Текст книги "Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)"

Автор книги: Евгения Медведская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 33 страниц)

Дом лесника 2

– Так кричать будешь? – поинтересовался он.

– Здесь лес, Варго. Какой смысл? – обиженно проговорила девушка, поражаясь, как вероломно он с ней обошелся.

Внезапно парень отпустил ее, поправил на ней штаны и отошел на пару метров назад, демонстрируя руки в знак добрых намерений.

– Доходит потихоньку? – спросил он. – Обещаю, что насилия не будет. Я только показал, что это легко. Так легко – даже страшно.

Ртиа кивнула. Секунду назад она думала, что он отымеет ее и никакого протеста физически не ощутила. Разве что возмутилась – ведь это противоречило его обещанию. Он был таким крупным, сильным и приятным на ощупь, что в ней просыпалось не только желание, но и любопытство – а как вообще с таким быть? Хотелось обнять и приласкать.

– А если я все равно не соглашусь? Откажу тебе?

– Ну, значит, перетерплю. Год же обходился как-то. Не конец света, – раздраженно сказал парень. – Я очень хочу, но не до такой степени, чтобы думать этим местом.

– Извини, – Ртиа вдруг почувствовала что-то располагающее к нему. Варго был смешным, немного наивным. И это трогало ее. – Раздеваться прям совсем?

– Белье, если оно на тебе есть, оставь. И штаны можешь не снимать. Мне нужна твоя спина, я нанесу на нее символы и знаки.

«Хорошая идея», – эта мысль в голове снова отличалась от остальных.

Ртиа, после колебаний, сняла с себя рубашку.

– Ложись, я даже не смотрю. Зачем смотреть, если через несколько минут все это будет моим. Ну или не будет – решать тебе, но и в этом случае – какой толк пялиться?

Девушка упала на кровать, где пахло его телом. Аромат был приятным, говорил лишь о том, что мужчина здесь спал. Постельное оказалось чище, чем она думала.

По ее спине прошла мягкая влажная кисть, будто бы кто-то лизал языком. Ртиа сжала подушку пальцами, впиваясь до боли. Она не собиралась показывать, насколько глубоко воспринимает эти ощущения.

– Это специальная краска. Если никто не сотрет ее в течении нескольких дней, то… то переход будет осуществлен. Но эффект мы ощутим сразу.

Варго даже пыхтел, старательно выводя символы и сверяясь с планшетом. Книга лежала справа от головы девушки.

– Еще немного потерпи, – сказал он. – Осталось меньше половины.

Ртиа кивнула. Еще никогда она не испытывала такого желания. Сильного, нарастающего. Кисть ходила по спине. Варго тяжело дышал. Казалось, что он как ребенок высунул язычок и закусил его кончик, чтобы сосредоточиться на сложных знаках. Но это в первую очередь была ласка. Странная и неожиданно приятная. Ртиа была уверена, что хорошо знает требования своего тела. Скорее всего это заблуждение она питала лишь потому, что никто не рисовал на ней влажной и теплой кистью сложные знаки. Когда Варго чуть спустил резинку штанов, она все же застонала.

– Щекотно, – выдохнула девушка, пытаясь оправдать эти звуки.

– Потерпи, – отозвался парень. – Осталось совсем чуть-чуть, и я тебя оттрахаю со всеми бонусами рабского заклятья.

– О чем ты? – она не очень хорошо понимала его.

– Ну… Было бы странно, если бы господа только брали, ничего не давая взамен. Я же говорил, это тело очень тебя удивит, в приятном смысле.

Ртиа уже поняла, что тело реагирует на что угодно резкими скачками возбуждения. У нее было очень мокро между ног. Она несколько раз сжала их, пытаясь обуздать чувства. В прошлой жизни секс ей нравился, но только со своим парнем. А сейчас чувства не были направлены ни на кого. Они существовали сами по себе, как безумие, как сладкий туман. Ртиа хотела любого мужчину без привязки к его моральным и физическим качествам. Достаточно, чтобы тот просто хотел ее в ответ.

– Готово, – наконец, выдал он. – Что чувствуешь?

Ртиа села на кровати, прикрываясь рубашкой, подняла глаза на Варго.

– Ничего.

– Погоди, – парень коснулся ее плеча, затем провел рукой по груди, мягко отнимая от нее рубашку.

– Ммм, – вздохнула девушка.

Прикосновения приятно будоражили разум, вытаскивали глубокое и затаенное желание ублажить мужчину, самой получить разрядку.

– Хочется?

– Да, – признала она.

Вдруг Варго взял ее за затылок и притянул к паху, одновременно развязывая штаны.

– Что ты, нахрен, делаешь?! – подскочила девушка, снова прикрываясь рубашкой.

– Ну ты, наверное, хочешь для начала немного полизать его. Все рабыни так начинают!

Ртиа вскочила, противясь навязчивому томлению между ног. Она хотела бы этого, но все в душе переворачивалось, вступало в конфликт с подобным развитием дела.

– Варго. Я так не могу.

Он непонимающе развел руками.

– Ну нет, так нет.

– Не в этом смысле, – попыталась объяснить она. – У нас принято сначала целовать друг друга, ласкать девушку, только потом уже переходить к соитию. Тем более к такому.

– А что не так с оральным сексом? – непонимающе спросил Варго. – Рабыне отсосать – раз плюнуть.

– В том, что я не рабыня, – сказала Ртиа. – На моей родине так делают только тем, кого любят.

Варго покраснел при слове любовь. Это было трогательно и странно. Парень не стеснялся обсуждать физиологические подробности и называть действия как есть, но упоминание чувств вызывало в нем смущение.

– То есть ты согласна со мной переспать, но это должно быть не как с рабынями. Допустим. Но тут есть загвоздка.

– Какая же?

– Я не знаю, как должно быть. Разве что по книжкам. Я не целовал женщину, только грубо трахал.

Ртиа застыла. Она поправила прическу, скользнула взглядом по деревянным стенам. Слова не шли на ум.

– Может быть поиграем? – вдруг предложил Варго. – У меня есть несколько книг с романами. Там в одном очень подходящая сцена, но тебе придется переодеться. Где-то было платье сестры. Она приезжала несколько лет назад….

Он вскочил, сбивая коврик у кровати, движения выдали возбужденное состояние. Резная дверца шкафа жалобно запищала. Платье было извлечено за мгновения. Розово-белое, на вид весьма многообещающее.

– Смотри, там ванная. Ты приведи себя в порядок, только аккуратнее со спиной. Узор нельзя нарушать три дня – вода не смоет его, просто не надо слишком сильно тереть. А потом мы сделаем вид, что встречаемся.

Ртиа взяла платье и вошла в указанную дверь.

Варго куда-то убежал. Его тяжелые шаги заставили стены слегка трястись – зазвенели стекла в шкафу, по полу прошла вибрация.

Она впервые увидела себя в зеркало. Отражение привлекло и оторваться было сложно. Девушка бросила на пол рубашку, скинула штаны и отодвинула их ногой. Белье полетело туда же. Надевать снова эти вещи не хотелось. Напротив нее стояла загорелая стройная незнакомка. Ртиа ткнула пальцем в стекло, повернулась боком, спиной, разглядывая следы порки. Дико. Как это может быть ее лицо, ее тело? Все другое.

Ртиа умылась, промокнула серые глаза полотенцем, протерла веснушчатые щеки, откинула за спину чуть вьющиеся волосы золотисто-русые, слегка темнее кожи. Она вся была будто бы золотая, но не рыжая.

Тело оказалось совершенно гладким – ни волоска. Девушка осмотрела свои подмышки, пах, потрогала плоский живот, который в прошлой жизни украшал жирок и несколько волосков, которые приходилось удалять. Теперь кожа поражала гладкостью, только ноги после пробежки по лесу покрывали свежие ссадины. Их обработку она оставила на усмотрение Варго. Кто знает, чем из баночек можно пользоваться? Понятным тут выглядело лишь мыло.

Девушка наклонилась над раковиной и коснулась сосками холодного металла. Это было очень возбуждающе, пришлось повторить и убедиться – сильное наслаждение. Рука прошлась по упругой и большой груди, лаская себя. Еле удалось сдержать стон. Тело Рамисы реагировало на холод, на тепло, на касания. Приятно реагировало.

Ртиа взяла платье и попыталась в нем разобраться. Не длинное, но и не короткое. Пышная юбка с воланами, в талии чуть широковато, но есть пояс. Грудь довольно сильно открыта, что, впрочем, только на пользу. Ртиа оглядела незнакомку, расчесала золотистые волосы, распустила их по плечам и нашла это красивым.

Служанка

«Какие у тебя штрафы за убийство простолюдинов?» – написала Беатрис.

«Что случилось?» – пришел ответ.

«Просто скажи, сколько. Ты же будешь платить за мои действия? Я твоя собственность и ответственность будет на тебе, верно? Так какой родовой штраф?»

«Беатрис, я уже еду. Что бы ты ни делала, перестань и дождись меня! Иначе я сам тебя убью и мне ничего не будет!»

«Ложь» – ответила она, набирая новый текст: «Здесь твоя жена. Среди персонала предатели. Я в ярости».

«У меня нет жены. Есть только ты, Беатрис Аньярми. Не полоскай руки ни в чьей крови до моего приезда, прошу».

«Тогда в твоих интересах ехать быстрее. Я уже дошла до служебных помещений. Пока».

Беатрис оборвала связь, заставляя мужчину резко дать по газам. Пользоваться в городе магией было нежелательно, но дело приняло такой оборот, что он решил заплатить любой штраф – все лучше, чем за убийство.

Никакой ответственности, кроме материальной за подобные преступления не было, но для семей магов ситуация оборачивалась позором. К тому же за каждое последующее убийство штраф рос. В прошлом было несколько случаев, когда пренебрежение святостью жизни и попытки скрыть это от общества вылились в полное разорение.

Более семидесяти лет у Арьянми подобного не происходило. Эритар представил себе последствия. Выплатить штраф за ее действия – все равно, что объявить во всеуслышание – Беатрис его рабыня. И это не могло не вызвать осуждения и массу слухов.

Убийство прислуги без последствий тоже не останется. И угроза не была пустой. Луцерос подобными вещами не брезговали. Крошечная семья с неограниченными богатствами, еще и относящаяся к особо ценным для государства.

Для Арьянми это было недопустимо. Итак, предстоит покрыть позором семью, увидеть осуждение в глазах матери и отца. Его передернуло. Машина взмыла в воздух, преодолевая высокий забор и перескакивая с эстакады на другое шоссе.

Зачем только Эвиан влезла?

Живо представились горящие гневом глаза Беатрис. Что она чувствовала, когда Эви вошла, элегантная и нежная, как всегда. Томная поза, женственные изгибы, все это нашло отклик в сердце Беатрис. Ревновала ли? Почувствовала ли что-то? Или образ Антари все еще значил больше?

Эритар сделал несколько магических движений, концентрируя силу вокруг себя. Ему нужны были все инстинкты и вся доступная магия, чтобы приехать домой вовремя.

Может быть, ему все же стоило оставить немного контроля над Беатрис. Совсем чуточку, чтобы реагировала хотя бы на магический приказ? Он не мог осуждать ее, но злился неимоверно.

Как в романе

Ртиа вышла на крыльцо, чтобы понять, куда подевался Варго. Она не сочла обувь подходящей к платью и просто осталась босой. Девушка облокотилась на перила крыльца и оглядела двор – аккуратно и красиво. Он говорил, что земля подчиняется его магии, это было заметно сразу. Ягоды, цветы, овощи – изобильно росли рядами. Ртиа задумалась, что хоть как-то напоминает привычные продукты и не заметила, как появился хозяин дома.

Он лишь улыбнулся, глядя на босоногую красавицу в легком платье. Ветер развевал воланы, девушка переминалась с ноги на ногу, стучала ногтями по ошейнику. Тело ей досталось весьма изящное. Лицо, в свете нескольких фонарей обрело загадочность и томность. Волосы мягко мерцали.

– Вечер поздний, – замялся парень, подходя к крыльцу. – Цветы закрылись, но утром распустятся вновь. Прими этот букет, прекрасная дева Ртиа. Приложи его к своим сладчайшим устам и подари бутонам поцелуй, который получить желал бы я, но не посмею и мечтать. Твои глаза полны любви, полны последних лучей заката, полны страсти, в которой утонуть надеюсь.

Парень поднялся по ступеням и опустился перед ней на одно колено, протягивая цветы. Его речь так контрастировала с тем, как он говорил при знакомстве, что Ртиа испытала легкое непонимание, когда именно он стилизовался? Сейчас, изъясняясь книжными выражениями, или в лесу, просторечно уламывая ее на секс? Или же все это было притворством и настоящего Варгомилиса Леда не было ни в том, ни в этом случае?

Она взяла букет и аккуратно поднесла его к лицу. Пахло мятой, гвоздикой, чем-то сладким и ягодным, примешивался легкий хвойный армат.

– Спасибо, – сказала она, не понимая, стоит ли выдавать в ответ что-то подобное его речи.

Но если он решит, что это ей не под силу? Что ее образования не хватит для высокого стиля?

– Благодарю тебя мой милый Варго,

не ожидала, что под сенью ночи,

ты принесешь мне пряных трав и ягод,

среди цветов, которых недостойна.

Твои безумно томные признанья,

меня влекут. Принуждена ответить

тебе на них я против своей воли,

и против правил, что меня сковали.

Пусть осужденья путь пройти придется,

пусть скажут – пала!

Скажут, что развратна,

но нет в любви позора, нет в ней грязи!

Любовь светла и это чувство сильных.

Варго некоторое время молчал, ничего не отвечая. Затем поднял к ней свои светлые глаза и задал вопрос:

– Ртиа, это цитата или импровизация?

– Импровизация, – она отступила на шаг и присела в легком поклоне.

Варго встал с колен, медленно поднял ладони перед собой и несколько раз хлопнул в них, признавая красоту ее слов.

Он протянул к ней руку, захватывая талию. Девушка впечаталась в его широкую грудь.

– Отклонись назад, – шепнул он, будто бы у сцены были зрители, которые не должны слышать реплику вне сценария.

Ртиа прогнулась в пояснице, повисая на его руке. В этот момент он склонился к ее лицу и коснулся губ. Поцелуй был очень целомудренным и неумелым. Похоже, Варго сказал правду, он ни разу не целовался. Девушка обняла его за шею, помогая изучить новый урок.

Ярость демона

Беатрис вошла в служебное помещение быстрым шагом. Она огляделась по сторонам. У себя в доме девушка давно не держала слуг. К ней приходила женщина убирать, но не жила. Одним из споров с Эритаром был как раз вопрос со слугами. Они постоянно находились в доме и работали сменами. Получался серьезный штат. Беатрис раздражали чужие люди, раздражала необходимость приоткрывать завесу своей жизни для кого-то, хотя Тар надежно оберегал их секреты.

Управляющая, три служанки, повар, помощник повара, садовница и шофер. Слишком много народу. Сейчас их станет меньше. Намного меньше.

– Управляющий! – крикнула она.

Явилась женщина. Яркая и красивая. На ней было широкое платье в плавных сиреневых узорах. Форменная ткань, вспомнила Беатрис.

– Весь персонал сюда, – приказала девушка.

– Госпожа Беатрис, – начала управляющая. – Меня зовут…

– Персида, – закончила за нее темноволосая. – Немедленно сделать то, что я сказала. Без каких-либо лишних слов.

– Но господин…

– Я – Беатрис Луцерос, – она напомнила о своей жестокой семье. – Еще одно возражение и все станет по-моему, но уже без вашего участия.

Женщина кивнула, вытаскивая планшет. Теперь всем слугам в доме должно было прийти оповещение. Они выстроились перед ней ровной шеренгой. Стояли молча, не переговариваясь. Беатрис изучала лицо каждого.

Повара она знала. Тар держал его много лет, вероятно, забрал из родительского дома. Спокойствие и честность были написаны на его лице. Беатрис кивком головы отметила поклон. Он – не предатель.

– Вы можете быть свободны, господин Басти.

Повар поклонился ей и поспешил удалиться.

– Благодарю, госпожа Беатрис.

Садовница тоже была прежней из той прошлой жизни. Стоило отметить, что женщина неплохо общалась с госпожой: Беатрис очень любила местный сад и в свободное время ухаживала за ним наравне с ней. Могла ли предать? Безусловно, но сейчас она была невиновна.

Помощник повара был девушке незнаком. Выглядел солиднее, чем следовало. Смотрел без страха, что было странно. Фамилия Луцерос обычно производила должное впечатление. Это была задачка для Тара. Пока остается.

– Госпожа Сарина, – окликнула Беатрис одну из старших служанок, нанятую из родительского дома Аньярми. – Вы тоже можете покинуть нашу уютную компанию.

– С вашего позволения, госпожа Беатрис.

Шофер тоже ушел – Эритар водил машину сам. Так что должность была номинальной. Это был охранник, причем тот же, что и раньше, в выборе хозяина дома можно было не сомневаться. Беатрис подтвердила для себя его личность – вопрос был закрыт.

– Ну и кто из вас Розалия? – поинтересовалась Беатрис у оставшихся двух служанок.

Управляющая чувствовала себя не в своей тарелке. Она не знала, есть ли у Беатрис полномочия.

– Персида и вы, – она кивнула помощнику повара. – Ждите в соседнем помещении. Покинуть его вы не сможете.

– Почему она распоряжается здесь? – вдруг возмутилась одна из служанок. – Кто она вообще такая? Она нам не хозяйка! – девушка схватила Персиду за руку, удерживая.

– Розалия, прекрати, – управляющая смахнула ее с себя, желая быть как можно дальше от эпицентра неприятностей.

– Мы должны дождаться хозяина дома! – возмутилась Розалия. – Пусть усмирит свою рабыню!

Беатрис переместилась к ней с противоестественной для человека скоростью. Она стояла прямо перед девушкой разглядывая ее очень деятельно – голова склонялась, то на один, то на другой бок. Сама колдунья перемещалась, будто бы разнюхивая. В ее хрупкой фигуре было что-то жуткое. Полное угрозы.

– Она же ниже нас по положению, – отчаянно призывая на помощь оставшихся в помещении слуг, взвизгнула Розалия.

Беатрис заметила, что кое-что произошло. Во-первых, помощник повара использовал магию. Слабенькую, но все же. Набросил на себя заклятье неприметности, которое не сработало в лучах того, что здесь устроила Беатрис. Во-вторых, Персида, скорее всего была не при чем или у нее были совершенно стальные нервы. В-третьих, вторая служанка, имени которой Беатрис не запомнила, еще немного и собиралась бухнуться в обморок.

– Возможно, ниже. Я не буду опровергать слухи, – Беатрис говорила тихо и вкрадчиво, продолжая раскидывать свою магию.

Становилось жутко, потому что свет изменился на желтовато зеленый, в тенях что-то заметно шевелилось. Бесконечно НЕ хотелось знать, что же именно. В дальнем углу слышались звуки.

– Ты не имеешь права, – жалко пискнула Розалия. – Ты и магией не можешь пользоваться.

– Похоже на это? – Беатрис подняла руку вверх и перебирала пальцы в определенном порядке. Зеленый свет засиял ярче. По полу ползли ядовитого цвета языки. Персеида с визгом запрыгнула на стул.

– Хозяин покарает тебя, – отчаянно закричала служанка, и из ее глаз брызнули слезы.

– Тебе не стоит на это надеяться, – сказал Эритар. Он говорил спокойно, тихо, будто бы не несся как сумасшедший с лавой в венах вместо крови. Дыхание трудно восстанавливалось, но он умело скрывал частые вздохи. – Я отдаю тебя Беатрис. Мне кажется, что ты ее оскорбила. Но это ничего. Беатрис обязательно уговорит тебя извиниться.

За несколько мгновений хозяин оценил происходящее. Ломать авторитет своей женщины при слугах было глупо, учитывая планы. Запугала она здесь всех знатно, стоило оставить это как есть. Сделала выводы, судя по составу участников. Луж крови не наблюдалось, значит просьба не убивать худо-бедно была исполнена. С покорностью предстояло разобраться позже.

– Дорогая. – обратился он к своей рабыне, надеясь, что она все правильно поймет и подыграет. – Сколько штраф за убийство простолюдина у семьи Луцерос?

Беатрис фыркнула, демонстрируя бешенство.

– Мои родные часто пользовались своим правом, поэтому он довольно высок. Не хотелось бы тратить столько. Ты говорил, что я скоро стану Арьянми, у вас намного ниже штраф. Можно я буду держать ее в подземелье и пытать, а убью, только когда получу твое имя, ну чтобы сэкономить?

Эритар еле сдержался, чтобы не заржать. Подыграла, так подыграла.

Служанка бросилась ему в ноги с рыданиями.

– Господин, меня окрутили! Умоляю, позвольте все рассказать! Умоляю, позвольте рассказать все вам! Простите, что я оскорбила вашу невесту! Я все неправильно поняла! Умоляю! У меня маленькая сестренка на руках. Мы сироты!

– Она лжет как дышит, – заметила Персида, не покидая своего убежища на табуретке. – Никакие они не сироты. У них есть бабушка и дядька.

Беатрис протянула к ней руку и зеленые вихри снова пришли в движение.

– Я поговорю с ней первый, – решил хозяин.

– Но ты же сказал! – капризно заныла Беатрис. – Мы же договорились!

– Если мне что-то не понравится, она твоя, – улыбнулся своей женщине Эритар. – Остальные ждут меня здесь. Разговоры запрещаю.

Его рука очертила сложную фигуру в воздухе и трое слуг с ужасом поняли, что потеряли возможность говорить.

– Беатрис, ты идешь со мной.

Она кивнула и улыбнулась.

Побег

Антари закончил обыск в квартире. Ничего особенного не нашел, кроме порции глубокой печали. Здесь Беатрис ласкала его, обнимала и целовала. Когда приходил, обязательно бросалась на шею и улыбалась. У нее так лучились глаза, а он никогда не мог ее сразу отпустить. Бежит ли она также к Эритару? Или у них все иначе?

Антари никогда не спрашивал, какими были эти отношения. Беатрис бы не позволила. Об Эритаре она не заговаривала сама и не поддерживала бесед. Сомкнутые губы, резко переложенные вещи, нетерпеливые вздохи и особо жгучие взгляды – эта реакция не способствовала желанию задавать вопросы.

Он обошел квартиру, вышел на балкон, потом вернулся на кухню, влез в холодильник, налил кофе. Это давало ему чувство ложного контроля. Вроде бы как он тут живет, знает, где лежит сладкое, имеет собственную чашку.

Дверь хлопнула, заставляя его застыть как преступника. Это Эритар? Беатрис? Ее приходящая служанка? Кто мог прийти?

Осторожные шаги все же было слышно. Антари интуитивно выпустил магию, позволяя ей туманом расползтись по полу и направляя часть в коридор. Ох и влетит за такое от Беатрис, если это она. Его глаза закатились и стали полностью белыми. Постепенно белок мутнел и наконец вспыхнул темно-фиолетовым огнем. Он видел.

В коридоре было три человека, все маги, все в боевой форме. Это не охрана дома, не люди Эритара. Антари больше не сомневался. Туман обрел плотность, обернулся вокруг их ног, оставалось резко дернуть и все трое упали в самую гущу.

Нельзя было терять времени. Антари рванул к выходу, попутно успев наложить жесткие оковы магии на одного из нападавших. Петля захлестнула его горло уже на пороге, но он был готов. Мерцающий клинок отсек магическую связь, оставляя боль в шее. Плохо было то, что двое визитеров теперь отрезали выход плотной стеной силы и шли на него с дурными намерениями.

– Ну хоть штраф за убийство платить не придется, раз первые напали, – бросил он, выпуская из себя все.

Туман залил помещение белым молоком. Кашель подсказал Антари, куда бить в первую очередь. Для него воздух оставался чистым и безвредным, зато остальным омерзительным образом не подходил. Мужчина почувствовал движение и сделал несколько плавных шагов, обходя нападающих по кругу.

– Эй, туманный, – окликнул его голос, явно не подвергшийся вредному воздействию. – Сдавайся! Мы тут не одни. Тебе не сладить с боссом. Говори, где хозяйка квартиры и отпустим с миром.

Антари не ответил. Он раскрутился в тумане, острым клинком располосовал тело одного из мужчин. Шевеление на полу подсказало куда бить теперь, пока не освободился лежащий. Лезвие клинка дымилось от крови, темноволосый вытер его о собственное бедро. Одежду все равно придется выкинуть, а возможно и сжечь, смотря, что за кровь.

Антари не мешкая вонзил короткий меч в защитное полотно на двери, пробивая себе путь грубой силой. Он надеялся, что противник остался один и не успеет среагировать. Это было ошибкой. Боевое заклинание отбросило его на пол, оставляя без оружия. Клинок так и застрял в завесе. Дверь тем временем открылась и вошел человек, лицо которого было скрыто плотным мороком.

– Обездвижить его, – велел он людям, зашедшим следом.

Антари терял контроль над телом, но это не очень его напугало. Действие заклятья он изучил хорошо. Знакомая техника, куча уязвимостей. Впрочем, шанс бежать мог и не выпасть, если его решат убить до того, как оставят в одиночестве.

– Антари Мобанар? – уточнил голос главного. – Пришел взять немного платьев для своей куклы? Вот уж не думал, что утащишь ее. Следить за невестой в день девишника гнусно, разве нет? Но теперь-то ты доволен тем, как все вышло? Получил больше желаемого? Да?

– Я не понимаю, о чем вы, – с раздражением бросил Антари. – Беатрис пропала. Нашу свадьбу пришлось отменить. Я просто искал ее.

– Хочешь сказать, что не знаешь, где твоя девчонка? Решил нагло врать мне в глаза?

Мужчина жестом велел поднять пленника. Его прислонили к стене, впечатывая магией, чтобы расслабленное тело не грохнулось на пол.

– Еще ни разу не убивал члена высокой семьи. Мобанары удивятся, потеряв младшего сына. Ты знал, что штраф за убийство не обязательно платить, если не оставляешь следов?

– А в чем же смысл? – спросил Антари. – Мертвые не отвечают на вопросы. Если это была угроза, то сработала она неважно. Я всегда относился к трусам с презрением.

– А к боли тоже с презрением? – босс резко переместился, всаживая в тело Антари сияющую иглу. Она прошла насквозь, вызывая нечеловеческий крик. Тут же такая же игла прошила его плечо, вонзилась в бедро, упираясь в кость.

– Где Беатрис? Ты успел поиметь ее, женишок?

– Я не знаю, где она, – Антари провыл эти слова. Боль сводила с ума. Она не прекращалась, не давала отдыха. Все точки нестерпимо жгло. Мерзко было оттого, что хотелось сдаться. Назвать имя Эритара и перенаправить гнев садиста туда. Но под ударом будет и Беатрис. Чтобы не произошло между ними, а ей грозила реальная опасность. Антари представил, что на его месте она. Полные слез женские глаза, нестерпимая жестокость. Плевать, что бросила, плевать, что с другим, такого допустить нельзя.

– Значит не хочешь облегчить ощущения, – вздохнул голос из морока. – Жаль. Глупо. Влюбленность проходит. Женщины с каждым годом подрастают новые. Может быть тебе предложить готовый гарем? Пять девушек, жаждущих облизать тебя с ног до головы, покорных, милых, подставляющих свое тело для ласк с радостью.

– Мне бы найти Беатрис, – простонал Антари.

– Продолжаешь упрямиться, – главный потрепал его по щеке. – Хорошо. Давай попробуем выяснить, насколько ты ценишь возможность оставаться мужчиной. Это же важно, правда? Если я кое-что тебе отрежу, каков шанс, что это успеют прирастить в лучшей клинике нашего города?

Антари почувствовал тошноту и ужас. С ним не шутили. Надо было срочно что-то делать. Парализующее заклятье почти покорилось, но был один момент. Пока тело висело, подчиняясь удерживающей магии, боль была внутри. Антари не выражал ее, ни дрожью, ни судорогами, ни конвульсивными движениями. Как только он разобьет узы, тело выдаст его. Невозможно терпеть энергетические иглы без проявлений. Во рту разливался металлический привкус. Мужчина так сжал зубы, что почувствовал хруст эмали.

– Где Беатрис? – еще одна игла.

– Не знаю!

– Где она? Ты трахал ее?

– Да почему это важно? – взвыл Антари, распуская туман.

Он потрудился, чтобы тонкие полоски осторожно ползли по стенам в тенях. Затравленно закрыл глаза, давая мучителю удостовериться в полной деморализации. Следить за туманом без призрачного зрения было неудобно, будто бы он шарил наощупь в полутьме, наблюдая за собой в кривое зеркало.

– Не трахал, значит. Где ты ее прячешь?

Еще одна игла.

– Нет сил терпеть, – взмолился Антари между криками. – Прошу, моя семья заплатит. К черту Беатрис, заберите ее себе, как найдете, у меня ее нет. Нет ее у меня. Нет!

Он решился. Их четверо, пленник один. Боль сжимает сознание до точки, но жить хочется сильнее. Антари слился со своим туманом, выливаясь из истерзанного тела. Магия была на грани жизни и смерти. Он рисковал так лишь однажды и то с опытным наставником. При этом тело не страдало. Можно не вернуться. Можно все потерять.

Мужчина со стороны увидел, как голова падает на грудь, будто бы сознание покинуло его. Босс приложил руку к шее, проверяя пульс.

– Шок, – крикнул он. – Перебор с иглами, вытаскивайте.

Убивать его все же не собирались. Антари скользил по стене с щупальцем тумана и думал, что морок вокруг головы его обидчика так и сохраняется. Отлично, это значило, что убийство не входило в планы. Очередная игла покинула плоть.

Или сейчас, или никогда. Антари захлестнул туманом горло двоих бойцов, пережимая до предела и не раздумывая. Третий задохнулся, когда облако разрослось вокруг головы. Он пытался сбросить его с себя, но не выходило. Хрипы рвались из легких, отекших мгновенно. Что происходит под мороком босса можно было только догадываться. Мужчина закачался, одна из игл так и осталась в его ладони. Антари перехватил ее туманным лассо и воткнул в живот до предела. Теперь надо было вернуться в тело.

Самая сложная и опасная часть магии была впереди. Плоть не привлекала. Хотелось уползти и спрятаться в низинах близ рек. Хотелось утечь прохладной волной туда, где больше не будет ограничений плоти, которая стала приютом боли. Нет. Антари мыслил не как человек, не как маг. Он был чем-то иным, с другой логикой. Все стало лишним и неважным. Усилием воли туман все же подошел к телу, касаясь ноздрей, губ.

Не хотелось.

Мысль о Беатрис мазнула сознание. Предупредить, а потом уже растекаться по глади воды. Она не должна через такое проходить. Никто не смеет причинить ей вред.

Туман коснулся ноздрей, позволяя легким сделать свою работу. Высшая магия прошла без осложнений. Антари сломал парализующее заклятье и упал на пол, корчась от боли, кляня каждый момент и мысль, заставившие его вернуться и облечься в плоть.

Ожидая новый удар, он извивался на полу, вытаскивая оставшиеся иглы. Беспомощный, жалкий, сдавшийся. Если все начнется заново, если только они успеют первыми, он просто утечет. Ни за что не пройдет через пытки. Последняя игла покинула тело, давая передышку. Боль все еще терзала, все еще наполняла каждый жест, когда он медленно поднялся с пола.

Словно в зеркале его движение повторил босс. Охранники не шевелились. Антари, не стал размышлять, не стал ждать противостояния. Ему не было интересно, кто тут выжил, а кто нет. Мужчина просто бросился к выходу, раздирая подхваченным клинком завесу и ныряя в появившуюся дыру. Дверь он снес с петель плечом, в последний момент вспомнив о ее существовании. Боль пронзила от макушки до пяток. Резко потемнело в глазах, какой-то потаенный инстинкт заставил Антари сгруппироваться, прежде чем полететь по лестнице вниз. Туман подстелился под тело господина, оберегая голову и кости от жестокой зеркальной поверхности мрамора. Антари съехал к нижней ступени, бросил взгляд на дверной проем разоренной квартиры Беатрис, оценил, как оттуда появляется рука, окутанная неприятным холодным свечением, и выпрыгнул в окно, создавая себе тощую страховочную подушку.

Все кости перетряхнуло, глоток кофе вылетел с кислым вкусом рвоты. Антари бросился к нежно-голубому автомобилю, пачкая светлую кожу салона кровью и грязью. Он рванул с места, игнорируя ключ и заводя машину магией. Была всего одна идея, всего один дом, где его никто не найдет. Всего один человек, которому можно доверять. Это было глупо, но решение он принял еще в тот момент, когда вернулся в тело.