Текст книги "Разбитое сердце Алеиды (СИ)"

Автор книги: Евгения Султанова-Ус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

Глава 46 Амодифф – царство тьмы и огненных вулканов

Глава 46 Амодифф – царство тьмы и огненных вулканов

Их дорога пролегала по чёрной равнине, казавшейся нескончаемой. Небо окрасилось в красно-оранжевый цвет, даже тучи отливали багрянцем. Дышать было тяжело, воздух был чересчур плотным, а вдали, так же как и впереди, бушевали пожары. Они не распространялись, словно их не пускало что-то дальше, их очаги были небольшими, а вот запах гари заполнил всё пространство. Мариса ужасно хотела пить. Её жажда почти достигла апогея. С каждым шагом становилось сложнее передвигать ноги, пот струился по лицу, в волосах засели частички сажи, лицо покрылось серой пылью. Эви пыталась наколдовать воды, но ничего не получалось.

– Моя магия ослабла, я почти не чувствую её, – жаловалась она. Выглядела девушка фея не лучше мисс Грант. Она уже давно скинула накидку, ведь находиться в ней в этой жаре было невыносимо. Земля была горяча, иногда под ногами дымилось.

– Мы в аду, – сипло произнесла Мариса и её снова одолел кашель. Асант прищурился, глядя вдаль. Пот струился и по его лицу. Он расстегнул жилет и рубашку и скинул их с плеч. Ему было плевать, что пойдёт дальше с голым торсом. Он скомкал одежду и убрал куда подальше.

– Это Амодифф, а не ад, что бы это слово не значило, – невозмутимо ответил на реплику Марисы Туин Шохог. – И это худшее место, как я сказал ранее. Тут бесчинствуют наглые гарпии и земляные дарки, они в услужении тёмных эльфов. Их обитель в самом сердце вулкана, там находится их замок. А вокруг раскалённая лава. Но есть проход. Там, где большая каменная статуя тёмного эльфа возвышается. Их предводителя. Крудела. Магия тёмных сильна, она глушит светлую, поэтому у тебя, Эви, ничего не получается.

– Дарки и гарпии? – сделав тяжёлый вдох, переспорила Мариса, имея лишь отдалённое понятие об этих существах. Ей безумно хотелось скинуть плащ, а вот нести его в руках не было совершенно никакого желания. Выбросить? А вдруг он ей ещё пригодится?

– Ага, дарки безобразны, но могут принимать образ красивых мужчин. Они завлекают женщин, а затем утаскивают в своё логово. Дарки могут передвигаться по воздуху в виде красных огненных лент. Или как обычно по земле. Они быстры и очень опасны. А гарпии те ещё проныры. Последнее у тебя отберут. Жадные и мерзкие существа, но с острым умом. Любят разрывать когтями плоть. Передвигаются на уродливых кривых ногах или с помощью крыльев. Они обожают запах крови, летят на него как бабочки на огонь.

Шохог предельно ясно своими пояснениями дал понять Марисе, да и всем присутствующим, что ничего хорошего от обитателей королевства Амодифф ждать не стоит. Он смахнул со лба каплю пота и размял шею. Ему тоже было тяжело и, глядя на Асанта, так же хотелось снять с себя хоть что-то, чтобы стало легче. Но он знал, это бесполезно. Жара лишь оставит ожоги на голом теле. – Не советую тебе раздеваться, если шкура дорога.

Асант с презрением посмотрел на Шохога.

– Я твоего мнения и совета не спрашивал. Вообще не понимаю, что ты делаешь в нашей компании. Я против лично. Отправлялся бы к своей королеве за тридевять земель, а нас оставил в покое, – Асант поравнялся с Марисой и пошёл рядом с ней. Рубашку он всё же накинул.

– Я не могу оставить вас. Во-первых, тут Эви, а мне не безразлична её судьба.

Эви улыбнулась. Ей Шохог нравился, хотя она и не одобряла некоторые его поступки. Но лично ей он никогда не делал плохого.

– А во-вторых, я не могу вернуться домой. Мой кристалл не работает, если ты забыл. Сам я порталы открывать не умею, а с Омбриэль не могу связаться, чтобы она мне его открыла, – врал и не краснел Шохог. – А чтобы идти пешком, об этом вообще речи не идёт.

– А что не отдал свой кристалл на починку, как мы часы? – подал голос Бьянко и высунул язык на собачий манер. Мариса не в силах была улыбнуться, хотя гримаса у Бьянко получилась презабавной.

– Они не смогли бы их починить. Я спрашивал.

– Мог бы просто у них остаться на время…

– Уж лучше ваша компания, чем добрейшей Оруэллы. Она чудная, конечно, но я не люблю Светлых. Слишком часто они лезут в чужие дела, которые их не касаются. Да и эти их глаза вселяют в меня много неясных подозрений.

О многом Туин спутникам врал, о многом умалчивал, но здесь сказал чистую правду. Он терпеть не мог всезнаек, которые называют себя Светлыми. Хоть и знал как с ними общаться. Лучше уж терпеть Алгаута и Бьянко. Просто держаться на небольшом расстоянии и больше не драться. Ни с одним, ни с другим. А ещё у Шохога было поручение от королевы. Даже несколько. И он намерен их выполнить.

– Вот уж я не согласен, – фыркнул Бьянко. Он побежал немного вперёд, стараясь держаться от Туина на как можно большем расстоянии.

– Ну а тёмные эльфы, кто они? – Мариса решила отвлечь друзей от спора и получить полезную информацию. Вдруг откуда-то повеяло прохладой и Марисе стало легче дышать. Она огляделась.

– Они были обычными эльфами когда-то. Пока королева не изгнала их, много лет назад за то, что они хотели её свергнуть, забрать власть в Долине в свои руки. Они нашли пристанище здесь. Их сердца наполнены злом, гневом на королеву. Со временем они стали тёмными эльфами. Маги научили их запретным заклинаниям. Что они тут творят, я не знаю, но вряд нечто хорошее, ведь посмотри вокруг. Бесплотная земля и только.

– Сколько же лет королеве?

– Эльфы живут дольше людей. Намного дольше. Именно Омбриэль создала Долину Лунного Света. Правда не знаю, как ей удалось создать такое прекрасное место, ведь душа её чернее самой тёмной ночи, – это ответил Асант, наблюдая как Бьянко бежит к ним с ближайшего холма, рискуя сломать хвост или шею.

– Там впереди виднеется лес, – крикнул он, ещё не поравнявшись с друзьями.

– Лес Заблудших душ. Единственное место на этой земле, где растёт хоть что-то. Насколько я знаю, через лес течёт река, там сможем окунуться и немного остыть, – Туин глянул в сторону Асанта, которого он так раздрожал. – Нам всем не помешает охладиться.

– Свет часов указывает в сторону леса, – сказала Мариса, вытянув ладонь.

– Значит нам туда, – ответил Асант, игнорируя намёки Шохога.

Шли дальше молча. Вскоре показался лес Заблудших душ. Они начали спускаться с холма. Мариса всё это время думала, почему лес так называется.

– Тут пропало много существ и людей, нечаянно забредших в эти земли, – прочитав её мысли, ответила Эви. – Ну, это я так слышала.

– У тебя верные сведения, – заметил Туин.

Они уже достигли кромки леса, когда услышали где-то вдали звук воды. Туин не ошибся: тут действительно протекала река. Они ускорили шаг, желая лишь скорее добраться до спасительной влаги.

Лес был тёмным, деревья казались монстрами, распустившими свои кривые лапы ветви, чтобы поймать путников. Но Марису уже даже её фантазия не пугала, так хотелось окунуть лицо и тело в воду. Под ногами теперь была не просто чёрная земля, но трава. Правда цвета она была странного: огненно-красного. Мариса почувствовала, что воздух стал не таким густым как раньше.

– Вы тоже ощущаете это? Воздух стал прохладнее и дышать легче, – она посмотрела на друзей, те кивнули.

Вокруг стояла прямо-таки зловещая тишина, ни дуновения ветерка. Но вот из-за деревьев показалась река и звук воды возобновился.

Они остановились в нескольких шагах от прозрачной воды.

– Боже мой, я уже не могу терпеть, – воскликнула Эви и бросилась в воду прямо в одежде.

Плеск и она скрылась под прозрачными волнами. Мариса тоже готова была прыгнуть вслед за феей, но Шохог остановил её, сказав очень странные слова.

– У тебя же нет сменной одежды, не лучше отойти немного и…

– Заткнулся бы ты! – рявкнул на него Асант и повернулся к Марисе. – Я буду рядом.

Мариса кивнула. Она сделала пару шагов вперёд, сняла сапоги, оголила ноги. Ступня коснулась прохладной воды, вызвав в девушке бурю эмоций. Ей так хотелось окунуться полностью, что она не могла больше ждать. Быстро скинула с себя плащ и жилет. Прыгать она не стала, но пошла ещё дальше, тело постепенно погрузилось в воду, Асант за ней. Она тут же пожалела, что не послушала Туина. Вода мигом промочила всю одежду и стало тяжело.– Откуда в этом жарком царстве такая чудесная прохладная вода? – Мариса с огромным удовольствием снова и снова погружалась в воду.– Должно быть глубоко под землёй течёт река или есть озеро. Там вода прохладней. И она может быть источником этой речки, – последовал логичный ответ от Шохога. Он украдкой наблюдал как купается Мариса, любовался ею.

Рядом с Марисой проплыл Бьянко. Недалеко плескался Бард. Он всё-таки разделся, но не полностью, часть одежды осталась на нём. Эви недовольно ворча, вынырнула из воды.

– Надо было снять одежду, – сказала она, двигаясь к берегу. Бард находился всё время рядом с ней.

– Я может был не прав, признаю, – скривился Асант.

Мариса зачерпнула ладонями воду и плеснула себе на лицо. Несколько капель попали ей в рот и она ощутила горечь.

– Вода тут какая-то горькая.

– Не глотай её, – посоветовал Туин. Он снял свою рубаху, брюки и сапоги. Предусмотрительно. Аккуратно всё сложил на берегу и зашёл в воду. Погрузился по шею. Мариса успела заметить, как мускулы на его руках напряглись. Туин поймал её взгляд и Мариса быстро отвернулась. Ни к чему ей за ним наблюдать.

Асант помог ей выбраться. Хорошо ещё, что она была не в платье, а брюках. В платье в воде передвигаться очень неудобно.

Через некоторое время все искупались и уселись на берегу. Туин оделся и ушёл куда-то в лес, сказав, что осмотрится и вернётся.

– Можешь не возвращаться, – проворчал Асант.

– Нет, ну это невыносимо! Совсем не получается наколдовать новую одежду, – стонала Эви, взмахивая руками снова и снова.

Мариса сушила волосы, сидя на огненно-красной траве. Её одежда тоже, разумеется, была насквозь мокрой. Хоть и было жарко, но ткань не спешила высыхать.

Асант протянул ей свою огромную рубаху и предложил:

– Иди переоденься. Когда твои брюки и рубашка высохнут, снова их наденешь. Мариса была согласна, ведь сидеть в мокрой одежде ей совсем не нравилось.

Они вместе с Эви, которой Бард одолжил свою рубашку, отошли подальше от мужчин и скрылись за деревьями. Бард порылся в своём мешке и вытащил ещё рубаху, Асант натянул жилет.

– Далеко не уходите, мало ли, – предупредил Асант.

– Хорошо, – хором ответили девушки.

Они спрятались в каких-то фиолетовых кустах, скинули одежду, надели рубахи мужчин и развесили тут же свои вещи. Эви светила им обеим маленьким огонёчком, выпущенным магией из пальчика. Словно светлячок он парил над их головами. Только на это сейчас и хватило её магических сил.

– Давай помогу застегнуть, – предложила Эви, видя как Мариса мучается с застёжками рукавов.

– У нас не такие застёжки. Просто пуговицы, а тут целая дилемма.

Эви захихикала, помогая подруге.

– Повернись, приберу твои волосы.

За их укрытием вдруг послышался шорох. Из-за кустов показалась голова Туина.

– Ты что подсматриваешь за нами? – вскричала Эви, чем здорово мужчину смутила.

Он попятился назад и упал на траву. Мариса вышла из кустов и недовольно уставилась на Шохога.

– И что ты тут делаешь? – руки в боки, грудь высоко вздымается, а возмущение во взгляде лишает воли. Туин невольно залюбовался обнажёнными ногами девушки: стройные, точёные ножки прекрасной Марисы Грант. От Марисы не ускользнул его дерзкий взгляд. Туин сделал попытку подняться, но не тут-то было. Асант, услышав крик Эви, прибежал на помощь. Он мигом оценил ситуацию и, размахнувшись, ударил эльфа прямо в изящную челюсть. Вот тебе и решили не драться! Они катались по огненного цвета траве, кряхтя, и с переменным успехом побеждая друг друга. Оба мужчины были сильны, и не хотели уступать один другому.

– Ты извращенец что ли?

– Бард! Бьянко! – крикнула Мариса и кинулась вместе с Эви разнимать дерущихся. – Прекратите сейчас же. Асант отпусти его!

Всё было тщетно. Мужчины колошматили друг друга кулаками. Вдруг в руке Асанта блеснуло лезвие кинжала. Эви вскричала, Мариса ахнула. Подлетел Бьянко, за ним Бард. Бьянко выбил задними лапами из руки Асанта нож, а Бард оттащил Туина подальше от соперника.

– Успокойтесь, – постаралась как можно более мирно произнести Мариса. – Пожалуйста, прекратите.

– Ты у меня ещё получишь, – сквозь зубы проговорил Асант, с ненавистью глядя на Туина. – Я тебе голову прошибу или ножом зарежу. Удумал подсматривать за девушками? Какие ещё мысли кроются в твоей длинноухой голове, мразь?

– Я не пытался за ними подсмотреть! Я не знал, что они в этих кустах, я ж их не провожал! Идиот ты атакий! Я услышал шорох и пошёл посмотреть, что там, думал перекусить что-нибудь соображу. Мало ли какие животные водятся тут, – Туин с не меньшей злобой смотрел на Асанта, но постарался объяснить свой поступок, ради Марисы и Эви. Он не хотел дурного.

Эви улыбнулась:

– Вот как обстояли дела. Асант, прошу, хватит вам драться.

– Асант, – Мариса подошла к мужчине, взяла за плечи и взглянула в лицо. Взгляд умолял остыть. И Асант внял голосу разума. Он задышал ровнее, молнии в его глазах потухли. Прикосновение Марисы к его плечу помогло взять себя в руки.

– Впредь не суйся, куда не следует, – глянул он на Шохога и тот кивнул.

Все успокоились и вернулись к реке. Пришлось разжечь костёр, потому что к ночи стало прохладно. Тут в лесу не было пожаров. Ветер усилился. Асант ушёл найти какую-нибудь снедь. Есть хотелось ужасно. Туин держался чуть в стороне, то и дело посматривая на Марису. Бьянко сидел у костра. Мариса поёжилась. Она сходила и забрала одежду Эви и свою, развесила на ветке рядом с огнём. Она придвинулась ближе к теплу. Села рядом с Бьянко. Посмотрела напротив на Эви, что примостилась на плече Барда. Кажется она задремала. Они очень гармонично смотрелись вместе. Фея и певец. Кто бы мог подумать.

Мысли вернулись к Эллуре. Многое случилось там. Мариса подумала о поступке Бьянко. А ведь она так и не знала его историю.

– Бьянко, – тихо позвала она, мирно мурлычущего рядом с ней кота. Он закрыл глаза и свернулся пушистым белым клубочком возле неё.

При звуки своего имени кот открыл глаза. Потянулся. Взглянул на костёр, чей приятный мерный треск успокаивал не хуже колыбельной на ночь.

– Извини, что разбудила.

– Мяу, ничего, я просто дремал, – он погрел лапы и снова нашёл для себя удобную позу.

– Бьянко, – позвала Мариса ещё раз.

– Ты что-то хочешь спросить и не решаешься?

– Угу, – неловко было Марисе справшивать. Вдруг он не захочет говорить.

– Давай, не стесняйся, – подбодрил котяра и подкрутил усы.

Мариса сделала глубокий вдох и наконец решилась:

– Что такое оборотное заклинание? И зачем ты его искал?

Глава 47 Печальная история Бьянко

Глава 47 Печальная история Бьянко

Костёр затрещал сильнее и выпустил сноп искр, но кажется никто этого не заметил. Мариса сидела, ожидая, что ответит Бьянко. Было много вопросов в её голове. Но захочет ли Бьянко ответить на них? Сможет ли раскрыть душу? Или они ещё не так доверяют друг другу, чтобы говорить откровенно? Бьянко стал ей другом, и плевать, что он кот, а не человек. Среди людей порой не сыщешь хорошего друга. У Марисы в её мире нет друзей. Но в мире, где господствует магия и волшебство, она их обрела.

Бьянко же долго смотрел в одну точку, перебирая в памяти всё, что происходило с ним в жизни. Мариса хочет, чтобы он открылся ей, рассказал свою историю. Она будет его осуждать? Возможно. Но эта девушка точно нравилась ему. Он не хотел ей отказывать. Теперь он был уверен, что может с ней поделиться самым сокровенным. Историей своей жизни. Мариса стала ему другом, а значит имеет право знать, что Бьянко на самом деле...

– Я родился человеком, – произнёс он и посмотрел на Марису. Было интересно какой эффект произведут его слова.

Он думал, что у неё глаза на лоб полезут от удивления. Но к его собственному удивлению она лишь кивнула. С лица ушла тень, оно словно посветлело.

– Ты не удивлена? – спросил кот, который был человеком на самом деле.

– Удивлена, – ответила она. Для неё всё встало на свои места. Она подозревала, что с Бьянко не всё так просто. – Расскажи?

– Что ж, – Бьянко почесал белой лапой за ухом, выпрямился, потянулся и сел, гордо вскинув голову. – Я человек. Всегда им был. Пока не совершил одну роковую ошибку. Я родился в небогатой, но дружной, любящей семье. Отец, мать и сестра. Мы жили в Шелруде. И с детства я рос шелопаем. Ох, тем ещё хулиганом. С мальчишками на улицах дрался, лез в ссоры, задирался. Неугомонный был. Когда подрос встретил Асанта. Он был мне не ровня. Сын графа. Благородная фамилия, кровь. Но что-то мы друг в друге нашли. Привязались один к другому. Не разлей вода, – Бьянко мурлыкнул, словно так выражал иронию. – Я вырос красавцем. Вот не преувеличиваю!

Мариса улыбнулась. Почему-то она в его словах нисколечко не усомнилась. Такой красавец кот просто не может быть некрасивым человеком!

– Видела бы ты меня в человеческом обличье, сама уверилась бы. Статный, подтянутый, сильный… Ох, красавец! Многие девчонки ухлёстывали за мной, даже благородного происхождения, а не только беднячки. Хм, да, да… И вот однажды встретилась мне девушка. Я в неё влюбился, но признаваться в чувствах не желал. Был выше этого. Гордость не позволяла. А она… Такая милая была, добрая, любила меня и призналась в любви.

Бьянко замолчал, задумался. Новый сноп искр от костра заставил Марису вздрогнуть. А Бьянко даже ухом не повёл.

– Я посмеялся над ней, унизил, растоптал её чувства. Дурак. Настоящий простофиля. Корил себя правда потом за это, но извиняться не собирался. У меня были толпы поклонниц. Одной больше, одной меньше. Опрометчиво и глупо было с моей стороны оскорблять дочь лесной колдуньи.

– Улиссы? Девушка была дочерью Улиссы? – Мариса готова была ахнуть, но сдержалась. Вот уж действительно Бьянко сплоховал. Обидеть дочь женщины, которая имеет магические силы. Это и правда глупо.

– Да уж. Сабрина. Я ещё потом всем рассказал, что она мне в любви призналась. Смеялся, шутил над ней. А у самого кошки на душе скребли. Вот ведь сарказм, да? Кошки скребли! Однажды днём приходит как-то сестра моя и говорит, что Сабрина бросилась со скалы в воду от горя и насмешек моих. Расстроена была сильно, унижена. В то же день, я возвращался из паба, пропустив пару чашей эля. Я не был пьян, но настроение было паршивое. Думал о Сабрине. И тут вдруг на меня нападают пятеро. Я их сразу узнал. Это были помощники колдуньи. Лесные жители. Они с меня шкуру хотели спустить по её повелению. Месть значит. Я догадался. Отбивался как мог, но их же много, куда мне осилить. Кто-то увидел нашу драку и сообщил Асанту. Он в это время в Храме свадебном был. Я даже не знал, что у него свадьба намечалась. Отец его в тайне это событие держал. Но языки длинные у людей, всё равно все узнали. Асант прибыл мне на выручку. Вдвоём мы отбились. Но позже Улисса прислала за нами. Мы не могли отказаться. Кара была бы мгновенной. Она сильная колдунья, а я ей насолил. Мы пришли в её лесное жилище. Она показала мне всю черноту моей жалкой душонки в своём стеклянном шаре. Выбирай наказание, сказала она. Либо навсегда буду мучиться угрызениями совести и это убьёт меня медленно, либо меня обратят, и я буду жить в другом обличье. Тогда не умру. Я выбрал второе. И она обратила меня в это.

Он показал на себя. В его словах слышалась горечь, обида. Пушистые лапки ударили о землю в сердцах.

– Я сам виноват. Знаешь и вроде ничего, но подлизывать себя это унизительно для меня. И шерсть постоянно в горло лезет. Да и с дамами мне теперь не светит. Я поник совсем, думаю это понятно. А тут сестра моя сообщила, что переезжает в Обычный мир жить. Она у меня обожала Обычный мир всегда. Изучала его, несколько раз туда ходила через портал, что создавала для неё Улисса. Она встретила там мужчину и полюбила его. Вот и собралась к нему. Я подумал немного и с ней напросился. Так я узнал, каков твой мир. Сестра и сейчас там живёт. Я бываю у неё часто. А теперь с Асантом в его авантюру пустился. Вот такова история моей жизни. Печальна, не спорю. Но… Никогда мне больше не стать человеком. И в этом я виноват и только.

Мариса была тронута до глубины души столь пронзительным рассказом. Наказание Бьянко за глупый поступок, сильно. Ей стало жаль кота. Кота-человека.

– А та девушка? Она умерла? – осторожно спросила она.

– Нет. Она жива. Улисса успела её спасти. Но это не делает меня лучше. Я был паршивым человеком, так может кот из меня получился более менее.

Он взглянул на Марису и его усы приподнялись. Словно он улыбался. Но в янтарных глазах отражалась боль.

– Мне очень жаль, Бьянко. Но неужели она не сменит гнев на милость? Ведь она может.

– Может конечно, но уж совсем не спешит. А я хочу вновь стать человеком.

– Поэтому ты украл книгу? Оборотное заклятие есть в ней? Заклятие, которое поможет тебе обрести себя вновь?

Бьянко кивнул.

– Но ты права, нельзя было красть. Каковы бы ни были мотивы, нельзя переступать черту. А я её переступил уже дважды. Да и заклинание я там не нашёл. Всё враньё.

Мариса поняла, что Бьянко изменился. Раньше, по его же словам, он был задирой и плохим человеком. Но новое обличье помогло ему взглянуть на мир по-новому. Она не знала мнение Улиссы, но сама с огромной радостью дала бы Бьянко второй шанс. Каждый его заслуживает. Но не каждый использует.

– Я наверное кажусь тебе отвратительным теперь, – Бьянко фыркнул, выдавая расстроенные чувства, но Мариса поспешила уверить его в обратном. Взяв его пушистую, белую лапку в свою ладонь, она ответила:

– Нет, это не так. Каждый ошибается. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Ведь не случилось ничего не поправимого. Девушка жива, ты изменился, а Улисса, возможно, однажды снимет своё заклятие.

Бьянко с благодарностью за такие тёплые, добрые подбадривающие слова посмотрел на Марису своими яркими янтарными глазами. Было в них столько раскаяния, что Мариса просто не могла думать о Бьянко плохо. Точно так же, как не в силах была представить его человеком.

– Можно? – спросил он, посмотрев на её колени. Она кивнула. Кот положил голову на её колено и замурлыкал. Её пальцы утонули в его густой, мягкой шерсти. Совсем скоро он уснул.

Бьянко – человек. Это было так невообразимо и необычно! Если честно, ей стало немного неловко оттого, что он лежит на её коленях. Но она тут же отбросила лишние мысли, снова подумав о нём лишь как о животном. Животном, которое нуждалось в ласке и заботе. Её пальцы перебирали белую шерсть, а мыслями она унеслась далеко от этого костра, от всех чудес, что с ней случились, и от этого жуткого места, название которому Амодифф – царство тьмы. Так сказал Шохог. Да, мыслями девушка была далеко отсюда. Там, где её ждали, любили и понимали. Дом. Её родной Каслтон. Жаркий очаг, кресло-качалка, уютный двор и прекрасный сад мамы. Её тёплые объятия, смех сестры, рассказы отца о шахте. Всё это было у неё. Близкое, любимое, дорогое сердцу. Но обрела она и нечто новое. Она чувствовала, что это новое важно, но пока не понимала почему. Она даже не могла представить, что именно это такое. Ощущение значимого, такого, что изменит всю её жизнь. Уже изменило. Разве станет она прежней после всех этих приключений? Мэри сказала, что если попадёшь обратно в Обычный мир, то вернёшься к тому, отчего ушла. Но правда ли память останется? Разве Мариса может забыть?! Разве она хочет? Бьянко ведь всё помнит, а путешествовал не раз из мира в мир. Удивительные вещи, что случились с ней, кажется, никогда не покинут её память. Люди, с которыми ей довелось встретиться, существа, о которых она узнала. Этот волшебный мир она не желает забывать. Хмурого, но такого красивого Асанта Алгаута, милую девочку фею, чей смех наполняет оптимизмом, белоснежного кота с душой человека, наглого, но доброго в сущности, неоднозначного королевского стража, и даже юношу певца, который совсем не унывает и так крепко полюбил девушку фею, коварную королеву, с которой, Мариса чувствовала, им ещё предстоит схлестнуться. Нет, Мариса всё это хотела оставить в памяти. Чем дальше они движутся, чем сильнее она проникается этим миром и он проникает в неё. Как быть если придётся выбирать? Не факт, конечно, но вдруг? Она расстанется со всеми? Как она расстанется с Асантом? Мариса уже и забыла, что у них не может быть будущего. Он принадлежит другой. Прекрасной, доброй Алеиде. Целительнице душ. А Мариса лишь девушка из Обычного мира…

Кто-то осторожно тронул её за плечо, Мариса повернула голову и увидела Асанта. Помяни, он и появится! Мужчина жестом позвал её за собой, стараясь никого не разбудить. Мариса аккуратно переложила спящего Бьянко на мягкую траву и встала. Они с Асантом пошли вглубь леса. Он торопился показать ей что-то. В сапогах Мариса мягко ступала по необычной траве, идя вслед за Асантом. Любопытство разыгралось. Уже издалека она увидела оранжево-красные всполохи, будто поляна была объята огнём.

– Асант, что это? – испугано прошептала Мариса, сжав руку мужчины.

– Не что, а кто. Сейчас увидишь, – загадочно улыбнулся Асант и раздвинул кусты перед ними.

– Только не спугни их, они пасутся тут.

Возглас восторга она едва успела подавить. Зрелище просто великолепное, красивое и яркое предстало им. На небольшой поляне жевали траву огненные животные. Их шерсть горела огнём, а рога сияли словно звёзды в ночи.

– Мотэлы, – восхищённо, не скрывая изумления, проговорила Мариса. – Огненные олени.

– Я же говорил, что ты сможешь их увидеть. Красивые правда? Их шерсть…

– Она горит, а им не больно?

Глупый вопрос. Вон какие они спокойные. Жуют себе траву, ходят по поляне. Поглядывают на подсматривающих за ними людей.

– Это их природа. Им не больно. При дневном свете они гаснут и становятся на вид обычными. Такими как ты видела в Долине. Они целители.

– Да, ты говорил, что они могут исцелить раны, – Мариса вдруг отступила назад, когда увидела, что один из оленей направился в их сторону.

Асант задержал её, не дав скрыться за кустами.

– Не бойся, они не причинят зла. Он тобой заинтересовался, – Асант улыбнулся и они двинулись навстречу мотэлу. – Потрогай его шерсть, не пугайся.

– А если я обожгусь? – Мариса с любопытством глядела на мотэла, а он смотрел на неё своими большими тёмными глазами, будто изучал.

Асант засмеялся тихонько, подтолкнул девушку чуть вперёд.

– Нет, ты не почувствуешь огонь. Давай же, – подбадривал он, но Мариса ещё сомневалась. – Разве ты мне не веришь?

Это была проверка, не иначе. Мариса повернула голову в сторону Асанта. Их глаза встретились. И тогда Мариса поняла, что готова поверить Асанту безоговорочно. Что-то в его взгляде заставило всецело ему доверять. Она кивнула. Протянула руку и коснулась жестковатой, тёплой шерсти мотэла. В ту же секунду он уткнулся мордой ей в ладонь. Словно знакомился, выказывал одобрение и симпатию. Мариса улыбнулась Асанту. Тот кивнул, мол я же говорил бояться не надо.

Девушка погладила шерстяной нос животного. В одном мгновение будто все беды отступили, по телу прошла приятная волна уверенности, что всё у них получится. Они преодолеют трудности и опасности на своём пути.

Мотэл одобрительно фыркнул и отошёл. За ним подошёл другой. Мариса и его шёрстку погладила, совершенно не ощущая огня. Как только рука касалась коричневой шерсти, она чувствовала тепло, а не огонь. «Настоящие чудеса», – думала Мариса, когда они с Асантом повернули назад и пошли обратно к костру. Она задумалась и не заметила ветку впереди под ногами. Запнулась и едва не упала, но крепкие руки Асанта обхватили её талию. Девушка оказалась прижата к широкому стволу дерева. Ровное дыхание мужчины коснулось её волос, ощущение его сильного тела рядом, так близко, заставило Марису задрожать. Невыносимая мука, желать человека и не иметь возможности быть с ним. Мариса закрыла глаза, поддаваясь порыву. Её коленей коснулась его ладонь. А губы прошлись по щеке, оставляя лёгкие поцелуи.

– Мариса, ты запала в моё сердце, – прошептал мужчина, снова и снова целуя девушку. Щёки, веки, губы. Его поцелуи вызывали трепет, нежность и страсть, томление в груди. Лишь на минуту Марисе показалось, что всё для них возможно, но вдруг неясный образ возник перед глазами. Добрая улыбка и нежный голос сказали Марисе, что между ней и Асантом пропасть, и им её не преодолеть. Этот мужчина принадлежит другой. Её тень, её величие стоят между ними. Мариса даже не знала как выглядит та девушка, но она где-то есть. И как только они найдут все осколки, Асант пробудит Алеиду. Боль пронзила сердце Марисы, и она отстранилась от Асанта.

– Бьянко рассказал мне всё о себе, – прошептала она, не желая говорить о их поцелуях и чувствах. Асант выглядел разочаровано, но брови его взлетели вверх, когда он ответил.

– Рассказал?

– О том, что он человек, – кивнула Мариса, пряча раскрасневшееся лицо. Она поправила рубашку Асанта и двинулась вперёд.

– Значит он стал доверять тебе. Бьянко не распространяется о своём прошлом.

– Я рада, что теперь знаю. Так я понимаю его лучше. Мне жаль, что с ним это случилось.

Они вышли на поляну, где костёр почти догорел. Бард не спал. Он перебирал струны лютни и тихонько напевал, влюблёнными глазами смотря на спящую рядом с ним Эви. Бьянко мурлыкал во сне, а Шохог примостился ближе к огню и точил меч, на костре жарились тушки каких-то мелких животных.

– Тебе наверное немного не по себе представлять его человеком, – предположил Асант, опускаясь рядом с котом, вороша угли в костре и переворачивая добытую снедь. Шохог странно глянул на него, но промолчал. Он не знал ничего о Бьянко.

– Я пыталась представить, но так и не смогла. Это трудно, – тихо, чтобы слышал только Асант, ответила Мариса. Она подошла к дереву, где висела их с Эви одежда, и проверила на сухость. Её рубашка и брюки наконец высохли. Девушка скрылась за деревьями, чтобы переодеться.

Ночь покрывалом укрыла небеса и лишь огонёк вдали,

Горит он надеждой и светом во тьме, как знать, что там впереди…

Пусть дружбой будет проложен путь,

Мы вместе преодолеем опасности и беды,

А после встретимся когда-нибудь,

И отпразднуем славную победу.

Любовь, что встретим, на века,

Когда объятия столь сладки.

Но не забудь, она хрупка,

И сложно разгадать загадки…

Мариса заслушалась тихой песней Барда, прислонившись к стволу дерева. До её обоняния донесся приятный аромат еды. Она поняла насколько голодна. Оттолкнувшись от дерева, она вернулась к костру и протянула Асанту рубашку. Тот натянул рубашку на тело.

Они уселись за трапезу, только Бьянко отказался. Бард разбудил Эви, и она тоже переоделась.

Когда Шохог отведал приготовленную на костре еду, то скривил кислую мину. Асант сказал ему пару ласковых, после чего эльф встал, забрал свой меч и ушёл куда-то в дебри.