Текст книги "Очень приятно, Царь! Блюдо третье (СИ)"

Автор книги: Евгений Бергер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

– Чудно! В таком случае, от вас мы ждём подпись и актуальные фотографии. – просиял Воробыч.

– В кху-па-ль-никхе… – прокашлялся Кулик.

– Простите, что?

– Извините… Просто в горле пересохло…

* * *

Конечно, здорово, когда есть спрос у девчонок. Но Славик – это уже перебор! Я и тонко, и средне, и даже толсто намекал ей, что мой филей не продаётся.

Однако пошлая блонда продолжала меня преследовать по всему номеру Сергулея.

Причём, иногда удавалось скрыться в толпе и спокойно продегустировать, что-нибудь вкусненькое. Повезло, что те, кто пришёл на огонёк – принесли с собой далеко не только «что попало» из «Шестёрочки».

Некоторые расщедрились на элитку, которую удалось найти в синей «Наискось».

– Это у нас что? – поинтересовался я, когда Клара-Староста-Бур протянула мне стакан формата «олд фешен» с коричневой жидкостью и здоровенным куском льда.

– «Гленморанджи». Односолодовый виски. Конечно, это не самое лучшее пойло… Но на безрыбье, как говорится…

– Ой, да вот не надо! Здорово, что ты, вообще, хоть что-нибудь принесла. Кстати, я не думал, что ты «дегустируешь». – я понюхал напиток. В аромате сильно выделялись терпкие нотки дуба и едва заметные оттенки жженого тростникового сахара с целой палитрой цветочных мотивов. Обалдеть!

– Честно говоря, я и не планировала сегодня приходить. Но подружка настояла… Мол, старосте нельзя отдаляться от коллектива. – скромно улыбнулась Клара.

– Действительно. – я попробовал виски и… На мой вкус – крепковат.

Да, я прекрасно понимаю, что подобное грешно пить со льдом. Мол, он перебивает тончайшие нотки вкуса и аромата. Но опять же, будь он комнатной температуры – я бы явно обжегся. В общем, любой сорокаградусный напиток идёт на вкус и цвет.

– Не дурно, но крепковато.

– Ага. Я вот тоже больше предпочитаю, что-то типа «МакКалана» цветочного. Он легкий и с ярко выраженной сладостью.

– Напиток для девчонок. – усмехнулся я.

– Ну, знаешь. В моём обществе его пили многие парни.

– Многие парни? – я хитро посмотрел на старосту: – Да ещё и в твоём обществе? Неужто под личиной милой скромницы скрывается настоящая демоница…

– Я про родню, извращенец! – фыркнула Клара: – Вообще-то, я не самый общительный человек… Да и алкоголь пью крайне редко. Говорю же – я не хотела сюда идти! Мне чужды подобные вечеринки…

– Лариэ-э-эль! – к нам выбежала миниатюрная брюнетка: – Пора играть в твой любимый алко-пинг-понг! Погнали! Уделаем задиристых парнишек с огромным ЧСВ!

– Чужды, значит?

– Это провокация!!! – успела выкрикнуть Клара, прежде чем её утащили в толпу.

И всё-таки, хорошая вечеринка. Несмотря на все странности, я чувствовал себя тем самым студентом, который жил в моменте. Да, впереди много трудностей, которые придётся преодолеть. Но именно сейчас… Внутри лёгким морским бризом разливалась свобода. Когда море по колено, а горы по плечо. Когда нет ничего невозможного. А впереди только ярко-голубое солнечное небо и будущее, где всё будет намного лучше, чем сейчас.

Прекрасное чувство. Мечтательно вздохнув, я повернулся в сторону, где предположительно находилась моя компашка, но тут же упёрся в Славика.

– Дерек-Дерек-Дерек… – хищно молвила она, алчно потирая ладони.

– Опять ты⁈

– Если думаешь, что сможешь спрятаться в толпе, подобно ассасину, то я вынуждена тебя разочаровать.

– Слушай… Если ты хочешь просто пообщаться – давай!

– Нет. Мне нужны твои сладкие булочки.

– Выходит… Всё это время ты не шутила?

– Ха-ха-ха… Наивный чукотский юноша. Конечно же, нет. – облизнувшись, ответила Славик.

– Хорошо. В таком случае, меня очень интересует всего один вопрос. Зачем тебе мой филей?

– Во-первых – тискать и жмякать. В этом мире нет ничего, чтобы я не могла себе позволить. Но ты – живой человек… И к великому сожалению, у тебя есть права на личную неприкосновенность. Во-вторых – владеть секазной задницей первого чемпиона отборочного тура из «не экстр»… Боже! Меня это дико заводит!

– Ты всех пытаешься выкупить?

– По-разному. Вот, к примеру, Милу я развела на дружбу шантажом. Быть другом помощницы Госпожи Симоновой – это потрясающе! А тебя я хочу купить. Почему? Да потому что ты – простолюдин. Говори, какая сумма тебя интересует?

– Ох… – я обречённо вздохнул: – Ты понимаешь, что это – не нормально?

– Мне плевать. – Славик пожала плечами: – Да и какая разница, если речь идёт о деньгах? В этом мире купить можно абсолютно всё! Я уверена, что имея на счету определённую сумму… можно купить прохождение всех экзаменов Харитоновки.

– Сильно сомневаюсь. Просто, дружба – это не то, что покупается за деньги.

– Вот ещё! Я получаю всё, что хочу, Дерек. И если я захотела твою попу – я её обязательно получу. Это даже не обсуждается!

– Ты в курсе, что сейчас жёстко унижаешь меня?

– Унижаю⁈ Я⁈ О, поверь… Если бы я хотела тебя унизить – ты бы почувствовал. – надменно заключила развратная блонда.

– Хорошо. – теперь улыбнулся я: – Знаешь… А ты красивая.

– Удивил. – хмыкнула Славик: – И что с того?

– Почему бы нам не пройти в мой номер?

– Хах! Как всё просто. А корчил из себя нетакусю! Но ты сперва сумму скажи.

– Скажу позже. А ещё… Я предлагаю поменяться ролями.

– Не поняла… Ты о чём?

– Это я буду жмякать и тискать тебя.

– Мечтай, котик! Нет уж. Я выше тебя в социальной иерархии. А значит – это я буду распускать руки. Ты же будешь смиренно терпеть и давать трогать себя везде, где я захочу. И не вздумай ничего себе надумать! Никаких эротических отношений. Ты просто будешь моей игрушкой-антистрессом.

Типичная избалованная аристократка. Скорее всего – у неё нет братьев и сестёр. А родители потакали всем капризам своей любимой маленькой Принцессы. Однако, я не человек… А ещё являюсь тем, кто ненавидит невоспитанных плохих девочек. В общем, пора поставить Славика на место.

– Нет, дорогуша! Это слишком просто. А я же люблю поиграть.

– Ар-р-р… Не смей дразнить меня! – раздраженно фыркнула избалованная блонда: – Какие ещё игры⁈

– Например, я бросаю тебе вызов. И кулинарная дуэль рассудит нас. Побеждаешь ты – я твоя игрушка-антистресс. Побеждаю я – ты моя игрушка-антистресс. Всё очень просто.

– Хах! Тут нет плиты и всей необходимой посуды. К тому же, я разве похожа на дуру, которая согласится выступить против сильнейшего студента-человека? Однако… Мы с тобой можем слегка изменить правила и перейти в другую сферу.

– Например?

– Например – коктейли. – Славик показала мне свой бокал для «Мартини»: – Это будет барменский поединок. Сделаем, что-нибудь из лонгдринков или апперетивов. Можно классику. Можно свой рецепт. Арбитров возьмём из толпы. В подобных ситуациях я из принципа предпочитаю честный поединок.

– По рукам. – с усмешкой ответил я.

– Хех… Ну ты и дурак! Мог бы поиметь с меня денег. А в итоге – отдашь свою задницу за просто так, да ещё и с громким проигрышем.

– Это мы ещё посмотрим. – я залез на тумбочку: – Господа и прекрасные леди! Попрошу минуточку внимания!

Все тут же замолчали и посмотрели на меня.

– Госпожа Теньшина бросила мне вызов в коктейльном поединке! Нам необходимо пять арбитров для судейской работы. Всех желающих – просьба подойти ко мне!

Конечно же, все присутствующие ринулись на меня, едва не скинув с тумбочки.

– Пять! Не больше! Ай, ладно… Сам выберу. – я вытащил к себе два мальчика и три девочки: – Оценка сугубо по вкусу и ощущениям. Идёт?

– Да! – радостным хором ответили избранные арбитры.

Как я уже говорил, алкоголь – сугубо индивидуальная вещь. Кто-то любит вино, кто-то пьёт только пиво. А есть те, кто предпочитают исключительно водку.

Но есть один ма-а-а-а-аленький нюанс. Так сказать – тема, которая объединяет всех ценителей «культуры пития».

Вот сейчас и проверим, насколько наглая блонда реально шарит за алкоголь.

– Колян! – позвал я.

– Да-да! – проводник тут же протиснулся ко мне из толпы.

– Вот. – я показал ему список на коммуникаторе: – Сможешь раздобыть?

– Вообще, не вопрос!

– Что ж, тогда начинаем план-банан.

* * *

– Господин Симонов! К вам посетитель. – произнес прохладный голос из динамика селектора.

– М? – Виктора Аркадьевич устало взглянул на часы: – В такое время? Ну… Пускай заходит, коль пришёл.

– Принял.

Спустя мгновение в дверь прачечной, где Симонов организовал для себя временный рабочий кабинет, трижды постучали.

– Войдите!

– Витя-ня-я-я! – в кабинет зашёл здоровенный мужчина в дорогущей рубашке. От него несло алкоголем и азиатской кухней: – Ты думал, что я тебя не найду?

– Роберт, мать его, Першин. – усмехнулся Симонов: – Не успел заступить на службу, как тут же накидался? Узнаю своего старого друга.

– А как же? Хочешь увидеть талантливого студента – думай, как талантливый студент.

– Неужто эта глупость с «ловушкой Дмитрия» всё ещё работает?

– Ну, конечно! Кто попало в его «рыгаловку» точно не зайдёт.

– И? Кто на этот раз? – Виктор Аркадьевич отложил письма из ресторанов в сторону и с интересно посмотрел на своего гостя.

– Сёднев, Никоноров, Смирнов и Цареградцев. Очень занимательные ребята! Но… меня больше удивило то, что двое из них – простолюдины. Ты же нас терпеть не мог?

– Так. Сейчас всё изменилось! Вступительный экзамен для тех, кто с «улицы» проводила Амелия. А она, как ты знаешь – никогда не ошибается. У неё нет человеческого фактора в отборе. Поэтому, даже если к нам на порог придёт простолюдин, в котором есть потенциал – мы обязаны его раскрыть.

– Ты стал более… гибким. Мне это нравится.

– Скорее, вернулся к истокам Харитоновки. Человек не выбирает, в какой семье ему родиться. К тому же… Они пришли от Рубена.

– Да ну? – удивился Роберт: – Старый ещё принимает учеников? Я думал, что после того скандала он завязал…

– Видимо, что-то увидел. Но я был очень заинтригован! Они оба без особых проблем разделываются даже с второгодками.

– Круто! Но насчёт этого я не удивлён. Рубен до сих пор на «Олимпе». Так что, наверняка смог многое передать.

– Не то слово! Даже Раневский вернулся обратно, после того, как провёл с ними открытую пару.

– Переборол свою гордость, значит? В целом, его можно понять. Столько лет кризиса… Ты сам-то как? Выглядишь уставшим.

– В Сириусе было в разы проще. Сейчас мы решили слегка изменить систему. Но опять всё вылилось в эксперименты. Будем смотреть и дальше. А ещё меня очень беспокоит Амелия…

– А что с ней не так?

– За последний месяц она сильно изменилась.

– В каком плане?

– Она стала… Слишком общительной. Игнорирует Совет Элит. Увольняет своих Маршалов пачками. И пропускает важные звонки ради того, чтобы посмотреть кулинарные дуэли.

– Ну, а что ты хотел? Ей восемнадцать лет! Она же молодая девушка… Того гляди, и начнёт задумываться о мальчиках.

– Нет. – холодно ответил Симонов: – Ты же знаешь! Амелия… из другого теста. Она специалист высшего уровня. И ей всё это… просто не нужно. Мы с ней прорабатывали необходимый сценарий на протяжении тринадцати лет. Амелия никогда не обратит внимания на других, пока не достигнет пика.

– Не важно, экстра она или нет – человеческую природу не искоренить.

– Я искоренил.

– Не знаю – не знаю… – хмыкнул Роберт: – В общем, я бы тебя за твои отношения с дочкой давно бы убил и закопал. Но ты отец. И тебе решать, как с ней поступать.

– Я же не со зла… Забыл, что стало с её бабушкой и матерью?

– Не забыл. Поэтому и не лезу. В общем-то… Мне кажется, что стоит перейти к делу. У меня есть пара вопросов. Крайне важных.

– Да. Прости. – Виктор Аркадьевич устало потёр переносицу: – Рассказывай, что там с этими студентами?

– Первый – идеальный пластилин! Он быстро учится. Хватает всё на лету! Из него можно сделать повара абсолютно любого формата. Страсть. Жажда знаний. И искренне желание показать себя. Всё это гармонично сочетается в Николае. Но ему недостаёт скорости и опыта. На последнее задание я бы отправил его в ресторан «Гегемония».

– А что со вторым?

– Второй – это нечто! Ощущение, будто он на кухне лет двести, если не больше. И по нему у меня появились вопросы.

– Выкладывай.

– Сперва я подумал, может быть, мальчишка вышел из семьи кулинаров и с шести лет стоял за плитой? Таких в Харитоновке навалом. Однако… Я ничего не нашёл в сети по поводу его семьи. Мне даже пришлось позвонить своему другу из Имперской Службы Безопасности. И первое упоминание об Искандере – два года назад. Он, как будто, появился из ниоткуда. Понимаешь?

– Из «ниоткуда» – это как?

– Искандер должен был пользоваться социальными сетями. Коннектором… Да, чёрт возьми, он должен был хотя бы зарегистрироваться и получить паспорт в четырнадцать лет! Однако… там всё очень муторно. Видно, что занимались профессионалы, когда создавали «легенду». Но тем не менее.

– И что? Ты мне предлагаешь забить на рекомендацию Рубена и вышвырнуть потенциального мэтра?

– Нет, просто… Почему вы не пробили его раньше?

– Потому что Рубен – не чужой мне человек.

– Ты выставил его на мороз. Для твоих дочек это была настоящая трагедия…

– Опять лезешь в личное?

– Ладно. Извини… В общем, с Искандером явно, что-то не так. Я бы на твоем месте с ним переговорил.

– О чём? – нахмурился Виктор Аркадьевич: – О том, что он сирота? Или о том, что он чудом вышел на Рубена, который помог ему пристроиться? Слушай… У нас с тобой были родители. И я считаю – потрясающие родители. А его бросили. Причём сразу, как только он появился на свет. И я не хочу говорить об этом с тобой. И уж тем более – с ним. Парень – талант! Он горит кулинарией. И я хочу дать ему шанс.

– Вот ты, как всегда! Нет, чтобы сразу мне обо всём рассказать?

– Зачем? Я дождался, пока ты выдашь мне свою точку зрения. Только и всего.

– Прекрасно. Что ж, тогда я закрываю глаза на огромную цифровую дыру Цареградцева.

– Закрывай. Лучше скажи, куда порекомендуешь отправить его на последнее задание?

– Гришин и Новикова от него в восторге! У парня потрясающие лидерские качества. Поэтому, я думаю отправить его к Тетеньке-Котеньке.

– Ты уверен?

– На данный момент, Цареградцев лучший на потоке, не считая Амелии. Вот пускай и доказывает свой статус. А Тетеньке-Котеньке реально нужна свежая кровь.

– Хм-м… Ладно. Давай попробуем.

Глава 19

– Добавим немножечко джаза… – я взял бутылку ванильной водки: – Господа и прекрасные леди! Коктейль, которым я хочу вас сегодня угостить – является классикой, но в тоже время – слегка доработанным по моему усмотрению. Надеюсь, вам понравится!

– Опасно, Дерек… – тихо прошептала Наташа, подойдя ко мне.

– Чего вдруг? – поинтересовался я, запустив кофемашину.

– Теньшина – это эксперт в области коктейлей! У её отца несколько модных ночных клубов в Москве.

– И что с того? Понимаешь, дело бывает далеко не только в практике. Вовчик, который обучал меня данному ремеслу – буквально горит идеей заниматься коктейлями. Да и мне, если честно, данная тема очень даже интересна. «Культура пития» и все дела.

– Надеюсь, вы играете не на что-то серьёзное…

– Нет. Что ты? Мы просто развлекаемся.

– Ну, смотри. – обеспокоенно вздохнула Наташа и продолжила с интересном наблюдать за моими действиями.

Было немножко неудобно рассказывать своим, что я буквально поставил на кон жопу.

– Кис-кис-кис… – мимо меня прошла Славик с огромной бутылкой ржаного виски: – Не плачь, когда проиграешь, детка! Я просто раскатаю тебя в лаваш…

Чем отличались аристократы в реальности от аристократов из фильмов и сериалов? Да хотя бы тем, что большая их часть в обычной жизни просто не умела филигранно выражать свои мысли. Нет, чтобы сказать: «Твой филей станет достойным украшением моей коллекции!» или «Между нами настолько большая пропасть, что никто не услышит твоего падения!»… Но зачем? Если всегда можно «раскатать в лаваш».

Ладно, что уж тут… Надеюсь, что хоть коктейли она делает лучше, чем придумывает филигранные фразы для своего противника.

– Кстати, а что за «классику» ты собираешься сделать? – поинтересовалась подошедшая к нам Ви.

– «Эспрессо Мартини».

– Эм-м… – младшая Новикова вопросительно посмотрела на мой столик: – Но тут же нет «Мартини»…

– А, это довольно популярное заблуждение. На самом деле, этот коктейль назван в честь бокала, в котором он подаётся. – я указал на бокал для «Мартини»: – К тому же, его придумал один из популярных бартендеров из восьмидесятых – Дик Брэдсли. Он утверждал, что в те времена из-за моды практически всё, что смешивалось в шейкере имело приписку «Мартини». Однако, это я с трудом могу объяснить, так как не шарю за моду восьмидесятых. Поэтому остановимся на бокале.

– Вообще-то, ты всё правильно сказал. – отозвалась Славик: – В те времена «Мартини», который вермут с водкой или джином – был на пике популярности. Бармены делали свои интерпретации, создав целое направление «Мартини-образных» коктейлей. Так что, да. Отчасти он назван так далеко не только из-за бокала. Дик отдал дань целой эпохи коктейлей.

– Я думал, что это легенда.

– Легенда то, что Дик Брэндсли, якобы, создал этот коктейль, когда одна знаменитая модель попросила у него напиток, чтобы «торкнуло». Никто до сих пор не знает – правда это, или Дик просто приукрасил для красного словца.

– В общем, очередной сторитейлинг. – заключила Ви.

– Именно! Сторитейлинг распространяется далеко не только на пищу. Любой элитный алкоголь и коктейли так же подают под красивые истории. Правда, это не для вкуса, как у изысканных блюд… А скорее, чтобы набить ценник. – пояснила развратная блонда.

– Запомним. – я взял рюмку, ибо джиггера – мерной металлической рюмки для шейкера, у нас попросту не было: – Что ж, кофе готов, поэтому – поехали! «Эспрессо Мартини» на шесть порций. Никто не уйдёт обиженным!

– Так-так-так… – Наташа уже вытащила маленький блокнотик и готовилась записывать. А зрители тут же последовали её примеру. Одним словом – повара… Что с них взять?

– Сорок пять миллилитров ванильной водки.

– Угу.

– Тридцать миллилитров свежесваренного эспрессо.

– Так.

– Кофейный ликёр «Калуа»! Двадцать миллилитров.

Мне показалось, что у некоторых зрителей вот-вот побегут слюнки. Ребята явно держались изо всех сил, ибо кофейный аромат разлетелся по номеру и перебил остальные запахи. В этом магия утреннего свежего кофе.

– Пятнадцать миллилитров темного какао ликера… Ребята! Кто любит помягче – ищите светлый. Он слаще и чуть более сливочный.

– Да, шеф!

– Апельсиновый ликёр «Триплсек». Десять миллилитров. Можно и «Куантро»! разницу вы не почувствуете.

– Угу…

– Две капли соляного раствора!

– Погодите, шеф! – Марк, который каким-то магическим образом появился в первых рядах зрителей, поднял руку: – А какой концентрации делать соляной раствор?

– Двадцать грамм соли на восемьдесят миллилитров воды.

– Ага.

– Я очень рекомендую добавлять соляной раствор во все кофейные коктейли! Это подчеркнёт вкус и выведет ваши ощущения от напитка на совершенно новый уровень. Запомните!

– Да, шеф!

Чувствовал себя преподавателем зельваренья… Осталось только переписать учебник и передать потом юному бармену со шрамом в виде молнии на лбу.

– Теперь добавляем в шейкер лёд. И АДОВО ШЕЙКУЕМ!!! – я закрыл шейкер крышкой и принялся истерично, но при этом крайне элегантно сотрясать его в воздухе: – И теперь аккуратно выливаем в охлаждённый бокал для «Мартини». А затем выкладываем ровно три кофейных зернышка и натираем горький или молочный шоколад. Ну, у меня молочный. А так – по вкусу.

– Хех… И это всё? – в голосе Славика звучало разочарование: – Ты сделал почти один в один, как в учебнике.

– Тут ключевое слово «почти». А ты что решила приготовить?

– То, что таким дилетантам коктейльного мира, как ты – и не снилось. – хитро ответила наглая блонда, с громким характерным «чпоком» открыв бутылку ржаного виски: – Народ! Пока «Первый после Амелии» приготовил простейшую и слегка модернизированную банальщину, я спешу представить вам коктейль, который смогут оценить по достоинству лишь избранные. Яблочный «Олд Фешн»!

– Яблочный? – я с непониманием взглянул на Славика.

– Именно! Сейчас на ваших глазах произойдёт… магия. – в глазах наглой блонды читалась уверенность. Она, как ведущий в «Что? Где? Когда?» – уже была готова объявить, что моё «призовое очко» достаётся ей.

– Ну, давай бомби. – я решил взглянуть, как Славик подойдёт к приготовлению классики, и какие именно изменения внесёт.

– Ржаной виски! Или «Рай Виски». Тридцать миллитров. – наследница клубной империи начала крайне ловко орудовать рюмкой-джиггерозаменителем: – Пятнадцать миллитров яблочного сидра. Сухого! Это важно. Кленовый сироп – одна чайная ложка. Биттер «Ангостура» – два дэша!

– Секунду! – любознательный Марк вновь поднял руку: – Что такое «дэш»?

– Типа – брызг. Около трёх миллилитров. – пояснила Славик.

– А… Теперь понятно. Спасибо!

– Теперь мы засыпаем в шейкер лёд. Шейкуем около тридцати секунд!

Когда наглая блонда принялась сотрясать шейкер, в номере вновь повисла тишина. Честно говоря, даже я на долю секунды выпал из реальности. Вот, что не говори, а трясущаяся женская грудь – это чудо! Оценить способен и стар и млад. Что уж тут лукавить?

– Теперь выливаем в стакан «рокс». Добавляем немного льда. Три тонкие дольки яблока. И палочку корицы! Яблочный «Олд фешн» готов.

Кстати, на поверхности напитка образовалась характерная пенка. Будь там сидра хоть на один «дэш» больше – мы бы лицезрели ещё и конкурс «мокрых маек». Вовчик рассказывал, что некоторых начинающих барменов проверяют на «деревянность» тем, что дают шейкерить коктейли с газировкой. Типа «виски-кола», «джин-тоник», «Свободная Куба» или «Апероль Шприц». Происходит тоже самое, как если встряхнуть бутылку с газировкой. Крышка слетает с шейкера, а косорукого ученика заливает с головы до ног. Хороший урок на внимательность.

Приготовив ещё по пять порций коктейля, мы со Славиком позвали арбитров.

– Пробуем! – наглая блонда протянула мне стакан с яблочным «олд фешном».

– Пробуем. – а я поставил перед ней «Эспрессо Мартини».

Кстати, аромат от «олд фешна» был потрясающим! Легкие нотки теплого дубового аромата с ржаной горечью. А еще корица и яблоко. Такое свежее и нереально насыщенное!

Едва я сделал глоток, как тут же провалился в осенний сад после дождя. В руках у меня было карамелизированное запечённое яблоко, посыпанное корицей. Тепло от виски и биттера плавно окутывало желудок, а легкая сладость кленового сиропа демонстрировала потрясающий лес с полыхающими от осени деревьями. От тускло-желтоватых до ярко-красных… Волшебно. Мне хотелось бежать по мокрой траве. Вдыхать этот мощный и свежий аромат!

Вне всяких сомнений – Славик знает толк в коктейлях. Впрочем, все арбитры так же были очарованы волшебным напитком.

Передо мной стояла уже не наглая блонда, а самая настоящая Принцесса Яблочного Королевства! В платье с широкими полями. И диадеме с ярко-зелеными изумрудами.

– Твоя задница теперь в моей власти! – ласковым, но в тоже время крайне уверенным голоском произнесла она.

– Ну, как? Оценил? – с усмешкой поинтересовалась Славик, когда я окончательно вернулся в реальность.

– Оценил. А ты?

– Хех… Прости, но мне хотелось видеть твоё расстроенное личико в момент осознания. – хищно ответила она: – Что ж, а теперь можно спокойно попробовать твоё лузерское пойло. Чин-чин, Господа Арбитры!

– Чин-чин! – хором ответили наши судьи и тоже взялись за «Эспрессо Мартини».

– Приятного аппетита, Принцесса. – злорадно усмехнулся я, видя, как округляются её глаза.

* * *

Род Теньшиных брал своё начало ещё со времен завоеваний Ермака. Мол, купцы из семьи Тенешевых активно помогали развивать Сибирь. Правда, со временем фамилия видоизменилась. И Тенешевы стали Теньшиными.

В общем, предки были из великих людей! Поэтому отец Слави всегда говорил, что каждый носитель этой гордой фамилии должен брать всё, что захочет. Да и, вообще, по венам наследницы клубной империи течёт кровь истинных завоевателей.

Славя это хорошо запомнила. Для неё никогда не было преград. Она не просила. Она всегда требовала и добивалась.

Именно поэтому заприметив Цареградцева и то, как он мило беседует с Симоновой и Новиковой, Славя естественно решила заполучить столь «лакомый кусочек» себе! К тому же, с парнями у неё не сильно складывалось… Вернее – они сразу убегали от неё, услышав чёткие требования. А вот Дерек… Он совсем не такой. Отчего присвоить его себе захотелось ещё больше.

Что же касается коктейлей – у Слави был потрясающий вкус на алкоголь. Намного лучше, чем у Воронцовой! И, конечно, наследница клубной империи решила воспользоваться своей способностью, дабы захватить Дерека. Навсегда присвоить его себе! И главное, чтобы он больше никогда не смотрел на других. Славя видела в Цареградцеве дикого жеребца, которого только она в состоянии завоевать.

Правда… Как только «Эспрессо Мартини» коснулся её губ, всё вокруг резко изменилось.

Лица окружавших её людей, как будто, стали чётче. А глаза Дерека излучали такой приятный и теплый свет… Но всё это на мгновение отошло на второй план, ибо Славю накрыл вкус коктейля.

Первая волна – это бодрящий, насыщенный запах свежесваренного эспрессо. Того самого, что помогает просыпаться по утрам. Такой густой… С лёгкой горчинкой и теми самыми кремовыми нотками, которые обещают крепкий старт. А следом за ним нежно пробивался сливочно-сладкий аромат кофейного ликёра. Первая волна не сбивала с ног. Она нежно ласкала и успокаивала, делая вкус коктейля понастоящему теплым и уютным.

После первой волны, где-то на фоне, словно элегантный шлейф, начинал мелькать тонкий, чуть травянистый аромат водки. Он как будто оттенял кофейные ноты, не давая им стать приторными и слишком яркими.

Славя не успела прийти в себя, как очутилась в одном из своих воспоминаний. Это был маленький домик Дяди Эштона посреди горной европейской деревушки. Вокруг Слави бегали маленькие детишки… Внуки Дяди Эштона. Они весело смеялись, разбивая тишину вдребезги. Всё было таким настоящим! Неподдельным… Без намёка на фальшь.

И тогда впервые Славя испытала лютую зависть. Ведь она не могла позволить себе ничего подобного. Потому что, такое не купишь за деньги. И не возьмёшь силой.

Всё это было настоящей искренней радостью.

В первый и последний раз Славя ощущала, что её по-настоящему любят…

А затем… мрак.

Славя провалилась на следующий уровень. Это была новая волна воспоминаний.

– Бренден… – холодно произнесла маленькая наследница клубной империи: – Бренден-Бренден-Бренден… А я знаю, что ты делал на озере прошлым летом.

– Что? – здоровяк испуганно огляделся по сторонам: – Чего тебе надо, Теньшина?

– Дружи со мной. И я никому не расскажу, что ты курил.

– Чего⁈ Ты с ума сошла⁈ Нет… Не надо мне такого счастья!

– Тогда я всем расскажу.

– Рассказывай. Уж лучше получить от родителей, чем дружить с такой, как ты… – фыркнул здоровяк и поспешил скрыться во мраке коридора.

Следующее воспоминание.

Славя уже в девятом классе гимназии Харитоновки.

Она поймала Зину Звонарёву и прижала к стенке.

– Я сдам тебя сестре. Просто заверну в подарочную ленту и подарю!

– Ты этого не сделаешь! Ты совершенно не знаешь Изольду… И как она ко мне относится…

– А вот и сделаю.

– Чего тебе от меня надо⁈ – всхлипнула миниатюрная блондинка.

– Чтобы ты познакомила меня с Лерой Воскресенской. Вы же друзья, да?

– Но… Зачем тебе это?

– Просто. Я так захотела.

– А сама не можешь к ней подойти?

– Не хочу. Ты меня представишь.

– Это всё?

– Всё. – радостно ответила Славя.

– Какая же ты мерзкая… – тихо выдохнула Зина и убежала.

Очередное воспоминание… На этот раз Славя зажала в угол Милу Жданову.

– Ты же понимаешь, что если кто-нибудь узнает об этом… Начнётся скандал!

– Это шантаж?

– Ага. – улыбнулась Славя.

– И чего ты хочешь за молчание?

– Твою дружбу.

– Эм-м… Ты серьёзно? Или это пранк?

– Это не пранк. Я реально хочу с тобой общаться.

– Ты в этом уверена?

– Абсолютно!

Славя обожала ставить ногу на грудь поверженной цели. Только вот… Что было после? Теплота? Эмоции? Может быть, хоть что-нибудь? А на самом деле – ничего, кроме мимолетного ощущения совершенно холодного удовлетворения.

Её сердце зачерствело. Покрылось сухой коркой, за которой уже практически потух маленький огонек души… Тот самый полумёртвый остаток собственного «Я», что всё ещё хотел любви. Заботы. Искренности. И самое главное – взаимности.

Такой же яркой! Звенящей… Как те веселящиеся детишки в деревенском домике Дяди Эштона.

– Ну, как? – поинтересовался Искандер: – Почувствовала?

– Да. – всхлипнула Славя, а затем жадно допила коктейль: – Как ты это сделал? Я не верю, что всё дело в соли.

– О… Конечно же, дело не в соли. Я просто вкладываю в каждое своё блюдо душу. А ещё – могу улучшить рецепт, который оттачивался годами. Поэтому твой коктейль – идеальная схема. Точность, возведённая в абсолют. Твёрдая пятерка для отличницы! А мой коктейль – это в первую очередь вкус, способный достучаться до души. Я много пробую. А ещё – много экспериментирую.

– Вот как… – Славя посмотрела на арбитров: – Думаю, вы знаете, что делать.

– Искандер Цареградцев. Единогласно! – ответил один из наших судей.

– Я согласна с их решением. Он действительно… такой чувственный. Эмоциональный. Настоящий! Без фальши и прочего.

– Всё правильно. В этом и есть суть «добавления души» в блюдо. – ответил Дерек и так по-доброму улыбнулся, что из сердца Слави по всему телу начало пульсировать тепло. Может быть… это любовь?..

– Спасибо тебе… Я, наверное, пересмотрю своё отношение к людям. А ещё… Мне стоило бы извиниться за то, что я тебе наговорила. Да, что там? Мне надо извиниться перед всеми… Простите меня, ребята! Я была настоящей тварью…

– Главное, что ты это поняла. – просияла Зина Звонарёва: – Но все мы совершаем ошибки. Так что, не переживай! Из тебя выйдет толк.

– Спасибо… – впервые за много лет Славя почувствовала облегчение. Да никакая она не завоевательница! В первую очередь, Славя – девчонка, которая хочет нормальную девчачью жизнь.

Дерек подошёл ближе.

Славя мечтала быть душой компании! Хотела окружить себя настоящими друзьями… Мечтала искренне смеяться. И не прятать за улыбкой свою боль, отчаяние и кромешное одиночество…

Дерек приобнял её за плечо.

Славя всегда хотела искренности. Хотела чувствовать! По-настоящему любить и быть любимой.

Ладонь Дерека скользнула вниз и незаметно легла на попу девушки.

– Эм-м… Котик, а ты чего? – слегка испуганно поинтересовалась Славя.

– Я рад, что ты пробудилась. Но уговор – дороже денег, зайка. – тихо прошептал он.

– Уговор… – Славя опасливо сглотнула, а затем резко указала на потолок: – Нифига ж себе!!! СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ!!!

– Где⁈ – все тут же уставились на то место, куда показала облапанная блондинка. Воспользовавшись отвлекающим манёвром, Славя припустила в коридор.

Это же была сказка! А Дерек – принц… Принц, который спасает принцессу! Он не должен был всё портить… Не должен был так поступать!