Текст книги "Дед в режиме охотника (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Евгений Решетов
Дед в режиме охотника. Том 6

Глава 1

Край розового солнца опасливо выглянул из-за леса, посмотрев на Ратиборск, оглашаемый сиренами скорой помощи и пожарных машин. Везде сновали прибывшие спасатели, извлекая стонущих людей из-под завалов.

Раненым оказывали помощь, а мёртвых увозили на грузовиках. Возле остановки плакал чумазый ребёнок, держа обгорелого плюшевого медведя. Из окна дома круглыми зенками смотрел кот, прядая ушами.

А вокруг руин швейной фабрики выстроилось оцепление из военных. Они порой косились на князя Корчинского, гордо стоящего в обществе седоусого лысого аристократа перед развороченной фабрикой, где работали спасатели, усиленные спецтехникой, с грохотом поднимающей плиты.

– Ваше сиятельство, вы все так же уверены, что поступили правильно, отдав приказ атаковать? – глухо спросил седоусый, потирая красные от недосыпа и усталости глаза, прячущиеся в набрякших веках.

– Ещё бы, Аркадий. Я всегда уверен в своих приказах, – проронил князь, сверкнув белозубой улыбкой, не вяжущейся с его заляпанной кровью чёрной формой, украшенной подпалинами и дырами. Именно что украшенной.

Корчинский сам «поработал» над формой, чтобы перед рядовыми бойцами выглядеть храбрецом, прошедшим горнило битвы, а не штабной крысой.

– Да, наверное, вы были правы, князь.

– А то. Лучше скажи мне, Аркадий, сколько их?

– Много. Сотни и сотни убитых гражданских.

– Да на кой шут мне твои убитые? – скривился князь. – Я про чудесные доспехи демонов и их артефакты!

– Пока удалось найти трое лат и с десяток артефактов, – ответил аристократ, глянув на вороньё, восседающее за спинами бойцов на парапете, отделяющем изрытую ямами набережную, от речушки, где из воды баграми вылавливали трупы и затаскивали на лодки.

– Отлично, будет что приподнести императору, – довольно потёр руки Корчинский и тут же строго потряс пальцем: – Смотри, чтобы никто ничего не украл!

– Прослежу, – кивнул Аркадий, сверкнув лысиной, покрытой бисеринками пота, хотя пахнущий кровью, смертью и гарью воздух был довольно прохладным. – Ваше сиятельство, думаете, Его Императорское Величество удовлетворится артефактами? Ведь мы должны были принести ему сведения о направлении генерального удара демонов. Выходит, мы всё же провалили задание.

– Мы? – вскинул брови князь и резко рубанул воздух рукой, сердито прошипев: – Нет никаких мы! Есть руководитель и кучка идиотов, не сумевших справиться с простыми заданиями. Ни один даже самый гениальный полководец не выиграет битву, если ему дать кучку сиволапых крестьян!

Седоусый с виноватым видом кивнул и снова устремил взор на руины фабрики, где спасатели вдруг зашевелились более активно.

– Кажется, там что-то нашли или… кого-то, – взволнованно проговорил Аркадий, облизав серые губы.

– Человек! Человек! Тут живой человек! – огласил развалины хриплый мужской крик.

– Неужели это Зверев? – ошарашенно просипел князь, словно его горло стиснули чьи-то сильные руки. – Не верю… не верю.

– А я говорил, что он может выжить в любом Аду! – выпалил седоусый и несмотря на усталость побежал к руинам словно мальчишка, а не убелённый сединами аристократ. Правда бежал он, конечно, как хромая утка.

Корчинский быстро догнал его, двигаясь энергичным шагом. Глаза князя не отрывались от до сих пор кое-где дымящихся развалин. Его лицо побледнело, а на лбу выступила испарина.

Казалось, что он готовился увидеть призрака. И аристократ аж вздрогнул, когда четверо мужчин бережно вынесли к валяющейся на асфальте доске почёта носилки с мужчиной в обгорелой одежде.

Князь с Аркадием подскочили к нему и впились взглядами в исцарапанное, покрытое сажей лицо с отметиной от подковы на лбу.

– Это не Зверев! – выпалил Корчинский, с толикой облегчения проведя рукой по волосам.

– Да, не он, – мрачно нахмурился лысый дворянин. – Какой-то простолюдин в форме полицейского. Ума не приложу, как он выжил!

– Всё благодаря усиленной подготовке младшего состава МВД и стакану молока за вредность, – раздался позади князя хриплый голос. – Ну ещё у него крестик на груди, а в кармане семилистный клевер.

Корчинский аж подскочил и резко развернулся, распахнув глаза так, что они чуть не выпали из орбит. Но уже через миг он сощурился, стиснув зубы, будто что-то просчитывал.

– Игнатий Николаевич! – ахнул Аркадий, распахнув рот до земли, усеянной осколками. – Вы живы! Да ещё… ещё выглядите так, будто только из санатория!

И лысый не преувеличивал. Хоть одежда Зверева и напоминала лохмотья, однако на его грязных щеках играл здоровый румянец. Тело излучало внутреннюю энергию, а часть морщин будто бы даже разгладилась. И только где-то на самом дне глаз можно было увидеть человека, взглянувшего в лицо даже не смерти, а чему-то гораздо более худшего…

– Да, битвы идут мне на пользу. Они для меня как полноценный отдых, – улыбнулся Игнатий Николаевич и посмотрел на спасателей. – Может, кто-то за кофейком сбегает? Утро всё ж таки. В Ратиборске вообще знают, что такой кофе или до сих пор солому заваривают?

– Кхем… что с вами произошло, Зверев? – сухо выдал князь, сумевший взять себя в руки.

Между его бровями пролегла складка, а взор стал острым и испытывающим, словно он заподозрил Зверева в чём-то страшно нехорошем.

Ратиборск

Корчинский смотрел на меня как на предателя, оказавшегося в шаге от разоблачения.

– Ничего необычного не произошло, – пожал я плечами. – Просто мне удался старинный трюк под названием Троянский конь. Вступив в бой с демонами, я специально проиграл, оказался в плену и как весьма ценный человек был доставлен к их военачальнику, хитростью получил от него сведения о генеральном ударе и скрылся ещё до начала имперской атаки, превратившей фабрику в арт-объект.

– А откуда вы взяли артефакт-кинжал? – холодно уточнил князь, подозрительно глянув вслед спасателям с носилками. Не услышали ли они наш разговор? Но те уже отошли довольно далеко. Да и спецтехника грохотала так, что уши закладывало. Но меня, конечно, больше волновало, что Корчинский видел мой бой на крыше. Опасно. Очень опасно. Можно и провалиться.

– Кинжал я выхватил из ножен демона, приведшего меня на крышу, – соврал я, не моргнув глазом.

– Как-то всё очень ловко у вас вышло… – протянул Корчинский, склонив голову к плечу, чтобы с нового ракурса посмотреть на меня. – Подозрительно. Не находите?

– Это всего лишь гениальный план и щепотка удачи, – равнодушно ответил я, стараясь не вспоминать то, что произошло после начала атаки.

Гнал эти мысли прочь, чувствуя, как потеют ладони. Нет, не от пережитого страха. А от какого-то нового чувства. Я же будучи лихим ведьмаком множество раз проходил через Ад, но то, что случилось сегодня… это… это немыслимо. У меня до сих пор сердце билось через раз, обливаясь холодным потом.

– Игнатий Николаевич, – вклинился в наш разговор седоусый дворянин, покрывшийся красными лихорадочными пятнами. – Так куда демоны нанесут генеральный удар?

– Это будет город на Волге. Более подробно поведаю императору. Во всех деталях. А сейчас, вы уж извините, ваше сиятельство, но я бы принял ванну и отправился спать. Ночка выдалась бурной.

На лице Корчинского возникло кислое выражение, быстро сменившееся напускной равнодушной маской. Но в его глазах разгорались ненависть и зависть. Я же всё-таки обскакал князя, добыл сведения. И теперь он словно горел на медленном огне, густо замешанном на гневе и чёрной досаде.

– Игнатий Николаевич, – кашлянул в кулак седоусый и выпрямился во весь рост, несмотря на усталость, давящую на плечи, – хочу принести вам свои извинения. Там, в кабинете его сиятельства во время совещания, я не поверил, что демоны атакуют именно Ратиборск. Не поверил, что вы сумели всего лишь по взгляду демона понять, что ваше предположение верно. Но вы оказались полностью правы. И это… блестяще! Вы великий маг и мудрый человек. Я буду счастлив, если вы примете мои извинения.

– Конечно приму! Любой здравомыслящий человек на вашем месте не поверил бы мне, – улыбнулся я и пожал руку аристократа, на которого весьма мрачно косился князь.

Кажется, он устроит хорошую головомойку седоусому за эти извинения, сорвёт на нём злость.

Пока же Корчинский откинул корпус назад и через губу проговорил, свысока глядя на меня:

– Итак, город на Волге. Но доказательств у вас, конечно, нет?

– А они должны быть? – картинно изумился я, криво усмехнувшись. – Какие именно? Свидетельства очевидцев? Чистосердечное признание военачальника демонов в трёх экземплярах? Аудио– и видеосъёмка?

– Как вы разговариваете со мной? Высмеиваете? Дерзите? – опасно сощурился Корчинский, резко вздёрнув голову.

– Просто пытаюсь уточнить, что вы имеете в виду.

– Ваше дело отвечать, а не уточнять! – огрызнулся он, переступив ногами в берцах. – Где кинжал-артефакт? И почему на вас нет ни одной царапины?

– Кинжал в итоге утащил в проход какой-то демон. А что до моей целостности и сохранности, я воспользовался зельями здоровья, снятыми с трупов всё тех же демонов, – снова соврал я без запинки, прямо и без страха глядя на князя.

А тот внутренне кипел. Ему хотелось как-то унизить меня, чтобы самому себе показать, что он всё-таки выше меня, сильнее и могущественнее. Он вёл себя, как ребёнок, который проиграл кому-то спор, а потом бегает и кричит, что зато у него дома есть крутые игрушки, он выше, взрослее, да и родители его богаче, а весь этот спор вообще ерунда, мелочь, которую следует поскорее забыть.

Я не дал князю такой возможности, коротко кивнул на прощание, развернулся и пошёл по набережной, обходя самые глубокие ямы со скопившимся мусором и густой кровью.

Корчинский вроде бы возжелал что-то крикнуть, но седоусый схватил его за рукав и начал жарко шептать.

Вот и замечательно. Хоть у кого-то есть голова на плечах. У меня она тоже была. Потому я остановил ближайшую машину с военными и приказал им отвезти меня в любое место, где смогу вымыться и отдохнуть.

Так я оказался в единственном на весь город относительно целом отеле, переделанном из старинного бревенчатого трёхэтажного особняка. Тот, конечно, носил следы ночной веселухи: тут окно разбито, там следы крови на дощатом полу. Но один номер оказался полностью целым и готовым для приёма столь высокопоставленного клиента. Даже кофе дали. Ну, такой, со вкусом нищеты и бразильских дорог. В принципе, он меня устроил, как и ванная комната со шторкой, где была нарисована роковая красотка с зелёными глазищами.

Тотчас вспомнились Владлена и её бывший муж. Не к ночи будут помянуты оба. Хотя какая ночь? Утро в самом разгаре.

Вздохнув, я разделся и залез в ванну, включив кран, перемотанный синей изолентой, словно раненый боец бинтами.

Вода оказалась чуть тёплой и с привкусом ржавчины, но понятное дело, даже такая позволила мне смыть запёкшуюся кровь и грязь. А потом я выбрался из ванны, очутившись перед зеркалом над раковиной. Оно отразило моё подтянутое жилистое тело со свежим всё ещё алым шрамом на левой стороне груди, прям возле сердца.

Глядя на него, я снова почувствовал мороз, пробежавший по коже. Быстро отвернулся, повязал полотенце вокруг бёдер и, шлёпая босыми ногами, покинул ванную комнату, оказавшись перед небольшой кроватью, стоящей возле окна.

Подойдя к нему, глянул наружу. Там плескалась река, а около небольшого причала покачивался на волнах баркас с разбросанными по палубе пустыми бутылками и пятнами блевотины. Получилась эдакая обрыгантина.

Зашторив окно, я повалился на кровать, но не заснул, а вернулся мыслями к Ларе. Померла она? Было бы здорово. Ведь она теперь знает меня и видела, как я использую кинжал, который могут трогать лишь демоны.

К сожалению, о её судьбе я узнаю только из отчёта, который получу после разбора завалов.

Но кое-что я уже получил, а именно в результат всех моих боёв дар повысился до восемьдесят шестого уровня! До девяносто первого осталось совсем немного. Однако и проход, ведущий в «Руины разбитой головы», может открыться хоть завтра. И тогда меня будет ждать провал…

– Пожри меня дракон, – процедил я, уже чувствуя, как буря эмоций ослабевает под натиском сна.

И вскоре он пришёл, принеся с собой те воспоминания, что я тщательнейшим образом гнал от себя…

Несколько часов назад

Я с диким воплем вместе с обломками крыши фабрики полетел в зал, где уже бушевало пламя, окутывая станки. Ужас выстудил мою кровь, а ветер свистел в ушах, вторя взрывам.

Прямо в полёте ударная волна швырнула меня куда-то вправо, приложив об металлический швеллер, прежде подпиравший потолок. Боль разорвала бок, и хрустнули рёбра, проткнув лёгкое. Во рту появился солоноватый вкус крови, даже раньше, чем я упал на пол.

А потом на меня повалились бетонные обломки, выбивая сознание. Впрочем, оно вернулось. Причём как-то резко. Вот я плавал в блаженной тьме, а уже через миг с трудом разлепил пудовые веки и закашлялся, выплёвывая изо рта сгустки крови.

– Кха… кха… – исторг я из себя, вдыхая раскалённый воздух, забившийся в мою затянутую дымом гробницу из кусков бетонных плит, сложившихся надо мной шалашиком.

Не повернуться, не нормально вдохнуть. Да и как тут вдохнёшь, когда рот полон крови, а ноги, судя по ощущениям, либо оторвало, либо расплющило в блин⁈

– Нет, нет, – с трудом прошептал я, разевая перекошенный рот.

Смерть неминуема. С переломанными рёбрами, истекающий кровью, раздираемый болью, без магии и артефактов. Как⁈ Как можно выжить в такой ситуации⁈

– Черныш… Черныш… – застонал я, ухватившись за крохотный шанс на спасение.

Принялся мысленно звать кота. Но тот не отзывался. А моё сознание снова начало затуманиваться, грозя оставить тело. И тогда всё – помру к радости всех своих многочисленных врагов. И эта мысль неожиданно вселила в меня такую злость, что аж голова прояснилась.

– Хрен вам всем! – процедил я.

Кое-как отрешившись от боли, стал лихорадочно соображать. И понял, что могу воспользоваться лишь «Вампиром». Тот появился в моей левой руке, стоило мне подумать о нём.

Но что дальше? Багровый луч убьёт меня самого, если применить его в столь замкнутом пространстве. Да и проплавит ли он бетон?

– Дерьмо, – просипел я и кое-как поднёс кинжал к глазам.

Тот дрожал в моих стремительно слабеющих пальцах, освещая дымный сумрак рубином, мерцающим в навершии.

– Слушай… – еле слышно зашептал я, вяло моргая, – если ты меня… слышишь. Понимаешь. Сейчас самое время… помочь мне. Давай… кха… заключим сделку. Я дам тебе сто душ… за помощь… Только намекни, какие у тебя ещё… есть способности и как ими… воспользоваться.

Безумная надежда теплилась в моей груди. Я шептал и шептал, теряя последние силы, но кинжал никак не реагировал. Только рубин продолжал мягко светиться, пока по его рукояти текла моя кровь из разодранной ладони, капая с концов гарды, похожих на вампирские клыки.

Казалось, что кинжал сейчас вопьётся в меня этими «клыками» как настоящий вампир, уже вкусивший первую кровь жертвы. Не остановится, осушит до конца.

И тут нахлынули воспоминания. Тайная канцелярия, библиотека и заметка того агента, сумевшего разобрать слова, написанные на древке копья с таким же душевыпивающим эффектом, как и у моего кинжала: «Тот, кого укусит вампир, сам становится вампиром».

Меня тотчас пронзила одна дикая идея. Настоящее безумие! Самоубийство! Но что я теряю? Мне жить осталось три секунды!

Загнав подальше ужас и страх смерти, я, уже плохо соображая, опустил кинжал, целясь в плечо, но дрожащая рука промахнулась… «Вампир» вошёл в самое сердце, заставив меня выгнуться до хруста позвоночника. Рот распахнулся в немом крике, а глаза вытаращились, попутно, словно увидев усеянный звёздами космос…

Глава 2

Проснулся я уже ближе к полудню, когда солнце взобралось на серый безжизненный небосвод. Разлепил веки и уставился в деревянный потолок, где в углу деловито плёл паутину паучок.

Мрачно уставившись на него, прохрипел, не отрывая затылка от подушки:

– И кто я теперь? Кем меня сделал кинжал? Молчишь? Так оно, в общем-то, и лучше. Хуже было бы если б ты начал мне отвечать.

Усмехнувшись, я поднялся с кровати и немного опасливо полностью открыл шторы. А вдруг мне теперь нельзя находиться на солнце? Но нет. Кожа не воспламенилась и даже не покраснела. И я не сгорел, оставив после себя смрадный дух и кучку золы.

Нет, я, конечно, не верил, что кинжал сделал из меня какого-то вампира со всеми вытекающими. Но он не убил меня, не выпил душу, хотя пронзил сердце. «Вампир» полностью излечил меня, позволив выбраться из развалин фабрики.

Я никогда прежде не ощущал в себе такой силы и энергии. Вот только был один громадный, как эго Владлены, минус – мой магический дар не отзывался. Нет, он никуда не исчез, не сгинул, а просто отгородился от меня, закрыл дверь, словно обиделся. И шут его знает, что творится за этой дверью.

Меня дико пугала мысль, что магия может не вернуться. Но я не поддавался панике – всё-таки ведьмак, а не хрен собачий.

Внезапно на столе запиликал мой телефон. Цапнул его и увидел щекастую физиономию Павла с надписью «внук».

– Слушаю, – бросил я в трубку, почесав ягодицу крепкими ногтями.

– Дедушка, привет! Как у тебя дела? – раздался его взволнованный голос на фоне шума голосов и проносящихся мимо машин.

– Бывало и лучше.

– Что-то случилось? Ты опять подрался с кем-то?

– Естественно. Тут с развлечениями негусто. Но давай лучше перейдём к тебе. Чего звонишь?

– Мы со Славой были у графа Пугачёва.

– О, вот это интересно, – оживился я. – И что, видели его подвалы с пыточными принадлежностями? Может, наткнулись на кабинет с развешанными по стенам планами по свержению монархии? Или хотя бы нашли мишень для дартса с моим лицом?

– Нет, ничего такого. Мы просто посидели, попили чай, послушали графа, поговорили с другими участниками. Всё было чинно и благородно.

– Ты меня расстраиваешь. Неужто Пугачёв даже не пытался охмурить Вячеслава?

– Нет. Он его никак не выделял среди остальных приглашённых. Может, ты всё-таки не прав в отношении графа?

– Ты глупости-то не говори. Когда это я могу быть не правым? Нет, Пугачёв тот ещё гад, но гад хитрый и коварный. Он ещё проявит себя. Так что ты приглядывай за Вячеславом. А я сегодня к вечеру вернусь домой или ночью, а может, и утром. Смотря на чём придётся выбираться из этого медвежьего угла. Возможно, на собаках или оленях. Ладно, пока.

Сбросив вызов, я зевнул и посмотрел на свою грязную рваную одежду, на которой даже побрезговала бы спать дворняга.

Пришлось первым делом отправиться на поиски нормального костюма.

Ясное дело, что сегодня магазины не работали. Однако мне всё же удалось раздобыть джинсовый костюм, а затем я ещё договорился с парой офицеров, и меня в ближайший город с аэропортом отправили на вертолёте! Вот что делают «корочки» животворящие! Быть спецагентом тайной канцелярии не так уж и плохо.

Прибыв в город, я купил билет на рейс до Северной Пальмиры. До вылета оставалось ещё два часа, посему я зашёл в одну из неоправданно дорогих кафешек, расположившихся в почти безлюдной части второго этажа здания аэропорта.

Внутри оказался всего пяток столиков и хмурая дама на раздаче, которая будто отбывала здесь тюремный срок, а не работала. Она, не меняясь в лице, посчитала мне щи в глубокой тарелке с нарисованными цветочками, сметану, зелень и чай с ватрушкой.

Я уселся за пластиковый столик возле стены и принялся за горячие наваристые щи, благоухающие так, что желудок едва не взвыл. Алюминиевая ложка так и мелькала в моих руках, пока глаза на всякий случай следили за входом. А там остановилось прекрасное видение – длинноволосая молодая блондинка в короткой юбке, не скрывающей стройных ножек. Её грудь едва не рвала облегающий голубой свитерок. Волосы оказались немного растрёпанными. А взгляд чуть напуганных синих глаз пробежался по кафе, на миг остановившись на мне.

Блондинка поколебалась мгновение, а потом вошла, взяла кофе и уселась через один столик от меня, порой украдкой поглядывая в мою сторону.

И что она хочет? Познакомиться? Украсть мои щи? Ищет защитника?

Однако девица не делала никаких попыток встать и подойти. Просто пила мелкими глотками кофе, закинув ногу на ногу, будто хотела показать, какие у неё красивые нейлоновые чулки. Правда, в какой-то миг она вполне без утайки робко улыбнулась мне.

Моё рыцарское сердце сразу ударило копытом и заржало, требуя прийти даме на помощь. Но более прагматичный мозг посоветовал и дальше хлебать щи. Ежели надо будет, сама подойдёт.

А та со вздохом поставила пластиковый стаканчик на столик и устремила взгляд на двух парней, вошедших в кафе. Брюнета и блондина. Оба оказались широкоплечими детинами в клетчатых рубашках с подвёрнутыми рукавами, чтобы лучше были видны увитые венами мускулистые предплечья, так густо покрытые татуировками, как последняя парта матерными надписями.

Они подошли к блондинке, уселись подле неё и тихонько заговорили. Та стала жалобно шмыгать носиком и тыкать наманикюренным пальчиком в мою сторону. Те нахмурились, встали и подошли ко мне, нависнув как две скалы.

– Мужчина, как вам не стыдно, – процедил блондин, пока второй изучал взглядом мой билет, выглядывающий из паспорта, лежащего на столе.

– У меня укроп между зубами застрял? – вскинул я голову, мигом сообразив, что в который уже раз приключения сами нашли меня. Их прямо так и тянет ко мне. Может, тому виной моя святость?

– Вы буквально раздевали взглядом нашу сестру, – нахмурился тот, положив волосатые ладони на стол, дабы угрожающе наклониться. – Вам следует немедленно извиниться.

– Извините, – тут же мило сказал я и, глянув на возмущённо поджавшую губки блондинку, изобразил, как снимаю шляпу и куртуазно помахиваю, как при дворе императора.

Однако парней такой поворот не устроил. Они тут явно не за этим.

Брюнет презрительно усмехнулся, дескать, как ты быстро сломался, мужик. А второй пожевал губы и проронил:

– А этого мало. Вы, дворяне, уже переходите все границы. И пусть многие из вас беднее простолюдинов, однако ведёте себя так, словно вам всё позволено. Яков, доставай телефон. А вам, дворянин, придётся извиниться на камеру!

Он раскраснелся, распаляя себя словами. Блондинка согласно покивала, а дама из-за стойки скрылась в техническом помещении, чтобы не быть свидетельницей разборок.

– Молодые люди, – вздохнул я, отправив в рот последнюю ложку щей. – Давайте ближе к делу. К чему весь этот балаган? Вам нужны деньги? Думаете, если будете громко вопить, то я засмущаюсь и попробую откупиться? Подумаю, на кой хрен мне все эти вопли, когда уже скоро идти на посадку?

– Да за кого вы нас принимаете⁈ – возмутился блондин, тяжело задышав. Аж салфетка со столика улетела.

Но в его глазах мелькнуло удивление. А второй идиот на миг досадливо поморщился, таким образом подтвердив, что моё предположение попало в точку.

– За мошенников. Это же очевидно. Зачем такие глупые вопросы? – усмехнулся я, откинувшись на спинку стула, чьи ножки скрежетнули по плиточному полу.

– Ты переходишь всяческие границы, – прошипел брюнет, проткнув меня яростным взглядом.

Вены на его шее вздулись, а пальцы сжались в кулаки.

– Ты? Что за фамильярность? Я, вообще-то, дворянин, пусть сегодня и без парчового костюма с золотыми пуговицами. И более того, чтобы не тратить своё время, сразу сообщу вам, что моё имя Игнатий Николаевич Зверев. Да, да, тот самый. Можете найти мой светлый лик в интернете. Не стесняйтесь, ищите.

– А я тогда Железный Пётр, – ухмыльнулся блондин, показав жёлтые зубы.

А его коллега в этот миг схватил мой паспорт и развернул его, быстро пробежавшись глазами по строчкам. Его лицо тут же разрезала глумливая улыбка, а рот распахнулся в обидном гогочущем смехе.

– Так ты, млять, вообще простолюдин! – выпалил он, швырнув мне в лицо поддельный паспорт, выданный в тайной канцелярии.

Я документ поймал и сунул в карман, мысленно с досадой поморщившись. Вот и аукнулась мне роль простого и незамысловатого краеведа. И ведь что самое хреновое, магия-то моя спит, как налакавшийся алкаш. А так бы шуганул придурков да пошёл на посадку с гордо поднятой головой.

– Так, клоун, – наклонился ко мне лыбящийся блондин, продолжая упираться ладонями в стол. – Если не хочешь лишиться пары зубов, давай-ка вытряхивай из своих карманов компенсацию. И не надо врать, что у тебя нет денег. Ты же в столицу летишь. Значит, монета есть.

– Шустрее, пень старый! – прикрикнул второй, зашёл сбоку и сунул мне под нос кулак.

– Да, да, давай побыстрее! – вклинилась блондиночка, уже давно переставшая строить жалобные глазки.

Теперь она алчно усмехалась, нетерпеливо тиская в пальцах пустой стакан из-под кофе.

– Молодые люди… я… я бедный человек. Лечу к внукам малым. Один заболел. У меня деньги только на лекарства ему. Видите, даже чемодан не взял, чтобы не платить за багаж, – заканючил я, пытаясь проверить, насколько прожжённые передо мной твари.

– Смотри, как запел! – оскалился брюнет, ткнув другого в бок локтем. – Уже бедный человек.

– Деньги гони, падла, а внуку своему подорожник приложишь, – грубо выдал второй и захохотал.

Блондинка подхватила его смех, встав со стула. Она подошла к нам, тряхнув роскошными волосами, блеснувшими в свете лампы, разбрызгивающей свет под потолком.

– Деньги, – процедил блондин и схватил меня за рукав.

– Но внук… внук… он болен, – заскулил я дрожащими губами.

– Да плевать нам на него! – выкрикнула девка и попыталась пнуть меня в колено. Но я вырвал рукав из пальцев здоровяка и ногами оттолкнулся от пола, проскользив около метра на стуле, после чего вскочил с него, схватил за спинку и выставил перед собой.

– Ого, ты что, млять, драться с нами удумал? – искренне удивился брюнет.

– Ты реально клоун, – расплылся в весёлой улыбке блондин, глянул мне за спину и тут же ринулся на меня.

Стул полетел ему под ноги, заставив его с грохотом упасть прямо к моим кроссовкам. Дыхание с шумом вырвалось из груди здоровяка, когда его подбородок попробовал на прочность плитку пола. Закапала кровь, а в расширившихся глазах идиота вспыхнула боль вперемешку со жгучей досадой, сводящей скулы.

– Сука! Я убью тебя! – взвыл он дурным голосом и попытался ухватить меня за штанину. Но я сверху ударил его подошвой стопы по руке, припечатав ладонь к полу.

Блондин снова заорал. А его коллега выхватил из кармана перочинный ножик и ломанулся на меня. Во взгляде злость и решительность человека, который уже не раз использовал оружие где-нибудь в подворотнях или прочих местах.

Он полоснул ножом, целясь по моим глазам. Я лишь с трудом уклонился, пропустив его руку над головой, а затем метнулся в сторону, уходя от второго удара. Лезвие блеснуло буквально в сантиметрах от плеча, а мои ноги как в дешёвой комедии поскользнулись на недавно помытом полу. Руки нелепо взлетели, помогая телу удержать равновесие. И тотчас нож вошёл в моё плечо, заставив застонать.

– Допрыгался, герой хренов, – злорадно выхаркнул брюнет, выдернув обагрённый кровью нож.

– Сейчас ещё и потанцует! – взвизгнула блондинка, выхватив из небольшой дамской сумочки электрошокер.

Она попыталась ударить им меня прямо в перекошенное лицо. Однако хрен там плавал… я отпрыгнул, несмотря на боль в плече и уязвлённое самолюбие. Меня, опытного ведьмака, ранил какой-то гопник… Позор! О таком в мемуарах лучше не писать!

– Оставьте его мне! – взревел вскочивший с пола блондин, смахнув с разбитого подбородка кровь.

Но брюнет с девкой даже не подумали его слушать. И они втроём дружно с энтузиазмом ринулись на меня, прижав к стене. Электрошокер затрещал в опасной близости от моего паха, сверкнул нож, а кулак блондина пролетел всего в миллиметре от моей скулы, намекая, что у меня есть все шансы оказаться на полу.

– Полиция! Полиция! – докатился до меня чей-то голос снаружи. – В кафе драка! Позовите охрану! Да где они⁈

– Стой и не дёргайся! – дал мне совет разозлённый блондин и вновь выбросил кулак, целясь в мою челюсть.

Я сумел сместиться в сторону в последний миг отбив его кувалду раскрытой ладонью, а затем ударил его пяткой в колено. Оно хрустнуло, и парень упал, дико закричав. Он принялся кататься по полу, держась за колено. А я отступил, переводя дух. Ноги дрожали, а дыхание с хрипами вырывалось из груди.

Девка в ужасе распахнула глаза, глядя на воющего блондина, чем я и воспользовался. Метнулся к ней, вырвал электрошокер и ударил им её, насмешливо пропев:

– А ты танцуй, дурочка, танцуй…

К несчастью, суровая реальность имела свои законы мироздания. Девка просто завалилась на спину как бревно. Никаких тебе активных телодвижений или интересных поз. Возможно, она и в постели была такой.

– Ты не мужик! – вскричал брюнет, после того как девка вышла из игры.

– Ну давай, пристыди меня. Это ведь не ты, здоровый молодой лоб, вместе со своим дружком напал на бедного дедушку, – язвительно усмехнулся я, крепко сжимая электрошокер.

Тот побагровел, скаля зубы. Да, неприятно осознавать, что ты дерьмо собачье. Однако такие люди, как этот брюнет, всегда найдут себе оправдание.

– Да завали ты его! – простонал с пола блондин, продолжая держаться за колено.

Но брюнет не спешил нападать. Он метнул тревожный взгляд в сторону выхода из кафе, откуда донеслись торопливые шаги. Вот и охрана. Не прошло и ста лет.

– Мы ещё встретимся, урод! – крикнул мне брюнет и побежал к выходу.

– Стой! Не бросай меня! – закричал его дружбан, брызжа слюной.

– Не бросит, – усмехнулся я, подхватил со стола графин с водой и швырнул его вслед бегуну.

Видимо, карма у него была совсем хреновой, поскольку мне повезло попасть. Графин угодил в затылок гопнику, заставив его растянуться на полу в осколках от моего метательного снаряда.

– Тварь! – простонал брюнет, рефлекторно положил ладонь на затылок, а затем поднёс её к глазам, увидев на ней кровь. – Убьют… убью.

– Вряд ли, – улыбнулся я, подскочив к нему с электрошокером в руках.

– Нет, нет… давай договоримся, – затараторил он, пытаясь уползти. – Я приношу свои извинения. Отпусти. Молю! У меня сын. Его надо кормить!

– Смотри, как запел, – передразнил я его и ловко ударил электрошокером в ногу.

Тот стукнул челюстями и неподвижно вытянулся на полу, а его мочевой пузырь расслабился. На джинсах появилось мокрое пятно, а в воздухе запахло мочой.

Поморщившись, я обратил свой хищный взгляд на блондина, сумевшего подняться с пола. Он с трудом стоял на одной ноге, кривя губы от боли.

– Мужик, просто вали отсюда, – процедил он, угрожающе наклонив голову. – Ежели что-то расскажешь полиции, клянусь, я найду тебя и выпотрошу как свинью. Понял⁈

– Боюсь-боюсь, – холодно усмехнулся я и нарочито медленно двинулся на него, помахивая электрошокером.

– Ты думаешь, я шучу⁈ – прорычал блондин, сверкая налитыми гневом глазами. – Я вычислю, где ты живёшь, и приду к тебе с братвой.