Текст книги "Геном хищника. Книга шестая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Я тоже уже спокойней рассмотрел все углы этой странной мастерской. Насчитал восемь нор от пола до потолка. Шесть проходных, а по двум было непонятно – проходы были завалены черепами. В одном уже обработанные, в другом свежие. Многие ещё с кусками шкур и мяса. Все от монстров: от игуан и кайманов до чего-то, похожего на рыб и птиц. Похоже, люди тут закончились и местные «умельцы» перешли на другую живность.

– Скорее обидчивая, – прошептал я, услышав отдалённый вой, прилетевший из верхней норы.

Ему ответили, и не только Купер. Но если он лишь снова выругался, то крики этих странных «Детей солнца-духов вулкана» понеслись уже из каждой норы. В том числе и пронеслись у нас за спиной. Я то ли сам представил, либо чуйка так нарисовала, но будто бы увидел, как один из этих «аборигенов» выскочил сейчас на холм и воем созывает всю округу. На сканере замелькали тени, а мастерская полностью погрузилась в тень, налетающую на нас со стороны нор.

Существа приближались, шли плотно и быстро. Перерыкивались друг с другом так, будто индейцы на охоте с улюлюканьем. Только хриплым и жёстким.

– Кажется, с местными мы не подружимся, – прогудел Купер, забрав у меня звание капитана-очевидность. – Чересчур дикие туземцы…

Он отступил к верстаку, по ходу довольно громко присвистнув и прихватив горсть неизвестных эссенций из обсидиановой плошки. Прижался к стене в углу, но тут же с шипением отпрянул, обжёгшись об одну из красных вставок. Ясно, со стенами не тискаемся. Я достал «чезет» и встал к нему полубоком, чтобы держать под контролем и норы, и проход, через который мы здесь оказались.

Крики уже ворвались в комнату, и вслед за ними из нор, как пробки из бутылок, полетели чёрные сгустки. Глаза горят, а красное солнышко во лбу пульсирует. Пальцы у них действительно были человеческими, в руках оружие: короткие заточенные обсидиановые клинки. В первой партии выскочило трое. Из нижней норы, из средней и из боковой.

Будто игра какая-то, где молотком нужно хомячка пристукивать, выскакивающего из разных норок. Ладно, поиграем!

Первый, который вылетел, врезался в заряд дроби от Купера, выронил клинок и, раскинув руки, улетел обратно. Второго уже принял я. Также эффектно отбросить его не получилось, пули, будто разрывные пробили шкуру, выплеснув наружу пучки яркой, горячей крови. Монстр брыкнулся на пол, подставив затылок, и поймал туда контрольный. Купер за это время разделался с последним. Но, по сути, это было только начало!

Сразу несколько «диких», тесня друг друга, появились в коридоре. А из нор, уже из других, выскочила новая партия «хомячков». Я опустошил магазин, расстреливая набегающую толпу и уворачиваясь от полетевших в меня обсидиановых дротиков. Целиться было просто, красные круги на голове выступали в роли идеальных мишеней. Светились настолько ярко, будто я в коллиматор целился. Сложность была только одна – с первого попадания пробить их не получалось.

Купер положил ещё двоих, а третьего успел принять только обрубком на дробовике, который заменял ему рукоятку. Пробил по зубам монстру, выбив половину нижнего ряда, но врага не свалил. Мало того что потерял дробовик, так ещё и пропустил удар клинком, который ему воткнули в ногу. Он зарычал, не хуже, чем монстры, схватил руку монстра, выдернув осколок из ноги, и воткнул его в шею монстру, попутно ломая и выкручивая руку.

Кажись, кайман проснулся! У меня на сканере прям мигнул и раздался вширь его маркер. Купер – плохой пример, но, похоже, и у правильно инициированных разные стадии пробуждения генома бывают. Обдумывать этот феномен было некогда, крики и рычание в норах усилились, а в коридоре появился следующий монстр. Уже один, но такой крупный, что через коридор ему приходилось протискиваться. Зато и увернуться было некуда. Он поднял руки, скрестив их перед лицом, и пёр на меня, не реагируя на попадания в корпус.

Я попадал, я пробивал, но шкура была толще, чем у остальных, и выглядела словно каменная, всё с теми же красными прожилками в трещинах. Стало жарко, и уже непонятно, от выстрелов и толкучки или конкретно от этого усиленного мутанта. Я выдал полный магазин, расковыряв грудину монстра до красных облезлых пятен, но этого всё равно не хватило. Он уже вырвался из тесного коридора, распрямил плечи, раскидывая руки в стороны. В каждой по короткому тычковому клинку, пасть открыта, и оттуда снова на мультиязычном дорычалось, что мы не подружимся.

И это мягко говоря.

– Зря ты так реагируешь, – ответил я, вынимая кукри из-за спины.

Он прыгнул, замахиваясь и намереваясь ударить сверху, но в последний момент рванул в сторону, попытавшись порезать меня по ногам. Хитрый, вертлявый, и пусть строение ног у него уже отличалось от человеческого, но скорости и резвости у него это не отнимало. Я чуть не пропустил этот выпад, в последний момент разминувшись с осколком буквально на миллиметр. Обсидиановый клинок распорол штанину, и до кожи не достал лишь каким-то чудом.

На автомате оценив ситуацию в пространстве, чтобы не открыть и не подставить Купера, который упорно встречал прыгунов, отрабатывая по ним из «Стечкина», я активировал «Бросок» и ушёл в сторону. Налетел на стену, оттолкнулся от неё и, прежде чем монстр успел толком среагировать, налетел на него сбоку. Ударил тяжёлым клинком, до шеи не достал, но плечо прорубил почти под корень. Толкнул ногой «дикого», вытаскивая застрявший клинок, и ударил снова. Теперь уже чётко поперёк солнечного круга на лбу.

А на развороте встретил следующего, проскочившего из коридора. Точнее, он меня встретил, приняв кукри на обсидиановый короткий меч. Удар получился громким, чёрное стекло всего лишь треснуло, а разлетелось вдребезги, как сосулька об асфальт, только со второго удара. Я рубил без остановки, будто мне рекорд надо на скорость поставить. Расколол три или четыре клинка, две или три головы, точно пару рук, но не уверен, что от разных монстров. Кажется, что там, где кайман проснулся, шакрас только позёвывал. А вот теперь проснулся по-настоящему. Перед глазами появились красные круги, и непонятно, это мне красно-солнышки монстров мерещатся или просто кровь уже внутри меня закипает.

– Сумрак! Харэ, они отходят куда-то, – донёсся отчётливый голос Купера, а потом сдавленный кашель, и через пару секунд уже мутный голос зазвучал сквозь маску. – Не докричаться до тебя. Всё! Они кончились! Уходят куда-то… Что-то их позвало…

Я встряхнулся, прогоняя излишки адреналина или какого другого гормона, которым накачивал меня геном. Потянулся к чуйке, проверяя сканер. И точно, тот же смутный силуэт, что в моём воображении созывал всех с горы, сейчас истерил по новой. А ещё в подсознании, как пропущенное и неотвеченное сообщение, мигал призыв о помощи от шакрасика. Чёрт! Это же в две стороны работает!

– Купер, наших прижали, – крикнул я, – Дуй к ним, а я разберусь с этим зазывалой!

Глава 15

– Всё очень плохо? – спросил Купер, по-быстрому закинув в подсумки содержимое ещё двух ёмкостей.

Сами «дикие» светиться не стали, наоборот, скорее гасли, быстро остывая. Эссенций на них не появилось, зато на верстаке их реально было столько, что хоть лопатой черпай. Изучать только было некогда.

– Средне, – ответил я, переступая через трупы в сторону коридора. – Могут отступить, но без нас ведь этого не сделают.

– Понял. А что с этим зазывалой? Ты его слышишь?

– Возможно, – я махнул рукой, мол, бегом, а все разговоры после. – Отходите к лагерю, я догоню.

Мы выскочили в круглую комнату с черепами, всё ещё заполненную газом, и разделились в разные стороны. Купер напрямик к нашим, а я к запасному выходу с обрывом и ущельем. Разогнался так, что пришлось чуть ли не за черепа хвататься, чтобы не вылететь прямо на камни. Завис на самом краю, по пояс вывалившись над обрывом. Прислушался к чуйке, поймал несколько шустрых маркеров, несущихся по вершине холма в сторону «Форда». А вот сильной ауры того, что здесь шумел до этого, на вершине уже не было. След тянулся вниз, сначала в обход меня по склону, но потом заворачивал к ущелью, обрываясь практически у самого дна.

Надеяться, что «дикий» шёл, шёл, поскользнулся, упал и больше не очнулся, было опрометчиво. Поэтому я ещё дальше высунулся, осматривая склон под ногами. Заметил край тёмного проёма метрах в девяти под собой. Явно параллельная пещера, как минимум полтора, а то и два метра в диаметре. Но вот никакого адекватного подхода к ней не было. В лучшем случае выступы и трещины, в худшем – черепа людей и монстров, вставленные в камень в некоторых местах. Хотя почему в худшем? Даже удобней должно быть!

Я прицелился и спрыгнул на челюсть каймана, удачно выпирающую из скалы на два метра ниже меня. Пасть даже не хрустнула, лишь тихонько затрещала, наклонившись на пару миллиметров. Я перехватился за чей-то гладкий череп, бесцеремонно ткнув его в глаз, подтянулся, перебираясь к соседнему выступу, а оттуда уже сполз ниже, цепляясь за чьи-то рога.

Спустился ниже проёма и заглянул туда стволом пистолета, ну и одним глазком. Срисовал тёмную пустоту и уже спокойно запрыгнул внутрь. Оказался в такой же неровной норе, какие были и наверху, только подсветка здесь была уже минимальна. Совсем чуть-чуть алых отблесков, пробивающихся сквозь стену. Включилась чуйка, определив не столько вражеский маркер, а обширную ауру, транслируемую сначала от меня, а потом будто бы широким фронтом, повернувшуюся на сто восемьдесят градусов.

Кажись, засекли!

Аура, как веер, захлопнулась с боков, сужаясь в толстый луч, который тараном обрушился на меня. Я ещё даже не осознал, что это за воздействие: страх, контроль, паралич или какая-то иная ментальная хрень, но с ног оно меня сбило. Я упал на спину, приложившись затылком о горячий камень. Подняться не успел, навалилась тяжесть, которая уже шла не только от ауры, но и стремительно неслась на меня по тоннелю.

Очередное чёрное нечто, отдалённо похожее на «диких», встреченных до этого. Семейка точно одна, но в этом сразу чувствовался «папка». Всё какое-то более выдающееся: пасть шире, глазные провалы больше, свет зрачков ярче, лапы крепче. Настолько крепче, что они уже больше походили на переплетённые корни. Но сильнее всего выделялась голова – этакая здоровенная копна шерсти и мускул, похожая на костяной воротник трицератопса.

А, может, у него там мозги разрослись, чтобы как раз эту свою ментальную магию использовать. Клейма в виде солнышка на нём не было. Либо никогда и не ставили, либо заросло за долгие годы жизни. Он выглядел старым. Он ощущался старым. Или Древним. Не удивлюсь, если это тоже какой-то из «объектов» сохранившихся до наших времён. Причём не просто сохранившимся, но и эволюционировавшего в нечто совершенно новое.

Встать мне это сволочь так и не дала. К действию давящей ауры добавился ощутимый на физическом уровне хриплый вопль, сдобренный звуковой волной и запахом сырого мяса. Ну хоть что-то про него стало понятно – точно не веган, а конкретно в моём случае – людоед!

Когда монстр подлетел на уровень последнего прыжка, я начал отползать и открыл огонь. Оторвать целиком руку от каменного пола сил не хватило, точнее, не сил, а какой-то нейронной связки, где должна была проскочить команда от мозга к рукам и ногам. Команда была, но будто застряла перед каким-то мысленным шлагбаумом. А вот кисть, ведомая браслетами, под этим шлагбаумом проскочила. «Чезет» задрал ствол и выпустил половину магазина навстречу несущемуся монстру. Что-то в пасть, что-то в глаз, но большая часть пуль отрикошетила от «воротника», застучав по потолку. «Дикий» захрипел, на миг прервал действие ауры, но с дистанции не сошел.

Хорошо хоть дал мне откатиться и уже без всяких сдерживающих факторов пробить ему ногой в подбородок. Совершенно в неудобной позе я активировал «Бросок» и сразу же «Спринт», но вышло что-то типа: «Пинок» и «Драпать». Произошла тесная потасовка с рокировкой, и монстр вылетел в проём на камни, а я оказался глубже в норе. Только и успел, что подняться на ноги и поменять магазин, а плоская мохнатая морда уже появилась в проёме. Он выбросил вперёд одну лапу, затем вторую и начал втягивать себя внутрь.

А я всячески ему мешать. Я успел выдать несколько коротких очередей. Всё точно в цель, но с совершенно непонятным результатом. Наглядно только правый глаз потух и перестал светиться и несколько царапин на лапе. На пару секунд только в местах попадания пуль появились алые полоски, но они уже затягивались. Монстр забрался обратно в нору полностью, распрямился и медленно пошёл на меня.

Решил уже не скакать и только наклонил морду, подставляясь под рикошеты. Зато ауру он уже не выключал. С криком выдал концентрированную волну, снова сбившую меня с ног, но теперь ещё и отбросившую на несколько метров. Снова привет стена, которую приняло на себя «Поглощение», и лёгкая прожарка, словно я на раскалённую лавку прилёг в финской сауне. Жёстко, блин! «Поглощение» уже не сработало, а «Теплобмен» ещё не успел среагировать.

Я активировал «Бросок», просто чтобы преодолеть ауру и отлипнуть от стены, тут же налетел на противоположную и снова вляпался в горячую вставку. Чем глубже в пещеру, тем больше их было. И тем жарче становилось.

Выбирая из двух зол, выбрал тёплое. Не стал противиться давящей силе, а развернулся и использовал её в роли ускорения. Идея либо тупиковая, либо ещё поиграем в прятки в лабиринте из нор.

Вышло так себе. Где-то пятьдесят на пятьдесят, поток особо меня не ускорил, хотя и не задержал, толкая меня от стены к стене. Я успел почувствовать себя блинчиком, которого переворачивают на сковородке, но дистанцию разорвал. И скрылся в засаде в первой же боковой норе. Выкрутил маскировку, приготовил «Перо» и стал слушать, как меня поносит монстр на своём крикливом речитативе. Голову, блин, отрастил себе, а мозги, видать, дома забыл. Тоже мне эволюция – сотни лет, а то и тысячи, а мыслей в мозгу всего две: жрать да убивать. Ну и прочими «дикими» командовать, но это, скорее, не ему в плюс, а им в минус.

За углом отчётливо послышалось тяжёлое дыхание и какой-то скрип, будто монстр поворачивает голову при помощи каких-то приводов. Я тихонько снял запотевшую маску и задержал дыхание, а когда подбородок монстра показался в проёме, удивлённо хмыкнул про себя. Складки кожи на «бороде» разъехались в стороны, демонстрируя по сути вторую челюсть. Или же рот, а вместе с ним и хобот – круглое отверстие, как у пиявки, с острыми зубчиками по краям.

А вот и клеймо, которое этот «целовашка» ставит своим сородичам. Хотя что-то мне подсказывает, что одними отеческими поцелуями в лобик там дело не ограничивается и это ни клейма, а шрамы от проведённой трепанации. Или как там это называется, когда надо весь мозг высосать…

Сразу же вместе с монстром в мою нору потянулась и аура. Резко навалилась усталость, будто я сначала несколько дней не спал, а потом ещё несколько дней таскал бетонные плиты. Причём последнюю забыл скинуть туда, куда нёс. Зато теперь сбросил, одновременно активируя «Ауру страха» и добавляя «Кондрашку» перед выстрелом. Как только морда вместе с мозгогрызкой повернулась в мою сторону, я тут же воткнул в неё ствол «чезета» и зажал спусковой крючок.

Момент истины!

Сможет ли Древняя тварь сожрать кастомный пистолет, произведённый местными и из местных металлов? И ещё было бы неплохо узнать, завалю я его или нет, но это уже детали!

Ствол он прикусил, не разобравшись, что ему подсовывают. Втянул и сам выплюнуть уже не смог, отлетел, лишь когда у меня патроны кончились.

Основной тест пройден – на «чезете» ни царапинки, а дополнительный провален. Пусть подбородка у монстра уже не существовало, клеймить он этой «машинкой» уже никого не сможет. Ему самому сейчас нужна машинка, только губозакаточная. Но при этом он был ещё жив, как мог схлопнул разорванные губешки, пряча подбородок, и попытался цапнуть меня основной челюстью. Постоянно давил этой своей жуткой аурой усталости и безнадёги, попадать в которую ни мне, ни моему геному совершенно не хотелось. И вместо того, чтобы задержать меня, наоборот, придала мне ускорения. Я увернулся и рванул дальше по тоннелю.

Прямо, направо, ещё раз направо. Надеялся, что удастся через какое-то время вернуться к исходной точке и зайти монстру за спину, но вместо этого, провалился в тёмную трещину и съехал, как на горке, на нижний уровень. Выкатился в большой пещере, которая вполне тянула на логово монстра. Пол был завален черепами, не выложен фактурным паркетом, а именно завален в несколько десятков слоёв. Не сразу, под ногами всё ходуном ходило, я смог нащупать дно, оказавшись по пояс в черепушках.

Хрень! Я как-то видел детские площадки с шариками, куда нырять можно. Как-то это ещё называлось типа: сухой бассейн вроде.

В принципе похоже, вот только резвиться и плескаться в черепах был перебор даже для меня. Хотя вынужден признать, что двигаться через старые, гладкие и скользкие кости было вполне удобно. Вопрос, только куда плыть?

Я отгрёб подальше от места своей высадки. Вокруг чувствовалась такая парилка, было удивительно, как все эти черепа ещё не расплавились. Алой подсветки было много. Магма просвечивала через огромные обсидиановые вставки, напоминающие полноценные окна. Со всех сторон, целые витражи разной формы и размера. Где-то вразброс, а где-то даже угадывался если не какой-то тайный смысл, то определённо – красота. Обычно природа умеет удивлять своей оригинальностью, особенно природа Аркадии, но здесь явно была смесь из природного и рукотворного. И руку приложил, точно не этот мозгогрыз, рычание которого уже слышалось под потолком.

Проскочила мысль, а не отсидеться ли мне под «водой», дыша через условную трубочку. Но надолго в голове не задержалась. Меня догнала аура «тяжести», также придавив и мозг.

Тупик.

Может, если нырять, что-то и найдётся, но на виду выходов в стенах не было. Только люк, через который я сюда попал, до которого было метра четыре. Даже если я пойду по головам, то они меня скорее похоронят, чем сработают в роли трамплина. Единственный вариант – взобраться по стене, цепляясь за горячие вставки.

Я проследил возможный путь, заметив, что далеко не все участки со стеклом светятся алым. Часть только отражает чужой свет. На густом, практически зеркальном чёрном цвете, скакали алые всполохи, но внутри огня не было. Зато было что-то другое. Не везде, но за самой большой треугольной вставкой, еле-еле поблёскивало что-то металлическое.

В момент, когда на волне давящей ауры через люк скатился мозгогрыз, я открыл огонь по вставкам из чёрного стекла. Два выстрела в ближайшую пустую, просто чтобы проверить, что могу её пробить. Первый выстрел лишь набил трещин, спрессовав пулю внутрь, но второй в то же место добил вставку. Как говорится, лёд тронулся и по стеклу во все стороны побежали трещины. А дальше я начал палить в алую. В ту, что находилась ровно над головой монстра, пытающегося поймать равновесие в «сухом бассейне».

Ну да, какой бассейн такие и игры! Пол – это лава, и гори оно всё синим пламенем!

Я аж вспотел, выбивая осколки из большой прямоугольной вставки, похожей на окно. Выстрелы гремели, стекло трещало, монстр орал. Волнительно, блин.

А потом я вспотел ещё сильнее, когда сразу в двух местах появились пробоины, и оттуда тугой струйкой потекла магма. Один ручеёк мимо, а второй прямо за костяной воротник вынырнувшему из черепов монстру! Вот тут он уже опять заорал на мультиязычном! Но недолго, стекло лопнуло, и два ручейка превратились в сплошной поток, будто «дикого» окатило из тазика.

Не только «дикого», но и всё вокруг. Монстр расплавился сразу, за ним черепа вокруг. А поток лавы не прекращался. «Сухой бассейн» заколыхался, пошли волны. Часть черепов, попавшая под поток, плавилась по верхам, а вокруг лава расходилась уже по полу, съедая нижние ряды.

Чуять жопой температуру я ещё не научился, но сколько там у меня за спиной? Шестьсот? Девятьсот градусов? Невелика разница!

Я всё-таки наступил на чью-то рогатую голову, чуть не пробив ботинок в момент прыжка. Вынырнул из черепов так, будто действительно тонул уже несколько минут, и, наконец-то, дорвался до поверхности! Прилип к стене, ломая боевой перчаткой стеклянные осколки и вытягивая себя подальше от пола. Зафиксировался и, стараясь не думать, кто быстрее: я выберусь или лава здесь всё зальёт, прицелился в следующую вставку. Расколол и зацепился уже за неё, потом за следующую. А когда на первую уже получилось опереться, перехватился и поменял магазин.

Посмотрел вниз, потом на ещё подтекавшую из стены лаву, и решил поторопиться. Дышать уже было нечем, воздух обжигал, штаны обжигали – только доспех и браслеты Древних хоть как-то охлаждали, позволяя оставаться в реальности. Я уже толком не целясь, навелся на большое треугольное окно и разрядил туда весь магазин. Ухватился за край, чувствуя, как под доспехом хрустят осколки, и втянул себя внутрь. Перекатился всё по тем же осколкам и, отталкиваясь ногами от края, запихал себя как можно глубже. Благо пространство позволяло. Не просто вставка из стекла, а полноценное окно, за которым была новая пещера.

Я отполз ещё дальше, разом выдул полфляги, а остатки вылил на голову. Такое себе, тёпленькая, блин пошла. Но всё равно лучше, чем ничего. Достал маску, активировал в ней второй фильтр и надел на голову. Вдохнул свежего и будто бы освежающего воздуха и немного пришёл в себя.

По крайней мере, нашёл в себе силы, чтобы осторожно заглянуть вниз, убедиться, что через край не льётся. А потом осмотреться. Аура монстра уже не давила, но усталость никуда не делась. Организм уже не справлялся с температурой, то есть я ещё был жив и мог функционировать, но про ратные подвиги ближайшее время можно было забыть. Регенерация включилась на обработку ожогов, но понятие выносливость мой организм временно забыл.

Пару минут я просто лежал на камнях, впитывая крупицы если не прохлады, то хотя бы не кипятка. Дышал, обливался водой, капли которой практически сразу испарялись, отлетая на камни.

Осознав бесперспективность такого отдыха, отыскал силы, чтобы подняться и осмотреться. Небольшая вытянутая пещера. В глубине темнеет проход, что уже хорошо. Но ещё лучше, что пещера отличалась от всех нор, в которых я побывал раньше. Точно рукотворная, и построили её вполне осознанные Древние.

Стены покрывал орнамент, а в некоторых местах даже с осмысленными символами. Под картинкой, напоминающей мемориальную доску, проглядывалась ниша, внутри которой валялся светильник Древних. Только уже погасший, всё-таки они не вечные. С другой стороны я увидел несколько небольших дверей, будто в стене были встроенные шкафчики. Пол был покрыт какой-то трухой, причём кучками. Возможно, какие-то предметы быта, которые не пережили саму комнату.

Я разглядел то, что блестело. Сразу три стальных рычага, выступающих из стены.

Чёрт, опять лотерея! Очевидных подсказок не было, да и вряд ли уже можно было сделать хуже.

Я подошёл и с усилием и скрежетом опустил крайний. Скрежет повторился и усилился, но теперь уже у меня за спиной. Я обернулся и увидел, как прямо из стены выдвинулось четыре витиеватых стальных лепестка, сомкнувшихся в единый круг, перекрывший разбитое «окно».

– С первым удачно вышло, осталось ещё два, – прошептал я, чувствуя, как в комнате сразу же стало прохладнее.

Глава 16

Все три рычага оказались без ловушек. Первый закрыл «окно», второй открыл «дверь» – узкий проход, который мало чем отличался от остальных нор вокруг. Я лишь убедился, что смогу там пройти, и пока прикрыл его обратно. Третий рычаг вскрыл всю «внутрянку» комнаты, вмонтированную в стену. Словно какой-то конструктор с одновременным умным решением по планировке маленьких пространств.

В стене открылись две дверки, и из них поскрипывая выехали две поверхности. Консоль в виде столешницы и такая же, только в разы меньше в виде сидушки. И ещё одна дверка распахнулась, внутри оказался узкий, высокий шкафчик с ящиками, как у картотеки. Три больших, типа чтобы стандартная папка с документами поместилась, и два ряда по три маленьких в верхней части.

На другой стене (под рычагами) тоже что-то попыталось выехать, но застряло на полпути. Ещё одна консоль, которую прежние жильцы могли использовать в роли кровати. И если эти прежние были на голову ниже меня ростом.

Хм, какая-то странная получается келья. Я принудительно вытащил кровать, поскрипев каменной крошкой на стыке, довёл до ощутимого щелчка и с опаской уселся, разглядывая конструкцию. Рама из металла, а наполнение из какого-то пористого камня. Ни разу всё не мягкое, но мне, в принципе, и не надо здесь задерживаться.

Проверил биомонитор, шакрас «остывал», но контроля пока ещё было достаточно. Я запустил сканирование, в первую очередь пытаясь дотянуться до мелкого. Не сразу, но получилось. Причём как-то очень хорошо получилось, прошёл контакт между нашими геномами, а потом Пепел сработал в роли усилителя, и я смог разглядеть ауры наших. Встревоженные, но целые и, похоже, даже невредимые. И были они явно ближе, чем мы оставили «Форд». Значит, не послушались и не свалили, а, наоборот, идут за мной.

Я переключил сканер на ближнее окружение, проталкивая «волну» по норам вокруг, и стал считать вражеские маркеры. Два уже ждали меня за дверью, ещё пятеро носились по тоннелям, и со всех сторон подтягивалась вкусная мелочь. Распробовав жареные бёдрышки из игуан, таким монстрам мы уже даже были рады.

В общем, ребята сами справятся, а у меня есть немного времени на осмотр «картотеки». Если, конечно, там хоть что-нибудь осталось.

Зря я так подумал.

Все нижние ящики были завалены пеплом, который давным-давно слипся, а потом и в камень превратился. Я посветил фонарём на неприглядные кучки и, возможно, даже разглядел остатки незнакомой письменности. Но утверждать не берусь, возможно, просто трещинки так сформировались.

Может, у них и письменности-то нормальной не было, а так птички, солнышки и орнамент, как изображён на маленьких ящиках. Шесть штук и все с разными знаками.

В первом, на крышке которого был изображены полустёртые шарики и палочки, похожие на молекулу ДНК, лежал миниатюрный «рецепт», как были на стене в лаборатории Цокора.

Круглая пластина диаметром десять сантиметров и толщиной в четыре. В центре было отверстие, закрытое четырьмя лепестками (конструкция была похожа на те лопасти, что схлопнулись на месте обсидиановой вставки). От центрального круга шли линии, делившие пластину на восемь частей. И в каждом отсеке тоже была выемка, половина открытые, остальные закрытые.

Я покрутил конструкцию в руках, что-то внутри щёлкнуло, а открытые окошки закрылись, вместо них открылись другие. Хм, похоже, какая-то походная или карманная версия, в которой можно смешивать разные ингредиенты. Я ещё несколько раз крутанул, пробуя разные комбинации и суммарно насчитал четыре варианта. В одном можно было использовать четыре части для создания чего-то более сильного, а в остальных только три.

Ясно, нулевой геном в этой карманной лаборатории не создать. А вот что создать, можно будет проверить перебором. В каждой выемке (кроме центральной) на дне были выбиты символы: спираль, треугольник, молния, огонёк, капелька, крестик. В общем, пытливый ум разберётся.

Благо в двух соседних ящиках нашлись стальные контейнеры с геномами, а на каждом контейнере были соответствующие символы. Я пока не стал все вскрывать и сканировать, только убедился, что в каждом из восьми найденных цилиндров были кристаллы.

В четвёртом ящике ровными рядами стоял запас (почти двадцать штук) пустых пузырьков из вулканического стекла. Маленькие, буквально миллилитров на десять под глазные капли или на один глоток эликсира. Пробок к ним не было, но горлышко по размерам подходило к центральному отверстию пластины для смешивания геномов.

Следующий ящик оказался пустым, на дне растёкся и ссохся какой-то осадок. Возможно, это когда-то и были крышки для пузырьков.

И в последнем ящике лежал браслет. На вид из разряда ученических, но с неким видоизменением. К нему был присоединена плоская коробочка, сантиметр в толщину, три в ширину и чуть больше пяти в длину. Будто к ремешку от часов, вместо часов спичечный коробок прицепили. Конструкция была несъёмная, а сам браслет вместе с ней казался совсем невесомым, будто внутри пустота.

Фактура из древнего металла, на которой опять фиг поймёшь, это просто орнамент или там, что-то открыть можно. Я взял его в руки, пока не надевая, и стал внимательно изучать. На боковой панели разглядел нечто знакомое.

Символ, похожий на коготь – такой же, как у меня на боевых браслетах, которые я нашёл в «Древней» нычке под болотом. Тогда я решил, что это либо название модели, либо принадлежность Древнего к какому-то роду. Как бы там ни было, но они точно были оба из одной серии.

Я снял свой браслет с правой руки, решив примерить новый. И что-то завозился, решая, куда его убрать, и в итоге два браслета соприкоснулись и примагнитились друг к другу. И оба засветились, часть орнамента замигала, будто идёт какой-то обмен данными. Ученический мигнул и погас, а на боевом осталось гореть два символа.

Я попытался разомкнуть браслеты, но они засели намертво. Лишь продолжали по очереди мигать две точки. Я провёл ладонью над обоими, но ничего не произошло. Если раньше сенсоры браслетов реагировали, то сейчас только продолжали мигать. Даже как-то требовательно, будто хотели от меня конкретного выбора, на что нажать.

– Сегодня прямо день какой-то непонятных выборов, – вздохнул я и надавил на левый символ.

Сработало. Не пойми что, но сработало. Браслеты снова засветились, а потом мой боевой просто втянул в себя ученический. Тонкая лента влилась в толстую, а контейнер так и остался, заняв своё прежнее место только уже на боевом браслете. Его края сгладились, он будто прирос на всю ширину браслета в виде небольшого холмика, выступавшего над запястьем. Символ с когтем теперь виднелся на нём сверху, а чуть ниже остались индикаторы моих суперударов. Которые, к слову, ещё не восстановили все четыре заряда. Пока всё зависло между первым и вторым.

Я надел на руку обновлённый браслет и активировал. Сработало без изменений – броня разложилась на всю руку, как и прежде. Единственное, на ладони появилось несколько новых линий, как бывало от ученических браслетов. Я достал «чезет» для проверки – и линии потянулись к рукояти. Ладно, дополнительное укрепление работает, может, и как ключ теперь тоже будет помогать.

Убрав пистолет, начал дальше исследовать обновление. Провёл сверху вниз пальцем по символу с когтем и от неожиданности дёрнул рукой. Орнамент разъехался в стороны, и открылось небольшое отверстие. Очень похожее на те, что были на телескопической дубинке, для вставки ударных геномов. Пока размышлял над этим, отверстие закрылось.