Текст книги "Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)"

Автор книги: Евгения Медведская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 33 страниц)

Порталы

Беатрис поднялась с колен.

– Докладывай мне, – приказала она. – Если еще непонятно, кто здесь главный, я могу подтвердить свои права кровью.

– Мирай, доложи госпоже Арьянми обстановку, – распорядился Антари.

Беатрис вздрогнула от упоминания своего имени и схватилась за кольцо на руке как за спасательный круг.

«Я просто всегда мечтал посмотреть, как его наденешь ты…» – всплыл в голове его голос.

Беатрис вспомнила выражение его лица. Как лучились его глаза в предвкушении их свадьбы! Как вспоминал то неудачное предложение, а затем другое, удачное, потому что она была лишена выбора. И все же, дал ей возможность принять собственное решение.

Девушка прикрыла глаза, чувствуя, как очередная густая и жгучая слеза катится по щеке.

«Не сможешь снять», – сказал он, когда надел кольцо на ее палец и запечатал магией.

Нет, Эритар не знал главного. Беатрис действительно больше не могла снять это кольцо с руки. Оно снималось. А она снять не могла.

«Я только твоя, Тар. Умоляю, пусть все это будет дурным сном, пусть Селена окажется слепой. Пусть мои страхи не подтвердятся. Пожалуйста, вернись ко мне! Вернись! Боги, если вы не оглохли, если вам есть дело до нас! Сделайте так, чтобы он жил! Ничего другого не хочу. Не хочу этого мира и жизни в нем, если мне от него осталось только имя».

Слезы катились темными потоками. Их было так много, будто бы запас был неиссякаем. Еще ни разу в жизни Беатрис так отчаянно не рыдала.

«Я выгляжу как монстр», – подумала она. – «Эритар сказал бы, что его кошмарище делает успехи и производит жуткое впечатление».

Она вытерла слезы и когда распахнула глаза, то Антари выдохнул с облегчением. Это были нормальные глаза. Нормальные, имеющие радужку и белки. Его человек тоже шумно вздохнул.

– Лорд Айдвариан прибыл к замку сетью порталов, чтобы обнаружить, что его окружает плотный барьер. Темная освобождена и ждет подкрепления, не дает проникнуть на свою территорию. Ее магия поразила часть отрядов. Приказ увеличить дозировку яда не был исполнен.

– Сколько у нас людей и порталов?

– Все силы Мобанаров, – поклонился Мирай. – Это около пятнадцати сотен. Маги, но есть и простолюдины. Все подняты по тревоге, только с порталами проблема. У нас четвёртый уровень. Будет штормить не менее часа после перехода. Боевые навыки снизятся.

Беатрис кивнула. Раньше, в далеком прошлом, порталы высасывали магию из мира, поэтому были запрещены. Теперь они не наносили ущерба природе и магии, но плохо отражались на состоянии тех, кто ими пользовался. Четвертый уровень означал, что атаковать сразу не выйдет.

– Выбора нет. Нам надо туда. Антари, ты займешься распределением своих людей сам. Мне надо подобраться к Темной. Разберитесь с планом замка. Возможность проникнуть через завесу я беру на себя.

– Ты сможешь, Беатрис? – спросил Антари.

– Вероятность есть, – подала голос Ртиа. – И кроме нее некому.

Беатрис подняла руку, призывая иномирянку замолкнуть:

– Я смогу. К черту вероятности. Даримора мне покорится. Открывайте порталы. Мы идем.

Ртиа прижалась к Варго и восторженно смотрела, как посреди содранной до песка поляны разворачивается голубоватая, будто бы живая дымка. Магия слегка колебалась, создавая эффект текучести.

Беатрис шагнула за порог первой, ее скорость снова была нечеловеческой. Антари бросился за ней, а затем последовали остальные.

Мирай пропустил Варго и Ртиа вперед. У него были сомнения, что они пойдут добровольно. Ртиа пережила несколько отвратительных мгновений. Она будто бы летела в пустоту. Голова закружилась к горлу поступил ком.

«Не будь такой слабачкой», – хмыкнула Селена. – «Очень даже нормальные ощущения. Беатрис права, можно поменять нас местами или дать мне возможность управлять телом. Не вздумай рыгать! Я не потерплю от тебя такой слабости!»

Ртиа выругалась в ответ, используя отборные выражения.

«Знаешь, Селена, мы так поссоримся. Я в это тело попала не по своей воле, и ты мной неплохо пользуешься в своих интересах. Держи себя в руках».

Селена хмыкнула, но промолчала. Напряжение выросло из-за скорой развязки.

Развоплощение

Портал привел их в тихий уголок леса. Варго оказался в своей стихии и потянул носом воздух. Здесь его магия работала во всей красе.

– Дрянные дела, – сказал он. – Я тут каждую ветку чувствую. Магия Темной повсюду, как яд.

Людям нужен был отдых после прохода. Тошнота и пятна в глазах мучали каждого.

– Приближаются враги, – заметил Варго, пользуясь способностями лесника. – Около пятнадцати магов. Хороший уровень силы.

Антари кивнул, расплескивая туман.

– Мы должны любой ценой добраться до границ замка, – сказала Ртиа. – Любой. Перед нами новая ключевая точка. Я бы сказала, что финальная. После нее или победа, или смерть.

Беатрис кивнула. Ее устраивали оба варианта. Но при условии, что Муни Хризами и Даримора тоже умрут. За это не жалко было отдать собственную жизнь.

– Тогда идем! – заявила она.

Магия Луцерос взметнулась вокруг зловещими зелеными всполохами.

Отряд двинулся в направлении замка, намереваясь отбивать атаку в пути.

Первые маги Темной бросились наперерез. Антари с дрожью отметил, как с ними разделалась Беатрис. Зеленое сияние окутало их, пока кристаллы Арьянми выпускали кровь до последней капли. Получается теперь Беатрис могла использовать родовую магию мужа? Это очень удивило туманного мага. Он не мог понять связи, установившейся в паре, которую он разбил своим невмешательством. Или стоило назвать это предательством. Неужели они обменялись силой? Но как такое возможно?

Беатрис расхохоталась, глядя как приближаются новые люди. Вокруг отряда зародился вихрь, защищая от сторонних заклятий. Тонкая фигурка девушки выгнулась назад, сила вырвалась из тела и ударила фонтаном. Было жутко смотреть, как за пределами их защиты ломаются тела магов, как противники захлебываются собственными заклятиями, как их рвет в клочья.

– Идет подкрепление, – крикнул Варго. – Не могу сказать, сколько человек. Очень много!

Беатрис повернула к нему бесстрастное лицо с темными от магии глазами.

– Это не утешит моей жажды, – сказала она жутким голосом.

– Прорываемся к замку, – велел Антари. – Беатрис, ты доверишь мне тактику?

– Да, – ответила она.

Ему было жутко смотреть на ту, которую он так любил. Человеческого в этот момент в ней не было. Это был разъяренный демон в хрупком теле Беатрис.

Антари махнул рукой. Его люди, насколько могли после портала активировали заклятия. Беатрис летела впереди. Небольшой отряд Хризами успел перерезать им путь, но их смела волна магии Луцерос. Теперь в ней были тысячи кристаллов Арьянми. Это значительно усилило поражающий эффект.

– Мирай, сколько до замка? – крикнул Антари.

– Защита выходит за границы ограды, – донес его человек. – Очень крепка. Силы Айдвариана и высших семей не могут ее сломить. Нам еще около километра.

Беатрис тоже это слышала.

Они неслись между деревьев. Хоть сила была велика, но отряд рассредоточился и Беатрис обрушила оберегающий контур, сосредотачиваясь на атаке. Теперь между людей носились магические разряды противника. Уже были жертвы. Атакующие боялись показываться, поэтому девушка вычисляла их по следам заклятий.

Лес закончился. С этой стороны замка было тихо, но стоило подойти ближе, как нахлынула волна темной магии. Беатрис справилась с ней, когда ударила следующая, то отряд тоже сориентировался, помогая удержать защиту. Наконец, перед ней оказался купол Дариморы.

– Не пройти, – вздохнул Антари. – Это крайне сильная магия.

Беатрис прощупала его. Действительно, уровень был невероятным. Очень продуманно и сложно. И тут она представила, как эта дрянь собиралась отдать ее на растерзание Муни. Как капля за каплей передавала силу, чтобы уничтожить ее и тех, кто защищал.

Эритара.

Руки загорелись зелеными всполохами и легли на оболочку купола. Беатрис была в ярости и это придавало ей сил.

Антари понял, что ей не до атакующих и приготовился со своими людьми к удару. Бой был жутким, люди Темной прибывали и прибывали. Смертельная магия вновь и вновь вонзала свои когти в их отряд.

Он принял единственное решение. Туман рванулся из тела.

– Беатрис, это ради тебя! Уничтожь эту змею! И если сможешь, прости меня, – прошептал Антари и его тело осело на землю.

Девушка распахнула глаза. Он развоплотился! При ней развоплотился Антари! Еще одна жертва!

Антари лежал как сломанная кукла. Его темные волосы разметались по земле, а глаза были фиолетовыми и пустыми. Домик без света внутри.

Да сколько же еще близких людей умрет, пока удастся добраться до Темной твари? Только что она сама угрожала Антари, но видеть его таким было больно. Каждый знал, что вне тела Мобанары были очень сильны. Да только назад не возвращались. Туман и ветер не желали вновь облекаться в слабую плоть.

Беатрис с яростью вонзилась своей магией в купол. Появилось маленькое отверстие. С сумасшедшей смелостью девушка вонзила в него руки и рванула в стороны, раздирая как ветхую ткань.

– Ртиа, Варго! – позвала она. – Тут совсем маленький проход. Едва пролезем. Давайте быстрее.

Туманный дух разбрасывал воинов Темной как игрушки. Беатрис успела подумать, что в таком обличии Мобанар безумно силен и неуязвим, а затем шагнула за завесу.

Воля Темной

– Госпожа, – Муни вошел в подземелье и несколько мгновений смотрел на торжествующее лицо Дариморы.

– Не медли, – приказала она.

Он отомкнул цепи сияющим ключом.

Темная провела по белым рукам, на которых мгновенно не осталось следов от кандалов. Она вихрем пролетела лестницу и оказалась в большом холле. Сколько раз ведьма была здесь мысленно. Как развлекалась тут с покорными рабынями и стражей.

Несколько часов ушло у нее на то, чтобы укрыть замок куполом, отдохнуть, а затем возжелать простых темных радостей.

Муни стянул своих людей. Огромная армия, которую давно питали деньги и сила. Оборона была организована как надо.

Сейчас, разворачиваясь во всю мощь, очень хотелось лично поучаствовать в представлении.

– Девок сюда, – приказала она.

Мужчины переглянулись и пошли за ними.

Стражи замка шли молча. Они давно привыкли уступать желаниям, внушаемым Темной, но в этот раз было страшно. Ведьма щадила их, потому что не могла немедленно заменить. Теперь со свободой к ней вернулась и власть.

– Устроит кровавую баню, – шепнул Мукар. – Повезло тебе, Котани. Твоя Кематора теперь далеко.

– Я не хочу быть зверем, – мрачно буркнул Котани. – Хочу вернуться к моей девочке, зажить с ней счастливо и больше ничего.

– Я давно говорил тебе, что ненавижу это. Когда волной захлестывает ярость и похоть и ты бросаешься на девчонок. Я был хорошим человеком до того, как попал в замок. Думал тут здорово – шикарные рабыни, много денег, непыльная работенка, раз пленница всего одна. Я знал одного стража, так он сделал тут деньги и просто жил в удовольствие.

– Раньше ее сила не вырывалась из-под контроля. Но теперь у нее свои люди везде. Она отравила умы, – ответил Котани.

– Я уверен, что дозировку яда никто не увеличил, – тихо добавил Мукар.

– Несомненно.

– Мы тут сдохнем, Котани. Будь уверен. И девчонки тоже.

– К черту, – сплюнул страж. – Ты можешь сопротивляться ее воле? Я хочу вернуться к моей женщине и исцелить ее душу. Просто хочу быть с ней, понимаешь? А если я убью кого-то из наших подружек? Как я посмотрю в глаза Кематоре?

– Попробуешь упереться и она тебя убьет.

– Лучше так, – Котани резко развернулся и пошел прочь.

– Стой, дурак! – Мукар бросился за ним.

Котани шел быстро. Ему встретилась одна из рабынь. Он схватил девушку и расстегнул ее кандалы.

– Держи ключ, – сказал страж. – Освободи девочек и прячьтесь. Время должно сработать в вашу пользу.

Девушка убежала прочь, а Котани вышел на улицу. Прохладный ветер трепал его волосы. Каждый шаг мужчина совершал как последний. Он ждал, что его настигнет неминуемая гибель, но этого все не происходило. Он дошел до магической ограды и встал перед ней. Желание вернуться в замок сводило с ума. Представляя картины, которые оживит своей волей Даримора, он чувствовал и отвращение, и возбуждение. Нет, лучше уж попытаться бежать.

Котани хорошо знал магию ограды. Знал, что одна ошибка и смерть будет неминуема. Магом он был весьма посредственным. Смешанная кровь и простая семья. Но сейчас чувствовал в себе силу и шел вперед шаг за шагом. Гибель? Что же. Пусть так, но не измена своей сути. Главное, не стать марионеткой Темной.

Он сделал еще один шаг и увидел, что с той стороны колеблющегося марева стоит едва различимая тень. Затем завеса разъехалась, будто бы кто-то отодвинул штору. Тонкая фигурка вихрем проскользнула внутрь. За ней появилась та, которую Котани ждал меньше всего.

– Рамиса? – спросил он. – Зачем ты вернулась? Темная на свободе.

– Она не Рамиса, – раздалось за спиной. – Ты человек Дариморы?

– Нет, – вздрогнул Котани. – Но я под ее властью.

– Ты его знаешь, Ртиа? – спросила Беатрис.

– Это парень моей бывшей соседки, Кематоры, – ответила девушка.

За ее спиной появился Варго.

– Страж замка? – ревниво спросил он. – Ты с ним спала?

– Самое время это обсудить, – прошипела Беатрис. – Давайте закатим сцену ревности прямо в саду темной. А лучше, драку.

– Я ни с кем не спала в этом мире, Варго, кроме тебя. Закрыли тему. Давай не думать о том, что было с телом Рамисы до моего появления.

– Она принадлежала Дариморе, – ответил Котани. – Ее трогать было категорически запрещено, если это важно. Вы кто такие?

Варго недоверчиво посмотрел на стража и навис над ним своим грандиозным ростом.

– Убить его?

– Погоди, – Беатрис хмыкнула и положила руку на затылок Котани. – Потерпи немного. Это больно, я знаю, но почти все в этом мире – боль.

Котани был уверен, что это конец. Девушка за спиной что-то сделала, и его голова будто бы вспыхнула изнутри. Он дернулся в последней попытке бороться, но тут же уступил. Бесполезно. Сила, которая воздействовала на него была жестокой и непоколебимой.

«Зато я не стану подчиняться воле Дариморы», – подумал он перед тем, как боль отняла у него возможность соображать.

Котани ждал спасительной тьмы и смерти как избавления, но вместо этого пришло облегчение. Боль уходила, а вместе с ней уходило воздействие Темной. Больше он не ощущал мучительного желания вернуться в замок и исполнить приказ.

В глазах потемнело, и мужчина осел на траву, отдышиваясь.

– Вот и свобода, – усмехнулась Беатрис. – Ну что? Выпустить тебя или пойдешь с нами? Учти, за оградой еще барьер купола и лазейка в нем весьма скромная, хоть Варго и пролез.

– Теперь от Дариморы нигде не будет покоя, – хмыкнул Котани. – Есть ли смысл бежать?

– Есть смысл драться, – сказала Беатрис. – Моя цель – избавить мир от этой твари. Ее ворожба стоила мне весьма дорого.

– Я знаю, где она сейчас, – сказал Котани. – Отведу коротким путем. Но то, что мы там увидим может серьезно осквернить взор вашей юной госпожи.

Он склонил перед Беатрис голову.

– Я Беатрис Арьянми из рода Луцерос, – представилась Беатрис. – Могу сама кому угодно оскорбить взор, слух и все остальное в зависимости от такого, насколько я не в себе. А не в себе я всегда.

Она горько рассмеялась, но Варго и Ртиа лишь осторожно переглянулись. Им уже довелось попробовать на себе характер девушки. К тому же горе сделало Беатрис совершенно безумной.

Темная и злодей

Рабынь потихоньку приводили.

– Надо ли заниматься этим сейчас? – возмущался Муни. – Неужели это кажется тебе первостепенным, госпожа?

– Перестань, – откликнулась Даримора, – или присоединишься к ним, раз сомневаешься в моей силе. Весь мир у моих ног, как ты не поймешь. Я хочу музыки! Хочу разбить войско Айдвариана под сладчайшие стоны и болезненные хрипы. Хочу достойного сопровождения. И это занимает совсем мало моего внимания. О… Как же приятно ощущать такое могущество. Пара часов, и я буду леди Сантарии, а через неделю – императрицей этого кусочка суши!

Хризами не посмел ей возражать. Бой кипел у подножья замка. Их атаковали лучшие маги, но завеса Темной была непоколебима.

– Тебе надо взять другое имя. Твое наводит ужас, – сказал он, меняя тему.

– И пусть наводит, – напевно заметила Темная, немигающим взглядом проходя по обнаженной рабыне.

– Знаешь, мир изменился за то время, что ты была в заточении.

– Знаю, – Даримора высокомерно посмотрела на него. – Все нити вероятности я вижу одновременно.

Хризами закашлялся. Как ей объяснить?

– Вероятности – это еще не все. Ты слышала что-нибудь про пиар?

– Про что? – Даримора повернулась к нему, поражая своей жуткой красотой.

– Ну мы должны сделать тебе новый позитивный образ. Не Темной ведьмы, а… жертвы произвола власти. Тебе нужно менее кричащее имя…

Муни задумался.

– Дарюшка? Нет? Ты права, слишком мягко… Это для простолюдинок. Дара? Тоже не нравится? А почему? Красиво и можно обыграть это тем, что ты даришь миру свободу. Мора? Нет, пугающе звучит…

Он ходил по комнате не замечая, как Даримора злится всё больше. Остановился перед зеркалом поправляя прическу.

– Слушай может поменять слоги в твоем имени – Моридара, а что – неплохо. Но тоже что-то не похоже на имя светлой освободительницы…

Он не заметил, как на лице его госпожи пролегли мрачные тени, а глаза заволокло магией.

– Ты решил меня вывести, Хризами? – поинтересовалась Темная. – Мир погрузится в хаос и кошмар, а когда я ослаблю удавку на его шее, примет это как избавление. И любое мое имя будет для него устрашающим и внушающим уважение. Каждый будет стоять передо мной на коленях! Все простолюдины станут рабами, а маги будут править ими как скотом. И знаешь, Хризами, я буду решать, кто маг, а кто раб. Вот твоя магия, например, такая сильная, потому что я все эти годы вкладывала в тебя крупицы моей тьмы. Хочешь стать первым рабом-мужчиной?

Муни отступил от нее на несколько шагов.

– Госпожа, будем считать это неуместной шуткой. Профессионалы из пиар-отдела справятся с задачей намного лучше. Но что ты собираешься делать с твоими рабынями?

Он тревожно осмотрел несколько перепуганных рабынь, которых согнали в помещение.

– То, что хотела давно, – прорычала Темная. – Все мучения имеют финал. Когда человек страдает, то от него исходит сила. Страдания рабынь подпитывают меня. В этом и есть смысл моего зелья. Поэтому я и была могущественна все это время. Мое условие – содержать в замке рабынь, было не только прихотью. И издевалась я над ними не только из любви к искусству, но и подпитывалась тайком, пока мои тюремщики и не подозревали, что я получаю намного больше, чем позволяет яд.

Муни кивнул, не осмеливаясь снова заговорить.

– А нет большего страдания, мой друг, чем то, которое продолжается долго и ведет к неминуемой жестокой смерти. Избавления не будет. Эту партию мы играем до конца, девочки, – Даримора обратилась к рабыням.

Зазвучали рыдания.

– Стражи замка, – Темная давно мечтала приказать это вслух. – Берите их. Они ваши. Отпустите тьму, отдайтесь мраку и бездне. Вы не люди, вы монстры и мои марионетки.

Мукар закрыл глаза. Он противился приказу. Думал о Котани. Его не было в зале. Сбежал ли друг, или, возможно, уже был мертв, в любом случае жгучая зависть переполняла сердце. Перед ним на полу стояла зареванная девчонка, которую он прекрасно знал. Ничего плохого к ней не чувствовал, только жалость. Если Котани сопротивлялся, то и он может попытаться. Мукар ушел своими мыслями глубоко в себя. Вспомнил детство, вспомнил мечты. И пожелал всей душой оставаться человеком как можно дольше. Темная вела бой за пределами замка, держала купол защиты, отвлекалась на нити вероятностей. Возможно, она не так уж и готова делать все это одновременно.

Он склонился к девушке, предназначенной ему:

– Держись, Тифира. Я постараюсь не делать того, что желает эта ведьма, – прошептал он одними губами.

Зал наполнился стонами и криками. Творилось безумие.

Муни Хризами наблюдал за происходящим с интересом хищника.

– Можешь присоединиться, развлекись, – хмыкнула Даримора. – Я почти закончила с Айдварианом. Он скоро будет мертв. Его силы готовы сломаться. Арьянми не пришли, Мобанары тоже. Забавно, получается – победа будет стоить мне дешево.

– Арьянми не пришли, потому что Эритар погиб в битве со мной, – заметил он. – Правда странно погиб, почему-то был взрыв пламени. Нехарактерная магия для Арьянми. Но мне грех жаловаться. На месте, где он был не осталось даже пепла.

Тяжелый вздох разнесся по помещению.

Хризами оглянулся и столкнулся с зелеными глазами Беатрис, ворвавшейся в помещение.

– Не осталось даже пепла? – хрипло произнесла она. – И ты говоришь об этом так? Вы же были знакомы и даже дружили…

– Моя шлюшка пожаловала, – усмехнулся Муни. – Я так желал тебя, а ты устроила побег, вздумала бунтовать. Но сейчас я привяжу тебя с этими, – он кивнул на рабынь замка, – и пропущу через твое тело всех присутствующих мужиков. Так ты лучше поймешь, чего стоишь. А потом лично займусь твоим воспитанием.

Даримора смерила гостью тяжелым взглядом.

– Как ты тут очутилась? – спросила она удивленно. – Я не почувствовала колебаний защиты.

Вид Темной был по прежнему гордым и хищным, но в душе у нее поселилась тревога. Она не видела нитей вероятности вокруг Беатрис. Не могла рассчитать и предугадать поведение девчонки.

– Ты сказал, что видел, как погиб Эритар, – тихо произнесла Беатрис. – Ты сказал, что убил его.

– Да, проткнул грудь насквозь ледяным шипом, – Муни сделал к ней шаг. – Ты потеряла его. И сейчас потеряешь себя. Знаешь, сколько всего я сделаю с тобой до того, как ты сойдешь с ума от боли и унижений? Сломаю. Растопчу. Превращу в ничто.

Он с торжеством заметил, что Беатрис отступила на шаг. Кто говорил, что она яростная и непредсказуемая? Обычная баба, раздавленная горем и страхом.

Пришла одна, видимо, мстить за любимого. Какая же глупая! Муни видел ее в бою и понял, что девчонка совершенно не владеет своей силой.

Да ничего. Сейчас Даримора выпьет ее или накачает рабским зельем и дальше все будет очень красиво. Муни жаждал сделать с девчонкой все, что так давно задумал. Она слишком много бегала от него, слишком возбудила своим сопротивлением. Нарушила планы.

– Уверен, что пока он исдыхал, то думал о том, как я получу тебя. Сходил с ума от беспомощности и отчаяния. Представляешь, как бы выглядел его жалкий труп? Мне жаль, что я не могу запереть тебя с его мертвым телом в каменном мешке, чтобы ты как следует проследила все стадии разложения. И вместе с ним разложилась бы твоя душа.

Беатрис презрительно улыбнулась. Ее голова чуть склонилась вниз, скулы сжались.

– Какой ужас, – прошептала Беатрис, будто бы находясь в шоке. – Глупо было сюда приходить... – ее тон внезапно изменился, переходя в безумный смех. – Ты так думаешь, жалкий упыреныш? Раскрыл рот на то, что тебе не по зубам, но идеи у тебя, конечно, оригинальные. Я бы поиграла в твои игры. Обязательно. Но только сначала надо распределить роли «мучитель» и «жертва». По моим правилам, «мучитель» – я. Ты не представляешь, как зря открыл свою грязную пасть и осквернил воздух звуками!

Помещение затопила изумрудная магия. Беатрис будто бы наполнила огромный зал водами океана. Темная отчаянно закричала, отвлекаясь на атаку. Девушки и стражи обменялись взглядами и почувствовали, что могут попробовать бежать.

Мукар подхватил Тифиру на руки и понесся к двери. Его примеру последовало несколько человек.

– Оргия, насилие, – вздохнула Беатрис. – Вы ничего не понимаете в эстетике. Мне интересно, Муни, если я убью тебя без изысков, то почувствую ли такое же облегчение, как если бы ты отчаянно страдал неделями?

Он хотел ответить, но вдруг почувствовал, что не может произнести ни звука. Челюсть свела безумная боль, не получалось ни открыть, ни закрыть рот. Эта мелочь сводила с ума, а затем по его пальцам побежали судороги.

– Твоя жертва, та которую ты опалил и изуродовал, – прошипела Беатрис, – сказала, что ты попытался заставить ее забыть свое собственное имя. Но у тебя не получилось. Ты не смог! Слабак и ничтожество. А давай я попробую то, что мне тогда пришло в голову? На тебе. Получится ли у меня покопаться в твоей голове и заставить забыть имя, которое дали тебе при рождении. У меня есть несколько идей. И думаю, что Темная мне не помешает, ей приходится удерживать купол, который я разрушаю изнутри. Как думаешь, это легко? Ведь она неспроста не вмешивается в наш разговор.

Муни умоляюще застонал. Он рухнул на колени и попытался протянуть к Беатрис руки.

– Не думаю, что тебя трогали страдания твоих жертв, – вздохнула она. – Почувствуй себя на их месте.

Она сделала шаг вперед, оплетая его всего по рукам и ногам своими зелеными вихрями.

– Я позабочусь, чтобы твое тело выглядело жалко, – прорычала она. – Но сначала, ты скажешь мне, как тебя зовут.

Он почувствовал, что сведенные челюсти пришли в движение. Кости лица будто бы ломало. В голове был хаос. Темная не реагировала на ситуацию, видимо, действительно занялась починкой барьера.

– Мууниии, – провыл он, боль при произнесении этих звуков была уничтожающей.

– Еще. Повтори пятьдесят раз.

Он почувствовал, как сводит даже язык, но продолжил выть, подчиняясь ее магии.

Беатрис повернулась к Дариморе. Та как раз обратила на нее свой взор.

– Мы можем договориться, Беатрис, – сказала Темная.

– Не можем, – покачала головой девушка. – Мой план предполагает, что выживет только одна.

Муни продолжал выть. Темную это раздражало, но еще больше раздражало то, что пришлось вносить коррективы в свой план. А еще… Она совершенно не видела, как сформировалась эта вероятность. Но сдаваться было рано. Даримора собрала силы и ударила.