Текст книги "Осознание (СИ)"

Автор книги: Евгений Сладков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Стоило только подумать о девчонке, как раздался её же голос:

– Нет, Власт. Я с тобой не согласна. Не влачить и не жалкое.

– Почему? – обернулся к девушке.

– Потому что мы не будем сидеть сложа руки. Мы заложим фундамент, чтоб если вверх, то в самое Небо!

– Хо! Крепко сказано! – пришла похвала от Скалы.

– Пусть ещё будоражит меня иногда наша первая встреча, но сейчас согласен на все сто сорок шесть с тобой, – даже Светлому идея-стремление гильдейской понравились.

А мы с Кироном переглянулись и дружно бахнули каждый своё, но похожее:

– Слово «неуязвимого»!

– Слово «сжигающего»!

* Туманный Ёжик: /reader/433488/4321410

Глава 9
«Забывашки»

'Я не забывчивая. Я… свободно мыслю!

Мой разум стремится вперёд, а тело и вещи иногда отстают.

Это не недостаток – это скорость мысли!'

Эрни Суетливая

На ноте обещания по реализации «прохождения» Академии посиделки общие и завершились – по комплексу разнёсся новый звук-удар, повторившийся тринадцать раз и возвещающий, что пора бы нам отправиться на поиски назначенных практориев. В моём случае – П-1-З. Практорий первый, «забывашковый».

Прибрав за собой, дружно направились в Учебный корпус. Там вновь пришлось окунуться в безумие бесконечного коридора – братьев и сестёр уйма, и все бестолково мечутся в поисках. Что странно, так это то, что пока, кроме старших Хтора и Либеры, не встречались нам ни ученики предыдущих наборов, ни наставники – у всех эмблемы на форме чистые, без кристаллов. Может, такое отсутствие старших тоже часть Приветственных Испытаний? Как мы покажем себя в ситуации, когда не у кого спросить совета? Под это даже можно подвести и то вскрывшееся, что Хтор на своей вводной лекции рассказал далеко не всё, а часть и вовсе поведал искажённо.

Впрочем, было у нашего отряда преимущество – мы-то ещё ранее приметили ответвление с «П». Так что дело оставалось за малым – отыскать конкретные нужные каждому практории. Миктлану повезло первому, затем команда потеряла Кирона, а после меня покинули и Мела с Аркосом.

Честно признаться, как-то с последними событиями отвык от одиночества. Всё время после верхнего уровня Лабиринта со мной рядом был как минимум Светлый, разгоняя своим присутствием привычный сумрак.

Затем добавились Круглый и Шкаф. Первый своей непоседливостью и разговорчивостью создавал и вовсе неповторимую атмосферу лёгкости в отряде. Хоть и надоедал порой изрядно этой бестолковостью, бесконечностью разговоров. Второй же внушал чувство незыблемости, что все пределы сокрушимы, сто́ит лишь чутка постараться. Или просто ударить посильнее.

Потом появилась Мела. Гильдейская девчонка, таинственная и странно притягательная. Она добавила в нашу «чёрную», чисто пацанскую команду, штрихи нового цвета. И славно охлаждала наши горячие юношеские порывы своей рассудительностью и спокойствием. А мне же было жуть как любопытно разгадать-узнать её секреты.

И лишь вчера-сегодня случился момент привычного одиночества, но который был столь мимолётен, что я и вовсе не успел его осознать. Да и некогда – сперва провалился в сон беспробудный, потом быстрые утренние сборы и воссоединение с ребятами.

Как случился и сейчас, когда я шёл куда-то.

Да, «куда-то».

Говорю так, потому что я потерялся.

А часики-то тикают. Где-то там. Большие. И это понимание только сильнее разжигало стремление паники вернуться и взять своё – вонзиться в сердце вновь, вторгнуться в сознание и сбить с пути, отправив на исправительные работы в СТ-1-О.

Но не сегодня! Наконец-то, в самом конце тоннеля – тьфу, – ответвления с практориями я достиг своей цели.

П-1-З, я пришёл!

В миг, когда оказался внутри, раздались четырнадцать ударов. Успел!..

– Что ж, давайте начнём наше первое практическое занятие! – стоило только затихнуть ударам, как резко и зычно прозвучало из-за спины, заставив вздрогнуть и не менее быстро обернуться.

О как!

Там обнаружился давешний представитель Академии, что и определил меня в «забывашек», что появился так внезапно и не дал возможности осмотреться. При вчерашней встрече он казался куда более радушным. Сейчас же голос звучал сильно строже:

– И сразу обозначу несколько пунктов, – и обвёл взглядом меня, так и стоящего почти рядом с проходом в практорий, и всех тех неизвестных, что находились где-то там за мной.

– Первое. Вы – никто. Вы – мусор. Вы настолько никчёмны, что не способны даже Воплощение своё осознать, несмотря на весь свой Потенциал. Но не переживайте. Мы всё исправим! Или вы сдохнете. А потом проклянёте миг своего появления не только в Академии, но и в мире. Вопросы? – и только настороженная тишина безмолвным ответом звучала. – Что ж, отлично!

– Второе. Вас – много. Но и меня тоже много! – при этих словах старший сперва раздвоился, а потом размножился аж в пару десятков. А то и больше!

Очуметь! Это чего вообще такое? Ответа никто мне, разумеется, не преподнёс ни на блюдечке, ни на чём-то ином, зато старший продолжал, теперь уже многоголосо:

– И страдать вы будете много. И очень сильно!

Звучали слова в исполнении зычного хора нереально жутко. Пробирало, точно обещая грядущие трудности. Но я уже преодолел вступительное Испытание, обрёл Воплощение, выдюжу и здесь! Как когда-то завещал Потря Суровый: «Воля – это первый элемент. Кровь – второй. Пот – третий». Все три элемента у меня найдутся! А если и нет, то взращу и добуду!

– Третье. Как звучат ваши имена меня совершенно не интересует. Вы для меня: первый, – ближайшая из копий ткнула пальцем в меня и тут же возникла рядом. – Второй, третья, четвёртый… – с каждым называемым номером ряд копий редел, пока у входа не осталось никого. Последняя растаяла на числе двадцать три.

А нас не так-то и мало, как мне думалось изначально. Хотя по сравнению с другими группами наверняка всё же самая малочисленная.

– Последнее. Я – старший Мала́ктор. Воин двадцать девятого предельного уровня, – раздалось-размножилось со всех сторон практория. – И раз я трачу на вас своё время, то будьте уверены, вы сполна оцените каждую секунду. И начнёте прямо сейчас!

Каким-то чувством, неизвестным по своему номеру, успел уловить лёгкое колебание-колыхание воздуха, но хоть как-то среагировать не успел…

Пришла боль.

Удары палкой, мгновенно возникшей в руках «моей» копии Малактора и подозрительно горящей вязью символов, посыпались настолько быстро и часто, что мозг вообще никак не успевал увидеть их и разделить на единичные. Что уж говорить о противостоянии. Только и смог, что инстинктивно прикрыть голову руками, подняв предплечья, заключив в «коробочку». Спасло ли это как-то меня? Конечно, нет!

И, судя по проклятиям, стонам, хрипам и крикам, образовавшим настоящую какофонию, такая судьба настигла и всех остальных двадцати двух «счастливчиков». Настигла, а затем также внезапно исчезла, оставив после себя тела истинных неудачников, валяющиеся на полу.

Но не всех, нет.

Не так далеко, как ранее казалось, обнаружился стоящий, пусть и весьма сгорбленно, но стоящий, темноволосый паренёк. Дышал тяжело, с присвистом, что доносился даже до меня.

Поразительным было совершенно иное. Не тот факт, что возле него не находилось копии Малактора. А тот, что в руках парня горело Воплощение – одноручный клинок сантиметров шестидесяти в длину.

– Семнадцатый, свободен! – многоголосо раздалось со всех сторон.

А затем начался новый раунд. И за ним – ещё… И ещё!..

И так продолжалось многие тысячи лет… А может, и дольше, может, вовсе целую Вечность.

Восприятие времени настолько смазалось, что возникло чувство настоящей затерянности в нём, а душу захватила уже никакая не паника, а самая что ни на есть безысходность. Она и стремление, желание прекратить боль в напрочь отбитом теле.

Но всего этого было недостаточно. Чего-то не хватало. И раз за разом истязание начиналось снова и снова. И длилось… И длилось!

Изредка до затуманенного разума доносились номера, что назывались хором Малакторов, что только подливало масла в огонь отчаяния, блуждающего по телу и душе. Блуждающему и не желающему ни в какую разгореться во что-то новое, воплотиться в реальности…

Однажды всё кончилось. Наступила тишина. В мире остался холод шершавого пола с распластанным телом. И лишь немного в этом теле меня и моего же хриплого прерывистого дыхания.

И раздались голоса, заставляющие все мышцы тела сжаться в спазмах:

– Первое занятие окончено.

А затем звуки вернулись в полном объёме, и стали слышны приглушённые стоны и даже всхлипы.

С трудом получилось перевернуться на спину. И теперь бездумно смотрел в причудливый потолок. Таким тот был, потому как оттуда на меня смотрела точная моя копия. Она также лежала на сером каменном полу и повторяла за мной все до единого слабые движения-подёргивания, только и доступные сейчас.

Постепенно дыхание становилось ровнее, вспышки боли переставали быть настолько слепящими, и стало получаться новое движение – вращение глаз. Очень полезный навык, как выяснилось. Ведь он позволил наконец-то осмотреться, используя лишь себя. И зеркальный потолок.

Скользя взглядом по нему, насчитал десять тел, помимо своего. Часть из них лежала, как и я, лицом кверху, другие – как придётся, как и говорится: «Где устал, там упал». И, несмотря на «усталость», смог осознать, что «забывашки» за одно занятие потеряли сразу половину своего наличного состава. Везунчики! И как бы ни было паршиво, но нельзя и не порадоваться за покинувших нас ребят – ведь их пример давал гораздо более осязаемую надежду на преодоление барьера в памяти, чем любые другие увещевания и действия.

Обозримый практорий удивительно походил на шахматное поле. Только не на двухцветное, а с гораздо бо́льшим разнообразием палитры. Каждое из распластанных тел находилось на отдельной клетке своего цвета. И все эти цвета-покрытия распознать с ходу не смог. Только те, что, как и моя серокаменная, определялись однозначно: прозрачно-стеклянная, жёлто-песочная, оранжево-глиняная, зелёно-травяная, сине-ледяная, серо-пепельная, коричнево-грязевая, чёрно-земельная. А были там и многие другие цвета, их оттенки и даже смеси-комбинации. Тех же чисто зелёных насчитал штуки три, и все неуловимо отличались друг от друга. Сторона каждого из таких квадратов-клеток составляла метров десять. Общее же количество клеток в зеркальности мозг считать отказывался, да и мутить начинало, бросая в частичную дезориентацию. Пришлось на некоторое время даже глаза прикрыть – сил перевернуться обратно лицом в пол не нашлось.

Лежал до тех самых пор, пока не раздались пятнадцать ударов. Узнать, что прошёл только час, было немного… удивительно, что ли? Но, справившись с неуместным сейчас чувством, начал вершить очередной подвиг – пытаться поменять положение. Кряхтя, как дряхлый старик, умудрился сесть, но встать пока не вышло – ноги отказывались держать. Осматриваться, потихоньку вертя головой по сторонам, выходило не в пример приятнее – всё же зеркальное отображение-восприятие давалось в разы сложнее.

К моменту восседания из лежачих оказалось, что в зале помимо меня осталось только двое. И каждого из них я ранее уже встречал.

Первый, или правильнее – первая, – та самая Амазонка из столовой. Несмотря на всю её стать, но и она не перенесла первое занятие стоя. Но тоже уже не лежала, а сидела, осматриваясь и морщась. В миг, когда взгляды наши встретились, только и смог, что кивнуть ей вежливо-приветственно, на что-то большее был банально не способен сейчас. В ответ получил такой же осторожно-медленный кивок. Что ж, будем считать, что контакт налажен, и при более благоприятном случае-встрече можно будет даже завязать разговор.

Вторым же был тот ненасытный обжора-сосед. И поражать он не переставал – сейчас это чудо просто и бесхитростно спало, иногда тихонько похрапывая. Чтоб я так жил! Мало того, что в еде настолько неприхотлив, так ещё и заснул как ни в чём не бывало после нечеловеческих побоев. Да и выглядел он не в пример лучше нас с девушкой – гематомы на наших головах уже успели налиться кровью, благо хоть рассечений никто не получил, и за это нельзя не отдать до́лжное навыкам старшего Малактора. А вот на соседе не смог заметить вообще никаких последствий проведённого занятия.

Если подвести итог, то из трёх составляющих успеха, согласно заветам Сурового, сейчас в наличии только два – литр пота и крохи воли. И раз последнего элемента нет, то будем делать упор на доступном к прокачке – воле.

Следуя данной самому себе установке, рывком и максимально резво-резко встал. И лучше б я того не делал! Ослепило настолько сильно, что прозрел вновь уже на четвереньках. М-да.

Но сдаваться я не собирался и повторил попытку. И сделал её успешной! Пусть и не вторую, и даже не третью…

А затем начался трудный и долгий путь прочь… Ковылять решил никак не в столовку, а обратно в жилой корпус – привести в порядок себя не помешает, к тому же в ванной среди принадлежностей видел что-то навроде аптечки. Одного только не учёл в своём плане – подъём на нужный этаж. Если б не перила – благослови Предел твоего создателя! – пришлось бы отказаться от пути. Но карабкался упрямо вперёд-вверх, не обращая внимания на смешки туда-сюда бодро снующих братьев и сестёр. Ничего-ничего, будет и на моей улице праздник! Впрочем, мой манёвр повторяло ещё несколько ребят, выглядящих совсем не краше. Видимо, не только у «забывашек» настолько «интенсивное» занятие выдалось.

Следующая временна́я отметка застала меня на входе в родные пенаты, где я за малым чуть не пропал до самого вечера. Сперва водно-банные процедуры принесли телу чувство освобождения, а затем оно увидело мягкую кровать, почти соблазнившись на сладкие мысли: «Легли и встали, приключение на двадцать минут». Но вовремя остановился, а точнее, мне снова помогли часы-эмблема Академии, напомнив не только о себе, но и о данном обещании – условились с ребятами собраться после занятия в столовой за тем же столиком.

Уже почти миновав этаж Меланиты, в спину догнал оклик:

– Власт!

Притормозив и обернувшись, обнаружил прекрасную часть нашей команды, выходящую с девчачьего этажа. Девушка нагнала меня, и продолжили двигаться к точке рандеву уже вместе. По пути пришлось рассказывать, почему выгляжу настолько хуже Побитой Собаки. Жалеть меня не стали, и это сильно добавило очков в моих глазах Меле. Почему-то это человеческое чувство вызывает у меня иррациональное неприятие, словно расписываешься в собственном бессилии, если к тебе его испытывают.

Сама же девчонка тоже решила освежиться после занятия. Ну как решила, скорее вынуждена оказалась. Их с Аркосом практорий совсем не походил на мой. Он делился на две неравные части, в одной из них, меньшей, располагалась каменно-песочная площадка, отведённая под оттачивание техник владения и проведение спаррингов. Другая представляла собой полосу препятствий с большим количеством ловушек, в том числе и грязевых. И опоясывала обе части беговая дорожка.

Выяснилось, что тренировки с использованием Воплощений – дело далеко не первостепенное, до этого ребятам ещё расти и расти. А если попроще, то необходимо повысить общую выносливость. Так что их группа сперва занималась разминкой – упражнения на растяжку-разогрев, бег и подобное. Затем все дружно отправились на прохождение полосы. И кому не посчастливилось упасть в грязь, вынужденно отправились чиститься в жилой корпус. На будущие же занятия следует приходить более подготовленными – брать с собой запасную форму, потому как разделённые раздевалки и душевые в каждом практории есть.

Кроме таких общих, в некоторой степени рутинных новостей, были и более приятно-положительные. Меланита чуть приросла баллами, сравнявшись со мной, и теперь у обоих баланс равнялся десяти. И, с её слов, вроде что-то заработал и Скала. Ребята – молодцы!

О чём-то личном, касающемся того же ножа или нас самих, не говорили по какому-то обоюдно-молчаливому согласию. Не время и не место. И даже так разговор выдался лёгким, оставляющим приятное послевкусие, и никакой неловкости. А ведь раньше мне тяжело давалось общение со сверстниками. Расту, что ли? И не только я – Меланита тоже ни разу не пряталась в свою ледяную скорлупу за минуты пути.

В СТ-2-О нас встретила остальная часть команды на условленном месте. И не только она – Амазонка с Ангелом тоже сидели за тем же «своим» столиком. Пересёкся взглядом с первой из них, и вновь кивнули друг другу, чем вызвал вопросы у команды, заметившей жест. Это не считая интереса, отчего «красивый» я такой. Мол, неужто честь Мелы уже отстаивал в дуэли с Чупакаброй? Ещё и пришли опять с ней вместе. И не желали ведь верить до последнего, что встреча наша случайна! Так что пришлось рассказывать и им всё о своём странном первом практическом занятии.

* Побитая Собака: /reader/433488/4590710

Глава 10
М-1-О

'Медитирую.

Смотрю на свечу. Вижу свет.

Свет видит меня.

Мы смотрим. Смотрим…

…а потом я вскакиваю, рублю свечу Воплощением и рычу: «Р-Р-А-А-А-А!»

Говорят, это не так задумывалось.

Но я чувствую гармонию.

И дым.'

Дисан Неистовый

После завершения рассказа потребовал аналогичного и от Кирона с Миктланом. Ребята не разочаровали – подробно и обстоятельно поведали о своих занятиях. У обоих они отличались от прошедшего у Мелы с Аркосом и уж тем более – моего. Хотя-я-я, пожалуй, тут я всё же немного неправ. Но обо всём по порядку.

У Кирона интересности начинались с самого входа, который оказался не просто проходом в помещение, а самым настоящим спуском на глубину в несколько этажей, что осуществлялся по спиральной лестнице, высеченной в сплошной скале и освещённой тусклым красным светом, как будто изнутри породы.

Внизу Круглого встретил ожидаемый проход, который перекрывала дверь из чёрного железа с отпечатками ладоней. Сегодня она была открыта, но это лишь разовая акция, только на первое занятие. На всех следующих она будет закрыта, и войти смогут только обладатели Перчаток – для её отворения необходимо будет приложить к отпечаткам руки с Воплощением и толкать. Сильно толкать. И кто не сможет открыть – будут считаться опоздавшими, а их судьбу незавидную мы уже знаем.

Стены внутри были такими же чёрными, как и дверь, но уже из камня, сильно похожего на базальт. И все покрытые следами ударов, вмятинами и трещинами, словно от землетрясений… Или кто-то очень долго и мощно бил и бил по ним… И делал это с весьма определённой целью – следы складывались во вполне читаемые фразы: «Удар – это мысль», «Ты не бьёшь. Ты сам – удар» – и многие другие. Так и хотелось сказать Кирону в тот момент: «Страшные люди!» – но дальше мыслей про себя дело не пошло.

В свою очередь стены упирались в неожиданно низкий потолок, с которого свисали бесчисленные цепи, местами с погнутыми, сломанными звеньями или, скорее, порванными… Пол из уплотнённой, утоптанной земли, местами укрытой чёрными же металлическими плитами, покрытых въевшейся пылью и окалиной.

Освещение практория отлично сочеталось с описанным антуражем. Исходил свет от кристаллов, вмурованных в стены, настолько жёлто-оранжево-красных, будто расплавленный металл плещется в них. К такому впечатлению приводил не только их внешний вид, но и дрожащий воздух вокруг – горячий, тяжёлый, он пах металлом, по́том и огнём. И при каждом вдохе ощущался глотком жидкой необузданной ярости.

Впрочем, присутствовал ещё один источник света и вкуса воздуха – огромный горн в самом центре. Огонь, в нём горящий, не имел ничего общего с обычным и привычным. Там сияли чёрные лепестки пламени с красными прожилками. Рядом с горном стояла наковальня под стать – чёрная, с трещинами, горящими текучим серебром, а на поверхности – следы тысяч ударов.

И ни одного молота рядом.

Центральная композиция, помимо такого впечатляющего эффекта, несла и другую функцию – отделяла внешнюю, общую, часть практория от внутренних, дальних, которые уже имели специализацию. Каждая такая зона тренировок даже обладала собственным именем – Зал, Стена, Круг и Пещера. Последнюю Кирон вообще не видел, вторую и третью наблюдал лишь издали, а само занятие прошло в первой.

Её полное название – Зал Ударов. В нём стояли манекены-мишени из сплава металла и костей Зверей. При приближении манекены, до того стоящие недвижимо, начинали оживать и двигаться. Как объяснил им старший – частичная имитация Зверей. И чтобы победить такого «зверя», необходимо пробить Воплощением верный удар в уязвимое место.

Об остальных зонах ничего им больше не поведали, кроме упомянутых наименований.

Но насколько ж Кирон хорош – как красочно всё рассказал! Описал так детально, словно мы там лично были все. Вот уж точно человек с неудержимым языком.

Миктлану на фоне такой подробной истории пришлось сильно постараться, чтобы не посрамить свою ораторскую честь. Получилось очень даже недурственно.

Его практорий был совсем иным, нежели у Кирона. Но вот путь – до странного похож, только по спиральной лестнице пришлось не спускаться, а подниматься. И не вырубленная в скале, а сложенная из белых мраморных блоков между таких же стен, светящихся белым. По ощущениям же подъем шёл примерно на третий этаж. Там Микта встретил ничем не перекрытый узкий проход. Или – пока не перекрытый?

За проходом обнаружилось очень длинное помещение с высоким куполообразным потолком. Подпирали его такие же стены, как на подъёме, и, как у Кирона, нёсшие на себе отметины и сколы, но ни в какие надписи не складывающиеся. Из-под свода тоже свисали цепи, но не пустые и не оборванные – на них болтались черепа Зверей, пугающие пустотой глазниц и здоровенными клыками пастей. Пол имел каменно-песочное основание, без каких-либо плит.

Освещение, испускаемое на сей раз не кристаллами, а артефактами, формой похожими на самые обычные факелы, прекрасно гармонировало со скелетными украшениями, но воскрешало своим цветом в памяти недавние приключения в подземелье Лабиринта – «факелы» горели надоевшим зелёным. А вот воздух радовал – ощущался свежим, словно после недавно прошедшей грозы.

Длина практория была не просто прихотью неизвестных архитекторов, она имела вполне определённое значение – по правой стороне во всю её располагалась первая тренировочная область. Носила она незамысловатое название – Поле Обмана. Поле делилось в свою очередь на зоны разной дистанции, предназначенные для отработки бросков. Обман же крылся в мишенях. Они двигались, множились и внезапно исчезали, чтобы появиться в совсем другом месте, и притом часть из них была по-настоящему фантомными. Попробуй угадай имеющую материальную основу и успей попасть в неё! Чем Светлый с братьями и сёстрами по Воплощению и занимались сегодня.

Названия остальных областей Светлому даже краткое не озвучили.

Если же подвести итог, то ребята сполна утолили моё любопытство, только теперь ум терзали два других вопроса. Первый гласил о том, что если у них, да и у меня далеко необычные практории, то почему же Мелу с Аркосом определили в общий, ведь у них он обозначался как П-1-О? Но, думаю, разрешение сего вопроса – дело ближайшего будущего, здесь и напрягаться не придётся.

А вот второй вопрос требовал большего количества участников, одного меня недостаточно:

– А у кого-то старшие упоминали о штуке под названием «Потенциал»? – и, видя отрицательные покачивания голов и слыша того же смысла ответы, становилось грустно. Здесь уже напрягаться придётся – очень уж выразительно старший Малактор выделил это слово, намекая, что за ним что-то скрыто. И, возможно, это сумеет помочь в решении моей проблемы.

– Может, что-то на будущем занятии расскажут? А нет, так сами спросим, – предложил Миктлан. – Или вон в твою любимую библиотеку сходим.

– Вариант! – поддержал выдвинутые идеи, выглядящие весьма дельно.

Пока разговоры велись, а взятая в самом начале пища поглощалась, тело моё приходило в себя. От пары глотков чудотворной воды, конечно, не отказался бы, но чего нет, того, увы, нет. Но и так очень даже сносно себя уже ощущал – организм сильно изменился после Испытания, обретения Воплощения. Но кушал теперь и я как не в себя, хотя до соседа-пожирателя очень и очень далеко. И никак в толк не возьму, как Мела не хочет есть? У неё же тоже обновлённое тело… А, понял! Это проделки Вселенского Равновесия. Один жрёт всё подряд в бесконечном количестве, а другая – ничего. Посмотри отдельно – чудно́, а глянь вместе – ровненько всё. Л – логика!

Но, понятное дело, в реальности всё совсем иначе, причина точно другая. И самая правдоподобная в том, что их Воплощения не так-то и просты… Хотя по тому, какое досталось девушке, этого и не скажешь. А сосед и вовсе Тёмная Лошадка, раз в «забывашках» со мной.

А затем пришла пора выдвигаться на последнее занятие в сегодняшнем расписании.

Все подозрения о смысле названия «медиторий» оправдались, стоило лишь переступить его порог. Внутреннее убранство помещения идеально подходило для того самого действа, а точнее бездейства, иначе говоря – медитации. В интернате у нас одно время проводили курс с ними, но для меня так и осталось загадкой: «Зачем? А главное – на… кхм, за каким Пределом?». Но отходил все положенные часы, обретя два прекрасных навыка и прокачав их на достойный уровень. Первый навык – спать в любой позе, которую только могут придумать и заставить принять наставники. Второй – спать с открытыми глазами и не храпя. Что до достойного уровня, то пойман ни разу так и не был. А многие сверстники – да.

Медиторий имел уже привычные здоровенные размеры по трём измерениям. И один из них равнялся бесконечности – потолок отсутствовал напрочь: над нами только Небо… В остальном же – обычное помещение, с полом и стенами. На первом по какой-то хаотичной системе лежали небольшие кругляшки – циновки, многие из которых уже были заняты братьями и сёстрами. Кто-то из просто и бесхитростно лежал и дрых, кто-то сидел абы как и озирался по сторонам или переговаривался с соседями, и лишь некоторые сидели в какой-то из правильных поз познания себя и окружающего мира. Во всяком случае, из тех, что знал.

Найдя пяток рядом расположенных и свободных циновок, разместились и мы. Без понятия, приобрету ли хоть балл за это, но тоже принял одно из известных положений – позу полулотоса. Выглядит она следующим образом: одна нога на противоположном бедре, другая – под согнутым коленом, руки вытянуты в локтях, тыльная сторона ладоней опущена на колени, указательный и большой палец соединены, и вишенкой ко всему – прямая спина.

Команда, глядя уже на мои выкрутасы, решила их повторить. У Мелы и Микта никаких проблем при том не возникло, а вот Аркос и Кирон столкнулись с непредвиденными, но определёнными трудностями. И если Шкаф спустя какое-то время всё же сложился самостоятельно в «тумбочку», то вот Круглый потерпел сокрушительное поражение. Но мы по-настоящему дружный отряд – и помогли Колобку принять свой истинный облик.

Как же я и сам отвык от таких положений. В скором времени сидеть стало дюже неудобно, но приходилось терпеть, хоть и старался максимально расслабиться и не отвлекаться на терзания материальной оболочки своей. Впрочем, оно того стоило.

– Плюс пять баллов каждому, кто принял одну из поз медитации, – голос раздался внезапно и откуда-то сверху.

Хо! Сыграл и выиграл! Так и не один, а каждый в команде чутка подрос, и получался очень даже шикарный расклад: я и Меланита – по пятнадцать, Аркос – четырнадцать, Миктлан – тринадцать, Кирон – двенадцать. Круглый и Светлый на своих практических занятиях тоже умудрились набрать по баллу, а Скала, как и говорила Мела, – целых два. И по идее где-то должна быть возможность просмотра общего по Академии рейтинга, очень хотелось бы узнать, насколько хороши мы среди своего набора – во второй заход в СТ-2-О народу сидело в ней уже гораздо больше, наверное, под пару сотен.

– Остальным же к следующему занятию выучить первую и на текущий момент основную позу – полулотос, – меж тем продолжал голос, а я ещё больше преисполнился, потому как умею, знаю, практикую!

– Вашим наставником по медитациям в ближайшие несколько месяцев буду я – старший Ноэт. За это время мы с вами обязательно «увидим» своё Ядро Предела и поймём, как его развивать. Или, как любят говорить в народе, «качать».

Ну да, ну да, в народе, как же. Гильдейские так говорят! И пошло оно от той самой гильдии «Неживой»! И чья печатка всё ещё бестолково и так опасно болтается у меня на груди. Придумать бы чего с ней, а то в артефакт не спрятать, и просто так не оставить без присмотра…

– Вы узнаете всё самое необходимое о процессе, а также о том, какое влияние оказывает Потенциал. Ответы на вопросы вам предстоит найти самостоятельно. Могу лишь дать подсказку – ищите в Библиотеке.

О-хо-хо! Вот оно! Чую, скоро и впрямь начнутся сражения за места читательские, коих не так-то и много и на всех никак не хватит. А битвы разгорятся в самом прямом значении этого слова – Арена Академии будет рада всем. До неё как раз добрался в тот момент, когда Миктлан отвлёк от Устава, зовя в новую столовую, так что деталей узнать не успел. Но ничего, наверстаем при случае.

– Итак, раз все наконец-то более-менее уселись, начнём наше первое занятие. Как некоторые из вас знают, развитие Воинов Предела можно условно разделить на два значимых этапа. С первого по десятый уровень и с десятого до бесконечности. До обретения Атрибута и после. Но второй в ближайшее время нас волновать совсем не будет, сперва нужно достичь первого предельного уровня – девятого.

Ага, здесь почти без изменений, здесь почти всё так, как и сам смог выяснить, и как Светлый говорил. Берём десятый и отправляемся на свою первую Охоту для финализирования этой самой десятки, что и символизируется обретением Атрибута. Остаётся только услышать, как же будем брать первый предельный.

Старший Ноэт не подвёл:

– Сейчас все вы находитесь на первом уровне. Уже не бывшие нулёвки, но и далеко не Воины. И наша с вами задача, с одной стороны, донельзя проста, но с другой – невозможно сложна. Мы должны научиться ощущать своё Ядро Предела. И за годы, прошедшие с обретения первых Воплощений, лучшего способа, чем медитации, человечество так и не придумало. Возможно, его действительно не существует, а может, виновата наша зашоренность и веяния тех восточных культур, откуда это действо изначально и пришло к древним.

Наступила кратковременная пауза, продолжившаяся, наконец, тем самым и важным:

– Для взращивания чувства ощущения Ядра вам необходимо сосредоточиться на собственном солнечном сплетении, именно в нём сокрыто нужное нам сейчас. А потому – слушайте мой голос и следуйте ему. И первое – закройте ваши глаза!

М-да, не такого, конечно, ожидал, но посмотрим, в смысле, послушаем, что там дальше будет, а пока – опустил веки.