о будущем.

– Хорошо, ты можешь начать выбирать квартиру, – сухо отвечает.

Я чувствую, что что-то не так. Какой-то Рогов не сильно довольный.

– Дмитрий Романович, а хотите ребенка увидеть? У меня вот снимки с УЗИ! – зарываюсь в сумку и вытаскиваю черно-белые карточки.

– Давай, – оттаивает и в улыбке расплывается.

– Вот, тут ручку видно. А тут личико. Мне кажется, он на вас похож.

Старый козел сверкает радостным взглядом. Все таки хочет он этого ребенка. Пусть пока радуется, что сын будет. Успеет мне квартиру купить, машину, а после родов я скажу, что врачиха плохо смотрела и ошиблась. Поплачу немного. Не будет же он квартиру отнимать у дочери.

– Можно я снимок у себя оставлю? – с предыханием шепчет Дмитрий Романович.

– Да, конечно, – скромно улыбаюсь.

– Спасибо за сына, – плывет.

Прикладывает руку к моему круглому животу.

Ребенок пинается от его прикосновения.

– Привет, малыш! – выдает Рогов, а я взгляд отвожу.

Бесят эти нежности…

Лучше бы уже квартиру купил, чем это. Однако, греет душу осознание, что Дмитрий Романович у меня на крючке.

47. Жизнь с нуля

– Куда мы едем? – перевожу взгляд с дороги на Диму, а тот только улыбается хитро и глазами загадочно сверкает.

– Скоро узнаешь.

– Дим… ты же знаешь, я не люблю сюрпризы!

– Этот сюрприз тебе понравится, – заключает строгим тоном и сворачивает с трассы в лес.

Асфальтированная дорога приводит нас к элитному поселку в сосновом бору.

Всего пятнадцать минут от города. Машина шуршит колесами о щебенку, съезжая на обочину.

– Мы сюда гулять приехали? – осматриваюсь, выходя из машины.

Прижимаю руку к животу, вдыхаю полной грудью свежий июльский воздух. Голова кружится от переизбытка кислорода. Настоящий рай после пыльного города. Здесь прохладно от тени огромных деревьев, опоясывающих весь поселок по кругу. Рядом большой детский комплекс с разноцветными горками и лазелками, вдалеке виднеется бревенчатое здание с огромной надписью "Кафе", улица чистая и аккуратная.

Домов много. Многие из них уже жилые, но есть еще недостроенные.

– Пойдем, – Дима подает мне руку.

– Куда мы?

Молчит. Только ладонь мою сжимает и тянет к большому дому на огромном участке. Забора пока нет, только столбы стоят каменные, поэтому могу спокойно рассмотреть двухэтажный коттедж.

– Я ничего не понимаю…

Дима подходит к крыльцу и протягивает мне ключ.

– Рогов…

– Надь, детям нужно раздолье. Не будем же мы в квартире их держать?

– А зачем тогда ты там ремонт сделал? Детскую уже обустроили…

– Чтоб было! В той квартире будем иногда ночевать, но основную часть времени жить будем тут.

Смотрю в его глаза и не верю… я и сама выросла в доме. И очень хотела, чтобы когда-нибудь мы переехали ближе к земле, но сейчас!

Я такого не ожидала!

– Тебе дом не нравится? – взгляд бывшего мужа мрачнеет.

– Красивый дом, – еще раз осматриваю коттедж и большой участок.

– Тогда в чем дело?

Прикусываю губу и головой качаю, а слезы застывают на ресницах.

Последнее время я очень плаксивая. Это из-за бушующих беременных гормонов.

И сейчас меня гложет, что я буду в этом доме одна с малышами. Пока Дима работает, весь быт на мне. И моя единственная подруга Зоя останется в городе. Мы больше не сможем гулять вместе, когда нам вздумается. Я с двумя маленькими детьми сама в город побоюсь ехать, а Зойка ко мне тоже часто приезжать не сможет.

– Надь, это еще не все, – Дима обнимает за плечи осторожно и поворачивает меня, чтобы посмотрела на дома на противоположной улице. – Видешь вон тот дом с зеленой крышей? – указывает на него рукой.

– Вижу.

– Этот дом купил Грач. Зоя еще не знает.

– Мы будем жить по соседству? – широко распахиваю глаза и не могу сдержать улыбку.

Вот теперь я по-настоящему счастлива! Приятное тепло разливается по телу и отзывается электрическим импульсом в кончиках пальцев.

Обнимаю Диму, упираюсь большим животом в его живот. Дети сразу начинают активно ворочаться.

– Да. Мы с Костей придумали это сразу, как только вы с Зоей подружились.

– Подожди, – отстраняюсь и нахмуриваюсь. – Когда мы с Зоей подружились, у нас с тобой был развод!

– Надь, я верил, что ты ко мне вернешься.

– Ах ты хитрец! – стучу в его плечо ладонью.

– Я сразу говорил, что не отстану, – разводит руками. – Ну что, внутрь пойдем?

Отпираю дверь, пальцы дрожат от предвкушения.

Наше новое семейное гнездышко. Здесь мы начнем жизнь с нуля. Наверно, нам это нужно. Смена обстановки.

– К концу августа здесь уже будет свежий ремонт. Если хочешь, я сведу тебя с дизайнером. Все обсудите. Дом будет таким, как ты мечтаешь! – эхо разносит голос Димы по большим комнатам.

Ничего ещё нет. Голые полы, стены, потолки. Провода разбросаны.

– Мои ребята уже занимаются проводкой.

Я молча иду вглубь дома. Осматриваю каждую стенку. С любопытством заглядываю в пустые темные комнаты.

– Я в шоке, Дим, – утираю слезы. – Спасибо!

– Да было бы за что…

– Есть за что! – строго смотрю в лицо любимого мужчины. – Ты мой волшебник!

– Уже представляешь, что хочешь тут сделать?

– Да! – оживляюсь. – Тут будет большая кухня-гостиная. Хочу сделать светлый пол, зеленый фасад у кухни и диван купим. Огромный! Тоже зеленый! И вот тут поставим.

Торопливо иду вперед с животом наперевес, показывая Диме место для будущей мебели.

– А вот тут будет журнальный стол. Здесь белый тюль, а тут повесим телевизор.

– Обои будем клеить или…

– Да! Хочу светлые обои с огромными цветами! Чтобы были зеленые большие листья и красные розы!

– Надь… ты… уверена? – Рогов хмурит брови. – В тебя случайно не вселилась Зоя? Это она спец по цветочным принтам.

– Так красиво же! – пожимаю плечами и иду дальше. – Здесь сделаем обеденную зону. Стол из темного дерева, простенькие и удобные стулья с зеленой обивкой. Тут холодильник, столешница, мойка, плита. Тут ящики для хранения посуды. А вот здесь я поставлю огромную декоративную вазу!

– Дети разобьют ее.

– Не разобьют! – упрямо отмахиваюсь. – Здесь будет наш семейный портрет. Сходим на фотосессию, как только дети подрастут. И закажем картину на холсте! Большую! Во всю стену!

– Наденька, остановись на минутку.

– Что такое? – оборачиваюсь к мужу, и мои фантазии медленно тают.

Я так увлеклась, что все мечты перед глазами буквально ожили. Это ведь все так долго делать, выбирать, подбирать. Мы не скоро сможем переехать.

– Надюш, я хочу, чтобы в этот дом мы заехали, как официальная семья, – Дима с трепетом заглядывает в мои глаза и вытягивает из кармана шорт бархатную черную коробочку.

У меня перехватывает дыхание. Сердце ухает и поднимается в горло. Сильно бьется там.

– Дима…

– Ты выйдешь за меня еще раз?

Часто моргаю, чтобы отогнать непрошенные слезы.

– Дим, я боюсь, – шепчу испуганно.

– Ромашка, ну же. Мы вместе! Пусть это "вместе" будет официальным!

– А Алина?

– Да боже ж ты мой! – закатывает глаза. – Забудь! Забудь о ней! Есть только ты. Я обязательно принесу отрицательный результат ДНК. Это не мой ребенок!

Растерянно качаю головой.

Дима распахивает коробочку. Помолвочное колечко сверкает бриллиантом.

Дети в животе требовательно пинают меня в бока, ожидая ответа.

Мы стоим посреди пыли и грязи в доме, где нет даже света.

– Дай нам еще один шанс, Надь.

Закрываю глаза и киваю.